РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

<

адрес> 27 июля 2018 года

Серовский районный суд Свердловской области в составе председательствующего Воронковой И.В., при секретаре судебного заседания Пахтусовой А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-744/2018 по иску

ФИО1 к ОАО «РЖД» о взыскании суммы компенсации морального вреда и расходов на лечение

с участием истца – ФИО1, представителя истца – адвоката Ченцова Б.Н., действующего на основании доверенности 

<

адрес>6 от ДД.ММ.ГГГГ сроком действия 3 (три) года, представителя ответчика – ФИО2, действующей на основании доверенности №-НЮ (

<

адрес>0) от ДД.ММ.ГГГГ сроком действия ДД.ММ.ГГГГ, третьего лица – ФИО3, старшего помощника Серовского транспортного прокурора – Якубович Н.Н.

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Железнодорожный районный суд 

<

адрес> с исковым заявлением к ОАО «РЖД» о взыскании суммы компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей, расходов на лечение в размере 760 рублей и судебных расходов по оформлению нотариальной доверенности в размере 1 800 рублей.

В обоснование заявленных требований указал, что с ДД.ММ.ГГГГ был принят в ОАО «РЖД» помощником машиниста тепловоза 5 разряда локомотивных бригад участка эксплуатации локомотивов Серов-Сортировочный, ДД.ММ.ГГГГ переведен помощником машиниста тепловоза 7 разряда. ДД.ММ.ГГГГ в 04 часов 25 минут при осуществлении маневровых работ получил травму - в результате инерционного накатывания колеса тепловоза ТЭП 70 № на тормозной башмак произошло зажатие пальцев правой руки. Медицинским заключением о характере повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве травматологического отделения Серовской городской больницы ему установлен диагноз «травматическая ампутация ногтевой фаланги II пальца, основной фаланги III-IV пальцев правой кисти с размозжением мягких тканей». Данная травма относится к категории тяжелых, повлекла утрату трудоспособности 30%. Согласно акту формы Н-1, причинами несчастного случая явилась неудовлетворительная организация производства работ, нарушение условий труда и несоблюдение требований охраны труда главным инженером ФИО3 При проведении расследования каких-либо нарушений в действиях пострадавшего не установлено. В связи с трудовым увечьем длительное время находился на больничном, бюро № филиала ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

адрес>» ему установлена степень утраты профессиональной трудоспособности на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 30%. В связи с полученной травмой перенес операцию по иссечению нежизнеспособных мягких тканей 2-4 пальцев правой кисти, травма длительное время причиняла боль, не мог вести прежний активный образ жизни. В связи с невозможностью продолжать работу по профессии ДД.ММ.ГГГГ был вынужден перевестись на другую работу – оператором при дежурном по локомотивному депо, в связи с чем, его доход резко сократился. В результате несчастного случая ему причинены нравственные страдания, связанные с нарушением обычного ритма жизни, необходимости смены работы и дальнейшей социальной адаптации. Поскольку источник повышенной опасности – оборудование, при использовании которого произошло травмирование, принадлежит ответчику, а истец во время получения травмы находился при исполнении служебных обязанностей, действовал по заданию работодателя, ответственность за причинение вреда должна быть возложена на ОАО «РЖД». Просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 500 000 рублей. Кроме того, в связи с ампутацией пальцев, для заживления ран и формирования культей истцом понесены расходы на приобретение мази «Контрактубекс», стоимость которой составила 760 рублей. Данную сумму также просит взыскать с ответчика.

ДД.ММ.ГГГГ определением Железнодорожного районного суда 

<

адрес> гражданское дело передано по подсудности в Серовский районный суд 

<

адрес>.

