Судья: Белов И.Т. № 22-505/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ханты-Мансийск 13 марта 2024 года

Суд Ханты - Мансийского автономного округа – Югры в составе: председательствующего судьи Аксентьевой М.А.,

с участием прокурора Андрюшечкиной М.Г.

адвокатов Давыдова Е.Ю., Умаркулова Г.Р., Бычкова А.А., Микрюкова Г.Е., Варгасова Д.П.,

при секретаре Андрейцевой Л.А.

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению Ханты-Мансийского межрайонного прокурора Майорова А.А., а также по апелляционным жалобам адвоката Варгасова Д.П., действующего в защиту интересов ФИО1, адвоката Давыдова Е.Ю., в интересах ФИО2, и адвоката Умаркулова Г.Р., действующего в защиту интересов ФИО3, на постановление Ханты-Мансийского районного суда ХМАО – Югры от 15 декабря 2023 г., которым 

постановлено уголовное дело по обвинению ФИО2, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 30 – п. «г» ч.4 ст.228.1, ч.4 ст.159 УК РФ, 

ФИО3, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 – п.«г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ,

ФИО5, ФИО4, ФИО1, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ- вернуть прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Подсудимым ФИО5, ФИО6 и ФИО1, ФИО3 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, а подсудимой ФИО2 – меру процессуального принуждения в виде обязательства о явке, оставить без изменения.

УСТАНОВИЛ:

Органом предварительного расследования ФИО2, ФИО5, ФИО6 и ФИО1 обвиняются в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ. 

Кроме того, ФИО2 и ФИО3 обвиняются в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Как следует из предъявленного обвинения, ФИО2 и ФИО3 не позднее (дата) вступили в преступный сговор на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере на территории (адрес) ХМАО – Югры, распределив между собой преступные роли, однако не довели свой преступный умысел до конца по независящим от них обстоятельствам, так как их преступная деятельность была пресечена сотрудниками полиции.

Так, не позднее 22 часов 15 ноября 2015 года ФИО2 посредством программы «Telegram» в целях дальнейшего сбыта незаконно приобрела у неустановленного лица под ником «Stuff Store» и «Tsum» наркотические средства: вещество, содержащее в своём составе наркотическое средство метилендиоксипировалерон (MDPV), массой 0,728 гр., что относится к значительному размеру; вещество, содержащее в своём составе наркотическое средство ?-PVP (?-пирролидиновалерофенон), относящееся к производному наркотического средства N-метилэфедрон, массой 3,513 гр., что относится к крупному размеру, которые в последующем ФИО3, согласно отведённой ему роли, получил в неустановленном следствием месте в (адрес) и передал ФИО2 для фасовки мелкими партиями, вместе с которой в дальнейшем незаконно хранили данные наркотические средства по месту своего жительства в (адрес).73 по (адрес). 

Далее, (дата) ФИО2, находясь в вышеуказанной квартире незаконно сбыла Свидетель №18 часть вышеуказанного ранее приобретённого наркотического средства – смесь, содержащую ?-пирролидиновалерофенон (?-PVP), относящееся к производному наркотического средства N-метилэфедрон, массой не менее 0,486 гр., которое в последующем было изъято при задержании (ФИО)10 сотрудниками полиции. 

28 ноября 2015 года ФИО2, действуя по предварительному сговору с ФИО3, получив от Свидетель №22 через платёжную систему «QIWI» денежные средства в качестве оплаты за наркотическое средство, с целью конспирации преступных действий прикрепила часть вышеуказанного ранее приобретённого наркотического средства – смесь, содержащую ?-пирролидиновалерофенон (?-PVP), относящееся к производному наркотического средства N-метилэфедрон, массой не менее 0,43 гр., к папке с документами и передала её ФИО3, который в свою очередь, находясь у (адрес) в (адрес) (GPS-координаты: 605912, 69151), незаконно сбыл Свидетель №22 данный наркотик, изъятый в дальнейшем при задержании последнего сотрудниками полиции. 

18 января 2016 года ФИО2, получив от Свидетель №6 через платёжную систему «QIWI» денежные средства в качестве оплаты за наркотическое средство, с целью конспирации поместила часть вышеуказанного ранее приобретённого наркотического средства – смесь, содержащую ?-пирролидиновалерофенон (?-PVP), относящееся к производному наркотического средства N-метилэфедрон, массой 0,918 грамма, в мобильный телефон, который (ФИО)11, не неосведомлённый о преступных намерениях ФИО2, около подъезда (номер) (адрес) в (адрес) передал Свидетель №6 В дальнейшем данный наркотик был изъят у Свидетель №6 при задержании сотрудниками полиции. 

12 февраля 2016 года ФИО2, находясь у себя в квартире по адресу: (адрес), незаконно сбыла Свидетель №23 часть вышеуказанного ранее приобретённого наркотического средства – смесь, содержащую метилендиоксипировалерон (MDPV), массой не менее 0,728 гр., изъятое в дальнейшем у Свидетель №23 при задержании сотрудниками полиции. 

В продолжение своего совместного с ФИО3 преступного умысла на незаконный сбыт наркотических средств, не позднее 17 февраля 2016 года ФИО2 посредством программы «Telegram» приобрела у неустановленного лица под ником «Stuff Store» и «Tsum», наркотическое средство – смесь содержащую ?-PVP (?-пирролидиновалерофенон), относящееся к производному наркотического средства N-метилэфедрон, общей массой не менее 3,789 гр., которое ФИО3, согласно отведённой ему роли, забрал из тайника-закладки по адресу: (адрес), подъезд (номер), и хранил при себе с целью последующего незаконного сбыта, до задержания (дата) около 23 ч. 23 мин. сотрудниками полиции. 

Кроме того, в период с 23.50 час. (дата) до 02.15 час. (дата) в ходе обыска жилища ФИО2 и ФИО3 по адресу: (адрес), было обнаружено и изъято наркотическое средство – смесь содержащая ?-PVP (?-пирролидиновалерофенон), относящееся к производному наркотического средства N-метилэфедрон, общей массой 1,679 гр., хранящееся ФИО2 и ФИО3 в целях последующего незаконного сбыта.

Вышеуказанные действия ФИО2 и ФИО3 в этой части органами предварительного следствия квалифицированы по ч.3 ст.30 – п.«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ как одно единое продолжаемое преступление.

В судебном заседании по инициативе суда перед сторонами на разрешение был поставлен вопрос о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению, на основании п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ, поскольку фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении в части, касающейся обвинения ФИО2 и ФИО3 по ч.3 ст.30 – п.«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемых ФИО2 и ФИО3 как более тяжкого общественно опасного деяния. 

Государственный обвинитель, подсудимые ФИО7, ФИО1, ФИО3, ФИО2 и их защитники – адвокаты Микрюков Г.Е., Умаркулов Г.Р., Варгасов Д.П., Давыдов Е.Ю., в ходе судебного заседания возражали против возврата уголовного дела прокурору.

Подсудимая ФИО5, её защитник – адвокат Ларман А.А., представитель потерпевшего ФИО8, оставили разрешение данного вопроса на усмотрение суда.

Суд постановил вышеуказанное постановление.

В апелляционном представлении Ханты-Мансийский межрайонный прокурор Майоров А.А., просит судебное решение отменить, как незаконное и необоснованное, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе. Положения ст. 237 УПК РФ предусматривают исчерпывающий перечень, по которым уголовное дело может быть возвращено прокурору.

Судом в обоснование решения о возврате дела прокурора указано, что действия ФИО2 и ФИО3, по сути, следует квалифицировать как оконченные преступления в отношении передачи наркотического средства Свидетель №18, Свидетель №22, Свидетель №6, Свидетель №23 в связи с положениями уголовного закона и Постановлений Пленума ВС РФ. 

Вместе с тем, судом не в полной мере учтено, что ФИО2 и ФИО3 ранее осуждены за совершение указанного преступления.

В п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2015 № 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве» предусмотрено, что с учетом взаимосвязанных положений статей 389.22, 389.23 и ч.1 ст. 389.24 УПК РФ о том, что обвинительный приговор, определение, постановление суда первой инстанции могут быть отменены или изменены в сторону ухудшения положения осужденного не иначе как по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего частного обвинителя, их законных представителей и (или) представителей, при новом рассмотрении дела в суде первой или апелляционной инстанции после отмены приговора в связи с нарушением права обвиняемого на защиту, а также по иным основаниям, не связанным с необходимостью ухудшения положения обвиняемого, не допускается применение закона о более тяжком преступлении, назначение обвиняемому более строго наказания или любое иное усиление его уголовной ответственности.

Суд первой инстанции, указывая на необходимость усиления обвинения, существенно ухудшает положение подсудимых в срок, превышающий 1 год.

В апелляционной жалобе адвокат Варгасов Д.П., действующий в защиту интересов подсудимой ФИО1, просит постановление отменить как незаконное и необоснованное, уголовное дело направить на новое рассмотрение.

ФИО1, ФИО3, и др., были осуждены 07.09.2017 года Ханты-Мансийским районным судом ХМАО-Югры. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Суда ХМАО-Югры от 28.10.2021 года данный приговор был изменен. 

Кассационным определением судебной коллегией по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 25.08.2023 года указанные судебные акты были отменены, а уголовное дело передано на новое судебное рассмотрение в тот же суд первой инстанции в ином составе. Также отменены постановление Юргамышского районного суда Курганской области от 15.12.2022 года в отношении ФИО2, постановление Лабытнангского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 30.12.2020 года в отношении ФИО3, постановление Ханты-Мансийского районного суда ХМАО-Югры от 17.06.2021 года в отношении ФИО6

В отношении ФИО2, избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке.

Согласно ч.3 ст.401.15 УПК РФ приговор, определение, постановление суда и все последующие судебные решения отменяются с возвращением уголовного дела прокурору, если при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке будут выявлены обстоятельства, указанные в ч.1 и п.1 ч. 1.2 ст. 237 УПК РФ.

Кассационным определением судебной коллегией по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 25.08.2023 года оснований предусмотренных ч.3 ст.401.15 УПК РФ не установлено, при этом установлено, что в отношении ФИО1, 19.06.2020 года Московским районным судом г. Калининграда вынесено постановление, которым она освобождена от оставшейся части наказания со снятием судимости.

Обжалуемым постановлением ухудшается положение ФИО1, что недопустимо. После возвращения уголовного дела органу предварительного расследования, ФИО1, будет вновь предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, в отношении которого с нее снята судимость и соответственно аннулированы все правовые последствия (ч.6 ст.86 УК РФ).

Не обосновано оставлена без изменения мера пресечения в виде попдиски о невыезде, которая отменена по вступлении приговора в законную силу, а с учетом постановления Московского районного суда г. Калининграда от 19.06.2020 о снятии судимости, которое вступило в законную силу и не отменено до настоящего времени, мера пресечения вообще на момент кассационного рассмотрения отсутствовала. Полагает, что имеется повторное привлечение к уголовной ответственности лица по одному и тому же уголовному делу (обвинению).

Вступившее в законную силу и не отмененное постановление от 19.06.2020 об освобождении от оставшейся части наказания со снятием судимости в отношении ФИО1 препятствует рассмотрению уголовного дела по существу и соответственно вынесению любого судебного акта по данному уголовному делу, за исключением судебного акта по реабилитирующим основаниям.

В апелляционной жалобе адвокат Давыдов Е.Ю., просит постановление в отношении ФИО2, отменить как незаконное и необоснованное, направить уголовное дело на новое рассмотрение.

Судом первой инстанции не учтено, что уголовное дело поступило в суд после отмены ранее вступившего в законную силу приговора Ханты-Мансийского районного суда от 07.09.2017. В кассационном представлении государственным обвинителем Горобченко А.В., доводов о необходимости ухудшения положения осужденного ФИО2 не было приведено.

При этом следует обратить внимание, что пересмотр в кассационном порядке приговора, определения, постановления суда по основаниям, влекущим ухудшение положения осужденного, оправданного, лица, в отношении которого уголовное дело прекращено, допускается в срок, не превышающий одного года со дня вступления их в законную силу, если в ходе судебного разбирательства были допущены повлиявшие на исход дела нарушения закона, искажающие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, либо если были выявлены данные, свидетельствующие о несоблюдении лицом условий и невыполнении им обязательств, предусмотренных досудебным соглашением о сотрудничестве (ч. 1 ст. 401.6 УПК РФ).

Годичный срок для пересмотра судебных решений в сторону ухудшения положения осужденного относится к числу пресекательных сроков. Конституционный Суд РФ в своих решениях неоднократно указывал, что пересмотр и отмена вступившего в законную силу окончательного приговора, если это влечет ухудшение положения осужденного, должны быть обусловлены достаточно кратким сроком, с тем чтобы исключить долговременную угрозу пересмотра приговора (например: постановления Конституционного суда РФ от 17.07.2002 № 13-П, от 11.05.2005 № 5-П, от 05.02.2007 № 2-П; определение Конституционного суда РФ от 08.12.2011 № 1616-0-0.)

Таким образом, при повторном рассмотрении уголовного дела после отмены приговора в связи с нарушением права обвиняемого на защиту, а также по иным основаниям, не связанным с необходимостью ухудшения положения ФИО2 суд первой инстанции не имел правовых оснований для применения положений п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, поскольку не допускается применение закона о более тяжком преступлении или любое иное усиление уголовной ответственности ФИО2

Более того, примененные судом первой инстанции положения п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ не соотносятся с доводами, которые явились основанием для возращения уголовного дела прокурору, что свидетельствует о том, что суд первой инстанции вышел за пределы предоставленных ему полномочий.

В апелляционной жалобе адвокат Умаркулов Г.Р., просит постановление отменить, как незаконное и необоснованное, уголовное дело по обвинению ФИО3, и других подсудимых передать на новое судебное разбирательство. Обжалуемое постановление вынесено с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, содержит выводы суда, не соответствующие фактическим обстоятельствам уголовного дела.

На основании ч.1 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

В обжалуемом постановлении, суд, мотивируя принятое решение о возвращении уголовного дела прокурору для устранения допущенных нарушений, предопределяя исход уголовного дела, дал юридическую оценку действиям обвиняемых ФИО2 и ФИО3, в то время, как уголовное дело по существу не рассматривалось, имеющиеся доказательства судом не исследовались. Фактически суд проанализировал и дал юридическую оценку действиям обвиняемых, а также высказал свое мнение о квалификации действий каждого из обвиняемых. В силу ч. 3 ст. 15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования и не выступает на стороне обвинения или стороне защиты, а лишь создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав.

Кроме того, суд, по существу, потребовал от органов предварительного расследования установить умысел обвиняемых на сбыт наркотических средств, то есть произвести дополнительное расследование для вменения более тяжкого преступления. Между тем суд не вправе возвращать уголовное дело прокурору для восполнения неполноты предварительного следствия

В соответствии с ч.1 ст. 401.6 УПК РФ, пересмотр в кассационном порядке приговора, определения, постановления суда по основаниям, влекущим ухудшение положения осужденного, оправданного, лица, в отношении которого уголовное дело прекращено, допускается в срок, не превышающий одного года со дня вступления их в законную силу, если в ходе судебного разбирательства были допущены повлиявшие на исход дела нарушения закона, искажающие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия. Приговор Ханты-Мансийского районного суда от 07 сентября 2017 года вступил в законную силу 28 октября 2021 году.

Просит учесть, что в соответствии с п.20 Пленума Верховного суда РФ от 30.06.2015 № 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве», с учетом взаимосвязанных положений статей 389.22, 389.23 и части 1 статьи 389.24 УПК РФ согласно которого при новом рассмотрении дела в суде первой или апелляционной инстанции после отмены приговора в связи с нарушением права обвиняемого на защиту, а также по иным основаниям, не связанным с необходимостью ухудшения положения обвиняемого, не допускается применение закона о более тяжком преступлении, назначение обвиняемому более строгого наказания или любое иное усиление его уголовной ответственности. 

В суде апелляционной инстанции прокурор Андрюшечкина М.Г. поддержала доводы апелляционного представления, адвокаты Давыдов Е.Ю., Умаркулов Г.Р., Микрюков Г.Е., Варгасов Д.П., поддержали доводы апелляционных жалоб и представления, адвокат Бычков А.А. апелляционные представление и жалобы не поддержал, полагал постановление суда законным и обоснованным.

Проверив материалы дела, выслушав мнение сторон, исследовав доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб, суд находит постановление подлежим отмене в связи с нарушением уголовно-процессуального закона.

В соответствии с ч.1 ст. 401.6 УПК РФ, пересмотр в кассационном порядке приговора, определения, постановления суда по основаниям, влекущим ухудшение положения осужденного, оправданного, лица, в отношении которого уголовное дело прекращено, допускается в срок, не превышающий одного года со дня вступления их в законную силу, если в ходе судебного разбирательства были допущены повлиявшие на исход дела нарушения закона, искажающие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия. 

Конституционный Суд РФ в своих решениях, в частности в постановлениях от 17.07.2002 № 13-П, от 11.05.2005 № 5-П, от 05.02.2007 № 2-П; определении от 08.12.2011 № 1616-0-0, указывал, что пересмотр и отмена вступившего в законную силу окончательного приговора, если это влечет ухудшение положения осужденного, должны быть обусловлены достаточно кратким сроком, с тем чтобы исключить долговременную угрозу пересмотра приговора. Годичный срок для пересмотра судебных решений в порядке надзора является пресекательным сроком.

Согласно пункту 20 постановления Пленума Верховного Суда от 30 июня 2015 г. N 29 "О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве" с учетом взаимосвязанных положений статей 389.22, 389.23 и части 1 статьи 389.24 УПК РФ о том, что обвинительный приговор, определение, постановление суда первой инстанции могут быть отменены или изменены в сторону ухудшения положения осужденного не иначе как по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего, при новом рассмотрении дела в суде первой или апелляционной инстанции после отмены приговора в связи с нарушением права обвиняемого на защиту, а также по иным основаниям, не связанным с необходимостью ухудшения положения обвиняемого, не допускается применение закона о более тяжком преступлении, назначение обвиняемому более строгого наказания или любое иное усиление его уголовной ответственности.

При новом рассмотрении уголовного дела после отмены приговора суд первой инстанции не вправе ухудшить положение осужденного, если обстоятельства, послужившие основанием для этого, не указывались в кассационном, надзорном представлении либо жалобе потерпевшего, частного обвинителя, их законных представителей и (или) представителей и если по этим основаниям приговор не отменялся судом кассационной, надзорной инстанций.

Таким образом, законодательно установлено, что при новом рассмотрении уголовного дела после его отмены по основаниям не связанным с необходимостью ухудшения положения обвиняемого, не допускается принятие решений, которыми каким либо образом ухудшается положение обвиняемого.

Приговор Ханты-Мансийского районного суда от 07 сентября 2017 года вступил в законную силу 28 октября 2021 году.

Из материалов дела следует, что определением кассационного суда общей юрисдикции от 25.08.2023 года приговор Ханты-Мансийского районного суда ХМАО – Югры от 07.09.2017, которым ФИО7, ФИО1, ФИО5 осуждены по ч.4 ст.159 УК РФ, ФИО3 по ч.3 ст.30- п. «г» ч.4 ст.228.1УК РФ, ФИО2 по ч.4 ст.159, ч.3 ст.30- п. «г» ч.4 ст.228.1УК РФ отменён с возвращением уголовного дела на новое судебное рассмотрение в тот же суд первой инстанции в ином составе. 

Как следует их определения суда кассационной инстанции от 25.08.2023 года основанием для отмены приговора суда явились нарушения уголовно-процессуального закона, выразившееся в том, что имелись обстоятельства, исключающие возможность участия судьи Блашковой Л.Л. по делу в отношении ФИО2 и ФИО3 по ч.3 ст.30 п.»г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, т.к. рассмотрение ею данного уголовного дела оказалось связанным с оценкой обстоятельств, ранее уже исследованных с ее участием при рассмотрении уголовного дела в отношении Свидетель №23

Таким образом, отмена приговора суда не была обусловлена обстоятельствами, связанным с необходимостью ухудшения положения обвиняемых, в частности в связи с тем, что фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемых как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния, необходимостью квалифицировать действия ФИО3 и ФИО2 как отдельное преступление по каждой передаче наркотических средств Свидетель №18, Свидетель №22, Свидетель №6, Свидетель №23 и их хранения.

При таких обстоятельствах, после отмены приговора суда по основаниям, не связанным с ухудшением положения осужденных, суд при новом рассмотрении уголовного дела был не вправе принимать решение, которое бы каким либо образом ухудшало их положение, в том числе возвращая дело прокурору по основанию, предусмотренному п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ.

Однако суд, без учета вышеуказанных положений закона возвратил дело прокурору по основанию, предусмотренному п.6 ч.1 ст.237 УПК, т.е. ухудшающему положение подсудимых, что является нарушением вышеуказанных требований закона.

При таких обстоятельствах постановление подлежит отмене с передачей на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.

Доводы стороны защиты о необходимости вынесения постановления о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО1 являются не состоятельными, поскольку не относятся к предмету рассмотрения вопроса о возвращении уголовного дела прокурору.

Доводы апелляционной жалобы о незаконном сохранении меры пресечения ФИО1 являются не обоснованными. Мера пресечения в виде подписки о невыезде была избрана на стадии предварительного следствия, оставлена судом без изменения до вступления приговора в законную силу. Поскольку приговор в отношении ФИО1 отменен определением суда кассационной инстанции от 23.08.2023 года, то суд постановлением о назначении судебного заседания без проведения предварительного слушания от 11.10.2023 года сохранил ей ранее избранную меру пресечения в виде подписки о невыезде. Данное постановление не отменено и вступило в законную силу.

Суд апелляционной инстанции, отменяя постановление о возвращении уголовного дела прокурору и передавая дело на новое судебное разбирательство, также полагает необходимым оставить без изменения меру пресечения в отношении подсудимых ФИО5, ФИО6 и ФИО1, ФИО3 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, а подсудимой ФИО2 – меру процессуального принуждения в виде обязательства о явке.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.15, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Ханты-Мансийского районного суда ХМАО-Югры от (дата) о возвращении уголовного дела прокурору в отношении ФИО2, ФИО3, ФИО5, ФИО4, ФИО1 для устранения препятствий его рассмотрения судом - отменить. 

Уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда.

Подсудимым ФИО5, ФИО6 и ФИО1, ФИО3 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, а подсудимой ФИО2 – меру процессуального принуждения в виде обязательства о явке, оставить без изменения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ. Кассационные жалобы или представления на апелляционные определения или постановления, подаются в Седьмой кассационный суд г. Челябинск через суд (городской, районный) постановивший судебный акт в I-й инстанции течение шести месяцев со дня его провозглашения, а лицом, содержащимся под стражей, с момента получения копии апелляционного постановления.

В суде кассационной инстанции вправе принимать участие лица, указанные в ч. 1 ст. 401.2 УПК РФ, при условии заявления ими соответствующего ходатайства, в том числе лица, содержащиеся под стражей или отбывающие наказание в виде лишения свободы, с учетом положений, предусмотренных ч. 2 ст. 401.13 УПК РФ.

Судья Суда ХМАО-Югры- М.А. Аксентьева