Судебный участок №4 г. Петрозаводска № № 

Мировой судья Егорова С.С. (№)

Р Е Ш Е Н И Е

03 июля 2023 года г. Петрозаводск

Судья Петрозаводского городского суда Республики Карелия Сучилкина Инга Сергеевна, при секретаре Васильевой А.О., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка №4 г.Петрозаводска Республики Карелия от ДД.ММ.ГГГГ по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст.17.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки 

<

данные изъяты>, вдовы, зарегистрированной и проживающей по адресу: 

<

адрес>, 

установил:

Постановлением мирового судьи судебного участка №4 г.Петрозаводска Республики Карелия от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.17.3 КоАП РФ, и подвергнута административному наказанию в виде административного штрафа в размере 1000 рублей.

В жалобе ФИО1 выражается несогласие с постановлением по делу об административном правонарушении и ставится вопрос о его отмене и прекращении производства по делу. В обоснование заявленных требований ФИО1 указывает, что событие и состав административного правонарушения отсутствует, поскольку протокол об административном правонарушении, рапорт должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении, показания данного лица и свидетеля в суде, и видеозаписи с камер видеонаблюдения находятся вне контекста нарушений со стороны приставов прав ее подзащитного ФИО2 (истца по делу №), и ее прав как его защитника на доступ к правосудию в этот день и на защиту от нарушений приставов, не подтверждают событие и состав административного правонарушении, ее (ФИО1) виновность в его совершении, содержат существенные недостатки и не содержат доказательств того, что к ней (ФИО1) были предъявлены законные требования судебных приставов, а также не содержат доказательств того, что требование пристава о прекращении видеофиксации ею не было исполнено. 

Поясняет, что незаконное требование пристава ФИО3 было ей (ФИО1) исполнено, что подтверждается видеозаписью № (с камер видеонаблюдения в здании суда), предоставленной в суд первой инстанции. Указанная запись была продемонстрирована в судебном заседании, расписана по минутам и прокомментирована, на ней отлично видно, что буквально через 30 секунд после того, как к ней (ФИО1) подошёл пристав ФИО3, она выключила видеозапись и закрыла телефон. Но, несмотря на это, пристав ФИО3 и суд оговаривают ее, утверждая, что она (ФИО1) «никак не реагировала и запись не прекратила». Требование пристава ФИО3 прекратить видеофиксацию было незаконным, так как она совершала законные действия, которые ей разрешает Конституция РФ и законы РФ, которые прямо указывают, что она (ФИО1) не может руководствоваться нормативно-правовыми актами, которые не опубликованы официально, и что ее права могут ограничить только федеральные законы, а они ей разрешают вслед за Конституцией РФ, вести сбор информации, касающейся ее прав, свобод и законных интересов всеми доступными ей способами, не запрещёнными законом (правила, которые по иерархии верховенства законов стоят ниже, в случае противоречия законам, не порождают правовых последствий для гражданина). 

При этом суд в своём постановлении и секретарь судебного заседания в протоколе судебного заседания, тщательно избежали рассмотрения и описания существенных обстоятельств данного дела и ее (ФИО1) доводов, которые она изложила в своих письменных возражениях, а также которые она (ФИО1) и ее защитник излагали в судебном заседании устно, и которые кардинально меняют картину, нарисованную судебными приставами. Постановление суда построено на ложных посылках и на сокрытии (в данных обстоятельствах по делу) грубых нарушений, совершённых со стороны судебных приставов по ОУПДС ДД.ММ.ГГГГ в отношении ее (ФИО1) прав и прав ее подзащитного (ФИО2) по делу №. Тем самым суд в отношении нее нарушил нормы права и принципы правосудия, в том числе равенство сторон и состязательность, не разрешил дело в соответствии с законом.

Указывает, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 - истец по делу №, и она (ФИО1) - в качестве его защитника по данному делу, подошли в здание Петрозаводского городского суда, чтобы ознакомиться с материалами дела и получить решение суда первой инстанции. На входе в здание суда судебный пристав, который проводил около турникета процедуру осмотра в отношении ФИО2 целых 4 минуты, завершив осмотр, почему-то не пропустил ФИО2 к стойке регистрации для предъявления документа (как это обычно происходит в городском суде), а сам потребовал предъявить ему удостоверение личности. ФИО2, по требованию пристава предъявил свой военный билет государственного образца, который является бессрочным документом, удостоверяющим личность гражданина. Однако пристав поставил под сомнение фотографию в военном билете ФИО2, тогда он (ФИО2) предоставил своё действующее водительское удостоверение, которое является документом, удостоверяющим личность, согласно разъяснениям Решения Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №№. Однако водительское удостоверение тоже не устроило пристава. Тогда ФИО2 предъявил удостоверение участника общественного Объединения «Гармония», в котором тоже имеется фотография и другие персональные данные, а также свидетельства от шестерых человек, удостоверяющих личность ФИО2 Однако судебного пристава и этот документ не устроил, и судебный пристав, проводивший осмотр, отказал ФИО2 в возможности пройти к помощнику судьи Ермишиной Е.С., чтобы ознакомиться с материалами дела и получить решение. Чтобы урегулировать возникшую ситуацию, ФИО2 попросил пригласить старшего, на что ему было отказано. Получив отказ со стороны пристава пригласить старшего, для сбора доказательства нарушения своих прав и в целях самозащиты, ФИО2 попросил ее (ФИО1) зафиксировать данный факт отказа на видео. Она (ФИО1) официально огласила, что в целях защиты будет собирать доказательства о нарушении прав ее подзащитного и ее на доступ к правосудию. После ее (ФИО1) слов тут же появился старший по объекту – ФИО3, который повёл себя некультурно, не прояснил ситуацию, а сходу запретил ей проводить сбор доказательств, выдвинув своё незаконное требование о прекращении видеофиксации. Хотя она (ФИО1) понимала, что требование пристава ФИО3 является незаконным (ч.4 ст.29, ст.45, ч.2, 3 ст.55 Конституции РФ, ст.14 ГК РФ, ст.8 ФЗ-149 «Об информации», ст.3 ФЗ-273 «О коррупции» и др.), но она его исполнила и видеофиксацию прекратила. Таким образом, ФИО3, запретив ей видеофиксацию нарушений со стороны его подчинённых в отношении их прав, отказал им в их законном праве (ч.4 ст.29, ст.45, ч.2, 3 ст. 55 Конституции РФ; ст.8 ФЗ-149 «Об информации», ст.3 ФЗ-273 «О коррупции» и др.) на сбор доказательств о фактах нарушений со стороны судебных приставов. Более того, в этот же день ФИО2 пытался пройти в суд во второй раз, и на этот раз уже второй пристав (примерно с 11 час. 46 мин. до 11 час. 50 мин.) намеренно и необоснованно, с грубыми высказываниями в его (ФИО2) адрес не пропустил ее подзащитного в помещения суда. Кроме того, по вине ФИО3 они были лишены возможности все это официально зарегистрировать на видео.

Поясняет, что ДД.ММ.ГГГГ она (ФИО1) и ее подзащитный ФИО2 вели себя культурно, вежливо, не нарушали общественный порядок, исполнили все законные требования судебных приставов, предъявив им для осмотра всё, что они просили. Однако ФИО2 не допустили до стойки регистрации для предъявления документа. Также они исполнили незаконное требование старшего пристава ФИО3 о прекращении фиксации на видео фактов нарушений со стороны пристава ФИО4 

Полагает, что оснований для составления протокола об административном правонарушении не имелось, так как фактически ДД.ММ.ГГГГ на посту судебными приставами (ФИО4, ФИО3 и ФИО7) в здании Петрозаводского городского суда в период времени с 11 час. 23 мин. до 12 час. 15 мин. были грубо нарушены их законные права (ч.4 ст.29, ст.45, ч.2, 3 ст.55 Конституции РФ; ст.8 ФЗ-149 «Об информации», ст.3 ФЗ-273 «О коррупции» и др.), а именно: приставы ФИО4 и Тюмин необоснованно, незаконно препятствовали им в реализации права на ознакомление с материалами гражданского дела и получение судебного решения (ч.2 ст.24, ст.56 Конституции РФ); по законному требованию ФИО2 пристав ФИО4 не пригласил руководителя для разрешения конфликта, спровоцированного самим приставом ФИО4; пристав ФИО3 незаконно запретил ей (ФИО1) по просьбе ее подзащитного ФИО2 по делу № законный сбор доказательств грубого нарушения их прав со стороны подчинённых старшего пристава на объекте ФИО3 (ч.4 ст.29, ст.4 Конституции РФ), при этом они (ФИО1, ФИО2) вели себя добросовестно и полностью в рамках закона, к тому же выполнили все требования приставов, а в отношении них приставы, пользуясь тем, что их слова не были слышны на камерах видеонаблюдения, совершали акт глумления над достоинством человека, нарушили их права и выставили нарушителями; ею не проводилась запланированная видеосъёмка, запрет на которую имеется в п.4.1. Правил пребывания посетителей в Петрозаводском городском суде Республики Карелия и она не делала предварительный письменный запрос председателю или администратору; перед видеофиксацией и в первые секунды её проведения ей было чётко объявлено вслух о том, что так как пристав нарушил права ее подзащитного ФИО2, то в целях защиты его прав будет производиться видеофиксация нарушений со стороны этого пристава, который злоупотребил своими служебными обязанностями, вёл себя недобросовестно, необоснованно, самоуправно и нарушил права ее подзащитного на правосудие и отказался пригласить старшего. В тот день старшим приставом на объекте был ФИО3, который прекрасно видел и слышал, что его подчинённый в течение 4 минут явно злоупотребляет своим правом. Пристав ФИО3 воспрепятствовал ей (ФИО1) в защите прав ее подзащитного (ФИО2) от нарушений со стороны пристава ФИО4, что помешало ей собрать в этот же день с 11 час. 46 мин. до 11 час. 50 мин. надлежащие доказательства нарушений и грубого, оскорбительного поведения со стороны пристава ФИО7. Таким образом, запретив ей фиксировать на видео нарушения со стороны своих подчинённых, ФИО3 покрыл их противоправные, виновные действия, а также нарушил их конституционные права на сбор информации в защиту прав любыми доступными способами (ч.4 ст.29, ст.45, ч.2, 3 ст.55 Конституции РФ; ст.14 ГК РФ и др.).

Полагает, что требование пристава ФИО3 нарушало права ФИО2, так как препятствовало ей (ФИО1) в законном сборе информации о фактах нарушения прав ее подзащитного должностным лицом при исполнении им служебных обязанностей, а именно приставом ФИО4 Также требование ФИО3 нарушало ее законные права на фиксацию нарушения прав ее подзащитного (ФИО2) со стороны пристава, который является подчинённым старшего пристава ФИО3 В своём требовании прекратить видеофиксацию, пристав ФИО3 опирался на Правила поведения посетителей в Петрозаводском городском суде (далее - Правила), которые в силу п.3 ст.15 Конституции РФ не могут применяться в полном объёме, так как не прошли в установленном законом порядке процедуру официального опубликования. Также в процессе судебного заседания она неоднократно указывала суду на то, что пункт 4.1. Правил поведения посетителей в Петрозаводском городском суде грубо противоречит нормам Конституции РФ, действующим законам РФ, а потому не может применяться и не порождает правовых последствий для человека и гражданина. В соответствии с пунктом 3 статьи 15 Конституции РФ данные Правила поведения посетителей в Петрозаводском городском суде не могут применяться в полном объёме, так как не прошли процедуру официального опубликования в установленном законом порядке.

Таким образом, суд был обязан, в силу п.2 ст.120, ч.3 ст.15 Конституции РФ, следовать указаниям, данным судьям РФ в п.7, п.6 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, установив при рассмотрении дела несоответствие акта государственного или иного органа закону и принять решение в соответствии с законом, а также проверить данные Правила на предмет обязательного официального опубликования и, установить, что Правила официально не опубликованы и применить юридически значимый закон, описывающий данную норму права. Но суд действовал в нарушение вышеуказанных норм, и применил при вынесении своего постановления пункт 4.1 Правил поведения посетителей в Петрозаводском городском суде, который не должен был применять, так как он не соответствует законам, и не применил применимые к данному случаю законы. Также суд в целом применил Правила, которые ещё и не опубликованы официально.

Обращает внимание на положение п.4.1 Правил поведения посетителей в Петрозаводском городском суде, ч.3 ст.15, ст.18, ч.2 ст.120 Конституции РФ, Постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия», ч.1 ст.1.5 КоАП и указывает, что суд действовал в нарушение вышеуказанных норм, и применил при вынесении своего постановления пункт 4.1 из Правил поведения посетителей в Петрозаводском городском суде, который не должен был применять, так как он не соответствует законам, и не применил применимые к данному случаю законы, а применил Правила, которые ещё и не опубликованы официально. Суд ссылается на то, что председатель суда уполномочен устанавливать и утверждать Правила внутреннего распорядка суда на основе типовых правил внутреннего распорядка судов, утверждаемых Советом судей РФ. Однако ей (ФИО1) не оспариваются данные полномочия председателя суда, но вместе с тем данная ссылка суда несостоятельна в том плане, что типовые правила, на которые суд ссылается, не являются шаблоном для составления Правил поведения посетителей в суде, а всего лишь являются сугубо внутренним документом, положения которого предписывают инструкции только для работников суда и судей, но не для посетителей. Главным и очевидным является то, что председатель суда, облечённый законом установить Правила поведения посетителей в суде не наделён правом устанавливать в этих Правилах нормы, которые противоречат нормам, установленным в Конституции РФ и федеральных законах РФ. 

Полагает, что законность требования старшего судебного пристава по ОУПДС ФИО3 ни самим приставом, ни судом в судебном заседании и в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ не была обоснована и доказана. Незаконное требование пристава ФИО3 ей (ФИО1) даже было исполнено, как только она сумела уловить сознанием его требование, она сразу прекратила видеофиксацию, дабы более не испытывать на себе его угрозы, напор, его психологическое и энергетическое давление. 

Указывает, что судом был принят к производству протокол об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ №, который не несёт признаков официального документа и не содержит доказательств ее вины. Лицо, составившее данный протокол (ФИО3), не смог надлежаще подтвердить свои полномочия на составление протокола об административном правонарушении по ч.2 ст.17.3 КоАП. Также судебный пристав по ОУПДС ФИО3 до начала процедуры составления протокола не смог предоставить и подтвердить свои полномочия совершать действия в отношении третьих лиц от имени Службы судебных приставов, не предоставил данные об организации, которую он представляет, о её государственной регистрации, не предоставил доверенность от руководителя организации, имеющего право действовать без доверенности от имени организации. Протокол об административной правонарушении, составленный ФИО3 не содержит признаков официального документа, выполнен не на бланке, содержит наименование организации, не зарегистрированной в ЕГРЮЛ (в ЕГРЮЛ организации с наименованием Управление Федеральной службы судебных приставов России по Республике Карелия отсутствует, а есть Управление Федеральной службы судебных приставов по Республике Карелия). 

Поясняет что, события, произошедшие ДД.ММ.ГГГГ, которые отражены в протоколе об административном правонарушения №, можно квалифицировать как фальсификацию событий и доказательств, с целью скрыть нарушения своих подчинённых на объекте. Также в протоколе с ее слов (ФИО1) и слов ФИО2, права которого она пыталась защитить ДД.ММ.ГГГГ от беспредела приставов, были кратко описаны реальные события того конфликта, который создала группа приставов на посту в городском суде. Однако суд не только не учел их доводы, вписанные в протокол об административном правонарушении приставом ФИО3 (на двух страницах), но обошел их стороной и в судебном заседании, и в своём постановлении, как будто их нет вообще. Кроме того, рапорт, поданный старшим приставом ФИО3 начальнику СОСП по ОУПДС ФИО5, фальсифицирует события и доказательства по данному делу и вводит в заблуждение своего начальника. 

Таким образом, протокол и рапорт, имеющиеся в материалах дела об административном правонарушении, поступившие в суд, показывают на то, что она не исполнила законное требование судебного пристава, однако законного требования судебным приставом заявлено не было. ФИО3 не указал в протоколе и рапорте, что до видеофиксации, с 11 час. 26 мин. до 11 час. 30 мин. пристав ФИО4 грубо нарушил права ФИО2, безосновательно не пропустил его к стойке регистрации и далее в помещения суда, а также не пригласил по его просьбе старшего для разрешения конфликта, созданного незаконными действиями пристава ФИО4 

Кроме того, протокол и рапорт, составленные ФИО3, были сфальсифицированы в части, касающейся неисполнения ей (ФИО1) его требований о прекращении видеосъёмки, так как по требованию пристава ФИО3 видеофиксация нарушений со стороны пристава ФИО4 ей была прекращена. При этом даже на беззвучной видеозаписи с камер наблюдения хорошо видно, что ровно через 30 секунд после того, как к ней (ФИО1) подошёл пристав ФИО3, она прекратила видеофиксацию по его незаконному требованию. Всё видео длилось 1 минуту 18 секунд (с 10:30:09), а пристав ФИО3 подошёл к ней в 10:30:57, а уже в 10:31:27 по незаконному требованию пристава ФИО3 видео было выключено и телефон закрыт. 

Отмечает, что протокол судебного заседания сильно искажает ее (ФИО1) и защитника (ФИО2) вопросы и высказывания, ответы ФИО3 и ФИО6, меняя суть событий, произошедших ДД.ММ.ГГГГ, смысл доводов и высказываний с ее стороны и со стороны защитника. Секретарь судебного заседания заинтересованно подошла к выбору того, что фиксировать, а что опустить или исказить в протоколе судебного заседания. Во время опроса пристава ФИО4 в качестве свидетеля, суд обещал ей (ФИО1), что всё, что она будет говорить при данной процедуре, будет отражено в протоколе судебного заседания (на аудио это слышно), однако в протоколе судебного заседания имеется лишь малая часть того, о чём в суде шёл диалог с ФИО4

Уточняет, что пристав ФИО4 не может выступать в качестве свидетеля по данному делу, так как он является заинтересованным лицом, ведь именно он является виновником и провокатором ситуации ДД.ММ.ГГГГ, именно он необоснованно, незаконно отказал в проходе ФИО2, который исполнил все требования ФИО4, и именно пристав ФИО4 отказал ФИО2 пригласить старшего для урегулирования данного вопроса. 

Указывает, что пристав ФИО3 говорил в суде неправду, что она (ФИО1) не исполнила его требование. ФИО3 не сумел доказать, что его требование прекратить видеофиксацию нарушений со стороны пристава ФИО4 были основаны на нормах федеральных законов и Конституции РФ. Кроме того, сам ФИО3 в суде говорил о том, какая принята традиция проверки и регистрации посетителей на посту в Петрозаводском городском суде: «ФИО1 прошла процедуру осмотра, после чего отошла до поста судебных приставов для предъявления документа, удостоверяющего личность». Из этих слов ФИО3 видно, как обычно происходит процедура пропуска посетителей в помещения суда: первый пристав у турникета производит осмотр вещей и одежды посетителя, а затем предлагается пройти к стойке для предъявления другому приставу документов, удостоверяющих личность, который заносит данные посетителя в журнал регистрации.

Помимо указанного, суд в своём постановлении от ДД.ММ.ГГГГ незаконно обвиняет ее (ФИО1) в совершении нарушения общественного порядка. Так, на странице 4, абзац 2 Постановления, суд, опираясь на п.1 ст.11 Федерального закона № 118-ФЗ, подвел проведение ей (ФИО1) видеофиксации нарушений со стороны пристава под нарушение общественного порядка, и, по факту, вменил обвинение в нарушении общественного порядка в здании, помещениях суда, а также то, что пристав, защищая от ее нарушений общественный порядок, законно требовал прекратить действия, нарушающие этот (общественный) порядок, а она это не исполнила, то есть, ее действия состояли в том, что она хулиганила в здании суда, нарушая общественный порядок, при этом не прекратила его нарушать даже тогда, когда пристав неоднократно ей делал замечание прекратить нарушать этот (общественный) порядок. В постановлении суд указывает, что запрета на видеосъёмку в других помещениях суда в Правилах нет, а есть только норма о необходимости согласовать с председателем суда место проведения фото- и видеосъёмки. Суд, рассмотрев ее (ФИО1) ходатайство о проведении видеофиксации в судебном заседании, проявил явную заинтересованность, без объективных на то причин ограничив видеосъёмку в судебном заседании только в части оглашения протокола об административном правонарушении, составленного приставом ФИО3 и оглашения Постановления (то есть разрешил вести запись только обвинительной формальной части, которую смогут прочитать без видеозаписи), при этом лишил возможности сделать видеозапись именно той части заседания, в которой ей и ФИО2 приводились доказательства ее невиновности и доказательства виновности приставов ФИО4, ФИО3 и ФИО7. Тем самым, суд перевел открытое судебное заседание в формат закрытого судебного заседания. В процессе судебного разбирательства ДД.ММ.ГГГГ судом не были всесторонне, полно и объективно исследованы все обстоятельства дела в их совокупности, доказательства ее (ФИО1) невиновности, предоставленные ей и ФИО2 не были рассмотрены и применены. Судом были безоговорочно приняты лишь бездоказательные доводы и суждения должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении и свидетеля ФИО4, которые фактически сами и были нарушителями их прав ДД.ММ.ГГГГ в холле здания суда. При этом судом были полностью проигнорированы ее доводы и доводы ее защитника, им не была дана надлежащая правовая оценка. Не была доказана законность требований пристава, было применено ложное обвинение, что требование пристава не было исполнено, а также была совершена попытка незаконно инкриминировать ей нарушение общественного порядка, то есть мелкое хулиганство, тогда как по закону ее нельзя обвинить в проведении видеофиксации нарушений со стороны приставов.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 представлены дополнения к жалобе, из которых следует, что пристав ФИО4 не потребовал у ФИО2 предъявить ему именно паспорт РФ, зная что ФИО2 всегда предъявляет паспорт РФ только по требованию, а если требуют предъявить удостоверение личности, то ФИО2 всегда предъявляет другие документы, в которых надлежаще отображены его данные. Когда ФИО4 услышал, что ФИО2 просит ее (ФИО1) зафиксировать на видео нарушение его права пройти в суд, и после этого услышал, как она чётко и громко сказала официально, что собирается производить видео протокол нарушений прав ее подзащитного со стороны приставов, то ФИО4, увидев, что к ним подходит ФИО3, сразу отвернулся от них, сделав вид, что не нарушает права ФИО2, а досматривает другого гражданина. 

Поясняет, что ДД.ММ.ГГГГ она (ФИО1) и ФИО2 четырежды в течении часа стали жертвами правонарушений со стороны судебных приставов по ОУПДС, а именно: в холле здания суда судебный пристав по ОУПДС ФИО4 безосновательно, незаконно и самоуправно ограничил законное право ФИО2 на проход в помещения суда для ознакомления с делом и на получение решения суда, тем самым действовал, превышая свои полномочия, грубо нарушил право ФИО2 на проход в помещения суда для осуществления его гражданско-процессуальных прав, на своевременную и полноценную защиту в апелляции. Пытаясь реализовать своё законное право на правосудие и защиту от злоупотребления властью со стороны первого нарушителя (судебного пристава ФИО4) ФИО2 попросил пригласить старшего, но получил отказ. После этого, пользуясь своими конституционными правами, ФИО2 обратился к ней (ФИО1) с просьбой зафиксировать на видео незаконные действия судебного пристава, который является должностным лицом исполнительной власти и осуществляет публичную деятельность в здании суда, получая за это заработную плату из бюджета, тогда как они теряли время своей жизни на борьбу с нарушениями их прав. Наблюдавший за этим ФИО3, как старший на объекте, вместо того, чтобы вовремя остановить своих подчинённых и восстановить нарушенные права ФИО2, подошел к ним только тогда, когда увидел, что на видеокамеру смартфона снимаются незаконные действия его подчинённых. Таким образом, старший пристав на объекте ФИО3, находясь при исполнении своих служебных обязанностей, в отношении них (ФИО1, ФИО2) исполнял их ненадлежаще и своими действием/бездействием покрыл противоправные, самоуправные действия своего подчинённого. 

Уточняет, что Конституция РФ и целый ряд соответствующих законов и других действующих нормативно-правовых актов РФ не только не запрещают ей (ФИО1) видеосъёмку публичных правоотношений, но в целях гласности публичных правоотношений, противодействия ненадлежащему поведению должностных лиц, а также в целях противодействия коррупции, утверждает ее право на самозащиту, в том числе на сбор информации в защиту их прав любыми доступными средствами, не запрещёнными законом, в данном случае с помощью видеофиксации. Старший пристав ФИО3, запрещая ей (ФИО1) видеофиксацию правонарушения, которое совершал в холле здания суда подчинённый ему судебный пристав ФИО4, в своём требовании опирался на противоречащий Конституции и законам РФ пункт 4.1. Правил поведения посетителей в здании суда, которые, как выяснилось позже, не могли быть применены к ней, поскольку в полном объёме не вступили в законную силу, не были официально опубликованы в газете «Карелия» в установленные законом сроки, а также не зарегистрированы в Минюсте. Старший пристав ФИО3 незаконно лишил их права, данного им Конституцией РФ и соответствующими законами.

Полагает, что суд не имел права обвинить ее (ФИО1) за законные действия по видеофиксации нарушений со стороны приставов в холле здания суда, в своём постановлении ее действия переквалифицировал скрытно, с ч.2 ст.17.3 (так как не было законного требования судебного пристава и не могло быть его неисполнения), в статью о нарушении общественного порядка в здании суда, которая квалифицируется как «Мелкое хулиганство» и по которой должны составлять протокол представители МВД по статье 20.1 КоАП РФ, то есть было применено ложное обвинение, что требование пристава не было исполнено, а также была совершена попытка незаконно инкриминировать ей нарушение общественного порядка, то есть мелкое хулиганство, тогда как по закону ее нельзя обвинить в проведении видеофиксации нарушений со стороны приставов, разве что инкриминировать ей другой вид нарушения, за который законом предусмотрено административное правонарушение.

В судебном заседании ФИО1 и ее защитник ФИО2, действующий на основании устного ходатайства заявителя, доводы жалобы и дополнения к ней поддержали по изложенным в ним основаниям.

ФИО1 пояснила, что судом были полностью проигнорированы ее доводы и доводы защитника, им не была дана надлежащая правовая оценка, кроме того заявленное требование судебного пристава не было законным, тем не менее оно ею (ФИО1) было исполнено. Указала, что ею (ФИО1) ДД.ММ.ГГГГ не велась видеозапись, а велся сбор доказательств, фиксирующих нарушение прав ее подзащитного со стороны судебных приставов. Отметила, что не нарушала в здании суда общественного порядка, в связи с чем ей (ФИО1) мировым судьей незаконно вменяется такое нарушение. Дополнила, что показания свидетелей ФИО3, ФИО4, ФИО7 противоречивы, не могут быть приняты во внимание, учитывая, что это с их стороны было нарушение прав ее подзащитного. Полагала, что со стороны судебных приставов и мирового судьи имелось предвзятое отношение к ней (ФИО1). Просила исключить из числа доказательств копию формы 1-П в отношении нее (ФИО1), поскольку она не содержит достоверных данных относительно ее личности.

Защитник ФИО2 поддержал позицию ФИО1, изложенную в настоящем судебном заседании.

В судебном заседании старший смены на объекте-судебный пристав по ОУПДС СОСП ОУПДС г.Петрозаводска и Прионежского района ФИО3 возражал против доводов жалобы и дополнения к ней, поддержал составленный им протокол об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ и рапорт, подтвердил обстоятельства, изложенные в указанных документах, просил оставить без изменения постановление мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ, полагая его законным и обоснованным. Пояснил, что ранее с ФИО1 знаком не был, неприязненных отношений к ней не имеет. Указал, что ДД.ММ.ГГГГ осуществлял пропускной режим в Петрозаводском городском суде Республики Карелия по адресу: 

<

адрес>, точное время не помнит, когда младший судебный пристав ФИО7 подал ему знак, что ФИО1 осуществляет видеосъемку, после чего он подошел к ФИО1 и заявил ей требование о прекращении видеосъемки в здании суда в отсутствие разрешения председателя или администратора суда, только после третьего требования ФИО1 исполнила его законное требование. В последующем им (ФИО3) был составлен протокол в отношении ФИО1 по ч.2 ст.17.3 КоАП РФ, которой при составлении протокола об административном правонарушении были разъяснены права, предусмотренные ст.25.1 КоАП РФ, положения ст.51 Конституции РФ.

Допрошенный в судебном заседании младший судебный пристав по ОУПДС СОСП ОУПДС г.Петрозаводска и Прионежского района ФИО7 пояснил, что весной 2023 года осуществлял совместно с ФИО4 пропускной режим в здании Петрозаводского городского суда Республики Карелия по адресу: 

<

адрес>, когда увидел, что ФИО1 производит видеосъемку, о чем им было сообщено старшему смены ФИО3

УФССП России по Республике Карелия, будучи надлежащим образом извещенным о времени, дате и месте рассмотрения дела, в судебное заседание своего представителя не направило. 

Заслушав объяснения явившихся лиц, допросив свидетеля, изучив доводы жалобы и дополнения к ней, исследовав материалы дела об административном правонарушении, обозрев видеозапись на 4 DVD-дисках, прослушав аудизапись на CD-диске, проверив дело в соответствии с ч.3 ст.30.6 КоАП РФ в полном объеме, учитывая, что жалоба направлена в суд в соответствии с требованиями ст.30.3 КоАП РФ и срок обжалования не пропущен, судья приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч.2 ст.17.3 КоАП РФ неисполнение законного распоряжения судебного пристава по обеспечению установленного порядка деятельности судов о прекращении действий, нарушающих установленные в суде правила, влечет наложение административного штрафа в размере от одной тысячи до трех тысяч рублей.

В силу ч.1 ст.11 Федерального закона от 21 июля 1997 года №118-ФЗ «Об органах принудительного исполнения Российской Федерации» (далее - Федеральный закон №118-ФЗ) судебный пристав по обеспечению установленного порядка деятельности судов обязан обеспечивать в суде, а при выполнении отдельных процессуальных действий вне здания, помещений суда безопасность судей, присяжных заседателей и иных участников судебного процесса; поддерживать общественный порядок в здании, помещениях суда; выполнять распоряжения председателя суда, председательствующего в судебном заседании судьи по обеспечению общественного порядка в здании, помещениях суда; осуществлять охрану здания, помещений суда.

Согласно ч.2 ст.11 Федерального закона №118-ФЗ судебный пристав по обеспечению установленного порядка деятельности судов имеет право в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации, проверять документы, удостоверяющие личность, у лиц, находящихся в зданиях, помещениях судов, зданиях и помещениях органов принудительного исполнения, а также при осуществлении привода лиц, уклоняющихся от явки по вызову суда (судьи), дознавателя службы судебных приставов или судебного пристава-исполнителя.

На основании ч.ч.1,4 ст.14 Федерального закона №118-ФЗ законные требования сотрудника органов принудительного исполнения подлежат выполнению всеми органами, организациями, должностными лицами и гражданами на территории Российской Федерации. Невыполнение законных требований сотрудника органов принудительного исполнения, в том числе непредоставление информации, предусмотренной пунктом 2 настоящей статьи, или предоставление недостоверной информации, а также действия, препятствующие исполнению служебных обязанностей сотрудником органов принудительного исполнения, влекут ответственность, установленную законодательством Российской Федерации.

Пункт 3.7 Приказа ФССП России от 17 декабря 2015 года №596 «Об утверждении Порядка организации деятельности судебных приставов по обеспечению установленного порядка деятельности судов» устанавливает, что при пропуске посетителей на охраняемый объект (в здание, помещения суда) судебные приставы по ОУПДС осуществляют контроль прохода посетителей; обеспечивают соблюдение посетителями суда установленных правил внутреннего распорядка суда; проверяют документы, удостоверяющие личность.

Судебные приставы по ОУПДС осуществляют свою деятельность в соответствии с нормативными правовыми актами Российской Федерации, правовыми актами ФССП России, а также должностным регламентом. Общие правила поведения посетителей в здании (помещениях) суда определяются правилами, утвержденными приказом председателя соответствующего суда, обязательными для исполнения всеми гражданами, находящимися в здании (помещениях) суда.

Правила пребывания посетителей в Петрозаводском городском суде Республики Карелия определяют нормы поведения граждан при посещении ими здания (помещения) данного суда и расположенных в нем служебных помещений и направлены на обеспечение установленного порядка и эффективной работы судей и работников аппарата суда.

В силу пункта 4.1 Правил пребывания посетителей в Петрозаводском городском суде Республики Карелия (далее – Правила), утвержденных Приказом председателя Петрозаводского городского суда Республики Карелия № от ДД.ММ.ГГГГ, в целях предупреждения и пречесения террористической деятельности иных преступлений и административных правонарушений, обеспечения личной безопасности судей, работников аппарата суда и других граждан в здании служебных помещениях суда посетителям запрещается: во врем судебного заседания производить видеозапись и фотосъемку без разрешения председательствующего судьи (аудиозапись во время судебного заседания проводится в порядке, установленном нормами процессуального законодательства), а в других помещениях суда – без разрешения председателя (или администратора суда). 

Протокол об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ составлен и оспариваемое постановление вынесено по тем основаниям, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 11 часов 29 минут по 11 часов 32 минуты, находясь в здании Петрозаводского городского суда Республики Карелия по адресу: 

<

адрес>, в нарушение п.4.1 Правил пребывания посетителей в Петрозаводском городском суде Республики Карелия производила видеозапись на камеру мобильного телефона без разрешения председателя или администратора суда, на неоднократные законные требования судебного пристава по ОУПДС, заявленные в соответствии со ст.ст.11,14 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №118-ФЗ, о прекращении нарушения установленных в суде правил, а именно о прекращении ведения видеозаписи, не реагировала, продолжала производить видеозапись на камеру мобильного телефона.

Событие административного правонарушения и виновность ФИО1 в его совершении подтверждаются протоколом об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ, который содержит необходимое описание события административного правонарушения и сведения о привлекаемом лице, а также объяснения ФИО1 о несогласии с вменяемым правонарушением; рапортом старшего смены на объекте судебного пристава по ОУПДС ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ год в период времени с 11 час. 29 мин. до 11 час. 32 мин. ФИО1 на пропускном посту судебных приставов по ОУПДС, расположенном на первом этаже Петрозаводского городского суда Республики Карелия по адресу: 

<

адрес>, производила видеозапись на камеру мобильного телефона без разрешения председателя или администратора суда; правилами пребывания посетителей в Петрозаводском городском суде, согласно которым посетителям запрещается производить видеозапись и фотосъемку без разрешения председательствующего судьи, а в других помещениях суда – без разрешения председателя (или администратора суда) (п.4.1 Правил); материалами видеозаписи, другими материалами дела.

Протокол об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ составлен в отношении ФИО1 уполномоченным должностным лицом, данный протокол соответствует требованиям ст.28.2 КоАП РФ и существенных недостатков не имеет, сведения, необходимые для правильного разрешения дела, в нем отражены, событие административного правонарушения должным образом описано, в связи с чем судья признает его в качестве допустимого доказательства по делу.

При этом фактическое указание в протоколе на Управление Федеральной службы судебных приставов России по Республике Карелия, а не на Управление Федеральной службы судебных приставов по Республике Карелия вверху протокола не нарушают права ФИО1, не влияют и не изменяют существо предъявленного ей обвинения, изложенного в протоколе об административном правонарушении, учитывая, что согласно сведений, содержащихся в выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, сокращенным наименованием Управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Карелия является УФССП России по РК.

Настоящее дело об административном правонарушении возбуждено на основании достаточных данных, указывающих на наличие события административного правонарушения, и повода, предусмотренного ч.1 ст.28.1 КоАП РФ.

Согласно ч.1 ст.28.3 КоАП РФ протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных настоящим Кодексом, составляются должностными лицами органов, уполномоченных рассматривать дела об административных правонарушениях в соответствии с главой 23 настоящего Кодекса, в пределах компетенции соответствующего органа.

В силу п.77 ч.2. ст.28.3 КоАП РФ протоколы об административных правонарушениях вправе составлять должностные лица органов, уполномоченных на осуществление функций по принудительному исполнению исполнительных документов и обеспечению установленного порядка деятельности судов, - об административных правонарушениях, предусмотренных частями 2 и 3 статьи 5.35, статьями 5.35.1, 17.3 - 17.6, 17.8, 17.9, частями 2 и 2.1 статьи 17.14, частями 1.1, 1.2, 2.1, 3 и 4 статьи 17.15, частью 1 статьи 19.4, частью 1 статьи 19.5, статьями 19.6, 19.7, частью 3 статьи 20.2.2, частью 4 статьи 20.25 настоящего Кодекса.

В связи с указанным и вопреки доводам заявителя, основания полагать, что протокол об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 составлен ненадлежащим должностным лицом, у судьи отсутствуют.

Каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности должностного лица ФИО3, составившего протокол об административном правонарушении, его необъективности или о допущенных должностных злоупотреблениях, по делу не установлено, в связи с чем, оснований сомневаться в правильном отражении обстоятельств правонарушения в указанном выше процессуальном документе, а также в пояснениях, изложенных должностным лицом в судах первой и второй инстанции, не имеется.

Исследованные мировым судьей доказательства вины ФИО1 получены в соответствии с требованиями закона и являются относимыми, допустимыми, достоверными и в совокупности достаточными для разрешения дела об административном правонарушении и установления обстоятельств вменяемого административного правонарушения и виновности ФИО1 в его совершении.

При вынесении оспариваемого постановления мировым судьей приняты во внимание все доказательства, имеющиеся в материалах дела, правильно определены фактические и юридически значимые обстоятельства, подлежащие доказыванию и необходимые для рассмотрения дела об административном правонарушении. Представленные доказательства оценены мировым судьей по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности, что соответствует ст.26.11 КоАП РФ.

Изложенная в жалобе позиция привлеченного лица, аналогична той, которая тщательным образом проверялась мировым судьей при разрешении дела и не позволила прийти к выводу о наличии обстоятельств, исключающих производство по делу.

Мотивы, по которым мировым судьей отклонена версия стороны защиты, являются убедительными, основаны на исследованных доказательствах, поэтому основания подвергать их сомнению отсутствуют.

Порядок рассмотрения дела мировым судьей соблюден. Сведений о предвзятом отношении мирового судьи к привлекаемому лицу материалы дела не содержат и соответствующих аргументов стороной защиты не представлено.

Вопреки доводам жалобы, из представленных материалов дела не усматривается наличие противоречий или неустранимых сомнений, влияющих на правильность выводов мирового судьи о доказанности вины ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.17.3 КоАП РФ.

Все заявленные ФИО1 ходатайства рассмотрены мировым судьей в соответствии со ст.24.4 КоАП РФ. 

Довод ФИО1 об ограничении видеосъемки судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ не влияет на существо вынесенного судебного акта, не свидетельствует о его незаконности, учитывая, что ч.3 ст.24.3 КоАП РФ предусмотрено, что фотосъемка, видеозапись, трансляция открытого рассмотрения дела об административном правонарушении по радио, телевидению и в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» допускаются с разрешения судьи, органа, должностного лица, рассматривающих дело об административном правонарушении, следовательно, мировой судья, разрешив видеосъемку судебного заседания только в части оглашения протокола об административном правонарушении и постановления, действовала в рамках правового поля.

Утверждение ФИО1 о том, что заявленное требование судебного пристава не отвечает критериям законности, судьей не принимается, поскольку как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, частью 2 статьи 17.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность не за нарушение действующих в суде правил внутреннего распорядка, а за невыполнение законных требований судебного пристава, чьи права и обязанности определены статьями 1 и 11 Закона N 118-ФЗ (определения от 29 мая 2014 г. N 1266-О, от 23 декабря 2014 г. N 2994-О).

Таким образом, судебный пристав, высказывая требование ФИО1 прекратить ведение видеозаписи и не нарушать правила, установленные в суде указанными выше актами, действовал в соответствии с положениями п.1 ст.11 Федерального закона №118-ФЗ, закрепляющими обязанность судебного пристава поддерживать общественный порядок в здании, помещениях суда, направленной на обеспечение установленного порядка деятельности судов, и обеспечения безопасности. 

Поскольку судебным приставом в целях обеспечения общественного порядка в здании суда было заявлено требование ФИО1 о прекращении ведения видеозаписи в отсутствие разрешения председателя или администратора суда, то вопреки утверждению заявителя, такое распоряжение судебного пристава являлось законным.

Следовательно, мировым судьей верно указано, что судебный пристав действовал в соответствии с положениями п.1 ст.11 Федерального закона №118-ФЗ, поскольку невыполнение ФИО1 законного требования судебного пристава о прекращении видеосъемки в помещении суда в отсутствие разрешения председателя суда или администратора, нарушало общественный порядок в здании суда, поддержание которого входит в обязанности судебного пристава.

Довод жалобы о том, что нарушений установленного порядка деятельности судов и неисполнения законных распоряжений судебных приставов ФИО1 не допускала, прекратила видеосъемку по требованию судебного пристава, опровергается совокупностью собранных по делу доказательств.

В их числе показания судебного пристава по обеспечению установленного порядка деятельности судов ФИО3 данные в ходе судебного заседания при рассмотрении дела мировым судьей и в суде второй инстанции. Из показаний указанного лица следует, что ФИО1 на неоднократно высказанное им распоряжение о прекращении видеозаписи в здании суда не реагировала, прекратила видеосъемку только после заявленного третьего требования.

Показания указанного лица последовательны, непротиворечивы, согласуются с иными доказательствами, в том числе с показаниями свидетелей ФИО4 и ФИО7, подтвердивших, что ввиду того, что ФИО1 была начата видеозапись в здании суда в отсутствие разрешения председателя или администратора суда, ими было сообщено ФИО3, как старшему на объекте, о допущенном ФИО1 нарушении, а также отвечают требованиям, предъявляемым КоАП РФ к такого вида доказательствам, и обоснованно признаны мировым судьей достоверными относительно события административного правонарушения.

Помимо указанного из исследованной видеозаписи, предоставленной ФИО1, следует, что судебным приставом ФИО3 заявляются три требования ФИО1 о прекращении видеозаписи в здании суда и о не нарушении правил, установленных в суде, разъясняется ответственность, предусмотренная ч.2 ст. 17.3 КоАП РФ.

Кроме того, в ходе исследования видеозаписи с камер, установленных в холле Петрозаводского городского суда Республики Карелия, от ДД.ММ.ГГГГ, установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, подойдя к ФИО2, достала телефон и в 11 час. 30 мин. 07 сек. начала производить видеозапись, после чего к ФИО1 подошел судебный пристав ФИО3 и начал с ней разговаривать, ФИО1 продолжила видеосъемку, которую прекратила только в 11 час. 31 мин. 32 сек., при этом судьей учитывается, что на представленной видеозаписи время смещено на 1 час назад в связи с техническим сбоем программного обеспечения при переходе на летний режим. 

Ссылки в жалобе на то, что судебные приставы не могут быть допрошены судом в качестве свидетелей, поскольку являются заинтересованными по делу, ими даны неправдивые и противоречивые показания, подлежат отклонению. Ставить под сомнение достоверность и объективность сообщенных судебными приставами сведений оснований не имеется, поскольку они непротиворечивы, последовательны, согласуются с иными доказательствами по делу, при даче устных объяснений они предупреждались об административной ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ, данных, свидетельствующих о наличии у них неприязненных отношений к ФИО1, а также личной, либо служебной заинтересованности в неблагоприятном для последней исходе дела, материалы дела не содержат.

Тот факт, что судебные приставы являются должностными лицами, наделенными государственно-властными полномочиями, не может служить поводом к тому, чтобы не доверять составленным им документам, а также их устным показаниям, которые судья оценивает по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела и совокупности представленных доказательств, ни одно из которых не имеет заранее установленной силы.

Более того, согласно правовой позиции, изложенной Конституционным Судом РФ в Определении от 29 мая 2007 года N 346-О-О, привлечение должностных лиц, составивших протокол и другие материалы, к участию в деле в качестве свидетелей не нарушает конституционных прав лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении. То обстоятельство, что судебный пристав уполномочен составлять протоколы об административных правонарушениях и принимать меры к выявлению и пресечению нарушений, само по себе не может служить поводом к тому, чтобы не доверять его показаниям, получившим оценку наравне с другими доказательствами по делу.

Какой-либо заинтересованности свидетелей при рассмотрении дела судом не установлено. Выполнение должностным лицом службы судебных приставов служебных обязанностей не может являться основанием полагать, что оно заинтересовано в исходе дела.

Довод жалобы о том, что рапорт судебного пристава является недопустимым доказательством по делу, состоятельным признать нельзя.

Согласно ч.1 ст.26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Данный документ содержит необходимые сведения, указывающие как на событие правонарушения, так и на лицо, к нему причастное, отвечают требованиям ст.26.2 КоАП РФ и обоснованно признан мировым судьей надлежащим доказательством по делу.

Позиция стороны защиты о том, что Правила поведения в суде не публиковались в средствах массовой информации и противоречат Конституции РФ, судья считает несостоятельными в связи со следующим.

В силу п.3 ст.15 Конституции РФ законы подлежат официальному опубликованию. Неопубликованные законы не применяются. Любые нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения. 

Порядок официального опубликования федеральных нормативных правовых актов определен Федеральным законом Российской Федерации "О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания" и Указом Президента Российской Федерации от 23 мая 1996 г. N 763 "О порядке опубликования и вступления в силу актов Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации и нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти". 

Согласно Федерального конституционного закона от 07.02.2011 N 1-ФКЗ "О судах общей юрисдикции в Российской Федерации" председатель районного суда наряду с осуществлением полномочий судьи и иных процессуальных полномочий в соответствии с федеральными законами организует работу суда. 

Норма аналогичного содержания включена в п.1 ч.1 ст.6.2 Закона Российской Федерации от 26.06.1992 N 3132-1 "О статусе судей в Российской Федерации". 

Таким образом, председатель суда в рамках полномочий утверждает Правила пребывания посетителей в суде, которые в силу действующего законодательства, не требуют опубликования в порядке, предусмотренном вышеуказанными нормативно-правовыми актами. В свою очередь данные Правила доведены до сведения неопределенного круга лиц путем размещения на официальном сайте. 

Доводы ФИО1 в части того, что ею производилась видеофиксация совершаемого нарушения судебным приставом не свидетельствует об отсутствии состава административного правонарушения и не является основанием освобождения от административной ответственности, поскольку ФИО1 являясь посетителем суда, обязана соблюдать установленные в суде Правила, которыми предусмотрено, что видеосъемка в других помещениях суда возможна только с разрешения председателя или администратора суда, тем не менее ФИО1 в нарушение п.4.1 Правил производила видеозапись в холле Петрозаводского городского суда Республики Карелия в отсутствие такого разрешения.

Ссылка в жалобе, что видеозапись публичных правоотношений разрешена Конституцией РФ, Законами №273-ФЗ от 25 декабря 2008 года, №149-ФЗ от 27 июля 2006 года, Указом Президента РФ №2334 от 31 декабря 1993 года, Постановлением Пленума Верховного Суда РФ №35 от 13 декабря 2012 года, в связи с чем у ФИО1 отсутствовала обязанность обращаться за разрешением о произведении видеосъемки в здании суда к председателю или администратору суда, является несостоятельной, поскольку основана на неверном понимании и толковании норм действующего законодательства.

Утверждение стороны защиты об имевшихся нарушениях в ходе рассмотрения дела в связи с несоответствием протокола судебного заседания аудиопротоколу, в том числе в части показаний участников производства по делу, не указывают на наличие нарушений, влекущих отмену судебного акта.

Вопреки доводам жалобы действия ФИО1 не подлежали квалификации по ст.20.1 КоАП РФ, поскольку судебный пристав, высказывая в ее адрес распоряжение о прекращении нарушения Правил поведения, установленных в суде, исполнял возложенную законом обязанность о поддержании в здании суда общественного порядка, и ведение ФИО1 видеозаписи в отсутствие разрешения председателя и администратора суда, нарушало такой порядок. 

Обстоятельства совершения административного правонарушения, на которые указывает ФИО8, не могут быть учтены как обстоятельства исключающие производство по делу, поскольку согласно ст.25.1 КоАП РФ постановление и решение по делу об административном правонарушении выносятся исключительно в отношении лица, привлекаемого к административной ответственности, выводов о виновности иных лиц, производство по делу в отношении которых не осуществлялось, содержать не могут, в противном случае, это выходило бы за рамки установленного ст.26.1 КоАП РФ предмета доказывания по делу об административном правонарушении. В связи с чем, доводы заявителя об отсутствии правовой оценки действий судебных приставов по факту не пропуска в здание суда ФИО2 в оспариваемом постановлении, судьей не принимаются.

Кроме того, оснований для исключения из числа доказательств копии формы №, удостоверяющих личность ФИО1, не имеется, так как указанный документ отвечает требованиям ст.26.2 КоАП РФ и может быть использован по делу в качестве доказательства.

Относительно доводов жалобы заявителя о прекращении производства по делу в связи с отсутствием события и состава административного правонарушения, то они не могут быть приняты во внимание, поскольку совокупность установленных фактических и правовых оснований позволяет прийти к выводу о том, что событие административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, установлены и доказаны на основании исследования перечисленных выше доказательств, являющихся достаточными и согласующимися между собой.

Несогласие заявителя с выводами мирового судьи и оценкой имеющихся в деле доказательств, с толкованием должностным лицом, составившим протокол об административном правонарушении, и мировым судьей норм КоАП РФ и законодательства, подлежащих применению в деле, основанием для отмены или изменения обжалуемого акта не является.

В целом доводы жалобы сводятся к переоценке установленных по делу фактических обстоятельств с целью избежать ответственность за совершенное правонарушение и противоречат совокупности собранных по делу доказательств, не свидетельствуют об отсутствии в действиях ФИО1 вменяемого ей состава административного правонарушения, на правильность обжалуемого постановления не влияют и не могут являться основанием для отмены принятого по делу постановления.

Каких-либо юридически значимых обстоятельств, опровергающих выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в инкриминируемом правонарушении, в жалобе и в ходе ее рассмотрения стороной защиты не приведено.

Существенных процессуальных нарушений в ходе рассмотрения дела мировым судьей не допущено. Оспариваемое постановление вынесено с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч.1 ст.4.5 КоАП РФ для данной категории дел.

Назначенное правонарушителю наказание является справедливым и определено в соответствие с санкцией ч.2 ст.17.3 КоАП РФ с учетом обстоятельств дела, сведений о личности привлекаемого лица и иных влияющих на меру ответственности сведений.

Допущенное ФИО1 правонарушение с учетом его конкретных обстоятельств не может расцениваться как малозначительное, поскольку характеризуется повышенной степенью общественности опасности охраняемых законом общественных отношений.

Принимая во внимание изложенное, оспариваемое постановление следует признать законным, обоснованным и справедливым, оснований для его отмены или изменения не имеется. 

Руководствуясь ст.ст. 30.7, 30.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья

решил:

Постановление мирового судьи судебного участка №4 г.Петрозаводска Республики Карелия от 19 мая 2023 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст.17.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1 оставить без изменения, жалобу заявителя – без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Третий кассационный суд общей юрисдикции (

<

адрес>).

Судья И.С. Сучилкина