Уголовное дело № 1-195/2023 (УИД 24RS0028-01-2023-000649-60)

№ 12202040003000053

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Красноярск 22 мая 2023 г. 

Кировский районный суд г. Красноярска в составе председательствующего судьи Измаденова А.И. с участием: 

государственного обвинителя Егоровой С.А., 

потерпевшей ФИО9, 

подсудимого ФИО10, 

защитника – адвоката Шадриной О.П. (ордер от ДД.ММ.ГГГГ №), 

при ведении протокола секретарём судебного заседания Борониной К.Н., 

рассмотрев в отрытом судебном заседании в общем порядке уголовное дело в отношении: 

ФИО10, 

<

данные изъяты> 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, 

установил:

ФИО10 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлёкшее по неосторожности смерть потерпевшего. 

Преступление совершено при нижеследующих обстоятельствах. 

В период времени с 12 часов 12 минут 13.06.2022 г. по 00 часов 39 минут 16.06.2022 г. в заброшенном здании 

<

адрес> ранее знакомые между собой ФИО10 и ФИО1 вместе с неустановленным лицом употребляли спиртные напитки. Во время распития спиртных напитков между находившимися в состоянии опьянения ФИО1 и ФИО10 произошёл конфликт, так как последний опрокинул стол с находившимися на нём продуктами и алкогольными напитками. Во время конфликта ФИО11 нанёс удары руками по лицу и телу ФИО10, в результате чего последний упал на пол. В этот момент ФИО10 на почве личных неприязненных отношений, обусловленных произошедшим конфликтом, решил причинить ФИО1 тяжкий вред здоровью с применением предмета, используемого в качестве оружия. 

Реализуя задуманное, в период времени с 12 часов 12 минут 13.06.2022 г. по 00 часов 39 минут 16.06.2022 г. в заброшенном доме по 

<

адрес> ФИО10, действуя умышленно, из личной неприязни, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью, и желая их наступления, вооружился обнаруженным на полу фрагментом кирпича, после чего, понимая, что в результате нанесения ударов твёрдым предметом в область головы и лица причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, неизбежно, а наступление последствий в виде смерти, возможно, однако, без достаточных к тому оснований, рассчитывая, что смерть ФИО1 не наступит, то есть легкомысленно относясь к возможным последствиям в виде наступления смерти последнего, применяя фрагмент кирпича, как предмет, используемый в качестве оружия, с целью причинения ФИО1 телесных повреждений с силой нанёс находившимся в его правой руке вышеуказанным фрагментом кирпича неоднократные, не менее двух, удары по голове и лицу ФИО1 от которых последний упал на пол. После этого, ФИО10 нанёс лежавшему на полу ФИО1 не менее двух ударов ногой по телу и скрылся с места совершения преступления. 

Своими действиями ФИО10 причинил ФИО1 физическую боль и черепно – мозговую травму в виде: 

вдавленного перелома на границе чешуи правой височной кости и правой теменной кости, ориентированного продольно в передне – заднем направлении; 

перелома левого суставного отростков нижней челюсти и перелома правого венечного отростков нижней челюсти. 

Указанная травма состоит в прямой причинной связи со смертью и по признаку опасности для жизни человека квалифицируется, как тяжкий вред здоровью человека. Смерть ФИО1 наступила на месте происшествия в результате вышеуказанной черепно – лицевой травмы в короткий промежуток времени после её причинения ФИО10 

В судебном заседании подсудимый ФИО10 пояснил, что признаёт себя виновным. Однако, он указал на то, что ФИО1 стал наносить ему, в связи с чем он, вынужденно обороняясь, нанёс ему около двух – трёх ударов фрагментом кирпича по голове, а потом несколько ударов ногой по телу, когда он упал. Кроме того, нанесённые им удары не могли причинить ФИО1 черепно – лицевую травму, равно как и повлечь его смерть. 

Вместе с тем, вина подсудимого ФИО10 в совершении вышеуказанного преступления подтверждается следующими доказательствами. 

Показаниями подсудимого ФИО10, пояснившего в судебном заседании, что зимой 2022 г. он жил на 

<

адрес>, когда познакомился с ФИО1., с которым вместе работал в разных местах. Они стали общаться, поддерживали отношения и иногда вместе распивали спиртные напитки. 01.06.2022 г. он покинул названное место жительства, но продолжил общаться с ФИО1 по телефону. 

В июне 2022 г. он (ФИО10) находился в компьютерном клубе «Бастион» на пр. им. газ. «Красноярский рабочий», 105 в г. Красноярске, когда его заметил ФИО1 Последний предложил ему выпить. Изначально он отказался, но потом согласился. Вместе с ФИО1 был какой – то мужчина, который был ему не знаком. Какое – то время они находились рядом с клубом и общались, однако, потом в период времени с 17 часов до 18 часов они пошли за спиртом. 

После того, как ФИО1 приобрёл спирт, они набрали воду и направились в заброшенное одноэтажное кирпичное здание, находящееся на ул. Семафорная г. Красноярска. Находясь в здании, они стали употреблять спирт. В какой – то момент ФИО1 и находившийся с ними мужчина стали спорить. Он вмешался в спор последних, в связи с чем ФИО1 и мужчина сказали ему, что бы он не лез в их разговор. Расстроившись, он решил уйти. Вставая, он случайно перевернул стол, в связи с чем всё то, что находилось на нём, упало на пол. Это не понравилось ФИО1 в виду чего он начал высказывать в его (ФИО10) адрес своё недовольство, а затем стал наносить ему удары руками в область лица и тела. Мужчина, который находился с ними, не вмешивался и не пытался их разнять. В какой – то момент он (ФИО10), защищаясь от ударов и отходя назад к выходу, споткнулся и упал на левый бок. ФИО1 подошёл к нему, наклонился и начал замахиваться правой рукой. В этот момент он увидел обломок кирпича, взял последний в правую руку нанёс им ФИО11 два или три удара по голове и лицу. ФИО1 упал. Затем, он (ФИО10) встал, кинул в сторону ФИО1 кирпич, подошёл к нему, два раза правой ногой пнул его и покинул место событий. Когда он уходил, ФИО1 был жив и держался за голову. Скорую медицинскую помощь ни он, ни находившийся с ними мужчина, не вызывали, в полицию не обращались. 

После, он позвонил ФИО2 рассказал ему, что возможно убил ФИО1 и попросил последнего приехать. Когда он (ФИО10) находился в компьютерном клубе, приехал ФИО2 Последнему он сказал, что пошутил и никого не убивал. 

Спустя какое – то время сестра ФИО1 обращалась к нему и спрашивала его, знает ли он, где находится последний. Он ответил, что не обладает сведениями о местонахождении ФИО1 

Аналогичные обстоятельства произошедших событий ФИО10 отразил в протоколе явки с повинной от 05.12.2022 г., указав, что в середине июня 2022 г. вечером по 

<

адрес> он, ФИО1 и ещё один мужчина употребляли алкоголь. Он (ФИО10) вмешался в разговор ФИО1 и мужчины, а после, имея намерение избежать конфликт, решил уйти. Вставая, он опрокинул стол, на котором находилась алкогольная продукция. Из-за это ФИО1 стал наносить ему удары по телу, от которых он начал защищаться, но упал на землю. В этот момент ему под руку попался кирпич, которым он нанёс ФИО1 три удара по голове. После этого, ФИО1 упал, а он покинул место событий. Затем, он направился в компьютерный клуб и позвонил своему знакомому – ФИО2, рассказав ему о случившемся. Когда ФИО2 приехал в компьютерный клуб, он сообщил ему, что это была шутка (т. 3 л.д. 97). 

Показания подсудимого ФИО10 согласуются с показаниями свидетеля ФИО2 (в части звонка, последовавшего после произошедших событий, о проживании ФИО10 в рабочем доме), потерпевшей ФИО3 (в части выяснения у ФИО10 сведений о местонахождении ФИО1), ФИО4 и ФИО5 (в части проживания ФИО1 и ФИО10 в рабочем доме). 