В судебном заседании ФИО1 заявленные исковые требования поддержал в полном объеме. Суду пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ находился на рабочей смене. Примерно в 04 часа 25 минут, когда из цеха выехал локомотив, дал команду остановиться для установки башмака. Ставил его левой рукой, башмак стал заваливаться, в связи с чем схватил его правой рукой, чтобы достать, в это время локомотив по инерции накатился на башмак, в связи с чем ему была причинена травма руки. Действия по установке башмака ранее производил неоднократно, делал всё так, как его учили. В указанной должности до травмирования работал 4 года. Нарушений в его действиях при расследовании несчастного случая, не установлено. В связи с полученными повреждениями проходил лечение в стационаре, затем лечился амбулаторно. После травмы появился комплекс неполноценности, не может что-либо делать правой рукой, испытывает чувство стеснения в присутствии посторонних, возникают фантомные боли, ломит пальцы, которых нет, не может себе приготовить пищу, испытывает боли при письме. До получения травмы увлекался спортом, занимался единоборствами, в настоящее время данной возможности лишён. Кроме того, вынужден был перевестись на другую работу – оператором при дежурном по локомотивному депо, в связи с чем, его доход с 30 000 руб. сократился до 18 000 - 20 000 руб. Работал помощником машиниста, собирался стать машинистом, но, сейчас данную должность занимать не сможет из-за травмы. Размер компенсации морального вреда 500 000 рублей определил руководствуясь своими ощущениями, а также тем, что получил травму на всю жизнь.

Представитель истца адвокат Ченцов Б.Н., требования ФИО1 поддержал. Суду пояснил, что здоровью истца причинён тяжкий вред, степень утраты трудоспособности 30%, у ФИО1 в связи с полученной травмой возникают проблемы в быту, он не может вести прежний образ жизни, заниматься спортом, не может осуществить свою цель стать машинистом, хотя к указанному стремился, закончил обучение по указанной специальности. На момент получения травмы ему был 31 год, вынужден был начать жизнь с чистого листа, освоить новую профессию. Право на жизнь и здоровье истца ответчиком нарушены, он является инвалидом. Считает, что заявленный к взысканию размер компенсации морального вреда в полной мере соответствует перенесенным ФИО1 физическим и нравственным страданиям. Добровольно работодатель моральный вред истцу не компенсировал. Относительно доводов ответчика о пропуске срока исковой давности указал, что на заявленные требования исковая давность не распространяется. Также не согласен с доводами ответчика, третьего лица относительно нарушения требований охраны труда самим ФИО1, так как соответствующих выводов акт по форме Н-1 не содержит. 

Представитель ответчика ОАО «РЖД» ФИО2 в судебном заседании требования истца не признала, считает, что истец обратился в суд за пределами срока исковой давности, предусмотренного ч.1 ст.392 ТК РФ, последний получил травму ДД.ММ.ГГГГ, соответственно требования могли быть им заявлены до ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем, просит в иске ФИО1 отказать. Также пояснила, что факт причинения вреда здоровью истца ответчиком установлен актом № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно акту от ДД.ММ.ГГГГ в ночное время при укладке истцом на рельс тормозного башмака левой рукой произошло заваливание башмака внутрь колеи под тепловоз ТЭП70 №. Для предотвращения падения башмака истец правой рукой взялся за опорную колодку тормозного башмака. В этот момент произошло инерционное накатывание колеса на тормозной башмак, вследствие чего произошло зажатие пальцев правой руки между опорной колодкой тормозного башмака и колесом тепловоза. Медицинским заключением истцу установлен диагноз: травматическая ампутация ногтевой фаланги II пальца основной фаланги III-IV пальцев правой кисти с размозжением мягких тканей. В качестве причин несчастного случая указаны: отсутствие разработанного порядка безопасного осуществления работ по закреплению подвижного состава на тракционных путях депо при производстве маневровых работ, а также нарушении технологии маневровых работ, допущенные самим истцом. Закрепление подвижного состава следовало производить только после остановки локомотива. Помощник машиниста во всех случаях должен идти перед движущейся группой тепловозов в пределах видимости машиниста. При соблюдении этого требования истцом, травмы можно было избежать, т.к. с момента остановки локомотива до закрепления тормозным башмаком прошло достаточно времени для окончательного набегания и оттяжки подвижного состава. Поскольку материалами расследования факт получения травмы истцом подтверждён, на работодателя, как владельца источника повышенной опасности, возлагается ответственность за причинение вреда истцу. Однако, при определении размера компенсации морального вреда следует принять во внимание то, что истцу не проводилось длительного лечения, уже ДД.ММ.ГГГГ он приступил к работе в депо в должности оператора при дежурном по локомотивному депо. Работодателем ФИО1 приложено максимум усилий с целью восстановления привычного уклада его жизни, ему подобрана подходящая работа, проведена работа с филиалом Свердловского регионального отделения ФСС РФ для оперативного принятия решения о доплате истцу разницы в заработной плате помощника машиниста тепловоза и оператора. С учётом принципа разумности и справедливости заявленный истцом размер компенсации морального вреда подлежит снижению не менее чем в 5 раз. 

Третье лицо по делу ФИО3 в судебном заседании относительно удовлетворения заявленных требований возражал, пояснил, что в правилах охраны труда и техники безопасности невозможно предусмотреть все обстоятельства, запреты, ФИО1 должен был сам понимать недопустимость своих действий до полной остановки тепловоза, но, не выполнил указанного. Не согласился с доводами ФИО1 и его представителя относительно того, что в результате травмы ФИО1 потерял возможность стать машинистом тепловоза, так как последний после окончания обучения на указанную должность переведен не был, следовательно, и до травмы имелись препятствия к назначению ФИО1 на должность машиниста. Он (ФИО3) принимал непосредственное участие в расследовании несчастного случая, оказывал необходимую помощь ФИО1, проводил разъяснительную работу с пострадавшим, сумму компенсации заявленную ФИО1 считает завышенной, согласен с теми доводами, которые изложила представитель ответчика. 

Третье лицо АО «СОГАЗ» о времени и месте судебного заседания извещено, в судебное заседание своего представителя не направило, своей позиции по делу до сведения суда не довело.

Согласно заключению прокурора, исковые требования истца являются законными и обоснованными, установлен факт производственной травмы, в связи с чем, вред здоровью подлежит возмещению, исковые требования - удовлетворению частично, сумму компенсации морального вреда прокурор оставил к определению на усмотрение суда. 

Суд, заслушав объяснения истца, представителя истца, представителя ответчика, третьего лица, оценив письменные доказательства по делу, на предмет их относимости, допустимости, достоверности и достаточности, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, включая свидетельские показания, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению частично, пришел к следующим выводам.

Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных ст.2 ТК РФ, предусмотрен такой, как обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

В силу ст.ст.22, 212 ТК РФ именно работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника. 

Так, в соответствии со ст.212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя. В случае если работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, федеральными законами и иными правовыми актами (ст.22 ТК РФ).

В соответствии со ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст.151 ТК РФ при определении компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Ст. 1101 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п.32 постановлении от ДД.ММ.ГГГГ N1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст.1100 ГК РФ).

Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 работал помощником машиниста тепловоза 5 разряда локомотивных бригад участка эксплуатации локомотивов Серов-Сортировочный Эксплуатационного локомотивного депо Серов-Сортировочный СП Свердловской дирекции тяги СП Дирекции тяги филиала ОАО «РЖД»; с ДД.ММ.ГГГГ помощником машиниста 7 разряда, там же.

ДД.ММ.ГГГГ при выполнении трудовых обязанностей на территории предприятия в рабочее время с помощником машиниста ФИО1 произошел тяжелый несчастный случай, в результате которого истцу причинен вред здоровью.

Из Акта о несчастном случае на производстве форма Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что ДД.ММ.ГГГГ произошел несчастный случай с истцом при выполнении им трудовых обязанностей на территории эксплуатационного локомотивного депо Серов-Сортировочный между тракционными путями № и № на расстоянии 5 метров от ворот пункта технического обслуживания локомотивов. Несчастный случай произошел в тёмное время суток, при искусственном освещении.

Об обстоятельствах несчастного случая указано следующее: ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 заступил в составе локомотивной бригады совместно с машинистом тепловоза ФИО7 в ночную смену с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ в 20:00 согласно графику. С 20:00 до 04:25 локомотивная бригада осуществляла маневровые передвижения подвижного состава по вводу и выводу на смотровые канавы для заправки и технического обслуживания и подготовки в поездку. Машинист ФИО7 при управлении маневровым тепловозом находился в головном локомотиве за пультом машиниста с правой стороны по ходу движения. Помощник машиниста ФИО1 подавал команду машинисту на маневровые передвижения по средствам радиосвязи. Закрепление тепловоза ФИО1 осуществлял с левой стороны по ходу движения. В 04:22 машинист ФИО7 по команде помощника машиниста вывел сплоток локомотивов из цеха на 27 тракционный путь. ФИО1 подал ему команду «остановка», затем от него поступила команда «назад с башмака» и через несколько секунд в 04:23 команды «стой, стой вперёд к воротам, остановился». Отъехав назад около полуметра ФИО7 выполнил команды ФИО1 и остановился. Со слов ФИО1, после остановки локомотива, он стал укладывать под 5-ое колесо с левой стороны тепловоза по ходу движения тормозной башмак левой рукой. При укладке на рельс произошло заваливание тормозного башмака внутрь колеи под тепловоз, для предотвращения падения тормозного башмака ФИО1 взялся правой рукой за опорную колодку тормозного башмака. В этот момент произошло инерционное накатывание колеса на тормозной башмак, вследствие чего произошло зажатие пальцев правой руки.

