В суде первой инстанции дело слушал судья Камко А.С.

Дело №22-3627/2023 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Хабаровск 02.10.2023

Хабаровский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Акулова В.Г.,

с участием прокурора Моисеенко Е.О.

подсудимого ФИО1о, 

адвоката Жентерик А.В., представившего ордер №454 и удостоверение №,

подсудимого ФИО2о, 

адвоката Мулик Ю.В., представившего ордер №003980 и удостоверение №,

подсудимого ФИО8 о,

адвоката Ериной Е.Р., представившей ордер №000606 и удостоверение №,

подсудимой ФИО4,

адвоката Потехина Н.Н., представившего ордер №641848 и удостоверение №,

адвоката Ткачевой В.В., представившего ордер №2799 и удостоверение №,

переводчика ФИО5,

при помощнике судьи Абраамян Э.Г., 

рассмотрел в судебном заседании 02.10.2023 дело по апелляционному представлению и дополнениям к нему государственного обвинителя по делу – помощника прокурора Железнодорожного района г. Хабаровска Сосновской Я.А., возражениям на него адвокатов Жентерик А.В. и Козлова А.В., на постановление Железнодорожного районного суда г. Хабаровска от 04.07.2023, которым уголовное дело в отношении:

ФИО1, 

<

данные изъяты>,

ФИО2, 

<

данные изъяты>,

ФИО6, 

<

данные изъяты>,

ФИО4, 

<

данные изъяты>, 

ФИО7,, 

<

данные изъяты>

обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных п.п.«а,б» ч.2 ст.171.3, ч.4 ст.180, п. «б» ч.6 ст.327.1 УК РФ, возвращено прокурору Хабаровского края для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Заслушав доклад председательствующего, изложившего обстоятельства дела, содержание апелляционного представления и дополнений к нему государственного обвинителя по делу – помощника прокурора Железнодорожного района г. Хабаровска Сосновской Я.А., возражений на него адвокатов Жентерик А.В. и Козлова А.В., а также выслушав в судебном заседании пояснения подсудимых ФИО1, ФИО2, ФИО6, ФИО4 и их защитников –адвокатов Жентерик А.В., Мулик Ю.В., Ткачевой В.В., Ериной Е.Р. и Потехина Н.Н., возражавших против доводов апелляционного представления, мнение прокурора Моисеенко Е.О., поддержавшей доводы апелляционного представления и дополнения к нему, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

Органом предварительного следствия ФИО1, ФИО2, ФИО3 A.M.о., ФИО7 и ФИО4 обвиняются в совершении преступлений, предусмотренных п.п.«а,б» ч.2 ст.171.3, ч.4 ст.180, п.«б» ч.6 ст.327.1 УК РФ – то есть в производстве, хранении и розничной продаже спиртосодержащей продукции без соответствующей лицензии, в случаях, если такая лицензия обязательна, совершенные организованной группой, в особо крупном размере; - в незаконном использовании чужого товарного знака, если это деяние совершено неоднократно и причинило крупный ущерб, совершенное организованной группой; - в использовании для маркировки алкогольной продукции заведомо поддельных акцизных марок, совершенное организованной группой.

Постановлением Железнодорожного районного суд г. Хабаровска от 04.07.2023 уголовное дело в отношении ФИО2, ФИО1, ФИО8, ФИО7, ФИО4, обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных п.п.«а,б» ч.2 ст.171.3, ч.4 ст.180, п.«б» ч.6 ст.327.1 УК РФ, возвращено прокурору Хабаровского края для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

В апелляционном представлении и дополнениях к нему государственный обвинитель по делу - помощник прокурора Железнодорожного района г. Хабаровска Сосновская Я.А. не соглашаясь с постановлением суда, считает его незаконным и необоснованным, подлежащим отмене вследствие неправильного применения уголовного закона, существенного нарушения требований уголовно -процессуального закона, несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Указывает, что по настоящему уголовному делу существенных нарушений прав участников процесса и нарушений норм уголовно-процессуального закона не допущено. 

Полагает необоснованными выводы суда о том, что по преступлению, предусмотренному ст.171.3 УК РФ особо крупный размер определен для алкогольной продукции, но не для продукции спиртсодержащей, поскольку изъятая по уголовному делу продукция согласно заключениям экспертов №7э от 25.01.2021, №11э от 20.01.2021, №21э от 19.02.2022 является спиртсодержащей (водкой, коньяком не являются).