Так, свидетель ФИО2 в ходе предварительного расследования пояснял, что работает мастером участка в 

<

данные изъяты> и занимается поиском людей для выполнения работ. С целью укомплектовать штат сотрудников он обращался в «рабочие дома». Ему знаком ФИО10, проживавший в рабочем доме, так как он его неоднократно привлекал его для выполнения работ. В июне 2022 г. он помогал ФИО10 оформить документы для получения кредита. 

16.06.2022 г. в 00 часов 39 минут на принадлежащий ему абонентский номер № позвонил ФИО10, который пользовался абонентским номером № Последний рассказал ему, что он употреблял спиртные напитки с двумя знакомыми, когда между ними возник конфликт. ФИО10 пояснил, что во время конфликта он убил одного из своих знакомых. На заданный вопрос о том, где находится второй знакомый, ФИО10 пояснил, что тот убежал. Затем, ФИО10 стал спрашивать его о том, что ему делать. Последний был взволнован и плакал. 

Сразу после этого он (ФИО2 приехал в компьютерный клуб «Бастион» на пр. им. газ. «Красноярский рабочий», 105 в г. Красноярске, где увидел ФИО10 Он занял последнему денежные средства и стал спрашивать его об обстоятельствах произошедших событий. Однако, ФИО10 сказал ему, что никого не убивал и пошутил. 

Ранее он (ФИО2) неоднократно занимал ФИО10 денежные средства, в том числе для того, что бы он мог оплачивать себе жилье. В июне 2022 г. он привозил ФИО10 денежные средства и одежду к двухэтажному деревянному дому по ул. Семафорная г. Красноярска (т. 2 л.д. 23-28, 29-31). 

ФИО2 выдал сотрудникам правоохранительных органов сд – диск с детализацией телефонных соединений абонентского номера № за период с 05.06.2022 г. по 05.12.2022 г., что следует из протокола выемки от 05.12.2022 г. (т. 1 л.д. 125-129). 

Изъятый сд – диск был изучен, в связи с чем был составлен протокол осмотра предметов от 13.12.2022 г., из которого следует, что 16.06.2022 г. в период времени с 00 часов 39 минут до 20 часов 58 минут осуществлялось соединение между абонентскими номерами № и № (входящие и исходящие звонки) (т. 1 л.д. 130-136).

Потерпевшая ФИО3 в судебном заседании рассказала, что у неё был брат ФИО1 С декабря 2021 г. он проживал в г. Красноярске. Изначально он жил у брата мужа на 

<

адрес>, а потом в других местах. Последний раз он (ФИО1 звонил в мае или июне 2022 г. с абонентского номера, который, как он сказал, принадлежал «Смолякову Виктору». После, она нашла страницу ФИО10 в социальной сети и написала ему сообщение, спросив его о том, где находится её брат. ФИО10 ответил, что видел ФИО1 последний раз два месяца назад. 

Свидетель ФИО4 будучи допрошенным следователем рассказывал, что с мая 2022 г. по сентябрь 2022 г. он являлся руководителем филиала некоммерческой организации 

<

данные изъяты> расположенного по 

<

адрес>. Данная организация оказывает помощь людям, попавшим в трудную жизненную ситуацию. Преимущественно в организацию обращаются лица, освобождённые из мест лишения свободы, которым предоставляется спальное место и оказывается помощь в трудоустройстве. На предоставленных следователем фотографиях он узнал двух мужчин. Один из них, анкетные данные которого он не помнит, проживал филиале названной организации и работал по заявке. Другой мужичина по имени «Виктор» около трёх раз заезжал на день или несколько дней в филиал организации, а после уезжал (т. 2 л.д. 178-181). 

ФИО5 являясь свидетелем, в ходе предварительного расследования сообщал, что с июня 2022 г. проживает в «рабочем доме» 

<

адрес> На представленной следователем фотографии он узнал мужчину (ФИО10), который во второй половине июня 2022 г. в течение нескольких дней проживал в названном «рабочем доме» (т. 2 л.д. 187-191). 

Показания потерпевшей ФИО3 об обстоятельствах жизни ФИО1 и его общения со ФИО10 соотносятся с показаниями свидетеля ФИО6 который в ходе предварительного расследования пояснял, что у него есть брат ФИО6 Последний вступил в брак с ФИО3 братом которой являлся ФИО1 

В декабре 2022 г. ФИО3 обратилась к нему и попросила предоставить ФИО1 возможность пожить у него – в квартире 

<

адрес>, так как последний собирался устроиться на работу. В период времени с декабря 2021 г. по апрель 2022 г. ФИО1 проживал в его квартире. ФИО1 жалоб на состояние здоровья не высказывал, лекарственные препараты не употреблял, за медицинской помощью не обращался, с телесными повреждениями домой не возвращался. В начале апреля 2022 г. последний переехал в Железнодорожный район г. Красноярска. В начале июня 2022 г. ему позвонил ФИО1 и предложил устроиться на хорошо оплачиваемую работу, которая заключалась в штукатурке и покраске. Во время разговора ФИО1 упомянул мужчину по имени «Виктор», с которым собирался поехать на вахту. После, от ФИО3 он узнал о том, что ФИО1 был обнаружен мертвым (т. 2 л.д. 169-172). 

Обстоятельства обнаружения трупа сообщил свидетель ФИО7 который в ходе предварительного расследования пояснял, что является сотрудником правоохранительных органов и занимается розыском лиц, совершивших преступления, поиском без вести пропавших лиц и установлением личности неустановленных трупов. В отдел полиции поступили два сообщения о самовольном уходе несовершеннолетних из детского дома, в связи с чем проводились оперативно – розыскные мероприятия, направленные на установление местонахождения последних. Поскольку, ранее один из детей уходил из детского учреждения и был найден в заброшенных домах по ул. Семафорная г. Красноярска, то помимо прочих объектов проверялись заброшенные дома на территории Кировского района г. Красноярска. 

08.08.2022 г. в обеденное время он зашёл в дом 

<

адрес>, где прошёл в одно из помещений названного дома. Справа от входа в помещение он обнаружил труп мужчины. Поза трупа была естественной – он находился на спине головой у стены, ноги и одна рука вытянуты, одна рука была расположена на теле. В помещении было темно, а на полу было много мусора. К трупу он близко не подходил, в связи с чем по внешнему виду (потемнение кожи) он сделал предположительный вывод о том, что труп имеет термические следы. 

Обстановку в помещении он рассматривал, вышел из здания и позвонил в дежурную часть отдела полиции № 3 МУ МВД России «Красноярское», сообщив об обнаружении трупа по указанному адресу и своё предположение о том, что последний обгорел. В последующем он установил личность обнаруженного мужчины, которым оказался ФИО1 (т. 2 л.д. 165-167).

Факт обращения в дежурную часть отдела полиции № 3 МУ МВД России «Красноярское» свидетеля ФИО7 зафиксирован в рапорте от 08.08.2022 г., где указано, что 08.08.2022 г. в 14 часов 20 минут в правоохранительный орган поступило сообщение об обнаружении обгоревшего трупа 

<

адрес> (т. 1 л.д. 21). 

В тот же день, то есть 08.08.2022 г., место событий – заброшенное кирпичное одноэтажное строение 

<

адрес> было обследовано, о чём был составлен протокол осмотра места происшествия от 08.08.2022 г. 

Во время следственного действия в помещении (комнате) № 2 у правой от входа стены в положении лёжа на спине обнаружен труп неустановленного мужчины с выраженными гнилостными изменениями, одетый в джинсы тёмно – синего цвета, чёрную кожаную куртку, кроссовки чёрного цвета. Голова трупа повёрнута влево, ноги выпрямлены, правая рука выпрямлена и отведена в сторону, левая рука находится на теле и согнута в локтевом суставе.

После осмотра места событий труп направлен на исследование (т. 1 л.д. 34-42).

Предварительно были установлены сведения о личности человека, которому принадлежал обнаруженный труп. 