В качестве лиц, допустивших нарушение требований охраны труда, указан главный инженер ФИО3, нарушивший требования п.2.1. Правил по охране труда при эксплуатации локомотивов ОАО «РЖД»; п.2.1 Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников, п.2.4.8 должностной инструкции главного инженера эксплуатационного локомотивного депо Серов-Сортировочный.

Вина работника данным актом не установлена.

Согласно выписному эпикризу истории болезни № травматологического отделения ГБУЗ СО «Серовская городская больница», ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном лечении в отделении с диагнозом: «травматическая ампутация ногтевой фаланги II пальца, основной фаланги III-IV пальцев правой кисти с размозжением и дефектом мягких тканей». ДД.ММ.ГГГГ проведена операция по иссечению нежизнеспособных мягких тканей 2-4 пальцев правой кисти, формирование культей. Из отделения выписан в удовлетворительном состоянии под наблюдение врача травматолога в поликлинике.

В целом на больничном ФИО1 в связи с полученной производственной травмой находился период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, то есть чуть более 2-х месяцев, что подтверждается больничными листками.

В целях реализации ст.229 ТК РФ, Постановления Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ N653, Минздравсоцразвития России Приказом от ДД.ММ.ГГГГ N275 утвердило учетную форму N315/у "Медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести", при оформлении которой указывается диагноз и код диагноза, а также о том, к какой категории относится повреждение здоровья согласно Схеме определения степени тяжести повреждения.

Отнесение повреждения здоровья при несчастном случае на производстве к определенной категории (легкой или тяжелой) имеет важное значение при определении порядка расследования конкретного несчастного случая.

Из анализа норм ТК РФ (ст.228.1 – ст.230.1), а также Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного Постановлением N73, следует, что применительно к определению степени повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве термин "повреждение здоровья средней тяжести" не употребляется.

В нормативных правовых актах, регулирующих данную область правоотношений, законодатель использует такие понятия, как несчастный случай на производстве, групповой несчастный случай на производстве, тяжелый несчастный случай на производстве, несчастный случай на производстве со смертельным исходом, - для каждого из которых установлены особенности порядка проведения расследования, извещения о несчастном случае, учета, оформления соответствующих документов (Решение Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N АКПИ17-137).

Согласно справке от ДД.ММ.ГГГГ по форме №/у ГБУЗ СО «Серовская городская больница», полученные истцом повреждения, согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, относится к категории тяжелых.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в связи с несчастным случаем на производстве бюро № – филиал ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

адрес>» установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 30%, сроком до ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно справке о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве №/у от ДД.ММ.ГГГГ имеет место травматическая ампутация II, III-IV пальцев правой кисти, утрата профессиональной трудоспособности 30%. 

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" под страховым случаем понимается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет за собой возникновение обязательств страховщика по осуществлению обеспечения по страхованию.

Под фактом повреждения здоровья в виде профессионального заболевания понимается острое или хроническое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

Учитывая, что в соответствии со ст.212 ТК РФ, п.3 ст.8 Федерального закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя, непосредственным причинителем вреда здоровью истца является ОАО «РЖД».

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о наличии права у истца на компенсацию морального вреда в соответствии с требованиями ст.237 ТК РФ в связи с наличием несчастного случая на производстве.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, что в связи с ампутацией ногтевой фаланги II пальца, основной фаланги III-IV пальцев правой кисти, при том что истец является правшой, последний испытывает неудобства, лишен возможности жить прежней активной жизнью, частично не может самостоятельно себя обслуживать, до настоящего времени испытывает физическую боль, переживает из-за приобретенного физического недостатка; в причинении вреда здоровью имеет место только вина работодателя, на лечении истец находится 2 месяца, размер установленной степени утраты профессиональной трудоспособности в 30% свидетельствует о значительной утрате профессиональной трудоспособности, в связи с чем истец был переведен на другую работу, то есть не смог продолжать трудовую деятельность в прежней должности помощника машиниста тепловоза, не может претендовать на занятие должности машиниста тепловоза. Кроме указанного суд учитывает, что истец приобрел физический недостаток, который является невосполнимым, равно молодой возраст истца, а также то, что при вышеуказанных обстоятельствах истцу был причинен тяжкий вред здоровью, что подтверждается справкой лечебного учреждения по форме №/у.

Суд не соглашается с доводами представителя ответчика о пропуске истцом срока обращения в суд, в связи с тем, что при причинении вреда здоровью, в том числе при исполнении трудовых обязанностей в сфере трудовых правоотношений действует общее правило, установленное ст.208 ГК РФ.

Согласно ст.208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требования о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина.

В п.7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" также разъяснено, что если требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, то на него в силу ст.208 ГК РФ исковая давность не распространяется.

Следовательно, довод ответчика о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд, суд находит несостоятельным, поскольку в соответствии со ст.208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ; о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина. Требования истца заявлены в соответствии с указанной нормой закона, ст.392 ТК РФ к указанным правоотношениям не применяется. 

Таким образом, с учетом характера причиненных истцу физических и нравственных страданий, требований разумности и справедливости, конкретных обстоятельств причинения вреда здоровью, а также с учетом того, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, суд считает, что взысканию с ответчика подлежит компенсация морального вреда, причиненного истцу, в сумме 150 000 рублей, тогда как оснований для взыскания компенсации морального вреда в оставшейся части 350 000 рублей – не находит, следовательно, исковые требования подлежат удовлетворению частично на сумму 150 000 рублей. 

В силу ч.1 ст.1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Истец просит взыскать с ответчика расходы, понесённые на приобретение медикаментов в сумме 760 рублей.

Данные расходы понесены истцом по назначению врача, что подтверждаются рецептом от ДД.ММ.ГГГГ, выданным ФИО8 врачом ГБУЗ СО «Серовская городская больница» ФИО9, из которого следует, что истцу выписаны мазь контратубекс и мазь троксевазин. Обе были приобретены ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается кассовым чеком ООО «Гамма Живика» на сумму 760 рублей.

Учитывая, что лечение было назначено истцу лечащим врачом, данные расходы подлежат взысканию с ответчика.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч.2 ст.96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (ч.1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с абз.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Из представленной в материалы дела доверенности 

<

адрес>6 от ДД.ММ.ГГГГ, выданной истцом представителям, в том числе, Ченцову Б.Н. следует, что данная доверенность выдана для представления интересов ФИО1 по иску к ОАО «РЖД», в связи с чем, требования истца в части взыскания расходов по оформлению нотариальной доверенности в сумме 1800 рублей подлежат удовлетворению.

В соответствии с ч.1 ст.103 ГПК Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

При подаче настоящего иска ответчик от уплаты госпошлины в соответствии с п.3 ч.1 ст.333.36 налогового кодекса Российской Федерации, был освобожден. В связи с удовлетворением требований истца имущественного характера подлежащего оценке в сумме 760 рублей, с ответчика подлежат взысканию судебные расходы по оплате госпошлины в сумме 400 рублей, по требованиям неимущественного характера (компенсация морального вреда) взысканию с ответчика подлежит госпошлина 300 рублей, всего 700 рублей.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 194 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ОАО «РЖД» о взыскании суммы компенсации морального вреда и расходов на лечение – удовлетворить частично. 

Взыскать с ОАО «РЖД» в пользу ФИО1 сумму компенсации морального вреда частично в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей.

Во взыскании с ОАО «РЖД» в пользу ФИО1 суммы компенсации морального вреда в части 350 000 (триста пятьдесят тысяч) рублей – отказать.

Взыскать с ОАО «РЖД» в пользу ФИО1 сумму затрат на лечение в размере 760 (семьсот шестьдесят) рублей. 

Взыскать с ОАО «РЖД» в пользу ФИО1 в возмещение судебных расходов на оформление доверенности 1 800 (одна тысяча восемьсот) рублей.

Взыскать с ОАО «РЖД» в доход местного бюджета муниципального образования Серовский городской округ, на территории которого расположен Серовский районный суд, сумму государственной пошлины в размере 700 (семьсот) рублей. 

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Серовский районный суд 

<

адрес>. 

Судья Серовского районного суда И.В. Воронкова

Мотивированное решение в окончательной 

форме составлено 01.08.2018

Судья Серовского районного суда И.В. Воронкова