Исходя из внешнего вида и оформления тары, в которую были разлиты этиловый спирт, алкогольная и спиртсодержащая продукция, отсутствия в них денатурирующих веществ и их смесей, органом предварительного следствия при расчете размера указанной продукции законно и обоснованно применен приказ Минфина России от 11.12.2019 №225н «Об установлении цен, не ниже которых осуществляются закупка (за исключением импорта), поставки (за исключением экспорта) и розничная продажа алкогольной продукции крепостью свыше 28 процентов» с приведением исходных цен водки и коньяка. 

Полагает, что оснований для расчета стоимости изъятой продукции с учетом цен, установленных приказом Минфина России от 07.10.2020 №234н «Об установлении цены, не ниже которой осуществляются закупка (за исключением импорта), поставки (за исключением экспорта) этилового спирта, произведенного из непищевого сырья, и денатурированного этилового спирта, произведенного из пищевого и непищевого сырья (за исключением биоэтанола)», не имеется.

Считает, что собранными по делу доказательствами установлено, что ФИО4, ФИО2, ФИО3 A.M.о., ФИО1 и ФИО7, намеревались реализовывать под видом алкогольной продукции (водки, коньяка) спиртосодержащую жидкость для получения дохода в особо крупном размере, в связи с чем, органом следствия обоснованно рассчитан размер дохода на основании заключения эксперта, установившего стоимость изъятой по уголовному делу продукции, как алкогольной.

Полагает необоснованными выводы суда о том, что противоречия в формулировке обвинения по преступлению, предусмотренному ст.173.1 УК РФ в части не доведения участниками своего корыстного преступного умысла, направленного на розничную продажу произведённой спиртосодержащей продукции в особо крупном размере до конца по не зависящим от них обстоятельствам, при том, что каждый из подсудимых обвиняется в совершении оконченного преступления, предусмотренного п.«а,б» ч.2 ст.171.3 УК РФ, препятствуют вынесению судом решения. Указанные в постановлении суда противоречия в формулировке обвинения ФИО4, ФИО2, ФИО6, ФИО1 и ФИО9 в совершении преступления, предусмотренного п.п.«а,б» ч.2 ст.171.3 УК РФ, могут быть устранены судом самостоятельно при вынесении итогового решения по делу, с приведением мотивов принятого решения.

Также полагает необоснованными выводы суда и о том, что при изложении формулировки обвинения, предусмотренного ст.180 УК РФ не указано, какой ущерб причинён потерпевшим (реальный или упущенная выгода).

Органом предварительного следствия при квалификации действий ФИО4, ФИО2, ФИО6, ФИО1 и ФИО7 по ч.4 ст.180 УК РФ установлен размер, причиненного правообладателям ущерба, который является крупным.

Ссылается на п.24 Постановления Пленума ВС РФ от 26.04.2007 №14 «О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака, согласно которого, лицо может быть привлечено к уголовной ответственности по ч.1 ст.146, по ст.147 и 180 УК РФ только при условии причинения крупного ущерба правообладателям указанных в них объектов интеллектуальной собственности и средств индивидуализации. 

Вопреки доводам суда, уголовным законом при изложении формулировки обвинения по ст.180 УК РФ не предусмотрено указание на причинение ущерба в виде реального либо упущенной выгоды, а является достаточным установление причинение крупного ущерба правообладателю. Органом предварительного следствия размер причиненного ущерба установлен, который является крупным.

Полагает необоснованными и доводы о том, что экспертному исследованию подвергался не весь объем жидкости, и указывает, что заключения экспертиз №7э от 25.01.0221, №8э от 26.01.2021, №12э от 27.01.2021, №11э от 20.01.2021, №21э от 19.02.2022, №13 от 28.01.2021 по исследованию спиртосодержащей продукции проводились с учетом Сборника методик ФИО10, ФИО11 и др. - «Исследование состава спиртсодержащих жидкостей». Данная методика не предусматривает предоставление на исследование всего объема спиртосодержащей продукции, достаточно одного образца с каждой партии (вида) спиртосодержащей продукции. Как следует из материалов уголовного дела, для проведения экспертиз №7э от 25.01.0221, №8э от 26.01.2021, №11э от 20.01.2021, №12э от 27.01.2021, №13э от 28.01.2021, №21э от 19.02.2022 представлены образцы с каждой партии (вида) спиртосодержащей продукции, изъятой в ходе оперативно-розыскных мероприятий.