Исходя из ответа на поручение от 06.09.2022 г., справки об исследовании № 372 от 02.09.2022 г., сообщения № 139 от 01.09.2022 г. и дактилоскопической карты, с целью установления личности обнаруженного трупа мужчины были проведены исследования. С трупа были получены 20 отпечатков эпидермиса первого пальца правой кисти, которые соотнесены с дактилоскопической картой, заполненной на имя ФИО1 (

<

данные изъяты>). В результате установлена идентичность полученных отпечатков с отпечатками пальцев рук дактилоскопической карты. 

Таким образом, личность неустановленного мужчины, труп которого 08.08.2022 г. обнаружен 

<

адрес>, установлена, им оказался ФИО1 (т. 1 л.д. 45, 46-47, 48, 49, 50, 51). 

Те же сведения содержатся в заключении эксперта № 706 от 18.10.2022 г., где указано, что отпечаток пальца руки в дактилоскопической карте неопознанного трупа, идентичен отпечатку большого пальца правой руки изображение которого имеется на дактилоскопической карте на имя ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ) (т. 1 л.д. 216-218). 

После установления личности трупа, последний был подвергнут судебно – медицинским исследованиям. 

В заключении судебно – медицинской экспертизы трупа № 4262 от 23.09.2022 г. указано, что проведено исследование трупа ФИО1 

Во время проведённых исследований установлено, что труп, находился в стадии далеко зашедших процессов гниения с мумификацией. Обнаружены телесные повреждения в виде тупой травмы костей свода черепа (вдавленный перелом височной и теменной костей справа) и лицевого скелета (перелом левого суставного и правого венечного отростка нижней челюсти). Причинную следственную связь с наступлением смерти достоверно определить не представляется возможным ввиду колликвации вещества головного мозга и гнилостными изменениями внутренних органов, однако, с учётом массивности и прижизненности переломов черепа, вероятнее всего причиной смерти могла быть черепно – мозговая травма. 

Согласно результатам медико – криминалистического исследования на черепе имеется вдавленный прелом на границе чешуи правой височной кости и правой теменной кости, ориентированный продольно в переднезаднем направлении, возникший от воздействия удлинённого тупого твёрдого предмета. Отсутствие лицевого скелета свидетельствует о неоднократном воздействии предмета (орудия) в область лицевых костей черепа. Перелом левого суставного и правого венечного отростков нижней челюсти могли возникнуть от однократного воздействия тупого твёрдого предмета с приложением силы в область левой ветви нижней челюсти (в направлении слева направо). 

Черепно – лицевая травма возникла прижизненно, согласно данным судебно – гистологического исследования в представленных фрагментах мягкий тканей из областей переломов черепа, обнаружены рассеянные очаги скопления железосодержащего пигмента при окраске по Перлсу (положительный результат разной интенсивности), что может быть расценено, как признаки имевших место очаговых кровоизлияний либо геморрагического пропитывания. 

Обнаруженная черепно – лицевая травма согласно п. 6.1.2 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (утверждённых Приказом Минздравсоцразвития Российской Федерации от 24.04.2008 г. № 194н) отнесена к критериям, характеризующим квалифицирующий признак вреда опасного для жизни человека и по указанному признаку согласно Правилам определения тяжести вреда, причинённого здоровью человека» (утверждённым Постановлением Правительства Российской Федерации № 522 от 17.08.2007 г.) квалифицируется, как тяжкий вред здоровью. 

Учитывая множественность, выраженность и разностороннее расположение переломов черепа, образование их при падении с высоты собственного роста маловероятно. 

Каких – либо данных, указывающих на то, что повреждения причинены самим потерпевшим при экспертизе не обнаружено (т. 1 л.д. 164-168). 

Аналогичные выводы содержатся в заключении комиссионной судебно – медицинской эксперты экспертизы 09.11.2022 г. № 570, где указано, что во время исследований трупа ФИО1 обнаружено повреждение в виде черепно – лицевой травмы в виде: 

вдавленного перелома на границе чешуи правой височной кости и правой теменной кости, ориентированный продольно в передне – заднем направлении, возникший от воздействия удлинённого тупого твёрдого предмета; 

перелома левого суставного отростков нижней челюсти и перелома правого венечного отростков нижней челюсти, которые могли бы возникнуть от однократного воздействия тупого твёрдого предмета с приложением силы в область левой ветви нижней челюсти (в направлении слева – направо). 

Черепно – лицевая травма возникла прижизненно, так как согласно данным судебно – гистологического исследования в представленных фрагментах мягкий тканей из областей переломов черепа, обнаружены рассеянные очаги скопления железосодержащего пигмента при окраске по Перлсу (положительный результат разной интенсивности), что может быть расценено, как признаки имевших место очаговых кровоизлияний либо геморрагического пропитывания, которые характерны для прижизненного возникновения. 

Отсутствие лицевого скелета и различное приложение травмирующей силы (вдавленного перелома на границе чешуи правой височной кости и правой теменной кости; перелома левого суставного отростков нижней челюсти и перелома правого венечного отростков нижней челюсти, которые могли возникнуть от однократного воздействия тупого твёрдого предмета с приложением силы в область левой ветви нижней челюсти (в направлении слева – направо), свидетельствуют о неоднократном воздействии предмета (орудия) в область черепа (головы). 

Смерть потерпевшего при наличии у него подобного повреждения могла наступить в результате черепно – лицевой травмы в короткий промежуток времени после причинения. 

Таким образом, вышеуказанная черепно – лицевая травма согласно п. 6.1.2 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (утверждённых Приказом Минздравсоцразвития Российской Федерации от 24.04.2008 г. № 194н) отнесена к критериям, характеризующим признак вреда здоровью опасного для жизни человека. По указанному признаку согласно подп. «а» п. 4 Правил определения тяжести вреда, причинённого здоровью человека» (утверждённых Постановлением Правительства Российской Федерации № 522 от 17.08.2007 г.) квалифицируется, как тяжкий вред, причинённый здоровью человека и могла состоять в прямой причинной связи со смертью. 

Согласно заключению эксперта № 4262 от 23.09.2022 г. при исследовании трупа ФИО1 в морге с учётом времени года и места его обнаружения (комната заброшенного здания, время года – лето), обнаружено «… кожные покровы в области лица, шеи, грудной клетки промежности, живота покрытые белесоватого цвета плесенью с большим количеством сухих личинок мух … Мягкие ткани лица почти полностью отсутствуют; на костях, вместе отсутствия мягких тканей, большее количество сухих личинок мух…». Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что труп был подвержен разрушению насекомыми, например комнатными мухами. 

При благоприятных условиях биологического цикла развития мух они могут полностью разрушить ткани трупа взрослого за 1 – 1.5 месяцев. Биологический цикл развития комнатной мухи при температуре 15 – 25 С? составляет приблизительно 3-4 недели. Согласно литературным данным признаки мумификации при данном температурном режиме могут наблюдать уже через 2 недели. 

Вышеизложенное свидетельствует о том, что смерть ФИО1 могла наступить в период с 12.06.2022 г. по 08.08.2022 г. (т. 1 л.д. 174-177). 

Вышеуказанное место событий было вновь дважды обследовано, о чём были составлены протоколы дополнительных осмотров места происшествия от 09.09.2022 г. и от 13.12.2022 г. Согласно протоколам следственных действий в помещении № 2 одноэтажного заброшенного здания 

<

адрес> в правом дальнем углу на расстоянии около 0.6 метра от дальней стены и 0.3 метра от правой стены обнаружена картонная коробка, на поверхности которой выявлены следы вещества тёмно – коричневого цвета. С данной коробки получен и изъят вырез со следами названного вещества. 

Напротив места обнаружения трупа в проекции головы на стене на высоте около 15 сантиметров обнаружен след вещества тёмно – коричневого цвета в виде пятна неправильной форме. С данном участка получен смыв на марлевый тампон и контроль к смыву, которые изъяты. 

