Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 сентября 2017 года 

<

адрес>

Тамбовский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего – заместителя председателя Тамбовского гарнизонного военного суда ФИО1, при секретаре Коломникове И.А., с участием представителя военного прокурора Ульяновского гарнизона лейтенанта юстиции ФИО2, представителя истца – Министерства обороны РФ – ФИО3, ответчика – бывшего военного комиссара 

<

адрес> Республики Мордовия, полковника запаса ФИО4, его представителя ФИО5, рассмотрев в помещении военного суда, в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению военного прокурора Ульяновского гарнизона, поданного в интересах Российской Федерации о взыскании с названного ответчика в доход федерального бюджета подлежащие возврату в качестве неосновательного обогащения денежные средства в размере 

<

данные изъяты> рублей, 

У С Т А Н О В И Л:

Военный прокурор Ульяновского гарнизона обратился в суд с исковым заявлением в защиту Российской Федерации, в котом указал, что ДД.ММ.ГГГГ из военного следственного отдела СК России по Пензенскому гарнизону в военный следственный отдел СК России по Ульяновскому гарнизону поступили материалы проверки по обращению гражданина ФИО17 о незаконном получении ДД.ММ.ГГГГ в собственность квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> бывшим военным комиссаром 

<

адрес> Республики Мордовия полковником ФИО4, путем предоставления подложных документов в КЭЧ 

<

адрес>. Из заявлений гражданина ФИО18 следует, что ФИО4 при получении квартиры, предоставил заведомо ложные документы, а именно паспорт дочери на фамилию ФИО4, которая на момент приобретения квартиры состояла с ним в браке и имела фамилию ФИО19. В последующем квартира ФИО4 была приватизирована. Согласно архивной справке, ФИО4 и его членам семьи: жене - ФИО8, дочери - ФИО7, сыну - ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ Ульяновской КЭЧ района был выдан ордер № на право занятия четырехкомнатной квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>. Из выписки государственного реестра права на недвижимое имущество и сделок с ним следует, что ФИО4 получил четырехкомнатную квартиру общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м. Из объяснения ФИО6 - дочери ФИО4 следует, что на момент получения последним квартиры, она состояла в браке и имела фамилию ФИО20, по факту предоставления ФИО4 копии утерянного ею ранее паспорта на фамилию «ФИО7», при оформлении документов на получение квартиры, ей ничего не известно. Однако, к тому времени дочь ФИО4 - ФИО4 достигла возраста ДД.ММ.ГГГГ состояла в браке с гр. ФИО21, с которым проживала в 

<

адрес>, при этом носила его фамилию, пользовалась соответствующим паспортом, в связи с чем, не являлась членом семьи ФИО4, а, следовательно, последний не имел права на получение жилого помещения вышеуказанной площади. ФИО4 имел право на получение дополнительной жилой площади в соответствии с приказом № от ДД.ММ.ГГГГ «О порядке обеспечения жилыми помещениями в Вооруженных силах Российской Федерации», как военнослужащий, имеющий воинское звание «полковник», и не имел право на получение жилой площади на одного члена семьи - ФИО6 Рыночная стоимость незаконно приобретенной жилой площади в 

<

данные изъяты>. составила 

<

данные изъяты> кв.м. составляет 

<

данные изъяты> руб., 

<

данные изъяты> кв.м. составляет 

<

данные изъяты> составляет 

<

данные изъяты> то есть своими действиями ФИО4 причинил ущерб на сумму 

<

данные изъяты>, тем самым, совершив преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 159 УК РФ, т.е. мошенничество в значительном размере. ДД.ММ.ГГГГ от ФИО4 поступило заявление с просьбой отказать в возбуждении в отношении него уголовного дела, на основании, предусмотренном п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, т.е. в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. Принимая во внимание вышеизложенное, ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела в отношении бывшего военного комиссара 

<

адрес> Республики Мордовия полковника запаса ФИО4 в возбуждении уголовного дела по признакам совершения им преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ, отказано на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, т.е. в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

На основании изложенного, военный прокурор Ульяновского гарнизона просил суд:

1.Привлечь бывшего военного комиссара 

<

адрес> Республики Мордовия, полковника запаса ФИО4 к полной материальной ответственности и взыскать в доход федерального бюджета 

<

данные изъяты> в счет причиненного государству ущерба.

ДД.ММ.ГГГГ от военного прокурора Ульяновского гарнизона (направлено ДД.ММ.ГГГГ) поступило уточненное исковое заявление, в котором он указал, что основанием для направления ранее поданного иска, послужило постановление следователя ВСО СК России по Ульяновскому гарнизону капитана юстиции ФИО13 от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ, на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Указанное процессуальное решение на основании соответствующих жалоб ФИО4 о несогласии с отказом в возбуждении в отношении него уголовного дела по не реабилитирующему основанию в ДД.ММ.ГГГГ неоднократно отменялось. Согласно требованиям п. 25, действовавшей на момент предоставления ФИО4 жилого помещения, Инструкции о порядке обеспечения жилыми помещениями в Вооруженных Силах РФ (далее по тексту Инструкции), утвержденной приказом Министра обороны РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, в качестве нуждающихся в получении жилых помещений признаются и подлежат учету лица, которые, в том числе имеют обеспеченность общей площадью жилого помещения на одного члена семьи ниже уровня, установленного органами государственной власти субъектов Российской Федерации. Аналогичные требования закона содержала и действовавшая в тот период ст. 29 Жилищного кодекса РСФСР. Однако, как установлено в ходе проверки, у членов семьи ФИО4 - супруги ФИО8, а также дочери - ФИО7 на момент предоставления в ДД.ММ.ГГГГ жилого помещения имелись объекты недвижимого имущества в собственности по адресам: 

<

адрес>, соответственно. При этом, из находящейся в материалах доследственной проверки копии представления ФИО4 к увольнению с военной службы, а также из иных документов, следует, что он и члены его семьи обеспечены жилым помещением по установленным нормам. С учетом того, что члены семьи ФИО4 - супруга ФИО8, а также дочь - ФИО7, на момент получения квартиры имели в собственности жилые помещения, следует прийти к выводу, что ФИО4 вообще не имел права на получение жилой площади - квартиры площадью ДД.ММ.ГГГГ., стоимостью 

<

данные изъяты>. В соответствии п.п. 25, 32 Инструкции и ст. 29 Жилищного кодекса РСФСР, жилые помещения предоставляются лишь состоящим на учете нуждающихся гражданам, к которым лица, имеющие в собственности жилые помещения, отнесены быть не могут.

На основании изложенного, военный прокурор Ульяновского гарнизона уточнил свои требования и при этом просил:

1. Взыскать с бывшего военного комиссара 

<

адрес> Республики Мордовия, полковника запаса ФИО4 в доход федерального бюджета подлежащие возврату в качестве неосновательного обогащения денежные средства в размере ДД.ММ.ГГГГ в счет причиненного государству ущерба.

Уточненные требования суд принял к своему производству.

Представитель истца – Министерства обороны РФ Мжачих, требования искового заявления военного прокурора Ульяновского гарнизона полностью поддержал и настаивал на их удовлетворении.

Представитель военного прокурора Ульяновского гарнизона лейтенант юстиции ФИО2 поддержал заявленные требования искового заявления и настаивал на их удовлетворении. При этом в судебном заседании пояснил, что военным прокурором Ульяновского гарнизона не пропущен срок на подачу гражданского иска, т.к. о незаконном получении ФИО4 квартиры по адресу: 

<

адрес> прокурору стало известно лишь ДД.ММ.ГГГГ, когда поступили выписки из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним о правах отдельного лица на имеющиеся у него объекты недвижимого имущества (далее –ЕГРП) на супругу ФИО8, а также дочь - ФИО7 из которых усматривается, что на момент предоставления ФИО4 в ДД.ММ.ГГГГ жилого помещения по вышеуказанному адресу, у них в собственности имелись объекты недвижимого имущества.

Ответчик ФИО4 и его представитель ФИО5 в суде требования искового заявления не признали. При этом в судебном заседании ФИО4 пояснил, что в ДД.ММ.ГГГГ он не знал, о том, что у его дочери на момент получения им четырехкомнатной квартиры по адресу: 

<

адрес> собственности имелась квартира. Что же касается наличие у супруги в собственности квартиры в Ульяновске, то данная квартира хотя у супруги и имелась, однако она не была зарегистрирована в регистрационной палате, что в соответствии с действующим законодательством свидетельствовало об ее отсутствии. При этом в ДД.ММ.ГГГГ в отношении него неоднократно проводились проверки правоохранительных органов по факту незаконного получения им вышеназванной квартиры. Незаконности в его действиях, связанных с получением им в ДД.ММ.ГГГГ указанной квартиры, указанными органами установлено не было. 

Кроме этого, ответчиком заявлено ходатайство о применении исковой давности при рассмотрении данного заявления. При этом в обосновании изложенного ФИО4 указал, что о нарушении своих прав истец узнал в ДД.ММ.ГГГГ, когда выдал ему ордер на вселение в вышеуказанную квартиру. Более того, о том, что он незаконно получил вышеназванную квартиру, прокурору, а также истцу было известно также в ДД.ММ.ГГГГ когда по заявлению граждан Г-ных, правоохранительные органы проводили соответствующие проверки и принимали юридическое решение об отсутствии незаконных действий ФИО4 при получении им в ДД.ММ.ГГГГ вышеназванной квартиры. Поскольку с исковым заявлением о взыскании с него неосновательного обогащения военный прокурор Ульяновского гарнизона обратился только ДД.ММ.ГГГГ, то есть по истечении ДД.ММ.ГГГГ с момента когда узнал о незаконности получения им вышеназванной квартиры, то он просил в иске полностью отказать.

Заслушав представителя военного прокурора Ульяновского гарнизона, представителя Министерства обороны РФ, гражданского ответчика и его представителя, исследовав имеющиеся в деле доказательства и оценив всё это в совокупности, военный суд приходит к следующим выводам.

Согласно ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ №, выданного КЭЧ 

<

адрес> ПУрВО полковнику ФИО4 и его членам семьи: жене - ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ дочери - ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ сыну - ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ., была предоставлена четырехкомнатная квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, жилой площадью 

<

данные изъяты>

В соответствии с выпиской из ЕРГП от ДД.ММ.ГГГГ, составленной на ФИО4 дата государственной регистрации права на квартиру, расположенной по адресу: г

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ общая площадь – 

<

данные изъяты> основание государственной регистрации права – полная выплата пая ДД.ММ.ГГГГ; дата государственной регистрации прекращения права: ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно выписки из ЕРГП от ДД.ММ.ГГГГ, составленной в отношении ФИО8 у последней в собственности имелась квартира, по адресу: 

<

адрес> общей площадью – 

<

данные изъяты>. м., дата государственной регистрации права – ДД.ММ.ГГГГ, основание государственной регистрации – регистрационное удостоверение, выданное УГПТИ ДД.ММ.ГГГГ №; дата государственной регистрации прекращения права – ДД.ММ.ГГГГ;

Как видно из выписки из ЕРГП от ДД.ММ.ГГГГ, составленной в отношении ФИО6 (дочери) у последней в собственности имелась квартира, по адресу: 

<

адрес>, общей площадью – 

<

данные изъяты> дата государственной регистрации права – ДД.ММ.ГГГГ, основание государственной регистрации – регистрационное удостоверение, № от ДД.ММ.ГГГГ; дата государственной регистрации прекращения права – ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно регистрационному удостоверению № от ДД.ММ.ГГГГ выданного Ульяновским государственным предприятием технической инвентаризации ФИО8 по праву собственности принадлежит квартира: 

<

адрес>, жилой площадью 

<

данные изъяты>В соответствии с сообщением ОГУП БТИ № от ДД.ММ.ГГГГ, на дату последней технической инвентаризации квартиры ДД.ММ.ГГГГ по адресу: 

<

адрес>, общая площадь квартиры составляет 

<

данные изъяты>, в том числе жилая площадь 

<

данные изъяты>

Как видно из п.6 Временных правил учета граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий и предоставлении жилых помещений на территории 

<

адрес> утвержденных Постановлением № от ДД.ММ.ГГГГ «О временных правилах учета граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, и предоставления жилых помещений на территории 

<

адрес>» нуждающимися в улучшении жилищных услоывий признаются граждане Российской Федерации имеющие обеспеченность жилой площадью на одного члена семьи менее 8 кв. м.

Как усматривается из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенного ст. следователем-криминалистом ВСО СК России по Ульяновскому гарнизону ст. лейтенантом юстиции ФИО14, последний отказал в отношении ФИО4 в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ, на основании п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

С учетом вышеизложенного, суд считает установленным, что ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ получил от Министерства обороны РФ четырехкомнатную квартиру на состав семьи из четырех человек: он, жена ФИО8, дочь ФИО7, сын ФИО9, расположенную по адресу: 

<

адрес>. Вместе с тем, до получения указанной квартиры, его супруга и дочь имели в собственности в городе Ульяновске каждая по квартире, по адресу: 

<

адрес>, соответственно, с общей жилой площадью 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ государственная регистрация права на вышеуказанную квартиру у ФИО4 была прекращена. 

Рассматривая требование истца о взыскании с ФИО4 в доход федерального бюджета подлежащие возврату в качестве неосновательного обогащения денежные средства в размере 420199 рублей, в счет причиненного государству ущерба, военный суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. 

Согласно п.1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 ГК РФ.

В силу п.1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно п.2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

В силу ч. 6 ст. 152 ГПК РФ, при установлении факта пропуска без уважительных причин срока исковой давности судья принимает решение об отказе в иске без исследования иных фактических обстоятельств по делу. 

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п.1,3,8,12,15 своего постановления от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности» разъяснил, что если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п.1 ст. 200 ГК РФ). Названный срок применяется судом по заявлению стороны в споре. Бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск. Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абз.2 п.2 ст.199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела. 

Как видно из п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса РФ» требования о признании недействительными решения о предоставлении гражданину жилого помещения по договору социального найма и заключенного на его основании договора социального найма подлежат разрешению исходя из аналогии закона (ч.1 ст. 7 ЖК) применительно к правилам установленным ст. 168 ГК РФ, о недействительности сделки, не соответствующей закону или иным правовым актам, а также п.1 ст. 181 ГК РФ, предусматривающим трехгодичный срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки, течение которого начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

С учетом указанных положений законодательства, суд считает установленным, что трехгодичный срок исковой давности при рассмотрении данного искового заявления, необходимо исчислять с ДД.ММ.ГГГГ, то есть с момента выдачи КЭЧ 

<

адрес> – ответчику ФИО4 ордера на квартиру, расположенную по адресу: Ульяновск, 

<

адрес>. Вместе с тем, как усматривается из штампа на конверте, в котором военным прокурором Ульяновского гарнизона, в адрес военного суда было направлено исковое заявление с уточнением требований, он обратился в военный суд ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, истец пропустил срок исковой давности обращения в суд, о взыскании с ФИО4 в качестве неосновательного обогащения денежных средств в размере 

<

данные изъяты>, поскольку обратился в суд спустя 

<

данные изъяты> после неосновательного обогащения ответчика. Учитывая, что в судебном заседании не было установлено каких-либо уважительных причин пропуска истцом срока исковой давности, суд считает необходимым отказать истцу в его требованиях о взыскании с ФИО4 в доход федерального бюджета подлежащие возврату в качестве неосновательного обогащения денежные средства в размере 

<

данные изъяты>

Доводы представителя военного прокурора Ульяновского гарнизона лейтенанта юстиции ФИО2 о том, что срок обращения с заявлением в суд необходимо исчислять с ДД.ММ.ГГГГ, т.е. с даты, когда прокурору стало известно о незаконном получении ФИО4 квартиры по адресу: 

<

адрес>, а именно, когда поступили выписки из ЕГРП на супругу ФИО8 и дочь - ФИО7, из которых стало ясно, что на момент предоставления жилого помещения по вышеуказанному адресу у них имелись в собственности объекты недвижимого имущества, а также заявление представителя МО РФ Мжачих, о том, что срок исковой давности необходимо исчислять с сентября 2017 года, то есть с даты, когда Министерство обороны РФ было привлечено в качестве истца по рассматриваемому исковому заявлению, суд находит не обоснованными по следующим основаниям. Как усматривается из п. 40 Инструкции о порядке обеспечения жилыми помещениями в ВС РФ, утвержденной приказом МО РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «О порядке обеспечения жилыми помещениями в ВС РФ» (действовавшего в период получения ФИО4 жилого помещения) для оформления ордеров на заселение жилых помещений для постоянного проживания, воинские части представляют в КЭЧ района документы, в том числе и справку из бюро технической инвентаризации. Таким образом, на жилищный орган МО РФ в ДД.ММ.ГГГГ была возложена обязанность выдать ордер на квартиру, только после предъявления из воинской части документов, содержащих, в том числе и справку из бюро технической инвентаризации о наличии или отсутствии у военнослужащего жилого помещения в избранном им месте жительства, то есть жилищный орган МО РФ обязан был проверить наличие у ФИО4 и членов его семьи, в городе Ульяновске наличие жилых помещений, находящихся в их собственности. Таким образом, в январе 2002 года истец должен был узнать о нарушении своего права.

Более того, как усматривается из нижеприведенных обращений граждан в правоохранительные органы, а также другие государственные органы РФ, должностным лицам правоохранительных органов РФ сообщалось о незаконности получения ФИО4 в ДД.ММ.ГГГГ в городе 

<

адрес>, однако мер, направленных на взыскании с ответчика денежных средств полученных в результате незаконного получения жилого помещения от МО РФ они не предприняли:

- заявление гражданина ФИО10 направленного в следственный комитет 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, который в дальнейшем был перенаправлен руководителю военного следственного отдела по Пензенскому гарнизону военного следственного управления по Центральному военному округу, где заявитель сообщает в правоохранительные органы о незаконности получения полковником запаса ФИО4 квартиры в городе Ульяновске. На данное обращение руководителем военного следственного отдела СК России по Пензенскому гарнизону подполковником юстиции Красовским от ДД.ММ.ГГГГ был дан ответ заявителю;

- руководитель военного следственного отдела СК России по Пензенскому гарнизону подполковник юстиции ФИО15 ДД.ММ.ГГГГ № направляет в адрес военного прокурора Ульяновского гарнизона сообщение, которое получено последним ДД.ММ.ГГГГ, в котором сообщает последнему о том, что по заявлению гр. ФИО16 о незаконности получения ФИО4 в ДД.ММ.ГГГГ квартиры в городе Ульяновске проведена проверка, в ходе которой признаков состава преступлений, в действиях ФИО4 не установлено. При этом, названное должностное лицо информирует военного прокурора Ульяновского гарнизона для инициации прокурорской проверки о законности действий должностных лиц Ульяновской КЭЧ в ДД.ММ.ГГГГ по выдаче полковнику ФИО4 ордера, на вышеуказанную квартиру;

- ответом заместителя военного прокурора Ульяновского гарнизона подполковника юстиции ФИО22 от ДД.ММ.ГГГГ № в адрес ФИО11, в котором должностное лицо сообщает заявителю о том, что ордер от ДД.ММ.ГГГГ выданный квартирно-эксплуатационной частью Ульяновского гарнизона полковнику ФИО4 на право занятия четырех комнат в 

<

адрес> по адресу: 

<

адрес> выдан в соответствии с действующим законодательством;

- заявления гражданина ФИО11 в адрес ВСУ по Центральному военному округу от ДД.ММ.ГГГГ, полученного и зарегистрированного ДД.ММ.ГГГГ, в котором заявитель сообщает о незаконности получения ФИО4 квартиры в городе Ульяновске;

- заявления гражданина ФИО12 в адрес ВСУ по Центральному военному округу от ДД.ММ.ГГГГ, полученного и зарегистрированного в этот же день, в котором заявитель сообщает о незаконности получения ФИО4 квартиры в городе Ульяновске в ДД.ММ.ГГГГ;

- ответом заместителя прокурора 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № на обращение ФИО11, в котором последний сообщает заявителю о том, что прокуратурой области рассмотрено его заявление, поступившее из Генеральной прокуратуры Российской Федерации, по вопросам наличия у ФИО6 двух паспортов, о незаконном получении квартир и другим вопросам. По вопросу незаконного получения ФИО4 квартиры в городе Ульяновске с использованием паспорта гражданина СССР на фамилию «ФИО4» ему следует обращаться в прокуратуру 

<

адрес>.

С учетом изложенного, суд считает, бесспорно, установленным, что истец о нарушении своих прав узнал в ДД.ММ.ГГГГ, когда выдал ответчику ордер на получение вышеназванной квартиры и в дальнейшем, как в ДД.ММ.ГГГГ так и в ДД.ММ.ГГГГ правоохранительным органам, в том числе и правоохранительным органам МО РФ сообщалось о незаконности получения ФИО4 в ДД.ММ.ГГГГ в городе 

<

адрес> квартиры от Министерства обороны РФ, то есть истец, и правоохранительные органы РФ в ДД.ММ.ГГГГ знали о нарушении прав МО РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 152, 194 – 198 ГПК РФ, военный суд,

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении искового заявления военного прокурора Ульяновского гарнизона о взыскании с бывшего военного комиссара 

<

адрес> полковника запаса ФИО4 в доход федерального бюджета подлежащие возврату в качестве неосновательного обогащения денежные средства в размере 

<

данные изъяты>, в счет причиненного государству ущерба, – отказать, в связи с истечением срока исковой давности.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский окружной военный суд через Тамбовский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия.

Заместитель председателя Тамбовского

гарнизонного военного суда ФИО1