Дело № 2-570/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 сентября 2019 г. г. Воткинск

Воткинский районный суд Удмуртской Республики в составе судьи Аганиной Я.В.,

при секретаре Щениной И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора незаключенным, взыскании стоимости прицепа, судебных расходов,

установил:

Первоначально ФИО1 обратился с иском к ФИО2, в котором просил признать договор купли-продажи прицепа 

<

***> между истцом и ответчиком ФИО2 незаключенным; взыскать с ответчика стоимость прицепа в размере 900 000 руб., госпошлину в размере 12 200 руб.

Исковые требования мотивированы тем, что 28.10.2014 истец приобрел прицеп 

<

***> (далее по тексту спорный прицеп, прицеп, транспортное средство), цвет темно-серый и ФИО19 сразу же поставил его на учет в МРЭО ГИБДД МВД по УР. В конце 2014 года истец договорился с ФИО3 (устная договоренность), что он возьмет в аренду у истца прицеп за 30 000 руб. в месяц. В сентябре 2015 года истец пришел на стоянку и не обнаружил прицеп на месте, тогда позвонил ФИО3, который пояснил истцу, что находится в командировке в Тюмени с прицепом, как приедет, сообщит. 19.01.2016 истец приехал на автостоянку, где находится прицеп, чтобы забрать его, однако сторож стоянки не отдал его истцу и показал копию ПТС, в которой хозяином прицепа был указан ответчик. Истец ни с кем не подписывал договор купли-продажи на прицеп, никому его не продавал, не составлял никаких документов о передаче прицепа. Договор истец ни с кем не заключал, договор является незаключенным, так как подпись истца подделана (что подтверждается копией обвинительного заключения по уголовному делу № 64/1374 по обвинению ФИО3 по ч. 3 ст. 160 УК РФ). Истец не обсуждал ни с кем никаких существенных условий договора, прицеп оказался у покупателя - ответчика неосновательно - в отсутствие предусмотренных законом/договором оснований, поэтому истец может требовать прицеп обратно. Ссылаясь на ст. 1102 ГК РФ, истец указывает, что вышеуказанный прицеп был утилизирован, соответственно потребовать его обратно не представляется возможным. Ссылаясь на ст.ст. 432, 1102, 1105 ГК РФ, истец обратился в суд с вышеуказанными исковыми требованиями.

Определением от 30.01.2019 удовлетворено ходатайство истца, произведена замена ненадлежащего ответчика ФИО2 на надлежащего ФИО2

Определением от 24.07.2018 к участию в деле в порядке ст.43 ГПК РФ в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований относительно предмета спора привлечен ФИО3

Определением от 26.07.2019 к участию в деле в порядке ст.43 ГПК РФ в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований относительно предмета спора привлечены ФИО4, ФИО5

Определением от 06.08.2019 к участию в деле в порядке ст.43 ГПК РФ в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований относительно предмета спора привлечен ФИО6 

Определением от 06.08.2019 ходатайство истца удовлетворено, судом принято изменение истцом исковых требований, согласно которому истец просит суд признать договор купли-продажи прицепа 

<

***>, от 12.10.2015 между истцом ФИО1 и ответчиком ФИО2 незаключенным; взыскать с ответчика стоимость неосновательного обогащения в размере 715 825 руб.; взыскать с ответчика госпошлину.

Истец ФИО7 суду пояснил, что исковые требовании с учетом изменения от 06.08.2019 доводы, изложенные в иске, полностью поддерживает.

28.10.2014 истец приобрел собственность спорный прицеп на основании договора купли-продажи от 28.10.2014 у ФИО18 за 600 000 руб. Спорный прицеп зарегистрировал в ГИБДД на имя истца.

Примерно в октябре, ноябре 2014 истец по устной договоренности с ФИО3 решил сдать спорный прицеп ФИО3 в аренду за 30 000 руб. в месяц. В письменном виде договор аренды не оформлялся. Спорный прицеп передал истец ФИО3 без передаточного акта, передав лишь свидетельство о регистрации на прицеп, однако паспорт транспортного средства (ПТС) не передал. Прицеп стоял на автостоянке на ул.Пойма г.Ижевск и фактически истец знал, что ФИО3 не пользуется прицепом, потому истец не требовал у ФИО3 денег за аренду прицепа.

Примерно в сентябре 2015 года истец приехал на автостоянку и обнаружил, что прицеп отсутствует. Созвонился с ФИО3, который сообщил, что в командировке и обещал по возвращению произвести оплату за аренду прицепа. Истца это устроило. Примерно в ноябре 2015 года истец потребовал у ФИО3 прицеп, на что последний пояснил, что прицеп стоит у дома ФИО3. Истец, чтобы убедиться в этом, приехал к дому ФИО3 и увидел, что прицеп действительно стоит у дома ФИО3. Истец не забрал прицеп, поскольку ФИО3 убедил истца, что в прицепе находится скоропортящийся товар, истец поверил.

В январе 2016 года истец решил забрать прицеп с автостоянки, однако сторож сообщил истцу, что прицеп принадлежит ФИО8 и не разрешил забрать. При этом сторож показал копию ПТС, в котором была отметка, что собственником спорного прицепа является ответчик, и что ПТС выдан взамен старого ПТС. Когда истец обратился в ГИБДД, истцу сообщили, что был предоставлен договор купли-продажи прицепа, якобы подписанный истцом и ответчиком, тогда как истец договора купли-продажи от 12.10.2015 спорного прицепа не подписывал, не обсуждал никакие условия договора купли-продажи.

В настоящее время прицеп утилизирован новым уже 4 собственником ФИО9, однако с учета в ГИБДД не снят, так как спорный прицеп числится в розыске.

В настоящее время собственник прицепа ФИО9, поскольку ФИО9 продала прицеп ФИО4, а ФИО4 ФИО8. 

