Дело № 44Г- 15/2019

Судья Топалов И.Х.

Докладчик Мисхожев М.Б.

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Президиума Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики

11 июля 2019 года г. Нальчик

Президиум Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики в составе: 

- председательствующего Ташуева М.З., 

- членов Президиума: Маздогова В.Х., Созаевой С.А., Бабугоевой Л.М. по докладу судьи Бабугоевой Л.М. с участием представителя ФИО1 – ФИО2, действующей по доверенности, выданной 11 мая 2018 года сроком на один год, удостоверенной нотариусом Пятигорского городского нотариального округа Ставропольского края ФИО3 и зарегистрированной в реестре за №, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Публичному акционерному обществу АКБ «Связь-Банк» о признании недействительным отдельного пункта заявления на участие в программе добровольного страхования, взыскании уплаченной страховой премии, неустойки, компенсации морального вреда и штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, переданное для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции определением судьи Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики Бабугоевой Л.М. от 12 апреля 2019 года по кассационной жалобе представителя ФИО1 – ФИО2 на решение Зольского районного суда Кабардино-Балкарской Республики от 19 июня 2018 года и апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики от 22 августа 2018 года, 

У С Т А Н О В И Л :

16 февраля 2018 года между Публичным акционерным обществом АКБ «Связь-Банк» (далее ПАО АКБ «Связь-Банк», Банк) и ФИО1 был заключен договор потребительского кредита №, по условиям которого Банк обязался предоставить заемщику потребительский кредит в размере 

<

данные изъяты> рублей сроком на 84 месяца. Заемщик в свою очередь принял на себя обязательство возвратить кредит и уплатить проценты за пользование кредитом по ставке 14,40% годовых (л.д.12-16).

В дополнение к вышеуказанному договору ФИО1 по его заявлению был включен в список застрахованных лиц по коллективному договору страхования финансовых рисков, связанных с потерей работы № PR 6000 от 11 ноября 2016 года, заключенного между Акционерным обществом «СОГАЗ» и ПАО АКБ «Связь-Банк» (л.д.23-26). 

19 апреля 2018 года ФИО1 обратился в суд с иском к ПАО АКБ «Связь-Банк», в котором с учетом дополнений просил признать недействительным пункт заявления о его включении в число участников программы страхования, предусматривающий невозможность возврата уплаченной страховой премии в случае досрочного отказа от исполнения договора страхования; взыскать с Банка 

<

данные изъяты> рублей страховой премии уплаченной по договору страхования, 

<

данные изъяты> рублей неустойки за нарушение срока исполнения обязательства, 

<

данные изъяты> рублей компенсации морального вреда, а также штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя.

В обоснование заявленных требований истец указал, что при заключении кредитного договора он был включен в список застрахованных лиц по Программе добровольного страхования клиентов Банка от потери работы, несчастных случаев и болезней. Страховщиком выступила страховая компания АО «СОГАЗ». После поступления на его счет кредитных средств часть поступивших средств в размере 

<

данные изъяты> рублей была списана и перечислена в АО «СОГАЗ» в качестве страховой премии по Программе добровольного страхования клиентов Банка. 

В кредитном договоре Банком в одностороннем порядке было включено условие, по которому кредитное учреждение приняло на себя обязательство оказать услугу истцу по подключению к программе страхования, а истец обязан оплатить Банку комиссию за оказанную услугу страхования. Истец указывал, что, подписывая предложенную форму заявления, он полагал, что условие подключения к программе страхования являлось обязательным условием предоставления кредита. Исходя из этих обстоятельств, истец полагал не основанными на законе действия Банка по взиманию комиссии, нарушающими его права потребителя.

Также истец указывал, что 01 марта 2018 года он направил в адрес Банка заявление об отказе от договора добровольного страхования и возврате страховой премии, которое было оставлено без удовлетворения. Аналогичного содержания заявление об отказе от исполнения договора добровольного страхования было направлено в адрес АО «СОГАЗ», которым его обращение было проигнорировано. 