В связи с этим, постановление суда нельзя признать законным и обоснованным, просит его отменить, а уголовное дело - направить на новое рассмотрение. 

В возражениях на апелляционное представление, адвокат Жентерик А.В. не соглашается с доводами государственного обвинителя о том, что органом предварительного следствия ненадлежащим образом применена аналогия права между определениями «алкогольной» и «спиртсодержащей» продукции для разрешения вопроса о производстве расчета получения дохода в особо крупном размере по ст.171.3 УК РФ.

Указывает, что особо крупный размер определен для алкогольной продукции, но не определен размер для спиртсодержащей продукции, что препятствует принятию решения. Обращает внимание, что данные понятия не являются тождественными и регулируются реальными правовыми актами. Полагает не основанным на законе и довод прокурора о схожести вида и оформления тары.

Указывает, что исправление указанного обстоятельства в рамках проведения судебного разбирательства, в том числе и путем проведения экспертных исследований невозможно, так как в данном случае никаких специальных познаний не требуется и данный вопрос лежит лишь в области правового регулирования отношений со стороны государства. Неверное использование нормативной базы при расчете и предъявлении обвинения привело к неправильному определению предмета доказывания по уголовному делу. 

Полагает, что размер производства, хранения и розничной продажи спиртсодержащей продукции без соответствующей лицензии, в случаях, если такая лицензия обязательна, подлежащей доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, не определен.

Обращает внимание, что ч.2 ст.3 УК РФ напрямую запрещает использовать аналогии в уголовном праве, в связи с чем, оснований для удовлетворения апелляционного представления государственного обвинителя не имеется. 

В возражениях на апелляционное представление, адвокат Козлов А.В. также, не соглашаясь с доводами государственного обвинителя, указывает, что судом первой инстанции при вынесении оспариваемого постановления приведены законные, обоснованные и мотивированные выводы о невозможности постановления законного и обоснованного итогового решения по уголовному делу. Полагает, что имеющиеся противоречия невозможно устранить в ходе рассмотрения дела в суде. Обращает внимание, что спиртсодержащая продукция, признанная заключением эксперта таковой, и разлитая в бутылки с этикетками схожими с аналогичной алкогольной продукцией не является фактом производства именно алкогольной продукции, что создает неустранимое препятствие для рассмотрения дела по существу в суде первой инстанции. Просит постановление суда оставить без изменения, а апелляционной представление без удовлетворения.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционного представления и дополнения к нему государственного обвинителя по делу - помощника прокурора Железнодорожного района г. Хабаровска Сосновской Я.А., возражения на него адвокатов Жентерик А.В. и Козлова А.В., а также выслушав в судебном заседании пояснения участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

В соответствии с ч.1 ст.237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

При этом, положения ч.1 ст.237 УПК РФ не исключают по своему конституционно - правовому смыслу в их взаимосвязи, правомочие суда по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвратить дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях существенных нарушений уголовно-процессуального закона, не устранимых в судебном производстве, если возвращение дела прокурору не связано с восполнением неполноты производства дознания или предварительного следствия (Постановление Конституционного Суда РФ от 08.12.2003 №18-П).

Согласно правовой позиции сформированной Конституционным Судом РФ, изложенной в п.4 Постановления от 08.12.2003 №18-П «По делу о проверке конституционности положений ст.ст.125,219, 227,229,236,237,229,246,246,254,271,378,405 и 408, а также гл.35 и 39 УПК РФ в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан», если на досудебных стадиях производства по уголовному делу имели место нарушения норм уголовно-процессуального закона, то ни обвинительные заключение, ни обвинительный акт не могут считаться составленными в соответствии с требованиями УПК РФ.

Обвинительное заключение является важным процессуальным документом, завершающим предварительное расследование, излагающим и обосновывающим окончательно решение следователя о формулировке обвинения лица, привлекаемого к уголовной ответственности. 

В соответствии с п.п.3,4,8 ч.1 ст.220 УПК РФ, в обвинительном заключении указывается существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, а также формулировка предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи УК РФ, предусматривающих ответственность за данное преступление.

