Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

22 февраля 2019 года

г. Хабаровск

Хабаровский гарнизонный военный суд в составе председательствующего – судьи Кошевого В.А.,

при секретарях судебного заседания Лескове И.А., Погосян Т.А.,

с участием административного истца, его представителя – ФИО3, представителя административного ответчика – командира войсковой части № – 

<

данные изъяты> ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда административное дело по административному исковому заявлению военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО5 об оспаривании действий командира войсковой части №, связанных с привлечением к дисциплинарной ответственности,

у с т а н о в и л:

ФИО5 подал в суд административное исковое заявление, в котором просит признать незаконными в части привлечения истца к дисциплинарной ответственности и объявления ему дисциплинарных взысканий приказы командира войсковой части №: от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №.

Одновременно ФИО5 просит обязать командира войсковой части № отменить названные приказы. 

Обосновывая свой иск, ФИО5 привел ряд доводов, существо которых сводится к тому, что при применении к нему оспариваемых взысканий административным ответчиком был нарушен установленный порядок проведения разбирательства, в частности ФИО5 не был своевременно ознакомлен с данными приказами и был фактически лишен возможности дать свои объяснения по обстоятельствам вмененных ему проступков, а его вина в совершении таковых командованием не установлена. 

В судебном заседании ФИО5 и его представитель ФИО3 требования иска поддержали. При этом истец полагал применение к нему оспариваемых дисциплинарных взысканий проявлением предвзятого отношения со стороны командира войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО6, которое обусловлено использованием ФИО5 гарантии, предоставленной ему пп. «ж» п. 12 ст. 29 Положения о порядке прохождения военной службы, на использование отпуска в удобное для него время.

Истец в суде также уточнил, что привлечение его к дисциплинарной ответственности приказами № и № командованием было произведено без нарушения порядка проведения разбирательства, однако с его стороны не было допущено данных дисциплинарных проступков.

Так, оспаривая законность приказа №, истец отметил, что учет личного состава и постоянный контроль за состоянием пожарных щитов не входят в обязанности командира воинской части. Сам же истец, как 

<

данные изъяты>, принял все зависящие от него меры, направленные на укомплектование пожарных щитов и в целом на обеспечение противопожарной безопасности. Выявленные же в ходе проверки состояния дел в его подразделении недостатки явились следствием действий его подчиненных, за которые командир в дисциплинарном порядке отвечать не должен.

Не соглашаясь со взысканием, объявленным ему в приказе №, ФИО5 отметил, что нормативным регулированием напрямую не запрещается служебная переписка между воинской частью и иными органами военного управления, минуя непосредственное командование. Направление же истцом заявок на централизованные перевозки материальных средств непосредственно заместителю командующего войсками ВВО по материально-техническому обеспечению было обусловлено необходимостью в установленный начальником управления ЖДВ ВВО срок эти материальные средства перевезти и бездействием по данному вопросу со стороны командования войсковой части №

Подвергая сомнению законность приказа №, ФИО5 утверждал, что в ходе разбирательства не установлена его вина в применении одним подчиненным ему военнослужащим по призыву к другому физического насилия. В то же время истцом, 

<

данные изъяты>, надлежащим образом проводится установленная руководящими документами работа по профилактике насильственных преступлений и контролю за личным составом. Кроме того, ФИО5, не отрицая, что ему было известно о проведении командиром войсковой части № разбирательства по упомянутому факту применения насилия, утверждал, что не давал по данному поводу объяснений.

Аналогичные доводы по поводу порядка разбирательства истец привел и в отношении приказа №. Также ФИО5 сослался на неясность формулировок, содержащихся в данном приказе, которые не позволяют идентифицировать событие, расцененное командованием как проступок. При этом случаи несвоевременного представления материально ответственными лицами войсковой части № в финансовый орган актов на списание горюче-смазочных материалов в течение ДД.ММ.ГГГГ были обусловлены уважительными причинами, связанными с участием в командно-штабных учениях «

<

данные изъяты>

Незаконность приказа командира войсковой части № № ФИО5 обосновал тем, что как на момент поступления в войсковую часть № указаний врио командующего войсками ВВО, невыполнение которых истцу вменяется в качестве проступка, так и на момент истечения установленного срока их исполнения ФИО5 находился в отпуске, в связи с чем не должен был нести ответственность за данное бездействие. Кроме того, истец отметил, что командиру войсковой части № еще ДД.ММ.ГГГГ стало известно о данном проступке, однако оспариваемый приказ издан только ДД.ММ.ГГГГ – за пределами установленных ст.ст. 81.1 и 83 Дисциплинарного устава ВС РФ сроков, а входящий регистрационный номер данному разбирательству в войсковой части № был присвоен лишь ДД.ММ.ГГГГ.

