Гражданское дело № 2-57/2020

УИД 28RS0012-01-2019-000806-79

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

п. Магдагачи 13 апреля 2020 года

Амурской области 

Магдагачинский районный суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи В.Е. Белорукова,

при секретаре Овчинниковой Т.Н.,

с участием:

истицы ФИО1,

председателя истицы ФИО1 – ФИО2, 

представителя ПАО «ДЭК» ФИО3, действующего на основании доверенности № № от 1 июля 2019 года,

представителей АО «ДРСК» ФИО4, действующей на основании доверенности № от 19 ноября 2019 года, и ФИО5, действующего на основании доверенности № от 3 марта 2020 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 ФИО17 к ПАО «ДЭК» и АО «ДРСК» о возмещении убытков, причиненных пожаром и компенсации морального вреда,

установил:

истица ФИО1 обратилась в Магдагачинский районный суд с исковым заявлением, в обоснование доводов указывает, что истице по праву собственности принадлежал жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>. Данный дом был мной приобретен по договору купли-продажи от 13 ноября 2016 года. Стоимость жилого дома согласно п. 4 договора составляет 1 400 000 рублей (включая стоимость надворных построек - летней кухни, 2-х гаражей и кладовой).

7 ноября 2019 года в северной части дома произошло возгорание, в результате которого полностью сгорел жилой дом и все пристройки к нему. Согласно справки от 29 ноября 2019 года, выданной ГУ МЧС России по Амурской области, причиной пожара явилось возгорание горючих материалов в очаговой зоне в результате теплового проявления аварийных режимов работы электрооборудования. Со слов дознавателя МЧС, производившего осмотр, истице стало известно, что причиной пожара явилось короткое замыкание в проводах, вызванное тем, что провисшие провода соприкасались между собой.

Ранее она неоднократно обращалась с заявлениями о том, что провода провисли и находятся в аварийном состоянии, однако мер по заявлениям не принималось. В результате пожара истице был причинен ущерб на сумму 1 400 000 рублей.

ПАО «ДЭК» как гарантирующий поставщик, осуществляет продажу потребителям электрической энергии и мощности через сетевую организацию. В рамках действующего законодательства сетевая организация несет ответственность за надежность снабжения электрической энергией потребителей и ее качество в пределах границ балансовой принадлежности объектов электросетевого хозяйства данной сетевой организации.

В результате оказания ответчиками услуг ненадлежащего качества истице также причинен моральный ущерб, который выразился в причинении ей нравственных страданий, так как в результате пожара она лишилась своего жилья, пережила нравственное потрясение. В результате ухудшилось состояние здоровья, поднималось давление, приходилось неоднократно вызывать скорую помощь, пить медицинские препараты. Компенсацию причиненного мне морального вреда оценивает на сумму 300 000 (триста тысяч) рублей.

На основании изложенного просит суд взыскать с ПАО «ДЭК» в лице филиала Амурэнергосбыт, АО «ДРСК» в лице СП «СЭС» филиала АО «ДРСК» - «Амурские ЭС» в пользу ФИО6 ФИО17 в счет возмещения убытков 1 400 000 рублей, в счет компенсации морального вреда 300 000 рублей, уплаченную государственную пошлину в размере 15 500 рублей.

06 марта 2019 года от представителя АО «ДРСК» филиала «Амурские электрические сети» ФИО4, действующей на основании доверенности от 19 ноября 2019 года поступили возражения относительно заявленных исковых требований, в обоснование доводов указывает, что, ознакомившись с исковым заявлением ФИО1 о возмещении убытков, причиненных пожаром, компенсации морального вреда, сообщает следующее:

«По мнению истицы, пожар произошел по причине короткого замыкания в проводах в результате их соприкосновения между собой. Как она указывает в иске - «со слов дознавателя МЧС, производившего осмотр». Однако материалы дела не содержат необходимых тому доказательств.

Чтобы определить характер оплавлений на проводе, описанных в протоколе осмотра места происшествия, провод должен был быть изъят и направлен на экспертизу (исследование), чего сделано не было. Без этого характер оплавлений установить невозможно.

С пожарно-технической точки зрения существует два вида коротких замыканий. Это либо первичное короткое замыкание до пожара, которое послужило причиной пожара, либо вторичное, которое образовалось на действующей электрической сети при уже имеющемся пожаре, т.е. поврежденное этим пожаром. И определить это можно, только изъяв провод и проведя либо рентгеноструктурный анализ, либо металлографический анализ, который покажет соответственно, в каких условиях это произошло: при насыщенности кислородом, т.е. до пожара, либо при отсутствии, уже при имеющемся пожаре.