На расстоянии около 1.9 метров от стены со входом и 1.2 метров от правой стены обнаружены мужские джинсы (№ 1) голубого цвета, обильно обпачканые и местами покрытые коркой тёмно – коричневого цвета. На расстоянии около 2.1 метров от стены со входом и 1 метра от правой стены обнаружены мужские джинсы (№ 2) голубого цвета обпачканные веществом тёмно – коричневого цвета. Названные джины изъяты.

Так же на расстоянии около 0.7 метра от входа в помещение на полу обнаружен фрагмент кирпича, на поверхности которого имеются загрязнения в виде следов вещества тёмного цвета, которые локализуются преимущественно на одной из сторон. Названный фрагмент кирпича изъят (т. 1 л.д. 52-59, 70-74). 

Изъятые во время дополнительных осмотров места происшествия предметы были изучены, в связи с чем были составлены протоколы осмотров предметов от 10.09.2022 г., от 14.12.2022 г. (т. 1 л.д. 60-66, 75-76). 

После названные предметы были направлены на исследования. 

Предварительно с трупа неустановленного мужчины (ФИО1 обнаруженного 08.08.2022 г. по ул. Семафорная, 343а в г. Красноярске, получен фрагмент ребра, о чём указано в заключении эксперта 10.10.2022 г. № 127-2022. Из названного фрагмента ребра получен препарат суммарной клеточной ДНК и проведено его экспертное исследование с применением методов молекулярно – генетической индивидуализации. 

При тестировании препарата ДНК, выделенного из фрагмента ребра от вышеуказанного трупа, с использованием систем исследования верифицирована мужская половая принадлежность и установлен генетический профиль на основе полиморфизма длины амплифицированных фрагментов (ПДАФ) ДНК пригодный для дальнейшего идентификационного исследования (т. 1 л.д. 232-241).

Затем, на фрагменте марли со смывом, фрагменте картона обнаружена кровь человека. На двух джинсах обнаружены ядросодержащие клетки. Данные выводы отражены в заключении эксперта от 21.09.2022 г. № 987 (т. 1 л.д. 224-227). 

Согласно заключению эксперта от 01.11.2022 г. № 1387 кровь человека, ранее обнаруженная на фрагменте марли со смывом, фрагменте картона и джинсах (джинсы № 2), ядросодержащие клетки, ранее обнаруженные на джинсах (джинсы № 2), произошли от неустановленного мужчины, генотип которого установлен ранее (заключение эксперта от 10.10.2022 г. № 127-2022) и не произошли от ФИО10 (т. 2 л.д. 2-14). 

Так же был изучен череп от трупа ФИО1 что указано в заключении эксперта № 441 от 12.10.2022 г. Установлено, что на черепе имеется вдавленный перелом на границе чешуи правой височной кости и правой теменной кости, ориентированный продольно в переднезаднем направлении, возникший от воздействия удлинённого тупого твёрдого предмета. Отсутствие лицевого скелета свидетельствует о неоднократном воздействии предмета (орудия) в область лицевых костей черепа. Перелом левого суставного и правового венечного отростков нижней челюсти могли возникнуть от одного воздействия тупого твёрдого предмета с приложением силы в область левой ветви нижней челюсти (в направлении слева направо). Установить – одним или разными орудиями наносились повреждения не представляется возможным, так как в повреждениях не отобразились индивидуализирующие характеристики травмирующего предмета (т. 1 л.д. 182-183). 

Кроме того, череп от трупа ФИО1 обнаруженный во время дополнительного осмотра места происшествия фрагмент кирпича были соотнесены и изучены, о чём указано в заключении эксперта № 585 от 19.01.2023 г. Эксперт установил, что наличие у представленного фрагмента кирпича «продолговатой контактирующей поверхности» – рёбер, допускает возможность причинения им вдавленного перелома в правой теменно – височной области черепа. Являясь тупым твёрдым предметом, данный фрагмент кирпича мог причинить повреждения в области лицевого скелета и нижней челюсти (т. 1 л.д. 190-193).

Во время допроса свидетель ФИО8 сообщил следователю, что в июле 2022 г. в компьютерном клубе «Бастион» по пр. им. газ. «Красноярский рабочий», 105 в г. Красноярске он встретил ФИО10, с которым они стали общаться и проводить время вместе в названном клубе. У ФИО10 был сотовый телефон и он пользовался абонентским номером № (т. 2 л.д. 152-154).

Получив от свидетелей и потерпевшей сведения об абонентских номерах, следователь на основании судебных решений получил детализированную информацию о соединениях абонентских номеров, находившихся в пользовании у ФИО3 ФИО10, ФИО1 а после изучил последнюю, о чём были составлены протоколы осмотра документов от 07.11.2022 г., от 28.10.2022 г. и от 11.12.2022 г.

Исходя из анализа соединений абонентского номера № находившегося в пользовании ФИО3 с абонентским номером № находившегося в пользовании у ФИО1 установлено, что последнее активное соединение зарегистрировано 11.05.2022 г. в 15 часов 50 минут – исходящий вызов длительностью 110 секунд, приёмопередающая станция расположена в г. Боготол. 

12.05.2022 г. совершён исходящий вызов на абонентский номер ФИО1 однако, телефонный разговор не состоялся. 

13.06.2022 г. состоялись следующие соединения с абонентским номером № находившемся в пользовании у ФИО10: 11 часов 50 минут – несостоявшийся вызов; 11 часов 53 минуты – входящий вызов длительностью 22 секунды; 12 часов 12 минут – входящий вызов длительностью 1 258 секунд. Во время совершения указанных вызовов ФИО9 находилась в пределах базовой станции, распложенной в г. Боготол. 

При изучении детализованной информации о соединениях абонентского номера № находившегося в пользовании у ФИО10, за период с 01.09.2021 г. 00 часов 00 минут по 13.09.2022 г. 23 часа 59 минут установлено, что в период с 12 часов 15 минут 13.06.2022 г. (телефонный звонок ФИО1 ФИО3 до 00 часов 39 минут 16.06.2022 г. (телефонный звонок ФИО10 ФИО2 все телефонные соединения вышеуказанного абонентского номера определялись в зоне действия базовых станций, расположенных на территории Кировского района г. Красноярска в непосредственной близости от места происшествия – здания 

<

адрес> 

16.06.2022 г. в период с 00 часов 39 минут 20 часов 58 минут осуществлялись соединения с абонентским номером, находящимся в пользовании у ФИО2 При этом звонки осуществлялись в пределах базовых станций, расположенных в районе домов № 154/2 и № 95 по пр. им. газ. «Красноярский рабочий» г. Красноярска. 

Во время изучения детализированной информации о соединениях абонентского номера № находившегося в пользовании у ФИО1 за период с 01.09.2021 г. 00 часов 00 минут по 13.09.2022 г. 23 часа 59 минут установлено, что телефонные соединения названного абонентского номера определяются в том числе в зоне действия базовых станций, расположенных на территории Кировского района г. Красноярска, с 23.04.2022 г. Последнее местоположение определяется базовой станцией по ул. Академика Вавилова, 54г в г. Красноярске (т. 3 л.д. 78-84).

Оценивая вышеприведённые доказательства, суд исходит из следующего. 

Потерпевшая ФИО3 свидетели ФИО2 ФИО8 ФИО6 ФИО4 ФИО5 ФИО7 будучи осведомлёнными о своих правах и предупреждёнными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, предусмотренной ст. 307 УК РФ. 

Во время судебного разбирательства у названных лиц не было выявлено оснований для оговора подсудимого, а последний на наличие у них причин для сообщений недостоверных сведений не ссылался. 

Показания потерпевшей, свидетелей согласуются с показаниями подсудимого, равно как и соотносятся содержанием протоколов следственных действий, иных документов. 

Подсудимый допрошен в присутствии защитника, будучи осведомлённым о своих правах. Его показания согласуются с показаниями потерпевшей, свидетелей, соотносятся с содержанием явки с повинной, протоколов следственных действий, иных документов и заключений экспертов. 

