РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

4 декабря 2017 года в г. Новом Уренгое Новоуренгойский городской суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе председательствующего судьи Сметаниной О. Ю., при секретаре Сергеевой В. В., с участием представителей истца ФИО1, ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-4226/2017 по иску общества с ограниченной ответственностью «ОНП-керамзит» к обществу с ограниченной ответственностью «НАНА», ФИО3 о признании договора недействительным,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью (ООО) «ОНП-керамзит» обратилось в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью (ООО) «НАНА», ФИО3 с требованием о признании недействительным договора [суммы изъяты] от 31 декабря 2012 года об уступке прав требования по договору процентного займа от 5 октября 2010 года, заключённому между ООО «НАНА» и ФИО3 В обоснование исковых требований истец, ссылаясь на ничтожность сделки в силу ст. 168 ГК РФ, указывает, что договор уступки права требования [суммы изъяты] от 31 декабря 2012 года подписан со стороны ООО «НАНА» неустановленным лицом, не обладавшим полномочиями на совершение указанных действий.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО4 (финансовый управляющий ФИО3), ФИО5 (временный управляющий ООО «ОНП-керамзит»), ФИО6 (л. д. 1).

В судебном заседании представитель истца ФИО2 (действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, выданной сроком до ДД.ММ.ГГГГ – л. д. 227) исковые требования поддержал по основаниям, указанным в иске.

Представитель истца ФИО1 (действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, выданной сроком на один год – л. д. 225) также настаивал на удовлетворении иска по доводам, содержащимся в письменном объяснении от 1 декабря 2017 года, приобщённому к материалам настоящего гражданского дела. Дополнительно пояснил, что долг по договору займа от 5 октября 2010 года у ООО «ОНП-керамзит» перед ООО «НАНА» имелся, данный договор не должен был исполняться со стороны ООО «ОНП-Керамзит» поскольку фактически это являлась материальная помощь, у ООО «ОНП-керамзит», ООО «НАНА» и ОАО «Механизация» один и тот же собственник, деньги ОАО «Механизация» перевело ООО «НАНА», а последнее перевело их ООО «ОНП-керамзит». Почему применялась данная схема он не знает. В дальнейшем, долг по договору займа был переуступлен по оспариваемому договору Гринченко. Данный договор был подписан представителем ООО «ОНП-керамзит» не 31 декабря 2012 года, как это указано в договоре, а в феврале 2013 года, дату 31 декабря 2012 года попросил поставить Гринченко, при подписании договора представитель истца не присутствовал. ООО «ОНП-керамзит» некоторое время исполняло обязательство по возврату суммы займа, перечисляя денежные средства Гринченко, так как учредители ООО «ОНП-керамзит» относились с доверием к Гринченко, но потом была проведена аудиторская проверка, выяснилось, что Гринченко действовал в ущерб интересам юридического лица. Решение Новоалтайского городского суда от 9 марта 2016 года обжаловано в апелляционном порядке не было, договор [суммы изъяты] от 31 декабря 2012 года об уступке прав требования впервые ООО «ОНП-керамзит» оспаривается в рамках настоящего дела, доводов о несогласии с переуступкой права требования от ООО «НАНА» к Гринченко в рамках дела о взыскании задолженности по договору займа, не заявлялось, данный договор не оспаривался. В 2017 году представитель ООО «ОНП-керамзит» впервые обратился в правоохранительные органы, где было установлено, что договор уступки подписан неустановленным лицом. Подобное бездействие со стороны ООО «ОНП-керамзит» в вопросе об оспаривании законности договора [суммы изъяты] от 31 декабря 2016 года можно объяснить также личной связью юристов ООО «ОНП-керамзит» с Гринченко.

Ответчик ФИО3, представитель ответчика ООО «НАНА», третьи лица ФИО7, ФИО4, ФИО5 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещались надлежащим образом.

