Дело № 2-198/2025

22RS0065-01-2024-005972-44

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 июня 2025 года город Барнаул

Индустриальный районный суд города Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Морозовой Т.С.,

при помощнике судьи Николаеве Н.А.

с участием прокурора Захаровой Н.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО9, ФИО1 о признании утратившими право пользования, выселении,

встречное исковое заявление ФИО9 к ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, 

УСТАНОВИЛ:

Истец обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании утратившим право пользования квартирой, расположенной по адресу: 

<

адрес>, а также о выселении ответчика из вышеназванного жилого помещения.

В обоснование требований истец указала, что она с ДД.ММ.ГГГГ является собственником, квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>. Квартира принадлежит ей на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. Ответчик проживает в спорной квартире с устного разрешения прошлого собственника, регистрации по месту жительства в спорной квартире не имеет. На основании договора дарения истец является единственным собственником квартиры, оснований для сохранения проживания ответчика в ней не имеется. Истец с ответчиком в родственных отношениях не состоят, каких-либо договорных обязательств между ними не существует. В добровольном порядке ответчик освобождать жилое помещение отказывается. ДД.ММ.ГГГГ истцом было направлено ответчику уведомление об освобождении жилого помещения по вышеуказанному адресу. У ответчика отсутствует основание для проживания в квартире, при этом его проживание нарушает имущественные права истца, являющегося собственником спорного жилого помещения, поскольку она заселиться и проживать в своей квартире не может. Уважительные причины и основания для дальнейшего проживания в квартире истца у ответчика отсутствуют.

В ходе рассмотрения гражданского дела к производству суда принято встречное исковое заявление ФИО2 к ФИО2 с требованиями (с учетом уточнения) о признании недействительной сделки – договора дарения квартиры по адресу: 

<

адрес>, кадастровый номер *** от ДД.ММ.ГГГГ, применении последствий недействительности сделки, прекращении права собственности ответчика по встречному исковому заявлению ФИО2 на квартиру и о признании за ФИО2 права собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, кадастровый номер *** в порядке наследования по закону.

В обоснование встречных исковых требований ФИО2 указывает, что с первоначальным исковым заявлением он не согласен. Сделка, на основании которой ФИО2 стала собственником квартиры по адресу 

<

адрес>, кадастровый номер ***, а именно договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ является недействительной. Договор дарения совершен ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в возрасте 91 год. На момент совершения сделки ФИО5 состояла на учете в КГБУЗ «Алтайская краевая клиническая больница имени Эрдмана Ю.К.», страдала от психических расстройств (диагностировалась деменция и иные расстройства). Соответственно она не была способна понимать значение своих действий и руководить ими. ФИО5 умерла ДД.ММ.ГГГГ. Истец по встречному исковому заявлению является сыном ФИО5, является единственным наследником.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве соответчика по первоначальному исковому заявлению привлечен ФИО1.

Истец по первоначальному исковому заявлению ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще. В ходе рассмотрения гражданского дела поясняла, что с ФИО2 является ее бывшим супругом, они состоят в разводе с 2021 году. ФИО5 очень хорошо к ней относилась. После развода с ФИО2 они поддерживали общение, но потом он начал угрожать ей расправой из-за квартиры. В спорной квартире проживает сын ФИО2 – ФИО1 На оформление договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ она ездила в многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг вместе с ответчиком ФИО2 и ФИО5 Ответчик ФИО2 присутствовал при заключении сделки, дал свое согласие, он же и отвез их в многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг. ФИО5 на момент сделки чувствовала себя хорошо, но в целом у нее были головные боли и один раз она выходила на лестничную площадку, после чего соседи ее завели обратно в квартиру. Инициатива по заключению договора дарения спорной квартиры исходила от ФИО22. После сделки дарения в квартире проживала ФИО5, а ФИО2 осуществляла за ней уход. ФИО2 стала претендовать на спорное жилое помещение спустя полгода после смерти ФИО5

Представитель истца по первоначальному иску ФИО2 – ФИО20 в судебном заседании первоначальные исковые требования не поддержала в связи с тем, что стало известно о том, что в спорном жилом помещении ни ответчик ФИО2, ни ответчик ФИО1 не проживают. Права ФИО2 не нарушаются. Встречные исковые требования ФИО2 просила оставить без удовлетворения в связи с пропуском ФИО2 срока исковой давности о признании оспоримой сделки недействительной. Считает, что на момент оформления сделки ФИО2 знал о заключении договора дарения.

Ответчик по первоначальному исковому заявлению ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен надлежаще. В ходе рассмотрения гражданского дела пояснял, что ФИО2 на оформление сделки в многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг не возил. ФИО2 жил у ФИО5 в 2019-2020 годах. У ФИО5 бывали провалы в памяти, она могла выйти на улицу, на лестничную площадку, у нее были галлюцинации, она не узнавала ФИО2, не отдавала отчет своим действиям. В последнее время она проживала в интернате, на момент сделки была дома, с 2020 года не могла определить дату и время. ФИО5 говорила, что спорная квартира достанется ему. Про договор дарения мать ему ничего не говорила. О том, что квартира принадлежит ФИО2 он узнал только у нотариуса, когда вступал в наследственные права.

Представитель ответчика по первоначальному иску ФИО2 – ФИО19 в судебном заседании возражал против удовлетворения первоначального искового заявления в связи с тем, что в спорной квартире никто не проживает, права ФИО2 никак не нарушаются. Настаивал на удовлетворении встречного искового заявления. Пояснил, что сделка дарения недействительна, даритель на момент совершения сделка не понимала значение своих действий и не могла руководить ими. Срок исковой давности не пропущен, поскольку наследник не мог обратиться в суд о признании сделки недействительной до смерти наследодателя. С момента открытия наследства у ФИО2 возникло право признать сделку недействительной, соответственно срок исковой давности не пропущен. 

Ответчик по первоначальному исковому заявлению ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен надлежаще. В материалы дела представил письменные пояснения, в соответствии с которыми ему неизвестно о том, что спорная квартира подарена ФИО2 Спорная квартира принадлежит его бабушке – ФИО5, которая жила в ней до того, как ее направили в пансионат. В квартире до смерти бабушки и после смерти бабушки в феврале 2024 он периодически появлялся, но постоянно не проживал. ФИО2 являлась недолгое время женой его отца. В то время бабушке было больше 90 лет, она не всегда узнавала его, лежала в больнице с психическим расстройством. ФИО1 непонятно, каким образом бабушка оформила договор дарения на ФИО2, если она не отдавала отчет своим действиям. Первоначальные исковые требования не признает. Встречные исковые требования ФИО2 поддерживает. 

Привлеченные к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Управление Росреестра по Алтайскому краю, Фонд пенсионного и социального страхования Алтайского края, нотариус ФИО21, извещены надлежаще, своих представителей в судебное заседание не направили.

В соответствии с положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) судом определено о возможности рассмотрения дела при данной явке. 

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, и их представителей, исследовав представленные доказательства в их совокупности, заслушав заключение прокурора, полагавшего первоначальные исковые требования не подлежащими удовлетворению, встречные исковые требование подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему выводу.

Частью 2 ст. 35 Конституции Российской Федерации определено право каждого гражданина Российской Федерации иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.

Согласно ст. 1 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее – ЖК РФ) граждане приобретают и осуществляют свои жилищные права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении и реализации своих жилищных прав в силу договора и (или) иных предусмотренных жилищным законодательством оснований. Жилищные права могут быть ограничены на основании федерального закона.

В соответствии с ч. 1 ст. 30 ЖК РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены ЖК РФ.

На основании ст. 304 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) собственник жилого помещения вправе требовать устранения всяких нарушений его прав, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, (Даритель) и ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., (Одаряемый) заключен Договор дарения.

В соответствии с п. 1 данного Договора, Даритель дарит, а Одаряемый принимает в дар квартиру в собственность, назначение: жилое, общей площадью 35,2 кв.м., находящуюся по адресу: Россия, 

<

адрес>, кадастровый номер ***.

Согласно п. 2 данного Договора вышеуказанная квартира принадлежит Дарителю на праве собственности на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ за ***.

Передача дара Дарителем осуществляется посредством передачи Одаряемому относящихся к вышеуказанной квартире документов, ключей в момент подписания данного Договора, который одновременно будет иметь силу акта приема-передачи (п. 6 Договора).

Даритель и Одаряемый являются близкими родственниками (п. 11 Договора).

Согласно записи акта о заключении брака *** от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., и ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., заключили брак.

Согласно свидетельству о перемене имени I-ТО *** ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., переменила фамилию на ФИО2.

Вышеуказанный брак расторгнут ДД.ММ.ГГГГ, о чем сделана запись акта о расторжении брака ***.

В соответствии с уведомлением о выселении от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 потребовала от ФИО2 освободить жилое помещение по адресу 

<

адрес> течение 7 дней с момента получения данного уведомления.

Согласно сведениям отдела адресно-справочной работы УВМ ГУ МВД России по Алтайскому краю от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., зарегистрирован с ДД.ММ.ГГГГ по адресу: 

<

адрес>.

Согласно регистрационному досье от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 зарегистрирован с ДД.ММ.ГГГГ по адресу: 

<

адрес>.

Из ответа Филиала ППК «Роскадастр» по Алтайскому краю следует, что собственником жилого помещения – квартиры, расположенной по адресу 

<

адрес>, является ФИО2 Вместе с тем, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, принадлежит жилое помещение (квартира), расположенное по адресу: 

<

адрес>, право собственности зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. 

Согласно свидетельству о рождении V-ТО *** ФИО2 родился ДД.ММ.ГГГГ. ФИО4, мать- ФИО5.

ФИО5 умерла ДД.ММ.ГГГГ, что следует из свидетельства о смерти от ДД.ММ.ГГГГ III-ТО ***.

В соответствии с регистрационным делом на объект недвижимости-квартиру по адресу 

<

адрес>, ДД.ММ.ГГГГ заключен договор купли-продажи вышеуказанной квартиры между ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р, и ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Регистрация права собственности на вышеуказанное помещение за ФИО2 на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ произведена ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с выпиской из домовой книги от ДД.ММ.ГГГГ, в жилом помещении по адресу 

<

адрес>, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ была зарегистрирована ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р. Также в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в данном помещении имела регистрацию ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ г.р. Иных сведений о регистрации не представлено в выписке.

Согласно ст. 11 ГК РФ п. 1, ст. 3 ГПК РФ защите подлежат нарушенные или оспоренные права.

Из анализа ч. 1 ст. 3, ч. 1 ст. 4, ч. 1 ст. 56 ГПК РФ следует, что именно истец должен представить доказательства того, что его права или законные интересы нарушены и что используемый им способ защиты влечет пресечение нарушения и восстановление права.

Как установлено судом, ответчики по первоначальному иску ФИО1 и ФИО2 имеют регистрацию по адресу 

<

адрес>. Ответчик ФИО1 и представитель ответчика ФИО2 пояснили, что в спорном жилом помещении ответчики не проживают. Доказательств обратного стороной истца не представлено. Кроме того, данный довод не отрицался и представителем истца, которая не поддержала первоначальные исковые требования в связи с отсутствием нарушений прав истца.

В этой связи, исковые требования ФИО2 к ФИО2, ФИО1 о признании утратившим права пользования, выселении, подлежат оставлению без удовлетворения. 

Разрешая встречные исковые требования ФИО2 к ФИО2 о признании недействительной сделки, применении последствий недействительности сделки, суд приходит к выводу об удовлетворении данных требований в полном объеме.

Пунктом 2 ст. 1 ГК РФ установлено, что граждане (физические лица) и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. 

В силу пункта 1 ст. 9 ГК РФ граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. 

Статьей 12 ГК РФ, определяющей способы защиты гражданских прав, предусмотрено, что защита гражданских прав осуществляется, в частности, путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

По смыслу положений п. 1 ст. 572, п.п. 1, 3 ст. 574 ГК РФ конечной целью заключения договора дарения недвижимого имущества является для дарителя - прекращение права собственности в отношении предмета сделки, для одаряемого - приобретение недвижимого имущества в собственность.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Общие правила доказывания в гражданском процессе урегулированы положениями гл. 6 ГПК РФ. 

Согласно ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов. 

Согласно ч.ч. 1, 3 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. 

Установлено и подтверждается материалами дела, а также не оспаривалось сторонами, что истец по встречному исковому заявлению ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., является сыном ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Согласно п. 1 ст. 1141 ГК РФ наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной ст.ст. 1142 - 1145 и 1148 данного Кодекса.

В соответствии со ст. 1142 ГК РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя. Внуки наследодателя и их потомки наследуют по праву представления.

Нотариусом Барнаульского нотариального округа Алтайского края ФИО21 к имуществу ФИО5 заведено наследственное дело ***.

Согласно данному наследственному делу, ДД.ММ.ГГГГ с заявлением о принятии наследства обратился ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., в котором указано, что о существовании иных наследников по закону, в том числе наследников, имеющих право на обязательную долю наследственного имущества, ему не известно.

Таким образом, наследником имущества после смерти ФИО5 по закону является сын наследодателя – ФИО2

Иных наследников, принявших наследство после смерти ФИО5, по материалам наследственного дела не установлено.

Истец по встречному исковому заявлению ссылается на то, что договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ является недействительной сделкой, поскольку на момент совершения сделки ФИО5 страдала от психических расстройств, была не способна понимать значение своих действий и руководить ими.

Ст. 166 ГК РФ предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным данным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Из приведенной нормы закона следует, что необходимым условием действительности сделки является соответствие волеизъявления воле лица, совершающего сделку, поскольку сделку, совершенную гражданином в состоянии, когда он не осознавал окружающей его обстановки, не отдавал отчета в совершаемых действиях и не мог ими руководить, нельзя считать действительной.

Свидетель ФИО15, будучи допрошенной в судебном заседании и предупрежденной об уголовной ответственности в соответствии со ст. 307 Уголовного кодекса РФ, пояснила, что ФИО5 была ее соседкой, виделись они часто, доводилось общаться, отношения были хорошие. Свидетель замечала странности поведения ФИО5, в 2020 году свидетель измеряла ей давление, состоялся диалог, в ходе которого ФИО5 сказала, что отписала квартиру на женщину ФИО9, говорила, что не помнит, что это было: дарение или завещание. Сказал, что не понимает, как это получилось. Свидетель не рассказывала об этом диалоге ФИО9. Также свидетель пояснила, что в 2021 году ФИО5 не признала ее, когда они встретились на улице. После 2021 года был случай, когда ФИО5 в халате зимой пошла выкидывать мусор, свидетель вернула ее домой.

Определением Индустриального районного суда г. Барнаула Алтайского края от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена посмертная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза в отношении умершей ДД.ММ.ГГГГ ФИО5, проведений которой поручено КГБУЗ «Алтайская краевая клиническая психиатрическая больница им. Ю.К. Эрдмана» (далее - КГБУЗ АККПБ им. Ю.К. Эрдмана).

Согласно заключению КГБУЗ АККПБ им. Ю.К. Эрдмана от ДД.ММ.ГГГГ *** у ФИО5 с 2019 года имелись достоверные признаки психического расстройства в форме деменции сложного генеза, проявлявшиеся грубым снижением памяти, конфабуляциями (ложные воспоминания), нарушением понятийного мышления и практической ориентировки. Деменция характеризуется хроническим, прогрессирующим течением, что подтверждается и материалами дела, согласно которым у ФИО5 улучшения психического состояния не наблюдались. Таким образом, по своему психическому состоянию ФИО5 на момент оформления договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ была лишена способности понимать значение своих действий и руководить ими. В связи с наличием у ФИО5 на момент оформления договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ грубых психических нарушений, вследствие которых она была лишена способности понимать значение своих действий и руководить ими, вопрос о наличии у нее заблуждения на момент договора дарения, не рассматривался.

Из психологического анализа представленных материалов гражданского дела, известно, что в интересующий суд ситуации у ФИО5 отмечались грубые интеллектуально-мнестические нарушения, ее способность к самообслуживанию была ограничена, она нуждалась в постоянном присмотре и помощи со стороны окружающих ее людей, тем самым находилась в прямой физической и психической зависимости от них. В связи с указанным, ФИО5 были присущи повышенная внушаемость и пассивной подчиняемость окружающим. Таким образом, из проведенного психологического анализа представленных материалов гражданского дела следует, что на момент совершения составления договора дарения (ДД.ММ.ГГГГ) у ФИО5 отмечались выраженные интеллектуально-мнестические нарушения, следствием которых являлась повышенная внушаемость, пассивная подчиняемость, зависимость от окружающих. Из чего следует, что свобода волеизъявления ФИО5 в интересующий суд период была нарушена. Соответственно, на момент подписания договора дарения (ДД.ММ.ГГГГ) ФИО5 не была способна понимать значение своих действий и руководить ими. Поскольку ФИО5 врачом-психиатром установлено психическое заболевание, кторое в исследуемый период выходило на первый план и определяло ее поведение, то вопрос об эмоциональном (психологическом) состоянии ФИО5 не рассматривается.

В силу ч. 2 ст. 87 ГПК РФ заключение эксперта оценивается наряду с другими доказательствами, оно не имеет для суда заранее установленной силы, а в силу ч. 3 ст. 86 ГПК РФ является одним из доказательств, которое должно быть оценено судом в совокупности с другими имеющимися в деле доказательствами, поскольку в соответствии с ч. 2 ст. 67 ГПК РФ никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Оценивая выводы вышеуказанного экспертного исследования, суд приходит к выводу, что оснований не доверять выводам судебной экспертизы не имеется, поскольку экспертиза отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, Федеральному закону от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», проведена комиссионно с участием врачей судебно-психиатрических экспертов высшей категории, медицинского психолога высшей категории; эксперты надлежащим образом предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 Уголовного кодекса РФ, им разъяснены права и обязанности эксперта, предусмотренные ст. 85 ГПК РФ. 

Каких-либо доказательств, опровергающих указанное заключение, сторонами в материалы дела не представлено. 

Таким образом, заключение судебной экспертизы принимается в качестве допустимого, достоверного и достаточного доказательства, поскольку имеет подробное описание проведенных исследований, материалов, использованных при проведении экспертизы, методов исследования, содержит полные, мотивированные, научно обоснованные ответы на поставленные перед экспертами вопросы. 

Проанализировав представленные сторонами в дело материалы, в том числе, полученные посредством проведения судебной экспертизы, суд приходит к выводу о том, что в момент составления договора дарения ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Бесспорных доказательств, подтверждающих обратное, стороной истца по первоначальному исковому заявлению в материалы дела не представлено.

Стороной истца по первоначальному исковому заявлению заявлено ходатайство о применении срока исковой давности, рассматривая указанное ходатайство, суд приходит к следующим выводам.

Пунктом 1 ст. 196 ГК РФ установлено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В абз. 2 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что, если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

Из разъяснений, изложенных в п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 "О судебной практике по делам о наследовании", следует, что наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

Вопрос о начале течения срока исковой давности по требованиям об оспоримости сделки разрешается судом исходя из конкретных обстоятельств дела и с учетом того, когда наследодатель узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как установлено экспертным заключением, ФИО5 с учетом своего психического состояния на момент совершения сделки дарения от ДД.ММ.ГГГГ, а также после совершения сделки до своей смерти не могла понимать значение своих действий и руководить им. Соответственно не осознавала возможность оспорить указанную сделку в судебном порядке.

Как указывает сторона ответчика по встречному исковому заявлению, ФИО2 знал о совершенной сделки с момента ее заключения, поскольку лично отвозил ФИО2 и ФИО5 на оформление договора дарения в многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг.

Согласно ответу КАУ «МФЦ Алтайского края», сведений об обращении в КАУ «МФЦ Алтайского края» и его филиалы ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., за составлением проекта договора дарения в АИС МФЦ не содержится.

Свидетель ФИО16 (отец ФИО2) будучи допрошенным в судебном заседании и предупрежденный об уголовной ответственности в соответствии со ст. 307 Уголовного кодекса РФ, пояснил, что в 2020 году ФИО2 знал о совершенной сделке дарения. Дочь говорила ему, что они с ФИО9 решили оформить договор дарения квартиры на ФИО2. Также дочь говорила ему, что она, ФИО5 и ФИО2 втроем ездили в МФЦ на оформление договора дарения.

Свидетель ФИО17 (мать ФИО2) будучи допрошенной в судебном заседании и предупрежденной об уголовной ответственности в соответствии со ст. 307 Уголовного кодекса РФ, пояснила, что ФИО2 хотела помочь ФИО9 погасить долги. ФИО9 предложил ФИО2 оформить квартиру на нее, так как ФИО9 беспокоили коллекторы. ФИО2 ухаживала за мамой ФИО9. ФИО9 отвозил ФИО2 и ФИО5 в МФЦ на оформление договора дарения. После этого они сделали ремонт в квартире. ФИО9 начал «выживать» ФИО2 из квартиры. ФИО9 придумал эту схему, чтобы погасить долги. Решение о дарении квартиры было не ФИО5, а ФИО9, так как он всем руководил.

К показаниям свидетелей ФИО16 и ФИО17 суд относится критически, поскольку они, в силу ст. 56 ГПК РФ, не подтверждены надлежащими доказательствами по делу. Данные лица являются родителями ответчика по встречному исковому заявлению, соответственно являются лицами, заинтересованными в разрешении настоящего спора. Также данные свидетели непосредственными очевидцами описываемых событий не являлись.

К материалам дела стороной ответчика по встречному исковому заявлению приобщен материальный носитель с аудиозаписями голосовых сообщений, в которых, как указывает сторона ответчика по встречному исковому заявлению, идет разговор между ФИО2 и ФИО2 относительно квартиры, являющейся предметом договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. 

Вместе с тем, суд относится критически к представленным доказательствам, поскольку из содержания разговора не следует, что речь идет именно о квартире, являющейся предметом договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. Также сторона истца по встречному исковому заявлению пояснила, что не признает тот факт, что речь идет о спорной квартире, а также не признает тот факт, что данные аудиозаписи принадлежат ФИО2

Кроме того, представленные аудиособщения являются пересланными сообщениями, что не позволяет установить фактического отправителя сообщений, принадлежность телефонного номера. Указанные доказательства не отвечают принципам относимости и допустимости, не подтверждают юридически значимые обстоятельства по делу, поскольку объективная связь между содержанием представленных доказательств и обстоятельствами рассматриваемого дела не усматривается.

Право на оспаривание сделки дарения от ДД.ММ.ГГГГ возникло у ФИО2, наследника ФИО5, лишь после смерти наследодателя, т.е. после ДД.ММ.ГГГГ. В связи с чем, годичный срок исковой давности не пропущен, учитывая, что встречное исковое заявление подано в суд ДД.ММ.ГГГГ. 

УМВД России по г. Барнаулу представлен материал проверки, зарегистрированный в журнале учета материалов об административных правонарушениях, *** по заявлению ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ вынесено определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, которым установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в ОП по Индустриальному району поступило сообщение от гр. ФИО2 с просьбой принять меры к ее бывшему супругу ФИО2, который не возвращает документы на автомобиль и золотое кольцо. В ходе проверки по материалам дела опрошен ФИО2, который пояснил, что с февраля 2020 года по август 2021 года состоял в браке с гр. ФИО2 С февраля 2024 года его бывшая супруга любыми способами пытается обмануть его. Были попытки с ней договориться по поводу продажи квартиры по адресу: 

<

адрес>, ранее принадлежавшей матери ФИО2 – ФИО5, которая умерла в феврале 2024 года. 

Из объяснений ФИО2 не следует, что он знал об оспоримой сделки до смерти матери в феврале 2024 год. Определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении вынесено ДД.ММ.ГГГГ, т.е. в пределах годичного срока исковой давности.

Таким образом, суд приходит к выводу, что договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ в силу положений п. 1 ст. 177 ГК РФ, является недействительной сделкой, совершенной лицом, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, срок исковой давности о признании сделки недействительной не пропущен, соответственно встречные исковые требования ФИО2 к ФИО2 о признании сделки недействительной, подлежат удовлетворению.

В силу ч. 3 ст. 177 ГК РФ если сделка признана недействительной на основании данной статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 данного Кодекса.

Согласно абз. 2 ч. 1 ст. 171 ГК РФ каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость.

С учетом изложенного, подлежат применению последствия недействительности оспоримой сделки и прекращении права собственности ФИО2 (ФИО22) ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> (кадастровый номер ***), зарегистрированное ДД.ММ.ГГГГ (№ государственной регистрации права ***), и признании за ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, право собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> (кадастровый номер ***).

Учитывая, что встречные исковые требования ФИО2 удовлетворены, то в соответствии со ст. 98 ГПК РФ с ФИО2 в пользу ФИО2 подлежит взысканию государственная пошлина, уплаченная при предъявлении встречного иска, в размере 21 814 рублей 00 копеек.

Руководствуясь ст. 98, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ФИО9, ФИО1 о признании утратившими право пользования, выселении, оставить без удовлетворения.

Встречные исковые требования ФИО9 удовлетворить.

Признать недействительной сделкой договор дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> (кадастровый номер ***), заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 и ФИО2 (ФИО22) ФИО2.

Прекратить право собственности ФИО2 (ФИО22) ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> (кадастровый номер ***), зарегистрированное ДД.ММ.ГГГГ (№ государственной регистрации права ***).

Признать за ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, право собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> (кадастровый номер ***).

Взыскать с ФИО2 (ИНН ***) в пользу ФИО9 (ИНН ***) судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 21 814 руб.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, путем подачи жалобы через Индустриальный районный суд г.Барнаула.

Судья Т.С. Морозова 

Мотивированное решение суда изготовлено 24 июня 2025 года.