№

УИД23RS0№-21

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

08 февраля 2024 г. г. Краснодар

Ленинский районный суд г. Краснодара в составе: 

председательствующего Ситникова В.Е.

при секретаре Каптюшенко Н.В.

с участием помощника прокурора Западного административного округа г. Краснодара ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании ФИО1 к ФГБОУ ВО «МАИ» о признании незаконным приказа о дисциплинарном взыскании и увольнении, восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФГБОУ ВО «МАИ» о признании незаконным приказа о дисциплинарном взыскании и увольнении, восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указал, что приказом ректора ФБГОУ ВО «МАИ» № от ДД.ММ.ГГГГ назначен на должность начальника Оздоровительно-учебного центра «Алушта» (далее - ОУЦ «Алушта») с местом осуществления трудовой деятельности в 

<

адрес>,18 км., с ним заключен трудовой договор.

ДД.ММ.ГГГГ работодателем издан приказ №а/адм о возложении обязанностей начальника ОУЦ «Алушта» на ФИО5 в связи с временным отсутствием начальника, до даты выхода на работу основного работника.

Истец по выходу на работу не смог попасть на рабочее место в связи со сменой замков в рабочем кабинете, не смог приступить к своим служебным обязанностям ввиду отсутствия доверенности, о чем устно и письменно ДД.ММ.ГГГГ уведомил ответчика.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, был допущен на рабочее место, но доверенность, необходимая для исполнения служебных обязанностей, выдана не была.

ДД.ММ.ГГГГ на рабочую почту ОУЦ «Алушта» поступили приказ №/д от ДД.ММ.ГГГГ о применении к истцу дисциплинарного взыскания в виде выговора в связи с отсутствием на рабочем место ДД.ММ.ГГГГ, со ссылкой на акт о непредоставление объяснений от ДД.ММ.ГГГГ.; приказ №/д от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении ФИО1 по пп. «а» п.6 ч.1 ст. 81 ТК РФ в связи с отсутствием на рабочем место ДД.ММ.ГГГГ и 03.02.2023г., ссылкой на акт о непредоставлении объяснений от 01.03.2023г.

Истец указывает на нарушение работодателем процедуры привлечения к дисциплинарной ответственности и в результате, принятия незаконных решений об объявлении выговора и увольнении, поскольку с актами об отсутствии на рабочем месте он не ознакомлен, объяснения ему дать не предлагали, с актами об отказе в даче объяснений он также не ознакомлен, копии обжалуемых приказов ему не вручены. 

Для защиты нарушенного права ФИО2 обратился в суд с настоящим иском, просит признать незаконными приказ ФБГОУ ВО «МАИ» №/д от ДД.ММ.ГГГГ о применении дисциплинарного взыскания в виде выговора, приказ №/д от ДД.ММ.ГГГГ о применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения, восстановить его на работе в должности начальника Оздоровительно-учебного центра «Алушта» ФБГОУ ВО «МАИ», обязать аннулировать запись об увольнении в трудовой книжке, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда 500 000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО2 и его представитель по доверенности ФИО8 не явились, представили письменные пояснения посредством электронного документооборота, просили о рассмотрении дела в отсутствие, на удовлетворении иска настаивали.

Представитель ответчика ФГБОУ ВО «МАИ» (национальный исследовательский институт» в судебное заседание не явился, посредством электронного документооборота представил заявление от ДД.ММ.ГГГГ об отложении слушания дела и организации видеоконференц-связи, ссылаясь на существенную удаленность ответчика с местом расположения в 

<

адрес> и временным ограничением работы аэропорта г. Краснодара.

В соответствии с частью 6 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд может отложить разбирательство дела по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой его представителя по уважительной причине.

В соответствии с частью 1 статьи 155.2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, и другие участники процесса могут участвовать в судебном заседании путем использования системы веб-конференции при условии заявления ими ходатайства об этом и при наличии в суде технической возможности осуществления веб-конференции.

