24RS0002-01-2019-004517-52

Дело №2-25/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 января 2020 года г. Ачинск Красноярского края

ул. Назарова, 28-Б

Ачинский городской суд Красноярского края, 

в составе председательствующего судьи Попова А.В.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ИП ФИО2 – ФИО3, действующей на основании доверенности от 18.01.2018 сроком на пять лет (л.д.24),

при секретаре Локтишевой М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, взыскании недоплаченной заработной платы, денежной компенсации за неиспользованный отпуск, денежной компенсации за несвоевременно выплаченную заработную плату, компенсации морального вреда, судебных расходов, встречному исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 к ФИО1 о взыскании ущерба,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском, с учетом поданных изменения и уменьшения исковых требований, к ИП ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, взыскании недоплаченной заработной платы, денежной компенсации за неиспользованный отпуск, денежной компенсации за несвоевременно выплаченную заработную плату, компенсации морального вреда, судебных расходов, мотивируя следующим. В конце марта 2019 года ответчиком ему была предложена работа в должности управляющего базой отдыха по адресу: 

<

адрес>, с заработной платой в размере 50 000 руб. с установлением ненормированного рабочего дня. Трудовой договор с истцом заключен не был. Однако, фактически истцу с конца мая по август приходилось работать по 18 часов и без выходных, то есть с переработкой, так как такой режим работы к определению ненормированного рабочего дня, приведенному в ст. 101 ТК РФ, не подходит. С 17.05.2019 истец с другими работниками выехали на базу отдыха для подготовки базы, работали по графику с 09 час. до 23 час. С 31.05.2019 база начала работать. Заработная плата выплачивалась с задержками, за апрель и май истец получил только по 20 000 руб., за июнь и июль заработная плата выплачена в размере по 50 000 руб. и долг в сумме 30 000 руб. получил в июле, за август выплачено всего 10 000 руб. Работа истцом выполнялась с 25 марта 2019 года по 01 сентября 2019 года, срочный трудовой договор с ним так и не был заключен, в связи с чем просит установить факт трудовых отношений с ИП ФИО2 с 01.04.2019 по 31.08.2019 в должности управляющего базой. Учитывая, что истец с мая по август работал сверхурочно, исходя из представленного расчета, задолженность по заработной плате с учетом подлежащей начислению доплаты за переработку составляет 933 285,52 руб., которую истец просит взыскать с ответчика в свою пользу. Кроме того, в соответствии со ст. 140 ТК РФ, при прекращении трудового договора производится выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, следовательно, в день увольнения истцу подлежала выплате компенсация за неиспользованные дни отпуска, согласно представленному расчету, в сумме 78 386 руб., которые он просит взыскать с ответчика в свою пользу. Также просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию за нарушение сроков выплаты заработной латы в соответствии со ст. 236 ТК РФ, исчисленную по состоянию на 06.12.2019 в размере 51 057,17 руб. на сумму невыплаченной заработной платы и в размере 3 548 руб. на сумму неоплаченного отпуска, а также взыскать компенсацию по день вынесения решения суда. В связи с тем, что ответчик в течение трех месяцев удерживает заработную плату, оставив семью истца с тремя несовершеннолетними детьми без средств к существованию, на основании ст. 237 ТК РФ просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере, не менее минимального размера оплаты труда за три месяца, что составляет 55 500 руб. также истец просит взыскать с ответчика в свою пользу судебные расходы на оплату услуг ООО ЮА «Городской правовой центр» за составление иска в размере 4 000 руб. (л.д.2-3,168-172,181).

ИП ФИО2 обратился в суд со встречным иском к ФИО1 о взыскании ущерба, мотивируя тем, что ФИО1 был принят им в качестве управляющего на базу отдыха «Семья» в д. 

<

адрес> на период июнь – август 2019 года, с ним был заключен договор поручения. Данный договор был подготовлен самим ФИО1, подписан, но остался на базе отдыха. Для выполнения отдельных поручений, например на вывоз мусора, ФИО1 выдавались доверенности. Все договоры хранились у управляющего на базе. В период с марта по май ФИО1 находился дома, рабочего места у него не было, поскольку база отдыха была не достроена, они связывались по телефону, либо встречались в офисе в г. Ачинске для обсуждения организации работы базы отдыха. В этот период ФИО1 подобрал несколько человек для работы на базе, договоры с ними на оказание услуг были заключены только в июне 2019 года. При заключении договора с ФИО1 было оговорено вознаграждение ежемесячно по 20 000 руб., при условии, если сезонная выручка превысит 3 000 000 руб. вознаграждение составит 8,2% от выручки за сезон. С июня 2019 года база начала работу, ФИО1 принимал оплату у клиентов, вел учет, сдавал финансовые отчеты, в которых фиксировал поступления и расходы. Однако некоторые расходы не имеют подтверждающих документов и ничем не обоснованы. Всего, согласно приведенному в иске расчету, за сезон ФИО1 не подтверждены расходы на сумму 109 983,55 руб. Полагает, что свои обязательства перед ФИО1 по оплате выполненных услуг выполнены в полном объеме. Его вознаграждение за период с апреля по август 2019 года составило: 5 мес. ? 20 000 руб. = 100 000 руб. Однако фактически, согласно расчетно-кассовым ордерам и представленным финансовым отчетам, оплата ФИО1 составила 180 000 руб., следовательно, ФИО1 неправомерно удержал у себя в качестве оплаты 80 000 руб. Учитывая, непринятую истцом сумму по финансовым отчетам ФИО1 за период с 01.07.2019 по 21.07.2019 в размере 30 000 руб. и за период 04.08.2019 по 11.08.2019 в размере 60 000 руб., излишне удержанную ФИО1 из сумм, находящихся у него в подотчете, общий размер ущерба составляет 109 983,55 руб. – 90 000 руб. + 80 000 руб. = 99 983,55 руб., которые просит взыскать с ФИО1 в свою пользу (л.д.81-84). 

В судебном заседании истец ФИО1 на уточненных исковых требованиях настаивал, пояснил, что заявления о приеме на работу не писал, трудовой договор с ним не заключался, но договоренность с ответчиком была о трудовых отношениях, его заработная плата составляла 50 000 руб. в месяц, что ответчиком подтверждалось, так как он принимал финансовые отчеты, сданные ФИО1 с указанием такого размера заработной платы. Факт трудовых отношений ответчик признает, предъявив встречный иск о взыскании ущерба, причиненного работником работодателю. До начала работы базы отдыха он (ФИО1) занимался создание в социальных сетях групп с информацией о базе отдыха, подбором персонала, заключением договоров и прочими подготовительными работами. С конца мая 2019 года он с другими работниками выехал на базу, чтобы подготовить её к началу сезона. Когда база начала принимать гостей, в его обязанности входила организация работы, в том числе прием работников, выплата им заработной платы, организация столовой, он занимался закупкой необходимых продуктов питания, прочими текущими расходами, денежными средствами, поступающими от постояльцев базы отдыха распоряжался по мере необходимости по согласованию с ФИО2 При этом расходные ордера о получении денежных средств в подотчет он не подписывал, за потраченные денежные средства отчитывался в финансовых отчетах, оставшуюся выручку сдавал бухгалтеру вместе с финансовыми отчетами, которые бухгалтер проверяла, а ФИО2 их утверждал, претензий по финансовым отчетам у него не было, свои подписи на отчетах он не ставил. Полагает, что подписи и записи о том, что отчет не принят, появились только после подачи настоящего иска в суд. С тем, что у него выявлена недостача не согласен, поскольку все расходы были подтверждены чеками, только на некоторые суммы чеки не сохранились, но фактически расходы имели место, это можно установить. Однако инвентаризацию в установленном порядке не проводили, сумму недостачи не устанавливали. Согласен лишь зачесть в счет взыскиваемой заработной платы стоимость сданного в магазин некачественного роутера фирмы «Йота» в сумме 2 900 руб., поскольку возврат денежных средств был произведен магазином на счет его банковской карты, на средства с которой данный роутер был приобретен, уже после прекращения отношений с ФИО2, поэтому указанную сумму он так и не вернул. В период работы на базе с конца мая по август 2019 года ФИО1 постоянно перерабатывал, работал без выходных, если не хватало горничных или не было сторожа, выполнял и их работу, гости въезжали с 9 час. до 21 час., их нужно было размещать. Последний день его работы на базе был 29.08.2019, он вернулся в г. Ачинск сдал финансовые отчеты бухгалтеру на проверку, затем практически каждый день по 11.09.2019 он приходил в офис к ФИО2 на сверку финансовых отчетов, ФИО2 обещал окончательно рассчитаться с ним после их проверки. 

Представитель ответчика ФИО2 - ФИО3 в судебном заседании с первоначальными исковыми требованиями не согласилась в полном объеме, указав, что между сторонами возникли гражданско-правовые отношения по исполнению договора поручения, данный договор был подписан сторонами и хранился у ФИО1 на базе отдыха. Сторонами оговаривалась оплата за оказываемые услуги по договору поручения в размере 20 000 руб. в месяц, такая сумма ему выплачивалась по расчетно-кассовым ордерам за апрель и май 2019 года, однако впоследствии ФИО1 самовольно брал из находящихся у него в подотчете денежных средств в оплату своих услуг по 50 000 руб. за месяц, оплата в таком размере ФИО2 не согласовывалась. ФИО1 круглосуточно на базе отдыха не работал, хотя та и присутствовал, там были другие работники, которые, в том числе, занимались расселением гостей. ФИО1 не отчитался в полном объеме за использованные им денежные средства, финансовые отчеты ФИО2 не приняты, сумма расхождений по финансовым отчетам является убытками ФИО2, которые просит взыскать в его пользу с ФИО1

Выслушав участников, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд считает первоначальные и встречные исковые требования подлежащими удовлетворению частично в следующем объеме, по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 37 Конституции РФ труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией РФ ст. 2 Трудового кодекса РФ относит, в том числе, свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В соответствии с ч. 4 ст. 11 Трудового кодекса РФ, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется ст. 19.1 Трудового кодекса РФ.

Признание отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями может осуществляться: лицом, использующим личный труд и являющимся заказчиком по указанному договору, на основании письменного заявления физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, и (или) не обжалованного в суд в установленном порядке предписания государственного инспектора труда об устранении нарушения части второй ст. 15 настоящего Кодекса; судом в случае, если физическое лицо, являющееся исполнителем по указанному договору, обратилось непосредственно в суд, или по материалам (документам), направленным государственной инспекцией труда, иными органами и лицами, обладающими необходимыми для этого полномочиями в соответствии с федеральными законами (ч. 1 ст. 19.1 Трудового кодекса РФ).

В случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров (ч. 2 ст. 19.1 Трудового кодекса РФ).

Частью 3 ст. 19.1 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей статьи 19.1, были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей (ч. 4 ст. 19.1 Трудового кодекса РФ).

Согласно ст. 15 Трудового кодекса РФ трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

В силу ст. 56 Трудового кодекса РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч. 1 ст. 67 Трудового кодекса РФ).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса РФ).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ, изложенной в п. 2.2 определения от 19 мая 2009 г. №597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвертой статьи 11 Трудового кодекса РФ возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Данная норма Трудового кодекса РФ направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (статья 1, часть 1 Трудового кодекса РФ; статьи 2 и 7 Конституции РФ).

Указанный судебный порядок разрешения споров о признании заключенного между работодателем и лицом договора трудовым договором призван исключить неопределенность в характере отношений сторон таких договоров и их правовом положении, а потому не может рассматриваться как нарушающий конституционные права граждан. Суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса РФ. Из приведенных в этих статьях определений понятий «трудовые отношения» и «трудовой договор» не вытекает, что единственным критерием для квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых является осуществление лицом работы по должности в соответствии со штатным расписанием, утвержденным работодателем, - наличие именно трудовых отношений может быть подтверждено ссылками на тарифно-квалификационные характеристики работы, должностные инструкции и любым документальным или иным указанием на конкретную профессию, специальность, вид поручаемой работы.

Таким образом, по смыслу статей 11, 15 и 56 Трудового кодекса РФ во взаимосвязи с положением части второй статьи 67 названного кодекса, согласно которому трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя, отсутствие в штатном расписании должности само по себе не исключает возможности признания в каждом конкретном случае отношений между работником, заключившим договор и исполняющим трудовые обязанности с ведома или по поручению работодателя или его представителя, трудовыми - при наличии в этих отношениях признаков трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 8 и в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса РФ должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса РФ).

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО2 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, о чем ЕГРИП внесена запись 19.08.1998 (л.д.10-16). В 2019 году ИП ФИО2 осуществлял сдачу в аренду жилых домиков на базе отдыха «Семья», расположенной на 

<

адрес>. Штатное расписание работников базы отдыха на 2019 год у ИП ФИО2 отсутствовало.

Согласно пояснениям представителя ответчика между ИП ФИО2 и ФИО1 был заключен договор поручения, по условиям которого ФИО1 осуществлял функции управляющего базой отдыха, для чего доверитель выдавал поверенному доверенности на совершение юридических действий, в том числе для заключения договора на вывоз ТКО (л.д.31). Данные обстоятельства ФИО1 не оспаривались.

Как следует из показаний свидетелей Ф.И.О, и Ф.И.О,, допрошенных в судебном заседании 06.11.2019, а также свидетеля Ф.И.О. допрошенной в судебном заседании 13.01.2020, ФИО1 осуществлял функции управляющего базой отдыха, принадлежащей ИП ФИО2, с мая 2019 года практически постоянно находился на базе отдыха, организовывал её работу, нанимал персонал, выплачивал им заработную плату, из полученной выручки брал деньги на необходимые платежи и расходы, вел учет доходов и расходов, составлял финансовые отчеты, которые не позднее следующего дня после составления сдавал вместе с чеками, подтверждающими оплату, бухгалтеру для проверки. 

В соответствии с представленными ответчиком расходными кассовыми ордерами от 13.05.2019 и от 10.06.2019 ответчик осуществил выплаты истцу в размере 20 000 руб. за апрель 2019 года и в размере 10 000 руб. за май 2019 года, а также 5 000 руб. истцом получено 30.08.2019 с указание основания: «аванс» (л.д.93-95,100). Кроме того, из составленных ФИО1 финансовых отчетов следует, что последним были осуществлены расходы на оплату своего труда в размере 10 000 руб. за май 2019 года согласно записи от 21.06.2019, а также в размере 50 000 руб. согласно записи от 04.07.2019, в размере 80 000 руб. согласно записи от 05.08.2019, а также согласно записям от 13.08.0219, 20.08.2019 и 27.08.2019 ФИО1 произведены расходы на выплату себе аванса в общем размере 5 000 руб. (л.д.96-99). 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о возникновении между сторонами фактически трудовых отношений, поскольку имели место предусмотренные законом признаки трудового договора, такие как системность и неизменность выполняемых истцом функций, обеспечение ответчиком условий труда, предоставление рабочего места.

О возникновении трудовых отношений на основании заключенного с истцом договора поручения свидетельствует также то обстоятельство, что условия заключенного между сторонами соглашения не предусматривали достижение истцом какого-либо результата, обуславливающего оплату за выполненную работу (оказанную услугу). Оплата, получаемая истцом за выполняемые по сути трудовые функции, не зависела от объемов выручки.

Неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правовых договоров, трудовыми отношениями толкуются в пользу трудовых отношений.

На основании изложенного суд считает заявленное требование об установлении факта трудовых отношений ФИО1 с ИП ФИО2 в должности управляющего базой отдыха в период с 01.04.2019 по 31.08.2019, включительно, подлежащим удовлетворению. Период возникновения между сторонами трудовых отношений ответчиком не оспаривался.

Согласно ст. 129 Трудового кодекса РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В соответствии со ст. 130 Трудового кодекса РФ в систему основных государственных гарантий по оплате труда работников включаются в том числе, величина минимального размера оплаты труда в Российской Федерации, который согласно ч. 1 ст. 133 ТК РФ устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации федеральным законом и не может быть ниже величины прожиточного минимума трудоспособного населения, при этом в силу части 3 указанной нормы месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

На основании ст. 133.1 Трудового кодекса РФ в субъекте Российской Федерации региональным соглашением о минимальной заработной плате может устанавливаться размер минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации. Размер минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации не может быть ниже минимального размера оплаты труда, установленного федеральным законом.

Согласно ст. 146 Трудового кодекса РФ оплата труда работников, занятых на тяжелых работах, работах с вредными, опасными и иными особыми условиями труда, производится в повышенном размере. В повышенном размере оплачивается также труд работников, занятых на работах в местностях с особыми климатическими условиями.

В соответствии со ст. 148 Трудового кодекса РФ оплата труда на работах в местностях с особыми климатическими условиями производится в порядке и размерах не ниже установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Согласно ст. 315 Трудового кодекса РФ оплата труда в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях осуществляется с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате.

Таким образом, в силу статей 129, 135, 146, 148 Трудового кодекса РФ коэффициент за работу в местности с неблагоприятными климатическими условиями и районный коэффициент являются компенсационными выплатами (доплатой к заработной плате) и должны начисляться сверх установленного законодательством минимального размера оплаты труда. 

Данная правовая позиция подтверждена Постановлением Конституционного Суда РФ от 07 декабря 2017 года №38-П, в пункте 4.2 которого указано, что в силу прямого предписания Конституции Российской Федерации (ст. 37, ч. 3) минимальный размер оплаты труда должен быть обеспечен всем работающим по трудовому договору, т.е. является общей гарантией, предоставляемой работникам независимо от того, в какой местности осуществляется трудовая деятельность; в соответствии с частью первой статьи 133 Трудового кодекса Российской Федерации величина минимального размера оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации, то есть, без учета природно-климатических условий различных регионов страны. Следовательно, повышенная оплата труда в связи с работой в особых климатических условиях должна производиться после определения размера заработной платы и выполнения конституционного требования об обеспечении минимального размера оплаты труда, а значит, районный коэффициент (коэффициент) и процентная надбавка, начисляемые в связи с работой в местностях с особыми климатическими условиями, в том числе в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, не могут включаться в состав минимального размера оплаты труда. Поглощение выплат, специально установленных для возмещения дополнительных материальных и физиологических затрат работников, связанных с климатическими условиями, минимальным размером оплаты труда, по существу, приводило бы к искажению правовой природы как этой гарантии, так и самих указанных выплат, что недопустимо в силу предписаний статьи 37 (часть 3) Конституции Российской Федерации и принципов правового регулирования трудовых правоотношений.

Постановлением администрации Красноярского края от 24.04.1992 №160-г «Об установлении районного коэффициента к заработной плате» с 1 апреля 1992 года размер районного коэффициента к заработной плате работников бюджетных учреждений, финансируемых из бюджета края, установлен в размере - 1,30.

На основании Постановления Министерства труда РФ №49 от 11.09.1995 в южных районах Красноярского края, на территории которых применяются коэффициенты, работающим в местностях с неблагоприятными природно-климатическими условиями, начисляется на фактический заработок 30-процентная надбавка к заработной плате.

Данное Постановление, устанавливающее повышенный коэффициент к заработной плате в местностях с неблагоприятными природно-климатическими условиями, в размере - 1,30, применяется и на территории южных районов Красноярского края.

Исходя из изложенного выше конституционно-правового смысла положений Трудового кодекса РФ, регулирующих спорные отношения, суд приходит к выводу, что заработная плата работника за полностью отработанный месяц должна быть определена в размере не менее установленного в Российской Федерации МРОТ, а районный коэффициент и надбавка за стаж работы в особых климатических условиях, должны начисляться сверх установленного законодательством МРОТ.

В соответствии со ст. 1 Федерального закона «О минимальном размере оплаты труда» от 19.06.2000 №502-ФЗ в редакции, действовавшей с 01.01.2019, минимальный размер оплаты труда составлял 11 280 руб. 

Таким образом, с учетом начисления на сумму действовавшего в соответствующие периоды МРОТ районного коэффициента - 30% и северной надбавки - 30%, при условии выполнения нормы рабочего времени, с 01.01.2019 размер заработной платы должен составлять в месяц не менее 18 048 руб.

Как установлено судом размер полученного истцом вознаграждения не противоречил требованиям трудового законодательства, поскольку был выше минимального размера оплаты труда, установленного на территории РФ, с учетом начисленных на него коэффициентов. Однако, за август 2019 года ФИО1 получено 10 000 руб. аванса, окончательный расчет после прекращения трудовых отношений с ним произведен не был. 

Следовательно, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию задолженность по заработной плате в размере 18 048 руб. – 10 000 руб. = 8 048 руб. В остальной части требование о взыскании неначисленной заработной платы удовлетворению не подлежит

Доводы истца ФИО1 о начислении ему заработной платы в размере 50 000 руб. в месяц, суд считает не обоснованными, поскольку надлежащих доказательств установления ФИО1 оклада в указанном размере суду не представлено, штатное расписание работников базы отдыха у ответчика отсутствует, размер фактически произведенных выплат истцу об установлении ему оплаты труда в таком же размере не свидетельствует.

Кроме того суд, исходит из того, что доказательств в подтверждение доводов истца о превышении истцом нормы рабочего времени и фактическом выполнении истцом работы с переработкой, как с превышением ежедневной нормы рабочего времени так и в выходные дни, истцом в материалы дела не представлено.

Рассматривая требование о взыскании компенсации за неиспользованные дни отпуска, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 115 Трудового кодекса РФ ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней. Дополнительно ежегодный оплачиваемый отпуск продолжительностью 8 календарных дней установлен для работников, работающих в неблагоприятных территориальных условиях в районах крайнего Севера и приравненных к ним местностях.

В случае увольнения работника, в силу ч. 1 ст. 127 ТК РФ, ему выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

В соответствии с п. 28 Правил об очередных и дополнительных отпусках (утв. НКТ СССР 30.04.1930 №169) при увольнении работнику должна быть выплачена компенсация за неиспользованный отпуск пропорционально отработанному времени. Если работник отработал менее 11 месяцев, дни отпуска, за которые должна быть выплачена компенсация, рассчитываются пропорционально отработанным месяцам (п. 35 указанных Правил). 

Статья 139 Трудового кодекса РФ предусматривает, что для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. 

Порядок исчисления средней заработной платы установлен Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы (утв. Постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 №922).

При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней).

С учетом проработанного периода времени с 01.04.2019 по 31.08.2019 у ФИО1 возникло право на 15 дн. отпуска (36 дн. / 12 мес. в году ? 5 мес. фактически отработанных). 

Для расчета среднедневного заработка с целью компенсации неиспользованных дней отпуска за период с апреля по август 2019 года определять сумму заработной платы следует с учетом вышеприведенных положений Трудового кодекса РФ, о том, что заработная плата работника за полностью отработанный месяц должна быть определена в размере не менее установленного в Российской Федерации МРОТ, с начислением сверх районного коэффициента и северной надбавки, поскольку иной размер 3установленной истцу заработной платы судом не установлен.

Исходя из изложенного, среднедневной заработок ФИО1 составляет: 18 048 руб. / 29,3 = 615,97 руб. 

Таким образом, компенсация за неиспользованный отпуск в количестве 15 календарных дней, подлежавшая выплате ФИО1 при увольнении составляет: 615,97 руб. ? 15 календарных дней = 9 923,55 руб., которая подлежит взысканию с ответчика в пользу истца в полном объеме. В остальной части требование о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск удовлетворению не подлежит.

На основании ст. 236 Трудового кодекса РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Поскольку ответчиком, в нарушение требований ст. 140 Трудового кодекса РФ, окончательный расчет в день увольнения истца не произведен, на сумму невыплаченной заработной платы и компенсации за неиспользованные дни отпуска, что в общем размре составило: 8 048 руб. + 9 239,55 руб. = 17 287,55 руб., подлежат начислению проценты за период со дня, следующего за истечением срока их выплаты, - 01.09.2019, по день вынесения решения суда, в следующем размере:

Период работы 

Доначислено, руб. 

Сумма долга, руб. 

Период просрочки 

ключевая ставка, % 

Сумма денежн. комп., руб. 

начало 

конец 

кол-во дней 

Август 2019 

17 287,55 

17 287,55 

01.09.19 

08.09.19 

8 

7,25 

66,85 

17 287,55 

09.09.19 

27.10.19 

49 

7,00 

395,31 

17 287,55 

28.10.19 

15.12.19 

49 

6,50 

367,07 

17 287,55 

16.12.19 

13.01.20 

29 

6,25 

208,89 

ИТОГО: 

17 287,55 

135 

1 038,12 

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию денежная компенсация за задержку выплаты заработной платы в размере 1 038,12 руб., исчисленная по день вынесения решения суда 13.01.2020. В остальной части требование о взыскании денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы удовлетворению не подлежит.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Учитывая, что ответчиком допущены нарушения прав истца как работника, истец имеет право на компенсацию морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает обстоятельства дела, длительность периода допущенных нарушений, характер допущенных нарушений и виновных действий ответчика, степени нравственных страданий истца, требования разумности и справедливости, принимает во внимание, что допущенные нарушения трудовых прав истца до дня вынесение решения суда ответчиком не устранены, в связи с чем полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 1 000 руб., в остальной части – отказать.

В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Судебные расходы согласно положению ст. 88 ГПК РФ состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом понесены расходы на оплату услуг представителя за составление иска в соответствии с выданной ООО «Городской правовой центр» квитанцией разных сборов АЧ№211677 от 16.09.2019 в размере 4 000 руб. (л.д.8), которые подлежат взысканию с ответчика в пользу истца пропорциональной удовлетворенным исковым требованиям в размере: 4 000 руб. / 1 066 279,99 руб. (общий размер заявленных требований) ? 18 325,67 руб. (общий размер удовлетворенных требований) = 68,31 руб.

Всего с ответчика в пользу истца подлежит взысканию: 8 048 руб. невыплаченной заработной платы + 9 239,55 руб. компенсации за неиспользованные дни отпуска + 1 038,12 руб. денежной компенсации за нарушение сроков выплаты + 1 000 руб. компенсации морального вреда + 68,31 руб. судебных расходов = 19 393,98 руб.

В соответствии с положениями ст. 103 ГПК РФ с ответчика также подлежит взысканию в доход соответствующего бюджета государственная пошлина, от уплаты которой освобожден истец, исходя из размера удовлетворенных судом требований, в сумме 1 033 руб.

В свою очередь, рассматривая встречные исковые требования о взыскании с ФИО1 причиненного работодателю ИП ФИО2 ущерба, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 238 Трудового кодекса РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам

В силу ст. 242 Трудового кодекса РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами. Случай полной материальной ответственности предусмотрены, в частности, статьей 243 Трудового кодекса РФ.

В силу ст. 247 Трудового кодекса РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

На основании ст. 248 Трудового кодекса РФ взыскание с виновного работника суммы причиненного ущерба, не превышающей среднего месячного заработка, производится по распоряжению работодателя. Распоряжение может быть сделано не позднее одного месяца со дня окончательного установления работодателем размера причиненного работником ущерба.

Если месячный срок истек или работник не согласен добровольно возместить причиненный работодателю ущерб, а сумма причиненного ущерба, подлежащая взысканию с работника, превышает его средний месячный заработок, то взыскание может осуществляться только судом. В случае увольнения работника, который дал письменное обязательство о добровольном возмещении ущерба, но отказался возместить указанный ущерб, непогашенная задолженность взыскивается в судебном порядке.

Из разъяснений, содержащихся в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №52 от 16.06.2006 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» истец должен представить доказательства, подтверждающие наличие прямого действительного ущерба, размер причиненного ущерба, вину работников в причинении ущерба, причинную связь между поведением работника и наступившим ущербом.

Как установлено по делу, с ФИО4 договор о полной индивидуальной материальной ответственности не заключался, материальные ценности ему по специальному письменному договору или по разовым документам не передавались, на иные обстоятельства, предусмотренные ст. 243 Трудового кодекса РФ, представитель истца по встречному иску не ссылается, судом такие обстоятельства не установлены.

Кроме того, установленная ст. 247 Трудового кодекса РФ обязанность работодателя устанавливать размер причиненного ему ущерба и причину его возникновения не исполнена, инвентаризация ценностей в установленном порядке не проведена. 

При таких обстоятельствах, изложенные в обоснование заявленных встречных исковых требований доводы о том, что ФИО1 не представлены оправдательные документы в подтверждение указанных им в финансовых отчетах расходов, а также безосновательно произведены расходы на оплату своего труда в общем размере 99 983,55 руб., суд считает не обоснованными, указанный размер ущерба надлежащим образом не подтвержден. 

Вместе с тем, учитывая согласие ФИО1 на возмещение указанных им в финансовой отчете за 30.05.2019 расходов на оплату роутера «Йота» в сумме 2 900 руб. (л.д.108), сданного им впоследствии в магазин и стоимость которого была возвращена продавцом на счет его банковской карты, суд считает возможным всречное исковое заявление удовлетворить в указанной части, взыскав с ФИО1 в пользу ИП ФИО2 2 900 руб., в остальной части встречного иска о взыскании ущерба – отказать.

При этом, зачету взысканные по встречным исковым требованиям денежные средства не подлежат, поскольку указанные встречные обязательства не являются однородными.

Также, в соответствии с требованиями ст. 98 ГПК РФ, с ФИО1 в пользу ИП ФИО2 подлежат взысканию судебные расходы, понесенный на оплату государственной пошлины согласно чеку-ордеру от 14.11.2019 в сумме 3 200 руб. (л.д.80), пропорционально размеру удовлетворенных судом требований в размере 400 руб. В остальной части судебные расходы на оплату государственной пошлины возмещению истцу по встречному иску не подлежат.

Всего с ФИО1 в пользу ИП ФИО2 подлежит взысканию: 2 900 руб. ущерба + 400 руб. судебных расходов на оплату государственной пошлины = 3 300 руб.

В соответствии со ст. 144 ГПК РФ при удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда.

С учетом требований закона, принятые определением суда от 19.09.2019 меры обеспечения иска в виде наложении ареста на имущество ФИО2 в пределах заявленных требований в размере 80 000 руб. (л.д.17) суд считает необходимым сохранить до исполнения решения суда, после чего – отменить.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, взыскании недоплаченной заработной платы, денежной компенсации за неиспользованный отпуск, денежной компенсации за несвоевременно выплаченную заработную плату, компенсации морального вреда, судебных расходов удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений ФИО1 с индивидуальным предпринимателем ФИО2 в должности управляющего базой отдыха в период с 01 апреля 2019 года по 31 августа 2019 года, включительно.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ФИО1 недоначисленную заработную плату за август 2019 года в размере 8 048 рублей, денежную компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 9 239 рублей 55 копеек, денежную компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 1 038 рублей 12 копеек, компенсацию морального вреда в размере 1 000 рублей, судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 68 рублей 31 копейка, а всего 19 393 (девятнадцать тысяч триста девяносто три) рубля 98 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать.

Решение суда в части взыскания заработной платы за август 2019 года и денежной компенсации за неиспользованный отпуск в общем размере 18 325 (восемнадцать тысяч триста двадцать пять) рублей 67 копеек подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход муниципального образования город Ачинск Красноярского края государственную пошлину в сумме 1 033 (одна тысяча тридцать три) рубля.

Меры по обеспечению иска, принятые на основании определения суда от 19 сентября 2019 года, о наложении ареста на имущество ФИО2 сохранить до исполнения решения суда, после чего - ОТМЕНИТЬ.

Встречные исковые требования индивидуального предпринимателя ФИО2 к ФИО1 о взыскании ущерба удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 ущерб в размере 2 900 рублей, судебные расходы на оплату государственной пошлины в размере 400 рублей, а всего 3 300 (три тысячи триста) рублей, в остальной части встречного иска - отказать.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы через Ачинский городской суд.

Судья А.В. Попов

Мотивированное решение изготовлено 20 января 2020 года.