РЕШЕНИЕ

 ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

г. Реутов 6 сентября 2017 г.

Реутовский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего – судьи Кошкорёва А.В., при секретаре Киселёвой Е.В., с участием представителя командира войсковой части № ФИО3, а также ответчика, рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении военного суда гражданское дело по иску командира войсковой части № к военнослужащему той же воинской части старшему 

<

данные изъяты> ФИО4 о привлечении его к материальной ответственности, 

установил:

Командир войсковой части № обратился в суд с иском, в котором указал, что ответчик с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проходил военную службу по контракту в той же воинской части на должности начальника склада вооружения и средств радиационной, химической и биологической защиты (далее - склад ВРХБЗ).

В ДД.ММ.ГГГГ года в воинской части была проведена проверка финансово-хозяйственной деятельности за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. В результате проверки на складе ВРХБЗ была выявлена недостача 10 комплектов КПО-1М на общую сумму 173560 руб.

На основании чего истец просил суд привлечь ответчика к материальной ответственности, взыскав с него в пользу воинской части 173560 руб.

В судебном заседании представитель истца, требования иска поддержал и просил суд их удовлетворить. При этом пояснил, что ответчик проходил службу на должности начальника склада ВРХБЗ, в обязанности которого входило хранение и выдача имущества склада ВРХБЗ, переданного ему под отчет. Проведенной в воинской части ревизией была установлена недостача 10 комплектов КПО-1М, которые по бухгалтерскому учету числились на складе ВРХБЗ. В связи с чем, полагал, что действиями ответчика воинской части был причинен материальный ущерб на общую сумму 173560 руб., который необходимо взыскать с ответчика.

Ответчик предъявленные к нему исковые требования не признал. В обоснование чего пояснил, что в результате действий сотрудников объединенной бухгалтерии, связанных с переносом данных из одной программы бухгалтерского учета в другую, произошла ошибка в учете имущества склада ВРХБЗ. В результате этой ошибки, в учетных документах объединенной бухгалтерии, за складом ВРХБЗ стало числиться большее количество комплектов КПО-1М, чем фактически было принято на склад. При этом, указанная разница составила 10 комплектов КПО-1М, которые, по мнению ревизионной комиссии, были им утрачены. 

Отметил, что при приеме дел и должности начальника склада ВРХБЗ, на бухгалтерском учете по складу комплекты КПО-1М отсутствовали, и он их не принимал. В период исполнения обязанностей начальника склада ВРХБЗ он обнаружил два комплекта КПО-1М без первичных документов и неучетных в бухгалтерии. Всего на склад им в период исполнения обязанностей начальника склада было получено 22 комплекта КПО-1М, факт их получения был отражен в различных документах и им не оспаривается. При этом, за период исполнения им обязанностей начальника склада ВРХБЗ, на основании распоряжений вышестоящего командования, он передавал в различные воинские части комплекты КПО-1М, всего в количестве 24 шт., о чем свидетельствуют акты приема-передачи.

В заключение отметил, что инвентаризации, проведенные на складе ВРХБЗ, в период исполнения им обязанностей начальника склада ВРХБЗ, проводились формально, на основании данных полученных из объединенной бухгалтерии и без фактического подсчета имущества. 

Выслушав объяснения сторон, заслушав показания свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам. 

Согласно ч. 1 ст. 1 Федерального закона №-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «О материальной ответственности военнослужащих» (далее Закон), настоящий Закон устанавливает условия и размеры материальной ответственности военнослужащих и граждан, призванных на военные сборы (далее - военнослужащие), за ущерб, причиненный ими при исполнении обязанностей военной службы имуществу, находящемуся в федеральной собственности и закрепленному за воинскими частями, а также порядок возмещения причиненного ущерба.

Часть 1 ст. 3 Закона, определяет, что военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине реальный ущерб.

Указанные условия привлечения военнослужащих к материальной ответственности только за причиненный по их вине реальный ущерб также предусмотрены ст. 29 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №.

Из изложенного следует, что основанием для привлечения военнослужащего к материальной ответственности являются его виновные действия (бездействие), в результате которых военному ведомству был причинен реальный ущерб.

В соответствии со ст. 5 Закона военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба в случаях, когда ущерб причинен: военнослужащим, которому имущество было передано под отчет для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей.

Согласно ст. 16 Устава внутренней службы ВС РФ, утвержденных Указом Президента РФ № от ДД.ММ.ГГГГ, военнослужащий в служебной деятельности руководствуется Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами, федеральными законами, общевоинскими уставами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Он обязан беречь военное имущество.

При этом ст. 24 этого же Устава предусматривает, что каждый военнослужащий, назначенный на воинскую должность, имеет должностные обязанности, которые определяют его полномочия, а также объем выполняемых им в соответствии с занимаемой воинской должностью задач.

Должностные обязанности исполняются только в интересах военной службы.

Должностные обязанности и порядок их исполнения определяются федеральными законами, общевоинскими уставами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также соответствующими руководствами, наставлениями, положениями, инструкциями или приказами командиров (начальников) применительно к требованиям настоящего Устава.

В судебном заседании установлено, что ответчик с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ исполнял обязанности начальника склада ВРХБЗ, в обязанности которого входило, в том числе, обеспечение сохранности вверенных ему под отчет материальных ценностей склада и их выдача.

Согласно акту ревизии финансово-хозяйственной деятельности войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ, ревизорской группой установлена недостача материальных ценностей склада ВРХБЗ. При этом из приложения № к акту (акт снятия наличия товарно-материальных ценностей от ДД.ММ.ГГГГ), следует, что на складе ВРХБЗ выявлена недостача 10 комплектов отбора проб КПО-1М на общую сумму 173560 руб.

Из копии инвентаризационной описи № от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что на складе ВРХБЗ, помимо прочего имущества, числились комплекты отбора проб КПО-1М в общем количестве 23 шт., в том числе, 10 из которых были с инвентарными номерами: №; №; №; №; №; №; №; №; №; №.

В ходе судебного заседания, представитель истца пояснил, что в апреле 2016 года, в ходе проведения ревизионной группой проверки, была выявлена недостача 10 комплектов отбора проб КПО-1М с инвентарными номерами: №; №; №; №; №; №; №; №; №; №, которые числились за складом ВРХБЗ. 

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Вместе с тем, материалы дела не содержат и суду не представлено доказательств, достоверно подтверждающих факт получения ответчиком под отчет для хранения на складе ВРХБЗ комплектов отбора проб КПО-1М с инвентарными номерами: №; №; №; №; №; №; №; №; №; №, при исполнении им обязанностей начальника склада ВРХБЗ. Также не представлено доказательств того, что перечисленные выше комплекты отбора проб КПО-1М находились на хранении на складе ВРХБЗ ранее, при приеме ответчиком дел и должности начальника данного склада. 

При этом представитель истца в суде пояснил, что у него отсутствуют сведения о том, что данные комплекты КПО-1М были получены ответчиком при приеме дел и должности начальника склада ВРХБЗ, а также отсутствуют сведения о получении ответчиком этих комплектов в период исполнения ответчиком обязанностей начальника склада. 

Из объяснений ответчика следует, что он не получал комплекты КПО-1М в количестве 10 шт. с инвентарными номерами: №; №; №; №; №; №; №; №; №; № и названное имущество не находилось на хранении на складе ВРХБЗ, в период исполнения им обязанностей начальника этого склада. При этом, нахождение данного имущества на бухгалтерском учете, как числящегося за складом ВРХБЗ, обусловлено допущенной объединенной бухгалтерией ошибкой. 

Из заключения административного расследования от ДД.ММ.ГГГГ по факту неудовлетворительного учета имущества РХБЗ и ненадлежащего проведения инвентаризации по складу ВРХБЗ в ДД.ММ.ГГГГ следует, что в объединенной бухгалтерии на балансе войсковой части № за складом ВРХБЗ ошибочно числились 10 комплектов КПО-1М стоимостью 173560 руб. 

Допрошенный в суде свидетель ФИО5 пояснил, что в ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ он проводил административное расследование по факту выявленной недостачи на складе ВРХБЗ. В ходе данного расследования было установлено, что в результате действий сотрудников объединенной бухгалтерии, по бухгалтерскому учету за складом ВРХБЗ ошибочно числились 10 комплектов КПО-1М, которые фактически на складе не находились, а документы о их получении на склад отсутствовали. По итогам расследования в бухгалтерский учет были внесены соответствующие изменения, и с учета по складу ВРХБЗ были сняты 10 комплектов КПО-1М. Однако, с данными обстоятельствами ревизионная комиссия не согласилась. В связи с чем, в последующем, комплекты КПО-1М в количестве 10 шт. восстановлены на бухгалтерском учете за складом ВРХБЗ.

Допрошенный в суде свидетель ФИО1, пояснил, что он проходит военную службу на должности главного бухгалтера объединенной бухгалтерии. Указал, что в период ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ проводились проверки наличия материальных ценностей на складе ВРХБЗ, на основании данных учета, имеющихся в объединенной бухгалтерии. Также ему известно о том, что в ходе проведенных инвентаризаций, на складе ВРХБЗ была выявлена недостача 10 комплектов КПО-1М. 

Вместе с тем, свидетель ФИО2 пояснил, что в объединенной бухгалтерии отсутствуют первичные документы на данные комплекты КПО-1М, а также отсутствуют сведения о получении их ответчиком для хранения на складе ВРХБЗ. При этом в своих объяснениях свидетель не отрицал, как возможности действительной утраты данных комплектов КПО-1М ответчиком, так и возможности допущенной ошибки при бухгалтерском учете материальных ценностей склада ВРХБЗ. 

При таких обстоятельствах, следует придти к выводу о том, что материалы дела не содержат и истцом не представлены доказательства, достоверно подтверждающие факт получения ответчиком для хранения на склад ВРХБЗ комплектов КПО-1М в количестве 10 шт. с инвентарными номерами: №; №; №; №; №; №; №; №; №; №, как при приеме ответчиком дел и должности начальника склада ВРХБЗ, так и в период исполнения им обязанностей начальника склада ВРХБЗ. В связи с чем, суд не может придти к бесспорным выводам о наличии реального ущерба, причиненного воинской части, а также о наличии в действиях ответчика вины в причинении такого ущерба.

На основании всего изложенного выше суд, приходит к выводу о том, что иск командира войсковой части № к ФИО4 о привлечении его к материальной ответственности удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст. ст. 194-198, 320, 321 ГПК РФ, суд,

решил:

В удовлетворении искового заявления командира войсковой части № к ФИО4 о привлечении его к материальной ответственности — отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Московский окружной военный суд через Реутовский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий по делу А.В. Кошкорёв