Ответчик Гринченко представил в суд письменное возражение на исковое заявление, приобщённые к материалам гражданского дела, в котором просил отказать в удовлетворении иска (л. д. 162 – 166).

Третье лицо Литинский в письменном отзыве на исковое заявление также полагал иск ООО «ОНП-керамзит» необоснованным.

Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав участников судебного заседания, исследовав и оценив материалы дела, суд приходит к следующему.

Как установлено, 31 декабря 2012 года между ООО «НАНА» (цедент) и ФИО3 (цессионарий) заключён договор уступки прав [суммы изъяты], согласно которому, ООО «НАНА» уступает, а Гринченко принимает права требования суммы долга, возникшей на основании договора процентного займа [суммы изъяты] от 5 октября 2010 года, заключённого между ООО «НАНА» (займодавец) и ООО «ОНП-керамзит» (заёмщик) (л. д. 223).

Сумма уступаемого, в соответствии с п. 1.3 настоящего Договора, требования составляет 33.237.729 рублей 15 копеек – основной долг и 5.489.298 рублей 34 копейки – проценты по договору.

Решением Новоалтайского городского суда Алтайского края от 9 марта 2016 года, вступившим в законную силу, в связи с заключением оспариваемого в рамках настоящего дела договора, с ООО «ОНП-керамзит» в пользу Гринченко взыскана задолженность по договору процентного займа [суммы изъяты] от 5 октября 2010 года в сумме 47.946.276 рублей 15 копеек, из которых: 32.926.729 рублей 15 копеек - основной долг, 10.019.547 рублей – проценты за пользование займом, 5.000.000 рублей – неустойка за просроченный основной долг и просроченные проценты (л. д. 211-212).

Истец, полагая, что договор уступки прав от 31 декабря 2012 года между ООО «НАНА» и ФИО3 является недействительным, на основании ст.ст. 167, 168, 389 ГК РФ, обратился в суд с настоящим иском.

Разрешая заявленные требования, суд приходит к следующему.

Как разъяснено в п. 69 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» положения ГК РФ об основаниях и последствиях недействительности сделок в редакции Закона N 100-ФЗ применяются к сделкам, совершенным после дня вступления его в силу, то есть после 1 сентября 2013 года (пункт 6 статьи 3 Закона N 100-ФЗ). Для целей применения этого положения под совершением двусторонней сделки (договора) понимается момент получения одной стороной акцепта от другой стороны (пункт 1 статьи 432, пункт 1 статьи 433 ГК РФ). При этом согласно пункту 9 статьи 3 Закона № 100-ФЗ сроки исковой давности и правила их исчисления, в том числе установленные статьей 181 ГК РФ, применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года.

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ (в редакции, действовавшей на 31 декабря 2012 года), сделка недействительна по основаниям, установленным ГК РФ, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения (ст. 168 ГК РФ в редакции, действовавшей на 31 декабря 2012 года).

Согласно п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента её совершения.

Ограничившись формальной ссылкой на ст. 168 ГК РФ, истец не указал, какие именно положения действующего законодательства нарушает оспариваемый договор. 

Истец в данном случае является должником по договору процентного займа [суммы изъяты] от 5 октября 2010 года. Данный долг и явился предметом оспариваемого договора уступки прав требования.

Сам по себе факт подписания договора об уступке права (требования) и замены кредитора не может свидетельствовать о нарушении прав и интересов должника.

В силу закона у должника нет интереса в оспаривании предмета договора уступки прав требований, поскольку должнику должно быть безразлично кому исполнять обязательство, так как закон защищает его от негативных последствий при исполнении обязательства кредитору, указанному в полученном им уведомлении об уступке. Следовательно, права должника не могут быть нарушены ни фактом заключения договора, ни содержанием и согласованностью (несогласованностью) его предмета.