Обсудив заявленное ответчиком ходатайство, суд считает, что ссылки на невозможность участия в судебном заседании по заявленным основаниям, не могут быть признаны убедительными и не могут служить достаточным основанием для удовлетворения ходатайства об отложении судебного разбирательства.

Ходатайство ФГБОУ ВО «МАИ» об отложении судебного заседания и обеспечения участия представителя ответчика в судебном заседании путем организации видеоконференц-связи удовлетворению не подлежит, поскольку данное юридическое лицо заблаговременно получив извещение о времени и месте судебного заседания, имело возможность направить для участия в рассмотрении дела представителя, доказательств уважительности причин для отложения судебного разбирательства им не представлено. 

Заявление ФГБОУ ВО «МАИ» об организации судебного заседания с использованием технических средств видеоконференц-связи поступило в суд накануне судебного заседания, 07.02.2024г., в ходатайстве не приведено каких-либо доводов, подтверждающих, что представитель ответчика по не зависящим от него обстоятельствам был лишен возможности своевременно обратиться с ходатайством о проведении судебного заседания, назначенного на ДД.ММ.ГГГГ, посредством ВКС, а также направить своего представителя в судебное заседание.

Помимо того, системное толкование гражданского процессуального законодательства, в том числе, части 1 статьи 155.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, позволяет сделать вывод о том, что организация судебного процесса с использованием систем видеоконференц-связи является правом, а не обязанностью суда.

Учитывая, что ранее представитель ответчика неоднократно участвовал в судебных заседаниях, как непосредственно, так при использовании судом ВКС, давал пояснений по иску, представлял доказательства, направил в суд текст выступлений в судебных прениях, а также сообщение Головинского районного суда 

<

адрес> об отсутствии возможности организации ведеоконференц-связи в указанное время, т.е. принимая во внимание отсутствие технической и организационной возможности проведения судебного заседания посредством видеоконференц-связи, суд полагает правильным отказать ответчику в отложении судебного заседания и рассмотреть дело в его отсутствие.

Исследовав материалы дела, представленные доказательства, соглашаясь с мнением прокурора, полагавшего иск обоснованным, суд приходит к следующим выводам.

Трудовые отношения, как следует из положений части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации, возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации.

Часть 1 статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации определяет трудовой договор как соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Обязательным для включения в трудовой договор является в том числе условие о месте работы, а в случае, когда работник принимается для работы в филиале, представительстве или ином обособленном структурном подразделении организации, расположенном в другой местности, - о месте работы с указанием обособленного структурного подразделения и его местонахождения (ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации).

Этой же нормой регламентировано правило о том, что в трудовом договоре могут предусматриваться дополнительные условия, не ухудшающие положение работника по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, в частности об уточнении места работы (с указанием структурного подразделения и его местонахождения) и (или) о рабочем месте.

Рабочее место - это место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя (часть 6 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2), если в трудовом договоре, заключенном с работником, либо локальном нормативном акте работодателя (приказе, графике и т.п.) не оговорено конкретное рабочее место этого работника, то в случае возникновения спора по вопросу о том, где работник обязан находиться при исполнении своих трудовых обязанностей, следует исходить из того, что в силу части шестой статьи 209 Кодекса рабочим местом является место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя.

Анализ приведенных норм и разъяснений позволяет прийти к выводу о разграничении действующим законодательством понятий «место работы» и «рабочее место». 

Трудовым кодексом Российской Федерации отсутствие на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также отсутствие на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены) определено как прогул - грубое нарушение работником трудовых обязанностей (подпункт "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации). Согласно данной норме права в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула - трудовой договор может быть расторгнут работодателем.

За совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде увольнения по соответствующим основаниям, предусмотренным этим кодексом (пункт 3 части 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации).

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, решение работодателя о признании конкретной причины отсутствия работника на работе неуважительной и, как следствие, об увольнении его за прогул может быть проверено в судебном порядке. При этом, осуществляя судебную проверку и разрешая конкретное дело, суд действует не произвольно, а исходит из общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности (в частности, таких как справедливость, соразмерность, законность) и, руководствуясь подпунктом "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с другими его положениями, оценивает всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе причины отсутствия работника на работе (определения Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 75-О-О, от ДД.ММ.ГГГГ N 1793-О, от ДД.ММ.ГГГГ N 1288-О, от ДД.ММ.ГГГГ N 1243-О и др.).

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающий основание для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит (пункт 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2).

По смыслу приведенных нормативных положений трудового законодательства, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ, при рассмотрении судом дела по спору о законности увольнения работника на основании подпункта "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации обязательными для правильного разрешения спора является установление того, где в соответствии с условиями трудового договора и выполняемой работником трудовой функцией находится его рабочее место, а также установление обстоятельств и причин (уважительные или неуважительные) отсутствия работника на рабочем месте. Кроме того, суду надлежит проверить обоснованность признания работодателем причины отсутствия работника на рабочем месте неуважительной, учитывались ли работодателем при наложении дисциплинарного взыскания тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Как установлено в судебном заседании истец приказом ответчика № от ДД.ММ.ГГГГ назначен на должность начальника оздоровительно-учебного центра «Алушта» (далее - ОУЦ «Алушта»).

ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком - ФБГОУВО «МАИ» в лице проректора ФИО7, заключен трудовой договор №.20/01, согласно которому истец принят на работу в МАИ (пункт 1) на должность начальника оздоровительно-учебного центра «Алушта», и обязался добросовестно исполнять трудовую функцию в соответствии с должностной инструкцией, Правилами внутреннего трудового распорядка и локальными нормативными актами (пункты 9 и 10).

По условиям данного трудового договора местом работы истца определен адрес: 

<

адрес>, 18 км. 

Согласно сведениям ЕГРЮЛ по адресу: 

<

адрес>, 18-й км зарегистрирован филиал ФБГОУВО «МАИ» без указания его названия, с датой регистрации филиала 29.10.2015г., дата постановки на налоговый учет филиала – 01.01.2017г.

Положением об обособленном подразделении оздоровительно-учебном центре «Алушта» ФБГОУВО «МАИ», утвержденном приказом ответчика № от 30.12.2015г., регламентирован перечень прав истца, которыми он наделен для решения основных функций и задач ОУЦ «Алушта», и которые реализуются истцом на основании доверенности, выданной ректором ФБГОУВО «МАИ» (п. 6.1).

К материалам гражданского дела также приобщена доверенность от ДД.ММ.ГГГГ №, выданная на имя истца ответчиком в лице ректора ФБГОУВО «МАИ» ФИО6, которая содержит перечень прав, предоставляемых истцу для осуществления производственно-хозяйственной и финансовой деятельности непосредственно ОУЦ «Алушта». 

Срок действия данной доверенности ограничен одним годом и истек ДД.ММ.ГГГГ. 

Таким образом, содержание приведенных письменных доказательств подтверждает возникновение между истцом и ответчиком трудовых отношений с ДД.ММ.ГГГГ, с определением трудовой функции истца в качестве начальника ОУЦ «Алушта», выраженной в решении основных функций и задач ОУЦ «Алушта», при этом объем полномочий истца при осуществлении своей трудовой функции и порядок ее реализации определен содержанием специально выдаваемой ответчиком доверенности, где конкретизирован ограниченный перечень полномочий истца по ведению финансово-хозяйственной деятельности ОУЦ «Алушта». Местом работы истца определен адрес регистрации филиала ФБГОУВО «МАИ»: 

<

адрес>, 18-й км, рабочее место истца трудовым договором не определено. 

Оперативные вопросы деятельности ОУЦ «Алушта» решались в условиях уведомления и согласования этой деятельности ФБГОУВО «МАИ» посредством электронной переписки по адресу корпоративной электронной почты, что не отрицалось ответчиком. Входящая и исходящая корреспонденция, поступающая на корпоративную почту ОУЦ «Алушта» регистрировалась ответственным работником в соответствующих журналах. 

Учитывая предусмотренную законом и трудовым договором обязанность ответчика предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, особенности места работы истца, представляющего собой комплекс имущества ответчика, доводы истца в обоснование иска и возражения ответчика, суд признает имеющими значение для правильного разрешения дела и подлежащими установлению обстоятельства, определяющие где в соответствии с условиями трудового договора и выполняемой работником трудовой функцией находится его рабочее место. 

Суд критически относится к утверждениям ответчика о том, что рабочее место истца в полном объеме совпадает с определенным трудовым договором местом работы, поскольку возможность выполнения истцом возложенной на него трудовой функции в установленном порядке объективно зависит от наличия места, оборудованного техническими средствами печати и коммуникации. В частности, это реализация полномочий, специально оговоренных в доверенности, таких как: заключение гражданско-правовых и трудовых договоров, распоряжение денежными средствами на лицевом счете ОУЦ «Алушта», списание материалов, заполнение и подписание документов бухгалтерской отчетности, а также подача и получение документов в государственных органах и учреждениях посредством электронного документооборота с помощью электронной цифровой подписи. 

Доказательств наличия у истца возможности выполнять возложенные на него обязанности в любом месте на территории ОУЦ «Алушта» ответчиком не представлено, как не представлено и надлежащих доказательств наличия у истца дистанционного доступа к электронному документообороту ответчика. 

Кроме того, реализация истцом организационно-распорядительных полномочий в части взаимодействия с органами государственной власти и контрагентами ОУЦ «Алушта» предполагает выполнение им своей трудовой функции в том числе и за пределами определенного трудовым договором места работы. 

На основании изложенного, с учетом особенностей возложенной на истца трудовой функции, суд приходит к выводу, что формальное нахождение истца по адресу: 

<

адрес>, 18-й км в течение рабочего дня само по себе не указывает на надлежащее исполнение работником своих обязанностей, а равно не свидетельствует об исполнении ответчиком своей обязанности предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции. 

При таких обстоятельствах суд признает обоснованным утверждение истца о том, что его рабочим местом являлся его рабочий кабинет на территории ОУЦ «Алушта» с необходимым оборудованием для обеспечения при исполнении своих обязанностей сопутствующего документооборота, в том числе электронного. 

Как установлено в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ ответчиком издан приказ №а/адм о возложении обязанностей истца на ФИО5 с формулировкой - в связи с временным отсутствием начальника Оздоровительно-учебного центра «Алушта» до даты выхода на работу основного работника. Также исполняющему обязанности истца ФИО5 ответчиком выдана доверенность для осуществления производственно-хозяйственной и финансовой деятельности ОУЦ «Алушта». 

ДД.ММ.ГГГГ истец запросил у ответчика в лице своего непосредственного руководителя ФИО7 сведения о возможности выхода на работу, что подтверждено скриншотом переписки мессенджера WhatsApp с ФИО7, достоверность и содержание которой ответчиком не оспаривалось. 

Сведений о предоставлении ответчиком какой-либо информации истцу на данный запрос в судебное заседание не предоставлено. 

ДД.ММ.ГГГГ срок действия доверенности от ДД.ММ.ГГГГ №, выданной ответчиком истцу, - истек, о чем ответчик знал и не мог не знать. 

В связи с длительным неполучением указаний о возможности приступить к исполнению своих трудовых обязанностей, истец предпринял меры для их исполнения, однако не смог попасть в свой рабочий кабинет, доступ к которому ему был ограничен путем смены запорных устройств в его рабочем кабинете. 

Об указанных обстоятельствах истец сообщил ответчику, в том числе письмом от ДД.ММ.ГГГГг., уведомив о вынужденном прогуле, потребовав допуска к исполнению служебных обязанностей. 

Из анализа содержания разъяснений в постановлении Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами ТК РФ» от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что под вынужденным прогулом в любом случае понимается ситуация, в которой работник не мог выполнять свои обязанности вследствие нарушений работодателем требований, установленных в сфере трудовых отношений с этим работником. 

ДД.ММ.ГГГГ истец был допущен в свой рабочий кабинет исполняющим обязанности начальника ОУЦ «Алушта» ФИО5 При этом доверенность, необходимая для исполнения истцом своих трудовых обязанностей, ответчиком выдана не была. Доказательств иного в материалы гражданского дела не представлено. 

Письмом ответчика от ДД.ММ.ГГГГ №, поступившим на корпоративную почту ОУЦ «Алушта», подтверждено получение ответчиком требования истца о допуске на рабочее место от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, ответчик, уведомленный истцом о начале вынужденного прогула и причинах невозможности исполнения своей трудовой функции, своевременных мер для устранения указанных работником препятствий не принял, ответ на уведомление истца сформировал и направил на корпоративную почту спустя более двух месяцев после обращения работника, необходимую для выполнения трудовой функции доверенность истцу не выдал, действие своего приказа о возложении исполнения обязанностей истца на ФИО5 не прекратил, тем самым фактически отстранил истца от работы без обоснования причин. 

В судебном заседании ответчик занял позицию, согласно которой истец мог исполнять свои трудовые обязанности с использованием технических средств печати и средств коммуникации на всей территории ОУЦ «Алушта», вне оборудованного рабочего места, в отсутствие специально предусмотренного документа (доверенности), предоставляющего необходимые полномочия, в условиях одновременного исполнения этой же трудовой функции исполняющим обязанности начальника ОУЦ «Алушта» ФИО5, которому ответчик выдал необходимую доверенность. 

При таких обстоятельствах суд оценивает как недобросовестное поведение ответчика при реализации своих прав работодателя, поскольку позиция ответчика сведена к претензии об отсутствии истца на территории ОУЦ «Алушта» в период, когда в результате поведения самого ответчика формальное присутствие истца на территории ОУЦ «Алушта» не обеспечивало исполнение им своей трудовой функции, выполняемой в этот же период другим работником. 

В силу части 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно абзацу 1 пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Указанной нормой закреплен принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определены общие границы (пределы) осуществления гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских прав волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу этого принципа недозволенными (неправомерными), признаются злоупотреблением правом. Отказ в защите права лицу, злоупотребившему правом, означает защиту нарушенных прав лица, в отношении которого допущено злоупотребление.

Непосредственной целью названной санкции является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица или лиц, потерпевших от этого злоупотребления. Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, обосновывающие соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства.

ДД.ММ.ГГГГг. на корпоративную почту ОУЦ "Алушта" поступили оспариваемые приказы ответчика №/д и 10/д от ДД.ММ.ГГГГ о применении к истцу дисциплинарных взысканий в виде выговора и увольнения.

Приказ №/д от 01.03.2023г. о применении к истцу дисциплинарного взыскания в виде выговора мотивирован актом об отсутствии на рабочем месте от 01.02.2023г., актом о непредоставлении объяснений от 01.03.2023г.

Приказ №/д от 01.03.2023г. об увольнении истца в соответствии с подпунктом «а» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ мотивирован актами об отсутствии на рабочем месте от 02.02.2023г. и 03.02.2023г., актом о непредоставлении объяснений от 01.03.2023г.

Вместе с тем, как установлено в судебном заседании, в период с 01.02.2023г. по 03.02.2023г. включительно исполнение обязанностей начальника ОУЦ «Алушта» было возложено на ФИО5, доказательств обеспечения возможности истцу выполнять свою трудовую функцию ранее ДД.ММ.ГГГГ ответчик суду не представил, рабочее место истца трудовым договором не определено. 

На основании установленных обстоятельств, учитывая поведение ответчика, являющегося более сильной стороной в трудовых правоотношениях, суд приходит к выводу об уважительности причин неисполнения истцом своих трудовых обязанностей с 01.02.2023г. по 03.02.2023г. включительно, обусловленным поведением ответчика. 

Согласно положениям части 1 статьи 192 ТК РФ дисциплинарным проступком признается неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей. Соответственно обязательным признаком дисциплинарного проступка является наличие вины работника в его совершении. 

В силу положений указанной нормы за совершение дисциплинарного проступка работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям. 

К дисциплинарным взысканиям, в частности относится увольнение работника по основанию, предусмотренному подпунктом "а" пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ (часть 3 статьи 192 ТК РФ). 

Как указано выше, подпунктом "а" пункта 6 части первой статьи 81 ТК РФ предусмотрено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены). 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено: а) за невыход на работу без уважительных причин, т.е. отсутствие на работе в течение всего рабочего дня (смены) независимо от продолжительности рабочего дня (смены); б) за нахождение работника без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня вне пределов рабочего места; в) за оставление без уважительной причины работы лицом, заключившим трудовой договор на неопределенный срок, без предупреждения работодателя о расторжении договора, а равно и до истечения двухнедельного срока предупреждения (часть первая статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации); г) за оставление без уважительной причины работы лицом, заключившим трудовой договор на определенный срок, до истечения срока договора либо до истечения срока предупреждения о досрочном расторжении трудового договора (статья 79, часть первая статьи 80, статья 280, часть первая статьи 292, часть первая статьи 296 Трудового кодекса Российской Федерации); д) за самовольное использование дней отгулов, а также за самовольный уход в отпуск (основной, дополнительный). При этом необходимо учитывать, что не является прогулом использование работником дней отдыха в случае, если работодатель в нарушение предусмотренной законом обязанности отказал в их предоставлении и время использования работником таких дней не зависело от усмотрения работодателя (например, отказ работнику, являющемуся донором, в предоставлении в соответствии с частью четвертой статьи 186 Кодекса дня отдыха непосредственно после каждого дня сдачи крови и ее компонентов).

При не установлении вины истца в отсутствии на рабочем месте, суд констатирует отсутствие составов вмененных истцу дисциплинарных проступков и, соответственно, отсутствие законных оснований для привлечения истца к дисциплинарной ответственности. 

Частью 5 статьи 192 ТК РФ определено, что при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен. 

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен статьей 193 ТК РФ. 

Статьей 193 ТК РФ предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. 

В судебном заседании истец отрицал факт ознакомления его с требованием ответчика от 22.02.2023г. о предоставлении объяснений, указал на нахождение в зависимых отношениях с ответчиком лиц, удостоверивших факт его отказа от дачи объяснений, обратил внимание суда на отсутствие достоверных доказательств учета рабочего времени, что в совокупности, по его мнению, не позволяет проверить необходимые обстоятельства. 

В свою очередь ответчик доказательств направления в ОУЦ «Алушта» посредством корпоративной электронной почты либо иным способом, подлежащим проверке, требования от 22.02.2023г. о даче объяснения истцом в судебное заседание не представил. Доказательства, подтверждающие наделение заместителя начальника ОУЦ «Алушта» ФИО5 полномочиями истребования у истца от имени работодателя объяснения перед наложением дисциплинарного взыскания, к материалам гражданского дела не приобщались. 

При наличии сомнений в действительности такого события как истребование объяснений от работника работодателем либо его уполномоченным представителем, не может быть признан и достоверным производный от данного события факт отказа от дачи объяснений. 

Кроме того, в материалы гражданского дела представлен приказ ФГБОУ ВО «МАИ» № от 15.0.2016 «О распределении обязанностей между руководителями университета», в п. 1 которого регламентировано распределение обязанностей между руководителями университета, полномочия и ответственность руководителей университета согласно Приложению №. 

В соответствии с разделом 6 Приложения № к указанному приказу проректор по развитию комплекса университета и социальным вопросам (ФИО7), являющаяся непосредственным руководителем истца, полномочиями на привлечение к дисциплинарной ответственности работников университета не наделена. 

При этом, согласно п. 2.23 раздела № «Проректоры университета (общие требования)» этого же Приложения № к приказу ФГБОУ ВО «МАИ» № от 15.0.2016 «О распределении обязанностей между руководителями университета» предусмотрена процедура подготовки заключения по предложениям о привлечении работников университета к дисциплинарной ответственности. 

Также, в соответствии с п. 1.7. Приложения № к приказу ФГБОУ ВО «МАИ» № от 15.0.2016 «О распределении обязанностей между руководителями университета», ректор университета решает вопросы поощрения и привлечения к дисциплинарной ответственности работников университета по представлению начальника управления кадрового, правового и документационного обеспечения (УКПДО), которое в отношении работника ФИО1 (истца) ответчиком не представлялось. Доказательства иного отсутствуют. 

Из содержания доверенности №-/62 от ДД.ММ.ГГГГ (пункт 4), согласно которой ректор ФГБОУ ВО «МАИ» ФИО6 уполномочивает проректора по РКУ и СВ ФИО7 вести производственно-хозяйственную деятельность МАИ, а также совершать от имени МАИ определенные действия, ФИО7 уполномочена в области трудовых отношений только на заключение (подписание) трудовых договоров и дополнительных соглашений к ним; право привлечения сотрудников к дисциплинарной ответственности доверенностью не предусмотрено. 

Кроме того, суд считает обоснованным довод истца о том, что ответчиком не представлены в материалы дела доказательства, свидетельствующие об учете при применении в отношении истца оспариваемых взысканий тяжести вменяемых ему в вину дисциплинарных проступков и обстоятельств их совершения, предшествующее поведение, отношение к труду, длительность работы в организации ответчика. При этом истцом характеризующие его документы, заверенные ответчиком, суду представлены, что свидетельствуют о наличии таких сведений и в распоряжении ответчика. 

Перечисленные обстоятельства, установленные в судебном заседании, не позволяют признать порядок привлечения истца к дисциплинарной ответственности соблюденным. 

При указанных обстоятельствах, суд находит заявленные требования обоснованными. Оспариваемые приказы нельзя признать законными, ФИО2 подлежит восстановлению на работе в должности начальника Оздоровительного-учебного центра «Алушта» Московского авиационного института. Запись в трудовой книжке истца от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении по основаниям п.п. «а». п.6 с.1 ст. 81 ТК РФ следует аннулировать.

В соответствии с требованиями статьи 396 Трудового кодекса Российской Федерации решение о восстановлении на работе незаконно уволенного работника подлежит немедленному исполнению. 

Обоснованными находит суд и требования истца о взыскании компенсации морального вреда.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2). 

Согласно разъяснениям пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости. 

Установив нарушение трудовых прав истца, суд приходит к выводу о необходимости взыскании с ответчика в пользу ФИО1 компенсации морального вреда. Вместе с тем определяя сумму взыскания суд учитывая, длительность нарушения права, возраст истца и занимаемую им должность, руководствуясь принципами разумности и справедливости, считает правильным определить ее в размере 50 000 руб. 

Руководствуясь ст.ст. 194,198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 удовлетворить частично.

Признать незаконными:

- приказ ФГБОУ ВО «МАИ» №/д от ДД.ММ.ГГГГ «О применении дисциплинарного взыскания»;

- приказ ФГБОУ ВО «МАИ» №/д от ДД.ММ.ГГГГ «О применении дисциплинарного взыскания».

Восстановить ФИО1 на работе в должности начальника Оздоровительно-учебного центра «Алушта» Московского авиационного института.

Обязать ФГБОУ ВО «МАИ» аннулировать запись в трудовой книжке об увольнении ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по основаниям п.п. №а№ п.6 ч.1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Взыскать с ФГБОУ ВО «МАИ» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

В остальной части иска отказать.

Решение суда в части восстановления ФИО1 на работе подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с ФГБОУ ВО «МАИ» государственную пошлину в доход государства 6 000 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном в Краснодарский краевой суд через Ленинский районный суд г. Краснодара в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий:

Решение суда в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.