Дело № 2-102/2024 (33-16/2026) судья Ежова Т.Д.

УИД 69RS0036-01-2023-003812-80 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

31 марта 2026 года город Тверь

Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда в составе председательствующего судьи Голубевой О.Ю.,

судей Беляк А.С., Коровиной Е.В.

при секретаре судебного заседания Сундатовой О.В.

по докладу судьи Голубевой О.Ю.

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе ответчиков ФИО1 и ФИО2 на решение Рамешковского районного суда Тверской области от 10 июля 2024 года, которым постановлено:

«исковые требования ФИО3 к ФИО1, ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного утратой животного, взыскании неустойки, штрафа, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать солидарно с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки 

<

адрес> (паспорт гражданина РФ: серия № №), ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки 

<

адрес> (паспорт гражданина РФ: серия № №) в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки 

<

адрес> (паспорт гражданина РФ: серия № №) ущерб, причиненный утратой животного, в размере 374 000 руб., неустойку в размере 374 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб., штраф за неудовлетворение в добровольном порядке требования потребителя в размере 376 500 руб., судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 3 000 руб., по оплате услуг оценщика в размере 4 663 руб., а всего 1137 467 руб.

В остальной части исковых требований ФИО3 отказать.

Взыскать солидарно с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки 

<

адрес> (паспорт гражданина РФ: серия № №), ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки 

<

адрес> (паспорт гражданина РФ: серия № №) в бюджет муниципального образования Тверской области - Рамешковский муниципальный округ государственную пошлину в сумме 13 848 руб.».

Судебная коллегия

установила:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО1 о возмещении ущерба, неустойки, штрафа и компенсации морального вреда.

В основании иска указала, что в марте 2022 года между ней и ответчиком ФИО1 заключен устный договор по постою лошади. По условиям договора ответчик приняла лошадь в принадлежащий ей конный клуб «Каприз», обязалась присматривать за ней и кормить животное за 7 000 рублей в месяц. Лошадь была передана ответчику в надлежащем виде - здоровая, без травм.

4 июня 2022 года в результате ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязательств по договору лошадь получила травму, несовместимую с жизнью, в связи с чем ее пришлось усыпить. Данные факты установлены материалами проверки КУСП № 5193, зарегистрированными в ОВД по Калининскому району Тверской области.

Согласно отчету оценщика № 22-06-14 от 14 июня 2022 года ущерб от гибели лошади составил 374 000 рублей.

2 марта 2023 года в адрес ФИО1 направлена претензия о возмещении ущерба. Претензия оставлена без удовлетворения.

На основании изложенного ФИО3 просила взыскать с ответчика ФИО1 ущерб, причиненный утратой животного, в размере 374 000 рублей, неустойку по день вынесения решения, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, штраф в размере 50% от суммы присужденной судом в пользу потребителя, а также расходы на оплату услуг оценщика в размере 5 000 рублей, представительские расходы в размере 15 000 рублей.

Определением суда от 2 апреля 2024 года к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО2

Определением суда от 19 июня 2024 года к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены ФИО4 и ФИО5

В судебном заседании ФИО3 исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в иске, дополнительно пояснив, что согласие на эвтаназию лошади она не давала, однако вопреки ее желанию данная процедура была выполнена.

Представитель истца ФИО6 позицию своего доверителя поддержал.

Ответчик ФИО1 и ее представитель ФИО7 иск не признали, представив суду письменные возражения.

Третье лицо ФИО4 просил удовлетворить исковые требования ФИО3

Ответчик ФИО2 и третье лицо ФИО5 при надлежащем извещении о времени и месте судебного заседания в суд не явились.

Судом постановлено приведенное выше решение.

Определением суда от 16 июля 2024 года в решении суда исправлены арифметические ошибки в части размера неустойки и штрафа, вместо «374000» указано «67620», вместо «376500» указано «223310», вместо «1137467» указано «669930».

В апелляционной жалобе ответчики ФИО1 и ФИО2 просят решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска.

По мнению подателей жалобы, определение суда от 16 июля 2024 года об исправлении описки в решении суда от 10 июля 2024 года является самостоятельным основанием для отмены оспариваемого судебного акта, поскольку указанным определением изменены все взысканные суммы, которые суд арифметически рассчитывал в совещательной комнате, а результаты расчета сообщил сторонам при оглашении резолютивной части решения.

