2-2815/17 

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

13 ноября 2017 года

Орехово-Зуевский городской суд Московской области в составе председательствующего судьи Кукушкиной Л.Н., при секретаре Романовой А.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 и ФИО5 к ИП «ФИО7» о взыскании компенсации морального вреда за смерть работника в результате несчастного случая на производстве, 

установил:

Истицы обратились в суд с иском к ответчику о взыскании компенсации морального вреда за смерть работника в результате несчастного случая на производстве в сумме 1.000.000 рублей каждому, ссылаясь на то, что в ДД.ММ.ГГГГ. на территории предприятия ИП «ФИО7» при производстве ремонтных работ в результате несчастного случая автослесарь ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ получил телесные повреждения, которые были квалифицированы как тяжкий вред здоровью, повлекшие за собой смерть последнего. Наступление смерти потерпевшего находится в прямой причинно-следственной связи с полученными телесными повреждениями. 

Приговором Орехово-Зуевского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ была установлена вина автослесаря ФИО8, работавшего в ИП «ФИО7», который совершил причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей на территории предприятия во время работы на спецтранспорте с краном манипулятором для перемещения двигателя от автомобиля «MAN» из ремонтного бокса для последующей погрузки на автомобиль заказчика работ. ФИО8 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 109 УК РФ и ему назначено наказание по данной статье с применением ст. 64 УК РФ в виде штрафа в размере 60.000 руб.

Как в обоснование заявленных требований истица ФИО4 (мать погибшего) пояснила, что действиями ответчика как работодателя, допустившего нарушения охраны труда и техники безопасности, ей причинены нравственные страдания, она пережила нервный стресс из-за гибели сына, до настоящего времени испытывает невосполнимую утрату, боль и нравственные переживания, все это отразилось на ее состоянии здоровья. Причиненный моральный вред оценивает в размере 1.000.000 руб.

Истица ФИО5 (сестра погибшего) заявленные требования поддержала, пояснив, что гибель брата отразилась и на ее здоровье, она испытывает нравственные страдания, переживает за мать, у которой ухудшилось состояние здоровья. Причиненный моральный вред оценивает также в размере 1.000.000 руб., которые имеет намерение направить на оказание материальной помощи помощь матери для восстановления ее здоровья.

Ответчик ФИО9 с иском согласен частично, не оспаривает свой вины как работодателя, обязанного нести ответственность за своих работников. Как в возражение заявленных требований пояснил, что вина его работника автослесаря ФИО8 установлена приговором суда от 21.11.2016г., однако считает, что имеется грубая неосторожность самого ФИО2, который допустил халатность при работе, нарушив инструкцию по охране труда. Добровольно, как руководителем предприятия, была оказана материальная помощь родственникам погибшего на погребение и истцам выплачено 70.000 руб. и 20.000 руб. Согласен на выплату компенсации морального вреда в связи с данным несчастным случаем в сумме 100.000 рублей. 

Привлеченный к участию в деле представитель ГУ МОРО Фонда социального страхования РФ в лице филиала №, действующая по доверенности ФИО10, пояснила, что обеспечение по страхованию в виде единовременной или ежемесячных выплат в связи со смертью в результате несчастного случая с застрахованным ФИО2, территориальным органом Фонда социального страхования РФ не осуществлялось в связи с отсутствием лиц, имеющим на это право в соответствии с Федеральным законом № 125-ФЗ от 24.07.1998 г. (с изменениями и дополнениями).

3-е лицо ФИО8 в суд не явился, был извещен надлежащим образом, направил в суд письменный отзыв на иск (л.д. 62), просил дело рассмотреть в его отсутствие. 

Выслушав объяснения, проверив материалы дела, изучив материалы уголовного дела № (в двух томах), суд приходит к следующему:

Из материалов дела следует, что 20.02.2016г. на территории предприятия ИП «ФИО7» при производстве ремонтных работ в результате несчастного случая автослесарь ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ получил телесные повреждения, которые были квалифицированы как тяжкий вред здоровью, повлекшие за собой смерть последнего. Наступление смерти потерпевшего находится в прямой причинно-следственной связи с полученными телесными повреждениями. 

Приговором Орехово-Зуевского городского суда от 21.11.2016г. была установлена вина автослесаря ФИО8, работавшего в ИП «ФИО7», который совершил причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей на территории предприятия во время работы на спецтранспорте с краном манипулятором для перемещения двигателя от автомобиля «MAN» из ремонтного бокса для последующей погрузки на автомобиль заказчика работ. ФИО6 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 109 УК РФ и ему назначено наказание по данной статье с применением ст. 64 УК РФ в виде штрафа в размере 60.000 руб.

Гражданский иск ФИО3 при рассмотрении уголовного дела заявлен не был, хотя истица была признана потерпевшей по данному уголовному делу на основании постановления следователя СУ МУ МВД России «Орехово-Зуевское» от 20.04.2016г. – л.д. 92-93.

Ст. 61 ГПК РФ предусматривает, что вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. 

Ст. 1068 ГК РФ предусматривает, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. 

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Из материалов дела следует, что между ИП ФИО1 (работодатель) и ФИО2 (работник) был заключен трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ на неопределенный срок, по условиям которого работодатель обязуется обеспечить необходимые условия для выполнения поручаемой работы и выплачивать установленную договором заработную плату (п. 1.1. трудового договора). Кроме того, работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и обеспечивать работнику безопасность и условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и государственным нормативным стандартам (п. 7.2 трудового договора) – л.д. 89-90.

Ст. 151 ГК РФ предусматривает, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Ст. ст. 1099-1101 ГК РФ предусматривают основания компенсации морального вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности…

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Поскольку приговором Орехово-Зуевского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ была установлена вина автослесаря ФИО8, работавшего в ИП «ФИО7», который совершил причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей (приговор вступил в законную силу), а ФИО4 в рамках уголовного дела была признана потерпевшей, но гражданский иск ею заявлен не был, то суд, руководствуясь принципом разумности и справедливости, считает возможным взыскать в пользу истицы компенсацию морального вреда в сумме 300.000 рублей, т.к. истица является пенсионеркой, пережила и переживает нравственные страдания из-за гибели сына, который был молодым трудоспособным человеком, положительно характеризовался по месту работы, проживал с истицей постоянно одной семьей. 

Человеческая жизнь бесценна, никаким денежным эквивалентом измерена быть не может, но определенная судом сумма к взысканию в какой-то мере поможет истице компенсировать нравственные страдания.

Что касается требований истицы ФИО5 (сестры) погибшего ФИО2, то в данном случае суд не находит оснований для их удовлетворения полностью, поскольку ФИО5 потерпевшей не признана, совместно с погибшим братом не проживала, проживает отдельной семьей с мужем в 

<

адрес>, имеет постоянное место работы и стабильную заработную плату – л.д. 111-113. 

Каких-либо аргументированных доводов о необходимости компенсации морального вреда в связи с ухудшением здоровья ФИО5 в силу ст. 56 ГПК РФ суду не представлено не было. Однократное обращение к врачу-кардиологу 08.11.2016г. лечебно-оздоровительного центра МИД России не может быть расценено судом как ухудшение здоровья истицы и нахождение в причинной связи с трагической гибелью брата в феврале 2016 года - л.д. 110.

При вынесении решении судом учтено, что ответчик – работодатель ИП ФИО7, не оспорил необходимости компенсировать матери погибшего работника моральный вред, пояснив, что им, как руководителем предприятия, уже произведена частичная выплата денежных средств на погребение ФИО2 в сумме 70.000 руб. и оказана материальная помощь в сумме 20.000 руб., что подтверждается представленными суду квитанциями и это обстоятельство не было оспорено сторонами в судебном заседании – л.д. 58-60. 

Таким образом, оценив представленные суду доказательства в их совокупности по правилам ст.ст. 56, 67 ГПК РФ, руководствуясь принципом разумности и справедливости, суд считает возможным удовлетворить заявленные требования ФИО4 в части компенсации морального вреда частично в сумме 300.000 рублей. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 151, 1068, 1099-1100 ГК РФ, ст. 237 ТК РФ, ст.ст. 12, 194, 197 ГПК РФ, суд

Р е ш и л:

Исковые требования ФИО4 – удовлетворить частично.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО7 (ИП «ФИО11) в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда за смерть сына ФИО2, наступившую в результате несчастного случая на производстве, в сумме 300.000 (триста тысяч) рублей.

В остальной части иска ФИО3 – отказать.

В иске ФИО5 к ИП «ФИО7» о взыскании компенсации морального вреда в сумме 1.000.000 руб. (один миллион рублей) – отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Мособлсуд через Орехово-Зуевский горсуд в течение месяца. 

Судья: Кукушкина Л.Н.

Мотивированное решение изготовлено 16.11.2017г.