По смыслу абз. 2 п. 2 ст. 166 ГК РФ (в редакции, действовавшей на 31 декабря 2012 года) отсутствие заинтересованности в применении последствий недействительности ничтожной сделки является самостоятельным основанием для отказа в иске. При этом материально-правовой интерес в применении последствий ничтожности сделки имеют лица, чьи имущественные права и (или) охраняемые законом интересы будут непосредственно восстановлены в результате приведения сторон ничтожной сделки в первоначальное фактическое положение.

Под заинтересованным лицом следует понимать лицо, имеющее юридически значимый интерес в данном деле. Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицом, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой.

Тем самым истец при предъявлении иска должен доказать, что его право нарушено в момент совершения сделки и нарушается на момент предъявления иска.

Сделка не может быть признана недействительной по иску лица, чьи имущественные права и интересы не затрагиваются данными нарушениями и не могут быть восстановлены при применении последствий недействительности заключенной сделки, поэтому лицо, обращающееся с требованием о признании сделки недействительной, должно доказать наличие защищаемого права или интереса.

Истец не является стороной оспариваемой им сделки и не доказал того, что положениями оспариваемого им договора в отношении истца устанавливаются какие-либо права и обязанности.

Таким образом, истец не доказал наличие у него материально правового интереса в оспариваемой сделке, а соответственно и права на судебную защиту посредством признания данной сделки, либо отдельных ее частей, недействительными, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

Доводы стороны истца о том, что личность кредитора по договору займа [суммы изъяты] от 5 октября 2010 года, то есть ООО «НАНА», имела для него существенное значение, в связи с чем, договор уступки права требования долга с ООО «ОНП-керамзит», надлежит признать недействительным, суд находит несостоятельными, как противоречащие нормам материального права, и не подтверждённые в судебном заседании доказательствами, отвечающими требованиям о допустимости и относимости доказательств, предусмотренных положениями ст.ст. 59-61 ГПК РФ.

Как следует из представленного в материалы дела договора уступки права требования от 31 декабря 2012 года, заключённого между ООО «НАНА» и Гринченко, предметом цессии было право требования с ООО «ОНП-керамзит» исполнения обязательств по договору займа, которое не относится к числу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора. Истец не доказал, что личность кредитора имеет для него существенное значение, письменных доказательств, содержащих включение соответствующего положения о важности для должника личности кредитора в договор процентного займа [суммы изъяты] от 5 декабря 2010 года, суду не представлено.

Доводы стороны истца о том, что характер сложившихся между ООО «ОНП-керамзит» и ООО «НАНА» отношений подразумевал отсутствие у ООО «ОНП-керамзит» безусловной обязанности по возврату долга по договору процентного займа [суммы изъяты] от 5 декабря 2010 года, жёстких сроков исполнения обязательств со стороны истца не предусматривалось, судом отклоняются в силу положений ст. 61 ГПК РФ о преюдициальности вступившего в законную силу судебного решения от 9 марта 2016 года, установившего наличие между ООО «НАНА» и ООО «ОНП-керамзит» заёмных отношений и наличия задолженности по договору займа.

Кроме того, доводы о недействительности требования по договору займа [суммы изъяты] от 5 декабря 2010 года, также не свидетельствуют о недействительности самого договора уступки.

В соответствии с ч. 1 ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объёме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода прав.

В соответствии со ст. 388 ГК РФ уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Согласно п. 1 ст. 390 ГК РФ, цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, за исключением случая, если цедент принял на себя поручительство за должника перед цессионарием.

В силу п. 2 ст. 390 ГК РФ цедент при уступке прав должен соблюсти ряд условий, приведённых в этой норме, определяющих, в том числе, то, что уступаемое требование должно существовать в момент уступки.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в п. 1 Информационного письма от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что недействительность требования, переданного на основании соглашения об уступке права (требования), не влечёт недействительности этого соглашения. Передача недействительного требования рассматривается как нарушение цедентом своих обязательств перед цессионарием, вытекающих из соглашения об уступке права (требования). При этом под недействительным требованием понимается как право (требование), которое возникло бы из обязательства при условии действительности сделки, так и несуществующее (например, прекращенное надлежащим исполнением) право.

