Дело № 2 – 1224/2017 15 ноября 2017 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Гусевой Н.А.

при секретаре Гедгафовой Р.Х.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании сделки ничтожной и применении последствий недействительности ничтожной сделки, признании права собственности на квартиру,

УСТАНОВИЛ:

Истица обратилась в суд с уточнёнными исковыми требованиями о признании сделки по приобретению ФИО2 права собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, от 03 октября 2006 года за регистрационным номером 

<

№> в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним ничтожной и применить последствия недействительности ничтожной сделки; признании права собственности ФИО1 на квартиру общей площадью 50,9 кв. метров, расположенную по адресу: 

<

адрес> (л. д. 137 – 140).

В обоснование исковых требований истец указывает, что в 1987 году истице по месту её работы была выделана двухкомнатная квартира общей площадью 50,9 кв. метров, расположенная по адресу: 

<

адрес> на основании ордера 

<

№> от 14 декабря 1987 года. В августе – сентябре 2016 года истице стало известно, что собственником квартиры является ответчик. Вместе с тем, согласно справой формы 7, 9 следует, что спорная квартира получена в собственность истицей 15 июня 2011 года на основании договора передачи в собственность 

<

№> от 15 июня 2011 года. Согласно выписке из ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним от 04 октября 2016 года 

<

№> спорная квартира принадлежит ответчику. Из указанной выписки следует, что право собственности на спорную квартиру возникло 03 октября 2006 года номер государственной регистрации 

<

№>. Истица полагает сведения о том, что спорная квартира на праве собственности принадлежит ответчику недостоверными и сфальсифицированными. Спорная квартира была приватизирована истицей по договору о передаче в собственность 

<

№> от 15 июня 2011 года. Истица не подписывала никаких отказов от приватизации спорной квартиры. Согласие от 23 апреля 2006 года, удостоверенное Ш. временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербурга К., истица не подписывала. Из завещания от 23 ноября 2010 года, составленного и удостоверенного нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга К. следует, что, ввиду того, что ФИО1 ввиду своего слабого зрения не может лично прочитать завещание, его текст оглашен нотариусом для нее. Тоже самое отражено и в распоряжении от 01 октября 2010 года, составленном и удостоверенном И. временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербурга К. об отмене ФИО1 завещания от 23 ноября 2010 года. У истицы плохое зрение с 1990 года, которое, по её мнению ухудшается на фоне имеющегося заболевания – сахарного диабета. По мнению истицы, представленные ответчиком доказательства являются подложными. По мнению истицы, ответчик зарегистрировал право собственности на спорную квартиру по подложным документам, в связи с этим сделка по переходу спорной квартиры в собственность ответчика, является в соответствии со статьей 166 ГК РФ, ничтожной. 

Истица и её представитель – ФИО3, действующий на основании доверенности, в судебном заседании уточнённые исковые требования поддержали по доводам, изложенным выше, и просят суд уточнённые исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Ответчик и его представители – адвокат Минаева Г.К., действующая на основании ордера, и ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований, пояснили, что доводы истицы не нашли своего подтверждения. Кроме того, истицей пропущен срок исковой давности для предъявления в суд настоящих исковых требований.

Выслушав пояснения сторон и их представителей, показания свидетеля, исследовав материалы дела, суд полагает исковые требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению в полном объеме по следующим основаниям.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 14 июля 1998 года ГУЖА Красногвардейского района с ФИО1 был заключен Договор 

<

№> социального найма жилого помещения по адресу: 

<

адрес> (л. д. 20 – 28).

Как следует из материалов дела, ФИО2 на основании договора 

<

№> передачи квартиры в собственность граждан от 22 августа 2006 года в частную собственность ФИО2 передана двухкомнатная квартира общей площадью 50,9 кв. метров, по адресу: 

<

адрес>, - копия договора 

<

№> передачи квартиры в собственность граждан от 22 августа 2006 года (л. д. 69 – 70).

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент совершения договора 

<

№> передачи квартиры в собственность граждан от 22 августа 2006 года) сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1).

Требование о признание оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе (пункт 2).

Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента её совершения. 

Доводы истицы и её представителя о ничтожности договора 

<

№> передачи квартиры в собственность граждан от 22 августа 2006 года, не могут быть приняты судом во внимание по следующим основаниям.

Как следует из копии материалов регистрационного дела на объект недвижимости, расположенный по адресу: 

<

№>, ФИО1 23 апреля 2006 года дала нотариально удостоверенное согласие на приватизацию жилой площади, находящейся по адресу: 

<

адрес>. От участия в приватизации жилой площади по указанному адресу отказывается и просит в договор её не включать (л. д. 77).

Данное согласие удостоверено 23 апреля 2006 года на бланке 

<

№> Ш. временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербурга К. Согласие подписано ФИО1 в присутствии нотариуса. Личность установлена. Дееспособность проверена. Текст согласия зачитан нотариусом вслух.

Доводы истицы и её представителя о том, что ФИО1 названное выше согласие не подписывала, не могут быть приняты судом во внимание по следующим основаниям.

Как следует из заключения эксперта ООО «ПетроЭксперт» 

<

№> от 25 июля 2017 года, выполненного на основании определения суда о назначении судебной почерковедческой экспертизы от 11 мая 2017 года, изображение подписи от имени ФИО1 на копии согласия 

<

№> от 23 апреля 2006 года, является изображением подписи выполненным, вероятно, смой ФИО1. Подпись от имени ФИО1 в реестре № С для регистрации нотариальных действий нотариуса Санкт-Петербурга К. на 2006 год (номер нотариального действия 

<

№>), выполнена самой ФИО1.

На основании проведённого исследования возможность выполнения подписи от имени ФИО1 в реестре № С для регистрации нотариальных действий нотариуса Санкт-Петербурга К. на 2006 год (номер нотариального действия 2419) способом копирования напросвет – полностью исключена. В отношении изображения подписи от имени ФИО1 на копии согласия 

<

№> от 23 апреля 2006 года возможность ее выполнения способом копирования напросвет может быть исключена только при наличии оригинала документа, поэтому вопрос о принадлежности изображения подписи от имени ФИО1, ФИО1 решён только в вероятной форме. Однако, отсутствие в изображении характерных признаков выполнения способом копирования напросвет, а также многочисленные совпадения позволяют предполагать собственноручное выполнение подписи с которого получено исследуемое изображение (л. д. 106 – 127).

Доводы истицы и её представителя о том, что ФИО1 из-за плохого зрения могла не увидеть какой документ она подписывает, суд находит не убедительными.

Истица в судебном заседании не оспаривала, что она и в 2006 году и в настоящее время проживает и обслуживает себя сама, при чтении документов и периодических изданий всегда пользуется очками.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля Щ. показал, что он является сыном ФИО1 и родным братом ФИО2 Свидетель проживает отдельно от матери. ФИО1 проживает отдельно, сама себя обслуживает. Свидетелю все известно со слов ФИО1 ФИО1 не жаловалась свидетелю на плохое зрение и что ничего не видит. В магазин ФИО1 сама ходит за покупками. ФИО1 никому не доверяет и поэтому всегда внимательно читает все документы, предварительно одевает очки. Не прочитав никогда не подпишет ни один документ.

Доводы истицы и её представителя о том, что в завещании от 23 ноября 2010 года и в распоряжении от 01 октября 2016 года содержится запись нотариуса, что ввиду того, что ФИО1 ввиду слабого зрения не может лично прочитать завещание и распоряжение, текст завещания и распоряжения оглашен нотариусом для нее, а в рассматриваемом согласии такой записи не содержится, бесспорно не свидетельствует о том, что рассматриваемое согласие ФИО1 от 23 апреля 2006 года недостоверно и является подложным доказательством. 

Доводы истицы и её представителя о том, что спорная квартира была предана по договору передачи в собственность граждан в 2011 году, не могут быть приняты судом во внимание как не нашедшие своего подтверждения в судебном заседании.

Так, истицей и её представителем в судебное заседание не предоставлены доказательства заключения с истицей какого-либо договора о передаче в собственность спорной квартиры в порядке приватизации. В материалах дела данные доказательства отсутствуют.

Ссылки истицы и её представителя в подтверждение своих доводов, на сведения, содержащиеся в справках формы № 9 и № 7 по спорному адресу по состоянию на 28 сентября 2016 года, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку указанные справки к правоустанавливающим документам не относятся. 

Как следует из ответа СПб ГКУ «Жилищное агентство Красногвардейского района Санкт-Петербурга» от 05 сентября 2017 года 

<

№>, по результатам проверки установлено, что ранее по адресу: 

<

адрес>, информация о передаче в собственность граждан помещений была внесена на основании списка 

<

№> приватизированных квартир к распоряжению администрации Красногвардейского района Санкт-Петербурга от 22 сентября 2006 года 

<

№> В указанном списке дата приватизации жилого помещения не указана. С 22 августа 2006 года – момента приватизации жилого помещения до 16 августа 2017 года правоустанавливающие документы на указанную квартиру в Учреждение не предоставляли, в связи с чем, невозможно было установить наличие недостоверной информации и провести её корректировку. 

Кроме того, истицей в судебное заседание не предоставлено доказательств, что она как собственник спорного жилого помещения оплачивала налог на недвижимое имущество, а также получала свидетельство о регистрации права собственности на спорное жилое помещение.

Доводы истицы и её представителя о том, что доверенность ФИО2 от 02 августа 2006 года, согласие от имени ФИО1 от 23 апреля 2006 года и заявление от 05 сентября 2006 года являются подложными доказательствами, не могут быть приняты судом во внимание как не нашедшие своего подтверждения в судебном заседании.

Вопреки требованиям пункта 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, истицей и её представителем не представлено доказательств подложности указанных выше документов, само по себе заявление стороны о подложности (фальсификации, недопустимости) документов в силу статьи 186 Гражданского процессуального кодекса РФ не влечет автоматического исключения такого доказательства из числа доказательств, собранных по делу, в связи с тем, что именно на сторонах лежит обязанность доказать наличие фиктивности конкретного доказательства.

При указанных обстоятельствах, принимая во внимание отсутствие доказательств обоснованности исковых требований истицы, с учётом положений выше приведенных норм материального права, у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения исковых требований, в связи с этим суд приходит к выводу об отказе истице в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Кроме того, исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению в полном объеме в связи с пропуском срока исковой давности, о применении которого заявлено ответчиком.

В силу положений пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент совершения сделки) срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки. 

Согласно пункту 2 статьи 199 настоящего Кодекса, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения от отказе в иске.

Судом установлено, что истицей пропущен срок исковой давности. Исполнение оспариваемого истицей договора началось с 22 августа 2006 года, с настоящими исковыми требованиями истица обратилась в суд 13 октября 2016 года.

Доводы истицы и её представителя о том, что истице о том, что спорная квартира приватизирована на имя ответчика и находится в его собственности стало известно только летом 2016 года, не могут быть приняты судом во внимание как не нашедшие своего подтверждения в судебном заседании.

Истица, при той степени заинтересованности в спорном жилом помещении, какую обычно проявляют лица, заинтересованные в данном жилом помещении, тем более, если истица полагала себя собственником спорного жилого помещения, а также при должной добросовестности в исполнении своих обязательств как предполагаемый собственник спорного жилого помещения, не могла на протяжении длительного периода времени не знать о том, что спорная квартира находится в собственности ответчика.

При этом суд учитывает, что уважительных причин, объективно препятствующих истице в течение трехлетнего срока обратиться в суд за защитой нарушенного права в ходе судебного разбирательства не установлено, а истицей, в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, не представлено.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу об отказе истицей в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Поскольку судом в удовлетворении основных исковых требований истец отказано, то не подлежат удовлетворению и производные от них исковые требования о признании права собственности на спорную квартиру.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 – отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца с момента изготовления мотивированной части решения.

Судья Н.А. Гусева 

Мотивированная часть решения суда изготовлена 22 ноября 2017 года