Дело № 2-114/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

14 января 2019 года 

Свердловский районный суд г. Костромы 

в составе председательствующего судьи Морева Е.А.,

при секретаре Бойковой С.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Муниципального образования городской округ город Кострома в лице Администрации города Костромы к ФИО8 об истребовании имущества из чужого незаконного владения,

УСТАНОВИЛ:

Муниципальное образование городской округ город Кострома в лице Администрации города Костромы обратилось в суд с иском к ФИО8 об истребовании имущества из чужого незаконного владения. Требования мотивированы тем, что жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, приобретено в собственность ФИО7 у ФИО1 по договору купли-продажи от 

<

дата> (запись в Едином государственном реестре недвижимости от 

<

дата> №). В свою очередь ФИО1 приобрел данное жилое помещение у ФИО2 по договору купли-продажи от 

<

дата>. Право собственности ФИО2 на квартиру было зарегистрировано на основании договора дарения, заключенного между ним и ФИО3 

<

дата> (запись в Едином государственном реестре недвижимости от 

<

дата> №). Между тем, ФИО3 умерла 

<

дата>, о чем составлена запись акта о смерти от 

<

дата> № и выдано повторное свидетельство о смерти от 

<

дата> серии I-ГО №. В соответствии с ответами нотариусов ФИО4 от 

<

дата>, от 

<

дата>, ФИО5 от 

<

дата>, ФИО6 от 

<

дата>, наследственные дела к имуществу ФИО3, 

<

дата> года рождения, проживавшей на день смерти по адресу: 

<

адрес>, не заводились. Поскольку наследников по закону и завещанию не имеется, квартира является выморочным имуществом, и с момента открытия наследства, соответственно, признается принадлежащим муниципальному образованию городской округ 

<

адрес> независимо от оформления наследственных прав и государственной регистрации права собственности за муниципальным образованием. Однако согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости от 

<

дата> № ... на данное жилое помещение зарегистрировано право собственности: 

<

дата> ФИО2; 

<

дата> ФИО1; 

<

дата> ФИО7. Между тем, как указывалось выше, ФИО3 умерла 

<

дата>. На основании изложенного следует, что ФИО3 не могла подписать договор дарения от 

<

дата>, а также обратиться в декабре 2017 года в государственные органы с заявлением о регистрации перехода прав на спорный объект недвижимости. Данное позволяет утверждать, что указанные действия производило иное лицо на основании подложных документов. Муниципальному образованию городской округ город Кострома в лице Управления имущественных и земельных отношений Администрации города Костромы о нарушении его права стало известно из ответа нотариуса ФИО4 от 

<

дата> №, выписки из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости от этой же даты. При этом муниципальное образование городской округ город Кострома в лице Управления имущественных и земельных отношений Администрации города Костромы с ноября 2017 года предпринимало действия, направленные на оформление прав муниципальной собственности на выморочное имущество, а именно 

<

дата> обратилось в МКУ города Костромы «Центр регистрации граждан» за справкой о регистрации умершей ФИО3 на дату смерти для предъявления нотариусу, 

<

дата> обратилось в отдел ЗАГС по городскому округу город Кострома Управления ЗАГС Костромской области с заявлением о выдаче повторного свидетельство о смерти ФИО3, 

<

дата> обратилось к нотариусу ФИО6 с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство по закону на выморочное имущество, оставшееся после смерти ФИО3. 

<

дата> нотариусом ФИО6 на заявление о выдаче свидетельства о праве на наследство по закону на выморочное имущество был направлен ответ № о том, что наследственное дело не заводилось, а 

<

дата> был заключен договор дарения квартиры между ФИО3 и ФИО19. Таким образом, на основании вышеизложенных доказательств, жилое помещение по адресу: 

<

адрес> выбыло из муниципальной собственности помимо воли собственника. Поскольку ФИО3 умерла 

<

дата>, а сделка была оформлена 

<

дата>, то заключенные с последующими приобретателями договоры, направленные на отчуждение имущества, являются ничтожными, как противоречащие требованиям закона, а именно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Следовательно, спорное жилое помещение подлежит истребованию у ФИО7 в пользу муниципального образования городской округ город Кострома, а записи о регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним права собственности ФИО7, подлежат погашению. На основании изложенного просят признать за муниципальным образованием городской округ город Кострома право муниципальной собственности на выморочное имущество - жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 42,3 кв.м., кадастровый №, истребовать жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, из незаконного владения ФИО7 в муниципальную собственность, передав его в пользу муниципального образования городской округ город Кострома, погасить в Едином государственном реестре недвижимости регистрационную запись от 

<

дата> №.

Представитель истца по доверенности ФИО10 исковые требования поддержала по изложенным в заявлении основаниям. 

Ответчик ФИО8 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом, его представитель по доверенности ФИО11 исковые требования не признал, поддержал позицию, изложенную в письменном отзыве на иск.

Третье лицо ФИО12 исковые требования считала неподлежащими удовлетворению. Пояснила, что данная квартира была приобретена ее супругом в мае 2018 года для дочерей у ФИО1 Объявление о продаже квартиры они увидели на Интернет-сайте. С продавцом квартиры они ранее знакомы не были. До заключения сделки они обращались к юристу, который подтвердил, что обстоятельств препятствующих заключению договора не имеется. По его совету запросили выписку о правах на объект недвижимости, в которой сведений об ограничениях (обременениях) прав на объект недвижимости отсутствовали. Права продавца на объект недвижимости были зарегистрированы в установленном законом порядке. Продавцом также была представлена справка ЦРГ г.Костромы из которой следовало, что в квартире отсутствуют зарегистрированные лица, приняты меры к оплате коммунальных платежей, о чем он также представил соответствующие документы. Из его пояснений следовало, что квартира им приобретена с целью дальнейшей перепродажи и вложения денежных средств в нежилое помещение для его использования в качестве коммерческой недвижимости. Таким образом оснований сомневаться в легитимности прав продавца на квартиру не имелось. После приобретения квартиры приступили к ремонту собственными силами. В настоящее время ремонтные работы приостановили для разрешения настоящего дела. Денежные средства для приобретения квартиры она сняла со своего счета и передала продавцу наличными в отделении Сбербанка после получения свидетельства о праве собственности на квартиру. 

Третьи лица ФИО13, ФИО14 в судебное заседание не явились, извещались надлежащим образом, вернулись конверты. 

Управление Росреестра по Костромской области своего представителя в судебное заседание не направило, в отзыве просили рассматривать дело в отсутствие представителя третьего лица. 

Суд, выслушав явившихся участников судебного процесса, исследовав материалы дела, приходит к следующему:

На основании со ст. 1151 ГК РФ, в случае, если отсутствуют наследники как по закону, так и по завещанию, либо никто из наследников не имеет права наследовать или все наследники отстранены от наследования (статья 1117), либо никто из наследников не принял наследства, либо все наследники отказались от наследства и при этом никто из них не указал, что отказывается в пользу другого наследника (статья 1158), имущество умершего считается выморочным.

В порядке наследования по закону в собственность городского или сельского поселения, муниципального района (в части межселенных территорий) либо городского округа переходит выморочное имущество, находящееся на соответствующей территории, в том числе жилое помещение.

Если указанные объекты расположены в субъекте Российской Федерации - городе федерального значения Москве, Санкт-Петербурге или Севастополе они переходят в собственность такого субъекта Российской Федерации.

Жилое помещение, указанное в абзаце втором настоящего пункта, включается в соответствующий жилищный фонд социального использования.

Как установлено судом и следует из материалов дела, предметом спора является квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, которая принадлежала на праве собственности ФИО3, умершей 

<

дата>. Основанием приобретения права собственности в порядке наследования ФИО3 на квартиру явилось решение Свердловского районного суда 

<

адрес> от 

<

дата>.

<

дата> произведена государственная регистрация права собственности ФИО7 на указанное жилое помещение по адресу: 

<

адрес> на основании договора купли-продажи от 

<

дата>, заключенного между ФИО7 и ФИО1, которому данная квартира принадлежала на основании договора купли-продажи, заключенного 

<

дата> (право собственности ФИО1 зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости 

<

дата>) с ФИО2, владевшим указанным объектом недвижимости на основании договора дарения от 

<

дата>, заключенным с ФИО3 

<

дата> (право собственности ФИО2 зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости 

<

дата>). Переход права собственности на указанный объект недвижимости регистрировался в установленном законом порядке. 

Вместе с тем, согласно записи акта о смерти № от 

<

дата>, ФИО3 скончалась 

<

дата>. 

Таким образом, установлено, что договор дарения квартиры от 

<

дата> является недействительным, поскольку ФИО3 не могла участвовать в его заключении по причине смерти. В связи с чем право собственности у ФИО2 на жилое помещение не возникло, и соответственно последующий договор купли-продажи от 

<

дата> квартиры, заключенный между ФИО2 и ФИО1 также является недействительным, поскольку ФИО2 не имел права на его заключение.

Следовательно, недействителен и последующий договор от 

<

дата>, заключенный между ФИО1 и ФИО7

В установленный законом 6-месячный срок никто из наследников с заявлением о принятии наследства, оставшегося после смерти ФИО3, к нотариусу не обращался, наследственного дела не заводилось. 

В связи с изложенным, спорная квартира как выморочное имущество являлась собственностью муниципального образования с момента истечения срока для принятия наследства и выбыла от собственника помимо его воли в результате незаконных действий третьих лиц. При таких обстоятельствах истец вправе ставить вопрос об истребовании имущества из чужого незаконного владения.

<

дата> в администрацию г.Костромы поступило обращение генерального директора ООО «УК «Костромской дом» с просьбой принять меры к вступлению в права наследования в отношении выморочного имущества в виде вышеуказанной квартиры. Данное обращение содержало сведения о дате смерти ФИО3, а в качестве приложения представлены выписка из единого государственного реестра прав на объект недвижимости и ответы нотариусов ФИО4 от 

<

дата> и ФИО5 от 

<

дата> об отсутствии наследственных дел к имуществу ФИО3, а также копия определения мирового судьи судебного участка № от 

<

дата> о прекращении производства по гражданскому делу по иску ООО «УК «Костромской дом» к ФИО3 о взыскании задолженности за жилищно-коммунальные услуги. 

<

дата> данное обращение было передано для рассмотрения по существу в Управление имущественных и земельных отношений администрации 

<

адрес>.

С целью оформления права собственности муниципального образования на спорное жилое помещение в адрес Отдела ЗАГС по городскому округу 

<

адрес> был направлен запрос о выдаче свидетельства о смерти ФИО3 исх. № от 

<

дата> 

<

дата> было выдано повторное свидетельство о смерти ФИО3 

На заявление управления имущественных и земельных отношений администрации г.Костромы о выдаче свидетельства о праве собственности на выморочное имущество – 

<

адрес>, расположенную в 

<

адрес> мкр. Черноречье в 

<

адрес> после смерти ФИО3 нотариус ФИО6 сообщил о том, что наследственные дела к имуществу ФИО3 не заводились (ответ на запрос от 

<

дата>). 

Повторно с аналогичным заявлением органы местного самоуправления обратились к нотариусу ФИО4 

<

дата>. Письмом от 

<

дата> нотариус сообщила об отсутствии наследственного имущества, поскольку спорная квартира принадлежит другому лицу. 

С настоящим исковым заявлением администрация г.Костромы обратилась в суд только 

<

дата>. 

Согласно ст. 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

В соответствии с п.1 ст.302 Гражданского кодекса Российской Федерации, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Постановлением Конституционного Суда РФ от 22.06.2017 № 16-П «По делу о проверке конституционности положения пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина А.Н. Дубовца» (постановление КС РФ) положение пункта 1 статьи 302 ГК Российской Федерации признано не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 8 (часть 2), 19 (части 1 и 2), 35 (части 1 и 2) и 55 (часть 3), в той мере, в какой оно допускает истребование как из чужого незаконного владения жилого помещения, являвшегося выморочным имуществом, от его добросовестного приобретателя, который при возмездном приобретении этого жилого помещения полагался на данные Единого государственного реестра недвижимости и в установленном законом порядке зарегистрировал право собственности на него, по иску соответствующего публично-правового образования в случае, когда данное публично-правовое образование не предприняло - в соответствии с требованиями разумности и осмотрительности при контроле над выморочным имуществом - своевременных мер по его установлению и надлежащему оформлению своего права собственности на это имущество.

В соответствии с пунктом 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 22/10 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее – Постановление Пленума), если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 36 Постановления Пленума разъяснено, что в соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика. 

Доказательством права собственности на недвижимое имущество является выписка из ЕГРП. При отсутствии государственной регистрации право собственности доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

Согласно абзацу первому пункта 37 Постановления Пленума в соответствии со статьей 302 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель).

Как указано в пункте 38 Постановления Пленума приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в ЕГРП было зарегистрировано не за отчуждателем или в ЕГРП имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества. В то же время запись в ЕГРП о праве собственности отчуждателя не является бесспорным доказательством добросовестности приобретателя.

Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем.

Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

В соответствии с пунктом 39 Постановления Пленума по смыслу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Согласно абз.3 п.3 постановления Конституционного Суда РФ вытекающий из Конституции Российской Федерации, ее статей 1, 15 (части 1 и 2), 17 (части 1 и 3), 18, 21 (часть 1) и 49, принцип добросовестности участников правоотношений нашел закрепление и в гражданском законодательстве. Так, предписывая пределы осуществления гражданских прав, статья 10 ГК Российской Федерации устанавливает, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5), а используемое в пункте 1 его статьи 302 оценочное понятие "добросовестный приобретатель" определено в самой норме - это приобретатель, который не знал и не мог знать, что лицо, у которого приобретено имущество, не имело права его отчуждать. Вместе с тем поскольку зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке, то и добросовестность приобретателя спорного имущества, зарегистрированное право на которое предполагается, может быть опровергнута только в результате рассмотрения конкретного дела в суде.

В обзорах судебной практики по делам, связанным с истребованием жилых помещений от добросовестных приобретателей, по искам государственных органов и органов местного самоуправления (утверждены Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 1 октября 2014 года и 25 ноября 2015 года) называются обстоятельства, учитываемые судами при решении вопроса о признании приобретателя добросовестным, в том числе наличие записи в ЕГРП о праве собственности отчуждателя имущества, была ли проявлена гражданином разумная осмотрительность при заключении сделки, какие меры принимались им для выяснения прав лица, отчуждающего это имущество; производился ли приобретателем осмотр жилого помещения до его приобретения и ознакомился ли он со всеми правоустанавливающими документами; иные факты, обусловленные конкретными обстоятельствами дела, в том числе связанными с возмездностью приобретения имущества; при этом обязанность доказывания недобросовестности приобретателя возлагается на истца.

Абз.8 п.3 Постановления Конституционного Суда РФ содержит определение добросовестного приобретателя, которым применительно к недвижимому имуществу в контексте пункта 1 статьи 302 ГК Российской Федерации в его конституционно-правовом смысле в правовой системе Российской Федерации является приобретатель недвижимого имущества, право на которое подлежит государственной регистрации в порядке, установленном законом, если только из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что это лицо знало об отсутствии у отчуждателя права распоряжаться данным имуществом или, исходя из конкретных обстоятельств дела, не проявило должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых могло узнать об отсутствии у отчуждателя такого права. Соответственно, указанное законоположение в части, относящейся к понятию "добросовестный приобретатель", не может рассматриваться как неправомерно ограничивающее права, гарантированные Конституцией Российской Федерации, в том числе ее статьями 8 (часть 2), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 и 2) и 55 (часть 3).

Переход выморочного имущества в собственность публично-правового образования независимо от государственной регистрации права собственности и совершения публично-правовым образованием каких-либо действий, направленных на принятие наследства (пункт 1 статьи 1151 ГК Российской Федерации в истолковании постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании"), не отменяет требования о государственной регистрации права собственности. Собственник имущества, по общему правилу, несет бремя содержания принадлежащего ему имущества (статья 210 ГК Российской Федерации), что предполагает и регистрацию им своего права, законодательное закрепление необходимости которой, как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, является признанием со стороны государства публично-правового интереса в установлении принадлежности недвижимого имущества конкретному лицу (постановления от 26 мая 2011 года N 10-П, от 24 марта 2015 года N 5-П и др.). Бездействие же публично-правового образования как участника гражданского оборота, не оформившего в разумный срок право собственности, в определенной степени создает предпосылки к его утрате, в том числе посредством выбытия соответствующего имущества из владения данного публичного собственника в результате противоправных действий третьих лиц (абз.4 п.4.1 Постановления КС РФ).

Соответственно, возможность истребования жилого помещения, являвшегося выморочным имуществом, не должна предоставляться публично-правовому образованию - собственнику данного имущества на тех же условиях, что и гражданам и юридическим лицам. При разрешении соответствующих споров существенное значение следует придавать как факту государственной регистрации права собственности на данное жилое помещение за лицом, не имевшим права его отчуждать, так и оценке действий (бездействия) публичного собственника в лице уполномоченных органов, на которые возложена компетенция по оформлению выморочного имущества и распоряжению им. При этом действия (бездействие) публичного собственника подлежат оценке при определении того, выбыло спорное жилое помещение из его владения фактически помимо его воли или по его воле. Иное означало бы неправомерное ограничение и умаление права добросовестных приобретателей и тем самым - нарушение конституционных гарантий права собственности и права на жилище (абз.6 п.4.3 Постановления КС РФ).

Таким образом, из буквального толкования данного постановления следует, что для применения к правоотношениям положений указанного постановления Конституционного суда, необходимо установление следующих фактов:

лицо, приобретшее спорное имущество является добросовестным приобретателем.

публично-правовое образование не предприняло - в соответствии с требованиями разумности и осмотрительности при контроле над выморочным имуществом - своевременных мер по его установлению и надлежащему оформлению своего права собственности на это имущество.

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению судом по данной категории споров, являются: наличие (отсутствие) права собственности лица, обратившегося с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения; выбытие имущества из владения собственника или из владения лица, которому оно было передано собственником во владение, по воле или помимо их воли; возмездность (безвозмездность) приобретения имущества; наличие у незаконного владельца статуса добросовестного приобретателя, обусловленного тем, что он не знал и не должен был знать о том, что имущество приобретено у лица, не имеющего права на его отчуждение, а также полнота и своевременность действий органов местного самоуправления по проведению процедуры принятия выморчного имущества в казну муниципального образования.

Согласно ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец должен доказывать наличие у него права собственности либо основания законного владения в отношении истребуемого жилого помещения, факт наличия этого имущества у незаконного владельца и выбытие имущества из его владения помимо воли, а также достаточность и своевременность действий, направленных на принятие и оформление прав на выморочное имущество.

Обстоятельства, свидетельствующие о недобросовестности приобретателя, подлежат также доказыванию истцом.

Обращаясь с настоящим исковым заявлением, Администрация г. Костромы указывает на то, что спорная квартира поступила во владение ФИО7 помимо воли собственника жилого помещения – муниципального образования городской округ 

<

адрес>, поскольку была приобретена им у лица, которое не имело право отчуждать данное жилое помещение, поскольку все сделки, заключенные после смерти ФИО3 являются недействительными.

Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона от 21 июля 1997 г. № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», (в редакции закона действовавшей до 1 января 2017 года) государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним является юридическим актом признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права.

Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

В силу ч.ч. 3, 5 ст. 1 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственная регистрация прав на недвижимое имущество - юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества (далее - государственная регистрация прав).

Государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

В силу ч. 2 ст. 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

Зарегистрированное право может быть оспорено только в судебном порядке. Лицо, указанное в государственном реестре в качестве правообладателя, признается таковым, пока в установленном законом порядке в реестр не внесена запись об ином.

При возникновении спора в отношении зарегистрированного права лицо, которое знало или должно было знать о недостоверности данных государственного реестра, не вправе ссылаться на соответствующие данные (п.6 ст.8.1 ГК РФ).

ФИО7 квартира приобретена по возмездному договору. Согласно расписке от 

<

дата>, выданной ФИО1, он получил от истца 1320000 рублей за продажу квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>

На момент приобретения ответчиком квартиры ее собственником, согласно свидетельству о государственной регистрации права собственности, являлся ФИО1, который приобрел квартиру у ФИО16 

Какие-либо ограничения прав на объект недвижимости собственника жилого помещения в Едином государственном реестре прав на недвижимость отсутствовали.

Таким образом, ФИО7 был вправе полагаться на данные ЕГРН о правообладателе спорного имущества.

Факт передачи денежных средств продавцу ответчиком косвенно подтверждается представленной в материалы дела Сберегательной книжкой на имя ФИО9, согласно записям, в которой она в день передачи денежных средств сняла со своего счета в ПАО «Сбербанк России» 1 310 000 рублей, что с учетом ранее уплаченного задатка составляет полную стоимость квартиры. 

Доводы стороны истца о проведении в квартире, после ее приобретения, ремонта, подтверждаются представленными в материалы дела фотографиями. 

Представленным в материалы дела скриншотом с Интернет-сайта также подтверждаются доводы истца и третьего лица о том, что о продаже квартиры они узнали из объявления, размещенного в сети Интернет.

Стоимость квартиры, также не могла вызвать какие-либо опасения у ответчика в части легитимности прав истца на нее, поскольку жилое помещение приобреталась по цене незначительно ниже ее кадастровой стоимости, что представляется вполне обоснованным с учетом технического состояния объекта недвижимости на момент заключения сделки. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что ФИО7 является добросовестным приобретателем жилого помещения. Оснований полагать, что договор купли-продажи обладает признаками, свидетельствующими о его мнимости, не имеется. Договор по которому истец приобрел спорное имущество отвечает признакам действительности сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным лицом (продавцом). 

Вышеуказанные обстоятельства позволяют утверждать, что действительная воля сторон была направлена на передачу квартиры по сделке ответчику. При этом данная сделка носила возмездный характер, а со стороны ответчика были приняты все разумные меры для проверки законности сделки, в том числе правомочий продавца в отношении недвижимого имущества и возможных негативных последствий в виде истребования имущества.

Оснований сомневаться в правах ФИО1, зарегистрированного в качестве предыдущего собственника жилого помещения, у истца при приобретении квартиры не было.

Иным образом, кроме как истребовать в регистрационных органах сведения о правах на объект недвижимости, истец не мог проверить правомочие продавца в отношении спорного объекта недвижимости.

При этом он справедливо полагался на действия компетентных органов, признавших права продавца в отношении объекта недвижимости, что было засвидетельствовано соответствующей регистрационной записью.

Данные выводы согласуются с позицией Конституционного суда РФ изложенной в абз.4 п.4.3. Постановления о том, что проверка соблюдения закона при совершении предшествующих сделок с недвижимым имуществом со стороны приобретателя этого имущества - в отличие от государства в лице органа, осуществляющего государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, - зачастую существенно затруднена или невозможна. Тем более в неравных условиях находятся публично-правовое образование как собственник жилого помещения, являющегося выморочным имуществом, и его добросовестный приобретатель, возможности которых по выявлению противоправных действий, приведших к тому, что жилое помещение выбывает из владения собственника помимо его воли, далеко не одинаковы.

Сам по себе незначительный срок владения продавцом имуществом не мог достоверно свидетельствовать о незаконности сделки, т.к. данное обстоятельство не лишало продавца права на распоряжение принадлежащей ему квартирой. Продавец пояснил, что спорная квартира им приобретена с целью дальнейшей перепродажи. 

То обстоятельство, что ФИО7 является добросовестным покупателем, Администрация г. Костромы также не оспаривала. 

Кроме того, суд учитывает, что при рассмотрении возникшего спора следует исходить из того, что особенности дел, по которым с иском об истребовании недвижимого имущества к добросовестному приобретателю, который в установленном законом порядке указан как собственник имущества в ЕГРН, обращается публично-правовое образование, исходя из необходимости обеспечения баланса конституционно значимых интересов могут обусловливать иное распределение неблагоприятных последствий для собственника и добросовестного приобретателя, нежели установленное в статье 302 Гражданского кодекса Российской Федерации. Применительно к жилым помещениям защита имущественных интересов публично-правового образования за счет ущемления интересов добросовестного приобретателя - гражданина, который возмездно приобрел соответствующее жилое помещение, в подобной ситуации недопустима, тем более учитывая, что публичный интерес в предоставлении жилого помещения по договору социального найма лицам, нуждающимся в улучшении жилищных условий, может быть удовлетворен за счет иного жилого помещения.

Согласно позиции Европейского Суда по правам человека, если речь идет об общем интересе, публичным властям надлежит действовать своевременно, надлежащим образом и максимально последовательно; ошибки или просчеты государственных органов должны служить выгоде заинтересованных лиц, особенно при отсутствии иных конфликтующих интересов; риск любой ошибки, допущенной государственным органом, должно нести государство, и ошибки не должны устраняться за счет заинтересованного лица (постановления от 5 января 2000 г. по делу "Бейелер (Beyeler) против Италии" и от 6 декабря 2011 г. по делу "Гладышева против России"). Данная позиция была положена в основу разрешения Европейским Судом по правам человека дел, связанных с истребованием у граждан жилых помещений, поступивших в собственность публично-правовых образований как выморочное имущество (постановления от 13 сентября 2016 г. по делу "Кириллова против России", от 17 ноября 2016 г. по делу "Аленцева против России" и от 2 мая 2017 г. по делу "Клименко против России").

Таким образом истребование выморочного имущества в пользу муниципального образования происходит не во всяком случае, а лишь при условии принятия муниципальными (государственными) органами достаточных и своевременных мер, направленных на оформление прав на такое имущество. 

Анализируя вышеуказанные действия органа местного самоуправления следует, полагать, что именно в связи с несвоевременным принятием мер к выявлению и оформлению прав на объект недвижимости стала возможной регистрация спорного имущества за ответчиком ФИО8 

Порядок выявления, учета и оформления выморочного имущества в собственность муниципального образования город Кострома, утвержден Постановлением Администрации города Костромы от 

<

дата> №.

В соответствии с п.2.1 Порядка в целях выявления объектов недвижимого имущества, которые могут быть признаны выморочным имуществом, расположенных на территории города Костромы, Управление имущественных и земельных отношений администрации г.Костромы осуществляет:

а) сбор сведений, полученных от муниципального казенного учреждения города Костромы "Центр регистрации граждан" (далее - МКУ "Центр регистрации граждан"), территориальных подразделений Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Костромской области, организаций, осуществляющих обслуживание и эксплуатацию жилищного фонда, граждан и иных источников об объектах недвижимого имущества, имеющих признаки выморочного имущества;

б) анализ и проверку в течение 30 календарных дней со дня поступления сведений об объектах недвижимого имущества, имеющих признаки выморочного имущества, в порядке, предусмотренном пунктами 2.2-2.4 настоящего Порядка, в том числе при необходимости осуществляет выход на место.

Вышеуказанный срок при не поступлении ответов на запросы или необходимости направления дополнительных запросов может быть продлен не более чем на 30 календарных дней. 

Пунктами 2.4., 2.5. также предусмотрено направление запросов в соответствующий орган нотариата о наличии либо отсутствие открытых наследственных дел после смерти наследодателя, а также обращение к нотариусу по месту открытия наследства для получения свидетельства о праве на наследство по закону на выморочное имущество.

Между тем каких-либо целенаправленных действий для выявления спорной квартиры как выморочного имущества компетентным органом муниципального образования не принималось. О наличии выморочного имущества истец узнал только 

<

дата> из обращения руководителя управляющей компании, т.е. по истечении более двух с половиной лет после смерти собственника спорного имущества. К данному обращению были приложены ответы нотариусов об отсутствии наследственных дел к имуществу умершей ФИО3 и выписка из ЕГРП о правах на объект недвижимости.

Однако, что следует из вышеуказанных документов, необходимые запросы и заявления направлялись через значительный промежуток времени после поступления обращения управляющей компании. 

С момента поступления обращения управляющей компании, обладая необходимыми данными об объекте недвижимости, истец должен был осуществлять надлежащей контроль за сохранностью спорного объекта недвижимости. Однако данные действия не принимались.

Так, право собственности ФИО2 и далее ФИО1 было зарегистрировано уже в период оформления выморочного имущества органами местного самоуправления. Вместе с тем органами местного самоуправления мер, по выявлению данных обстоятельств не принималось.

Более того, 

<

дата> в управление имущественных и земельных отношений администрации г.Костромы от нотариуса ФИО4 поступило уведомление о невозможности выдачи свидетельства о правах на спорный объект недвижимости, поскольку в Едином государственном реестре недвижимости имеются сведения о принадлежности спорной квартиры не ФИО3, а иному лицу (л.д. 22). 

Обладая данной информацией, истец должен был принять незамедлительные меры к истребованию имущества из чужого незаконного владения, а также ограничению прав на распоряжение спорным имуществом титульного собственника, в том числе посредством обращения с настоящим исковым заявлением.

При этом истребование данных об ответчике (новом собственнике) не требовало значительного времени. Так, в материалы дела истцом представлена выписка из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости датированная 

<

дата>, из которой следует, что она была подготовлена в день поступления от органа местного самоуправления запроса (л.д. 9), что свидетельствует о том, что орган местного самоуправления мог оперативно подготовить и направить в адрес суда настоящее исковое заявление. 

Однако, исковое заявление поступило в суд только 

<

дата> и соответственно обеспечительные меры по ходатайству истца были приняты после указанной даты. 

Именно после поступления в адрес органов местного самоуправления информации о принадлежности спорного объекта иному лицу была совершена сделка по приобретению квартиры ФИО7 и зарегистрировано его право собственности на нее.

Таким образом своевременные действия органов местного самоуправления по защите имущественных прав муниципального образования исключили бы саму возможность перехода прав на жилое помещение к ФИО7

Обязанность Администрации г.Костромы по обращению в суд с целью признания права собственности на спорный объект недвижимости предусмотрена п.2.8 вышеназванного Порядка. 

Таким образом, являясь собственником спорной квартиры, Администрация города Костромы не принимала мер по контролю за принадлежащим ей имуществом, что привело к его утрате в результате противоправных действий третьих лиц. Указанное бездействие не должно влиять на имущественные и неимущественные права добросовестного приобретателя.

В данном случае истец не лишен права обратиться в суд с иском к лицам, неправомерно завладевшим выморочным имуществом в порядке, предусмотренном ст.1064 ГК РФ о взыскании ущерба причиненного незаконными действиями по отчуждению спорного жилого помещения. 

С учетом изложенного суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования Муниципального образования городской округ город Кострома в лице Администрации города Костромы к ФИО8 об истребовании имущества из чужого незаконного владения, признании права собственности на жилое помещение оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд через Свердловский районный суд города Костромы в течение месяца со дня вынесения судом решения в окончательной форме.

Судья Морев Е.А.