В силу ст.73 УПК РФ, при производстве по уголовному делу в части других обстоятельств подлежит доказыванию характер и размер вреда, причиненного преступлением.

В соответствии со ст.252 УПК РФ определяющей пределы судебного разбирательства, судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. При рассмотрении дела, суд не вправе выйти за рамки сформулированного в обвинительном заключении обвинения, как в части, касающейся его фактической стороны, так и в части квалификации содеянного. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Возвращение уголовное дела прокурору также может иметь место, когда это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, если на досудебных стадиях допущены нарушения, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства.

В целях обеспечения права обвиняемого на защиту, предъявленное ему обвинение должно быть конкретным, понятным и предоставлять возможность защищаться от него всеми законными способами и средствами. 

Так, органом предварительного следствия ФИО2, ФИО1, ФИО3 A.M.о., ФИО7 и ФИО4, обвиняются в совершении преступлений, предусмотренных п.п.«а,б» ч.2 ст.171.3, ч.4 ст.180, п.«б» ч.6 ст.327.1 УК РФ - то есть в производстве, хранении и розничной продаже спиртосодержащей продукции без соответствующей лицензии, в случаях, если такая лицензия обязательна, совершенные организованной группой, в особо крупном размере; - в незаконном использовании чужого товарного знака, если это деяние совершено неоднократно и причинило крупный ущерб, совершенное организованной группой; - в использовании для маркировки алкогольной продукции заведомо поддельных акцизных марок, совершенное организованной группой.

Возвращая уголовное дело прокурору, суд первой инстанции обоснованно указал о том и с этим соглашается суд апелляционной инстанции, что органом предварительного следствием не установлены размер спиртосодержащей продукции, производство, хранение и продажу которой осуществили обвиняемые, то есть особо крупный размер определен для алкогольной продукции, но не определен для продукции спиртосодержащей; экспертному исследованию подвергался не весь объем изъятой жидкости; указанная в обвинении формулировка в части недоведения участниками своего корыстного преступного умысла, направленного на розничную продажу произведенной спиртосодержащей продукции в особо крупном размере, до конца по независящим от них обстоятельствам, противоречива, поскольку каждый из подсудимых обвиняется в совершении оконченного преступления, предусмотренного п.п.«а,б» ч.2 ст.171.3 УК РФ; при изложении формулировки обвинения, предусмотренного ст.180 УК РФ, не указан, какой ущерб причинен потерпевшим (реальный либо упущенная выгода).

Так, в соответствии с ч.1 ст.180 УК РФ уголовная ответственность наступает за незаконное использование чужого товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара или сходных с ними обозначений для однородных товаров, если это деяние совершено неоднократно или причинило крупный ущерб.

При квалификации действий обвиняемых по данной статье уголовного закона обязательным, помимо непосредственного объекта преступного посягательства, требуется установление признака неоднократности, либо причинения крупного ущерба правообладателю.

В соответствии со ст.42 УПК РФ потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а также юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда его имуществу и деловой репутации.

Исходя из системного толкования норм гражданского законодательства формой выражения материального (имущественного) вреда являются убытки.

В силу ст.15 ГК РФ, п.п.13-14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой ГК РФ» под убытками понимается:

- реальный ущерб - утрата или повреждение имущества, а также расходы, которые произведены (или будут произведены в будущем) лицом, право которого нарушено, для его восстановления; 

- упущенная выгода - неполученные доходы, которые лицо, которому причинен вред, могло бы получить при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Таким образом, понятие «ущерб» применительно к имущественному вреду (т.е. реальный ущерб) предполагает имущественные потери.

Кроме этого, по смыслу закона, с учетом разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.04.2007 №14 "О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака", а также положений ст.15 ГК РФ, ущерб причиняется владельцу знака в виде упущенной выгоды в связи с безвозмездным использованием знака и в связи с ухудшением положения владельца на рынке (ввиду подрыва репутации в связи с маркировкой товаров низкого качества, а также ввиду сокращения продаж в результате вытеснения с рынка (путем замены контрафактной). 

Из изложенного следует, что под ущербом применительно к ст.180 УК РФ понимается наступление реального материального ущерба, а также упущенная выгода, то есть доходы, которые получил бы правообладатель, если бы не были нарушены его права. 

Между тем, вопреки доводам апелляционного представления, при описании преступного деяния, предусмотренного ст.180 УК РФ, вышеуказанные положения закона органом следствия оставлены без внимания и не учитывались при предъявлении обвинения и составлении обвинительного заключении, тогда как определение точного размера ущерба необходимо для доказывания обвинения и правильной юридической квалификации содеянного, то есть следователем не указано, какой ущерб причинен потерпевшим (реальный либо упущенная выгода). 

Так же, при квалификации действий обвиняемых по п.п.»а,б» ч.2 ст.171.3 УК РФ, как правильно указал суд первой инстанции и с этим соглашается суд апелляционной инстанции, обязательным является установление вида продукции (алкогольная либо спиртосодержащая, произведенная из пищевого либо непищевого сырья), гражданский оборот которой без соответствующего разрешения запрещен, так и размер её оборота. 

Как следует из материалов уголовного дела, особо крупный размер, который вменен в вину обвиняемым, определен для алкогольной продукции, но в то же время он не определен для продукции спиртосодержащей. 

Так, орган предварительного следствия в обвинении ссылается на проведенный расчет стоимости алкогольной продукции в соответствии с Приказом Минфина России от 11.12.2019 за №225н «Об установлении цен, не ниже которых осуществляется закупка (за исключением импорта), поставки (за исключением экспорта) и розничная продажа алкогольной продукции крепостью свыше 28 процентов» с приведением исходных цен водки и коньяка.

Вместе с тем, из исследованных в судебном заседании заключений экспертов (№7э от 25.01.0221; №8э от 26.01.2021; №12э от 27.01.2021; №13э от 28.01.2021; №11э от 20.01.2021 и №21э от 19.02.2022) следует, что жидкости в представленных на исследования емкостях, являются спиртосодержащими (водкой, коньяком не являются). При этом из указанных заключений следует, что экспертному исследованию подвергался не весь объем изъятой жидкости.

Между тем, исходя из положений ст.2 Федерального закона от 22.11.1995 №171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции» следует, что продукция, содержащая этиловый спирт, подразделяется на алкогольную и спиртосодержащую, то есть не является тождественной, вследствие чего в гражданском обороте оценивается по-разному. Отсюда следует, что судом первой инстанции обоснованно сделан вывод о том, что органом предварительного следствия в обвинении не определен размер для спиртосодержащей продукции. 

Доводы апелляционного представления о том, что указанные в постановлении суда противоречия в формулировке обвинения ФИО4, ФИО2, ФИО6, ФИО1 и ФИО9 в совершении преступления, предусмотренного п.п.«а,б» ч.2 ст.171.3 УК РФ в части недоведения участниками своего корыстного преступного умысла направленного на розничную продажу произведенной спиртосодержащей продукции в особо крупном размере, до конца по независящим от них обстоятельствам, при том, что каждый из указанных лиц обвиняется в совершении оконченного преступления, могут быть устранены судом самостоятельно при вынесении итогового решения по делу, с приведением мотивов принятого решения, нельзя признать состоятельными, поскольку суд не вправе самостоятельно дополнять или изменять ранее предъявленное обвинение в целях его конкретизации, тем самым подменять органы расследования, устанавливая обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ.

При таких обстоятельствах, вывод суда о не установлении органом предварительного следствия размера для спиртсодержащей продукции является мотивированным, и оснований не согласиться с ним суд апелляционной инстанции не находит.

Согласно требований ч.3 ст.15, п.1 ч.4 ст.47 и ч.1 ст.252 УПК РФ установление обстоятельств совершения преступления относится к исключительной компетенции органов предварительного следствия. Суд не вправе самостоятельно изменить существо предъявленного обвинения и дополнить его в части указания обстоятельств совершения преступления, его способов, мотивов, целей и последствий. При этом от существа обстоятельств предъявленного обвинения зависит определение пределов судебного разбирательства и порядок реализации прав всех участников уголовного судопроизводства. Судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному обвинению.

Суд апелляционной инстанции находит обжалуемое постановление суда первой инстанции, полностью соответствующим требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ, то есть оно является законным, обоснованным и достаточно мотивированным, принятым с соблюдением норм уголовно -процессуального закона, регламентирующих разрешение судом данного вопроса.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, которые являются существенными и не устранимыми в судебном заседании, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения, в связи с чем, обоснованно возвратил уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Таким образом, доводы апелляционного представления и дополнения к нему признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и удовлетворению не подлежат. 

