Дело № 2–409/2017 14 июля 2017 года 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г.Кировск Ленинградская область 

Кировский городской суд Ленинградской области

в составе председательствующего судьи Пупыкиной Е.Б.,

при секретаре судебного заседания Вихровой Е.В., 

старшего помощника Кировского городского прокурора Ленинградской области Синевой М.В., 

с участием истицы ФИО1, ее представителя - адвоката Оганесяна А.С., 

представителя ответчика адвоката Голубевой Е.Г.,

представителя третьего лица ФИО2 - ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Дом–Сервис» о взыскании денежной компенсации морального вреда, утраченного заработка, расходов на лечение, убытков,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «Дом-Сервис», ссылаясь на то, что 08.06.2016 в 9 час. 40 мин., возвращаясь с прогулки с собакой, выходя из-под арки по ул. Советской у дома №9 и дома №11 в п. Павлово Кировского района Ленинградской области, получила травму глаза от работающей газонокосилки. Полагает, что данная травма причинена ей работником ООО «Дом-Сервис», производившего покос травы при помощи триммера. Она обратилась за медицинской помощью в Павловскую больницу, откуда ее направили в поликлинику г. Отрадное Кировского района Ленинградской области. После осмотра ей выдали направление в клинику офтальмологии Военно-медицинской академии им. С.М. Кирова, где она находилась на лечении в стационаре. В результате травмы ей был причинен вред здоровью: повреждение правового глаза, 

<

данные изъяты>. 01.07.2016 она обратилась к ответчику с претензией, однако в возмещении вреда здоровью, убытков, ей был отказано. Просит взыскать с ответчика денежную компенсацию морального вреда в размере 250000 руб., утраченный заработок 86769 руб. 55 коп., расходы на лечение 5770 руб., убытки из-за потери трудоспособности на 27 дней в сумме 12192 руб., судебные расходы на юридические услуги 6300 руб. (том 1 л.д. 1-4).

Представитель ответчика адвокат Голубева Е.Г. иск не признала, в письменных возражениях на иск указала, что газонокосильщик ФИО2 работает в течение трех лет разнорабочим в ООО «Дом-Сервис». В летний период осуществляет покос травы по договору подряда. Работает при помощи триммера марки SRM-350ES фирмы ECHO. Полагает, что травма истицей не могла быть получена при обстоятельствах, изложенных ею в своих объяснениях, поскольку газонокосильщик находился к ней спиной, открытая часть триммера была расположена в противоположном от истицы направлении, что исключает направление движения и высоту отбрасывания отходов, которые могут причинить травму глаза стоящего в полный рост человека. Также ссылается на тот факт, что показания свидетелей о том, что они слышали крики истицы, являются, недостоверными, поскольку газонокосильщик никаких криков не слышал. Кроме того, считает, что представленным ею заключением специалиста АНО «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований» установлено, что повреждение правого глаза ФИО1 не могло явиться следствием вылета камня из-под лезвия триммера при условии расположения истицы и косильщика по материалам дела. 

Судом к участию в деле в качестве третьего лица привлечен работник ООО «Дом-Сервис» - ФИО2, который в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного разбирательства извещен, его представитель ФИО3 иск не поддержала, в письменных возражениях указала, что в материалах дела отсутствуют доказательства наличия причинно-следственной связи между действиями третьего лица ФИО2 и вредом, причиненным истице, что по ее мнению, является основанием для отказа в иске. Кроме того, полагала, что заявленные истицей суммы утраченного заработка на период временной нетрудоспособности, расходы на лечение и проезд, убытки в виде арендной платы и платы за коммунальные услуги являются необоснованными. Препарат коллализин, за который истица просит взыскать денежные средства, а соответственно и расходы на проезд для проведения лечения этим препаратом, не подлежат возмещению, поскольку данный препарат истице рекомендован не был, данные расходы необходимыми не являются. Расчет утраченного заработка произведен истицей не верно, поскольку размер утраченного заработка должен исчисляться исходя из процента стойкой утраты общей трудоспособности 10-20 %. Расходы на оплату арендной платы и коммунальных услуг не являются убытками, поскольку данные расходы истица должна была понести в любом случае ведения предпринимательской деятельности (том л.д. 27-30).

