Дело № 2- 719/18 27 ноября 2018 года 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Куйбышевский районный суд Санкт-Петербурга в составе председательствующего судьи Коваль Н.Ю., 

с участием адвокатов Карамышева К.А. и Карклиной О.А.,

при секретаре Анисимковой Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 и ФИО2 к ФИО3 о признании завещания и свидетельство о праве на наследство недействительным,

У С Т А Н О В И Л:

Истцы обратились в суд с указанным выше иском, ссылаясь на следующие обстоятельства:

ФИО1 и ФИО2 (добрачная фамилия- ФИО4) являются детьми Б.В.Ф., умершего 

<

дата>.

После смерти Б.В.Ф. истцы, являющиеся наследниками умершего первой очереди, обратились к нотариусу ФИО5 с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство, заведено наследственное дело №112. На момент смерти Б.В.Ф. на праве собственности принадлежала квартира по адресу: 

<

адрес>, где он был зарегистрирован на момент смерти, а также иное имущество. 

Выяснилось, что 15.03.2017 года Б.В.Ф. совершил завещание, по которому все принадлежащее ему имущество завещал ФИО3 завещание удостоверено нотариусом Санкт-Петербурга ФИО5. ФИО3 выдано свидетельство о праве на наследство.

Истцы полагают, что на момент составления завещания отец, страдая различными хроническими заболевания, не мог отдавать отчета своим действиям и руководить ими, что, учитывая его преклонный возраст (78 лет) свидетельствует об отсутствии доказательств, указывающих на наличие у него волеизъявления на составление завещания. Просят суд:

- признать недействительным завещание от 15.03.2017 года, удостоверенное нотариусом Санкт-Петербурга Свищевой И.Б, в соответствии с которым Б.В.Ф. завещал все свое имущество ответчику;

- признать недействительным свидетельство о праве на наследство по завещанию, выданное ФИО3 после смерти Б.В.Ф.

Представитель истца ФИО6, действующий на основании ордера и доверенности и Карамышев К.А., действующий на основании доверенности, в судебное заседание явились, исковые требования поддержали в полном объеме по изложенным вышнее основаниям. 

Полагали, что при вынесении решения суду надлежит руководствоваться результатами посмертной судебной психиатрической экспертизы, которая установила, что на момент смерти Б.В.Ф. не отдавал отчета своим действиям.

Представитель ответчика адвокат Карклина О.А., действующая на основании ордера в судебное заседание явилась, против иска возражала. Полагает, что в ходе рассмотрения дела не установлено, что в момент смерти Б.В.Ф. находился в состоянии, при котором он не мог отдавать отчета своим действиям. Завещание написал осознанно и оно в полном объеме соответствует его воле. Заключение судебной экспертизы оценивает критически, ходатайствовала о назначении повторной экспертизы, в проведении которой судом было отказано определением от 03.12.2018 года. Просила в иске отказать.

Позиция истца по делу изложена в письменных возражениях на иск (л.д.87-89), в которых ФИО3 указывает на то, что умерший на учете в психо- неврологическом диспансере не состоял, отдавал отчет своим действиям, завещание было оформлено им осознанно и однозначно передает его волю (л.д. 87-89).

Ответчик принимала участие в судебном заседании 04.04.2018 года, дала пояснения о том, что между ней и Б.В.Ф. были очень хорошие, теплые, доверительные отношения, несмотря на то, что брак был расторгнут. ФИО3 ухаживала за умершим, помогала ему, убирала, готовила еду. Квартиры у Б.В.Ф. и ФИО3 расположены на одной лестничной площадке. Ответчик показала, что дети (истцы) к отцу не приезжали, не заботились о нем; до момента смерти Б.В.Ф. находился в здравом уме, завещание написал без какого-либо давления с ее стороны, отчет своим действиям отдавал (л.д. 112-113).

Нотариус ФИО5 в судебное заседание не явилась, просила о рассмотрении дела без своего участия, давала пояснения в судебном заседании 13.03.2018 года, согласно которых Б.В.Ф. при составлении завещания, которое было ею удостоверено, осознавал свои действия, что не вызывало сомнений. Представила также письменные пояснения (л.д. 27,91-93). 

Третье лицо - Управление Росреестра по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в судебное заседание не явилось, извещены надлежаще, суд полагает возможным рассмотреть дело без их участия.

Суд, выслушав доводы участников процесса, показания свидетелей исследовав материалы дела, полагает, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям:

ФИО1 и ФИО2 являются детьми Б.В.Ф. (л.д. 13-16), умершего 

<

дата> (л.д. 17). Истцы силу ст. 1142 ГК РФ являются наследником первой очереди. Установлено, что на момент смерти Б.В.Ф. состоял на регистрационном учете и фактически проживал по адресу: 

<

адрес>, являлся собственником данной квартиры. После его смерти открылось наследство; нотариусом нотариального округа Санкт-Петербург ФИО7 14.08.2017 года заведено наследственное дело № 112/2017 (л.д. 28-42).

Установлено, что Б.В.Ф. 15.03.2017 года составил завещание, удостоверение вышеуказанным нотариусом, согласно которого все свое имущество он завещал ФИО3 (л.д. 31).

Согласно положений ст. 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Завещание должно быть совершено лично. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

Ст.1119 ГК РФ установлено, что завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. 

Согласно ст. 1124 ГК РФ завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом.

Как разъяснено в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации

В силу положений ст. 1131 ГК РФ при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Недействительность завещания не лишает лиц, указанных в нем в качестве наследников или отказополучателей, права наследовать по закону или наследовать по закону или на основании другого, действительного, завещания.

В соответствии со ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Истцы, ссылаются на ч. 1 ст. 177 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В обоснование своей позиции истцы указывают на то, что их отец ФИО8 на момент составления завещания – 15.03.2017 года не отдавал отчет своим действиям и не мог руководить ими, что явилось следствием деменции (слабоумия) и преклонного возраста.

В ходе судебного разбирательства, по ходатайству истцов (л.д. 85-86), по делу была назначена и проведена комплексная посмертная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, на разрешение которой были поставлены вопросы:

- какими заболеваниями (в том числе психическими) страдала Б.В.Ф., 

<

дата> рождения, умерший 

<

дата> на 15.03.2017 года – дату составления завещания в пользу ФИО3

- мог ли Б.В.Ф. с учетом имеющихся у нее заболеваний, возрастных особенностей, индивидуальных психологических качеств, понимать значение своих действий и руководить ими, сознавать их реальное содержание на момент составления завещания 15.03.2017 года.

Как следует из заключения комиссии экспертов от 07.07.2018 года №3650.1417.2 СПБ ГКУЗ «Городская психиатрическая больница №6», Б.В.Ф. на дату составления завещания -15.03.2017 года страдал психическим расстройством в форме сосудистой деменции (код МКБ-10 F 01.8). На дату составления завещания 15.03.2017 года по своему состоянию, характеризовавшемуся выраженным интеллектуально- мнестическим снижением, снижением критических и прогностических способностей, Б.В.Ф. не мог понимать значение своих действий и руководить ими. (л.д. 145-154).

В соответствии с положениями статьи 79 ГПК РФ, при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Согласно ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

По смыслу положений ст. 86 ГПК РФ экспертное заключение является одним из самых важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем, законодателем в статье 67 ГПК РФ закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях ч. 3 ст. 86 ГПК РФ отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами.

Представитель ответчика с результатами судебной экспертизы не согласилась, указала на неполноту исследования, полагает, что выводы экспертов вызывают сомнения в ее правильности и обоснованности. Свою позицию изложила в ходатайстве о назначении повторной комплексной посмертной психолого-психиатрической экспертизы от 03.12.2018 года. Определением суда от 03.12.2018 года в назначении повторной экспертизы ответчику отказано. По ходатайству адвокат Карклина О.А. в материалы дела приобщена рецензия (заключение специалиста) ФИО9 в отношении заключения судебной экспертизы.

Вместе с тем, суд оценивает представленное экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

В данном случае суд не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность заключения комиссии судебных экспертов, поскольку экспертиза проведена компетентными лицами, имеющими значительный стаж работы в соответствующих областях экспертизы, рассматриваемая экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», на основании определения суда о поручении проведения экспертизы. Следует отметить, что эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, при формировании своих выводов использовали значительный объем медицинской документации в отношении умершего. 

Кроме того, по ходатайству представителя ответчика, в судебных заседаниях 27.11.2018 года и 03.12.2018 года были допрошены эксперты, участвовавшие в составлении данного заключения: ФИО10 (эксперт психиатр) и ФИО11 (эксперт медицинский психолог), которые результаты заключения судебной экспертизы подтвердили полностью. Пояснили, что выводы были сделаны на основании анализа всей медицинской документации и материалов дела, в связи с чем, эксперты пришли к однозначному выводу о том, что в момент составления завещания Б.В.Ф. не отдавал отчет своим действиям в силу старческой деменции (слабоумия). Пояснили, что данное заболевание не возникает одномоментно, а существует в динамике. Оснований сомневаться в данных показаниях у суда также не имеется.

Тем самым, проанализировав содержание экспертного заключения, суд приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, выводы и ответы на поставленные вопросы научно обоснованны. Таким образом, суд полагает возможным при вынесении решения руководствоваться результатами судебной экспертизы.

При таких обстоятельствах, суд критически оценивает рецензию специалиста ФИО9, который при его формировании не знакомился с медицинской документацией и материалами дела. Данное заключение не соответствует требованиям гражданского процессуального законодательства, являет собой личное суждение специалиста, следовательно, не может быть принято судом во внимание. 

Суд критически воспринимает данные представителем ответчика комментарии, касающиеся заключения судебной экспертизы, поскольку ФИО3 неудовлетворенна результатами судебной экспертизы, заключение которой не отвечает ее интересам по делу, при этом суд не находит в заключении судебной экспертизы объективных недостатков, вызывающих сомнения в правильности сделанных экспертом выводов.

Суд также принимает во внимание, что в своем заключении эксперты отметили, что показания свидетелей об отсутствии временных психических нарушений противоречит объективным данным медицинской документации, закономерностям развития психических нарушений. 

Таким образом, соответствующие показания свидетелей: З.М.Н. (л.д. 93-95), З.Л.А. и Г.Н.И., а также объяснения нотариуса Свищевой И.Б (л.д. 111-117), суд оценивает критически. 

Согласно ст. 56 ГПК РФ –каждая сторона должна доказать обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений. Возражения ответчика не основаны на нормах права и противоречат материалам дела. 

При этом, истцы заявленные исковые требования доказали в полном объеме. Поскольку умерший Б.В.Ф. на момент составления завещания в пользу ФИО3 15.03.2017 года не мог отдавать отчета своим действиям, в силу вышеизложенных правовых норм, указанное завещание, а также свидетельство о праве на наследство ФИО3 признаются недействительным.

В порядке ст. 98 ГПК РФ в пользу истца ФИО2 с ответчика суд взыскивает расходы по госпошлине за подачу иска в суд в сумме 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ суд 

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 и ФИО2 к ФИО3 – удовлетворить.

Признать недействительным завещание от 15 марта 2017 года, удостоверенное нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО5, Б.В.Ф., 

<

дата> года рождения, умершего 

<

дата> в пользу ФИО3 

- признать недействительным свидетельство о праве на наследство по завещанию, выданное ФИО3 после смерти Б.В.Ф..

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 расходы по госпошлине в размере 300 руб. (триста рублей). 

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение одного месяца со дня изготовления в окончательной форме.

Судья: