№ 44г-105/2019 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

президиума Хабаровского краевого суда

г. Хабаровск 29 июля 2019 года

Президиум Хабаровского краевого суда в составе:

председательствующего Демидовой Е.В.,

членов президиума Мироновой Л.Ю., Хохловой Е.Ю., 

при секретаре Павловой Е.В., 

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску публичного акционерного общества Страховая компания «Росгосстрах» к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, по кассационной жалобе ПАО СК «Росгосстрах» на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 19 октября 2018 года.

Заслушав доклад судьи Аноприенко К.В., объяснения ответчика ФИО1, изучив материалы гражданского дела, президиум Хабаровского краевого суда 

у с т а н о в и л :

ПАО СК «Росгосстрах» обратилось в суд с иском к ФИО1, указав, что 14 апреля 2017 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «Nissan Atlas», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1, и автомобиля «Toyota Land Cruiser», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО2 Виновным в совершении ДТП признан водитель ФИО1 В результате ДТП был поврежден автомобиль «Toyota Land Cruiser», застрахованный в ПАО СК «Росгосстрах» по договору добровольного комплексного страхования транспортных средств (КАСКО). 

Стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства составила 92 038 руб. 45 копеек. ПАО СК «Росгосстрах» оплатило ремонт поврежденного автомобиля в указанной сумме. Гражданская ответственность ФИО1 застрахована в АО «Региональная страховая компания «Стерх», которое определило размер страховой выплаты по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (ОСАГО) в сумме 22 800 руб.

ПАО СК «Росгосстрах» просило взыскать с ФИО1 убытки в остальной части расходов на восстановление автомобиля в размере 69 238 руб. 45 копеек, расходы по оплате государственной пошлины 2 277 руб.

Определением судьи суда района имени Лазо Хабаровского края от 1 июня 2018 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено АО «Региональная страховая компания «Стерх».

Решением суда района имени Лазо Хабаровского края от 1 августа 2018 года исковые требования ПАО СК «Росгосстрах» удовлетворены. С ФИО1 в пользу ПАО СК «Росгосстрах» взыскано в возмещение убытков 69 238 руб. 45 копеек, расходов на оплату государственной пошлины 2 277 руб. 

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 19 октября 2018 года решение районного суда отменено, принято новое решение, которым исковые требования ПАО СК «Росгосстрах» к ФИО1 оставлены без удовлетворения.

В кассационной жалобе, поступившей в Хабаровский краевой суд 18 апреля 2019 года, ПАО СК «Росгосстрах» ставит вопрос об отмене апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 19 октября 2018 года, ссылаясь на неправильное применение к спорным отношениям положений Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (Закон об ОСАГО). Полагает, что право на возмещение ущерба возникло у истца не из договора ОСАГО, а из обязательств по причинению вреда, возмещение которого в полном объеме гарантировано статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. Страховщиком по договору КАСКО, выплатившим страховое возмещение, указанное право подлежит реализации в порядке суброгации, что предусмотрено нормами статьи 965 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Гражданское дело истребовано 7 мая 2019 года, в Хабаровский краевой суд дело поступило 22 мая 2019 года.

Определением судьи Хабаровского краевого суда Аноприенко К.В. от 18 июня 2019 года кассационная жалоба заявителя с делом передана для рассмотрения в судебном заседании президиума Хабаровского краевого суда.

В соответствии с положениями части 2 статьи 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом кассационной инстанции в отсутствие представителя истца ПАО СК «Росгосстрах» и третьего лица АО «Региональная страховая компания «Стерх», уведомленных судом надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела.

Выслушав объяснения ответчика ФИО1, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы заявителя, президиум Хабаровского краевого суда пришел к выводу об отсутствии предусмотренных законом (статья 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены судебного постановления суда апелляционной инстанции. 

Судом первой инстанции установлено и из материалов гражданского дела следует, что 14 апреля 2017 года в результате дорожно-транспортного происшествия в районе 49 км. автодороги А370 был поврежден автомобиль «Toyota Land Cruiser», государственный регистрационный знак №, принадлежащий ФИО2, которым с ПАО СК «Росгосстрах» заключен договор КАСКО от 13 марта 2017 года (полис серии №).

Виновным в данном происшествии признан водитель ФИО1, гражданская ответственность которого на момент ДТП была застрахована по договору ОСАГО, заключенному с АО «Региональная страховая компания «Стерх» 26 мая 2017 года (полис серии №).

ПАО СК «Росгосстрах» обратилось с иском к ФИО1 о возмещении разницы между страховым возмещением по договору ОСАГО и фактическим размером ущерба. 

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 15, 965, главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и, учитывая правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированную в Постановлении от 10 марта 2017 года № 6-П, пришел к выводу о том, что в связи с выплатой страхового возмещения к истцу перешло право требовать от ФИО1, как лица ответственного за убытки, возмещения в порядке суброгации ущерба в пределах выплаченной суммы, за вычетом суммы полученного страхового возмещения по договору ОСАГО.

Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении исковых требований ПАО СК «Росгосстрах», суд апелляционной инстанции сослался на положения статьи 12 Закон об ОСАГО, пункт 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходил из того, что с причинителя вреда, застраховавшего свою ответственность по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, могут быть взысканы убытки в порядке главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации в том случае, если фактический размер ущерба превышает 400 000 руб. – предельный размер страховой суммы, установленный подпунктом «б» статьи 7 Закона об ОСАГО.

Проверив правильность применения судами норм материального права и соблюдение требований процессуального закона при разрешении настоящего дела, президиум Хабаровского краевого суда полагает необходимым указать следующее. 

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

Пунктом 1 статьи 1064 данного кодекса установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использоваться новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

В соответствии с правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 года № 6-П «По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринущенко, ФИО3 и других», взаимосвязанные положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО предполагают - исходя из принципа полного возмещения вреда - возможность возмещения потерпевшему лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, вреда, причиненного при эксплуатации транспортного средства, в размере, который превышает страховое возмещение, выплаченное потерпевшему в соответствии с законодательством об обязательном страховании гражданской ответственности, то есть в полном объеме, без учета износа.

Потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

В Постановлении от 31 мая 2005 года № 6-П, давая оценку Закону об ОСАГО в целом и исходя из его взаимосвязи с положениями главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации пришел к следующим выводам: требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения (об осуществлении страховой выплаты) в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда; выплату страхового возмещения обязан осуществить непосредственно страховщик, причем наступление страхового случая, влекущее такую обязанность, само по себе не освобождает страхователя от гражданско-правовой ответственности перед потерпевшим за причинение ему вреда; различия в юридической природе и целевом назначении вытекающей из договора обязательного страхования обязанности страховщика по выплате страхового возмещение и деликтного обязательства обусловливают и различия в механизмах возмещения вреда в рамках соответствующих правоотношений.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 965 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования (суброгация). Перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.

На основании статьи 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации при недостаточности суммы страхового возмещения для полного возмещения причиненного вреда, юридические лица и граждане самостоятельно возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

По смыслу подпункта 4 пункта 1 статьи 387 Гражданского кодекса Российской Федерации суброгация относится к случаям перемены лиц в обязательстве и представляет собой переход прав кредитора по обязательству к другому лицу на основании закона.

Таким образом, исходя из приведенных норм, право требования в порядке суброгации переходит к страховщику от страхователя, то есть является производным от того, которое страхователь может приобрести вследствие причинения вреда в рамках деликтных правоотношений, в связи с чем перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем и лицом ответственным за убытки.

Из пункта 8 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с обязательным страхованием гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22 июня 2016 года, следует, что страховщик, выплативший страховое возмещение по договору КАСКО, вправе требовать полного возмещения причиненных убытков от страховщика, застраховавшего ответственность причинителя вреда, независимо от того, имелись ли условия, предусмотренные для осуществления страховой выплаты в порядке прямого возмещения убытков.

Правила, установленные пунктом 1 статьи 12, статьей 14.1 Закона об ОСАГО, направлены на обеспечение прав потерпевшего по получению страхового возмещения в упрощенной форме. Применение этих норм не может приводить к полному освобождению причинителя вреда и страховой компании, застраховавшей ответственность причинителя вреда, от ответственности. 

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», разъяснено, что если транспортные средства повреждены в результате их взаимодействия (столкновения) и гражданская ответственность их владельцев застрахована в обязательном порядке, страховое возмещение осуществляется на основании пункта 1 статьи 14.1 Закона об ОСАГО страховщиком, застраховавшим гражданскую ответственность потерпевшего (прямое возмещение ущерба).

В пункте 69 названного Постановления также указано, что лицо, возместившее потерпевшему вред (причинитель вреда, страховая организация, выплатившая страховое возмещение по договору добровольного имущественного страхования, любое иное лицо, кроме страховых организаций, застраховавших ответственность причинителя вреда или потерпевшего), имеет право требования к страховщику ответственности потерпевшего только в случаях, допускающих прямое возмещение убытков (статьи 14.1 Закона об ОСАГО). В иных случаях такое требование предъявляется к страховщику ответственности причинителя вреда.

Кроме того, страховщик, выплативший страховое возмещение по договору КАСКО, вправе требовать возмещения причиненных убытков от страховщика ответственности причинителя вреда независимо от того, имелись ли условия, предусмотренные для осуществления страхового возмещения в порядке прямого возмещения убытков (пункт 75 Постановления).

В пункте 35 Постановления дополнительно разъяснено, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страхового возмещения недостаточно для полного возмещения причиненного вреда (статьи 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из системного анализа изложенных положений следует, что страховая организация, выплатившая потерпевшему страховое возмещение по договору КАСКО, обладает возможностью взыскания как страхового возмещения в порядке суброгации со страховщика ответственности потерпевшего, так и возмещения ущерба сверх страхового возмещения, если его недостаточно для полного возмещения вреда.

По смыслу положений пункта 1 статьи 965 Гражданского кодекса Российской Федерации, страховщик, выплативший страховое возмещение, ограничен в размере возмещения, - не свыше произведенной им страховой выплаты, однако при этом основания для возмещения и размер ущерба определяются по общим правилам возмещения, предусмотренным статьями 15, 1064, 1079, 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По настоящему делу правоотношения сторон возникли из обязательства вследствие причинения имущественного вреда. Поэтому в силу указанных положений закона после выплаты страхового возмещения по договору КАСКО страховщик занимает место потерпевшего в правоотношениях вследствие причинения вреда и к нему переходит право требования к ответчику, причинившему вред, предусмотренное статьями 15 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно суброгационному механизму к страховщику, выполнившему перед страхователем обязательства по договору КАСКО о выплате страхового возмещения путем оплаты ремонта поврежденного транспортного средства, переходит право требовать возмещения убытков в полном объеме.

В случае, когда автогражданская ответственность водителя застрахована по договору обязательного страхования, организация, застраховавшая гражданскую ответственность причинителя вреда, является лицом, ответственным перед страховой компанией потерпевшего за убытки в пределах страховой выплаты, размер которой подлежит установлению в соответствии с требованиями Закона об ОСАГО.

В случае недостаточности такой выплаты, оставшаяся часть убытков подлежит взысканию с непосредственного причинителя вреда.

Исходя из приведенных правовых норм, обращаясь с требованием о возмещении убытков, страховщик, выплативший страховое возмещение по договору КАСКО и занявший в правоотношении место потерпевшего, обязан доказать наличие у него убытков и их размер. 

Согласно статье 7 Закона об ОСАГО страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 000 руб.

В соответствии с подпунктом «б» пункта 18 статьи 12 Закона об ОСАГО размер подлежащих возмещению страховщиком убытков при причинении вреда имуществу потерпевшего определяется в случае повреждения имущества потерпевшего - в размере расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до момента наступления страхового случая.

Из абз. 3 пункта 19 статьи 12 Закона об ОСАГО следует, что размер расходов на материалы и запасные части, необходимые для восстановительного ремонта транспортного средства, расходов на оплату связанных с таким ремонтом работ и стоимость годных остатков определяются в порядке, установленном Положением о единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства (утв. Банком России 19 сентября 2014 года № 432-П).