Оснований для самооговора во время рассмотрения уголовного дела у ФИО10 не установлено. На наличие причин для сообщения недостоверных сведений об обстоятельствах произошедших событий последний не ссылался. 

Заключения экспертов выполнены государственными специалистами, имеющими необходимую квалификацию, образование, стаж, опыт работы и предупреждённым органом предварительного расследования об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, предусмотренной ст. 307 УК РФ. 

Каждое из вышеприведённых заключений содержит исследовательскую и аналитическую части, где подробно отражён ход проведённых исследований, а так же сведения о применённых методах и методиках. Выводы экспертов, изложенные в заключениях, согласуются с исследовательской и аналитическими частями и не имеют противоречий. Заключения являются ясными, полными и не вызывают сомнений в своей обоснованности. 

Протоколы следственных действий и иные документы, соответствуют друг другу, а так же согласуются с показаниями подсудимого, потерпевшей и свидетелей. Они собраны и закреплены в порядке, установленном уголовно – процессуальным законодательством. 

05.12.2022 г. ФИО10 обратился к сотрудникам правоохранительных органов и сообщил о совершённом им преступлении, в связи с чем был составлен протокол явки с повинной (т. 3 л.д. 97). 

До отобрания явки с повинной полицейский разъяснил подсудимому его права, что последний подтвердил, расписавшись в отдельно отведённой для этого графе. 

В судебном заседании подсудимый подтвердил достоверность обстоятельств событий, собственноручно изложенных им в протоколе явки с повинной, дополнительно сообщив, что его волеизъявление было свободным и не было обусловлено давлением на него со стороны сотрудников правоохранительных органов либо иных лиц. 

Учитывая изложенное, суд находит протокол явки с повинной допустимым доказательством и принимает его в качестве доказательства вины подсудимого. 

Содержание протокола явки с повинной согласуется с показаниями подсудимого, а равно соотносится с протоколами следственных действий и иных документов. 

Каждое из вышеприведённых доказательств имеет значение для разрешения данного уголовного дела. 

В связи с изложенным суд находит вышеприведённые доказательства достоверными, допустимыми и относимыми, а в своей совокупности объективно свидетельствующими, что в период времени с 12 часов 12 минут 13.06.2022 г. по 00 часов 30 минут 16.06.2022 г. в заброшенном здании 

<

адрес> между ФИО1 и ФИО10 произошёл конфликт, так как последний случайно опрокинул стол с находившимися на нём продуктами и алкогольными напитками. Во время конфликта ФИО1 нанёс ФИО10 удары руками по лицу и телу, защищаясь от которых последний упал на пол. ФИО1 подошёл к ФИО10 и стал замахиваться. В это время ФИО10 взял в правую руку фрагмент кирпича и с силой нанёс им не менее двух ударов по голове и лицу ФИО1 от чего последний упал на пол. Затем, ФИО10 нанёс лежащему на полу ФИО1 не менее двух ударов ногой по телу и покинул место событий.

Исходя из выводов, изложенных в заключении судебно – медицинской экспертизы трупа № 4262 от 23.09.2022 г. и в заключении комиссионной судебно – медицинской эксперты экспертизы 09.11.2022 г. № 570, во время исследований трупа ФИО1 обнаружено повреждение в виде черепно – лицевой травмы в виде: 

вдавленного перелома на границе чешуи правой височной кости и правой теменной кости, ориентированный продольно в передне – заднем направлении, возникший от воздействия удлинённого тупого твёрдого предмета; 

перелома левого суставного отростков нижней челюсти и перелома правого венечного отростков нижней челюсти, которые могли бы возникнуть от однократного воздействия тупого твёрдого предмета с приложением силы в область левой ветви нижней челюсти (в направлении слева – направо). 

Названная черепно – лицевая травма возникла прижизненно. 

Отсутствие лицевого скелета и различное приложение травмирующей силы (вдавленного перелома на границе чешуи правой височной кости и правой теменной кости; перелома левого суставного отростков нижней челюсти и перелома правого венечного отростков нижней челюсти, которые могли возникнуть от однократного воздействия тупого твёрдого предмета с приложением силы в область левой ветви нижней челюсти (в направлении слева – направо), свидетельствуют о неоднократном воздействии предмета (орудия) в область черепа (головы). 

Смерть потерпевшего при наличии у него подобного повреждения могла наступить в результате черепно – лицевой травмы в короткий промежуток времени после причинения. 

Вышеуказанная черепно – лицевая травма согласно п. 6.1.2 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (утверждённых Приказом Минздравсоцразвития Российской Федерации от 24.04.2008 г. № 194н) отнесена к критериям, характеризующим признак вреда здоровью опасного для жизни человека. По указанному признаку согласно подп. «а» п. 4 Правил определения тяжести вреда, причинённого здоровью человека» (утверждённых Постановлением Правительства Российской Федерации № 522 от 17.08.2007 г.) квалифицируется, как тяжкий вред, причинённый здоровью человека и могла состоять в прямой причинной связи со смертью. 

Смерть ФИО1 могла наступить в период с 12.06.2022 г. по 08.08.2022 г. 

Из заключения эксперта № 441 от 12.10.2022 г. и заключения эксперта № 585 от 19.01.2023 г. следует, что на черепе от трупа ФИО1 имеется вдавленный прелом на границе чешуи правой височной кости и правой теменной кости, ориентированный продольно в переднезаднем направлении, возникший от воздействия удлинённого тупого твёрдого предмета. Отсутствие лицевого скелета свидетельствует о неоднократном воздействии предмета (орудия) в область лицевых костей черепа. Перелом левого суставного и правового венечного отростков нижней челюсти могли возникнуть от одного воздействия тупого твёрдого предмета с приложением силы в область левой ветви нижней челюсти (в направлении слева направо).

Названный вдавленный перелом в правой теменно – височной области черепа мог быть причинён представленным на исследование фрагментом кирпича, изъятым во время осмотра места происшествия, так как последний имеет «продолговатую контактирующую поверхность» – рёбра. Равно являясь тупым твёрдым предметом, данный фрагмент кирпича мог причинить повреждения в области лицевого скелета и нижней челюсти. 

Выводы названных заключений и установленные в ходе судебного разбирательства обстоятельства событий объективно свидетельствуют о том, что в результате нанесения не менее двух ударов фрагментом кирпича в по голове и лицу ФИО10 причинил ФИО1 черепно – лицевую травму виде вдавленного перелома на границе чешуи правой височной кости и правой теменной кости, ориентированного продольно в передне – заднем направлении, перелома левого суставного отростков нижней челюсти и перелома правого венечного отростков нижней челюсти, которая состоит в прямой причинной связи со смертью последнего и по признаку опасности для жизни человека квалифицируется, как тяжкий вред здоровью человека. 

Смерть ФИО1 наступила на месте происшествия в результате вышеуказанной черепно – лицевой травмы в короткий промежуток времени после её причинения ФИО10 

Обстоятельства произошедших событий, в том числе: предшествовавший конфликт; количество ударов (не менее двух); область нанесения ударов – по голове и лицу, где находится жизненно важный орган (головной мозг); механизм нанесения ударов – с силой; использование для нанесения ударов фрагмента кирпича, имеющего твёрдую поверхность и способного нанести телесные повреждения, свидетельствуют о направленности умысла ФИО10 на причинение ФИО1 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни. 

В связи с изложенным суд приходит к выводу, что подсудимый совершил преступление умышленно, то есть он понимал, что в результате его действий здоровью ФИО1 будет причинён тяжкий вред, опасный для жизни, и желал этого. 

Вместе с тем, объективно имея возможность продолжить своё преступное посягательство, ФИО10 перестал наносить удары ФИО1 и когда он был жив, покинул место событий, не оказав помощь и не вызвав сотрудников экстренных служб. 

Учитывая названные обстоятельства, суд приходит к выводу, что отношение ФИО10 к наступлению смерти ФИО1 выражается в неосторожности.

Таким образом, ФИО10 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлёкшее по неосторожности смерть потерпевшего. 

Как указано выше, подсудимый использовал для нанесения ударов фрагмент кирпича, который имеет продолговатую контактирующую поверхность» – рёбра, является твёрдым предметом, способным причинить тяжкий вред здоровью человека, опасный для жизни. 

Принимая во внимание названные свойства фрагмента кирпича, суд приходит к выводу о том, что, совершая преступление, ФИО10 использовал названный предмет в качестве оружия. 

В связи с изложенным при квалификации действий подсудимого подлежит учёту квалифицирующий признак «с применением предмета, используемого в качестве оружия».

В заключении комиссии экспертов от 23.12.2022 г. № 6372/с, указано, что ФИО10 обнаруживает 

<

данные изъяты>. 

Психическое расстройство, обнаруженное у ФИО10 не относится к хроническому психическому расстройству, временному психическому расстройству, слабоумию или иному болезненному состоянию психики, то есть он не подпадает под действие ст. 21 УК РФ и ст. 81 УК РФ. Во время деяния, в котором он обвиняется, последний находился вне какого – либо временного психического расстройства. Он правильно ориентировался в окружающем, вступал в адекватный речевой контакт, сохранил воспоминания о периоде времени, относящегося к деянию, в котором обвиняется, его действия носили последовательный, целенаправленный, завершённый характер, отсутствовали психопатологические мотивы преступления. 

Выявленное у ФИО10 психическое расстройство с выраженной степенью эмоционально – волевых расстройств, незрелостью психических процессов, на фоне систематического злоупотребления алкоголем, определило слабость интеллектуального и волевого контроля, нарушение способности к прогнозированию, снижение критики к своим поступкам, что наложило отпечаток на мотивацию противоправного поведения, способ реализации преступного намерения, ограничивало возможность воздержаться от правонарушения и не позволяло в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

То есть ФИО10, как не лишённое вменяемости лицо, в силу психического расстройства во время деяния, в котором он обвиняется, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими (ч. 1 ст. 22 УК РФ). 

По своему психическому состоянию ФИО10 мог в период инкриминируемого ему деяния правильно воспринимать обстоятельства имеющие значение для дела, мог и может в настоящее время давать по ним показания. Психическое расстройство, выявленное у последнего, относится к категории психических недостатков, в силу которого он не может самостоятельно осуществлять своё право на защиту, что предполагает участие защитника. 

Однако, ФИО10 может присутствовать в судебном заседании и участвовать в следственных мероприятиях (т. 2 л.д. 51-57). 

Названное заключение выполнено комиссией государственных экспертов, имеющими необходимую квалификацию, стаж (опыт) работы, предупреждёнными органом предварительного расследования об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, предусмотренной ст. 307 УК РФ. 

Исследование проведено в полном объёме, с учётом всех обстоятельств дела и с личным участием подсудимого. Выводы согласуются с исследовательской и аналитической частями заключения и не содержат противоречий. Заключение является ясным, полным и не вызывает сомнений в своей обоснованности.

В связи с изложенным суд находит вышеуказанное заключение достоверным и считает возможным руководствовать им при решении вопроса о вменяемости подсудимого. 

Принимая во внимание выводы, изложенные в указанном заключении, поведение подсудимого в судебном заседании, положения ст. 22 УК РФ, согласно которым вменяемое лицо, которое во время совершения преступления в силу психического расстройства не могло в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, подлежит уголовной ответственности, суд признаёт ФИО10 вменяемым в отношении инкриминируемого ему деяния и подлежащим уголовной ответственности за содеянное.

Действия подсудимого суд квалифицирует по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершённое с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлёкшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Оценивая доводы стороны защиты о необходимой обороне, суд исходит из следующего. 

Согласно ч. 1 ст. 37 УК РФ не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия. 

О наличии такого посягательства могут свидетельствовать, в частности:

причинение вреда здоровью, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (например, ранения жизненно важных органов);

применение способа посягательства, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, удушение, поджог и тому подобное).

Непосредственная угроза применения насилия, опасного для жизни обороняющегося или другого лица, может выражаться, в частности, в высказываниях о намерении немедленно причинить обороняющемуся или другому лицу смерть или вред здоровью, опасный для жизни, демонстрации нападающим оружия или предметов, используемых в качестве оружия, взрывных устройств, если с учетом конкретной обстановки имелись основания опасаться осуществления этой угрозы (п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.09.2012 г. № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление»). 

В соответствии с ч. 2.1 ст. 37 УК РФ не являются превышением пределов необходимой обороны действия обороняющегося лица, если это лицо вследствие неожиданности посягательства не могло объективно оценить степень и характер опасности нападения. 

При выяснении вопроса, являлись ли для оборонявшегося лица неожиданными действия посягавшего, вследствие чего оборонявшийся не мог объективно оценить степень и характер опасности нападения (ч. 2. 1 ст. 37 УК РФ), суду следует принимать во внимание время, место, обстановку и способ посягательства, предшествовавшие посягательству события, а также эмоциональное состояние оборонявшегося лица (состояние страха, испуга, замешательства в момент нападения и тому подобное). 

В зависимости от конкретных обстоятельств дела неожиданным может быть признано посягательство, совершенное, например, в ночное время с проникновением в жилище, когда оборонявшееся лицо в состоянии испуга не смогло объективно оценить степень и характер опасности такого посягательства (п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.09.2012 г. № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление»).

В судебном заседании подсудимый сообщил, что во время конфликта ФИО1 наносил ему удары кулаками по лицу и телу, от чего у него были синяки, однако, телесные повреждения были незначительными, в связи с чем он не обращался в медицинское учреждение. ФИО1 угрозу убийством либо угрозу причинения вреда здоровью в его адрес не высказывал. Во время нанесения последним ударов он защищался.

Поскольку ФИО1 наносил удары руками, угрозу убийством либо угрозу причинения вреда здоровью не высказывал, его действия не повлекли причинения вреда здоровью подсудимого, суд не усматривает основания полагать, что имело место опасное посягательство, а последний действовал в условиях необходимой обороны или при превышении её пределов. 

Равно названные выводы также подтверждают действия ФИО10, который использовал для нанесения ударов фрагмент кирпича, нанёс им не менее двух ударов в область лица и головы ФИО1 после того как последний упал, подошёл к нему и не менее двух раз ударил его ногой. 

Нанесению ударов фрагментом кирпича по голове и лицу предшествовал конфликт между ФИО10 и ФИО1 в ходе которого последний наносил удары руками, от которых подсудимый защищался. Действия ФИО1 в рассматриваемой ситуации не были неожиданными для ФИО10, в связи с чем последний мог оценивать обстоятельства конфликта и действия ФИО1 

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, суд находит несостоятельными доводы стороны защиты о том, что подсудимый действовал в условиях необходимой обороны и подлежит оправданию. 

Не могут быть приняты доводы ФИО10 о том, что в результате нанесённых им ударов по лицу и голове ФИО1 не могла возникнуть вышеуказанная черепно – лицевая травма, а равно смерть последнего. 

Согласно выводам заключений экспертиз и заключений эксперта черепно – лицевая травма в виде вдавленного перелома на границе чешуи правой височной кости и правой теменной кости, ориентированный продольно в передне – заднем направлении, перелома левого суставного отростков нижней челюсти и перелома правого венечного отростков нижней челюсти, могла быть причинена фрагментом кирпича. 

В ходе судебного разбирательства объективно установлено, что названная черепно – лицевая травма была причинена ФИО1 действиями подсудимого, который нанёс фрагментом кирпича не менее двух ударов по голове и лицу последнего. Равно установлено, что данная травма находится в прямой причинной связи со смертью ФИО1 и квалифицируется, как тяжкий вред здоровью человека. 

Довод подсудимого о том, что он находился в состоянии аффекта (внезапно возникшего сильного душевного волнения), опровергается выводами заключения комиссии экспертов от 23.12.2022 г. № 6372/с, где указано, что во время совершения инкриминируемого деяния последний находился в состоянии эмоционального возбуждения, вызванном простым алкогольным опьянением и конфликтной ситуацией с потерпевшим. Данное эмоциональное состояние не достигло степени выраженности аффекта и не оказало существенного влияния на его сознание и поведение (т. 2 л.д. 51-57). 

При назначении наказания в соответствии со ст. 60 УК РФ суд учитывает:

характер общественной опасности совершённого преступления (направленность деяния на охраняемые уголовным законом социальные ценности и причинённый им вред – преступление против здоровья, умышленное, оконченное, особо тяжкое);

степень общественной опасности совершённого преступления (фактические обстоятельства совершённого преступления);

личность виновного (характеризуется удовлетворительно, на учётах у врачей нарколога, психиатра числится, имеет образование 9 классов, холост, детей не имеет, работает, невоеннообязанный, не судим); 

влияние назначаемого наказания на условия жизни семьи подсудимого (матери и двух сестёр); 

обстоятельства, смягчающие наказание в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, частичное признание вины, раскаяние в содеянном, совершение преступления впервые, неудовлетворительное состояние собственного здоровья (страдает психическим расстройством, не исключающим вменяемости (ч. 1 ст. 22 УК РФ) и другими заболеваниями) и здоровья членов семьи (сестры и матери), оказание помощи, в том числе материальной членам своей семьи, занятость общественно полезной деятельностью (трудом), принесение публичных извинений и извинений потерпевшей в судебном заседании. 

Согласно заключению комиссии экспертов от 23.12.2022 г. № 6372/с ФИО10 страдает психическим расстройством, не исключающим вменяемости (ч. 1 ст. 22 УК РФ) (т. 2 л.д. 51-57). 

В силу ч. 2 ст. 22 УК РФ наличие у подсудимого психического расстройства, не исключающего вменяемости, суд учитывает при назначении наказания последнему.

Как указано выше, 05.12.2022 г. ФИО10 обратился к сотрудникам правоохранительных органов и сообщил о совершённом им преступлении, о чём был составлен протокол явки с повинной (т. 2 л.д. 97). 

Достоверность обстоятельств, изложенных в названном протоколе, подсудимый подтвердил в судебном заседании, сообщив, что заявление сделано им на основании свободной воли и не обусловлено оказанием на него давления со стороны сотрудников правоохранительных органов либо других лиц.

Добровольное сообщение ФИО10 о совершённом преступлении, суд расценивает, как явку с повинной, которую в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ признаёт смягчающим обстоятельством и учитывает при назначении наказания. 

Кроме того, в ходе предварительного расследования подсудимый, подробно и последовательно давал признательные показания и участвовал в следственном действии (проверка показаний на месте), сообщая все известные ему обстоятельства произошедших событий, сведениями о которых не располагали сотрудники правоохранительных органов. 

Своими действиями ФИО10 активно способствовал раскрытию и расследованию преступления, что в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд признаёт смягчающими обстоятельствами, которые подлежат учёту при назначении наказания. 

Орган предварительного расследования, государственный обвинитель предложили учесть при назначении наказания такое смягчающее обстоятельство, как противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для совершения преступления. 

Во время рассмотрения уголовного дела объективно установлено, что ФИО10, вставая, случайно опрокинул стол с находившимися на нём продуктами и алкогольными напитками. Это не понравилось ФИО1 в связи с чем он, высказав своё недовольство, начал наносить ФИО10 удары руками в область лица и тела. Во время данного конфликта и действий ФИО11 ФИО10 упал на землю. В это время ФИО1 подошёл к ФИО10 и начал замахиваться, что бы нанести удар. Однако, ФИО1 нанести удар не смог, так как ФИО10 нанёс ему не менее двух ударов фрагментом кирпича по голове и лицу.

Обстоятельства событий свидетельствуют о том, что ФИО1, используя незначительную причину, спровоцировал конфликт, а после, действуя противоправно, стал наносить ФИО10 удары руками в область тела и лица. 

В результате противоправного поведения ФИО1. подсудимый испытал к последнему неприязненное отношение и решил причинить ему тяжкий вред здоровью, что в последующем и сделал. 

Поскольку противоправное поведение потерпевшего явилось поводом для совершения преступления, суд находит обоснованным довод органа предварительного расследования и стороны обвинения. 

При назначении наказания подсудимому в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ следует учесть такое смягчающее обстоятельство, как противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для совершения преступления. 

Орган предварительного расследования предложил учесть при назначении подсудимому наказания такое отягчающее обстоятельство, как совершение преступления в состояния опьянения, вызванным употреблением алкоголя. 

Вместе с тем, стороной обвинения во время судебного разбирательства не было предоставлено доказательств того, что совершение преступления ФИО10 было обусловлено состоянием опьянения. 

В судебном заседании подсудимый не отрицал, что в день событий употреблял алкоголь и в момент конфликта находился в состоянии опьянения. Однако, он указал на то, что удары ФИО1 он нанёс в связи с его противоправным поведением, которое выразилось в том, что он стал его бить. 

Принимая во внимание названные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что совершение преступление было вызвано противоправным поведением потерпевшего, а не состоянием опьянения, в котором находился подсудимый.

При таких обстоятельствах суд находит несостоятельным довод органа предварительного расследования и не усматривает оснований для учёта при назначении наказания такого отягчающего обстоятельства, как совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя (ч. 1.1 ст. 63 УК РФ). 

Учитывая изложенное, суд считает необходимым назначить ФИО10 наказание в виде лишения свободы, поскольку в данном случае применение именно этого вида наказания повлечёт восстановление социальной справедливости, будет направлено на исправление последнего, а также предупредит его о недопустимости совершения новых преступлений.

В связи с тем, что применение дополнительного наказания, предусмотренного санкцией ч. 4 ст. 111 УК РФ, носит альтернативный характер, суд, исходя из сведений о личности подсудимого, а так же совокупности смягчающих обстоятельств, считает возможным не назначать последнему дополнительное наказание в виде ограничения свободы. 

Принимая во внимание фактические обстоятельства совершённого ФИО10 преступления, его поведение во время и после совершения преступления, а так же отсутствие обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, суд не усматривает оснований для применения ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ. 

По вышеприведённым причинам, а так же в виду невозможности исправления подсудимого без реального отбывания наказания, суд не находит оснований для применения положений ст. 73 УК РФ об условном осуждении. 

Поскольку установлены смягчающие обстоятельства, предусмотренные п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ (явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления), а отягчающие обстоятельства отсутствуют, при назначении наказания подлежат применению правила ч. 1 ст. 62 УК РФ. 

ФИО10, ранее не отбывавший лишение свободы, совершил особо тяжкое преступление, а потому он в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ должен отбывать назначаемое наказание в исправительной колонии строгого режима. 

Согласно ч. 2 ст. 22 УК РФ психическое расстройство, не исключающее вменяемости, может служить основанием для назначения принудительных мер медицинского характера. 

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 97 УК РФ принудительные меры медицинского характера могут быть назначены судом лицам совершившим преступление и страдающим психическими расстройствами, не исключающими вменяемости. 

В ч. 2 ст. 97 УК РФ указано, что лицам, указанным в ч. 1 ст. 97 УК РФ, принудительные меры медицинского характера назначаются только в случаях, когда психические расстройства связаны с возможностью причинения этими лицами иного существенного вреда либо с опасностью для себя или других лиц.

Исходя из п. «а» ч. 1, ч. 2 ст. 99 УК РФ, суд может назначить принудительную меру медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача – психиатра в амбулаторных условиях. 

Лицам, осуждённым за преступления, совершённые в состоянии вменяемости, но нуждающимся в лечении психических расстройств, не исключающих вменяемости, суд наряду с наказанием может назначить принудительную меру медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача – психиатра в амбулаторных условиях.

Как указано в ст. 100 УК РФ, принудительное наблюдение и лечение у врача – психиатра в амбулаторных условиях может быть назначено при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УК РФ, если лицо по своему психическому состоянию не нуждается в помещении в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях.

Из ч. 1 ст. 104 УК РФ следует, что в случаях, предусмотренных ч. 2 ст. 99 УК РФ, принудительные меры медицинского характера исполняются по месту отбывания лишения свободы,

В заключении комиссии экспертов от 23.12.2022 г. № 6372/с указано, что ФИО10 страдает психическим расстройством, не исключающим вменяемости. Данное психическое расстройство связано с возможностью причинения последним существенного вреда и опасностью для других лиц (снижение контроля за своим поведением, снижение критики к своим поступкам, импульсивность действий). 

В связи с изложенным ФИО10 нуждается в назначении принудительных мер медицинского характера, соединённых с исполнением наказания в виде принудительного наблюдения и лечения у врача – психиатра в амбулаторных условиях, так как он по своему психическому состоянию не нуждается в помещении в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях. 

Противопоказания для исполнения принудительных мер медицинского характера у ФИО10 отсутствуют (т. 2 л.д. 51-57). 

Принимая во внимание вышеизложенные выводы заключения, суд на основании ч. 2 ст. 22, п. «в» ч. 1 ст. 97, п. «а» ч. 2 ст. 99, ст. 100 УК РФ считает необходимым назначить подсудимому принудительную меру медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача – психиатра в амбулаторных условиях по месту отбывания наказания в виде лишения свободы. 

Во время судебного разбирательства потерпевшая ФИО3 обратилась с иском, в котором просит взыскать в свою пользу со ФИО10 53 000 рублей в счёт материального ущерба, 700 000 рублей в счёт компенсации морального вреда. 

При обсуждении иска в судебном заседании стороны имели следующие мнения. 

Потерпевшая (гражданский истец) ФИО3 исковые требования поддержала и просила их удовлетворить.

Государственный обвинитель Егорова С.П. просила удовлетворить исковые требования потерпевшей. 

Подсудимый (гражданский ответчик) ФИО10, его защитник Шадрина О.П. исковые требования не признали и просили оставить их без удовлетворения. 

Как указано в ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (п. 1). 

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2). 

В силу п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Из ст. 3 Федерального закона от 12.01.1996 г. № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» (далее «ФЗ от 12.01.1996 г. № 8») следует, что погребение представляет собой обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путём предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами РФ).

В ст. 9 ФЗ от 12.01.1996 г. № 8 перечислен лишь гарантированный перечь услуг, оказываемых специализированной службой по вопросам похоронного дел и не является исчерпывающим при определении вопроса о дополнительных действиях лиц по захоронению, таких как поминальный обед. 

Согласно Рекомендациям о порядке похорон и содержании кладбищ в РФ МДК 11-01.2002, церемония похорон включает в себя совокупность обрядов омовения и подготовки к похоронам, траурного кортежа, прощания и панихиды, переноса останков к месту погребения, захоронения останков (или праха после кремации), поминовения (п. 6.1 Рекомендаций).

Затраты на погребение могут возмещаться на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, при этом размер возмещения не может ставиться в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуги по погребению, установленного в субъекте РФ или в муниципальном образовании. Возмещению подлежат необходимые расходы, отвечающие требованиям разумности. Описание процедуры организации и проведения поминок указано в п. п. 7.4 - 7.8 (Поминки) Рекомендаций о порядке похорон и содержании кладбищ в РФ МДК 11-01.2002. 

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей гл. 59 ГК РФ и ст. 151 ГК РФ. 

В ст. 151 ГК РФ указано, что если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинён вред. 

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2). 

В п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (переживания в связи с утратой родственников).

Исходя из п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.

Указанные обстоятельства влияют так же и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. 

При определении размера компенсации морального вреда суду с учётом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В ходе судебного разбирательства объективно установлено, что в результате виновных действия ФИО10 наступила смерть ФИО1 в связи с чем подсудимый в сил п. 1 ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1094 ГК РФ обязан возместить ущерб (убытки), связанные со смертью последнего, в том числе расходы на погребение. 

Во время организации и проведения погребения ФИО1 его сестра – ФИО3 обратилась к ООО «Ритуал – Сервис», с которым заключила договор на оказание ритуальных услуг от 08.09.2022 г. Сотрудники названного юридического лица осуществили облачение гнилостного умершего в полиэтиленовую плёнку. За оказанные услуги ФИО3 уплатила 3 200 рублей (т. 4 л.д. 24, 25, 26). 

Кроме того, ФИО3 обратилась к ИП ФИО12, которой уплатила 50 000 рублей в счёт оказанных услуг и предметов, необходимых для погребения, в том числе: 12 000 рублей – стоимость доставки тела из г. Красноярска в г. Боготол; 15 000 рублей – стоимость гроба; 2 500 рублей – стоимость деревянного креста; 1 600 рублей – стоимость покрывала; 12 000 рублей – стоимость погребения; 6 000 рублей – стоимость венка; 900 рублей – вынос тела из морга (т. 4 л.д. 22, 23). 

Таким образом, общая сумма расходов ФИО3 на организацию и проведение похорон составила 53 200 рублей. 

Между тем, ФИО3 ограничила стоимость расходов суммой 53 000 рублей. 

В силу ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Принимая во внимание названные положения закона, размер расходов на организацию и проведение похорон, то есть ущерба (убытков), следует ограничить суммой 53 000 рублей. 

В результате виновных действий ФИО10 умер брат ФИО3 – ФИО1 с которым она общалась и поддерживала отношения. Утрата близкого человека объективно причинила последней нравственные страдания. 

Поскольку виновными действиями ФИО10 ФИО3. были причинены нравственные страдания, суд находит требование о взыскании компенсации морального вреда обоснованным в силу ст. 151, п. 1 ст. 1099 ГК РФ.

Учитывая изложенное, а так же характер нравственных страданий, фактические обстоятельства дела, индивидуальные особенности потерпевшей, суд, руководствуясь принципами разумности и справедливости, считает возможным определить размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда в сумме 700 000 рублей. 

Таким образом, исковые требования подлежат удовлетворению. Со ФИО10 в пользу ФИО3 следует взыскать 53 000 рублей в счёт ущерба (убытков), 700 000 рублей в счёт компенсации морального вреда. 

Руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО10 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, назначить наказание в виде лишения свободы на срок 6 (шесть) лет.

Отбывание лишения свободы ФИО10 назначить в исправительной колонии строгого режима. 

Срок отбывания ФИО10 наказания в виде лишения свободы исчислять со дня вступления приговора в законную силу. 

Назначить ФИО10 принудительную меру медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача – психиатра в амбулаторных условиях по месту отбывания наказания в виде лишения свободы.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения ФИО10 в виде заключения под стражу оставить без изменения, содержать его в следственном изоляторе и числить за Кировским районным судом г. Красноярска. 

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО10 под стражей с 05.12.2022 г. до дня вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчёта один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Исковое заявление ФИО3 к ФИО10 удовлетворить. 

Взыскать со ФИО10 в пользу ФИО3 53 000 рублей в счёт ущерба (убытков), 700 000 рублей в счёт компенсации морального вреда. 

Хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств следственного отдела по Кировскому району г. Красноярска Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Красноярскому краю и Республике Хакасия вещественные доказательства в виде смыва, контроля к последнему, выреза картонной коробки, джинсов, фрагмента кирпича, уничтожить, а вещественные доказательства в виде пяти оптических дисков хранить при уголовном деле. 

На приговор может быть подана апелляционная жалоба и (или) принесено апелляционное представление в судебную коллегию по уголовным делам Красноярского краевого суда в течение 15 (пятнадцати) суток со дня его провозглашения, а осуждённым, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

Апелляционные жалоба, представление подаются через Кировский районный суд г. Красноярска. 

В случае подачи апелляционной жалобы осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, что следует указать в жалобе, а если дело рассматривается по представлению прокурора или жалобе другого лица – в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу или представление. 

Судья Измаденов А.И.