Оспаривая законность приказа №, ФИО5 утверждал, что возможность предоставления двум подчиненным ему офицерам дополнительного отдыха за участие в военных учениях им согласовывалась с административным ответчиком. Поскольку данные военнослужащие в силу п. 3 ст. 11 Федерального закона «О статусе военнослужащих» имели право на такой отдых, то фактическое предоставление им возможности его использовать без отзыва из командировки истец полагает не образующим с его стороны дисциплинарного проступка. Кроме того, истец полагает, что командованием по данному факту не было проведено надлежащего разбирательства.

Не проводилось, как полагает административный истец, разбирательства и перед изданием командиром войсковой части № оспариваемого приказа №. Также ФИО5 привел доводы, аналогичные изложенным при оспаривании приказа № №, о том, что не исполнял обязанностей 

<

данные изъяты> в течение периода с момента поступления в войсковую часть № трех из четырех телеграмм с указаниями командования до момента, когда эти указания следовало выполнить, а четвертая им была надлежащим образом и в установленный срок исполнена.

Командир войсковой части № в письменных возражениях требования истца не признал, пояснив, что разбирательство по фактам совершения ФИО5 дисциплинарных проступков в каждом случае надлежащим образом проводилось. При этом в связи с дислокацией войсковой части № в ином населенном пункте объяснения у ФИО5 отбирались посредством телефонной и факсимильной связи.

Представитель административного ответчика ФИО4 в суде озвучил тождественную позицию по иску и привел в целом аналогичные доводы.

Исследовав материалы дела, заслушав объяснения сторон, суд приходит к следующим выводам.

Поскольку административным ответчиком не поставлено под сомнение утверждение истца о том, что ему о наличии оспариваемых приказов стало известно ДД.ММ.ГГГГ, суд не находит оснований для применения положений ч. 8 ст. 219 КАС РФ о последствиях пропуска трехмесячного срока для обращения в суд.

Доводы ФИО5 о проявляемой к нему предвзятости со стороны командира войсковой части № суд отвергает как не нашедшие подтверждения в судебном заседании. Напротив, как видно из текстов оспариваемых истцом приказов, большая их часть (№№, №) содержит положения о привлечении к дисциплинарной ответственности за выявленные в ходе разбирательств проступки не только ФИО5, но и других военнослужащих, в том числе из иных воинских частей, включая командный состав войсковой части №. 

В соответствии со ст. 28.2 ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности за дисциплинарный проступок, то есть за противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины. Военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности только за тот проступок, в отношении которого установлена его вина. 

Согласно ст. 28.6 упомянутого Закона при привлечении военнослужащего к дисциплинарной ответственности выяснению подлежат: событие дисциплинарного проступка (время, место, способ и другие обстоятельства его совершения); вина военнослужащего, форма вины и мотивы совершения дисциплинарного проступка; наличие и характер вредных последствий дисциплинарного проступка; причины и условия, способствовавшие совершению дисциплинарного проступка; другие обстоятельства, имеющие значение для правильного решения вопроса о привлечении военнослужащего к дисциплинарной ответственности.

В силу ст. 81 Дисциплинарного устава ВС РФ принятию командиром (начальником) решения о применении к подчиненному военнослужащему дисциплинарного взыскания предшествует разбирательство, которое, как правило, проводится без оформления письменных материалов, за исключением случаев, когда командир (начальник) потребовал представить материалы разбирательства в письменном виде, а целью такового является установление виновных лиц, выявление причин и условий, способствовавших совершению дисциплинарного проступка.

Приказом командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО5 привлечен к дисциплинарной ответственности с объявлением взыскания в виде строгого выговора за отсутствие системы работы по выполнению требований приказов Минобороны России от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ № по профилактике преступлений насильственного характера в сфере взаимоотношений военнослужащих, неудовлетворительную организацию контроля за личным составом и упущения в выполнении требований ст. 75, 78, 132 и 133 УВС ВС РФ.

Как видно из материалов дела, изданию данного приказа предшествовало разбирательство, которым установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 

<

данные изъяты> минут на территории воинской части к военнослужащему войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО8 применено физическое насилие его сослуживцем, повлекшее причинение телесных повреждений в виде рваной раны ушной раковины. Оба военнослужащих проходили службу в батальоне, 

<

данные изъяты> ФИО5 

Статями 75, 78, 93, 94, 132 и 133 Устава внутренней службы ВС РФ предусмотрено, что командир, в том числе командир батальона, отдельного батальона отвечает за воинскую дисциплину, морально-психологическое состояние подчиненного личного состава и безопасность военной службы, за поддержание внутреннего порядка в батальоне. Командир батальона является основным организатором воинского воспитания личного состава батальона и обязан лично поддерживать высокий уровень правопорядка.

Приведенные нормы указывают на то, что истец несет персональную ответственность за соблюдение воинской дисциплины и законности подчиненным личным составом при несении ими военной службы, а также за состояние социально-психологического климата в служебном коллективе.

Согласно п. 3 Порядка оценки состояния правопорядка и воинской дисциплины в Вооруженных Силах РФ, утвержденного приказом Министра обороны ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ №, нарушение военнослужащими уставных правил взаимоотношений свидетельствует о недостаточной организации воспитательной работы в вопросах укрепления воинской дисциплины со стороны руководства.

Приказами Министра обороны ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ № установлен перечень мероприятий по поддержанию правопорядка и воинской дисциплины, которые обязаны осуществлять в числе прочего и командиры воинских частей.

Как следует из материалов дела, в том числе дополнительно истребованных из войсковой части № документов, 

<

данные изъяты> не в полной мере выполняются требования названных руководящих документов. В частности 

<

данные изъяты> почти не используется практика обращения в гарнизонный военный суд с ходатайствами о применении к совершившим грубые дисциплинарные проступки военнослужащим дисциплинарного ареста, хотя случаи совершения таких проступков военнослужащими войсковой части № имеются, как это видно из исследованных в суде аналитических справок и приказов.

Таким образом, поскольку ФИО5 был обязан вести воспитательную работу по укреплению воинской дисциплины среди личного состава, то нарушение его подчиненным уставных правил взаимоотношений, сопровождающееся применением физического насилия, свидетельствует о наличии недостатков в проведении такой работы. Указание следователя, сделанное в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении упомянутого военнослужащего, на данный вывод не влияет в силу положений ст. 19 УВС ВС РФ. 

Учитывая изложенные обстоятельства, суд, не отрицая факт проведения истцом мероприятий по воспитанию личного состава, который подтвердили в суде свидетели ФИО9 и ФИО10, вместе с тем соглашается с мнением ответчика о ненадлежащей организации этой деятельности. 

Именно по причине недостаточности принятых истцом мер по воспитанию личного состава, а не их отсутствия, суд полагает наложенное на него дисциплинарное взыскание в виде строгого выговора соразмерным совершенному им проступку.

Суд находит несостоятельными доводы истца о нарушении порядка его привлечения к дисциплинарной ответственности, потому как они опровергаются исследованными документами, из которых следует что требования ФЗ «О статусе военнослужащих» и Дисциплинарного устава ВС РФ о проведении разбирательства, установлении вины и наложения взыскания в определенные законом сроки и уполномоченным должностным лицом в отношении него соблюдены. Не оставляет при этом суд без внимания того обстоятельства, что ФИО5, как это следует из его пояснений в суде, было известно о проводимом командиром войсковой части № разбирательстве по данному факту, поэтому суд не усматривает оснований ставить под сомнение утверждение административного ответчика о том, что истцу была предоставлена возможность дать свои объяснения посредством телефонной, в том числе факсимильной связи.

Приказом командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО5 привлечен к дисциплинарной ответственности с объявлением взыскания в виде выговора за отсутствие должного контроля за состоянием дел в подчиненной воинской части в вопросах учета личного состава и содержания объектов в противопожарном отношении.

Согласно материалам разбирательства, предшествовавшего применению к истцу данного взыскания, существо проступка состояло в неукомплектованности пожарных щитов, а также в неверном отражении в развернутой строевой записке батальона сведений по учету личного состава и несвоевременной подаче соответствующих сведений в штаб батальона.

В соответствии со ст. 330 УВС ВС РФ командир полка (в данном случае – отдельного батальона) отвечает за выполнение требований пожарной безопасности в расположении воинской части.

В силу ст. 47 ДУ ВС РФ военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности только за тот дисциплинарный проступок, в отношении которого установлена его вина – совершении противоправного действия (бездействия) умышленно или по неосторожности.

Положениями ст. 8 того же Устава установлено, что командир (начальник) не несет дисциплинарной ответственности за правонарушения, совершенные его подчиненными, за исключением случаев, когда он скрыл правонарушение или не принял необходимых мер в пределах своих полномочий по предупреждению правонарушений и привлечению к ответственности виновных лиц.

Приказом командующего войсками Восточного военного округа от ДД.ММ.ГГГГ № «

<

данные изъяты> запрещено использование не по назначению инвентаря с пожарных щитов.

В судебном заседании установлено и подтверждается исследованными документами, что командиром войсковой части № в целом организована работа по выполнению установленных требований пожарной безопасности: утверждены необходимые планы, назначены должностные лица, ответственные за конкретные участки этой работы и пр. Что касается наличия огнетушителей, соответствующие заявки в довольствующие органы командиром части заранее сделаны, в связи с чем суд приходит к выводу, что все зависящие от ФИО5 

<

данные изъяты> меры в данном направлении им приняты.

Более того, как усматривается из материалов разбирательства, использование песка с пожарных щитов не по назначению было осуществлено по распоряжению одного из офицеров воинской части без ведома и помимо воли ФИО5, который сразу по выявлении данного нарушения пресек таковое.

Таким образом, суд полагает необоснованным изложенный в оспариваемом приказе № вывод командира войсковой части № о виновности ФИО5 в данных действиях.

В то же время в силу ст. 76 УВС ВС РФ командир обязан постоянно иметь точные сведения о штатном, списочном и наличном составе воинской части (подразделения).

При этом предусмотренная ст. 97 обязанность начальника штаба полка (отдельного батальона) аналогичного содержания, а также по повседневному руководству ведением учета личного состава не освобождает командира воинской части от ответственности за точность представленных ему сведений о таком учете, и как следствие, от обязанности контролировать и проверять достоверность этих сведений.

Как видно из материалов разбирательства, в результате ненадлежащего исполнения своих обязанностей по учету личного состава рядом должностных лиц войсковой части №, в развернутую строевую записку батальона были внесены неверные учетные сведения. Это повлекло представление командиру части неточных сведений по данному вопросу, в связи с чем ФИО5 на момент проведения проверки повседневной жизнедеятельности воинской части ДД.ММ.ГГГГ соответствующими точными сведениями не располагал, что подтвердил и в судебном заседании.

При таких обстоятельствах суд полагает установленной надлежащим образом как виновность ФИО5 в совершении данного дисциплинарного проступка, так и иные обстоятельства, предусмотренные ст. 82 ДУ ВС РФ.

Поскольку оспариваемым приказом за совершение этого проступка к ФИО2 применено наименее строгое дисциплинарное взыскание, оснований для признания его несоразмерным суд не усматривает даже с учетом ошибочности иных положенных командиром войсковой части № в основу данного решения выводов, указанных выше.

Приказом командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО5 привлечен к дисциплинарной ответственности с объявлением взыскания в виде строгого выговора за несвоевременное выполнение указаний врио командующего войсками ВВО от ДД.ММ.ГГГГ № и отданных во исполнение этих указаний распоряжений и приказов командира войсковой части №

Как следует из материалов разбирательства, проведенного по данному факту, упомянутыми указаниями врио командующего войсками ВВО потребовал представить в территориальные финансовые органы:

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Данное указание было передано в войсковую часть № телеграммой, адресованной в числе прочих командиру войсковой части № за подписью командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ. При этом сроки представления указанных сведений были установлены, соответственно, до ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ.

В связи с неисполнением в срок данных указаний ДД.ММ.ГГГГ командиром войсковой части № издан приказ, которым командиры подчиненных воинских частей обязаны представить упомянутые сведения до ДД.ММ.ГГГГ.

В то же время, как видно из содержащихся в материалах разбирательства объяснений, в том числе самого ФИО5, указанные сведения войсковой частью № в срок представлены по причине невнимательности одного из военнослужащих этой воинской части. 

В силу ст. 43 УВС ВС РФ приказ командира (начальника) должен быть выполнен беспрекословно, точно и в срок, а о выполнении полученного приказа военнослужащий обязан доложить начальнику, отдавшему приказ, и своему непосредственному начальнику.

Согласно ст. 87 УВС ВС РФ в случае временного убытия командир (начальник) для исполнения своих обязанностей оставляет заместителя. 

<

данные изъяты>

По делу также установлено, что ФИО5 в периоды с ДД.ММ.ГГГГ не исполнял обязанности 

<

данные изъяты> № ввиду нахождения в отпусках, служебных командировках и на лечении. 

При таких обстоятельствах, несмотря на то, что первоначально при поступлении вышеупомянутых указаний в войсковую часть № ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 не исполнял обязанностей 

<

данные изъяты>, а указания приняты к исполнению иным должностным лицом, по возвращении из отпуска ДД.ММ.ГГГГ истец был обязан проконтролировать их исполнение и принял на себя ответственность за неисполнение. 

В то же время, как видно из содержания телеграммы № от ДД.ММ.ГГГГ, 

<

данные изъяты> № на тот момент необходимые сведения в войсковую часть № представлены не были.

Таким образом, суд полагает обоснованными выводы командира войсковой части № о виновности ФИО5 в совершении при названных обстоятельствах дисциплинарного проступка, а также установленности иных предусмотренных ст. 82 ДУ ВС РФ обстоятельств.

Исходя из вида объявленного административного истцу взыскания, оно не может быть признано явно несоразмерным совершенному проступку.

Отвергая доводы истца о нарушении порядка проведения разбирательства, суд, основываясь на положениях ст. 81.1 ДУ ВС РФ, полагает не пропущенным срок на проведение разбирательства, поскольку, как указывалось выше, ФИО5 в период с ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ в общей сложность более двух месяцев отсутствовал в расположении воинской части по различным уважительным причинам. Кроме того, само по себе направление телеграммы от ДД.ММ.ГГГГ № не свидетельствует о том, что командиру войсковой части № стало известно о совершении ФИО5 дисциплинарного проступка, а говорит лишь о том, что должностное лицо узнало о факте невыполнения поставленной задачи.

Регистрация материалов разбирательства в делопроизводстве войсковой части № после издания оспариваемого приказа (ДД.ММ.ГГГГ) носит формальный характер и не обусловливает его незаконность.

Приказом командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО5 привлечен к дисциплинарной ответственности с объявлением взыскания в виде строгого выговора за нарушение порядка ведения служебной переписки.

Согласно материалам разбирательства, предшествовавшего применению к истцу данного взыскания, ФИО5 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ в нарушение установленного порядка ведения служебной переписки в порядке подчиненности представил в адрес 

<

данные изъяты> обеспечению заявку на централизованные перевозки материальных средств автомобильным транспортом, минуя непосредственного начальника – командира войсковой части №

В силу ст. 21 УВС ВС РФ по служебным вопросам военнослужащий должен обращаться к своему непосредственному начальнику, а при необходимости с разрешения непосредственного начальника – к старшему начальнику.

Согласно п. 7 раздела 1 Инструкции по делопроизводству в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденной приказом Министра обороны ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ № служебная переписка по различным вопросам служебной деятельности ведется между воинскими частями в порядке подчиненности, воинскими частями, не подчиненными друг другу, а также с органами и организациями, не входящими в состав Вооруженных Сил, гражданами в установленных случаях.

В судебном заседании установлено, что разрешения на представление упомянутой заявки непосредственно в адрес 

<

данные изъяты> ФИО5 у своего непосредственного начальника не получал.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о нарушении ФИО5 порядка ведения служебной переписки и обоснованности приказа командира войсковой части № о привлечении истца к дисциплинарной ответственности, поскольку данные действия правильно квалифицированы как дисциплинарный проступок. Все подлежащие установлению в ходе разбирательства обстоятельства административным ответчиком были должным образом установлены.

Что касается ссылок истца на уважительные причины, побудившие его направить названную заявку, минуя непосредственного начальника, и состоящие в сжатости сроков для вывоза соответствующих материальных средств, установленных 

<

данные изъяты> в телеграмме от ДД.ММ.ГГГГ, это обстоятельство по своему существу не может быть отнесено к числу исключающих дисциплинарную ответственность военнослужащего, предусмотренных ст. 28.3 Федерального закона «О статусе военнослужащих». Кроме того, как следует из содержания данной телеграммы, указания, о которых ведет речь истец, и сроки для их выполнения были адресованы командиру войсковой части №, который и нес ответственность за их своевременное выполнение. 

Доводы истца о допустимости ведения переписки между воинскими частями, не подчиненными друг другу, противоречат приведенным выше правовым нормам и основаны на неверном их толковании.

Наложение командиром войсковой части № резолюции на заключение по материалам разбирательства ДД.ММ.ГГГГ – на следующий день после издания оспариваемого приказа – не обусловливает незаконности данного приказа и не свидетельствует об ознакомлении должностного лица с материалами разбирательства именно в этот день. При этом суд учитывает, что разбирательство надлежащим образом проведено в установленные сроки, а издание ДД.ММ.ГГГГ оспариваемого приказа само по себе свидетельствует о том, какое решение командир войсковой части № принял по данным материалам.

Примененное же к ФИО5 за данный проступок взыскание явно несоразмерным не является, и по данному основанию оспариваемый приказ незаконным признан быть не может.

Приказом командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО5 привлечен к дисциплинарной ответственности с объявлением взыскания в виде строгого выговора за нарушение общих обязанностей военнослужащих и порядка пребывания личного состава в служебной командировке.

Как видно из текста оспариваемого приказа, материалов разбирательства, предшествовавшего его изданию, представленных истцом копий рапортов и объяснений последнего, ФИО5 своим распоряжением ДД.ММ.ГГГГ разрешил двум подчиненным ему офицерам убыть из 

<

адрес>, где они находились в служебной командировке в связи с участием в командно-штабных учениях, в 

<

адрес> для проведения выходных дней, не оформляя установленным порядком предоставление такого отдыха, что обусловило нарушение названными офицерами требований ст. 60 УВС ВС РФ.

В силу требований ст. 16 УВС ВС РФ военнослужащий в служебной деятельности руководствуется Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами, федеральными законами, общевоинскими уставами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в связи с чем обязан, в числе прочего, строго соблюдать предписания и требования указанных нормативных правовых актов, беспрекословно выполнять приказы командиров (начальников).

Как утверждает истец, он фактически предоставил двум своим подчиненным заслуженный ими период отдыха, компенсирующего участие в мероприятиях, которые проводятся без ограничения общей продолжительности еженедельного служебного времени, на который они имели право.

В то же время согласно п. 3 ст. 11 Федерального закона о статусе военнослужащих», п. 5 Порядка учета служебного времени и предоставления дополнительных суток отдыха (приложения № к Положению о порядке прохождения военной службы, утвержденному ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ №), а также приказа Минобороны ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Перечня мероприятий, которые проводятся при необходимости без ограничения общей продолжительности еженедельного служебного времени военнослужащих», право на указанные дополнительные сутки отдыха обусловлено не только фактом участия в соответствующих предусмотренных Перечнем мероприятиях, но и фактом привлечения их к участию в данных мероприятиях именно без ограничения общей продолжительности еженедельного служебного времени на основании приказов соответствующих должностных лиц. Предоставление же таких суток отдыха осуществляется не ранее чем по завершении таких мероприятий.

Как следует из пояснений самого истца, а также исследованных в суде материалов, предоставление суток отдыха ФИО5 упомянутым офицерам осуществлено без документального оформления и в период их участия в учениях – до окончания соответствующей командировки.

Таким образом, ФИО5 нарушен установленный нормативным регулированием порядок предоставления дополнительных суток отдыха и соответственно – положения ст. 16 УВС ВС РФ.

Данные обстоятельства были установлены командованием в ходе надлежащим образом проведенного разбирательства, поэтому вывод командира войсковой части № о виновности ФИО5 в совершении данного дисциплинарного проступка является обоснованным.

Доводы истца по поводу нарушения порядка проведения разбирательства суд признает несостоятельными. При этом суд исходит из представленных административным ответчиком письменных материалов разбирательства и показаний свидетеля ФИО11, проводившего разбирательство, из которых следует, что последний лично опрашивал ФИО5, а также учитывал при проведении разбирательства поступившие из войсковой части № посредством электронных средств связи письменные объяснения самого ФИО2, ФИО12, ФИО13 и иных лиц.

Показания ФИО12, допрошенного в суде в качестве свидетеля, о том что имеющееся в материалах разбирательства письменное объяснение выполнено не им, на выводы суда не влияют, поскольку содержание этого объяснения, как пояснил сам свидетель, соответствует действительности.

Отвергает суд и довод ФИО5 о том, что предоставление им данных суток отдыха было согласованно с командиром войсковой части №. Суд исходит из пояснений самого истца о том, что с вышестоящим командованием им согласовывался лишь вопрос о возможности предоставления отдыха своим подчиненным в принципе, а порядок предоставления, в том числе без надлежащего документального оформления, при этом не обсуждался. 

Приказом командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО5 привлечен к дисциплинарной ответственности с объявлением взыскания в виде строгого выговора за низкий уровень руководства и контроля за выполнением функциональных обязанностей подчиненными должностными лицами и слабую организацию представления отчетной документации.

Как следует из текста приказа, существо дисциплинарного проступка ФИО5 заключается в том, что он надлежащим образом не организовал своевременное представление материально ответственными лицами войсковой части № актов на списание горючего и смазочных материалов, как того требуют приказы Министра обороны ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ №

Названным приказом Министра обороны ФИО1 №дсп утверждено Руководство по учету вооружения, военной, специальной техники и иных материальных ценностей в Вооруженных Силах Российской Федерации. В соответствии с названным Руководством организация учета материальных ценностей в воинских частях возложена на командиров частей, а также установлены сроки представления учетных документов при списании материальных ценностей.

Как следует из материалов дела, материально ответственными должностными лицами войсковой части № в течение ДД.ММ.ГГГГ систематически допускались значительные нарушения указанных сроков, предусмотренных приказом Министра обороны ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ №. Существо, количество и длительность этих нарушений, вопреки мнению истца, свидетельствуют о слабой организации в войсковой части № работы по учету материальных ценностей, в данном случае горючего и смазочных материалов, и обоснованности соответствующих выводов командования войсковой части № Данные обстоятельства подтверждаются истребованными судом сведениями из 

<

данные изъяты> а также показаниями свидетеля ФИО14

Утверждение ФИО5 о наличии уважительных причин для несвоевременного представления учетных документов в финансовый орган в виде участия должностных лиц в служебных мероприятиях (учениях) в ином населенном пункте на правильность данных выводов командования не влияет, поскольку проведение тех или иных служебных мероприятий не отменяет необходимости выполнения требований руководящих документов по ведению учета материальных ценностей и не снимает с командира воинской части ответственности за надлежащую организацию такого учета.

По этой же причине аналогичным образом суд оценивает и представленные истцом копии рапортов 

<

данные изъяты> № 

<

данные изъяты> ФИО17 Обращает при этом суд внимание и на значительную длительность ряда случаев просрочки представления должностными лицами войсковой части № учетных документов, которая, исходя из показаний свидетеля ФИО14, не может быть оправдана даже приводимыми истцом причинами.

Доводы истца о нарушении порядка проведения разбирательства перед изданием оспариваемого приказа опровергаются показаниями свидетеля ФИО15, содержанием телеграммы № от ДД.ММ.ГГГГ, а также пояснениями ФИО5 о том, что ему было известно об истребовании командованием войсковой части № соответствующих объяснений от военнослужащих войсковой части №. Из этих доказательств также следует, что ФИО5 не был лишен возможности дать объяснения в рамках разбирательства по факту выявленного дисциплинарного проступка.

В соответствии с положениями ст. 81 ДУ ВС РФ разбирательство, как правило, проводится без оформления письменных материалов. В этой связи нельзя признать нарушением порядка проведения разбирательства отсутствие письменных материалов такового, вне зависимости от того, давались ли военнослужащими письменные объяснения либо нет.

Учитывая длительность периода и характер деяния, вмененного ФИО5 в качестве дисциплинарного проступка, суд не усматривает оснований для признания незаконным оспариваемого приказа в связи с недостаточной точностью описания данных действий.

Оценивая достоверность показаний свидетеля ФИО15, суд отмечает что они, вопреки мнению истца, не противоречат показаниям свидетеля ФИО14, поскольку последняя поясняла лишь об отсутствии адресованных ей запросов из войсковой части № поводу сведений о несвоевременном представлении учетных документов. О том, испрашивались ли такие сведения в 

<

данные изъяты>», свидетель не поясняла.

Оснований подвергать сомнению соразмерность примененного к ФИО5 за данный проступок дисциплинарного взыскания, исходя из вида такового, не имеется.

Приказом командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО5 привлечен к дисциплинарной ответственности с объявлением взыскания в виде строгого выговора за отсутствие контроля за исполнением служебных документов в подчиненных службах и невыполнение приказания командира войсковой части №

Согласно тексту приказа дисциплинарный проступок выразился в том, что ФИО5 и его подчиненными своевременно не были выполнены указания командира войсковой части №, направленные в войсковую часть № телеграммами от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №.

По делу установлено, что в войсковую часть № на имя командира части в соответствующие даты поступали названные выше телеграммы с различными указаниями, которые необходимо было исполнить:

- 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>.

В соответствии с п. 2 ст. 28.2 Федерального закона «О статусе военнослужащих» военнослужащий или гражданин, призванный на военные сборы, привлекается к дисциплинарной ответственности только за тот дисциплинарный проступок, в отношении которого установлена его вина.

Как видно из исследованных в суде выписок из приказов командира войсковой части № и сведений из 

<

данные изъяты>, ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не исполнял обязанности 

<

данные изъяты> в связи с нахождением в отпуске и на лечении.

При таких обстоятельствах ФИО5 не может быть признан виновным и нести дисциплинарную ответственность за неисполнение приказаний, отданных командиром войсковой части № в телеграммах от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, в связи с непричастностью к данным действиям (бездействию).

Что касается телеграммы от ДД.ММ.ГГГГ №, то суд в данной части исходит из следующего.

В силу ст. 43 УВС ВС РФ приказ командира (начальника) должен быть выполнен беспрекословно, точно и в срок, а о выполнении полученного приказа военнослужащий обязан доложить начальнику, отдавшему приказ, и своему непосредственному начальнику.

По смыслу данной правовой нормы военнослужащий несет ответственность за оповещение отдавшего приказ командира о факте выполнения этого приказа, что обусловлено необходимостью обеспечения принципа единоначалия, лежащего в основе управления Вооруженными Силами ФИО1. Если же исполняющий приказ военнослужащий сам является командиром и перепоручает его исполнение своим подчиненным, он обязан проконтролировать исполнение отданных им подчиненным указаний.

Как видно из представленных административным истцом документов – копии решения и книги учета исходящих телефонограмм и документов по 

<

данные изъяты>, – командиром войсковой части № выполнялись мероприятия, о которых шла речь в телеграмме от ДД.ММ.ГГГГ №.

В то же время, как усматривается из копии аналогичной книги учета входящих сообщений войсковой части №, названные выше документы до ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ в эту воинскую часть не поступали.

Таким образом, поскольку ФИО5 не доложил об исполнении приказа – не проконтролировал получение войсковой частью № документа, свидетельствующего об исполнении приказа, последний с учетом приведенных обстоятельств нельзя признать исполненным, а содеянное правильно квалифицировано воинским должностным лицом как дисциплинарный проступок.

Оснований полагать примененное к ФИО5 дисциплинарное взыскание несоразмерным совершенному проступку суд не усматривает.

Доводы истца о нарушении порядка проведения разбирательства опровергаются показаниями свидетеля ФИО11, согласно которым в ходе проведения разбирательства им должным образом были установлены все необходимые для принятия решения о привлечении ФИО5 к дисциплинарной ответственности обстоятельства, а последнему предоставлена возможность дать свои объяснения. Эти показания суд признает достоверными, поскольку они согласуются с иными собранными по делу доказательствами. Составление же письменных материалов разбирательства по данному факту не требовалось в силу приведенных выше положений ст. 81 ДУ ВС РФ.

Несвоевременное ознакомление истца с приказами командира воинской части о привлечении к дисциплинарной ответственности не повлекло за собой нарушение его прав, так как не лишило его возможности обжаловать взыскание в судебном порядке.

Исходя из положений ст.ст. 67-70 ДУ ВС РФ, оспариваемые истцом действия воинским совершены должностным лицом в пределах предоставленных ему полномочий.

Таким образом, суд не находит оснований для признания незаконным ни одного из оспоренных ФИО5 по настоящему административному делу приказов, в связи с чем в удовлетворении требований административного истца надлежит отказать полностью.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180, 227 КАС РФ, суд

р е ш и л:

в удовлетворении административного искового заявления военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО5 об оспаривании действий командира войсковой части №, связанных с привлечением к дисциплинарной ответственности, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Дальневосточный окружной военный суд через Хабаровский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Днем принятия решения в окончательной форме определить 27 февраля 2019 года.

Подлинное за надлежащей подписью.

Верно:

Председательствующий 

Судья 

Хабаровского гарнизонного военного суда В.А. Кошевой