Дело № 2-970/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

12 сентября 2017 года Железногорский городской суд Красноярского края в составе председательствующего: судьи Щербаковой Я.А., с участием помощника прокурора Железногорского городского суда Красноярского края Рябых И.А.,при секретареЮрковой М.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 Вячеславовны, действующей в своих интересах и интересах малолетней ФИО2 к АО «ФЦНИВТ «СНПО «Элерон» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ :

ФИО1, действующая в своих интересах и интересах малолетней ФИО2 обратилась в суд с иском к АО «ФЦНИВТ «СНПО «Элерон» с требованием о взыскании компенсации морального вреда по 3 000 000 рублей каждой. Требования мотивированы тем, что ФИО3, супруг и отец истиц, работал с ДД.ММ.ГГГГ в АО «ФЦНИВТ «СНПО «Элерон» в ОП «Железногорск в отделе компенсации в должности стропальщика 4 разряда. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умер в результате произошедшего несчастного случая на производстве. Основной причиной несчастного случая явилось: неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в том, что во время отсутствия на месте разгрузки ответственного за безопасное производство работ с применением подъемных сооружений,стропальщиком был нарушен выбор способа разгрузки, перемещения грузов, что не соответствовало требованиям безопасности производства работ, при возникновении аварийных ситуаций или опасности травмирования работников не были приняты меры по немедленному прекращению работ и устранению опасности, во время подъема и опускания груза допущено нахождение стропальщика между грузом и оборудованием крана-манипулятора, что привело к несчастному случаю. Сопутствующей причиной несчастного случая явилось: не обеспечение достаточного контроля со стороны должностных лиц организации за соблюдением работниками правил и норм охраны труда в соответствии с действующими руководящими документами и положениями. В результате гибели ФИО3 истице и ее дочери причинен моральный вред. На основании изложенного истица просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда по 3 000 000 рублей каждой.

В судебном заседании ФИО1 действующая в своих интересах и интересах малолетней ФИО2 исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям изложенным в иске.

Представитель истицы ФИО4, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ в судебном заседании также исковые требования поддержала в полном объеме, просила требования ФИО1, действующей в своих интересах и интересах малолетней ФИО2 удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика АО « ФЦНИВТ СНПО «Элерон», ФИО5, действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ в судебном заседании возражал против удовлетворения требований истца, полагая, что поскольку среди основной причины несчастного случая и сопутствующей причины несчастного случая, необходимо учитывать, что среди лиц АО «ФЦНИВТ «СНПО «Элерон», допустивших нарушение требований охраны труда, по результатам расследования, оказался сам пострадавший ФИО3, который во время подъема и опускания груза находился между грузом и оборудованием крана-манипулятора, чем нарушил требования:п.п.5.5,5.10 « Инструкции по охране труда для стропальщика ИОТ 03-06-16», утвержденная директором ОП «Железногорск» АО «ФЦНИВТ «СНПО «Элерон» от ДД.ММ.ГГГГ. Кроме того с работником в установленном порядке был проведен вводный, первичный ( повторный) инструктаж по разработанной и утвержденной программе, а также целевой инструктаж, перед допуском к самостоятельной работе в установленных случаях работник проводил стажировку под руководством опытных работников организации в течение установленного периода времени, в установленном порядке проведены обучение и проверка знаний по охране труда, работник был обеспечен необходимыми средствами индивидуальной защиты. Считают, что ФИО3 была допущена грубая неосторожность, выразившаяся в том, что пострадавший действовал легкомысленно, не задумывался о вредных последствиях, а также не предвидел вредных последствий своего поведения, хотя мог и должен был иметь их ввиду, что способствовало возникновениюпричинения вреда его здоровью. Коллективным договором АО «»ФЦНИВТ «СНПО «Элерон» предусмотрена материальная помощь близким родственникам работника в случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве в размере 500 000 рублей. Однако, родственникам ФИО3 была выплачена материальная помощь превышающая установленной Коллективным договором суммы, тем самым ответчик дополнительно выплатил компенсацию родственникам пострадавшего, в связи с произошедшим несчастным случаем.

Выслушав стороны, заключение прокурора Рябых И.А., полагавшего необходимым исковые требования удовлетворить частично с учетом добровольных выплат произведенных Ответчиком сверх установленных локальными актами, исследовав материалы дела, материалы проверки № ПР-17 Следственного отдела по ЗАТО г.Железногорск по факту получения травмы на производстве ФИО3 суд пришел к следующему.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами (часть 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Статья 210 Трудового кодекса Российской Федерации определяет основные направления государственной политики в области охраны труда. К ним, в частности, относится защита законных интересов работников, пострадавших от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также членов их семей на основе обязательного социального страхования работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний предусматривает, в том числе возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору. Данные отношения регулируются Федеральным законом от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Федеральный закон от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ), абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В силу статьи 184 Трудового кодекса РФ виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами.

В соответствии со статьей 1084 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) данного Кодекса, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

В число таких договорных обязательств входят отношения, вытекающие из трудового договора.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 6 своего постановления от 10 марта 2011 года № 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" со ссылкой на пункт 2 статьи 1 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ также разъяснил, что работодатель несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, закрепленном главой 59 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 1064 главы 59 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Как следует из п. 2 ст. 1064 ГК РФ ответственность за причинение вреда наступает за виновное причинение вреда, если законом не предусмотрено возмещение вреда при отсутствии вины причинителя.

По смыслу указанных норм права, основанием возникновения обязанности по возмещению вреда служит гражданское правонарушение, выразившееся в причинении вреда другому лицу.

Основаниями для возложения гражданско-правовой ответственности за причинение вреда является совокупность следующих юридически значимых обстоятельств: наличие вреда; вина ответчика, противоправность действий, причинно-следственная связь между допущенными нарушениями и наступившим вредом.

При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств, правовых оснований для возмещения вреда не имеется.

В соответствие с позицией Верховного суда РФ изложенной в Постановлении Пленума ВС РФ от 10 марта 2011 года № 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшему, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства: - относится ли пострадавшийк лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (ч. 2, ст. 227 ТК РФ), указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (ч. 3, ст. 227 ТК РФ), соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в ч. 3, ст. 227 ТК РФ, - произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательномусоциальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ст. 5 Закона № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний"), имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастный случай может быть квалифицирован как связанный с производством (ч. 6 ст. 229.2 ТК РФ) и иные обстоятельства.

Согласно ст. 151, 1101 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. 

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников. В соответствии с п. 1указанного постановленияПленума Верховного Суда РФ суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. 

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, выраженной в абзаце 3 пункта 32 постановления Пленума от 26.01.2010 № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности, членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. 

Как установлено в судебном заседании и усматривается из материалов дела ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ работал в АО «ФЦНИВТ «СНПО «Элерон» в ОП «Железногорск» в отделе комплектации в должности стропальщика 4 разряда на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается копией трудовой книжки на имя ФИО3( л.д.14). Трудовой договор прекращен ДД.ММ.ГГГГ в связи со смертью работника, п.6 ч.1 ст.83 ТК РФ. 

ДД.ММ.ГГГГ с работником АО «ФЦНИВТ «СНПО «Элерон» в ОП «Железногорск» ФИО3 на открытом складе хранения строительных материалов 17/4 организованный за зданием 18,расположенный за периметром территории ИХЗ ФГУП «ГХК» произошел несчастный случай. 

Обстоятельства, причины и последствия несчастного случая установлены актом формы Н-1 о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ.Установленные в акте обстоятельства сторонами не оспаривались.

В акте установлено следующее: ДД.ММ.ГГГГ в 7 часов 30 минут работники отдела комплектации ( в том числе и ФИО3) прибыли на место производства работ на служебном транспорте, переоделись в вагон-бытовке в спецодежду. В 07 часов 50 минут получили от начальника отдела ФИО6 задание на выполнение работ по погрузке, выгрузке и инструктаж по безопасным методам и приемам работы с подписью в журнале «Расстановки рабочих на объекте» В 08 часов 00 минут стропальщики отдела комплектации приступили к порученной работе, чем и занимались до обеденного перерыва. С 12 часов 00 минут до 13 часов 00 минут ФИО3 вместе с бригадой были на обеденном перерыве. Во время выдачи задания на работу ФИО6 предупредил, что к 12 часам привезут два контейнера со строительными материалами, и после обеда бригада стропальщиков будет разгружать контейнеры. После обеденного перерыва в 13 часов 00 минут ФИО6 расставил стропальщиков на рабочем месте. Двух стропальщиков ФИО7 и ФИО8 он поставил в контейнер и трое ФИО9, ФИО10 и ФИО3 остались стоять внизу и принимать щиты опалубки, складывая их рядами в штабели. Один контейнер выгрузили в ручную с 13 часов 00 минут до 15 часов 00 минут, с последующим 15 минутным перерывом. В 15 часов 15 минут приступили к разгрузке второго контейнера вручную. В 15 часов 30 минут подъехал кран –манипулятор и стропальщики начали разгружать опалубку при помощи кран-манипулятора. В 15 часов 35минут ФИО6 с двумя работниками направился на теплый склад №, расположенный в 130 метрах от места разгрузки, для производства отгрузки материалов для последующей отправки на строительные участки. В это время стропальщики, воспользовавшись отсутствием ФИО6 (ответственного за безопасное производство работ) приняли решение складывать пачку опалубки на деревянный поддон, поставленный на ребро, используя его в качестве опоры для укладки щитов опалубки, чтобы в дальнейшем можно было завести стропы под пачку щитов опалубки. ФИО3 и ФИО10 подцепляли стропы с одной стороны опалубки, фиксируя его штырями, установленными в отверстия, находящимися с торцевой стороны опалубки. После чего они подавали команду машинисту крана-манипулятора, который при помощи стрелы крана подтягивал пачку опалубки на устанавливаемый ФИО3 на ребро деревянный поддон. Две пачки опалубки стропальщики сняли благополучно краном. В 16 часов 10 минут во время укладывания третьей стопки опалубки, деревянный поддон сломался, и листы опалубки покатились на ФИО3, стоящего на земле по ходу движения груза. Падающая опалубка придавила ФИО3 к опорной лапе крана-манипулятора. ФИО11 упал на бок, стропальщики тут же подбежали к нему и перевернули его на спину. О происшествии стропальщики сообщили ФИО6, который вызвал бригаду скорой медицинской помощи. Прибывшая на место происшествия бригада скорой помощи, осмотрела пострадавшего и впоследствии доставила его в приемный покой Клинической больницы №,где он был госпитализирован. ДД.ММ.ГГГГ пострадавший был переведен в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 скончался.

В ходе расследования комиссией установлено, что стропальщик ФИО3 прошел проверку знаний требований охраны труда ДД.ММ.ГГГГ протокол №однако документально установлено, что члены комиссии по проверке знаний требований охраны труда, образованной приказом директора ОП «Железногорск» АО « ФЦНИВТ «СНПО «Элерон» от ДД.ММ.ГГГГ № не прошли очередное обучение проверку знаний требований охраны труда в обучающей организации федерального органа исполнительной власти, как члены комиссии.

В п.8.1. акта о несчастном случае от ДД.ММ.ГГГГ указан вид происшествия – удары падающими предметами и деталями при работе с ними.

Согласно акту основной причиной несчастного случая является-неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в том, что во время отсутствия на месте разгрузки ответственного за безопасное производство работ с применением подъемных сооружений (СП) стропальщиками был нарушен выбор способа разгрузки, перемещения грузов, что не соответствовало требованиям безопасности производства работ;при возникновении аварийных ситуаций или опасности травмирования работников не были приняты меры по немедленному прекращению работ и устранению опасности,во время подъема и опускания груза допущено нахождение стропальщика между грузом и оборудованием крана-манипулятора, что привело к несчастному случаю. Нарушены требования: пп.5.8,5.17 16Э-28-00 ТК «Технологической карты на погрузочно-разгрузочные работы и складирования материалов», утв.главным инженером ОП «Железногорск» АО «ФЦНИТВТ «СНПО «Элерон», п.4.1.»Должностной инструкции специалиста, ответственного за безопасное производство работ с применением подъемных сооружений», утв. Директором ОП «Железногорск» АО «ФЦНИТВТ «СНПО «Элерон» от 16.10.2016, п.п.5.5.ш),5.10 «Инструкции по охране труда для стропальщика ИОТ 03-06-16»,утв.директором ОП «Железногорск» АО «ФЦНИТВТ «СНПО «Элерон» от 16.10.2016, ст.212 ТК РФ. Сопутствующей причиной является: не обеспечение достаточного контроля со стороны должностных лиц организации за соблюдением работниками правил и норм охраны труда в соответствии с действующими руководящими документами и положениями. Нарушены требования п.3.Должностной инструкции главного инженера –начальника отдела контроля качества», утв. Директором ОП«Железногорск» АО «ФЦНИТВТ «СНПО «Элерон» от 01.12.2016 года, п.3 «Должностной инструкции начальника отдела комплектации», утв. Директором ОП «Железногорск» АО «ФЦНИТВТ «СНПО «Элерон» от 01.12.2016 года, ст. 212 ТК РФ.

Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, признаны: ФИО6, ФИО12 и ФИО3 ( л.д.9-14 материал проверки № ПР-17 по факту получения травмы на производстве Том №) 

В результате несчастного случая наступила смерть ФИО3 Согласно заключению эксперта медицинского исследования трупа КБГУЗ «КБСМЭ» от ДД.ММ.ГГГГ №, причиной смерти ФИО3 явилась сочетанная тупая травма тела в виде закрытой тупой травмы брюшной полости, с разрывом брызжейки тонкой кишки, разрывом мочевого пузыря, разрывом крестцово-позвоночного сочления справа, перелом поперечных отростков 1-5 поясничных позвонков, кровоподтеком на левом бедре, разрывом лонного сочления, дальнейшим развитием динамической тонкокишечной непроходимости, некроза участка тонкой кишки, некроза участка нисходящей ободочной кишки, перфорацией ободочной кишки с формированием межпетельного абсцесса, развитием серозно-фибринозного перитонита, абдоминального сепсиса,эндотоксикоза,септического шока.При судебно-химическом исследовании этилового алкоголя, наркотических веществ в крови не обнаружено. Указанные травмы характеризуются как тяжкий вред здоровью. ( л.д. 129-145 Том № материала проверки №-ПР-17)

ДД.ММ.ГГГГ постановлением следователя следственного отдела по ЗАТО г.Железногорск ГСУ СК РФ по Красноярскому краю в возбуждении уголовного дела отказано в связи с отсутствием в действиях ФИО6 и ФИО12 признаков составов преступлений, предусмотренных ч.2 ст. 143,ч.2 ст. 216 УК ( л.д. 146-154 Том № материала проверки №ПР-17).

Коллективным договором АО «ФЦНИВТ «СНПО «Элерон» (приложение №) предусмотрена материальная помощь близким родственника в случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве в размере 500 000 рублей.

После проведения расследования несчастного случая ответчиком были направлены документы в Фонд социального страхования, для признания данного несчастного случая страховым и определения выплат по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве. 

ФИО1 не отрицала в судебном заседании, что ответчиком вфевраля 2017 года была выплачена ее семье материальная помощь в размере 900 000 рублей, Фондом социального страхования несчастный случай был признан страховым, и ей было выплачено 1000 000 рублей.

Одна ФИО1 ссылаясь на причинение ей и ее дочери морального вреда, в связи со смертью мужа и отца ее ребенка,просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда по 3000 000 рублей каждой. Смертью мужа и отца ее малолетней дочери, им причинены моральные страдания, так истица находилась на лечении в дневном стационаре психотерапевтического отделения ПНД КБ № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом смешанное тревожное и депрессивное расстройство. Выписана под наблюдение психотерапевта. ФИО2, дочь ФИО3, в декабре 2016 года прошла стационарное лечении е, диагноз расстройство автономной нервной системы, ДД.ММ.ГГГГ посетила подросткового врача психиатра, выставлен диагноз расстройство поведения и эмоций. Назначено амбулаторное лечение. Взята в группу консультативного наблюдения.

Таким образом, учитывая вышеизложенное в целом, а такжечто смерть ФИО3 – работника ответчика - причинена в связи с трудовыми отношениями, во время и в результате исполнения им своих служебных обязанностей, при исполнении порученного задания,результаты расследования несчастного случая: установленные обстоятельства несчастного случая, вызвавшие его причины, и лица, ответственные за допущенные нарушения законодательных и иных нормативных правовых, локальных актов, изложенныев соответствующем акте, ответчиком не оспаривались, учитывая, что в результате расследования несчастного случая на производстве, установлена в том числе и вина работодателя в произошедшем несчастном случае, доказательств отсутствия вины в причинении вреда жизни и здоровью ФИО3 стороной ответчика не предоставлено( в соответствии с п.2., ст 1064 ГК РФ), а также учитывая, что действиями ответчика нарушено принадлежащее истцам неимущественное благо (семейные связи), в связи со смертью близкого человека истцам причинены нравственные страдания, что следует из пояснений истицы в судебном заседании, которые суд считает достоверными и достаточными доказательствами факта причинения морального вреда, а также оценивая степень причиненных истице и ее дочери нравственных страданий, учитывая длительность проживания в браке ФИО1 с погибшим - 18 лет в браке, возраст малолетнегоребенка – дочери на момент смерти отца, способность в этом возрасте осознавать и понимать произошедшую трагедию, учитывая, что ФИО2 навсегда лишился заботы и поддержки отца как материальной, так и моральной, смерть отца отразилась на ее здоровье, (в настоящее время выставлен диагнозрасстройство поведения и эмоций. Назначено амбулаторное лечение. Взята в группу консультативного наблюдения),а также неожиданная смерть близкого человека, обусловленная не естественными причинами, а причинением тяжкого вреда его здоровью, является для истцов тяжелой невосполнимой утратой,а также, что заявленное требование согласуется с основополагающим представлением о человеческой природе, характеризующейся любовью и привязанностью к близким; возникновение нравственных страданий в связи со смертью близкого человека, которая является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, суд приходит к выводу о законности требований истца о взыскании с ответчика в ее пользу и пользу ее дочери компенсации морального вреда.

При решении вопроса о размере компенсации причиненного морального вреда, с целью смягчения эмоционально-психологического состояния истицы и ее дочери, с учетом требований разумности и справедливости, а также что размер морального вреда является оценочной категорией и не поддается точному денежному подсчету, суд считает необходимым взыскать в пользу истицы и ее малолетней дочери с ответчика по 150 000 рублей каждой.

Довод стороны ответчика о том, что в данном несчастном случае имело место быть допущенная пострадавшим ФИО3 грубая неосторожность, выразившаяся в том, что пострадавший действовал легкомысленно,не задумывался о вредных последствиях, а также не предвидел вредных последствий своего поведения,хотя с учетом здравого смысла,мог и должен был иметь их в виду, что способствовало возникновению вреда его здоровью судом не принимается, поскольку, как ранее уже было указано в силу части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.Статья 210 Трудового кодекса Российской Федерации определяет основные направления государственной политики в области охраны труда. К ним, в частности, относится защита законных интересов работников, пострадавших от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также членов их семей на основе обязательного социального страхования работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Также суд не принимает довод ответчика, в соответствии с которым необходимо отказать стороне истца, поскольку им была выплачена материальная помощь превышающая сумму, установленную Коллективным договором, чем ответчик дополнительно выплатил компенсацию родственникам пострадавшего, в связи с произошедшим несчастным случаем.

Так, в силу положений ст. 5 ТК РФ, в коллективных договорах, соглашениях между работниками и работодателями и в локальных актах могут быть определены порядок и условия регулирования тех или иных трудовых отношений сторон трудового договора при наступлении конкретных обстоятельств, в том числе и предоставление выплат в связи с гибелью работника, получением им увечья, травмы или профессионального заболевания, с определением правовой природы этих выплат, в том числе выплаты компенсации морального вреда при наступлении неблагоприятных для работника обстоятельств.

Как установлено судом, в соответствии с Коллективным договором АО «ФЦНИВТ «СНПО «Элерон» предусмотрена материальная помощь близким родственникам работника в случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве в размере 500 000 рублей,между тем ответчиком семье погибшего ФИО3 была выплачен материальная помощь 900 000 рублей в добровольном порядке в соответствии с условиями коллективного договора.

ФИО1 действующая в своих интересах и интересах малолетней дочери при обращении в суд с настоящим иском не указывает, что она не согласна с размером материальной помощи, выплаченной ответчиком, не оспаривает положения Коллективного договора, кроме того, после получения указанной суммы от ответчика, а также страховой выплаты Фонда социального страхования в размере 1000 000 рублей,она обратилась в суд с иском о компенсации морального вреда, а стороной ответчика не предоставлено каких-либо локальных нормативных актов о размере компенсации морального вреда, родственникам погибшего и доказательств того, что сумма, превышающая установленные локальным актом сумму в 500 000 руб. является именно компенсацией морального вреда. 

В абзаце третьем пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника(близкого родственника) и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Соответственно, суд вправе определить размер компенсации морального вреда истице в связи с потерей близкого человека отличный от размера материальной помощи, предусмотренного соглашением сторон, в результате несчастного случая на производстве.В абзаце четвертом пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работника, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда".Таким образом, суд при разрешении спора о компенсации морального вреда не связан той суммой компенсации, на которой настаивает истец, а исходит из требований разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, то есть из основополагающих принципов, предполагающих баланс интересов сторон.

Определенные судом ко взысканию сумма соответствует требованиям о разумности и справедливости и определена в т.ч. с учетом добровольных выплат со стороны Ответчика, при том, что компенсация морального вреда не может являться источником обогащения, несмотря на наличие нарушения прав истцов.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истица освобождена, взыскивается с ответчика пропорционально удовлетворенной части исковых требований в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством, - в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198, 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требованияФИО1 Вячеславовны, действующей в своих интересах и интересах малолетней ФИО2 к АО «ФЦНИВТ «СНПО «Элерон» о взыскании компенсации морального вреда,-удовлетворить частично.

Взыскать с АО «ФЦНИВТ «СНПО «Элерон» в пользу ФИО1 Вячеславовны компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей. 

Взыскать с АО «ФЦНИВТ «СНПО «Элерон» в пользу ФИО2 морального вреда в размере 150 000 рублей. 

Взыскать с АО «ФЦНИВТ «СНПО «Элерон» в доход бюджета городского округа ЗАТО 

<

адрес> государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в 

<

адрес>вой суд через Железногорский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

С мотивированным решением стороны могут ознакомиться 17.09.2017 года с 17 часов вЖелезногорском городском суде.

Судья Железногорского городского суда Я.А.Щербакова