Какое именно электрооборудование, обозначенное в заключении экспертов как наиболее вероятная причина пожара, исследовали эксперты, непонятно. На фото № 9 приложения к протоколу осмотра происшествия от 07.11.2019 г. запечатлен медный электропровод с каплевидной формой оплавления, чем визуально напоминает первичное замыкание. Но медный провод является элементом внутридомового электрооборудования потребителя и не относится к элементам вводного провода, который был выполнен из многожильного алюминиевого материала без изоляции. А вот на фотографиях № 6 и 7, где изображен алюминиевый провод, имеются признаки вторичного замыкания, которые образовались на действующей электросети при уже имеющемся пожаре.

Таким образом, указанные в материалах проверки оплавления провода не свидетельствуют о коротком замыкании в электросети как о причине пожара, и данный вывод не вытекает из заключения экспертов.

Относительно фотографий также отмечено, что в протоколе осмотра не указано, кем и когда осуществлялась фотосъемка, фотоаппаратом какой марки, где он хранится. Какой именно провод сфотографирован, когда, при каких обстоятельствах, неизвестно.

О том, что провод периодически искрил, известно только со слов заинтересованных лиц - истицы ФИО1, ее супруга ФИО7 и сына ФИО8 ФИО7 утверждал, что «около года назад слетал с крепления изолятор вместе с проводом от электроввода, расположенного на северной стороне дома».

ФИО8 также пояснял, что в 2018 году обрывался провод и он подавал заявку на замену ввода в «ДРСК «Приамурье». Однако это совершенно другая организация (ДСК «Приамурье»), не имеющая отношения к АО «ДРСК». Каких-либо заявок, жалоб, обращений по данному адресу в АО «ДРСК» никогда не поступало. Монтаж оборвавшегося провода специалисты АО «ДРСК» не производили, следовательно, это было сделано хозяевами дома или по их просьбе иным лицом. Но для выполнения работ по монтажу провода необходимо отключение ВЛ, иначе возможно поражение электрическим током, однако заявок на отключение от электроснабжения в адрес ответчика также не поступало. Поскольку они не располагают сведениями о том, кто и каким образом смонтировал провод, были ли при этом соблюдены соответствующие требования нормативно-технических документов, электробезопасности, возлагать ответственность за его состояние на ответчика нельзя.

Согласно комиссионному заключению экспертов № 285-19 от 26.11.2019 ФГБУ«Судебно-экспертное учреждение противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория по Амурской области» очаг пожара определен на конструкциях северной части жилого дома, наиболее вероятная причина пожара - загорание горючих материалов в очаговой зоне в результате теплового проявления аварийных режимов работы электрооборудования.

Полагает, что рассмотрение данного заключения в качестве доказательства вины АО «ДРСК» недопустимо, так как оно выполнено с грубыми нарушениями порядка его проведения, методики подготовки экспертных заключений и установления причин пожаров, основано лишь на представленных Магдагачинским ОНДиПР материалах проверки - рапорт и донесение о пожаре, протокол осмотра места происшествия, 9 фотографий, схема, а также объяснения выезжавшего на пожар сотрудника пожарной части ФИО9, соседей истицы ФИО12 и ФИО10, ее сожителя ФИО7 и сына ФИО6. Выводы экспертов носят вероятностный характер, без всестороннего исследования материалов и доказательств по делу, установления всех возможных причин возникновения пожара.

Эксперты не присутствовали на месте происшествия, о чем и указывают в заключении. Между тем согласно п. 1.3 Методических рекомендаций по организации работы судебно-экспертных учреждений федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по исследованию пожаров и экспертному сопровождению деятельности органов государственного пожарного надзора, утв. начальником ФГУ ВНИИПО МЧС России ФИО11 22.04.2009, исследование пожаров производится сотрудниками СЭУ ФПС ИПЛ непосредственно на месте пожара и в ходе дальнейшего анализа полученной информации.

Определенная экспертами формулировка «на конструкциях северной части жилого дома» допускает ее неоднозначное толкование. Точно установлено, что это дом, его северная часть, но о каких именно конструкциях идет речь - наружных или внутренних? Эксперты делают вывод, что очаговые признаки были уничтожены в результате полного сгорания конструкций дома. Следовательно, конкретное место, где находился очаг пожара, установить невозможно. При этом цитируются показания ФИО1 и ФИО12, о том, что дом горел снаружи. Но при этом эксперты оставляют без внимания показания свидетеля ФИО7, который пояснял, что «горело внутри строения дома в месте примыкания веранды к пристройке в северной части строения. Также горела крыша открытым огнем». В показаниях ФИО12 упоминается о горении северной части коридора (а коридоры обычно находятся внутри домов). Сотрудник пожарной части ФИО9, прибывший на место в 04-27, указал, что дом горел внутри по всей площади.

Вызывают недоумение показания сына истицы ФИО8 По его словам, он приехал на место пожара в 6-30, горел дом, гараж и кухня. Но из донесения о пожаре следует, что пожар локализован в 04-33, открытое горение ликвидировано в 05-03. Следовательно, данный свидетель не мог в указанное им время наблюдать горение строений и дал недостоверные показания.

Отсутствие в представленных экспертам материалах сведений о том, где находятся коридор, веранда, пристройка, печь, разные показания свидетелей относительно места горения, не позволяет сделать однозначное заключение о том, как развивался пожар - снаружи или изнутри. И версия нахождения очага пожара внутри дома экспертами не исключена, а формулировку «на конструкциях северной части жилого дома» можно толковать по-разному.

По причине пожара - «загорание горючих материалов в очаговой зоне в результате теплового проявления аварийных режимов работы электрооборудования». Так как очаг пожара точно экспертами не установлен, как указывалось ранее, нельзя исключать иные версии возникновения пожара, внутри дома:

- неисправность внутренней электропроводки. Дом был электрифицирован, но система электроснабжения дома не была исследована. Пояснения о том, что все электроприборы выключались из розеток, дают заинтересованные лица - хозяйка дома, ее сын и гражданский муж;

- нарушение норм при устройстве печного отопления. Требования пожарной безопасности при устройстве печного отопления содержатся в Своде правил СП 7.13130.2013, Правилах производства трубо-печных работ. Свидетель ФИО12 указывал, что помогал строить печь в октябре 2019 г., то есть не более чем за месяц до пожара; но вопрос соблюдения при этом норм и правил пожарной безопасности, наличие необходимой квалификации, требуемой для кладки печи, не исследовался. Эксперты делают вывод о том, что «в очаговой зоне отсутствуют элементы печного отопления» и поэтому данную версию исключают. Однако, из протокола осмотра места происшествия следует: «Прямо, при входе на участок, в 6 метрах от ворот наблюдается остов от сгоревшего строения размером 9x7,5 метра, среди пожарного мусора, в 3 метрах от северной и в 2 метрах от восточной стороны остова строения, находится груда печного кирпича». Обращаясь к план-схеме, видно, что речь идет о самом доме. Путем несложных расчетов можно определить то место, где находилась груда кирпичей - ближе к северной части дома, там, где все свидетели наблюдали горение. На каком основании эксперты указали на отсутствие элементов печного отопления? Очевидно, что ими были невнимательно изучены материалы проверки, которые, нужно отметить, содержат очень скудную и обобщенную информацию;

- нарушение требований пожарной безопасности при эксплуатации печи. Раздел III Правил противопожарного режима в РФ, утв. постановлением Правительства РФ № 390 от 25.04.2012, содержит ряд запретов при эксплуатации печного отопления. В частности, запрещается оставлять без присмотра печи, которые топятся; применять для розжига печей бензин, керосин, дизельное топливо и другие легковоспламеняющиеся и горючие жидкости; топить углем, коксом и газом печи, не предназначенные для этих видов топлива; перекаливать печи. Показания о том, чем топили печь в сгоревшем доме, в объяснениях отсутствует, но из объяснения сотрудника пожарной части ФИО9, прибывшего на место происшествия, следует, что во дворе дома находилась бочка с легковоспламеняющейся жидкостью. Возможно, эта жидкость использовалась при розжиге печи.

Кроме того, из объяснений ФИО7 и ФИО6 следует, что дом топили ежедневно с 9 до 12 часов, то есть примерно по три часа. Накануне пожара ФИО6 затопил печь в 10 часов утра, в 12-30 он закрыл дымовую заслонку, то есть печь топилась 2,5 часа. В соответствии с Методическими рекомендациями по обеспечению пожарной безопасности в садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан, разработанных Департаментом надзорной деятельности МЧС России (письмо МЧС России от 14.05.2014 № 6553-4-2-19) в сильные морозы, во избежание перекала печи, который является наиболее частой причиной пожаров, рекомендуется топить печь два-три раза в день не более 1,5 часов, чем один раз длительное время.

Таким образом, растопка печи по 2,5-3 часа в день могла привести к перекалу печи, что в итоге стало причиной пожара. Также возгорание могло произойти в результате преждевременного оставления дома без присмотра, до полного прогорания печи.

- проникновение посторонних лиц. Эксперты указывают, что следов взлома, проникновения посторонних лиц не обнаружено, окна были целы, ворота и входная дверь в дом были заперты. Эти данные взяты также из объяснений заинтересованных лиц - хозяйки дома и ее супруга. В объяснениях других свидетелей, в том числе сотрудника пожарной части ФИО9, информация о целостности окон и замков отсутствует. Между тем из материалов дела известно, что дом был застрахован, следовательно, у истица мог быть интерес в поджоге, с целью получения материальной выгоды в виде страховой выплаты. Замки и запоры на воротах и дверях дома никем не осматривались.

Все эти вопросы не были предметом исследования ни при проведении проверки, ни при составлении заключения экспертами, но имеют важное значение для установления точной причины пожара.

В справке, выданной отделением надзорной деятельности и профилактической работы по Магдагачинскому району № 259-2-18-26 причиной пожара указано «загорание горючих материалов в очаговой зоне в результате теплового проявления аварийных режимов работы электрооборудования. Виновник пожара не усматривается».

Учитывая большой объем неисследованных обстоятельств пожара, версий его возникновения, оснований утверждать о виновности в возникновении пожара АО «ДРСК» не имеется, причинно-следственная связь между действиями или бездействием со стороны АО «ДРСК» и наступившим вредом не усматривается. Материалы проверки и комиссионное заключение содержат неполную и неконкретную информацию.

Вводной провод не находится на балансе АО «ДРСК». Электрические сети 0,4 кВ. были приобретены в собственность АО «ДРСК» у администрации Магдагачинского района на основании договора купли-продажи № 344 от 28.01.2011 г. (п.2 приложения - ВЛ-0,4 кВ. протяженностью 25,4 км).

На схеме в техническом паспорте на ВЛ изображены опоры (обозначены кружками) и провод между ними (обозначен чертой). Вводные провода от опор к объектам (жилым домам), на схеме отсутствуют. Следовательно, они не входят в состав сетей, приобретенных АО «ДРСК» по договору купли-продажи.

Согласно акту допуска прибора учета в эксплуатацию № 8206 от 13.11.2018 прибор учета РИМ 129.01ВКЗ по 

<

адрес>, установлен на опоре 0,4 кВ АО «ДРСК», как и ранее установленный прибор учета РИМ 114.01. Опора располагается на границе земельного участка истицы. Таким образом, граница балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности за состояние электрических сетей определяется на опоре, следовательно, АО «ДРСК» не несет ответственности за состояние вводного провода.

АО «ДРСК» с 2011 года ведёт работу по модернизации системы учета электроэнергии у потребителей, включающую в себя установку приборов учета опорного исполнения на границе балансовой принадлежности. Реализация данных технических мероприятий увеличивает качество измерения отпущенной электроэнергии, затрудняет возможность несанкционированного отбора электроэнергии (хищений) и, как следствие, снижает потери электроэнергии в распределительных сетях 0,4 кВ.

Следует отметить, что эксплуатация принадлежащих АО «ДРСК» электросетевых объектов осуществляется в соответствии с действующими нормативно-техническим документами и нормативно правовыми актами. Последний плановый осмотр ВЛ проводился 23.09.2019 г., каких-либо нарушений в работе, замечаний не выявлено (листок осмотра прилагается).

Истицей заявлены убытки в размере 1 400 000 руб., составляющие стоимость утраченного имущества - жилого дома. В подтверждение стоимости имущества истица ссылается на договор купли-продажи здания и земельного участка, заключенный между ней и ФИО13 ФИО19 13.11.2016 г. Однако данный договор не является доказательством реального несения истицей расходов по оплате стоимости жилого дома, и в целом реальность данной сделки вызывает большие сомнения.

Во-первых, продавец ФИО13 является матерью истицы, маловероятно, чтобы мать дочери реально продала за подобную сумму дом. К тому же ФИО13 после совершения сделки продолжала фактически владеть и пользоваться домом - как следует из объяснений ФИО7, ФИО13 проживала в этом доме вплоть до своей смерти в сентябре 2019 г. После этого дом использовался истицей как дача. О том, что фактически дом не выбыл из владения ФИО13 свидетельствуют и те факты, что на ФИО1 не был переоформлен лицевой счет в ПАО «ДЭК», и акт допуска в эксплуатацию прибора учета подписывала ФИО13, а не ФИО1 как новый собственник.

Целью данной сделки могло быть получение налогового вычета либо какие-то иные налоговые или имущественные выгоды.

Кроме того, указанная в договоре цена жилого дома существенно завышена и не соответствует сложившимся рыночным ценам на аналогичные дома в пгт.Магдагачи.

Таким образом, документы, подтверждающие реальный размер убытков, истицей не представлены, а вышеприведенные доводы позволяют считать договор купли-продажи мнимой сделкой, то есть совершенной для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, и является недействительной независимо от признания ее таковой судом.

Что касается компенсации морального вреда в сумме 300 000 руб., то в силу положений ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность по выплате денежной компенсации указанного вреда.

Истицей не указано, какие ее личные неимущественные либо имущественные права нарушены, какие именно физические или нравственные страдания она испытывала, иными словами, не представлены доказательства, свидетельствующие о фактическом несении истицей физических или нравственных страданий.

Учитывая, что данный иск заявлен в связи с нарушением имущественных прав, требование о компенсации морального вреда должно быть обосновано ссылкой на закон, который эту компенсацию предусматривает.

При таких обстоятельствах требование о компенсации морального вреда не подлежит удовлетворению».

На основании вышеизложенного просит в удовлетворении заявленных требований ФИО1 отказать в полном объеме.

В своем письменном отзыве представитель ПАО «ДЭК» иск не признаёт, просит исковые требования ФИО1 к ПАО «ДЭК» оставить без удовлетворения. Его возражения обоснованы следующим: «1. ПАО «ДЭК» ненадлежащий ответчик

В Зейском отделении филиала ПАО «ДЭК» «Амурэнергосбыт» по адресу: пгт. Магдагачи, 

<

адрес> на имя ФИО13 ФИО19 (собственник жилого дома до момента продажи имущества - 30.11.2016 года) открыт лицевой счет №. Заявления от ФИО1 о переоформлении лицевого счета (после смены собственника) по адресу: пгт. Магдагачи, 

<

адрес>, не поступало.

Важно учитывать, что до обращения в суд с иском ФИО1 в адрес ПАО «ДЭК» по факту возникшего пожара и возмещения убытков не обращалась. Одновременно с исковым заявлением поступила претензия от потребителя, для изучения и рассмотрения которой необходимо получение информации от сетевой организации.

По имеющимся данным 07 ноября 2019 года факта перенапряжения во внешней сети 0,4 кВ, от которой запитан жилой 

<

адрес>, не зафиксировано, то есть в сети 0.4 кВ аварийных режимов (перепадов напряжения) в указанную дату не было.

Данное обстоятельство свидетельствует о том, что на границе раздела сетей сетевой организации и внутридомовых сетей потребителя электрическая энергия по состоянию на 07 ноября 2019 года отвечала всем необходимым параметрам, предъявляемым действующим законодательством РФ к качеству энергоресурса. Косвенно это обстоятельство подтверждается и отсутствием жалоб со стороны иных потребителей, запитанных от данной сети 0,4 кВ, проживающих по 

<

адрес> в пгт. Магдагачи. Также, по свидетельствам очевидцев, возникновение пожара произошло снаружи дома.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 38 Федерального закона от 26.03.2003 года № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» субъекты электроэнергетики, обеспечивающие поставки электрической энергии потребителям электрической энергии, в том числе энергосбытовые организации, гарантирующие поставщики и территориальные сетевые организации (в пределах своей ответственности), отвечают перед потребителями электрической энергии за надежность обеспечения их электрической энергией и ее качество в соответствии с требованиями технических регламентов и иными обязательными требованиями.

При этом в силу п. 30 «Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии», утв. Постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 года № в рамках договора энергоснабжения гарантирующий поставщик несет перед потребителем (покупателем) ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по договору, в том числе за действия сетевой организации, привлеченной для оказания услуг по передаче электрической энергии, а также других лиц, привлеченных для оказания услуг, которые являются неотъемлемой частью процесса поставки электрической энергии потребителям.

Как было выше изложено, перенапряжения во внешней сети 0,4 кВ., от которой запитан жилой 

<

адрес>, зафиксировано не было, электрическая энергия до границы раздела сетей сетевой организации и внутридомовых сетей истца поставлялась надлежащего качества, отвечающего всем требуемым стандартам (ГОСТ32144-2013 «Международный стандарт. Электрическая энергия. Совместимость технических средств электромагнитная. Нормы качества электрической энергии в системах электроснабжения общего назначения»).

В комиссионном заключении экспертов № 285-19 от 26.11.2019 года при ответе на вопрос № 2 «Какова непосредственная причина возникновения пожара?» было проведено исследование нескольких версий:

- загорание горючих материалов в очаговой зоне от источника зажигания малой мощности в виде тлеющего табачного изделия;

- загорание горючих материалов в очаговой зоне в результате занесения источника открытого огня (пламя спички, зажигалки, факела и т.п. источника);

- загорание горючих материалов в очаговой зоне в результате теплового проявления аварийных режимов работы электрооборудования (короткое замыкание, большое переходное сопротивление, перегрузка).

При рассмотрении последней версии экспертом отмечено, что установить природу аварийного режима работы не представляется возможным.

Вместе с тем, указанная экспертиза № 285-19 от 26.11.2019 года, основана, в том числе, на показаниях очевидцев пожара, из которых следует, что «на момент обнаружения пожара, горение наблюдалось на конструкциях северной части жилого дома» (абз. 4 стр. 4 экспертного заключения). Свидетели утверждают, что жилой дом горел снаружи (объяснения ФИО12, объяснения ФИО1).

ФИО2 в своих объяснениях показал, что «все электроприборы: электрочайник, телевизор, освещение, по уходу из дома отключались от сети», данные обстоятельства подтвердила и ФИО1

ФИО7, совместно проживающий с истицей, пояснил, что «примерно год назад изолятор вместе с проводом от электроввода, расположенного на северной стороне дома, слетал с крепления. При сильном ветре открытые алюминиевые многожильные провода электроввода со столба от линии воздушной электросети к дому, перехлестывались и искрили».