Опубликованное на сайте суда решение с неверно указанными суммами взыскания распространилось в сети интернет и в СМИ, это может повлечь неблагоприятные последствия для ответчиков, затронув их честь, достоинство и деловую репутацию.

Апеллянты полагают, что суд пришел к ошибочному выводу о заключении между сторонами договора постоя лошади, тем более со смешанными условиями (выгул, охрана, присмотр, кормление, моцион и т.д.), проигнорировав тот факт, что действующим законодательством запрещено совершение такого вида сделок в устной форме.

Законодательно понятие «постой лошади» не урегулировано, следовательно, только сторонам по делу может быть известно истинное толкование данного термина в отношении конкретной ситуации. Однако суд дал собственное толкование термину «постой» и определил круг обязанностей, которые, по мнение суда, приняли на себя ответчики. Кроме того, формулировки понятия «постой лошади», «договор о постое» были взяты судом не из законодательных актов или судебной практики, а в интернете из поисковой системы Яндекс.

Таким образом, при принятии решения суд руководствовался не нормативно-правовыми актами, а своим субъективным мнением без учета доказательственной базы в виде письменных доказательств.

Ответчики указывают также, что выводы суда первой инстанции, изложенные в решении, противоречат фактическим обстоятельствам дела.

Так, суд пришел к неверному выводу о том, что надлежащим ответчиком по делу является ФИО1, тогда как лошадь ФИО3 была размещена на конном дворе «Каприз», принадлежащем на праве собственности ФИО2 ФИО1 же принадлежит конный клуб «У девчат», который территориально является соседним с конным двором ФИО2, а не единым двором, на что ошибочно указал суд в своем решении. Тот факт, что земельный участок формально не был разделен между ответчиками, а владение им осуществлялось на праве общей долевой собственности, не лишает их законного права самостоятельно установить режим совместной собственности с территориальным разделением на два разных участка - то есть на два разных конных двора. Кроме того, принцип разделения деятельности, о котором суд указал в своем решении, также не соответствовал реальному положению дел, никакого «товарищества на вере» ответчики не создавали ни формально, ни фактически.

На конном дворе «Каприз», где располагалась лошадь истца, ФИО1 не вела никой предпринимательской деятельности, а лишь на безвозмездной основе помогала волонтерам ухаживать за лошадьми. Таким образом, вменение ответчику ФИО1 незаконного осуществления предпринимательской деятельности, выражающегося в уходе за лошадью истца на конном дворе «Каприз», является необоснованным.

Фактически ФИО2, приняв лошадь истца на постой в свой конный двор на безвозмездной основе, оказала истцу волонтерскую (благотворительную) помощь, что подпадает под действие Федерального закона от 11 августа 1995 года № 135-ФЗ «О благотворительной деятельности и добровольчестве (волонтерстве)», а также Федерального закона от 27 декабря 2018 года № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а не под действие Закона о защите прав потребителей, как указано в решении.

Ответчики не получали от ФИО3 денежные средства в счет оплаты постоя лошади. Денежные средства в общей сумме 14 000 рублей, переведенные двумя платежами с расчетного счета ФИО4 (отца истца) на расчетный счет ФИО5 (матери ФИО2), являлись возмещением затрат на кормление лошади.

В жалобе ответчики настаивают на том, что полученная лошадью травма была связана с несчастным случаем, не обусловленным их незаконными действиями.

Материалами проверки КУСП установлено, что ФИО1 незамедлительно известила о случившемся истца, самостоятельно организовала уход за лошадью, вызвала ветеринарного врача. Однако ФИО3 приехала лишь спустя 12 часов, при этом не привезла врача-ветеринара для осмотра лошади, не вызвала автомобиль для ее перевозки в специализированную ветеринарную клинику. Более того, истец побыла с лошадью всего один час и оставила ее без своего личного присмотра. Это обстоятельство указывает на то, что ФИО3 не интересовало здоровье лошади и ее дальнейшая судьба. Именно бездействие истца стало причиной получения лошадью открытого перелома, несовместимого с жизнью, приведшего к последующей эвтаназии. Эвтаназия была проведена ветеринарным врачом с согласия истца.

Помимо прочего ответчики не согласны с выводами суда относительно рыночной стоимости лошади. Представленное истцом заключение об оценке сделано в отношении лошади с другими характеристиками и другого возраста. Статус «спортивная» лошадь приобретает только по достижению четырехлетнего возраста, тогда как на момент смерти спорной лошади был всего один год, следовательно, она не могла быть спортивной. В подтверждение своей позиции ответчики представили объявления с сайта www.avito.ru, согласно которым стоимость лошади аналогичного возраста и породы составляет 50 000 рублей, однако суд при принятии решения данные обстоятельства не учел. Кроме того, у эксперта, подготовившего заключение, отсутствовали специальные познания в области оценки животных (в частности лошадей).

В свою очередь, по мнению ответчиков, суд неверно произвел расчет неустойки и штрафа.

Предъявление истцом иска, как полагают податели жалобы, является злоупотреблением правом и направлено на неосновательное обогащение.

В возражениях на апелляционную жалобу истец ФИО3 полагала, что решение суда вынесено законно и обоснованно.

В заседании суда апелляционной инстанции ответчик ФИО1 и ее представитель ФИО7 доводы апелляционной жалобы поддержали.

Истец ФИО3 и ее представитель ФИО6 просили оставить решение суда первой инстанции без изменения, поддержали представленные суду письменные возражения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в суд апелляционной инстанции не явились.

С учетом положений статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия признала возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц.

Согласно части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно нее.

Изучив материалы дела, выслушав стороны, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений относительно нее, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Судом первой инстанции установлено, что по адресу: Тверская область, Калининский район, деревня Палагино, на дату событий (июнь 2022 года) располагался конный клуб «Каприз».

Указанный клуб из пояснений сторон, а также ввиду отсутствия сведений в налоговом органе, юридически не оформлен.

Собственником конного клуба является ФИО2, которая по данным Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей в период с 30 марта 2011 года по 14 сентября 2023 года являлась индивидуальным предпринимателем с основным видом деятельности - розничная торговля.

Кроме того, ФИО2 принадлежит на праве собственности 1/2 доля в праве общей долевой собственности на земельный участок, расположенный по указанному выше адресу.

Право собственности на оставшуюся 1/2 долю в праве общей долевой собственности на данный земельный участок принадлежит ФИО1

Право собственности ответчиков на земельный участок возникло на основании договора купли-продажи от 22 июня 2021 года.

Согласно объяснениям ответчика ФИО1 в суде первой инстанции она на дату событий принимала участие в деятельности конного клуба «Каприз» в качестве своего хобби. В дальнейшем ею был создан на указанном участке свой конный клуб «У девчат». Данный клуб также юридически не оформлен.

По информации, размещенной в социальной сети «ВКонтакте», а также в иных открытых источниках в сети Интернет, конный двор «Каприз» осуществляет свою деятельность с 15 августа 2020 года (дата создания сообщества). При этом деятельность клуба непосредственно связана с лошадьми, в частности конными прогулками, имеет прейскурант стоимости оказываемых услуг.

В свою очередь, из тех же источников видно, что конный двор «У девчат» осуществляет свою деятельность с 29 ноября 2018 года (дата создания сообщества), оказывает соответствующие услуги по определенному прейскуранту.

Ответчики не оспаривали тот факт, что конные клубы также предоставляют услуги по постою лошадей. Данное обстоятельство подтвердила допрошенная в качестве свидетеля ФИО8, которая сообщила суду, что на территории земельного участка расположена конюшня, на которой стоят на постое лошади, не принадлежащие конному клубу.

Исследовав объяснения сторон спора, суд установил, что ориентировочно в 2022 году между ФИО2 и ФИО1 по устной договоренности участок был поделен пополам между двумя конными клубами. Конные клубы представляли собой единый комплекс, состоящий из четырех конюшен (по две конюшни у каждого из ответчиков, домик для волонтеров, несколько денников).

Поскольку между ответчиками выстроены дружеские отношения, вопрос разделения обязанностей при осуществлении деятельности, связанной с лошадьми, осуществлялся по принципу «кто свободен, тот и делает». Основные обязанности на конном дворе осуществлялись волонтерами.

Проанализировав положения статей 2, 23 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данные в пункте 12 постановления от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», во взаимосвязи с установленными обстоятельствами, принимая во внимание поведение ответчиков, чьи действия свидетельствовали о том, что не позднее 2020 года ФИО2 и ФИО1 выступали на потребительском рынке в роли исполнителей с систематическим получение прибыли, суд пришел к выводу о том, что ответчики осуществляли предпринимательскую деятельность без необходимой регистрации в сфере оказания услуг, связанных с лошадьми, а потому на рассматриваемые правоотношения распространяется Закон о защите прав потребителей.

По существу спора судом установлено, что лошадь по кличке «Алтана Геле», регистрационный номер 131001121, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт животного № 131/22, принадлежащая истцу, в период с конца апреля 2022 года по 5 июня 2022 года находилась на территории земельного участка, принадлежащего ответчикам. При этом указанное животное было привезено на участок супругами ФИО9, предварительно обсудивших в ходе телефонного разговора вопрос возможности оказания им услуги по постою лошади с ФИО2 Приемом лошади занималась ФИО1

Отклонив соответствующие доводы ответной стороны, суд пришел к выводу о том, что не позднее 30 апреля 2022 года между истцом ФИО3 и ответчиками ФИО2 и ФИО1 фактически сложились гражданско-правовые отношения, связанные с оказанием последними услуги по постою лошади.

При этом суд критически оценил доводы ответчика ФИО1 о том, что она является ненадлежащим ответчиком.

Суд принял во внимание совокупность фактических обстоятельств и поведение ответчиков, указав на то, что ФИО2 и ФИО1 являются собственниками земельного участка, на котором располагаются юридически не оформленные конные клубы, создающие на местности единый комплекс; фактически ответчики осуществляли совместную деятельность на территории клубов, без разделения обязанностей, по принципу «кто свободен, тот и делает».

Тот факт, что изначально истец имел намерение получить услугу в конном клубе «Каприз», собственником которого является ФИО2, при наличии объяснений ответчиков, что фактически лошадь располагалась на территории данного клуба, как указал суд, основанием для вывода о том, что соглашение по постою лошади было оформлено исключительно с ФИО2, не является.

Свидетель ФИО8 показала, что ФИО1 имела непосредственное отношение к вопросу организации пребывания лошади истца на постое. Именно ФИО1 занималась приемом животного на постой, ей же волонтеры докладывали всю информацию о лошади.

С учетом изложенного суд признал ФИО1 наряду с ФИО2 стороной спорных правоотношений.

На основании совокупности представленных в материалы дела доказательств суд установил, что услуги по постою лошади заключались в ее ежедневном кормлении и выгуле, а стоимость таких услуг составляла 7 000 рублей в месяц.

Доводы стороны ответчиков о том, что услуги оказывались безвозмездно, в качестве благотворительности, суд нашел несостоятельными, при этом исходил из того, что уход за лошадью представляет собой совокупность определенных мероприятий, обязательных в силу физиологических потребностей животного: кормление, поение, выгул.

Судом учтено, что лошадь представляет собой животное достаточно травмоопасное, требующее бдительности при уходе за ней, а, учитывая, что лошадь истца на момент появления на территории конного клуба находилась в истощенном состоянии, это требовало повышенного внимания и ответственности в отношении указанного животного.

Суд указал, основываясь на свидетельских показаниях и объяснениях сторон, что истец ФИО3 приезжала навестить лошадь примерно четыре раза за весь период ее пребывания на постое, привозила в дополнении овес и морковь, поскольку это требовалось для восстановления истощенного животного.

Таким образом, доводы ответной стороны о том, что для постоя лошади истца было предоставлено только место, а истец обязалась самостоятельно следить за своей лошадью (кормить, ухаживать), признаны судом противоречащими установленным обстоятельствам.

Кроме того, суд проанализировал доказательства, подтверждающие денежные переводы от 6 мая 2022 года и 3 июня 2022 года на сумму 7 000 рублей каждый от ФИО4 (отца истца) на банковскую карту ФИО5 (матери ответчика ФИО2), объяснения последней о том, что полученные средства были переданы ФИО2 в счет оплаты корма для лошади ФИО3, а также объяснения ФИО1 в рамках проверки сообщения о преступлении, указавшей, что постой, уход и питание кобылы по кличке Алтана осуществлялись за денежное вознаграждение в размере 7 000 рублей.

Помимо прочего, суд подверг сомнению позицию ответчиков о благотворительности, в том числе, указав на то, что фактически ФИО2 и ФИО1 выступают на потребительском рынке в роли исполнителей с систематическим получением прибыли, а доказательств того, что их деятельность имеет организационно-правовую форму, осуществляемую в сфере благотворительности, ответчики не представили.

Само по себе то обстоятельство, что на территории конного клуба фактический уход за лошадьми (помощь по выгулу и кормлению животных) осуществляют волонтеры, не свидетельствует о том, что ответчики оказывают все свои услуги на добровольческих началах, учитывая размещение ими сведений в открытых источниках в сети Интернет о стоимости оказываемых конными клубами услуг.

Устанавливая факт причинения истцу вреда, обусловленного гибелью лошади, суд, оценив в совокупности объяснения сторон спора во взаимосвязи с представленные по делу письменными доказательствами по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о том, что 4 июня 2022 года лошадь по кличке Алтана, находясь на постое в конном клубе «Каприз», в результате несчастного случая получила травму (вывих коленного сустава), которая в дальнейшем, будучи осложненной ввиду ненадлежащего осуществления фиксации животного, в ночь с 4 на 5 июня 2022 года привела к ее гибели.

Со ссылкой на положения статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 13 Закона о защите прав потребителей, разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данные в пункте 12 постановления от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», суд исходил из того, что в рассматриваемой ситуации ответчики, приняв на постой лошадь, не обеспечили сохранность животного, а доказательств отсутствия своей вины в этом не представили.

Подробно приведя содержание письменных доказательств, в том числе постановления УУП ОМВД России по Калининскому району об отказе в возбуждении уголовного дела от 16 июня 2022 года, справки врача-ветеринара от 5 июня 2022 года, скриншотов СМС-переписки между истцом и ответчиком ФИО1 в день получения лошадью травмы и перед эвтаназией; свидетельских показаний ФИО8 и ФИО10 и других, соотнеся между собой объяснения истца и ответчиков с их фактическими действиями, суд мотивированно отклонил доводы ответной стороны о бездействии самого истца и (или) о предпринятых им действиях, приведших, по утверждению ответчиков, к гибели животного.

Возлагая на ФИО2 и ФИО1 солидарную ответственность, суд исходил из того, что вред истцу причинен совместными действиями ответчиков.

В основу вывода о размере ущерба в сумме 374 000 рублей суд положил представленный истцом отчет об оценке № 22-06-14 эксперта-оценщика ФИО11

Разрешая требование истца о взыскании с ответчиков неустойки за просрочку исполнения требования, суд руководствовался пунктом 5 статьи 28 Закона о защите прав потребителей и определил к взысканию неустойку в размере 67 620 рублей за период с 24 августа 2023 года (дата обращения в суд) по 10 июля 2024 года (дата принятия решения) по следующей формуле: 7 000 рублей * 322 дней * 3% = 67 620 рублей.

На основании статей 13, 15 Закона о защите прав потребителей суд взыскал в пользу истца компенсацию морального вреда и штраф.

Соглашаясь с правильностью по существу выводов суда первой инстанции о наличии оснований для взыскания с ответчиков в пользу истца убытков, судебная коллегия, тем не менее, полагает, что при определении размера ущерба и при взыскании неустойки судом допущены нарушения норм материального и процессуального права.

Так, суд первой инстанции в ходе судебного разбирательства разъяснял ответной стороне право ходатайствовать о назначении судебной экспертизы для подтверждения возражений относительно стоимости погибшей лошади и, получив процессуальный отказ, положил в основу оспариваемого решения представленный истцом отчет № 22-06-14 от 14 июня 2022 года об оценке рыночной стоимости спортивной лошади с регистрационным номером 131001121, подготовленный экспертом-оценщиком ФИО11

Однако в нарушение требований статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд фактически устранился от проверки указанного доказательства, ограничившись формальным указанием на его достоверность и допустимость.

Вместе с тем содержание отчета № 22-06-14 указывает на то, что в нем отсутствует анализ рынка лошадей ахалтекинской породы, не содержится обоснования, каким образом оценщиком отобраны источники информации о ценах и объекты-аналоги, по каким критериям были исключены другие объекты, предложенные на продажу.

При этом, если сравнить с представленными стороной ответчиков объявлениями о продаже лошадей ахалтекинской породы с интернет-сайта Авито, на что обоснованно указано в апелляционной жалобе, то экспертом выбраны наиболее дорогостоящие аналоги объектов без приведении мотивов такого выбора.

Полученная судом апелляционной инстанции копия договора купли-продажи, на основании которого истец приобрел спорную лошадь, также указывает на завышение установленной отчетом об оценке стоимости животного в несколько раз (65000 рублей против 374000 рублей).

При этом выбранные оценщиком объекты-аналоги отличаются от объекта оценки рядом характеристик – оба объекта-аналога являлись чистокровными кобылами, тогда как лошадь истца на 1/4 была неизвестного происхождения, аналог 2 имел вороную масть, а не гнедую; никакой корректировки в связи с этим оценщик не производил.

При таких обстоятельствах у судебной коллегии возникли объективные сомнения в правильности и обоснованности представленного истцом отчета об оценке и возможности разрешения возникшего между сторонами спора на основании имеющихся в деле доказательств.

С учетом разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данных в пункте 43 постановления от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», с целью проверки доводов апелляционной жалобы судом апелляционной инстанции на обсуждение сторон поставлен вопрос об инициировании по делу судебной экспертизы.

Ответчики заявили соответствующее ходатайство.

Принимая во внимание, что без проведения оценочной экспертизы определить ущерб, причиненный гибелью животного (лошади), невозможно, при этом по смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить (абзац второй пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»), учитывая, что в любом случае обязанностью суда, предусмотренной действующим законодательством, является выяснение действительных обстоятельств дела, в том числе установление размера причиненного истцу вреда, судом апелляционной инстанции назначена судебная оценочная экспертиза, производство которой поручено эксперту ФИО12 (АНО «НИСЭГ»).

По заключению эксперта ФИО12 № 9140 от 5 сентября 2025 года рыночная стоимость лошади по кличке «Алтана Геле», ДД.ММ.ГГГГ года рождения, пол – кобыла, масть – гнедая, кровность по породам – 3/4 ахалтекинская чистокровная и 1/4 неизвестного происхождения, на дату причинения вреда 5 июня 2022 года составляла 97500 рублей.

Проанализировав содержание заключения эксперта ФИО12 во взаимосвязи с возражениями истца ФИО3 и представленными в их обоснование доказательствами, судебная коллегия пришла к выводу о назначении по делу повторной судебной оценочной экспертизы в соответствии с частью 2 статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В частности, судебным экспертом был нарушен установленный статьями 84, 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, действующими во взаимосвязи со статьей 8 Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», фундаментальный запрет на самостоятельное собирание материалов для экспертного исследования.

Такой запрет призван обеспечить надлежащее осуществление экспертом своих полномочий в гражданском судопроизводстве, выступает процессуальной гарантией реализации прав граждан на судебную защиту.

Вместе с тем, как видно из рассматриваемого заключения, эксперт ФИО12 самостоятельно истребовал у ИП ФИО13 коммерческое предложение, положив его в основу заключения, а также вступил в разговор с одним из продавцов аналога (аналог 2), исключительно со слов последнего определив, какие действия предшествуют получению владельцем лошади паспорта на нее и величину соответствующих затрат.

Выводы эксперта при таких обстоятельствах не только не отвечают требованиям объективности и достоверности, но и влекут признание самого заключения недопустимым доказательством.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 27 октября 2025 года производство повторной оценочной экспертизы поручено эксперту ФИО14 (АСЭ СРО «Сумма Мнений»).

В соответствии с выводами судебного эксперта (экспертное заключение № 001/Э-2026 от 19 января 2026 года) рыночная стоимость лошади истца на дату причинения вреда 5 июня 2022 года составляет 292 000 рублей.

Оценивая заключение повторной экспертизы, судебная коллегия принимает во внимание, что при производстве экспертиз были соблюдены общие требования к производству судебных экспертиз: эксперт при производстве экспертиз предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации; эксперт подтвердил свою компетенцию в вопросе, поставленном судом на разрешение, обладает специальными знаниями в области исследования, имеет стаж работы в оценочной деятельности 9 лет; содержание заключения не противоречит требованиям статей 86, 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, является полным и ясным, не обнаруживает каких-либо противоречий между описательной, исследовательской частью и выводами, основанными на материалах дела, не противоречит другим доказательствам по делу. Результаты исследования мотивированы, подробно приведен механизм расчетов, что позволяет суду апелляционной инстанции проверить выводы эксперта о стоимости утраченного истцом животного и согласиться с их обоснованностью и достоверностью.

Объективных обстоятельств, ставящих под сомнение выводы судебного эксперта, сторона ответчиков, не согласившаяся с заключением, не привела, не установлены таковые и судом апелляционной инстанции.

Представленная ответчиками рецензия выводы судебной экспертизы не опровергает.

Вопреки суждению рецензента, для целей реализации принципа полного возмещения вреда следует применять именно рыночную стоимость лошади истца, а не цену, указанную в договоре купли-продажи, так как недопустимость применения покупной цены обусловлена неизвестностью условий, повлиявших на указанную цену, вследствие чего она не может быть признана рыночной.

Выбор объектов-аналогов при использовании сравнительного подхода относится к компетенции эксперта, обладающего специальными познаниями, и сомнений не вызывает; использованный в заключении состав аналогов является экономически обоснованным при сопоставлении объектов-аналогов с характеристиками исследуемого объекта.

Подбор рецензентом иного аналога на момент составления рецензии не свидетельствует о недостоверности результата экспертного исследования.

Доводы ответчика ФИО1 о фальсификации информации об объектах-аналогах, использованных судебным экспертом, объективно ничем не подтверждены.

С учетом изложенного судебная коллегия соглашается с заключением повторной судебной оценочной экспертизы № 001/Э-2026 от 19 января 2026 года и находит доказанным факт причинения истцу ущерба, вызванного гибелью лошади, размер которого составляет 292 000 рублей.

Решение суда первой инстанции подлежит изменению со снижением размера взысканного ущерба.

Проверяя по доводам жалобы судебный акт в части взыскания неустойки, судебная коллегия принимает во внимание, что возможность взыскания неустойки по пункту 5 статьи 28 Закона о защите прав потребителей за неудовлетворение требований потребителя о возмещении вреда, причиненного вследствие недостатков работы, услуги, данным Законом не предусмотрена. Не предусмотрена такая неустойка и нормами гражданского законодательства.

Положения статьи 14 Закона о защите прав потребителей предусматривают имущественную ответственность за вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие недостатков товара (работы, услуги). В случае причинения потребителю вреда вследствие недостатков товара (работы, услуги) у потребителя возникает право требовать возмещения такого вреда (пункты 1, 2). Данной нормой закона взыскание неустойки не предусмотрено.

Кроме того, пункт 5 статьи 28 Закона о защите прав потребителей предусматривает начисление неустойки на сумму цены выполнения работы (услуги) и ограничение размера неустойки ценой работы (услуги), что обусловлено характером требований, за неудовлетворение которых предусмотрена неустойка, при определении размера которой не имеет значения размер убытков, причиненных вследствие недостатков работы (услуги), тогда как истец просит взыскать неустойку за неудовлетворение его требования о возмещении убытков, которую начисляет на сумму ущерба.

Принимая во внимание изложенное, судебная коллегия приходит к выводу о том, что решение суда в части взыскания неустойки подлежит отмене с принятием нового судебного акта об отказе ФИО3 в удовлетворении требования о взыскании неустойки.

В остальной части решение суда первой инстанции соответствует установленным обстоятельствам дела и основано на правильном применении норм материального и процессуального права.

Доводы апелляционной жалобы выводы суда не опровергают, фактически повторяют позицию стороны ответчиков, изложенную в суде первой инстанции, получили надлежащую оценку в оспариваемом решении и дополнительной аргументации не требуют.