Более того, как было указано выше, решением Новоалтайского городского суда Алтайского края от 9 марта 2016 года, вступившим в законную силу, в связи с заключением оспариваемого в рамках настоящего дела договора, с ООО «ОНП-керамзит» в пользу Гринченко взыскана задолженность по договору процентного займа [суммы изъяты] от 5 октября 2010 года в сумме 47.946.276 рублей 15 копеек.

В ходе рассмотрения данного гражданского дела, суд признал договор уступки [суммы изъяты] от 31 декабря 2012 года заключённым.

Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

В рамках рассмотрения гражданского дела Новоалтайским городским судом, ООО «ОНП-керамзит» не заявлялось о недействительности оспариваемого в настоящем деле договора, не заявлялось и о фальсификации данного договора. Решение Новоалтайского городского суда от 9 марта 2016 года ООО «ОНП-керамзит» не обжаловалось и вступило в законную силу.

Далее, спорный договор имеет две подписи, осуществлённые с проставлением печатей общества. При этом факт принадлежности печатей вообще не оспаривался в ходе рассмотрения дела.

В силу положений ст. 182 ГК РФ, полномочие может также явствовать из обстановки, в которой действует представитель (продавец в розничной торговле, кассир и т.п.). Перечень примеров обстановки, приведенный в абз. 2 ч. 1 ст. 182 ГК РФ, не является исчерпывающим.

В силу п.п. 1, 2 ст. 183 ГК РФ (в редакции, действовавшей на 31 декабря 2012 года) при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключённой от имени и в интересах совершившего её лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии прямо не одобрит данную сделку. Последующее одобрение сделки представляемым создаёт, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента её совершения.

Согласно абз. 3 п. 5 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.10.2000 № 57 «О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации» действия работников представляемого по исполнению обязательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, могут свидетельствовать об одобрении, при условии, что эти действия входили в круг его служебных (трудовых) обязанностей, или основывались на доверенности, либо полномочие работников на совершение таких действий явствовало из обстановки, в которой они действовали (аб3. 2 п. 1 ст. 182 ГК РФ).

Спорный договор подписан, имеются также оттиски печатей сторон.

Доказательства, подтверждающие факт утери печати обществом, её противоправного использования или нахождения в свободном доступе, в материалах дела отсутствуют, суду не представлены. При доступе физического лица к печати юридического лица и при отсутствии заявления об утрате (хищении) печати полномочия такого физического лица явствуют из обстановки в силу ст. 182 ГК РФ.

В п. 70 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (п. 5 ст. 166 ГК РФ).

Под последующим одобрением сделки могут пониматься действия представляемого, свидетельствующие об одобрении сделки. Независимо от формы одобрения оно должно исходить от органа или иного лица, уполномоченного заключать такие сделки или совершать действия, которые могут рассматриваться как одобрение (абз. 2 п. 123 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25).

Как указал Верховный Суд РФ в определении от 4 июня 2013 года № 44-КГ13-1, заключение сделки даже неустановленным лицом имеет те же правовые последствия, что и заключение сделки неуполномоченным лицом, поскольку последующее одобрение сделки порождает для одобрившего её лица все правовые последствия.

Последующие действия ООО «НАНА» свидетельствуют об одобрении оспариваемой сделки.

Действующим законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов хозяйственного оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности (правило эстоппель). Таким поведением является в частности поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно полагалась на них.

В соответствии с п.п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В материалы дела не представлены документы, свидетельствующие о том, что ООО «ОНП-керамзит» заявлялись возражения до подачи настоящего иска в суд относительно процедуры заключения оспариваемого договора.

Требования истца о признании договора незаключённым также не подлежит удовлетворению по указанным выше основаниям, а также с учётом следующего.

Согласно п. 1 ст. 432 ГК РФ, договор считается заключённым, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Положения главы 24 ГК РФ не содержат каких-либо специальных указаний на существенные условия договора уступки права (требования). Поэтому, исходя из положений абз. 2 п. 1 ст. 432 ГК РФ, единственным существенным условием договора уступки права (требования) является условие о его предмете. Иные условия указанного договора определяются по соглашению сторон.

В силу п. 1 ст. 161 ГК РФ сделки юридических лиц между собой и с гражданами должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения.

Согласно ст. 389 ГК РФ, уступка требования, основанного на сделке, совершенной в простой письменной или нотариальной форме, должна быть совершена в соответствующей письменной форме.

Высший Арбитражный Суд РФ в своём информационном письме от 25.02.2014 № 165 дал некоторые разъяснения по вопросу признания договора незаключённым. Согласно правовой позиции ВАС РФ незаключённым является договор, по всем существенным условиям которого стороны не пришли к согласию.

Как указал Высший Арбитражный Суд РФ в п. 1 вышеуказанного информационного письма договор не может быть признан заключённым, поскольку взаимное волеизъявление сторон не выражает согласия по всем условиям, которые считаются существенными применительно к их договору, Договор, являющийся незаключённым вследствие несогласования существенных условий, не может быть признан недействительным, так как он не только не порождает последствий, на которые был направлен, но и является отсутствующим фактически ввиду недостижения сторонами какого-либо соглашения, а, следовательно, не может породить такие последствия и в будущем.

Согласно ст. 153 ГК РФ, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с п. 3 ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двухсторонняя сделка) либо трёх или более сторон (многосторонняя сделка).

П. 1 ст. 160 ГК РФ установлено, что сделка в письменной форме должна быть совершена путём составления документа, выражающего её содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Действительно, подписи участников сделки являются необходимым элементом простой письменной формы. Вместе с тем, в соответствии п. 2 ст. 162 ГК РФ несоблюдение простой письменной формы сделки влечёт её недействительность (а не незаключенность) и только в случаях, прямо указанных в законе или в соглашении сторон. П. 1 ст. 162 ГК РФ предусмотрены последствия несоблюдение простой письменной формы, согласно которому несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и её условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

При рассмотрении вопроса о заключении договора и согласовании его существенных условий следует исходить не только из текста договора и подписания договора соответствующим лицом, но и из действий сторон по его реальному исполнению.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в Определении от 4 июня 2013 года № 44-КГ13-01, неправильное определение предмета доказывания, которым суд второй инстанции посчитал исключительно факт подписания соответствующим лицом договора и формальное применение судом положений закона о форме сделки, которая должна быть подписана лицами, совершившими сделку (пункт 1 статьи 160 ГК РФ), приводит к нарушению права лица на судебную защиту и влечёт за собой иные нарушения.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в вышеуказанном Определении, обстоятельством, имеющим существенное значение для правильного разрешения возникшего спора и подлежащим доказыванию, является обстоятельство исполнения обществом договора, свидетельствующее о последующем одобрении сделки.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 123 Постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» под последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься: письменное или устное одобрение независимо от того, кому оно адресовано; признание представляемым претензии контрагента; иные действия представляемого, свидетельствующие об одобрении сделки (например, полное или частичное принятие исполнения по оспариваемой сделке, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке, подписание уполномоченным на это лицом акта сверки задолженности); заключение, а равно одобрение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения.

После заключения оспариваемого договора уступки от 31 декабря 2012 года, ООО «НАНА» не оспаривает данную сделку, подпись представителя ООО «НАНА» в данном договора, указанное юридическое лицо также не оспаривает, что свидетельствует об одобрении заключённой от имени общества сделки.

Со стороны Гринченко также совершены действия, связанные с исполнением договора: им подан в Новоалтайский городской суд иск о взыскании с ООО «ОНП-керамзит» задолженности, право требования которой он получил на основании оспариваемого договора.

Таким образом, основания для признания договора цессии незаключённым отсутствуют. Договор цессии от 31декабря 2012 года заключён в письменной форме, все необходимые условия для договоров данного вида сторонами согласованы. Сторонами совершены конкретные действия, связанные с его исполнением. Договор породил последствия, на которые был направлен. На основании договора цессии от 31 декабря 2012 года решением Новоалтайского городского суда от 9 марта 2016 года с ООО «ОНП-керамзит» в пользу Гринченко взыскана задолженность по договору процентного займа [суммы изъяты] от 5 октября 2010 года.

В связи с вышеизложенным доводы стороны истца о ничтожности и незаключении договора уступки от 31 декабря 2012 года, по тому основанию, что он подписан от имени ООО «НАНА» неустановленным лицом, ссылающейся на заключение экспертизы, суд признаёт несостоятельными, а также противоречащими решению Новоалтайского городского суда от 9 марта 2016 года, имеющим преюдициальное значение для настоящего дела, которым установлено, что договор уступки прав подписан его сторонами.

Вывод экспертного заключения о том, что оспариваемый договор подписан от имени представителя ООО «НАНА» самим Гринченко, носит вероятностный характер (л. д. 46-73) и поэтому не может быть принят во внимание.

Самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении искового заявления является пропуск истцом срока исковой давности обращения в суд.

Ответчик Гринченко в письменных возражениях заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, общий срок исковой давности устанавливается в три года (ст. 196 ГК РФ).

П. 1 ст. 197 ГК РФ предусмотрено, что для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Учитывая положения п. 9. ст. 3 Закона № 100-ФЗ, а также разъяснения, содержащиеся в п. 69 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», и исходя из того, что срок предъявления требований о признании недействительным договора цессии от 31 декабря 2012 года не истекли по состоянию на 1 сентября 2013 года, суд к заявленным требованиям применяет сроки исковой давности и правила их исчисления, в том числе установленные ст. 181 ГК РФ, в актуальной редакции.

Поскольку в силу ст. 168 ГК РФ, в редакции, действовавшей на 31 декабря 2012 года, сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, то к заявленным исковым требованием подлежат применению положения о сроке исковой давности и правилах исчисления ничтожной сделки.

В соответствии с ч. 1 ст. 181 ГК РФ (в актуальной редакции) срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале её исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Решением Новоалтайского городского суда установлено, что в период с февраля 2013 года по январь 2014 года ООО «ОНП-керамзит» осуществляло внесение денежных средств на банковский счёт Гринченко либо его представителя, в счёт погашения задолженности по договору займа от 5 октября 2010 года, договору уступки прав от 31 декабря 2012 года.

В судебном заседании представителями истца также признан тот факт, что о заключении оспариваемого договора ООО «ОНП-керамзит» стало известно в феврале 2013 года, после чего данное юридическое лицо некоторое время осуществляло возврат долга по договору займа от 5 октября 2010 года в пользу Гринченко. 

Таким образом, учитывая, что о начале исполнения оспариваемого договора истцу было достоверно известно в феврале 2013 года, то срок исковой давности по требованиям истца на момент подачи искового заявления в суд первой инстанции 9 октября 2017 года, также истёк.

Оснований, предусмотренных ст. 205 ГПК РФ, для восстановления пропущенного процессуального срока, суд не усматривает. Доказательств уважительности причин пропуска срока истцом в дело не представлено.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что ООО «ОНП-керамзит» без уважительных причин пропущен срок исковой давности обращения в суд.

Таким образом, суд считает необходимым отказать в удовлетворении исковых требований ООО «ОНП-керамзит» в полном объёме.

Поскольку ООО «ОНП-керамзит» отказано в удовлетворении исковых требований, расходы по оплате государственной пошлины относятся на истца на основании ст. 98 ГПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 194-199, ГПК РФ, 

решил:

В удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «ОНП-Керамзит» отказать.

Настоящее решение может быть обжаловано сторонами в суд Ямало-Ненецкого автономного округа в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме 11 декабря 2017 года путём подачи апелляционной жалобы через Новоуренгойский городской суд.

Председательствующий: