ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ САХА (ЯКУТИЯ)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 44-г-70/2018

г. Якутск 11 января 2019 года

Президиум Верховного Суда Республики Саха (Якутия) в составе:

председательствующего – Седалищева А.Н.,

членов президиума – Летучих Л.Е., Оконешниковой М.М., Посельского И.Е., 

при секретаре Ефремовой М.Я., 

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу истца ФИО1 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия) от 14 мая 2018 года по делу по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Лаки» о взыскании материального ущерба, предполагаемых убытков, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа.

Заслушав доклад судьи Александровой Р.С., президиум Верховного Суда Республики Саха (Якутия)

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском к ООО «Лаки». Свои требования мотивировал тем, что в апреле 2016 года в связи с внезапно возникшей болью обратился в платный стоматологический кабинет ООО «Лаки», к врачу ФИО2 После осмотра был удален, как оказалось, здоровый зуб. При повторном посещении врача истцу был удален еще один зуб. При этом договор на оказание платной услуги не заключался, согласие на удаление зубов он не давал, квитанция об оплате услуги не выдавалась. 

Полагал, что из-за оказания неквалифицированной медицинской помощи ему был причинен вред в виде удаления здорового зуба, а также вследствие оказания некачественной стоматологической услуги развился кистозный абсцесс, который впоследствии перешел в хронический остеомиелит нижней челюсти, что было сопряжено с причинением физической боли, вызвало отек лица и полости рта, что потребовало прохождение длительного амбулаторного лечения в условиях стационара ГБУ РС(Я) «Удачнинская городская больница» и ГБУ Новосибирской области «Государственная Новосибирская областная клиническая больница». Также вынужден был пройти курс дополнительного лечения у врачей хирурга, стоматолога, где ему оказывалось медикаментозное и оперативное лечение, физиолечение, наложение швов, назначались восстановительные процедуры. 

Ссылаясь на положения ГК РФ, Федерального закона N 323-ФЗ от 21 ноября 2011 года "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", Закона РФ «О защите прав потребителей» просил удовлетворить заявленные требования. С учетом уточнений просил взыскать утраченный заработок за 60 дней в размере 291 478, 20 руб., разницу в выплате премии в конце 2016 года в размере 28 552, 10 руб., 5000 руб. оплаченных за удаление зубов, неустойку в размере 36 000 рублей за неисполнение требования указанного в претензии, 75 070 руб. за предполагаемые расходы на протезирование, компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб., 50% штрафа от присужденной суммы.

Решением Мирнинского районного суда Республики Саха (Якутия) от 31 января 2018 года исковые требования удовлетворены частично, в пользу ФИО1 с Общества с ограниченной ответственностью «Лаки» взысканы: утраченный заработок - 305 033,93 рублей, материальный ущерб в размере 5000 рублей, убытки в размере 28 552,10 руб., неустойка в размере 5 000 рублей, компенсация морального вреда в размере 100 000 руб., штраф в размере 221 793,02 руб., всего 665 379,05 руб.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия) от 14 мая 2018 года решение суда отменено с принятием нового, которым в удовлетворении иска ФИО1 отказано.

В кассационной жалобе истец просил отменить апелляционное определение, как вынесенное в нарушение норм процессуального права, поскольку выводы суда основаны на объяснениях специалиста, который был привлечен апелляционной инстанцией в нарушение закона и не указаны основания отмены решения суда первой инстанции.

По запросу судьи Верховного Суда Республики Саха (Якутия) от 19 ноября 2018 года истребованное из Мирнинского районного суда Республики Саха (Якутия) дело поступило в Верховный Суд Республики Саха (Якутия) 03 декабря 2018 года.

Определением судьи Верховного Суда Республики Саха (Якутия) Александровой Р.С. от 17 декабря 2018 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании президиума Верховного Суда Республики Саха (Якутия).

До рассмотрения дела от представителя ответчика ООО «Лаки» – ФИО3 поступили письменные возражения, в которых он просит апелляционное определение оставить без изменения, кассационную жалобу оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в жалобе, письменные возражения представителя ответчика на неё, президиум Верховного Суда Республики Саха (Якутия) находит, что имеются предусмотренные статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основания для отмены в кассационном порядке апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия) от 14 мая 2018г.

В силу статьи 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такого характера нарушения были допущены судом апелляционной инстанции при разрешении настоящего дела.

Как установлено и следует из материалов дела, _______ ФИО1 обратился в платный стоматологический кабинет «ArtDent» с жалобой на отек мягких тканей нижней части лица справа, головную боль, повышенную температуру тела, боль в области жевательных зубов нижней части челюсти за оказанием стоматологических услуг, в ходе которых истцу был удален зуб 4.7 на нижней челюсти справа, который при перкуссии показывал более острую реакцию. Назначено лечение в виде полосканий. В амбулаторной карте врачом указан диагноз: острый одонтогенный остеомиелит угла нижней челюсти справа. 

Согласно амбулаторной истории болезни больного, при первичном обращении зубы 4.8 и 4.7 были подвижны, при перкуссии болезненны, выявление причинного зуба является затрудненным из-за обширного отека слизистой полости рта и гортани, при перкуссии более острую реакцию показывает 47 зуб. Проведена экстракция 47 зуба, из лунки дистального корня получен инфильтрат с неприятным гнилостным запахом, плотно зеленовато-желтого цвета, с перламутровым отливом.

При повторном обращении истца _______ ему был удален зуб 4.8 на нижней челюсти справа, рекомендовано обратиться в челюстно-лицевую хирургию. Приглашен на осмотр на _______, после осмотра выдана справка с указанием диагноза: абсцесс, кистозно-гранулемотозный. На третий прием ФИО1 не явился.

_______ ФИО1 обратился ГБУ РС(Я) «Удачнинская городская больница» с жалобами на то, что три дня назад появилась припухлость и боль в области десны 4.7;4.8 зубов. Под местной анестезией раны обработаны, назначено местное и общее лечение, до _______ находился на листке нетрудоспособности.

_______ у ФИО1 появился отек в области верхней и нижней челюсти, повысилась температура, рот практически перестал открываться, в связи с чем он обратился в ГБУ РС(Я) «Удачнинская городская больница», поставлен диагноз: абсцесс нижней челюсти справа, направлен в хирургическое отделение, в котором находился с 30 мая по _______ с диагнозом: периостит нижней челюсти справа, острая одонтогенная флегмона нижней челюсти справа. 

Постановлением врачебной комиссии поликлинического отделения больницы от _______ поставлен диагноз: острый одонтогенный остеомиелит нижней челюсти справа, рекомендовано обследование и лечение в специализированном учреждении.

С _______ по _______ ФИО1 находился на лечении в ГБУ здравоохранения Новосибирской области «Государственная Новосибирская областная клиническая больница» с диагнозом: хронический остеомиелит нижней челюсти в области угла справа. Было проведено оперативное лечение: некрсеквестрэктомия.

В обоснование своих требований, ФИО1 ссылался на то, что в «ArtDent» ему, как потребителю услуг, была оказана некачественная медицинская услуга, что повлекло ухудшение состояния здоровья, которое привело к заболеванию остеомиелита нижней челюсти справа, хирургическое вмешательство в виде некрсеквестрэктомии, длительное лечение в различных медицинских учреждениях, временную утрату трудоспособности и в связи с этим утрату заработной платы за период лечения.

Частично удовлетворяя исковые требования истца, суд первой инстанции признал установленным, что некачественное оказание истцу медицинской услуги доказано заключением проведенной по делу повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы от _______. Некоммерческим партнерством «Европейское Бюро Судебных Экспертов» и доказательствами, исследованными в суде первой инстанции.

При этом суд исходил из того, что факт оказания ненадлежащей медицинской помощи истцу выразился в том, что врачом стоматологом ООО «Лаки» ФИО2 в нарушение Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению при стоматологических заболеваниях, утвержденного Приказом Минздравсоцразвития России от 07.12.2011 г. № 1496н, и Клинического протокола по диагностике и лечению воспалительных заболеваний челюстно-лицевой области, утвержденного на заседании секции Стоматологической Ассоциации России «Ассоциация челюстно-лицевых хирургов и хирургов-стоматологов» 21.04.2014 г., до проведения медицинских манипуляций не было проведено рентгенографическое исследование зубочелюстной системы, при установлении диагноза «одонтогенный острый остеомиелит нижней челюсти» не был направлен на стационарное лечение, установленный врачом диагноз «одонтогенный острый остеомиелит нижней челюсти» не соответствовал зафиксированному в медицинской карте описанию клинической симптоматики больного, из которой следует, что у истца выявлена флегмона дна полости рта и шеи с выраженной интоксикацией, что также требовало неотложного экстренного стационарного лечения согласно требований Стандарта специализированной медицинской помощи при абсцессе, фурункуле, карбункуле кожи, утвержденного Приказом Минздрава РФ от 09.11.2012 г. № 838н., врачом не была проведена полная диагностика заболевания.

Эти обстоятельства, как признал суд первой инстанции, установлены заключениями экспертизы, проведенной и Некоммерческого партнерства «Европейское Бюро Судебных экспертов» от _______, назначенной судом повторно.

Оценивая заключение экспертизы в совокупности с иными доказательствами по делу: представленными медицинскими карточками больного ФИО1 из медицинских учреждений, в которых лечился истец: стоматологического кабинета «ArtDent», ГБУ РС(Я) «Удачнинская городская больница», ГБУ Новосибирской городской больницы «Государственная Новосибирская клиническая больница», описанием течения заболевания, показаниями в судебном заседании эксперта Т.А.., суд руководствовался положениями ст.67 ГПК РФ.

При этом, как указал суд первой инстанции, оснований сомневаться в правильности выводов заключения эксперта не имеется, поскольку они мотивированы со ссылкой на нормативные акты, регулирующие порядок проведения лечения этого вида заболеваний, выводы предельно ясны, основаны со ссылкой на конкретные обстоятельства течения заболевания и не содержат противоречий. Заключение экспертов отвечает требованиям относимости, допустимости и не вызывает сомнений в их достоверности. Проводившие экспертизу эксперты являются специалистами в этой области. Так: Т.А. имеет высшую квалификационную категорию, стаж работы по специальности судебно-медицинская экспертиза 18 лет. Эксперт ФИО20 является врачом стоматологом-хирургом, стаж работы по специальности 8 лет.

Судом дана правовая оценка заключению экспертизы, проведенной Краевым государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Красноярское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» как документу, принятому в нарушение требований п.п.9 п.2 ст. 25 ФЗ от 31.05.2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», а также наличию противоречий ответов на поставленные вопросы друг другу в части установления причинно-следственной связи между лечением, назначенным врачом ООО «Лаки» и возникшими осложнениями и отсутствие однозначного, не вызывающего сомнения вывода касательно наличия или отсутствия у ФИО1 заболевания «остеомиелит» на момент обращения за медицинской помощью.

Отменяя решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции указал на недоказанность причинно-следственной связи между оказанием лечебной помощи ответчиком (врачом ФИО2) и последовавшими осложнениями состояния здоровья ФИО1

При этом, принимая новое решение об отказе в удовлетворении иска, суд апелляционной инстанции исходил из пояснений специалиста - заведующего отделением челюстно-лицевой (пластической) хирургии ГБУ РС(Я) «Республиканская больница № 2 – ЦЭМП» Ш.О. данными им в судебном заседании суда апелляционной инстанции. 

Как следует из пояснений Ш.О., «остеомиелит» - это осложнение одонтогенного процесса: сначала развивается кариес - разрушается коронка зуба, потом пульпит, периодонтит, периостит и остеомиелит. Причиной возникновения остеомиелита послужило разрушение самого зуба. Обязательное удаление причинного зуба входит в рамки оказания помощи при любом периостите, остеомиелите. Удаление зуба не могло привести к развитию хронического остеомиелита. Более того, после удаления зуба 4.7 и наличие в лунке дистального корня инфильтрата с неприятным гнилостным запахом плотно зеленовато-желтого цвета с перламутровым отливом свидетельствует о том, что указанный зуб был также вовлечен в воспалительный процесс. Также специалист пояснил, что заболевание «остеомиелит» может развиваться несколько месяцев, и при обращении ФИО1 в стоматологический кабинет ООО «Лаки» заболевание уже имелось, что подтверждается хронологией событий. Специалист пояснил, что действия врача ФИО2 по удалению причинных зубов 4.7 и 4.8 пациента не привели к развитию остеомиелита. 

Между тем, с такими выводами суда апелляционной инстанции согласиться нельзя по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно содержащимся в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснениям, по общему правилу, установленному п. 1 и 2 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно ч.1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Согласно п. 3 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее Закон № 323) под медицинской помощью понимается комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.

В силу ч. ч. 2, 3 ст. 98 Закона № 323 медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Обязательство по возмещению вреда наступает при наличии одновременно следующих условий: наступление неблагоприятных последствий для пациента, противоправность поведения причинителя вреда, выражающаяся в форме ненадлежащего исполнения медицинским работником своих обязанностей, причинная связь между противоправным поведением медицинского работника и вредом, вина причинителя вреда.

Статьей 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов (часть 1).

Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда (часть 2).

Согласно части 1 статьи 79 данного кодекса при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

В соответствии с частью 2 статьи 84 названного кодекса экспертиза проводится в судебном заседании или вне заседания, если это необходимо по характеру исследований либо при невозможности или затруднении доставить материалы или документы для исследования в заседании.

Частью 2 статьи 80 этого же кодекса предусмотрено предупреждение эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

В соответствии со статьей 188 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в необходимых случаях при осмотре письменных или вещественных доказательств, воспроизведении аудио- или видеозаписи, назначении экспертизы, допросе свидетелей, принятии мер по обеспечению доказательств суд может привлекать специалистов для получения консультаций, пояснений и оказания непосредственной технической помощи (фотографирования, составления планов и схем, отбора образцов для экспертизы, оценки имущества) (часть 1).

Специалист дает суду консультацию в устной или письменной форме, исходя из профессиональных знаний, без проведения специальных исследований, назначаемых на основании определения суда.

Консультация специалиста, данная в письменной форме, оглашается в судебном заседании и приобщается к делу. Консультации и пояснения специалиста, данные в устной форме, заносятся в протокол судебного заседания (часть 3).

В целях разъяснения и дополнения консультации специалисту могут быть заданы вопросы. Первым задает вопросы лицо, по заявлению которого был привлечен специалист, представитель этого лица, а затем задают вопросы другие лица, участвующие в деле, их представители. Специалисту, привлеченному по инициативе суда, первым задает вопросы истец, его представитель. Судьи вправе задавать вопросы специалисту в любой момент его допроса (часть 4).

Из приведенных положений процессуального закона в их взаимосвязи следует, что доказательства не могут быть получены из консультации специалиста, который лишь оказывает содействие суду в исследовании отдельных доказательств. 

Консультация специалиста не может подменять заключение эксперта в тех случаях, когда требуются специальные знания в области науки, техники, искусства, ремесла.

При этом экспертиза может быть проведена и в судебном заседании, но с соблюдением требований, предъявляемых законом к порядку ее назначения и к выбору экспертов, а также с обязательным предупреждением эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Однако по настоящему делу, суд апелляционной инстанции, придя к выводу о необходимости специальных познаний в области медицины, в нарушение перечисленных выше норм процессуального права, основал свои выводы об отказе в иске только на пояснениях в судебном заседании допрошенного в качестве специалиста Ш.О. - заведующего отделением челюстно-лицевой (пластической) хирургии ГБУ РС(Я) «Республиканская больница № 2 – ЦЭМП», что является недопустимым.

Кроме того, судом не было вынесено отдельное определение о привлечении специалиста (т.2 л.д.224), не выявлено мнение участников процесса по поводу привлечения конкретного специалиста, не проверено наличие у Ш.О. профессионального образования, квалификации, специальности, опыта и стажа работы в указанной области медицины, позволяющих ему участвовать в судебном заседании в качестве специалиста. В материалах дела отсутствуют эти сведения.

В соответствии со ст.188 ГПК РФ необходимость привлечения данного участника процесса может возникнуть у суда для получения консультаций, пояснений и оказания непосредственной технической помощи при осмотре письменных и вещественных доказательств, прослушивании аудиозаписи, просмотре видеозаписи, назначении экспертизы, допросе свидетелей, принятии мер по обеспечению доказательств. 

Принятие доказательств, которые не могут являться средствами доказывания, недопустимо, а в соответствии с абз. 2 ч. 1 ст. 55 ГПК РФ пояснения специалиста не относятся к средствам доказывания, используемых в гражданском процессе.

При оценке пояснений специалиста судом апелляционной инстанции не учтено, что разъяснения специалиста основаны не на специальном исследовании (заключении эксперта), а на профессиональных знаниях и опыте, а информация, полученная от специалиста, могла быть объектом исследования в судебном заседании с соблюдением принципов непосредственности и состязательности.

Между тем, пояснения специалиста Ш.О. опровергают заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы, имеющейся в материалах дела.

Суд апелляционной инстанции в нарушение положений ст.329 ГПК РФ, основывая свои выводы об отказе в удовлетворении иска на объяснениях привлеченного специалиста, не указал, по каким основаниям являются незаконными выводы суда первой инстанции, основанные на заключении комиссионной судебно-медицинской экспертизы.

Согласно пункту 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2008 г. N 13 "О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции" задача специалиста в судебном заседании состоит в оказании содействия суду и лицам, участвующим в деле, в исследовании доказательств.

Если из консультации специалиста следует, что имеются обстоятельства, требующие дополнительного исследования или оценки, суд может предложить сторонам представить дополнительные доказательства либо ходатайствовать о назначении экспертизы.

Названные требования процессуального закона судом апелляционной инстанции соблюдены не были.

При этом вопросы о привлечении специалиста к участию в деле в целях получения консультаций, дачи пояснений для оказания содействия в исследовании доказательств, равно как и о назначении экспертизы в ходе судебного разбирательства в установленном законом порядке на обсуждение сторон не выносились.

Распределяя бремя доказывания по данному делу, суд апелляционной инстанции возложил на истца обязанность доказать ненадлежащее качество оказанных ответчиком медицинских услуг.

Между тем, эти выводы не основаны на законе.

Так, в соответствии с пунктом 4 статьи 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

В пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, статья 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, причиненных ему недостоверной или недостаточно полной информацией о товаре (работе, услуге), суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о его свойствах и характеристиках, имея в виду, что в силу статьи 12 Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (пункт 44 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Поскольку в силу пункта 9 данного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей, на ООО «Лаки» распространяются положения данного законодательства, в том числе возлагающие обязанность предоставить потребителю необходимую информацию, а также обязанность надлежащего исполнения обязательства.

Таким образом, из системного толкования указанных выше норм права и из разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что именно исполнитель - ООО «Лаки» обязан доказать обстоятельства, являющиеся основанием для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание услуг.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, по поводу оказания ненадлежащего оказания медицинских услуг, в частности, установления неправильного диагноза и избрания неправильной тактики лечения, которая привела к увеличению риска прогрессирования заболевания, истцом представлены соответствующие доказательства, которым не дана правовая оценка судом апелляционной инстанции.

Между тем, суд апелляционной инстанции обязанность доказывания вины ответчика необоснованно возложил на истца, освободив ответчика от установленной законом обязанности доказать отсутствие вины.

Как разъяснено в пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 г. N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции", если судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 1 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), то суду апелляционной инстанции следует поставить на обсуждение вопрос о представлении лицами, участвующими в деле, дополнительных (новых) доказательств и при необходимости по их ходатайству оказать им содействие в собирании и истребовании таких доказательств.

На суд апелляционной инстанции возлагается обязанность предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные (новые) доказательства, если в суде первой инстанции не доказаны обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 2 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), в том числе по причине неправильного распределения обязанности доказывания (часть 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Поставив под сомнение установленный судом первой инстанции факт допущенных ответчиком нарушений и их причинной связи с наступившими последствиями, суд апелляционной инстанции не выполнил обязанностей по определению юридически значимых обстоятельств и правильному распределению бремени доказывания.

Частью 2 статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

В связи с возникшими сомнениями в правильности и обоснованности имеющегося в материалах дела заключения, а также в целях устранения неполноты и недостаточности ясности комиссионного заключения экспертов, суд апелляционной инстанции вправе был при наличии оснований придти к выводу о целесообразности и необходимости назначения по делу повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы.

Между тем, опровергая выводы комиссионной судебно-медицинской экспертизы, суд апелляционной инстанции, не обладая специальными познаниями в области медицины и не приняв мер к назначению повторной экспертизы, пришел к категоричному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований только со ссылкой на пояснения специалиста, данные им в судебном заседании.

Допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм материального и процессуального права, регламентирующих процесс доказывания и оценки доказательств, являются существенными, они повлияли на исход дела и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов истца.

В связи с изложенным, обжалуемое судебное постановление нельзя признать законным, поскольку оно принято с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, повлиявшими на исход дела, без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов истца, что согласно статье 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия) от 14 мая 2018 года и направления дела на новое апелляционное рассмотрение.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное и разрешить спор в соответствии с требованиями закона, подлежащего применению к возникшим отношениям, и в соответствии с нормами гражданского процессуального законодательства.

Руководствуясь статьями 387, 388 и 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум Верховного Суда Республики Саха (Якутия)

п о с т а н о в и л:

кассационную жалобу истца ФИО1 - удовлетворить.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия) от 14 мая 2018 года по делу по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Лаки» отменить, дело направить на новое апелляционное рассмотрение в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия).

Председательствующий п/п Седалищев А.Н.

Копия ВЕРНА:

И.о.Председателя Верховного

Суда Республики Саха (Якутия) Седалищев А.Н.