Пунктом 3.4 названной Единой методики предусмотрено, что размер расходов на восстановительный ремонт определяется с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене при восстановительном ремонте транспортного средства.

С учетом приведенных предписаний нормативных правовых актов, в силу особенностей законодательного регулирования не исключается, что размер подлежащих возмещению страховщиком убытков по договору обязательного страхования в соответствии с Законом об ОСАГО будет не соответствовать размеру страхового возмещения по договору КАСКО, поскольку в основе оценки ущерба по указанным договорам применяются различные методики, допускающие либо исключающие учет износа запасных частей, применяемых при восстановительном ремонте транспортного средства.

Согласно пунктам 1-3 статьи 12.1 Закона об ОСАГО в целях установления обстоятельств причинения вреда транспортному средству, установления повреждений транспортного средства и их причин, технологии, методов и стоимости его восстановительного ремонта проводится независимая техническая экспертиза.

Независимая техническая экспертиза проводится по правилам, утверждаемым Банком России в Положении о правилах проведения независимой технической экспертизы транспортного средства от 19 сентября 2014 года № 433-П, с использованием единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Банка России 19 сентября 2014 года № 432-П.

При этом участие одного и того же экспертного учреждения в определении окончательной стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства по договору КАСКО и размера расходов на восстановительный ремонт, учитываемых при выплате возмещения в рамках договора ОСАГО, противоречит установленным законодательством требованиям независимости экспертизы.

Материалы гражданского дела не содержат данных о том, что при рассмотрении требований заявителя, предъявленных в порядке суброгации, страховой компанией, застраховавшей ответственность причинителя вреда, размер расходов на восстановительный ремонт поврежденного транспортного средства был определен в соответствии с требованиями Единой методики, утвержденной Положением Банком России 19 сентября 2014 года № 432-П. 

Данных о фактической выплате заявителю страховой компанией, застраховавшей ответственность причинителя вреда, возмещения в указанном заявителем размере 22 800 руб. не имеется. 

Об отсутствии возможности оспорить названную сумму возмещения истец не заявлял. 

Соответствие указанного размера возмещения требованиям Единой методике, а также фактические расходы на восстановительный ремонт автомобиля, и, следовательно, наличие у заявителя убытков в виде разницы между фактически произведенными расходами на восстановительный ремонт поврежденного автомобиля и полученным возмещением от страховой компании, застраховавшей ответственность причинителя вреда, не обоснованы.

При таком положении доводы заявителя, приведенные в кассационной жалобе, не могут быть признаны достаточным основанием для пересмотра вступившего в силу решения суда апелляционной инстанции, поскольку не указывают на существенные нарушения судом норм материального права, повлиявшие на исход дела.

В силу положений статьи 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отмена или изменение судебного постановления в кассационном порядке допустимы лишь в случае, если без устранения судебной ошибки, имевшей место в ходе предшествующего разбирательства и повлиявшей на исход дела, невозможны восстановление и защита существенно нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защищаемых законом публичных интересов.

Пересмотр судебных актов, вступивших в законную силу, предполагает установление особых оснований и процедур производства в данной стадии процесса, соответствующих ее правовой природе и предназначению. Акт суда, который уже вступил в законную силу, может быть изменен или отменен в кассационном порядке лишь в исключительных случаях.

Однако в кассационной жалобе заявителя не приведены такие исключительные обстоятельства, которые могут быть признаны основаниями для отмены вступившего в законную силу судебного постановления.

С учетом изложенного оснований для удовлетворения кассационной жалобы заявителя не имеется.

Руководствуясь статьями 387, 388, пунктом 1 части 1 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум Хабаровского краевого суда

п о с т а н о в и л:

в удовлетворении кассационной жалобы публичного акционерного общества Страховая компания «Росгосстрах» отказать, 

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 19 октября 2018 года оставить без изменения.

Постановление президиума Хабаровского краевого суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Председательствующий Е.В. Демидова