Согласно справке начальника Метеостанции пгт. Магдагачи максимальные порывы ветра 06.11.2019 года достигали 16 м/с, 07.11.2019 года - 10 м/с. Ветер северо-западного направления. Очаг пожара находился на северной стороне дома, электроввод в дом также осуществлялся с северной стороны.

В связи с чем, старший дознаватель отделения НПР по Магдагачинскому району УНПР ГУ МЧС России по Амурской области ФИО14 в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела пришел к выводу, что не исключена возможность соприкосновения проводов электроввода при раскачивании, что повлекло возникновение аварийного режима работы электросети. К аналогичному выводу пришли и эксперты.

Данные обстоятельства полностью согласуются с позицией ПАО «ДЭК» о том, что возникновение пожара не является следствием поставки электрической энергии ненадлежащего качества, поскольку пожар возник вероятнее всего в результате искрообразования (нагревания) при схлестывании проводов.

С учетом вышеприведенных обстоятельств, следует, что ущерб, причиненный пожаром, не является следствием имеющихся договорных отношений истца с гарантирующим поставщиком.

Таким образом, все вышеперечисленные факты указывают на то, что пожар жилого дома явился следствием действия источника повышенной опасности.

ПАО «ДЭК» не владеет электросетевым имуществом (источником повышенной опасности), на основании чего неверно заявлен истцом в качестве ответчика по делу.

2. Вред, причиненный источником повышенной опасности, возмещается владельцем такого источника

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Названные положения являются одним из законодательно предусмотренных случаев отступления от принципа вины и возложения ответственности за вред, независимо от вины причинителя вреда. Таким образом, деятельность, связанная с использованием источника повышенной опасности, создающая риск повышенной опасности для окружающих, обуславливает и повышенную ответственность владельцев источников повышенной опасности (независимо от наличия их вины) в наступлении неблагоприятных последствий для третьих лиц.

В п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указано, что в силу статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

По смыслу статьи 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне.

При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниях.

Источником повышенной опасности признается любая деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека.

Согласно п. 5.7.1. «Правил технической эксплуатации электрических станций и сетей РФ», утв. Приказом Минэнерго РФ от 19.06.2003 года № 229, при эксплуатации воздушной линии электропередачи должно производиться техническое обслуживание ремонт указанных воздушных линий, направленный на обеспечение их надежной работы.

Жилой дом по 

<

адрес> подключен к электрическим сетям АО «ДРСК».

На основании изложенного, считаем, что АО «ДРСК» (ИНН 

<

***>; юридический адрес: 

<

адрес>) является надлежащим ответчиком по делу.

3. Заявленная истцом сумма ущерба завышена и необоснованна.

Истцом сумма ущерба заявлена в 1 400 000 руб., обосновав указанный размер договором купли-продажи здания и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО13 ФИО19 и ФИО6 ФИО17, где стоимость здания указана 1 400 000 руб.

Вместе с тем, сделка по купле-продаже была заключена в 2016 году. Кадастровая стоимость указанного имущества, согласно сведениям о кадастровой стоимости из Единого государственного реестра, 05.11.2013 года составляла 583 548 руб., что значительно ниже заявленной по сделке.

О завышенной стоимости жилого дома (формальности сделки) также свидетельствует факт заключения договора между близкими родственниками, то есть между матерью и дочерью, а также факт дальнейшего проживания в указанном доме (вплоть до смерти продавца) матери - ФИО13 Эти обстоятельства в принципе вызывают сомнения относительно передачи и получения денежных средств сторонами сделки.

Полагаем, что для определения реальной стоимости здания необходимо было проведение соответствующей экспертизы, в которой учитывались бы и год постройки дома, материалы, из которых дом был возведен, общая площадь объекта, рыночная стоимость в данном регионе (пгт. Магдагачи) аналогичных объектов недвижимости и т.д.

Кроме прочего, необходимо учитывать, что, со слов самой истицы, сгоревший дом использовался ее семьей, как дача, а не как единственное место проживания.

Также обращает на себя внимание тот факт, что дом был застрахован на случай пожара, полис № 902-0030461-02757 от 16.02.2019 года на сумму 400 000 руб. (последний абз. на стр. 1 Постановления «об отказе в возбуждении уголовного дела» от 02.12.2019 года). Соответственно, частично ущерб от заявленной суммы будет истцу возмещен страховой организацией, в связи с чем, требование о возмещении ущерба в полном объеме является необоснованным, а действия истца направлены на получение неосновательного обогащения.

4. Размер морального вреда (300 000 руб.) необоснован и ничем не подтвержден

Под моральным вредом в соответствии со ст. 151 ГК РФ понимаются физические или нравственные страдания, причиненные гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага. В соответствии со ст. 15 ФЗ РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

Исходя из разъяснений, данных в Постановлении Пленума Верховного суда РФ от 20.12.1994 года № 10, в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Таким образом, при рассмотрении требования о компенсации морального вреда в заявленном истцом размере должны учитываться требования разумности и справедливости в совокупности с доказательствами тяжести перенесенных им страданий».

Истица ФИО1 и её представитель в судебном заседании на заявленных требованиях настаивали в полном объеме, ФИО1 суду пояснила, что причиненный ей моральный вред заключается в том, что после пожара у неё поднялось высокое давление и она находилась в прединсультном состоянии.

Представитель ПАО «ДЭК» в судебном заседании иск не признал по основаниям, указанным в письменном отзыве. 

Представители АО «ДРСК» в судебном заседании иск не признали по основаниям, указанным в письменных возражениях на исковые требования ФИО1.

Свидетель ФИО12 суду показал, что он проживает в 

<

адрес>. Из окна его дома виден дом М-вых. 7 ноября 2019 года он увидел в окон, что горит дом М-вых. Это было около 3 ч 50 минут. Он позвонил в пожарную охрану о пожаре, но ему ответили, что вызов уже принят и пожарная команда направлена на место пожара. Он оделся и пошел к месту пожара. Очаг пожара находился в верхней части стены дома в том месте где электропровода подходят к дому. От дома провода уже отгорели и лежали на земле. Летом 2019 года ФИО13- мать ФИО1 обращалась к нему с вопросом, к кому обратиться чтобы произвели натяжку проводов от опоры до её дома, он ей объяснил, что надо обращаться в организацию которая поставляет электроэнергию. До пожара и во время пожара свет в соседних домах не отключался. Дознаватель на место пожара прибыл примерно в 4 часа 30 минут. Летом 2019 года он ремонтировал печь в доме М-вых. На печника он нигде не учился, но умеет делать печи. Печь ФИО6 он сложил хорошо с соблюдением правил безопасности, поэтому считает, что от печи дом загореться не мог.

Свидетель ФИО15 суду показала, что её родители проживают по адресу: 

<

адрес>. Их дом расположен рядом с домом М-вых. Ночью 7 ноября 2019 года ей позвонила её мать и сказала, что горит дом М-вых. Ранее от ФИО13 ей стало известно, что ФИО13 ранее обращалась в энергоснабжающую организацию по поводу искрения слабо натянутых проводов от опоры до её дома, но провода так никто и не натянул.

Свидетель ФИО14 суду показал, что он работает на должности старшего дознавателя отделения надзорной деятельности и профилактической работы Магдагачинского района Амурской области. 7 ноября 2019 года ему о пожаре в жилом доме, расположенным по адресу: 

<

адрес> в пос. Магдагачи сообщил диспетчер пожарной части. На пожар он прибыл около 4 часов 30 минут. На момент его прибытия жилой дом М-вых уже был полностью охвачен огнем. Опрошенные на месте пожара очевидцы ему сообщили, что очаг пожара находился на северной стене дома на вводе электропроводов в дом. Около дома он обнаружил электрические провода от опоры до ввода в дом. Провода имели характерные признаки короткого замыкания. Короткое замыкание этих проводов могло возникнуть как до пожара, в результате их перехлестывания от ветра, так и после возникновения пожара, когда один из проводов отгорел и упал на другой провод. Провода на экспертизу он не изымал и на экспертизу не направлял, поскольку ему известно, что в пожарной лаборатории, проводящей пожарно-технические экспертизы, отсутствует техническая возможность для исследования электрических проводов на предмет возникновения оплавлений от короткого замыкания либо от воздействия высокой температуры. 

Выслушав стороны, свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 307 ГК РФ обязательства участников гражданских правоотношений возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

При этом, на основании ст. 1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

Статьей 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05 июня 2002 г. N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем" разъяснено, что вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса РФ, в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Применительно к вышеуказанным нормам права требование о возмещении вреда может быть удовлетворено при наличии в совокупности четырех условий: факта причинения вреда, противоправного поведения (действия, бездействия) причинителя вреда, причинно-следственной связи между противоправным поведением и наступившим вредом, вины причинителя вреда. Обязанность по доказыванию первых трех обстоятельств лежит на истце. Ответчик должен доказать отсутствие вины.

Однако в нарушение положений ст. ст. 12, 56 ГПК РФ истица не представила бесспорных доказательств, подтверждающих то обстоятельство, что пожар в жилом доме произошел в результате противоправных действий (бездействия) ответчика.

Как следует из материалов дела и установлено судом, истица ФИО1 является собственником жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним, а также договором купли-продажи жилого дома и земельного участка.

Согласно справке Отделения надзорной деятельности и профилактической работы по Магдагачинскому району от 29 ноября 2019 года №, отделение надзорной деятельности и профилактической работы по Магдагачинскому району УНПР ГУ МЧС России по Амурской области подтверждает факт пожара, произошедшего 07 ноября 2019 года в строении дома на территории домовладения, расположенного по адресу: 

<

адрес>. В результате пожара огнем уничтожены: дом размером 7,5х9 метров, кухня размером3,5х3,5 метра, гараж размером 4х4,5 метра, сараи 3,5х8,5 метра. Очаг пожара находился на конструкциях северной части дома. Причина пожара – загорание горючих материалов в очаговой зоне в результате теплового проявления аварийных режимов работы электрооборудования. Виновник пожара не усматривается (л.д.12).

Согласно комиссионному заключению экспертов ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Амурской области № от 26 ноября 2019 года следует, что 07 ноября 2019 года в 04 часа 14 минут произошло возгорание в жилом 

<

адрес>. Строение дома электрифицировано, отопление печное. По прибытию пожарных подразделений на место происшествия 07 ноября 2019 года в 04 часа 27 минут было установлено, что открытым пламенем горела кровля и стены внутри дома. Из донесения о пожаре от ДД.ММ.ГГГГ отмечено, что на момент прибытия пожарного подразделения открытым огнем горела крыша и стены внутри жилого дома, дом общей площадью 64 кв.м., застрахован, 5-й степени огнестойкости, отопление печное, электрифицировано. Огонь перешел на рядом находящиеся (в метре от дома) постройки: сарай общей площадью 3х5 м, кухня площадью 4х3 м, сарай площадью 6х5, гараж площадью 4х5. Экспертами были сделаны выводы: очаг пожара находился на конструкциях северной части жилого дома; наиболее вероятной технической причиной пожара явилось загорание горючих материалов в очаговой зоне в результате теплового проявления аварийных режимов работы электрооборудования.

Из дополнительного заключения эксперта № от 7 апреля 2020 года следует, что очаг пожара находился на конструкциях северной части жилого дома, предположительно в верхней части северной стены. Более точно установить место расположения очага пожара не представляется возможным в виду того, что очаговые признаки нивелировались (огнем уничтожены полностью).

Наиболее вероятной причиной технической причиной пожара явилось загорание горючих материалов в очаговой зоне в результате теплового проявления аварийных режимов работы электрооборудования.

В то же время ни из данных заключений, ни из других имеющихся в материалах дела доказательств в их совокупности, не следует, что произошедший ДД.ММ.ГГГГ в жилом доме по адресу: 

<

адрес>-17 пожар, имел место по вине ответчиков, т.к. вывод экспертов о наличии пожароопасного аварийного режима работы электросети сам по себе не определяет его причины (короткое замыкание, перегрузка сети, скачок тока, слабый ток, скачок напряжения, низкое напряжение). 

Постановлением старшего дознавателя отделения НПР по Магдагачинскому району УНПР ГУ МЧС России по Амурской области от 02 декабря 2019 года отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ст. 168 УК РФ в связи с отсутствием события преступления. Данное постановление было отменено прокурором Магдагачинского района Амурской области, материалы направлены для дополнительной проверки. 

Постановлением старшего дознавателя отделения НПР по Магдагачинскому району УНПР ГУ МЧС России по Амурской области от 9 апреля 2020 года вновь отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ст. 168 УК РФ в связи с отсутствием события преступления. 

Таким образом, в судебном заседании достоверно установлено, что в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что ущерб ФИО1 причинен по вине ответчиков. Истинная причина пожара не установлена, выводы экспертов относительно причин возникновения пожара носят предположительный характер, прямого указания на то, что пожар произошел по вине ответчиков, эксперты не дают, доказательств, подтверждающих причинно-следственную связь между виновными действиями(бездействием) ответчиков и случившимся пожаром суду не представлено.

Оснований, предусмотренных законом, для возложения на ответчиков ответственности по возмещению ущерба, причиненного в результате возникшего пожара, не имеется, поскольку сам факт пожара не является безусловным и достаточным основанием для признания ответчиков виновным в причинении убытков истцу. В действиях ответчиков не установлено элементов состава гражданского правонарушения, при наличии которых наступает ответственность по ст. 1064 ГК РФ. Доказательств обратного стороной истца суду не представлено. Также как не представлено доказательств нарушения ответчиками прав ФИО1 как потребителя электроэнергии, поэтому оснований для взыскания с ответчиков компенсации морального вреда на основании ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» не имеется. 

Поскольку исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат, оснований для возмещения ей судебных расходов нет.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ суд,

решил:

исковые требования ФИО6 ФИО17 к ПАО «ДЭК» и АО «ДРСК» о возмещении убытков, причиненных пожаром и компенсации морального вреда, оставить без удовлетворения.

Мотивированное решение составить 20 апреля 2020 года.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Магдагачинский районный суд Амурской области в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Судья Магдагачинского районного суда В.Е. Белоруков

Амурской области