Суд первой инстанции подробно мотивировал и дал правильную оценку всем доводам ответчиков, в том числе об отсутствии между сторонами правоотношений, которые регулируются Законом о защите прав потребителей, о безвозмездном характере взаимоотношений сторон спора, о волонтерской помощи, о том, что ФИО1 является ненадлежащим ответчиком, об отсутствии вины ответчиков в гибели лошади, о злоупотреблении истцом правом и о его неосновательном обогащении за счет ответчиков, и обоснованно отклонил их как несостоятельные.

Апелляционная жалоба не содержит указания на факты, которые не были проверены или учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта, и, по сути, доводы жалобы направлены на субъективную переоценку установленных по делу обстоятельств.

Между тем по смыслу положений статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации несогласие с решением суда первой инстанции либо другая точка зрения стороны на то, как могло быть рассмотрено дело, сами по себе не являются основанием для отмены или изменения судебного решения.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Учитывая выводы суда апелляционной инстанции об изменении решения суда в части размера ущерба, а также об отмене судебного акта в части неустойки, подлежит изменению размер взысканного судом штрафа.

Размер штрафа составит 148500 рублей (292000 рублей + 5000 рублей (компенсация морального вреда) х 50%).

Судебные расходы подлежат перераспределению по принципу пропорциональности, закрепленному в статье 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Размер удовлетворенного требования в процентном выражении составляет 62,27% (292000 рублей (размер удовлетворенных требований) х 100 : 468920 (размер заявленных требований (374000 рублей (ущерб) + 94920 рублей (неустойка)).

В свою очередь, расходы истца на оплату услуг представителя и на оплату услуг оценщика подлежат возмещению в размере 1868 рублей 10 копеек (3000 рублей х 62,27%) и 3113 рублей 50 копеек (5000 рублей х 62,27%) соответственно.

Кроме того, с ФИО1 и ФИО2 в бюджет муниципального образования Тверской области - Рамешковский муниципальный округ в соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации подлежит взысканию государственная пошлина в размере 2549 рублей 71 копейка с каждой (8189,20 (общий размер подлежащей уплате государственной пошлины (7889,20 + 300,00)) х 62,27% = 5099,41/2).

Расходы истца на производство повторной судебной экспертизы подлежат возмещению ответчиками пропорционально удовлетворенной части иска в размере 18681 рубль (30000 рублей х 62,27%).

Меру обеспечения, принятую определением судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 29 января 2025 года, следует сохранить до исполнения решения суда.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Рамешковского районного суда Тверской области от 10 июля 2024 года в части взыскания с ФИО1, ФИО2 в пользу ФИО3 неустойки отменить, принять в указанной части новое решением которым в удовлетворении указанного требования отказать.

Это же решение в остальной части изменить, изложив абзацы второй и четвертый резолютивной части в следующей редакции:

«взыскать солидарно с ФИО1 (паспорт №), ФИО2 (паспорт №) в пользу ФИО3 (паспорт №) ущерб, причиненный утратой животного, в размере 292000 (двести девяносто две тысячи) рублей, компенсацию морального вреда в размере 5000 (пять тысяч) рублей, штраф за неудовлетворение в добровольном порядке требования потребителя в размере 148500 (сто сорок восемь тысяч пятьсот) рублей, расходы на оплату услуг оценщика в размере 3113 (три тысячи сто тринадцать) рублей 50 копеек, расходы на оплату услуг представителя в размере 1868 (одна тысяча восемьсот шестьдесят восемь) рублей 10 копеек.

Взыскать с ФИО1 (паспорт №), ФИО2 (паспорт №) в бюджет муниципального образования Тверской области - Рамешковский муниципальный округ государственную пошлину в размере 2549 (две тысячи пятьсот сорок девять) рублей 71 копейка с каждой».

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 и ФИО2 – без удовлетворения.

Взыскать солидарно с ФИО1 (паспорт №), ФИО2 (паспорт №) в пользу ФИО3 (паспорт №) расходы на оплату повторной судебной экспертизы в размере 18681 (восемнадцать тысяч шестьсот восемьдесят один) рубль.

Меру обеспечения, принятую определением судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 29 января 2025 года, сохранить до исполнения решения суда.

Мотивированное апелляционное определение принято 14 апреля 2026 года.

Председательствующий О.Ю. Голубева

Судьи А.С. Беляк

Е.В. Коровина