ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тольятти 04 октября 2023 года

Судья Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области Бегунова Т.И.,

с участием помощника прокурора Центрального района г. Тольятти Самарской области Митюкова И.А.,

подсудимых ФИО3, ФИО1,

законного представителя подсудимого ФИО2 – ФИО14,

защиты в лице адвокатов - Горелик Е.В., Барчугина С.В., Талиной Е.А.,

представителей потерпевшего ФИО15 – адвокатов ФИО16, ФИО18

при секретаре Кошелевой О.И.,

рассмотрев в закрытом судебном заседании в ходе предварительного слушанья уголовное дело № по обвинению:

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, русского, гражданина РФ, с высшим образованием, женатого, работающего генеральным директором ООО «

<

данные изъяты>», зарегистрированного и проживающего в 

<

адрес>, ранее не судимого,

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, гражданина РФ, с высшим образованием, женатого, пенсионера, проживавшего по адресу: 

<

адрес> ранее не судимого, скончавшегося 16.07.2020 года,

Обоих в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст.159 ч.4, 159 ч. 4 УК РФ,

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца с. Ст.

<

адрес>, русского, гражданина РФ, с высшим образованием, женатого, пенсионера, зарегистрированного и проживающего в 

<

адрес>, ранее не судимого,

в совершении преступления, предусмотренного ст.159 ч. 4 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

В Центральный районный суд г.Тольятти 31.08.2023 года поступило уголовное дело в отношении ФИО3 и ФИО2, обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст.159 ч.4, 159 ч.4 УК РФ, а также ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст.159 ч.4 УК РФ.

Копии обвинительного заключения ФИО3, ФИО14 и ФИО1 получены 31.08.2023 года

Защитниками ФИО11, ФИО12, ФИО13 в защиту интересов доверителей 04.09.2023 года были поданы ходатайства о проведении предварительного слушания по делу с соблюдением сроков, предусмотренных ч.3 ст.229 УПК РФ. В обоснование своих ходатайств защитники указали о наличии оснований для прекращения уголовного преследования по п.5 ч.1 ст.24 УПК РФ, а также о возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, в связи с нарушениями требований ст.220 УПК РФ – неполноты, противоречивости, непоследовательности обвини тельного заключения, исключающего возможность постановления приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения (использование не предусмотренной УПК РФ терминологии «юридические лица, обладающие признаками анонимности»; не указание размера причиненного ФИО15 и ООО «

<

данные изъяты>» ущерба по каждому из 2-х эпизодов; отсутствие у ФИО15 полномочий на представление интересов потерпевшего ООО «

<

данные изъяты>»; подача заявления о возбуждении уголовного дела неполномочным представителем с истекшим сроком доверенности; отсутствие обоснования утверждения об аффилированности ООО «

<

данные изъяты>» подсудимым; вменение ФИО2 совершения пре6ступления в период с 31.10.2007 года по 01.10.2020 года - после его смерти 16.07.2020 года.

В ходе предварительного слушания в соответствии с положениями ст.ст. 229, 235 УПК РФ адвокатом ФИО11 поддержано ходатайство о прекращении уголовного дела в соответствии со ст.24 ч.1 п.5 УПК РФ, в связи с нарушением требований ст.140 УПК РФ, при отсутствии законного повода о возбуждении уголовного дела – заявления о совершенном преступлении, а также основания для возбуждения уголовного дела – наличия достаточных данных, указывающих на признаки преступлений, предусмотренных ст.159 ч.4 УК РФ и без учета требований ст.90 УПК РФ. Также защитник ссылалась на не конкретизированность обвинения: отсутствие данных о месте, времени совершения преступления, сумме причиненного ущерба. Адвокатом Талиной Е.А. поддержано ходатайство о прекращении уголовного дела в соответствии со ст.24 ч.1 п.5 УПК РФ, в связи с нарушением требований ст.140 УПК РФ, при отсутствии законного повода о возбуждении уголовного дела – заявления о совершенном преступлении, а также заявлено ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору в связи с нарушениями положений ст.220 УПК РФ. Адвокатом Барчугиным С.В. поддержано ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору Центрального района г.Тольятти Самарской области в порядке ст.237 УПК РФ, для устранения нарушений требований ст.220 УПК РФ при составлении обвинительного заключения. 

Представители потерпевшего ФИО15 – адвокаты ФИО16 и ФИО18 возражали против возвращения уголовного дела прокурору и прекращения уголовного дела по указанным основаниям, поскольку нарушений уголовного процессуального законодательства РФ при составлении обвинительного заключения и возбуждения указанного уголовного дела не имеется.

Государственный обвинитель просил суд заявленное ходатайство оставить без удовлетворения, поскольку нарушений уголовно-процессуального законодательства и Конституции РФ при возбуждении, расследовании указанного уголовного дела, а равно при составлении обвинительного заключения, допущено не было.

Обсудив заявленные ходатайства, выслушав мнения участников судебного разбирательства, суд приходит к следующим выводам.

Согласно обвинительного заключения ФИО3, ФИО2 и ФИО1 обвиняются в совершении мошенничества, совершенного группой лиц по предварительному сговору, то есть хищения денежных средств в сумме 148.441.876 рублей 22 копейки, принадлежащих ООО «

<

данные изъяты>» и учредителю данного юридического лица ФИО15., лишив последнего, как участника Общества, права на имущество в виде выплаты неполученной и нераспределенной прибыли Общества согласно размеру доли в 33,3 % от суммы выплаченных процентов.

ФИО3 и ФИО2 также обвиняются в совершении мошенничества, совершенного группой лиц по предварительному сговору, то есть в совершении хищения чужого имущества путем злоупотребления доверием, совершенного группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере «путем вывода основных средств Общества - здания производственного цеха литья общей площадью 1194,90 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес> и земельного участка под ним, площадью 2657 кв.м», используемых в производственной деятельности ООО «

<

данные изъяты>», «при отсутствии экономической выгоды, общей стоимостью 36.853.876 рублей, лишив тем самым ООО «

<

данные изъяты>» недвижимого имущества, прибыли от его использования в производственной деятельности, а ФИО15, как участника Общества, лишив права на имущество в виде выплаты нераспределенной прибыли Общества и права на имущество в виде распределения собственности Общества между участниками согласно размеру доли в 33,3 %.»

Потерпевшим по уголовному делу признан ФИО15 (л.д.237 т.28) и ООО «

<

данные изъяты>» в лице представителя - ФИО15 (л.д.212-213 т.55).

В силу ст.42 УПК РФ «потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а также юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда его имуществу и деловой репутации».

Согласно ст.8 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ N 14-ФЗ (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "Об обществах с ограниченной ответственностью" участник Общества наряду с другими правами обладает правом принимать участие в распределении прибыли, получить в случае ликвидации Общества часть имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами, или его стоимость.

Согласно предъявленному обвинению, ущерб был причинен, как ООО «

<

данные изъяты>», так и ФИО15. 

Однако в обвинительном заключении по первому эпизоду указано, что «ФИО2, ФИО3, ФИО1 похитили путем злоупотребления доверием ФИО15 денежные средства, принадлежащие ООО «

<

данные изъяты>» ИНН 

<

***> и одному из фактических собственников ФИО15 в сумме 75.020.525 рублей, выведенные на счет ООО «

<

данные изъяты>» ИНН №, имеющего признаки «анонимности», а также денежные средства, выплаченные в виде процентов по договорам займов не имеющим экономическую целесообразность, заключенных с целью хищения денежных средств, в сумме 73.421.351 рубль 22 копейки, а всего на общую сумму 148.441.876 рублей 22 копейки, причинив тем самым ООО «

<

данные изъяты>» и одному из фактических собственников Общества ФИО15 материальный ущерб на указанную сумму, то есть в особо крупном размере, а также одному из учредителей Общества ФИО15, лишив последнего, как участника Общества, права на имущество в виде выплаты неполученной и нераспределенной прибыли Общества согласно размеру доли в 33,3 % от суммы выплаченных процентов».

Обязательным элементом объективной стороны преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ, является установление факта причинения конкретного материального ущерба.

Указанная выше формулировка обвинения не позволяет отождествить точную сумму ущерба причиненного отдельно ООО «

<

данные изъяты>» и отдельно ФИО15 в денежном эквиваленте. При этом из предъявленного обвинения прямо следует, что ФИО15 является не единственным учредителем ООО «

<

данные изъяты>».

Согласно п.5. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 № 48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате" - мошенничество признается оконченным с момента, когда указанное имущество поступило в незаконное владение виновного или других лиц и они получили реальную возможность пользоваться или распорядиться им по своему усмотрению. Если предметом преступления при мошенничестве являются безналичные денежные средства, в том числе электронные денежные средства, то по смыслу положений пункта 1 примечаний к статье 158 УК РФ и статьи 128 Гражданского кодекса Российской Федерации содеянное должно рассматриваться как хищение чужого имущества. Такое преступление следует считать оконченным с момента изъятия денежных средств с банковского счета их владельца или электронных денежных средств, в результате которого владельцу этих денежных средств причинен ущерб.

Из обвинительного заключения также усматривается, что «ФИО3, совместно и согласованно с ФИО2 и ФИО1, являясь коммерческим директором ООО «

<

данные изъяты>», не ставя до ДД.ММ.ГГГГ в известность генерального директора Свидетель №2 о заключении договоров с ООО «

<

данные изъяты>», имеющего признаки «анонимности» и не осуществлявшего хозяйственную деятельность в гражданском обороте, обеспечил исполнение договоров, не расходуя их на нужды ООО «

<

данные изъяты>», дал указание работникам бухгалтерии ООО «

<

данные изъяты>» о перечислении поступивших от ООО «

<

данные изъяты>» по договорам займа на расчетные счета Общества: № открытый в Филиале АК СБ РФ ОАО «Автозаводское» отделение №, №, №, №, №, №, №, открытые в Ульяновском отделении № ПАО Сбербанк расположенном в 

<

адрес>, №, №, №, открытые в филиале ОАО Банк «АВБ», расположенном в 

<

адрес>, №, открытый в Поволжском банке ПАО «Сбербанк», расположенном в 

<

адрес>, денежных средств в особо крупном размере в сумме 75 020 525 рублей транзитом на расчетные счета аффилированного ФИО2 и ФИО1 юридического лица – ООО «

<

данные изъяты>», №, открытый в филиале «Автовазбанка» в 

<

адрес> по адресу: 

<

адрес>, которые ФИО2 и ФИО1 при участии ФИО3 обратили в свою пользу и распорядились ими по своему усмотрению.»

При этом из обвинительного заключения не усматривается: каким образом подсудимые получили доступ к перечисленным с расчетных счетов ООО «

<

данные изъяты>» и находящимся на счетах ООО «

<

данные изъяты>» денежным средствам и как именно, в какой период времени распорядились ими.

Вместе с тем в тексте обвинительного заключения в части обвинения ФИО3 указано, что он являлся учредителем ООО «

<

данные изъяты>», что не соответствует действительности, а в части обвинения ФИО2 указан период преступной деятельности последнего после его смерти.

Защита, поддерживая ходатайство о прекращении уголовного дела и уголовного преследования, ссылается на положения п.6 постановления Пленума ВС РФ от 29.06.2010 года № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», согласно которому в случае, когда потерпевшим признано юридическое лицо, его права и обязанности в суде, согласно ч.9 ст.42 УПК РФ осуществляет представитель, полномочия которого должны быть подтверждены доверенностью, оформленной надлежащим образом.

На п. 3 Постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2016 г. N 48 "О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности", в случаях, предусмотренных в части 3 статьи 20 УПК РФ, когда потерпевшим является коммерческая организация, уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 159 - 159.3, 159.5, 159.6, 160, 165, частью 1 статьи 176, статьями 177, 180, 185.1, частью 1 статьи 201 УК РФ, возбуждаются по заявлению лица, являющегося в соответствии с уставом организации ее единоличным руководителем (лицом, выполняющим функции единоличного исполнительного органа) или руководителем коллегиального исполнительного органа (например, председатель правления акционерного общества), либо лица, уполномоченного руководителем коммерческой организации представлять ее интересы в уголовном судопроизводстве в соответствии с частью 9 статьи 42 УПК РФ. Если в совершении указанных преступлений подозревается руководитель коммерческой организации, уголовное дело может быть возбуждено по заявлению органа управления организации, в компетенцию которого в соответствии с уставом входит избрание, назначение руководителя и (или) прекращение его полномочий (например, совета директоров), либо лица, уполномоченного этим органом обратиться с таким заявлением.

В соответствии с вышеуказанными положениями УПК РФ и разъяснениями Пленума ВС РФ, уголовное дело по ст.159 ч.4 УК РФ возбуждается по заявлению потерпевшего – представителя ООО «

<

данные изъяты>».

Уголовное дело № возбуждено на основании заявления представителя ФИО10, действующей по доверенности в интересах ФИО15, являющегося соучредителем ООО «

<

данные изъяты>». 

В соответствии со ст.24 ч.1 п.5 УПК РФ возбужденное уголовное дело подлежит прекращению по основанию отсутствия заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению.

Как указано выше, из текста обвинительного заключения прямо не усматривается, причинен ущерб только ООО «

<

данные изъяты>», либо и иным лицам и в какой конкретно сумме. В связи с этим доводы защиты об отсутствии заявления «надлежащего» представителя ООО «

<

данные изъяты>» не могут быть рассмотрены судом на данной стадии рассмотрения уголовного дела. 

Между тем, в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.03.2004 № 1 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», разъяснено, что под допущенными при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в статьях 220, 225 УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения или акта.

В соответствии с положениями ст.220 УПК РФ предписывает следователю также указывать в обвинительном заключении существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, формы вины, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, имея при этом в виду, что для суда установлены пределы судебного разбирательства, предусмотренные ст.252 УПК РФ.

При этом, исходя из требований ст.73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию: событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления), а также характер и размер вреда, причиненного преступлением.

Исходя из смысла приведенных выше положений закона в предъявляемом обвинении, а равно в обвинительном заключении должны быть конкретно указаны обстоятельства совершенного преступления, конкретные действия и роль обвиняемого при его совершении, чтобы позволить суду при исследовании доказательств объективно разрешить вопрос о виновности или невиновности привлеченного к уголовной ответственности лица.

При изучении материалов данного уголовного дела судом установлено, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований ст.220 УПК РФ, а именно анализ содержания обвинительного заключения по настоящему уголовному делу свидетельствует о несоответствии фабулы обвинения нормам уголовного права, фактически в обвинительном заключении отсутствует полноценное обвинение, которое должно являться предметом судебного разбирательства.

Так, органом следствия в предъявленном ФИО3, ФИО2, ФИО1 обвинении и в обвинительном заключении в нарушение указанных норм уголовно-процессуального законодательства РФ не установлены и не описаны место совершения и окончания преступления, размер причиненного ущерба, способ похищения денежных средств с расчетного счета ООО «

<

данные изъяты>». Орган следствия ограничился лишь указанием на то, что «…находясь в офисе, расположенном по адресу: 

<

адрес>, преследуя корыстную цель незаконного обогащения, решили совершить хищение денежных средств, принадлежащих ООО «

<

данные изъяты>», «…дал указание работникам бухгалтерии ООО «

<

данные изъяты>» о перечислении поступивших от ООО «

<

данные изъяты>» по договорам займа на расчетные счета Общества, денежных средств в особо крупном размере в сумме 75.020.525 рублей транзитом на расчетные счета аффилированного ФИО2 и ФИО1 юридического лица – ООО «

<

данные изъяты>» ИНН 

<

***>, №, открытый в филиале «Автовазбанка» в 

<

адрес> по адресу: 

<

адрес>, которые ФИО2 и ФИО1 при участии ФИО3 обратили в свою пользу и распорядились ими по своему усмотрению».

В соответствии с п.6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 № 48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате" - если мошенничество совершено в форме приобретения права на чужое имущество, преступление считается оконченным с момента возникновения у виновного юридически закрепленной возможности вступить во владение или распорядиться чужим имуществом как своим собственным (в частности, с момента регистрации права собственности на недвижимость или иных прав на имущество, подлежащих такой регистрации в соответствии с законом…).

По второму эпизоду также в обвинительном заключении указано, что ФИО3 и ФИО2 инкриминируется хищение имущества, в особо крупном размере, принадлежащего ООО «

<

данные изъяты>» – здания производственного цеха литья и земельного участка под ним, как указано выше. При этом в обвинительном заключен6ии отсутствуют, сведения о дате регистрации договора купли-продажи недвижимого имущества, дополнительного соглашения к нему, а равно и о самом факте наличия таковой.

С учетом изложенных обстоятельств не представляется возможным сделать вывод о стадии преступления, также затруднено и определение территориальной подсудности уголовного дела.

Вместе с тем по данному эпизоду в части ущерба указано, что «В результате вышеописанных преступных действий ФИО2 и ФИО3, ООО «

<

данные изъяты>» ИНН № причинен материальный ущерб в особо крупном размере, выразившийся в хищении путем злоупотребления доверием и выбытии из владения Общества недвижимого имущества: здания производственного корпуса – цеха литья общей площадью 1194,90 кв.м., кадастровый № и земельного участка площадью 2657 кв.м. кадастровый №, значительно превышающего площадь указанного здания, используемых в производственной деятельности Общества, при отсутствии экономической выгоды, общей стоимостью 36.853.876 рублей, лишив тем самым ООО «

<

данные изъяты>» ИНН 

<

***> недвижимого имущества, прибыли от его использования в производственной деятельности, а ФИО15, как участника Общества, лишив права на имущество в виде выплаты нераспределенной прибыли Общества и права на имущество в виде распределения собственности Общества между участниками согласно размеру доли в 33,3 %.». В обвинительном заключении также отсутствует указание о сумме причиненного ущерба в виде «прибыли от его использования в производственной деятельности», а также суммы ущерба причиненного непосредственно ФИО15.

Согласно п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ - судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления;

Неясность и неконкретность предъявленного обвинения, отсутствие в нем указания на обязательные элементы состава преступления, создает препятствия для дальнейшего судопроизводства, определения подсудности рассмотрения уголовного дела и вынесения законного и обоснованного решения судом, создают неопределенность в сформулированном органами предварительного расследования обвинении, не позволяют определить пределы судебного разбирательства применительно к требованиям ст.252 УПК РФ и ущемляют гарантированное обвиняемому право знать, в чем конкретно он обвиняется (ст.47 УПК РФ).

Соблюдение требований, изложенных в ст.220 УПК РФ, имеет значение для реализации прав обвиняемого на защиту, а также права потерпевшего знать и понимать обвинение, предъявленное в защиту его интересов с целью восстановления нарушенных прав.

Выявленные нарушения УПК РФ не могут быть восполнены в ходе рассмотрения уголовного дела по существу, поскольку на суд не возложена процессуальная обязанность формулирования и предъявления обвинения и свидетельствуют о наличии правовой неопределенности при изложении существа обвинения, что влечет нарушение прав всех участников процесса. 

Таким образом, указанные нарушения требований уголовно-процессуального закона при составлении обвинительного заключения, исходя из фактических обстоятельств, изложенных в обвинительном заключении, являются неустранимыми в судебном производстве, с учетом того, что для суда установлены пределы судебного разбирательства, предусмотренные ст.252 УПК РФ, и исключают возможность постановления судом законного, обоснованного и справедливого приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения, и в соответствии с п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ являются основанием к возвращению уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

С учетом всего вышеизложенного, суд полагает ходатайства адвокатов ФИО11, ФИО13 о прекращении уголовного дела и уголовного преследования заявлены преждевременно, поскольку суд на данной стадии судебного разбирательства не может в полной мере изучить все обстоятельства и в полном объеме исследовать материалы уголовного дела, при этом, суд полагает возможным возвратить уголовное дело прокурору Центрального района г.Тольятти Самарской области в порядке ст.237 УПК РФ, для устранения препятствий рассмотрения дела судом..

В соответствии с ч.3 ст.237 УПК РФ при возвращении уголовного дела прокурору судья решает вопрос о мере пресечения в отношении обвиняемого.

В отношении обвиняемых ФИО3, ФИО1 органом предварительного расследования избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, которую суд считает необходимым оставить без изменения, поскольку основания, послужившие причиной ее избрания, не изменились и не утратили свою значимость, производство по уголовному делу не окончено, обвинение в совершении умышленных тяжких преступлений не снято.

Согласно положений ч.1 ст.115 УПК РФ для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, взыскания штрафа, других имущественных взысканий или возможной конфискации имущества, указанного в части первой статьи 104.1 УК РФ, судом может быть наложен ареста на имущество подозреваемого, обвиняемого или лиц, несущих по закону материальную ответственность за их действия без установления срока. 

С учетом этого, принимая во внимание, что основания по которым судом наложены обеспечительные меры в виде ареста имущества не отпали, арест, наложенный на имущества ФИО1 подлежит сохранению до принятия итогового решения по уголовному делу.

На основании изложенного изложенное, руководствуясь ст. ст. 220, 229, 234, 236, 237 ч.1 п.1 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

В удовлетворении ходатайств адвокатов ФИО11, ФИО13 о прекращении уголовного дела и уголовного преследования на основании п.5 ч.1 ст.24 УПК РФ - отказать.

Ходатайства адвокатов ФИО12 и ФИО13 о возвращении уголовного дела прокурору - удовлетворить.

Возвратить уголовное дело в отношении ФИО3, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст.159 ч.4, 159 ч.4 УК РФ, ФИО2, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст.159 ч.4, 159 ч.4 УК РФ, ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст.159 ч.4 УК РФ прокурору г.Тольятти для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру пресечения в отношении ФИО3, ФИО1 - оставить прежнюю - подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Аресты, наложенные на объекты недвижимости ФИО1, постановлениями Октябрьского районного суда г.Самары от 17.07.2023 года, от 21.07.2023 года сохранить до вынесения итогового решения по уголовному делу.

Постановление может быть обжаловано в Самарский областной суд в течение 15 суток со дня его вынесения через Центральный районный суд г.о.Тольятти.

Судья: / подпись / Т.И.Бегунова

КОПИЯ ВЕРНА

Судья: Т.И.Бегунова

Подлинный документ подшит в деле №1-587/2023 (УИД 63RS0031-01-2023-006117-79) и находится в Центральном районном суде г.Тольятти Самарской области.