Просит суд признать договор купли-продажи от 12.10.2015 спорного прицепа незаключенным, поскольку не подписывал спорный договор и не заключал его с ответчиком, потому никакие существенные условия спорного договора с ответчиком не мог обсуждать и не обсуждал. Подпись в спорном договоре от имени истца выполнена иным лицом, а не ФИО10.

Просит суд взыскать с ответчика сумму возмещения стоимости спорного прицепа 715 825 руб., которая подтверждается выводами экспертизы, проведенной по делу, поскольку истребовать в натуре прицеп в настоящее время невозможно, так как в результате незаключенной сделки по продаже прицепа с ответчиком, ответчик получив спорный прицеп, тем самым неосновательно обогатился, в последующем его продал, новый собственник ФИО9 утилизировал прицеп.

Однако не смог пояснить суду в чем видит вину ответчика, что истребовать в настоящее время в натуре прицеп невозможно, так как утилизировал прицеп уже 4-м собственником ФИО9.

Утверждает, что ФИО3 никакой доверенности на отчуждение спорного прицепа истец не выдавал.

Признает, что в настоящее время ФИО3 осужден приговором Индустриального районного суда г.Ижевска от 15.08.2018 по ст. 160 ч.3 УК РФ за то, что хищение у истца спорного прицепа путем присвоения и растраты, причинив тем самым ущерб истцу в крупном размере. Приговор вступил в законную силу 28.08.2018. Истец пояснил, что не желает взыскивать стоимости прицепа в ФИО3, категорически желает, чтобы суд взыскал с ответчика стоимость утилизированного прицепа, настаивая, что это право истца к кому предъявлять исковые требования. Истец же решил предъявить исковые требования к ответчику, а не к ФИО3.

Признает, что в спорном договоре от 12.10.2015 цена договора 200 000 руб.

Истец понимал, что ФИО3 занимается грузоперевозками и прицеп ему нужен, потому и передал его в аренду за плату.

Истец обратился в полицию в январе 2016 года, узнав, что собственником прицепа стал ответчик. Давалась или нет юридическая оценка в рамках уголовного дела по обвинению ФИО3, действиям ответчика не знает.

Просит суд признать договор купли-продажи от 12.10.2015 спорного прицепа незаключенным, поскольку договор не подписывал, никакие существенные условия договора купли-продажи с ответчиком не обсуждал и просит суд взыскать с ответчика 715 825 руб. в порядке ст.1105 ГК РФ, в счет возмещения истцу стоимости прицепа, так как в настоящее время невозможно возвратить спорный прицеп истцу в натуре, поскольку утилизирован ФИО9.

Считает, что ответчик неосновательно обогатился спорным прицепом, который принадлежал ранее истцу.

В рамках уголовного дела истец был признан потерпевшим. Признает, что действительно ФИО8 в рамках уголовного дела говорил, что купил спорный прицеп у ФИО3 за 200 000 руб.

Уточнил, что истцу не известно о том, знал ли ответчик ФИО8, что спорный прицеп похищен ФИО3 у истца.

Достоверных, достаточных, относимых и допустимых доказательств того, что ответчик знал, что спорный прицеп похищен ФИО3 у истца нет.

В рамках уголовного дела иск к ФИО3 истец не предъявлял, поскольку считает, что имущественный вред причинен ответчиком. При этом признает, что ФИО3 осужден за хищение спорного прицепа у истца, совершенное путем присвоения и растраты.

28.10.2014 истец приобрел в собственность спорный прицеп у ФИО11, который является знакомым у ФИО3. На 28.10.014 истец уже был знаком с ФИО3. Купив спорный прицеп, истец осенью 2014 передал ФИО3 в пользование.

Истец считает, что неосмотрительности в его действиях, в части передачи спорого прицепа ФИО3 в пользование, без заключения на то какого-либо договора, считает, что поступил правильно. 

Приговор суда от 15.08.018 истцом не обжаловался, однако считает ошибкой суда указание в установочной части приговора на то, что 28.10.2014 истец купил спорный прицеп у ФИО3, поскольку фактически купил у ФИО20 К наличию приговора истец отнесся безразлично.

Законно осужден ФИО3 или нет, пояснить не может, уточнил, что приговор не обжаловал. Признает, что приговором ФИО3 признан виновным в хищении спорного прицепа у истца путем присвоения и растраты, однако считает, что возникшую ситуацию видит по своему, что ответчик должен был удостовериться у кого покупает прицеп, не убедился в воле истца на продажу. Уточнил, что хищение - это тоже нарушение воли истца на отчуждение собственности, в данном случае спорного прицепа.

Категорически утверждает, что в данном случае именно ответчик неосновательно обогатился, а не ФИО3 совершив хищение спорного прицепа у истца, причинив последнему материальный ущерб в крупном размере. Уточнил, что не намерен предъявлять иск к ФИО3, если суд взыщет стоимость спорного прицепа с ответчика.

Относимые, допустимые, достоверные и достаточные доказательства того, что прицеп утилизирован - показания ФИО9 и справка ГИБДД, которая представлена суду.

О каком хищении указывал истец в заявлении от 26.02.2016, адресованное в полицию, с просьбой провести расследование по факту хищения спорного прицепа, так как утверждает, что ФИО3 не было совершено хищения спорного прицепа, пояснить не может. (л.д.55 том 1-325\18).

Представитель истца ФИО12, выступающая на основании доверенности (доверенность в деле), суду пояснила, что исковые требования с учетом изменения от 06.08.2019 и доводы, изложенные в иске, полностью поддерживает. Пояснения, данные в судебном заседании истцом, поддержала.

Уточнила, что просит взыскать в качестве возмещения утилизированного новым собственником ФИО9 стоимости прицепа в сумме 715 825 руб., поскольку считает, что ответчик по незаключенной сделке неосновательно обогатился за счет имущества истца, получив спорный прицеп по договору от 12.10.2015, который истцом не заключался, не подписывался и стороны не согласовали существенные условия договора купли-продажи от 12.10.2015. Признает, что ответчиком прицеп был продан ФИО6, который в последующем продал ФИО4, а ФИО4 продала ФИО9. В связи с тем, что в последующем новым собственником спорного прицепа ФИО9 спорный прицеп в настоящее время утилизирован, но с учета в ГИБДД не снят, вернуть неосновательно полученное имущество в виде спорного прицепа истцу невозможно, потому и просит взыскать с ответчика сумму стоимости спорного прицепа 715 825 руб. в порядке ст.1105 ГК РФ.

На момент покупки 12.10.2015 спорный прицеп был в хорошем состоянии, что подтверждается материалами дела. ФИО9 же купил спорный прицеп в битом состоянии, потому утилизировал. Уточнила, что вины ответчика в том, что новый собственник ФИО9 утилизировал спорный прицеп, нет.

Признает, что по состоянию на 12.10.2015 никаких обременений спорный прицеп не имел.

Считает, что ответчика неосновательно обогатился, так как при заключении договора купли-продажи от 12.10.2015 ответчик не проверил документы на спорный прицеп. Ответчик как покупатель должен был отнести документы в ГИБДД для регистрации на себя купленного спорного прицепа. Ответчик купил спорный прицеп по договору купли-продажи от 12.10.2015 якобы у ФИО10, а данный договор истец не подписывал. Признает, что подпись истца в договоре поддельная, предполагает, что выполнена ФИО3. 

Признает, что именно виновными действиями ФИО3, а именно в результате хищения, путем присвоения и растраты, изначально произошло отчуждение спорного прицепа из собственности истца, что виновными действиями ФИО3 истцу причинен материальный ущерб в крупном размере, за что ФИО3 и осужден по ст.160 ч.3 УК РФ, приговор вступил в законную силу. В рамках уголовного дела истец был признан потерпевшим.

В связи с чем, в рамках уголовного дела не был заявлен гражданский иск истцом, пояснить не может.

Уточнила, что действительно у истца сохраняется право на предъявления иска и к ФИО3, поскольку именно виновными действиями ФИО3 истцу также причинен материальный ущерб, так как было совершено хищение спорного прицепа.

Считает, что ответчик виноват в том, что не убедился в личности продавца, не удостоверился, что присутствует именно ФИО10 при совершении сделки, несмотря на то, что изначально спорный прицеп был похищен у истца ФИО3 и именно ФИО3 причинен материальный ущерб истцу в крупном размере, потому утверждает, что именно ответчик должен возместить истцу стоимость прицепа в виду того, что истребовать в натуре прицеп невозможно, так как утилизирован. В договоре от 12.10.2015 подпись за ФИО10, выполнена не ФИО10, а иным лицом.

Просит взыскать с ФИО8 стоимость утилизированного прицепа, поскольку возврат его в натуре истцу невозможнее и потому, что именно ответчик неосновательно обогатился за счет имущества истца, а именно, ответчик приобрел в свою собственность спорный прицеп по незаключенному договору, а в последующем продал его. В последующем новым собственником спорного прицепа стал ФИО9, который и утилизировал прицеп, а поскольку в настоящее время невозможно возвратить в натуре неосновательно полученное ответчиком имущество в виде спорного прицепа, ответчик, как незаконный приобретатель должен возместить потерпевшему стоимость этого имущества в порядке ст.1105 ГК РФ. 

Уточнила, что со стороны ФИО3 не видит неосновательного обогащения за счет имущества истца, поскольку ФИО3 лишь совершил хищение спорного имущества, за что и осужден.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании пояснил, что исковые требования с учетом изменения от 06.08.2019 и доводы, изложенные в иске, не признает.

12.10.2015 ответчик приобрел спорный прицеп у ФИО10 по договору купли-продажи от 12.10.2015. Спорную сделку сопровождал доверенное лицо истца ФИО3, цена договора составила 200 000 руб. Деньги в сумме 200 000 руб. передал ответчик 12.10.2015 ФИО3 наличными. Оформляя договор купли-продажи, ФИО3 действовал от имени ФИО10 по доверенности, о том, что спорный прицеп похищен ФИО3 у истца, ответчик не знал. Ответчик проверил по базе ГИБДД и базе нотариусов имеет ли какие-либо обременения и находится ли в розыске спорный прицеп посредством Интернет. Поскольку никаких обременений не было, ответчик и приобрел спорный прицеп, иначе бы ответчик не смог зарегистрировать спорный прицеп на свое имя. Подписав спорный договор ответчик передал его на регистрацию, сдал ПТС. Ответчик утверждает, что в ходе следствия говорил, что ФИО3 при оформлении договора купли-продажи от 12.10.2015 действовал по доверенности. Уточнил, что представить в суд достоверных, достаточных доказательств того, что была доверенность, не может.

В спорном договоре купли-продажи от 12.10.2015 подпись истца уже стояла, ответчик расписался, проехали в ГИБДД, где сотрудники Управления ГИБДД УР провели договор, провели осмотр спорного прицепа, после осмотра сдал документы на регистрацию и передал ФИО3 200 000 руб. за купленный прицеп. Ничего не предвещало, что договор купли-продажи якобы подписан не собственником-истцом, поскольку спорный прицеп находился у ФИО3, более того, у ФИО3 был и ПТС. После регистрации на имя ответчика спорного прицепа, ответчику выдали в ГИБДД свидетельство на транспортное средства (СТС). В ПТС, который передал ФИО3 ответчику, уже стояла подпись истца и ответчика как покупателя.

Спорный прицеп ответчик забрал с автостоянки, оплатил задолженность в размере 20 000 руб. за хранение. В последующем ответчик использовал спорный прицеп в личных целях и продал по договору купли-продажи 08.06.2016 ФИО6, который не регистрировал спорный прицеп на свое имя и продал его по договору купли-продажи от 04.09.2016 ФИО4. О том, что в настоящее время собственник спорного прицепа ФИО9 ответчику стало известно в судебном заседании. 

Считает, что ответчик не обогащался за счет имущества истца, покупая спорный прицеп. Считает, что вины ответчика в утилизации спорного прицепа нет и потому не может нести ответственности в виде возмещения утраченного имущества. Утверждает, что спорный прицеп ответчиком был куплен, за купленный прицеп ответчик передал ФИО3 200 000 руб. полагая, что ФИО3 передаст их истцу. Считает, что возмещать стоимость утраченного прицепа должен ФИО3, который осужден за хищение спорного прицепа у истца, поскольку фактически ФИО3 причинил материальный ущерб истцу, а не ответчик. При совершении сделки от 12.10.2015 ответчик предполагал, что ФИО3 действует по доверенности, выданной ФИО10. Доверенность была сдана в ГИБДД, ПТС и договор купли-продажи от 12.10.2015, подписанный ФИО10.

Относимых, допустимых, достоверных и достаточных доказательств того, что при заключении спорного договора 12.10.2015 между истцом и ответчиком стороны пришли к соглашению по всем существенным условиям договора купли-продажи прицепа, кроме пояснений ФИО6, нет.

Уточнил, что при проведении очной ставки с ФИО3 в ходе расследования уголовного дела по обвинению ФИО3 27.10.2017 (л.д.20-21 том 1 №1-325\18) почему не сообщил, что ФИО3 действовал по доверенности за ФИО10, пояснить не может, полагает в связи с тем, что следователь не задавал данного вопроса. Считает, что надлежащим ответчиком по делу является ФИО3, поскольку последний похитил, а в последующем продал спорный прицеп ответчику. ФИО8 продал спорный прицеп ФИО6 08.06.2016.

Представитель ответчика ФИО13, выступающий на основании доверенности (доверенность в деле), суду пояснил, что исковые требования с учетом изменения от 06.08.2019 и доводы, изложенные в иске, не признает. Пояснения, данные в судебном заседании ответчиком, представителем ответчика ФИО8 поддерживает.

Считает, что истец злоупотребляет правом, предъявляя иск к ФИО8, а не к ФИО3. Вне суда ФИО10 признает, что обращается в суд к ФИО8, так как ответчик платежеспособнее, чем ФИО3, так как у ФИО3 отсутствуют денежные средства для возмещения вреда.

Доверенности, выданной истцом ФИО3 на продажу спорного прицепа по которой продал за истца ответчику спорный прицеп ФИО3, у ответчика нет. Считает, что иск предъявлен к ФИО8, а не к ФИО3 с исключительной целью причинить вред ФИО8. С выводами эксперта не согласен, считает оценку стоимости спорного прицепа завышенной, однако доказательств тому суду не представил.

Относимых, допустимых, достоверных и достаточных доказательств ого, что при заключении спорного договора 12.10.2015 между истцом и ответчиком стороны пришли к соглашению по всем существенным условиям договора купли-продажи прицепа, кроме пояснений ФИО6, нет.

Третье лицо ФИО6 суду пояснила, что исковые требования с учетом изменения исковых требований от 06.08.2019 и доводы, изложенные в иске, считает законными.

Признает, что 08.06.2016 приобрел по договору купли-продажи у ФИО8 спорный прицеп за 700 000 руб.

04.09.2016 ФИО6 продал спорный прицеп по договору купли-продажи ФИО4.

ФИО8 знает с детства, являются друзьями, ФИО10 и ФИО3 не знало.

Когда не знает, но помнит, что ФИО8 пригласил в ГИБДД, чтобы посмотреть прицеп, который намеревался приобрести. ФИО6 с ФИО8 приехали в ГИБДД. ФИО6 увидел прицеп в плохом техническом состоянии. ФИО8 провел документы у ФИО3, знал, что ФИО8 передал ФИО3 деньги за прицеп, а какую сумму не помнит. Как ФИО8 проверял документы у ФИО3 при заключении спорного договора, ФИО6 не видел.

В судебное заседание третье лицо ФИО3 не явился, хотя о времени и месте рассмотрения гражданского дела извещен надлежащим образом, о чем в деле имеется почтовое уведомление. В соответствии со ст. 167 ГПК РФ гражданское дело рассмотрено в отсутствие не явившегося третьего лица. 

В судебное заседание третье лицо ФИО4 не явилась, хотя о времени и месте рассмотрения гражданского дела извещена надлежащим образом, о чем указывается в заявлении от 30.07.2019, в котором также просила рассмотреть дело в ее отсутствие. В соответствии со ст. 167 ГПК РФ гражданское дело рассмотрено в отсутствие не явившегося третьего лица. 

В судебное заседание третье лицо ФИО14 не явился, хотя о времени и месте рассмотрения гражданского дела извещен надлежащим образом, о чем указывает в своем заявлении от 26.07.2019, в котором также просил рассмотреть дело в его отсутствие. В соответствии со ст. 167 ГПК РФ гражданское дело рассмотрено в отсутствие не явившегося третьего лица. 

Исследовав материалы гражданского дела, уголовного дела № 1-325/18 по обвинению ФИО3 по ч. 3 ст. 160 УК РФ, заключение экспертизы ООО «Независимая экспертиза» за №898-19 от 11.06.2019, суд устанавливает следующие обстоятельства, имеющие значение для дела:

- согласно договору купли-продажи от 28.10.2014 ФИО21 продал ФИО1 полуприцеп марки 

<

***>, за 300 000 руб.;

- согласно паспорту транспортного средства серии №***, транспортное средство - полуприцеп тентованный, марки 

<

***>, цвет темно-серый, был зарегистрирован 28.10.2014 в МРЭО ГИБДД МВД по УР собственником ФИО1 на основании документа, подтверждающего право собственности от 28.10.2014;

-согласно карточке транспортного средства, владельцем транспортного средства в виде полуприцепа с бортового платформой марки 

<

***> являлся ФИО1 на основании договора, совершенного в простой письменной форме от 28.10.2014;

-согласно карточке транспортного средства, владельцем транспортного средства в виде полуприцепа с бортового платформой марки 

<

***> являлся ФИО2 на основании договора, совершенного в простой письменной форме от 12.10.2015;

- согласно договору серии №*** купли-продажи прицепа от 08.06.2016 ФИО2 продал ФИО6 прицеп марки 

<

***> за 700 000 руб. Согласно п. 2 договора, указанный прицеп принадлежит продавцу на праве собственности на основании паспорта транспортного средства №***, выданного 14.10.2015 МРЭО ГИБДД МВД по УР (дубликат), и свидетельства о регистрации 

<

***>, выданного 14.10.2015 МРЭО ГИБДД МВД по УР;

- согласно передаточному акту от 08.06.2016 ФИО2 продал ФИО6 прицеп марки 

<

***>, и передал ФИО6 все необходимые документы для регистрации договора купли-продажи прицепа;

- согласно договору купли-продажи транспортного средства от 04.09.2016 ФИО6 продал ФИО4 полуприцеп с бортовой платформой марки 

<

***> за 530 000 руб.;

- согласно акту приема-передачи ТС от 04.09.2016 ФИО4 получила транспортное средство от ФИО6, указанное в договоре от 04.09.2016, а ФИО6 получил от ФИО4 530 000 руб. по указанному договору;

-согласно карточке транспортного средства, владельцем транспортного средства в виде полуприцепа с бортового платформой марки 

<

***>, госномер №*** являлась ФИО4 на основании договора, совершенного в простой письменной форме от 04.09.2016;

- согласно договору купли-продажи транспортного средства от 18.09.2016 ФИО4 продала ФИО5 полуприцеп с бортовой платформой марки 

<

***> за 100 000 руб.;

- согласно акту приема-передачи ТС от 18.09.2016 ФИО5 получил транспортное средство от ФИО4, указанное в договоре от 18.09.2016, а ФИО5 получил от ФИО4 100 000 руб. по указанному договору;

-согласно карточке транспортного средства, владельцем транспортного средства в виде полуприцепа с бортового платформой марки 

<

***>, госномер №*** является ФИО5 на основании договора, совершенного в простой письменной форме от 18.09.2016;

-согласно заявлению№19691590, адресованное в Госавтоинспекцию РЭО ОГИБДД ММО МВД России «Можгинский», ФИО5 обратился с просьбой прекратить регистрацию ТС полуприцепа с бортового платформой марки 

<

***>, госномер №*** в связи с дальнейшей утилизацией. 06.03.209 принято решение по заявлению об отказе в совершении регистрационных действий; 

- согласно приговору Индустриального районного суда г. Ижевска УР от 15.08.2018 ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ, ему назначено наказание. Гражданский иск в рамках уголовного дела потерпевшим ФИО1 не заявлялся. Приговор не обжалован, вступил в законную силу 28.08.2018;

Указанные обстоятельства установлены пояснениями участвующих по делу лиц, материалами гражданского дела и сторонами не оспорены.

Анализируя исковые требования истца ФИО1 к ФИО2 о признании договора купли-продажи от 12.10.2015 незаключенным, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В судебном заседании достоверно установлено, что истцу ФИО1 принадлежал на праве собственности полуприцеп марки 

<

***> на основании договора купли-продажи от 28.10.2014. Данное обстоятельство подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе договором купли-продажи от 28.10.2014, паспортом транспортного средства серии №***, карточкой учета транспортных средств и не оспорено ответчиком. 

В силу ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. 

К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного Кодекса, если иное не установлено данным Кодексом.

В соответствии с п. 3 ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно статье 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Свобода договора проявляется в трех аспектах: 1) свобода заключения договора и отсутствие принуждения ко вступлению в договорные отношения (пункт 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации); 2) свобода определения юридической природы (характера) заключаемого договора (подпункты 2 и 3 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации); 3) свобода определения условий (содержания) заключаемого договора (пункт 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно ч. 1 ст. 433 ГК РФ договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта.

Согласно ч. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно п. 2 ст. 456 ГК РФ, если иное не предусмотрено договором купли-продажи, продавец обязан одновременно с передачей вещи передать покупателю ее принадлежности, а также относящиеся к ней документы (технический паспорт, сертификат качества, инструкцию по эксплуатации и т.п.), предусмотренные законом, иными правовыми актами или договором.

Согласно п. 1 ст. 458 ГК РФ, если иное не предусмотрено договором купли-продажи, обязанность продавца передать товар покупателю считается исполненной в момент вручения товара покупателю.

Из приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации в их системном толковании следует, что незаключенный договор не может быть признан недействительной сделкой, поскольку незаключенность договора свидетельствует об отсутствии между сторонами какой-либо сделки.

Как установлено в судебном заседании спорный прицеп с ноября 2014 года находился в фактическом пользовании у 3-го лица ФИО3 на основании устного договора аренды спорного прицепа, заключенного между истцом и 3-м лицом ФИО3 в ноябре 2014 года. Истец и ФИО3 определили ежемесячную арендную плату в размере 30 000 руб. После заключения договора аренды в ноябре 2014 года истец ФИО1 передал 3-у лицу ФИО3 спорный прицеп и свидетельство о регистрации транспортного средства. Данный вывод суда подтвердил в судебном заседании и истец. В судебном заседании достоверно установлено и то, что в последующем ФИО3 12.10.2015 в дневное время, находясь в здании МРЭО ГИБДД МВД по УР, достоверно зная о том, что единственным собственником спорного прицепа на основании договора купли-продажи от 28.10.2014 является истец ФИО10, заключил с ответчиком ФИО2 договор купли-продажи спорного прицепа, передав ответчику ФИО8 спорный прицеп, принадлежащий истцу ФИО1 Тем самым 3-е лицо ФИО3 действуя умышленно, из корыстных побуждений похитил, путем присвоения и растраты вверенный ему истцом ФИО1, принадлежащий на праве собственности спорный прицеп, причинив истцу ФИО10 материальный ущерб в крупном размере 600 000 руб. Данный вывод суда также нашел свое полное подтверждение, исследованными в судебном заседании доказательствами, в их совокупности, в том числе приговором Индустриального районного суда г.Ижевска, которым 15.08.2018 3-е лицо ФИО3 осужден по ст.160 ч.3 УК РФ. В рамках уголовного дела по обвинению ФИО3 истец был признан потерпевшим, гражданский иск ФИО10 не заявлялся, что также подтверждается вступившим в законную силу указанным выше приговором суда. 