Истец полагал, что, исходя из требований действующего гражданского законодательства, у него есть право на односторонний отказ от исполнения договора в течение четырнадцати дней со дня его заключения и право требования возврата уплаченной страховой премии в размере 

<

данные изъяты> рублей, а также право на неустойку за просрочку исполнения обязательства за период с 12 марта по 19 апреля 2018 года в размере 

<

данные изъяты> рублей в соответствии с пунктом 5 статьи 28 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей».

В возражении на исковое заявление ФИО1, представитель Банка просил оставить их без удовлетворения, ссылаясь на то, что Банк не является надлежащим ответчиком по делу, поскольку страховая премия, списанная со счета заемщика, была перечислена страховой компании, являющейся стороной по договору добровольного страхования. 

В отзыве на исковое заявление ФИО1, представитель третьего лица – АО «СОГАЗ», не оспаривая обстоятельств получения страховой премии и заключения с ФИО1 договора добровольного страхования, со ссылкой на положения статьи 958 Гражданского кодекса Российской Федерации просил оставить требования истца без удовлетворения. 

Решением Зольского районного суда Кабардино-Балкарской Республики от 19 июня 2018 года, оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики от 22 августа 2018 года, в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано. 

В кассационной жалобе, поступившей в Верховный Суд Кабардино-Балкарской Республики 28 января 2019 года, представитель ФИО1 – ФИО2, ссылаясь на незаконность и необоснованность вынесенных по делу судебных постановлений, просит их отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

Как указывает в кассационной жалобе заявитель, по условиям заключенного договора страхования стоимость услуги страхования входила в сумму кредита, с чем ФИО1 не согласен, ссылаясь на то, что включение в договор суммы денежных средств за присоединение к программе страховой защиты заемщиков является со стороны Банка злоупотреблением свободой договора, навязыванием страховых услуг, ущемляет права потребителя.

Заявитель ссылается также на то, что после заключения договора страхования от 16 февраля 2018 года истец 01 марта 2018 года направил ответчику заявление об отказе от договора добровольного страхования и возврате страховой премии, которое было получено ответчиком 12 марта 2018 года. Однако страховая премия истцу не была возвращена, заявление оставлено без ответа, что является нарушением обязательства ответчика по возврату страховой премии в течение 10 дней с момента получения заявления об отказе от договора добровольного страхования. В этот же день 01 марта 2018 года истцом было направлено заявление об отказе от договора добровольного страхования и возврате страховой премии в АО «СОГАЗ», которое отказало в возврате страховой премии, рекомендовав обратиться в ПАО АКБ «Связь Банк». 

Заявитель полагает, что ответчиком было нарушено его право на односторонний отказ от исполнения договора страхования, его расторжение и возврат уплаченной им страховой премии, что не было учтено судами. При этом пункт договора страхования, предусматривающий невозможность возврата уплаченной страховой премии в случае досрочного отказа от исполнения договора страхования, указано в жалобе, противоречит пунктам 1 и 5 Указания Банка России от 20 ноября 2015 г. № 3854-У «О минимальных (стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления отдельных видов добровольного страхования», обязательным для исполнения страховой компанией. 

В соответствии с пунктом 1 Указания Банка России от 20 ноября 2015 г. № 3854-У «О минимальных (стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления отдельных видов добровольного страхования», при осуществлении добровольного страхования, страховщик должен предусмотреть условие о возврате страхователю уплаченной страховой премии в порядке, установленном настоящим Указанием, в случае отказа страхователя от договора добровольного страхования в течение четырнадцати рабочих дней со дня его заключения независимо от момента уплаты страховой премии, при отсутствии в данном периоде событий, имеющих признаки страхового случая.

Согласно пункта 5 этого же Указания, страховщик при осуществлении добровольного страхования должен предусмотреть, что в случае, если страхователь отказался от договора добровольного страхования в срок, установленный пунктом 1 настоящего Указания, и до даты возникновения обязательств страховщика по заключенному договору страхования, уплаченная страховая премия подлежит возврату страховщиком страхователю в полном объеме.

Автор жалобы ссылается на то, что суды не учли изложенные обстоятельства и ошибочно не применили к спорным правоотношениям приведенные ведомственные нормы. 

Заявитель считает несостоятельным довод Судебной коллегии о том, что в материалах дела отсутствуют допустимые доказательства одностороннего отказа ФИО1 от исполнения договора страхования по мотиву приобщения к делу в подтверждение данного обстоятельства только ксерокопий почтовых квитанций от 01 марта 2018 года, описи документов об отправке им заказных писем в Банк и страховую компанию при том, что сами заявления о расторжении в одностороннем порядке договора страхования и отказе от его исполнения, в материалы дела не представлены. Как указано в жалобе, все оригиналы квитанций представлялись в суд первой инстанции для ознакомления и удостоверения представленных ксерокопий. Более того в своих возражениях на исковое заявление и ответчик, и третье лицо самостоятельно подтверждают факт получения указанных писем ФИО1 К тому же от ПАО «Связь Банк» и от АО «СОГАЗ» были получены ответы на заявление истца, что подтверждает соблюдение им досудебного порядка урегулирования спора. 

По мнению заявителя, суды, разрешая спор, неправильно не применили Указания Банка России от 20 ноября 2015 г. №-У, в силу которых отсутствие в кредитном договоре условий возврата страховой премии непосредственно нарушает права заемщика. 

По указанной жалобе письмом судьи от 15 февраля 2019 года гражданское дело истребовано и поступило в Верховный Суд Кабардино-Балкарской Республики 11 марта 2019 года. 

Определением судьи Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики от 12 апреля 2019 года кассационная жалоба вместе с гражданским делом передана для рассмотрения в судебном заседании Президиума Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики.

ПАО АКБ «Связь-Банк» и Акционерное общество «СОГАЗ», будучи извещены о времени и месте рассмотрения дела в кассационном порядке, не направили в суд своих представителей и не сообщили о причине не направления, не заявили ходатайств об отложении судебного заседания, в связи с чем на основании статьи 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации Президиум находит возможным рассмотрение дела в их отсутствие.

ФИО1, извещенный о времени и месте рассмотрения дела в кассационном порядке, направил для участия в судебном заседании своего представителя ФИО2, подержавшую кассационную жалобу по изложенным в ней доводам. 

Заслушав доклад судьи Бабугоевой Л.М., проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителя истца ФИО1 - ФИО2, Президиум находит кассационную жалобу подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такого рода нарушения были допущены при рассмотрении настоящего дела.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 16 февраля 2018 года между ПАО АКБ «Связь-Банк» и ФИО1 был заключен договор потребительского кредита №, по условиям которого заемщику предоставлен потребительский кредит в размере 

<

данные изъяты> рублей сроком на 84 месяца под 14,40% годовых (л.д.12-16).

16 февраля 2018 года ФИО1 подписал заявление о включении его в список застрахованных лиц по Коллективному договору страхования финансовых рисков, связанных с потерей работы № PR 6000 от 11 ноября 2016 года, заключенного между АО «СОГАЗ» и ПАО АКБ «Связь-Банк» (л.д.23-26).

Плата за присоединение к договору страхования составила 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп., включая комиссию Банка за присоединение к договору страхования (комиссия за сбор, обработку и техническую передачу информации о физическом лице, связанную с распространением на застрахованное лицо условий договора страхования) в размере 

<

данные изъяты> руб. и страховую премию в размере 

<

данные изъяты> руб. (пункт 2.2 заявления).

В абзаце 12 пункта 6 заявления закреплено, что в случае досрочного прекращения договора страхования по требованию застрахованного лица возврат денежных средств, уплаченных Банку за присоединение к договору страхования (платеж за сбор, обработку и техническую передачу информации о физическом лице, связанную с распространением на него условий договора страховании) и страховой премии не осуществляется. 

Ссылаясь на то, что, подписывая предложенную форму заявления, он полагал, что условие подключения к программе страхования являлось обязательным условием предоставления кредита; что кредитный договор, заключенный с Банком, является типовым с заранее определёнными условиями и он был лишён возможности влиять на его содержание; что включение в договор суммы денежных средств за присоединение к программе страховой защиты заемщиков является со стороны Банка злоупотреблением свободой договора, навязыванием страховых услуг, ущемляет права потребителя, ФИО1 обратился в суд с иском к ПАО АКБ «Связь-Банк», в котором с учетом дополнений просил признать недействительным пункт заявления о его включении в число участников программы страхования, предусматривающий невозможность возврата уплаченной страховой премии в случае досрочного отказа от исполнения договора страхования; взыскать с Банка 

<

данные изъяты> рублей страховой премии уплаченной по договору страхования, 

<

данные изъяты> рублей неустойки за нарушение срока исполнения обязательства, 

<

данные изъяты> компенсации морального вреда, а также штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя.

В иске указывалось, что 01 марта 2018 года ФИО1 направил в адрес Банка заявление об отказе от договора добровольного страхования и возврате страховой премии, которая была оставлена без удовлетворения. Аналогичного содержания заявление об отказе от исполнения договора добровольного страхования было направлено в адрес АО «СОГАЗ», которым его обращение было проигнорировано. 

Истец указывал, что заявление об отказе от договора страхования и возврате уплаченной страховой премии направлено им Банку и страховой компании в течение четырнадцати дней со дня заключения договора страхования, в силу чего полагал, что в соответствии с положениями пунктов 1 и 5 Указания Банка России от 20 ноября 2015 г. № 3854-У «О минимальных (стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления отдельных видов добровольного страхования», его требования о возврате страховой премии являются обоснованными, поскольку договор страхования прекратил свое действие.

Разрешая дело, суд первой инстанции, мотивируя тем, что истец добровольно подписал заявление о включении в программу страхования, дал свое согласие на заключение кредитного договора на таких условиях, при этом каких-либо доказательств того, что отказ заёмщика от подключения к программе страхования мог повлечь отказ от заключения кредитного договора, материалы дела не содержат, что присоединение ФИО1 к действующему между Банком и страховой компанией договору коллективного страхования не свидетельствует о нарушении прав заемщика как потребителя, а потому не имеется оснований для признания оспариваемого пункта заявления недействительным, отказал в удовлетворении исковых требований ФИО1

В силу статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основание и предмет иска определяет истец.

В соответствии с частью 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Как разъяснено в пункте 5 части 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении", заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом.

В нарушение этих требований решение суда не содержит никаких выводов суда по требованиям заявителя о применении к спорным отношениям пунктов 1 и 5 Указания Банка России от 20 ноября 2015 г. №-У «О минимальных (стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления отдельных видов добровольного страхования» и возврате ему на основании этих пунктов страховой премии.

Суд апелляционной инстанции, пересматривая дело по апелляционной жалобе ФИО1, согласился с выводами суда первой инстанции. При этом указал, что по требованиям истца о возврате ему суммы страховой премии, им не представлены заявления, с которыми он обращался к Банку и страховой компании о расторжении договора страхования, а незаверенные копии почтовых квитанций от 1 марта 2018 года об отправке им этих заявлений заказными письмами, опись документов, направленных в адрес Банка и Страховщика, отчеты Почты России об отслеживании отправлений с соответствующими почтовыми идентификаторами, а также копия ответа Банка истцу на его заявление, не могут служить доказательством факта направления ФИО1 заявлений о расторжении договора страхования и возврате страховой премии, поскольку указанные почтовые документы представлены в виде незаверенных ксерокопий. 

Президиум не может согласиться вынесенными судебными постановлениями по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена названным кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В силу пункта 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422). В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

Судом установлено, что, обращаясь к Банку с требованием о признании недействительным пункта заявления о включении в список застрахованных лиц по коллективному договору страхования финансовых рисков, связанных с потерей работы, № 16 PR 6000 от 11 ноября 2016 года (далее заявление № 16 PR 6000), предусматривающего невозможность возврата уплаченной страховой премии в случае досрочного отказа от исполнения договора страхования, ФИО1 как застрахованное лицо, указывал на то, что названный пункт, не допускающий возврат платы за участие в Программе страхования, противоречит Указанию Банка Российской Федерации от 20 ноября 2015 г. N 3854-У "О минимальных (стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления отдельных видов добровольного страхования" (далее - Указание ЦБ РФ N 3854-У).

Указанием ЦБ РФ N 3854-У, вступившим в силу 2 марта 2016 г., исходя из его преамбулы, установлены минимальные (стандартные) требования к условиям и порядку осуществления в отношении страхователей - физических лиц страхования жизни на случай смерти, дожития до определенного возраста или срока либо наступления иного события; страхования жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика; страхования от несчастных случаев и болезней и т.д. (далее - добровольное страхование).

При осуществлении добровольного страхования (за исключением случаев осуществления добровольного страхования, предусмотренных пунктом 4 настоящего Указания) страховщик должен предусмотреть условие о возврате страхователю уплаченной страховой премии в порядке, установленном настоящим Указанием, в случае отказа страхователя от договора добровольного страхования в течение четырнадцати календарных дней со дня его заключения независимо от момента уплаты страховой премии, при отсутствии в данном периоде событий, имеющих признаки страхового случая (пункт 1).

Страховщик при осуществлении добровольного страхования должен предусмотреть, что в случае если страхователь отказался от договора добровольного страхования в срок, установленный пунктом 1 настоящего Указания, и до даты возникновения обязательств страховщика по заключенному договору страхования (далее - дата начала действия страхования), уплаченная страховая премия подлежит возврату страховщиком страхователю в полном объеме (пункт 5).

Страховщик при осуществлении добровольного страхования должен предусмотреть, что в случае если страхователь отказался от договора добровольного страхования в срок, установленный пунктом 1 настоящего Указания, но после даты начала действия страхования, страховщик при возврате уплаченной страховой премии страхователю вправе удержать ее часть пропорционально сроку действия договора страхования, прошедшему с даты начала действия страхования до даты прекращения действия договора добровольного страхования (пункт 6).

Страховщик при осуществлении добровольного страхования должен предусмотреть условие о возврате страхователю страховой премии по выбору страхователя наличными деньгами или в безналичном порядке в срок, не превышающий 10 рабочих дней со дня получения письменного заявления страхователя об отказе от договора добровольного страхования (пункт 8). 

Страховщики обязаны привести свою деятельность по вновь заключаемым договорам добровольного страхования в соответствие с требованиями Указания ЦБ РФ N 3854-У в течение 90 дней со дня вступления его в силу (пункт 10).

Таким образом, все договоры добровольного страхования, заключенные с физическими лицами после вступления в силу Указания ЦБ РФ N 3854-У, должны соответствовать приведенным выше требованиям, предусматривающим право страхователя в течение четырнадцати календарных дней со дня заключения договора добровольного страхования отказаться от него с возвратом страховой премии в полном объеме, если к моменту отказа от него договор страхования не начал действовать, а если договор начал действовать, то за вычетом суммы страховой премии, пропорциональной времени действия начавшегося договора добровольного страхования.

Отказывая в удовлетворении иска, судебные инстанции приведенные выше положения законодательства не учли и не применили. 

В решении суда первой инстанции в нарушение положений части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не приведено выводов по требованиям истца о возврате суммы страховой премии, основанным на тех обстоятельствах, что он в течение четырнадцати календарных дней со дня заключения договора добровольного страхования обратился в Банк и в страховую компанию с заявлением о расторжении договора страхования и возврате ему суммы страховой суммы. 

При этих обстоятельствах несостоятелен вывод суда первой инстанции о том, что условия заявления на присоединение к программе страхования не ущемляют прав истца, установленных правилами, законом и иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей.

В силу пункта 76 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (статья 3, пункты 4 и 5 статьи 426 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей (например, пункт 2 статьи 16 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей", статья 29 Федерального закона от 2 декабря 1990 г. N 395-1 "О банках и банковской деятельности").

Таким образом, условие договора, не допускающее предусмотренный Указанием ЦБ РФ N 3854-У возврат платы за участие в Программе страхования в случае отказа заемщика от участия в такой программе, является в этой части ничтожным, поскольку не соответствует акту, содержащему нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров.

Неубедителен и довод Судебной коллегии об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных истцом требований за недоказанностью факта его обращения к Банку и страховой компании 01 марта 2018 года с заявлениями об отказе от договора добровольного страхования и возврате страховой премии в силу отсутствия в материалах дела самих этих заявлений и приобщения к материалам дела незаверенных ксерокопий документов об отправке в адрес Банка и страховой компании этих заявлений заказными письмами и ответа Банка на одно из этих писем. 

Давая указанную правовую оценку перечисленным документам и, по существу, признавая их доказательствами, не отвечающими требованиям допустимости, Судебная коллегия в нарушение положений статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о полноте и объективности оценки доказательств дела в совокупности, оставила без внимания и оценки то, что преобладающее большинство доказательств, представленных по делу на 137 листах (до вынесения решения суда) в виде ксерокопий и положенных в основу решения суда первой инстанции, не заверены никак, в том числе не заверены договор потребительского кредита №, заявление страхования финансовых рисков, связанных с потерей работы от 16 февраля 2018 года и другие документы, связанные с этими договорами и послужившие основанием возникновения спорных правоотношений. 

В силу положений части 2 статьи 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Подлинные документы представляются тогда, когда обстоятельства дела согласно законам или иным нормативным правовым актам подлежат подтверждению только такими документами, когда дело невозможно разрешить без подлинных документов или когда представлены копии документа, различные по своему содержанию.

Согласно части 7 статьи 67 данного Кодекса, суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен и не передан суду оригинал документа, и представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой, и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств.

В нарушение этих положений процессуального закона суд первой инстанции посчитал возможным вынести на основании указанных ксерокопий документов решение по существу спора, тогда как в соответствии с частью 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации он мог истребовать у сторон подлинники указанных документов и заверить представленные копии. Не лишен таких полномочий и суд второй инстанции (пункт 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 года N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции"), однако и апелляционное определение по делу вынесено без устранения указанных нарушений.

Кроме того, делая вывод о недоказанности обращения истца в Банк с заявлением о расторжении договора страхования, Судебная коллегия оставила без внимания ответ Банка на это обращение, из которого следует, что Банк не находит оснований для удовлетворения требований ФИО1 о возврате страховой премии (л.д.33-38, 124).

Таким образом, обжалуемые судебные постановления были вынесены с существенными нарушениями норм гражданского процессуального права, с неправильным применением норм материального закона без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов истца, данные нарушения влияют на исход дела, и не могут быть устранены без отмены судебных постановлений и нового рассмотрения дела.

С учетом изложенного решение суда и апелляционное определение подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное и разрешить возникший спор в соответствии с установленными по делу обстоятельствами и требованиями закона. 

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 2 части 1 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Президиум Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики, 

П О С Т А Н О В И Л:

Кассационную жалобу представителя ФИО1 – ФИО2 удовлетворить.

Решение Зольского районного суда Кабардино-Балкарской Республики от 19 июня 2018 года и апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики от 22 августа 2018 года по гражданскому делу по иску ФИО1 к Публичному акционерному обществу АКБ «Связь-Банк» о признании недействительным отдельного пункта заявления на участие в программе добровольного страхования, взыскании уплаченной страховой премии, неустойки, компенсации морального вреда и штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе судей. 

Председательствующий Ташуев М.З.