Кроме этого, в соответствии с ч.3 ст.237 УПК РФ во взаимосвязи с положениями ст.255 УПК РФ, при возвращении уголовного дела прокурору судья решает вопрос о мере пресечения в отношении обвиняемого, подсудимого. При необходимости судья продлевает срок содержания обвиняемого, подсудимого под стражей для производства следственных и иных процессуальных действий с учетом сроков, предусмотренных ст.109, ст.255 УПК РФ.

Срок содержания под стражей ФИО1, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п.«а,б» ч.2 ст.171.3, ч.4 ст.180, п.«б» ч.6 ст.327.1 УК РФ продлен постановлением Железнодорожного районного суда г. Хабаровска от 04.07.2023 на два месяца, то есть по 09.10.2023 включительно.

Срок нахождения под домашним арестом ФИО2, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п.«а,б» ч.2 ст.171.3, ч.4 ст.180, п.«б» ч.6 ст.327.1 УК РФ продлен постановлением Железнодорожного районного суда г. Хабаровска от 27.06.2023 на три месяца, то есть до 04.10.2023 с сохранением установленных постановлением суда от 30.03.2023 запретов и ограничений, с продолжением осуществления контроля за исполнением данной меры пресечения тем же органом, на который возложена эта обязанность.

Прокурор Моисеенко Е.О. в суде апелляционной инстанции полагала необходимым оставить без изменения ранее избранные меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подсудимого ФИО1 и в виде домашнего ареста в отношении подсудимого ФИО2, продлив их срок, поскольку соответствующие основания их избрания и продления на данный момент не изменились и не отпали.

Подсудимый ФИО1 и его защитник-адвокат Жентерик А.В. возражали против доводов прокурора и полагали возможным изменить меру пресечения в виде заключения под стражу на несвязанную с лишением свободы – на домашний арест по адресу: 

<

адрес>, так как от следствия он не скрывался, избранную до ареста меру пресечения не нарушал, сотрудничал со следствием.

Подсудимый ФИО2 и его защитник-адвокат Мулик Ю.В. также возражали против доводов прокурора и полагали возможным изменить меру пресечения с домашнего ареста на иную, более мягкую – подписку о невыезде и надлежащем поведении, чтобы он (ФИО2) мог работать и обеспечивать свою семью. 

Подсудимые ФИО6 и ФИО4, их защитники Ерина Е.Р. и Потехин Н.Н., а также адвокат Ткачева В.В., представляющая интересы подсудимого ФИО7, поддержали позицию подсудимых ФИО1, ФИО2 и их защитников.

Согласно ч.1 ст.110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для её избрания, предусмотренные ст.ст.97, 99 УПК РФ.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 и ФИО2 органом предварительного следствия обвиняются в совершении ряда преступлений, отнесенных, в том числе к категории тяжкого и особо тяжкого, за каждое из которых уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 3 лет, постоянного места жительства и регистрации на территории РФ они не имеют, равно, как не имеют и постоянного источника доходов, являются гражданами иностранного государства. Кроме этого, ФИО1 был привлечен к административной ответственности за нарушение режима пребывания в РФ с назначением наказания в виде административного принудительного контролируемого выдворения за пределы РФ.

Указанные обстоятельства в совокупности дают суду достаточные основания полагать, что подсудимые ФИО1 и ФИО2 находясь на свободе, то есть на более мягкой мере пресечения, чем избранной в отношении них, и опасаясь уголовной ответственности за инкриминируемые им в вину органом предварительного расследования деяния, могут скрыться от суда и от органа предварительного следствия, чем воспрепятствуют производству по уголовному делу. 

Поскольку обстоятельства, на основании которых была избрана и неоднократно продлевалась мера пресечения в виде заключения под стражу ФИО1, а в отношении ФИО2 мера пресечения в виде домашнего ареста, не изменились и в настоящее время не отпали, равно, как не изменились и данные о личности подсудимых, то суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что необходимость дальнейшего содержания ФИО1 под стражей, а в отношении ФИО2 нахождения его под домашним арестом, не отпала. Возраст, семейное положение, род занятий подсудимых и их состояние здоровья не препятствуют этому. Каких-либо медицинских документов о невозможности содержания подсудимых ФИО1 под стражей, а ФИО2 под домашним арестом, по причине их неудовлетворительного состояния здоровья суду апелляционной инстанции не представлено. 

