Дело № 2-1586/2019 2 апреля 2019 года

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красносельский районный суд Санкт-Петербурга в составе

председательствующего судьи: Уланова А.Н.,

при секретаре: Яковлевой М.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным соглашения от 14 декабря 2015 года, 

У С Т А Н О В И Л:

Истец обратился в Красносельский районный суд Санкт-Петербурга с указанным иском, в котором просит суд признать недействительным соглашение от 14 декабря 2015 года, заключённое сторонами.

Требования иска основывает на том, что на основании договоров цессии стал кредитором по отношению к ответчику в заёмных обязательствах. Ответчик, ФИО3, ФИО4 выступали солидарными должниками по отношению к истцу.

Оспариваемым соглашением солидарные обязательства переведены в долевые при условии, что ответчик выплачивает свою долю в заёмном обязательстве.

Истец ссылается на то, что нарушена договорённость, согласно которой ответчик должен был содействовать в исполнении обязательств третьим солидарным должником – ФИО4 Истцу после заключения соглашения стало известно, что в отношении ФИО4 возбуждено дело о банкротстве, инициатором которого выступил ответчик.

Полагал истец, что ответчик скрыл данное намерение, действовал недобросовестно, не исполнил принятое обязательство.

Кроме этого ссылался истец на то, что соглашение заключено не в той форме, в которой основное заёмное обязательство.

Представитель истца явился в судебное заседание, настаивал на иске.

Представитель ответчика, действующий также по доверенности от третьего лица ФИО3, явился в заседание, возражал против требований иска.

Иные лица, участвующие в деле, извещались судом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились.

Суд в порядке статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации счёл возможным рассматривать спор в их отсутствие. 

Выслушав явившихся в заседание лиц, всесторонне изучив материалы дела, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что 11 марта 2013 года между ФИО1 и ФИО4, ФИО2, ФИО3 заключен договор займа, по условиям которого истец передал средства в размере 30 000 000 рублей, заёмщики выступали солидарными (л.д.6).

На основании расписки от 10 октября 2013 года ФИО4, ФИО2, ФИО3 получили от ФИО5 средства в размере 500 000 евро (л.д.7). Согласно договору цессии от 6 мая 2015 года ФИО1 встала на место кредитора в указанном заёмном обязательстве (л.д.8-9).

14 декабря 2015 года между ФИО1 и ФИО2 заключено соглашение, по условиям которого ответчик принял на себя обязательство возвратить в рамках названных двух заёмных договоров средства в размере 1/3 части от общей задолженности (пункт 3.1.).

В случае надлежащего исполнения Заёмщиком обязательств по передачи суммы, составляющей 1/3 часть от солидарного обязательства, займодавец считал обязательства ответчика по договорам займа исполненными в полностью в части его доли. Подтверждал истец, что обязательства ответчика, как солидарного должника по двум договорам займа исполнены в полном объёме (пункт 4).

В соглашении при этом указано, что у ответчика и ФИО4 отсутствуют какие-либо договорённости и соглашения о порядке и условиях погашения займов, указанных в соглашении и (или) об изменении солидарной ответственности по данным обязательствам (пункт 9.2)

В силу статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Статьёй 323 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.

Кредитор, не получивший полного удовлетворения от одного из солидарных должников, имеет право требовать недополученное от остальных солидарных должников.

Солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью.

Статьёй 421 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к отдельным отношениям сторон по договору.

Представленное соглашение уже выступало предметом судебной оценки, в рамках иного дела установлено, что названным соглашением солидарные обязательства ответчика, ФИО3 прекращены, переведены в разряд долевых (апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда от 31 июля 2018 года №33-14179/2018).

Действующим законодательством не сформулирован запрет на изменение обязательства из солидарного в долевое, поскольку соглашение уже получило в данной части правовую оценку судом, то в рамках настоящего дела суд также исходит из того, что действуя свободно, разумно и добросовестно, стремясь получить исполнение обязательства, истец изменила обязательства ответчика.

Соглашение от 14 декабря 2015 года в системном толковании своих условий позволяет недвусмысленно установить, что ФИО1 и ФИО2 пришли к соглашению о единовременном исполнении ответчиком обязательств перед истцом под условием, что ответчик освобождает от дальнейшей солидарной обязанности с ФИО4, ФИО3

Такое понимание условий следует и из пояснений сторон, согласно которым у ответчика отсутствовало имущество и средства на требуемую сумму, соответствующие средства взяты исключительно для исполнения условий соглашения от 14 декабря 2015 года.

В таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что в момент совершения оспариваемой сделки истец, располагая достаточными сведениями о финансовом положении должников, принял решение о получении хотя бы частичного исполнения, жертвуя при этом правом требовать солидарного исполнения.

При этом такие взаимные уступки сторон не противоречат действующему правовому регулированию.

Заслуживает внимание и то обстоятельство, что истец неоднократно подтвердил намерение исполнить оспариваемое соглашение, в частности, представитель истца заверил заявления, которыми подтвердил получение средств во исполнение названного соглашения, равно как подтвердил и исполнение ответчиком обязательств по соглашению в полном объёме.

Более того на основании представленного соглашения истец, ответчик и ФИО3 подписали мировое соглашение, которое просили утвердить.

То обстоятельство, что мировое соглашение не утверждено судом не отменяет того факта, что истец последовательно, целенаправленно совершал действия, дававшие основания иным участникам соглашения полагать стремление ФИО1 на сохранение и исполнение сделки.

В соответствии со статьёй 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В соответствии со статьёй 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. 

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Поскольку действия истца давали достаточные основания полагает признание действительности названного соглашения, то применению подлежит эстоппель, установленный пунктом 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, что является достаточным основанием для отказа в иске.

Отклоняет суд доводы истца о недобросовестном поведении ответчика в части содействия в исполнении обязательств ФИО4

Действительно по иску, в том числе ответчика, решением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17 марта 2017 года ФИО4 признан несостоятельным (банкротом).

Вместе с тем, ФИО2 и ФИО3 активно участвуют в рамках банкротного производства, стремятся увеличить конкурсную массу. 

Так определением арбитражного суда от 25 октября 2018 года признана недействительной сделка распоряжения совместным имуществом супругов, ? доля недвижимого имущества возвращена в конкурсную массу.

Предварительная стоимость доли в имуществе, по утверждению стороны ответчика, составляет не менее 170 000 евро, истцом данное утверждение не оспаривалось.

Кроме этого представитель ответчика пояснил, что ранее возвращено недвижимое имущество на территории Российской Федерации, примерной стоимостью 1 800 000 рублей.

Таким образом, утверждения истца о том, что поведение ответчика является формой злоупотребления, направлено на освобождение от обязательств по займам не находит своего подтверждения.

Напротив действия ответчика свидетельствуют о стремлении исполнить достигнутые соглашения с истцом.

Доводы иска фактически сводятся к тому, что истец введён в заблуждение относительно условий сделки, что свидетельствует об оспоримости соглашения в данной части.

Суд полагает отметить, что в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено в материалы дела доказательств того, что ответчик излагал истцу иные условия, выдавал иные гарантии чем те, на которых совершено оспариваемое соглашение.

Доказательств наличия обстоятельств, установленных статьёй 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, истцом не представлено.

Кроме этого ответчик заявил о применении срока исковой давности.

Срок давности в части доводов об оспоримости соглашения от 14 декабря 2015 года для истца начал течь с 15 декабря 2015 года, последним днём срока выступало 15 декабря 2016 года.

Таким образом, данные доводы заявлены истцом после истечения срока исковой давности, что свидетельствует о невозможности их правовой оценки, является основанием для отклонения требований иска в данной части.

Относительно доводов о нарушении формы сделки, суд полагает отметить следующее.

Поскольку договор займа от 11 марта 2013 года совершён в нотариальной форме, то изменение его условия, в том числе, в части формы обязательств (с солидарной на долевую) следовало совершить в той же форме.

Системное толкование пункта 1 статьи 450, пункта 1 статьи 389,пункта 2 статьи 163 Гражданского кодекса Российской Федерации позволяет суду сделать вывод, что в данном случае сделка имеет признаки ничтожности.

Вместе с тем, ранее судом сделан вывод о применении эстоппеля, что исключает возможность истца оспаривать данную сделку, при этом иные заинтересованные в оспаривании сделки лица, в том числе, в отношении которых данный институт не применим, не заявили соответствующих требований.

В таких обстоятельствах требования иска не подлежат удовлетворению в полном объёме.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 12, 56, 67, 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

ФИО1 в удовлетворении иска к ФИО2 - отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через Красносельский районный суд Санкт-Петербурга в течение месяца с момента принятия решения суда в окончательной форме.

Судья:

Решение суда в окончательной форме принято 5 апреля 2019 года.