В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом, потому обстоятельства установленные вступившим в законную силу приговором суда, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении судом настоящего гражданского дела, поскольку в нем участвуют лица, в отношении которых установлены эти обстоятельства, а именно истец ФИО1, ответчик ФИО2, третье лицо ФИО3

Кроме того, в судебном заседании достоверно установлено и то, что договор купли-продажи транспортного средства - полуприцепа марки 

<

***> года выпуска, от 12.10.2015 (далее - спорный договор) подписан покупателем - ответчиком ФИО15, продавцом же, в данном случае истцом ФИО1, являвшимся по состоянию на 12.10.2015 собственником указанного транспортного средства, подписан не был, а был подписан иным лицом. Данный вывод суда подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, отвечающих требованиям ст.ст. 55, 59, 60 и 67 ГПК РФ, в том числе, заключением экспертизы, проведенной ООО «Независимая экспертиза» за №898-19 от 11.06.2019 в рамках настоящего гражданского дела по ходатайству истца в подтверждении доводов последнего в части, что спорный договор истец не подписывал, что подпись в спорном договоре выполнена не истцом, вступившим в законную силу приговором Индустриального районного суда г. Ижевска УР от 15.08.2018.

Так, согласно выводам, изложенным в заключении экспертизы ООО «Независимая экспертиза» № 898-19 от 11.06.2019, подпись от имени ФИО1, которая расположена в договоре купли-продажи от 12.10.2015, в разделе «Подписи сторон. Продавец», в строке «подпись, фамилия продавца» над рукописной расшифровкой подписи «ФИО1» выполнена не ФИО1, а другим лицом. Более того, в судебном заседании ответчик подтвердил, что при заключении спорного договора истец не присутствовал. Доказательств обратного, ответчиком суду не представлено.

Оснований не доверять выводам экспертов у суда не имеется, доказательств наличия таких оснований не представлено суду и ответчиком. Суд считает, что заключение судебной почерковедческой экспертизы, является относимым и допустимым, достоверным доказательством по делу, так как оно в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 ГПК РФ, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, эксперт основывался на исходных объективных данных, в заключении указаны данные о квалификации эксперта, его образовании, стаже работы, выводы эксперта обоснованы документами, представленными в материалы дела. Более того, перед началом проведения экспертизы эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, предусмотренной ст. 307 УК РФ. 

В связи с чем, суд приходит к выводу, что стороной истца представлены доказательства, отвечающие требованиям ст.ст. 55, 59, 60 и 67 ГПК РФ, с достоверностью подтверждающие, доводы истца в части, что спорный договор купли-продажи транспортного средства от 12.10.2015 истец не подписывал. Доказательств обратного, отвечающих требованиям относимости, допустимости, достоверности, достаточности, ответчиком суду не представлено. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что спорный договор от 12.10.2015 ФИО1 не подписывался, деньги по спорному договору за проданный спорный прицеп истец не получал, выражение воли истца при подписании спорного договора отсутствует, не заключался и впоследствии, не одобрялся истцом, а потому указанный договор не является выражением согласованной воли его сторон (п. 3 ст. 154 ГК РФ), в связи с чем, суд приходит к выводу что спорный договор следует считать незаключенным.

Такой вывод суда согласуется и с правовой позицией изложенной в Обзоре судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными, изложенных в информационном письме от 25 февраля 2014 г. N Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ. 

Кроме того, суд приходит к выводу, что ответчиком не представлены суду доказательства, отвечающие требованиям ст.ст. 55, 59, 60 и 67 ГПК РФ, бесспорно свидетельствующие о заключенности спорной сделки купли-продажи прицепа между истцом и ответчиком, подписания спорного договора от 12.10.2015 истцом, одобрения истцом оспариваемой сделки, согласование исключительно с истцом всех существенных условий договора.

Суд обращает внимание, что из буквального содержания ст.432 ГК РФ следует, что если между сторонами не достигнуто соглашения по всем существенным условиям договора, то он не считается заключенным и к нему неприменимы правила об основаниях недействительности сделок, поскольку такой договор, являющийся незаключенным не порождает для его сторон, каких-либо прав и обязанностей, в также вследствие несогласования существенных условий, не только не порождает последствий, на которые он был направлен, но и является отсутствующим фактически в виду недостижения сторонами какого-либо соглашения, а следовательно, не может породить такие последствия в будущем.

Анализируя требования истца о взыскании с ответчика стоимости спорного полуприцепа в порядке ст.1105 ГК РФ, в виду того, что в настоящее время неосновательно полученное спорное имущество ответчиком в виде полуприцепа вернуть в натуре невозможно, в виду того, что новым собственником 3-м лицом ФИО9 утилизирован, суд приходит к следующему.

Согласно статье 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса. Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

В силу части 1 статьи 1105 ГК РФ в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения.

Исходя из буквального толкования положений ст.1102 ГК РФ, обязательства по возмещению неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение указанного имущества за счет другого лица, а также отсутствия правовых оснований приобретения или сбережения имущества.

Как разъяснено в п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем.

Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

Из анализа имеющихся в деле доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу, что истцом не представлено суду достаточных доказательств, отвечающих требованиям ст.ст. 55, 59, 60, 67 ГПК РФ, с достоверностью подтверждающих, что именно со стороны ответчика ФИО2 имеет место неосновательное обогащение, что именно в результате незаконных действий со стороны ответчика ФИО8 из собственности истца выбыло спорное транспортное средство в виде полуприцепа и соответственно не представлено суду доказательств, отвечающих требованиям ст.ст. 55, 59, 60, 67 ГПК РФ, с достоверностью подтверждающих наличие правовых оснований для наступления гражданско-правовой ответственности ответчика перед истцом по правилам ст.1105 ГК РФ.

Суд обращает внимание на то, как уже отмечалось выше и подтверждено в судебном заседании стороной истца, спорный полуприцеп еще изначально выбыл из собственности истца в результате противоправных, виновных действий 3-го лица ФИО3, за что последний признан виновным в хищении спорного полуприцепа и осужден по ст.160 ч.3 УК РФ, что подтверждается вступившим в законную силу приговором Индустриального районного суда г.Ижевска Удмуртской Республики от 15.08.2018. В связи, как уже отмечалось выше, данное обстоятельство не подлежит доказыванию в рамках настоящего гражданского дела вновь, в силу ст.61 ч.4 ГПК РФ. 

Кроме того, суд обращает внимание и на то, что исключительно в результате преступных действия (хищения) у истца ФИО1 спорного полуприцепа 3-м лицом ФИО3 и произошло отчуждение данного имущества в пользу ответчика ФИО8, которое в последующем было ответчиком реализовано в пользу ФИО6, ФИО6 ФИО4, а ФИО4 ФИО9. Последним собственником ФИО9 утилизировано. Данный вывод суда нашел свое полное подтверждение исследованными в судебном заседании доказательствами в их совокупности, более того подтвержден и стороной истца. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что отсутствуют и основания полагать, что в данном случае ответчик является лицом, неосновательно обогатившимся за счет имущества истца, что по вине ответчика спорное имущество выбыло из собственности истца, а в последующем оказалось утилизированным новым собственником также по вине ответчика. Потому, суд считает, что доводы истца в части, что именно ответчик должен возместить истцу стоимость утраченного спорного прицепа в силу ст.1105 ГК РФ, так как неосновательно обогатился ответчик, получив спорный прицеп по незаключенному договору от 12.10.2015, который в последующем оказался утилизированным, потому возврат его в натуре невозможен, не основаны на законе по указанным выше основаниям. Более того, как уже отмечалось выше, исключительно виновными действиями 3-го лица ФИО3 незаконно выбыл спорный прицеп из собственности истца и перешел в собственность ответчика.

Так, в силу ст.3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В статье 11 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено право на судебную защиту нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Защита гражданских прав осуществляется перечисленными в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации способами, а также иными способами, предусмотренными законом. При этом избираемый способ защиты в случае удовлетворения требований истца должен привести к восстановлению его нарушенных или оспариваемых прав. При этом, суд обращает внимание и на то, что выбор способа защиты нарушенного права в силу положений статьи 12 Гражданского кодекса РФ является прерогативой истца.

Суд, при указанных выше обстоятельствах, полагает, что истцом избран неправильный способ защиты, поскольку избранный истцом способ защиты не приведет к восстановлению его прав, однако на данном способе защиты настаивал истец, потому судом рассмотрен настоящий спор в рамках заявленных исковых требований в соответствии со ст.196 ГПК РФ. 

Суд считает, что в данном случае истец вправе избрать иные способы защиты, например, обратиться в суд с иском о возмещении вреда, в том числе, причиненного преступлением.

Кроме того, суд обращает внимание и на то обстоятельство, что истцом ФИО1 суду не представлено и доказательств, отвечающих требованиям ст.ст. 55, 59, 60, 67 ГПК РФ, с достоверностью подтверждающих, что при совершении спорной сделки приобретатель - ФИО2 должен был усомниться в праве продавца - ФИО3 на отчуждение имущества - полуприцепа марки 

<

***>, госномер №***

Из анализа совокупности имеющихся в деле доказательств суд приходит к выводу, что ФИО2 и последующие приобретатели полуприцепа марки 

<

***>, госномер №*** а именно ФИО6, ФИО4, ФИО5, как уже отмечалось вывшее, являются добросовестными приобретателями указанного транспортного средства, поскольку, приобретая данный полуприцеп, они не знали и не должны были знать об отсутствии правомочий у ФИО3 на отчуждение транспортного средства ФИО2 Более того, в ходе предварительного следствия 3-е лицо ФИО3 утверждал, что ФИО8 не знал, что спорный полуприцеп принадлежит ФИО10, данное обстоятельство ФИО3 при совершении сделки скрыл от ответчика, а также утверждал, что в договоре купли-продажи спорного полуприцепа в каждом экземпляре договора в графе «продавец» подпись за ФИО10 выполнил сам ФИО3, заранее (л.д.69-75 том 2 уголовного дела). 

Кроме того, суд обращает внимание и на то, что истец ФИО10 26.01.2016 обратился в полицию с заявлением, которым просил провести расследование именно по факту хищения спорного прицепа, о чем указал в своем заявлении (том 1 уголовного дела л.д.55). Возбуждено уголовное дело и принято к производству следователем 04.07.2016, то есть спустя три месяца после совершения спорный сделки (12.10.2015), фактически заключенной между 3-м лицом ФИО3 и ответчиком ФИО2, направленной на незаконное отчуждение спорного прицепа, путем совершения 3-м лицом ФИО3 уголовно-наказуемого деяния в виде хищения спорного прицепа у истца ФИО10. Доказательств обратного, истцом суду не представлено. Более того, истец и его представитель в судебном заседании признали, что действительно, спорный полуприцеп изначально незаконно выбыл из собственности истца в результате совершенного ФИО3 в отношении истца ФИО10 преступления в виде хищения и продажи спорного полуприцепа ответчику ФИО2

В нарушение положений ст. 56 ГПК РФ истцом ФИО1 не представлено суду доказательств, отвечающих требованиям относимости, допустимости, достоверности, достаточности, подтверждающих законность требований ФИО1 о возмещении стоимости неосновательного обогащения в сумме 715 825 руб. с ответчика ФИО2 в виду того, что возвратить истцу в натуре спорный прицеп невозможно, в виду его утилизации.

Кроме того, в судебном заседании достоверно установлено, что после подписания спорного договора купли-продажи от 12.10.2016 ответчиком ФИО8 и передачи ФИО3 ответчику как покупателю спорного полуприцепа, свидетельства о государственной регистрации спорного полуприцепа, как покупателю, ответчик ФИО2 передал ФИО3 за купленный полуприцеп 200 000 руб. Данный вывод суда нашел свое подтверждение исследованными в судебном заседании доказательствами, в их совокупности,. в том числе показаниями ответчика, данными в судебном заседании как в ходе предварительного следствия (том 1 уголовного дела л.д. 140-142, л.д.149-151, л.д.160-161), так и в судебном заседании. Доказательств обратного, отвечающих требованиям ст.ст. 55, 59, 60, 67 ГПК РФ, с достоверностью опровергающих доводы ответчика, стороной истца суду не представлено. Потому, суд приходит к выводу, что истцом не представлено суду доказательств, отвечающих требованиям ст.ст. 55, 59, 60, 67 ГПК РФ, с достоверностью подтверждающих, что со стороны ответчика имеет место неосновательное обогащение за счет имущества истца, поскольку, как уже отмечалось выше, ответчик покупая спорный полуприцеп у 3-го лица ФИО3 передал ФИО3 200 000 руб. в качестве стоимости полуприцепа.

Кроме того, суд обращает внимание и на то, что в ходе предварительного следствия истец ФИО10 в качестве потерпевшего утверждал, что именно виновными действиями ФИО3, которые совершил путем обмана, последний завладел имуществом истца, которым в последующем распорядился без согласия истца. Кроме того, истец в рамках уголовного дела утверждал, что ФИО3 продал спорный полуприцеп ФИО8 за свои долги. Более того, ФИО10 утверждал, что именно действиями ФИО3 истцу причинен материальный ущерб на сумму 600 000 руб. (л.д.104-109 том 1 уголовного дела). Более того, суд обращает внимание и на то. что истцу в ходе предварительного следствия было разъяснено как потерпевшему, право подать исковое заявление к виновному лицу о возмещении причиненного имущественного вреда. Однако истец данным право не воспользовался, указывая, что не желает, поскольку у ФИО3 в собственности ничего нет и расплачиваться перед истцом ФИО3 нечем. (том 1 уголовного дела л.д.104-109). Кроме того, в ходе допроса истца в рамках уголовного дела (том 1 л.д.126-128) в качестве потерпевшего, истец по прежнему настаивал на том, что исковые требования к ФИО3 предъявлять не желает, в виду того, что в собственности ФИО3 ничего не имеется. 

В судебном заседании истец также настаивал на том, что в спорных правоотношениях ответчиком является ФИО8 и предъявлять исковые требования к ФИО3 не желает. 

Как уже отмечалось выше, сторона истца настаивала и просила суд рассмотреть гражданское дело по заявленным исковым требованиям и основаниям иска, а именно о взыскании с ответчика стоимости утраченного спорного полуприцепа по правилам ст.1105 ГК РФ, поскольку по мнению истца, именно ответчик ФИО8 неосновательно обогатился за счет имущества истца по сделке, которая истцом с ответчиком не заключалась, в настоящее время возврат спорного полуприцепа в натуре невозможен, поскольку 4-собственником ФИО9 утилизирован, потому истец считает, что ответчик обязан возместить истцу стоимость утилизированного имущества (спорного полуприцепа) которым ответчик неосновательно обогатился.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствие правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 к ФИО2 в части требований о взыскании с ответчика в пользу истца денежной суммы в размере 715 825 руб. в качестве возмещения стоимости неосновательного обогащения. В связи с чем, требования истца в указанной части удовлетворению не подлежат. 

Анализируя требование истца о взыскании с ответчика в пользу истца суммы государственной пошлины, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Как усматривается из материалов дела, истцом при подаче искового заявления уплачена государственная пошлина в сумме 12 200 руб., о чем свидетельствует чек-ордер от 14.08.2018.

В п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Таким образом, основаниями для удовлетворения требования о взыскании судебных расходов является наличие решения суда в пользу стороны по делу, письменное ходатайство стороны, в пользу которой состоялось решение суда, а также доказанность факта несения судебных издержек.

В соответствии с подпунктом 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ при подаче искового заявления неимущественного характера размер государственной пошлины для физических лиц составляет 300 руб.

В связи с чем, при подаче в суд искового заявления, содержащего требование о признании договора незаключенным, истцу, являющемуся физическим лицом, надлежит уплатить государственную пошлину в сумме 300 руб.

Поскольку решением суда по настоящему гражданскому делу исковые требования ФИО1 к ФИО2 удовлетворены в части требования истца о признании спорного договора от 12.10.2015 незаключенным, несение истцом ФИО1 судебных расходов по уплате государственной пошлины подтверждено, суд приходит к выводу о том, что требования ФИО1 о взыскании с ФИО2 расходов по уплате государственной пошлины подлежат удовлетворению в размере 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании договора незаключенным, взыскании стоимости прицепа, судебных расходов - удовлетворить частично.

Признать договор купли-продажи транспортного средства - прицепа марки 

<

***> года выпуска, цвет темно-серый, от 12.10.2015 незаключенным между ФИО1 и ФИО2.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 300 руб.

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании стоимости прицепа, отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Удмуртской Республики в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме через Воткинский районный суд Удмуртской Республики. 

Судья Я.В. Аганина

Мотивированное решение изготовлено 05 сентября 2019 года.