С учетом вышеизложенного, суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения ранее избранных: - в отношении ФИО1 меры пресечения в виде содержания его под стражей, а в отношении ФИО2 меры пресечения в виде домашнего ареста, на иную более мягкую в отношении них меру пресечения, поскольку таковая не обеспечит надлежащее поведение подсудимых на период, как судебного разбирательства, так и предварительного следствия. 

Оснований для изменения в отношении подсудимого ФИО1, меры пресечения с содержания под стражей на домашний арест по адресу: 

<

...> у суда апелляционной инстанции не имеется, поскольку данная мера пресечения с учетом вышеизложенных данных и личности подсудимого, не сможет гарантировать надлежащее поведение подсудимого ФИО1 на период, как судебного разбирательства, так и предварительного следствия. 

Однако в связи с тем, что уголовное дело подлежит возвращению прокурору Хабаровского края для устранения препятствий его рассмотрения судом, и недостаточностью для этого установленного районным судом срока содержания под стражей ФИО1 и срока нахождения под домашним арестом ФИО2, суд апелляционной инстанции полагает необходимым в соответствии с положениями ст.255 УПК РФ и ст.109 УПК РФ продлить в отношении подсудимого ФИО1 срок содержания его под стражей на 2 месяца, а в отношении подсудимого ФИО2, срок домашнего ареста также продлить на 2 месяца.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену постановления суда либо его изменение, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, ст.389.28, ст.389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Железнодорожного районного суда г. Хабаровска от 04.07.2023 года, которым уголовное дело в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО6, ФИО7, и ФИО4, обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных п.п.«а,б» ч.2 ст.171.3, ч.4 ст.180, п.«б» ч.6 ст.327.1 УК РФ возвращено прокурору Хабаровского края для устранения препятствий его рассмотрения судом - оставить без изменения, а апелляционное представление и дополнение к нему государственного обвинителя по делу – помощника прокурора Железнодорожного района г. Хабаровска Сосновской Я.А. - без удовлетворения.

Меру пресечения - содержание под стражей в отношении подсудимого ФИО1, 06

<

данные изъяты>, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п.«а,б» ч.2 ст.171.3, ч.4 ст.180, п.»б» ч.6 ст.327.1 УК РФ оставить без изменения, продлив срок содержания его под стражей на 2 месяца, то есть по 09 декабря 2023 года включительно.

Меру пресечения – домашний арест в отношении подсудимого ФИО2, 

<

данные изъяты>, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п.«а,б» ч.2 ст.171.3, ч.4 ст.180, п.»б» ч.6 ст.327.1 УК РФ оставить без изменения, продлив его на срок 2 месяца, то есть до 04 декабря 2023 года с сохранением установленных постановлением суда от 30.03.2023 года запретов и ограничений, а именно:

- запретить выезжать за пределы постоянного места жительства и покидать жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес> без разрешения следователя, прокурора и суда, за исключением случаев явки по вызову суда, а также органа предварительного следствия и прокуратуры;

- запретить общаться с лицами, проходящими по уголовному делу в качестве подсудимых, со свидетелями, а также друзьями и родственниками, кроме тех из них, которые проживают вместе с ФИО2 по вышеуказанному адресу;

- запретить вести какие-либо переговоры с использованием любых средств связи, включая радио, телевидение, телефон, факс, электронную почту, интернет-сайты и иные виды информационных коммуникаций, за исключением общения с адвокатом и судом;

- запретить получать и отправлять посылки, бандероли, письма, телеграммы, переводы, открытки и иную корреспонденцию, за исключением корреспонденции из органов следствия, прокуратуры и суда.

Надзор за исполнением данной меры пресечения и за соблюдением установленных ограничений и запретов возложить на УФСИН России по Хабаровскому краю. 

В отношении подсудимых ФИО6, ФИО7, и ФИО4 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении - оставить без изменения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном гл.47.1 УПК РФ, в Девятый кассационный суд общей юрисдикции, в течение 6 месяцев со дня его провозглашения, а подсудимыми, содержащимися под стражей и под домашним арестом, в тот же срок, со дня вручения им копии настоящего постановления, а в части меры пресечения в течении 3 суток.

Подсудимые при подаче кассационной жалобы вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий