УИД 89RS0002-01-2025-002936-65

Гражданское дело № 2-2060/2025

Судья Попов А.С.

Апелляционное дело № 33-264/2026

СУД ЯМАЛО-НЕНЕЦКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Салехард 03 февраля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:

председательствующего судьи Байкиной С.В.,

судей коллегии Козловой М.В., Курманова Э.Р.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Камбур А.Е.,

с участием прокурора Губайдулиной Г.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционному представлению прокурора г. Лабытнанги, по апелляционным жалобам истца - ФИО1, ответчика - Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ямало-Ненецкому автономному округу, третьего лица - Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ямало-Ненецкому автономному округу,

на решение Лабытнангского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 18 ноября 2025 года.

Заслушав доклад судьи суда Ямало-Ненецкого автономного округа Козловой М.В., заключение прокурора Губайдулиной Г.А., поддержавшей апелляционное представление, доводы истца ФИО1, представителя Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ямало-Ненецкому автономному округу ФИО2, настаивавших на удовлетворении жалоб, судебная коллегия по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к РФ в лице Министерства финансов РФ о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 50 000 000 руб., указав о том, что приговором Лабытнангского городского суда от 17.06.2024 на основании вердикта коллегии присяжных заседателей от 03.06.2024 истец был признан невиновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ и оправдан по предъявленному обвинению на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления. Этим же приговором за ним признано право на реабилитацию и обращение в суд с требованием о возмещении имущественного и морального вреда, связанного с уголовным преследованием. В ходе предварительного следствия по уголовному делу, ФИО1 06.08.2022 был задержан в порядке ст.ст. 91-92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, 07.08.2022 ему было предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а,в» ч. 3 ст. 286, п. «ж» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с чем, в период с 08.08.2022 по 02.02.2023 ФИО1 содержался под стражей. 19.03.2023 уголовное преследование по пп. «а,в» ч. 3 ст. 286, п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ в отношении ФИО1 было прекращено, а 20.03.2023 предъявлено обвинение по ч. 2 ст. 293 УК РФ. С учетом этого, в период с 02.02.2023 до 24.03.2023 истец содержался под домашним арестом, а в период с 24.03.2023 по 17.06.2024 находился на подписке о невыезде и надлежащем поведении. В результате незаконного уголовного преследования в период с 06.08.2022 по 17.06.2024 истец перенес моральные страдания, потерял работу, был вынужден оформить пенсию, чтобы оплачивать потребительский кредит. В период нахождения под стражей малолетние дети ФИО1 были лишены отцовской опеки. При этапировании для проведения комплексной судебно-психиатрической экспертизы он ехал железнодорожным транспортом вместе с осужденными, за которыми он ранее осуществлял надзор по долгу службы, и которые через разделявшую их решетку высказывали в его адрес непристойные и оскорбительные слова, словесно угрожали. Содержание под стражей и этапирование вызвали сильный стресс, что приводило к бессоннице.

Определением судьи от 06.10.2025 к участию в деле привлечены прокурор г. Лабытнанги и прокуратура Ямало-Ненецкого автономного округа (том 1 л.д. 2-3).

Протокольным определением от 28.10.2025 судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Ямало-Ненецкому автономному округу (том 1 л.д. 127).

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции в судебных заседаниях истец ФИО1 настаивал на удовлетворении иска, ссылался на отсутствие возможности общения с престарелыми родителями, женой и детьми в период содержания под стражей, тогда как следователь отказывал в свиданиях и в телефонных переговорах. Также у истца ухудшилось состояние здоровья, испортились отношения с соседями и бывшими коллегами по работе.

Представитель Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Ямало-Ненецкому автономному округу, и представитель СУ СК РФ по ЯНАО при надлежащем извещении в суд не явились.

Представитель Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Ямало-Ненецкому автономному округу представил письменные возражения, полагал иск подлежащим удовлетворению на сумму, не превышающую 250 000 руб. (том 1 л.д. 21-24).

Помощник прокурора г. Лабытнанги Завьялов Н.В., представляющий в том числе, прокуратуру Ямало-Ненецкого автономного округа, полагал заявленный иск подлежащим удовлетворению на сумму, не превышающую 50 000 руб. (том 1 л.д. 138-140).

Решением Лабытнангского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 18.11.2025 иск ФИО1 удовлетворен частично. С Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 750 000 руб.

Не согласившись с указанным решением, прокурор г. Лабытнанги в апелляционном представлении просит его изменить, определив компенсацию морального вреда в размере, не превышающем 50 000 руб. Ссылаясь на положения ст.ст. 151, 1070, 1101 Гражданского кодекса РФ считает, что сумма компенсации морального вреда в размере 750 000 руб. не отвечает принципам разумности и справедливости, так как истцом доказательств перенесенных нравственных и физических страданий в материалы дела не представлено, вопрос об их истребовании судом не рассматривался (том 1 л.д. 174-179).

Также с апелляционной жалобой, поименованной как отзыв, обратился представитель ответчика - Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Ямало-Ненецкому автономному округу. В апелляционной жалобе приводит доводы об отсутствии оснований для взыскания компенсации морального вреда в связи с недоказанностью самого факта причинения такого вреда, а также выражает несогласие с суммой компенсации, определенной судом к взысканию, полагает ее чрезмерной (том 1 л.д. 197-201).

С решением суда первой инстанции также не согласен представитель третье лица - СУ СК РФ по ЯНАО. Указывает, что досудебное расследование уголовного дела и судебное производство направлено на полное, всестороннее и объективное выяснение всех обстоятельств, связанных с событием противоправного деяния, в целях изобличения лиц, его совершивших, и установления истины по делу. Незаконных действий должностных лиц в период предварительного расследования установлено не было, все следственные действия были основаны на нормах действующего законодательства РФ. Решение просит отменить, размер компенсации снизить до 50 000 руб. (том 1 л.д. 211-216).

В апелляционной жалобе истец ФИО1 ставит вопрос об изменении решения суда в части размера взысканной суммы, настаивает на сумме, указанной в иске. Полагает, что при определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции не принято во внимание его длительное нахождение под стражей, что вызывало стресс не только для него, но и для близких его людей. Домашний арест не позволял ему обеспечить семью. Подписка о невыезде не позволяла увидеться с престарелыми родителями. Также не учтена возможность его карьерного роста, так как он являлся до увольнения из уголовно исполнительной системы старшим инспектором отдела безопасности ФКУ ИК-3 УФСИН России по ЯНАО, имел специальное звание старший лейтенант внутренней службы (том 1 л.д. 185-187).

Иные лица, участвующие в деле - представитель Управления Федерального казначейства по Ямало-Ненецкому автономному округу, представитель СУ СК РФ по ЯНАО, в суд апелляционной инстанции не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, ходатайств, заявлений об отложении слушания дела, документов, подтверждающих уважительность причин своей неявки, в судебную коллегию не представили. Информация о движении дела заблаговременно размещена на официальном сайте суда Ямало-Ненецкого автономного округа. На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела в пределах заявленных доводов апелляционных жалоб и апелляционного представления, судебная коллегия приходит к следующему.

В ст. 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Под реабилитацией в уголовном производстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (п. 34 ст. 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 1 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Как следует из п.п. 1, 3 ч. 2 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в частности, подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и п.п. 1 и 4 - 6 ч. 1 ст. 27 этого кодекса (в частности, в связи с отсутствием события преступления (п. 1 ч. 1 ст. 24), отсутствием в деянии состава преступления (п. 2 ч. 1 ст. 24), наличием в отношении подозреваемого или обвиняемого неотмененного постановления органа дознания, следователя или прокурора о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела (п. 5 ч. 1 ст. 27).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что 08.07.2022 руководителем следственного отдела по г. Лабытнанги СУ СК РФ по ЯНАО возбуждено уголовное дело № 12202711434000020 по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, по факту обнаружения в одиночной камере ШИЗО ФКУ ИК-3 УФСИН России по ЯНАО трупа осужденного ФИО3,ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с признаками насильственной смерти в виде механической асфиксии от сдавливания органов шеи (том 1 л.д. 29).

08.07.2022 по распоряжению руководителя СУ СК России по ЯНАО уголовное дело было передано следователю по особо-важным делам СУ СК РФ по ЯНАО (том 1 л.д. 30).

06.08.2022 следователем по особо-важным делам СУ СК РФ по ЯНАО возбуждено уголовное дело № 12202711434000022 по признакам состава преступления, предусмотренного пп. «а, в» ч. 3 ст. 286 УК РФ по факту действий неустановленных должностных лиц из числа сотрудников ФКУ ИК-3 УФСИН России по ЯНАО, причинивших осужденному ФИО3 тяжкий вред здоровью, который привел к его смерти (том 1 л.д. 31-32).

06.08.2022 ФИО1 задержан в порядке ст. 91-92 УПК РФ (том 1 л.д. 33-36).

07.08.2022 уголовные дела соединены в одно производство и в тот же день ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а,в» ч. 3 ст. 286, п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ (том 1 л.д. 37-38, 39-42).

08.08.2022 Салехардским городским судом в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения по стражу, сроком на 2 месяца (том 1 л.д. 149, 91-92).

04.10.2022 на основании постановления Салехардского городского суда срок содержания под стражей ФИО1 продлен до 4-х месяцев (том 1 л.д. 52-54, 54-55).

30.11.2022 на основании постановления Салехардского городского суда срок содержания под стражей ФИО1 продлен до 6-ти месяцев 3-х суток (том 1 л.д. 61-63, 64).

02.02.2023 на основании постановления Салехардского городского суда мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 была изменена на меру пресечения в виде домашнего ареста (том 1 л.д. 65-67, 68-69).

19.03.2023 уголовное преследование по пп. «а,в» ч. 3 ст. 286, п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ в отношении ФИО1 прекращено (том 1 л.д. 770-75).

20.03.2023 ФИО1 предъявлено обвинение по ч. 2 ст. 293 УК РФ (том 1 л.д. 76-81).

24.03.2023 мера пресечения ФИО1 в виде домашнего ареста изменена на подписку о невыезде и надлежащем поведении (том 1 л.д. 82-83, 84).

26.05.2023 ФИО1 перепредъявлено обвинение по ч. 2 ст. 293 УК РФ (том 1 л.д. 85-90).

В частности, в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого от 26.05.2023, в обвинительном заключении, указано, что ФИО1, являясь сотрудником отдела безопасности ФКУ ИК-3 УФСИН России по ЯНАО, достоверно понимая, что в отношении осужденного ФИО3 другими сотрудниками ФКУ ИК-3 УФСИН России по ЯНАО совершено преступление и применяются пытки, в результате его нахождения в беспомощном, неподвижном состоянии, связанными лишенным принять меры к самосохранению, имея реальную возможность для исполнения своих обязанностей, исходя из опыта работы и стажа по должности, а также жизненного опыта, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий, самонадеянно рассчитывая на предотвращение этих последствий, основываясь на благоразумии, опыте и стаже других работников ФКУ ИК-3 УФСИН России по ЯНАО, имея реальную возможность пресечь преступление, задокументировать факт его совершения и сообщить о нем вышестоящему руководителю или в иной правоохранительный орган, не пресек совершение другими сотрудниками оперативного отдела ФКУ ИК-3 УФСИН России по ЯНАО противоправных действий в отношении ФИО3, не задокументировал их и не предпринял мер к защите прав ФИО3, а также его жизни и здоровья от посягательства, тем самым укрыл факт совершенного преступления другими сотрудниками оперативного отдела ФКУ ИК-3 УФСИН России по ЯНАО, после чего убыл из помещения и охраняемой территории, в результате чего стало возможным наступление смерти ФИО3 (том 1 л.д. 93-99).

На основании постановления Лабытнангского городского суда от 14.02.2024 о назначении судебного заседания по итогам предварительного слушания, мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 была оставлена без изменения (том 1 л.д. 129-131).

Приговором Лабытнангского городского суда от 17.06.2024 на основании вердикта коллегии присяжных заседателей от 03.06.2024 ФИО1 оправдан по предъявленному обвинению на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления, мера пресечения отменена. Этим же приговором за ним признано право на реабилитацию и обращение в суд с требованием о возмещении имущественного и морального вреда, связанного с уголовным преследованием (том 1 л.д. 115-117).

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 08.08.2024 приговор Лабытнангского городского суда от 17.06.2024 оставлен без изменения (том 1 л.д. 118-120).

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 21.01.2025 кассационное представление заместителя прокурора Ямало-Ненецкого автономного округа и кассационные жалобы адвокатов на приговор Лабытнангского городского суда от 17.06.2024 и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 08.08.2024 оставлены без удовлетворения (том 1 л.д. 121-123).

Вывод суда первой инстанции о наличии у ФИО1 права на компенсацию причиненного ему морального вреда судебная коллегия находит верным, поскольку его личные неимущественные права были нарушены самим фактом уголовного преследования, которое в дальнейшем признано необоснованным, и за ФИО1 признано право на реабилитацию, что является достаточным для признания обоснованными требований о компенсации морального вреда, каких-либо дополнительных доказательств этот вывод не требует.

Как указано в ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному, судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» даны разъяснения о том, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абз.1 п. 42).

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать, в том числе, длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абз. 2 п. 42).

Из приведенных норм материального права и разъяснений, данных в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, устанавливающем в том числе, что иски о взыскании компенсации за причиненный реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.

Ввиду того, что закон устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон спорного правоотношения. Соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Таким образом, если суд в рамках гражданского судопроизводства признал доказанным факт причинения гражданину морального вреда в результате указанных в п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации незаконных действий органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда и пришел к выводу о необходимости присуждения ему денежной компенсации, то в судебном акте должны быть приведены мотивы, обосновывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемой заявителю, исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела, при этом оценка таких обстоятельств не может быть формальной.

Компенсация морального вреда, определяемая судом в денежной форме, должна быть соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда потерпевшему, должна обеспечить баланс частных и публичных интересов, с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала права других категорий граждан с учетом того, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, на оказание социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Суд первой инстанции при определении размера денежной компенсации морального вреда, верно учел, длительность незаконного уголовного преследования (с 06.08.2022 по 03.06.2024), применение в отношении истца меры пресечения в виде заключения под стражу (с 06.08.2022 по 02.02.2023), домашнего ареста (с 02.02.2023 по 24.03.2023), подписки о невыезде (с 24.03.2023 по 17.06.2024), характер и объем несостоятельных обвинений, категории преступлений, в совершении которых обвинялся истец (первоначально тяжкое и особо тяжкое по обвинению от 07.08.2022, в последующем - средней тяжести по обвинениям от 20.03.2023 и от 26.05.2023), личные обстоятельства ФИО1 (положительная характеристика по месту работы, отсутствие судимостей, служба в уголовно-исполнительной системе, наличие двоих малолетних детей, семейное положение (состоит в браке) и ограничения в общении с семьей во время следствия (лишение возможности видеться с супругой, отсутствие контактов с детьми, невозможность общаться с родителями), и недоказанность некоторых обстоятельств приведенных ФИО1 (ухудшение здоровья, вынужденный выход на пенсию, нарушений при этапировании для проведения комплексной судебно-психиатрической экспертизы).

Судебной коллегией не ставятся под сомнение доводы ФИО1 о том, что он, как добросовестный и законопослушный гражданин, испытал сильное эмоциональное и психическое напряжение в связи с предъявленным ему обвинением в совершении преступлений тяжкого, особо тяжкого и средней тяжести, между тем, из материалов дела не следует, что ФИО1 имеет индивидуальные особенности, влияющие на глубину его нравственных переживаний, либо имеет какие-либо заболевания, течение которых усугубилось в результате перенесенных им нравственных страданий.

Довод истца об утрате возможности карьерного роста был обоснованно отклонен судом первой инстанции ввиду того, что увольнение истца из органов уголовно-исполнительной системы имело место в соответствии с п. 4 ч. 2 ст. 84 Федерального закона от 19.07.2018 № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» - по выслуге лет, дающей право на получение пенсии (том 1 л.д. 114).

Согласно справке старшего инспектора отдела охраны ФКУ ИК-8 УФСИН России по ЯНАО от 13.10.2025, ФИО1 конвоировался 01.09.2022 встречным караулом по маршруту ПФРСИ при ФКУ ИК-8 УФСИН России по ЯНАО ст. Лабытнанги и содержался отдельно от общей массы подозреваемых, обвиняемых и осужденных (том 1 л.д. 27, 28).

Также вопреки доводам апелляционной жалобы истца, суд первой инстанции учел обстоятельства, связанные с длительным нахождением ФИО1 под стражей, и влияние этих обстоятельств на его близких. Указанные обстоятельства были приняты во внимание при определении размера компенсации морального вреда. Доводы о невозможности обеспечения семьи в период домашнего ареста и невозможности посещения престарелых родителей в период подписки о невыезде не являются безусловным основанием для увеличения размера компенсации морального вреда, поскольку указанные ограничения являются следствием применения мер пресечения, законность которых не оспаривалась. При этом ФИО1 также не представлено доказательств обращения к следователю с ходатайством о разрешении на выезд за пределы муниципального округа, либо покидать место жительства в период действия подписки о невыезде и надлежащем поведении.

По вышеизложенным основаниям судебная коллегия отклоняет доводы жалобы истца о том, что суд не учел все приведенные им доводы в обоснование иска и не оценил в должной мере степень причиненных истцу нравственных страданий, поскольку доказательств претерпевания нравственных страданий в значительной степени, что позволило бы по доводам жалобы истца увеличить размер взысканной судом компенсации, материалы дела не содержат.

Вместе с тем, судебная коллегия полагает, что при определении размера денежной компенсации морального вреда суд первой инстанции не учел в полной мере все обстоятельства уголовного преследования истца, а выводы суда о значительной степени причиненных истцу нравственных страданий в связи с незаконным уголовным преследованием не подтверждены собранными по делу доказательствами.

Установив, что истцом не представлено достаточных доказательств в подтверждение всем приведенным доводам о пережитых нравственных страданиях, их характере и степени, суд пришел к выводу о взыскании в пользу истца компенсации морального вреда в сумме 750 000 руб., не обосновав надлежащим образом указанную сумму компенсации.

С учетом всех установленных по делу фактических обстоятельств, при которых истцу был причинен моральный вред, судебная коллегия приходит к выводу о том, что определенный судом размер компенсации морального вреда в сумме 750 000 руб. не отвечает требованиям разумности и справедливости, в связи с чем решение суда по доводам апелляционных жалоб ответчика, третьего лица и апелляционного представления прокурора надлежит изменить, снизив размер такой компенсации до 500 000 руб., полагая такой размер компенсации соразмерной и справедливой компенсацией истцу в связи с нарушением его нематериальных благ.

В остальной части выводы суда при установлении права истца на компенсацию морального вреда с учетом обстоятельств, связанных с личностью истца, соответствуют нормам материального права.

На основании ч. 3 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционных жалобе, представлении, суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с ч. 4 ст. 330 данного Кодекса основаниями для отмены решения суда первой инстанции. Из материалов дела следует, что таких нарушений судом первой инстанции не допущено.

С учетом изложенного, руководствуясь ч. 2 ст. 328, ст. 329, ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Лабытнангского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 18 ноября 2025 года в части взыскания с Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 750 000 рублей изменить, снизив размер компенсации морального вреда до 500 000 руб.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы, апелляционное представление прокурора - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 05.02.2026.

Председательствующий

Судьи