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, заключение старшего помощника Кировского городского прокурора Ленинградской области Синевой М.В., полагавшей исковые требования ФИО1 подлежащими удовлетворению частично, исследовав материалы дела, материалы надзорного производства прокуратуры №477ж/16, медицинские документы истицы, приходит к следующему.

В силу ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

По смыслу вышеуказанной статьи, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Статья 1101 ГК РФ определяет, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В ходе судебного разбирательства установлено, что работник ООО «Дом-Сервис» ФИО2 осуществлял по заданию работодателя покос травы при помощи триммера -мотокосы SRM-350ES.

Изучив руководство по эксплуатации вышеуказанного триммера, представленное ответчиком, суд приходит к выводу, что мотокоса SRM-350ES является источником повышенной опасности, поскольку ее использование создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за производимой при ее помощи деятельностью со стороны человека. Следовательно, ответственным за вред, причиненный данным источником повышенной опасности, является его владелец.

В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно общим основаниям ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (п.1 ст. 1064 ГК РФ). 

Вместе с тем, в силу п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Ответчик не оспаривал то обстоятельство, что ФИО2 является работником ООО «Дом-Сервис» на основании гражданско-правового договора подряда и при осуществлении покоса травы действовал по заданию юридического лица. Данные обстоятельства подтверждаются также копиями соответствующих договоров, имеющихся в материалах дела (том 1 л.д. 124, 144, 145).

Таким образом, суд приходит к выводу, что лицом, ответственным за вред, причиненный источником повышенной опасности – тримером-мотокоса SRM-350ES, является работодатель ФИО2 - ООО «Дом-Сервис». 

Как разъяснено в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» (далее – Пленум) по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В подтверждение своих исковых требований о том, что ответчик является лицом, обязанным возместить вред, помимо своих объяснений истица ссылается на показания допрошенных судом свидетелей. 

Свидетель П.Н.В. в судебном заседании 20.03.2017 показала, что 08.06.2016, гуляя с собакой, видела, как мужчина косил траву рядом с аркой у домов № 9 и №11 в п. Павлово Кировского района Ленинградской области. Возвращаясь с прогулки, впереди нее шла истица, также с собакой. В это время мужчина начал уже косить траву, в разные стороны разлетались трава и мелкие предметы. Она увидела, как истица закричала и схватилась за глаз, поскольку ей попал какой-то предмет (том 1 л.д. 129).

Свидетель К.Е.В. показала, что истица проживает в одном доме с ее бабушкой, у которой есть собака, которую она (свидетель) выгуливает. 08.06.2016 она, выходя из подъезда дома, услышала крик истицы, затем ФИО1 схватилась руками за лицо. В этот момент она увидела, что работает газонокосилка. Газонокосильщик производил покос травы поворотными движениями из стороны в сторону у арки с левой стороны дома (протокол судебного заседания от 10.04.2017 том 1 л.д. 180-181). 

Свидетель С.Л.А. – врач общей практики в поликлинике п.Павлово Кировского района Ленинградской области, показал, что 08.06.2016 к нему поступила пациентка ФИО1 с травмой глаза, осмотр был срочный, поскольку ей требовалась экстренная помощь. Визуально глаз был набухший, с нарушением либо камеры глаза, либо повреждением хрусталика. По итогам осмотра был поставлен диагноз 

<

данные изъяты> (протокол судебного заседания от 20.03.2017 л.д. 130-131).

Свидетель К.Г.А. – врач офтальмолог Отрадненской городской больницы показала, что 08.06.2016 с жалобами на сильную боль в глазу обратилась ФИО1, у нее был отек глаза и кровоизлияние. С ее слов ей в глаз попал камень от газонокосилки с этот же день. Поскольку у нее была контузия тяжелой степени, она направила ее в больницу в Санкт-Петербург, после чего истица получала лечение в Военной академии им С.М. Кирова до 15.06.2016 (протокол судебного заседания от 10.04.2016 том 1 л.д. 179-180).

Оценивая вышеуказанные показания свидетелей, суд не находит оснований не доверять им, поскольку свидетели как посторонние для истицы люди, не заинтересованы в исходе дела. 

Кроме того, данные обстоятельства подтверждаются иными, исследованными доказательствами. 

Так справкой, выданной ООО 

<

данные изъяты> от 29.03.2017 № 06 подтверждается, что муж истицы - Г.А.В. отпросился с работы 08.06.2016 для доставки супруги в больницу по причине получения травмы глаза, о которой ему сообщили по телефону (том 1 л.д. 143). 

Выписным эпикризом из клиники офтальмологии военно-медицинской академии им. С.М. Кирова о том, что ФИО1 находилась на лечении с 08.06.2016 по 15.06.2016 с диагнозом 

<

данные изъяты> (том 1 л.д. 18).

Медицинской справкой, выданной ГБУЗ ЛО «Кировская межрайонная больница» Павловская врачебная амбулатория, о том, что ФИО1 08.06.2016 обращалась в поликлинику п. Павлово с диагнозом 

<

данные изъяты> (том 1 л.д. 15).

По ходатайству истицы была назначена комиссионная судебная медицинская экспертиза, проведенная ГУЗ Бюро судебно–медицинской экспертизы Ленинградской области, согласно заключению которой исходя из динамики клинических данных, учитывая морфологические характеристики описанного повреждения, констатировано, что 08.06.2016 ФИО1 причинены тупая травма (контузия) правого глазного яблока с поверхностным повреждением роговицы в виде эрозии каплевидной формы 4х2 мм, размер которого и отсутствие повреждений на веках и мягких тканях правой орбитальной области свидетельствует об ограниченной контактирующей поверхности тупого твердого предмета, которым причинено вышеназванное повреждение. Указанное может являться признаком, позволяющим говорить о незначительном (малом) размере тупого твердого предмета, то есть данное повреждение могло быть причинено при обстоятельствах, изложенных в определении суда. В приведенном с истории болезни № Военно-медицинской академии им.С.М. Кирова описании повреждения отсутствует пространственно-анатомическая ориентация каплевидной эрозии, что не позволяет сделать вывод о точном направлении движения травмирующего предмета, за исключением спереди–назад. Установить положение головы и туловища ФИО1 в момент причинения повреждения, по судебно-медицинским данным не представляется возможным (том 1 л.д. 205-219). 

В судебном заседании был допрошен судебно-медицинский эксперт ФИО4, проводивший экспертизу, который свое заключение подтвердил, пояснил, что предметом, причинившим травму истице, может быть кусок штукатурки, камня, размером меньше глазной щели. Данный предмет имел не перпендикулярное направление, поскольку истицей получено повреждение, оставившее след каплевидной формы. Скорее всего, направление травмирующего предмета было справа налево или слева направо. Иное направление не возможно, поскольку глазная щель анатомически защищена костями лица. Если бы это был предмет, не имеющий определенной скорости, создаваемой газонокосилкой, то истица бы закрыла глаз, и след остался бы на веке. Также пояснил, что поскольку угол поворота головы человека составляет 180 градусов, то с условием поворота головы такая травма могла быть причинена истице. Кроме того, подтвердил, что учитывая клиническую картину травмы, повреждение глаза истице было точно причинено 08.06.2016, а не в иной день. 

Оценивая заключение комиссионной судебной медицинской экспертизы, показания эксперта, суд приходит к выводу, что они согласуются с иными доказательствами, собранными по делу, объективными обстоятельствами дела, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, члены экспертной комиссии: ФИО5 – заместитель начальника Бюро судебно-медицинской экспертизы Ленинградской области, имеет высшее медицинское образование, специальность – судебно-медицинская экспертиза, высшую квалификационную категорию, стаж работы 30 лет, заслуженный врач РФ, доктор медицинских наук, ФИО4 – эксперт отдела комплексных экспертиз Бюро судебно-медицинской экспертизы Ленинградской области, имеет высшее медицинское образование, специальность – судебно-медицинская экспертиза, стаж работы более 8 лет, кандидат медицинских наук (эксперт-организатор), ФИО6 – доцент кафедры офтальмологии ПСПбГМУ им акад. ФИО7, имеет высшее медицинское образование, специальность «офтальмология», стаж работы более 20 лет, кандидат медицинских наук, обладают необходимой квалификацией и стажем работы, экспертные исследования содержат их подробные описания, проведены с учетом представленных материалов дела, выводы экспертов являются ясными и понятными. 

Таким образом, учитывая время причинения повреждения, механизм повреждения, а также причинение травмы источником повышенной опасности, который способен причинять такие повреждения, что следует из руководства по его эксплуатации, оценив все исследованные в ходе судебного разбирательства доказательства в совокупности, суд полагает установленными обстоятельства, что 08 июня 2016 года в 09 час. 40 мин. – 9 час. 50 мин. в районе арки по ул.Советской у домов № 9 и № 11 в п. Павлово Кировского района Ленинградской области работником ООО «Дом-Сервис» ФИО2 при производстве покоса травы при помощи триммера – мотокосы SRM-350ES фирмы ECHO, истице ФИО1 причинена травма глаза. 

Кроме того, суд приходит к выводу, что ответчиком не доказано отсутствие его вины в причинении указанного повреждения истице, как и наличие иного источника повышенной опасности, способного причинить такие травмы. 

Доводы ответчика о том, что покос травы работником ООО «Дом Сервис» производился 07.06.2016, а не 08.06.2016 не нашел своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, поскольку никаких доказательств, помимо объяснений представителя ответчика и самого работника в материалы дела не представлено. Сам ФИО2 показал, что косил траву 7 числа 2016 года, месяца не помнит. Письменные наряды на покос травы работодателем не заполняются. В связи с чем, доводы ответчика о том, что ФИО2 производил покос травы 07.06.2016, судом отвергаются. 

Оценивая представленное ответчиком заключение специалиста АНО «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований», суд исходит из следующего. Как усматривается из данного заключения, повреждение правого глаза ФИО1 не могло явиться следствием вылета камня из-под лезвия триммера при условии расположения истицы и косильщика согласно пояснениям истицы и фотосхемам, приобщенным к материалам дела. Согласно расчетам, максимальная высота, на которой могло находиться тело, вылетевшее из-под рабочих частей триммера, в момент пролета над местом, где находилась потерпевшая, то есть примерно за 13 м от триммера, составляет 1,5 м. Полученная высота 1,5 м является приближенной по причине неточности измерения расстояния от триммера до потерпевшей и невозможности установить, под каким углом вылетело тело (том 2 л.д. 1-26). 

Данное заключение суд не может принять как доказательство отсутствия вины ответчика в причинении травмы истице, поскольку оно носит предположительный характер, составлено при отсутствии объективных данных о местоположении лиц при получении повреждения, положения триммера в момент вылета предмета, данных о скорости вращения триммера, соблюдения правил работы с триммером работника, веса и размера предмета, причинившего травму, направления его движения, возможности вылета предмета путем отскока от стены здания. При этом специалистом приняты за основу расстояние между расположением истицы и триммера из учета 13 м, тогда как представитель ответчика в ходе судебного разбирательства ссылался на то, что данное расстояние составляет 7- 7,5 м. 

Также суд принимает во внимание, что из руководства по эксплуатации триммера следует, что необходимо при работе с триммером всегда использовать средства защиты глаз от отбрасываемых предметов, которые могут отскочить в оператора или срикошетить от любой твердой поверхности. Запрещено работать вблизи шоссе с интенсивным движением или в местах, где есть пешеходы в радиусе менее 15 м, при появлении людей в радиусе менее 15 м, необходимо прекратить работу во избежание травмирования (том 1 л.д. 152 об.). 

Таким образом, работник, осуществляющий покос травы при помощи данного триммера, обязан постоянно контролировать появление людей и автомобилей в радиусе менее 15 м, однако ФИО2 показал, что производил покос травы, находясь спиной к дороге, что исключает возможность такого контроля.

Доводы представителя ответчика и третьего лица ФИО2 о том, что в день причинения травмы он не видел истицу и не слышал ее криков являются субъективными, не могут опровергнуть установленные судом обстоятельства. Допрошенные в ходе судебного разбирательства свидетели, указанные истицей обстоятельства подтвердили. 

Доводы ответчика о том, что свидетель П.Н.В., находившиеся на расстояние 3 метров от истицы, не оказала ей помощь и ушла с места происшествия, не может свидетельствовать о недостоверности ее показаний.

Возражения представителя ответчика о том, что свидетель К.Е.В. слышала крики истицы, а работник ФИО2 их не слышал, также, по мнению суда, не может свидетельствовать о наличии сомнений в показаниях данного свидетеля, поскольку точное местонахождения свидетеля в момент причинения не установлено, а то обстоятельство, что ФИО2 не слышал криков истицы, не опровергает сообщенные свидетелем обстоятельства. 

Доказательств, свидетельствующих о получении истицей травмы при других обстоятельствах, ответчиком в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

Таким образом, суд исходит из того, что травма истице причинена работником ООО «Дом-Сервис» при использовании источника повышенной опасности, в связи с чем ответчик обязан возместить моральный вред, причиненный истице повреждением здоровья. 

Как следует из заключения экспертов, в результате травмы глаза, истице был причинен вред здоровью, который расценивается как легкий вред здоровью. При этом, имеется причинно-следственная связь между вредом здоровью и травмой правого глаза истице. 

Разрешая требование истицы о возмещении денежной компенсации морального вреда, суд руководствуется следующим. 

Как разъяснено в п. 32 Пленума, учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, суд, исходя из указанных выше обстоятельств оценки размера компенсации морального вреда, конкретных обстоятельств дела, степени тяжести причиненных истице телесных повреждений, отсутствия необратимых последствий от полученных травм, возраста истицы, от которого зависит степень нравственных страданий, с учетом степени вины ответчика, не обеспечившего надлежащий контроль за работой источника повышенной опасности, обстоятельств настоящего дела и принципов разумности и справедливости, поскольку жизнь и здоровье человека бесценны и не могут быть возвращены выплатой денег, ГК РФ лишь в максимально возможной степени обеспечивает определенную компенсацию понесенных потерпевшим имущественных (неимущественных) потерь, полагает необходимым взыскать в пользу истицы компенсацию морального вреда в размере 100000 руб.

Как следует из п. 1 ст. 1085 ГК РФ, при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В пункте 27 Пленума разъяснено, что согласно статье 1085 ГК РФ в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включается:

а) утраченный потерпевшим заработок (доход), под которым следует понимать средства, получаемые потерпевшим по трудовым и (или) гражданско-правовым договорам, а также от предпринимательской и иной деятельности (например, интеллектуальной) до причинения увечья или иного повреждения здоровья. При этом надлежит учитывать, что в счет возмещения вреда не засчитываются пенсии, пособия и иные социальные выплаты, назначенные потерпевшему как до, так и после причинения вреда, а также заработок (доход), получаемый потерпевшим после повреждения здоровья;

б) расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.). Судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Истицей заявлены требования о взыскании с ответчика утраченного ею заработка в связи с осуществлением предпринимательской деятельности за период нахождения на больничном листе – 27 дней в размере 15478 руб. 56 коп., а также по своей специальности в соответствии с имеющимся у нее дипломом о среднем техническом образовании - техник-строитель в размере средней статистической заработной платы за июнь - 55 333 руб., за июль - 55957 руб., итого в размере 71290 руб. 99 коп.

Разрешая данные требования, суд полагает их подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям. 

Как следует из разъяснений п. 29 Пленума, в случае, когда потерпевший на момент причинения вреда не работал, по его желанию учитывается заработок до увольнения либо обычный размер вознаграждения работника его квалификации в данной местности.

Однако материалами дела подтверждается, что истица в момент причинения травмы работала в качестве индивидуального предпринимателя и имела ежемесячный доход в размере 12039 руб. Таким образом, положения о расчете утраченного заработка исходя из средней заработной платы по ее квалификации в соответствии с дипломом от 26.06.1996 (том 1 л.д. 27) в данном случае не применяется. Ссылки истицы на п. 2 ст. 1086 ГК РФ о необходимости учета при расчете утраченного заработка совокупных доходов от предпринимательской деятельности и обычного размера вознаграждения работника ее квалификации основаны на неверном толковании норм права, поскольку положения данного пункта применяются при расчете утраченного заработка при условии фактического получения указанных доходов до причинения вреда здоровью. 

Определяя размер утраченного заработка в связи с предпринимательской деятельностью, суд находит подлежащими удовлетворению данные требования частично. Как установлено в ходе проведения судебной экспертизы в результате травмы истице был причинен легкий вред здоровью. С третьих суток после травмы острота зрения правого глаза сравнялась с остротой зрения левого (неповрежденного) глаза и в дальнейшем оставалась неизменной, данное обстоятельство не позволяет говорить о наличии стойкой утраты в результате травмы общей трудоспособности и должно оцениваться по длительности клинических проявлений. Допрошенный в ходе судебного разбирательства судебный эксперт ФИО4 пояснил, что исходя из объективных данных медицинской документации, после выписки истицы 16.06.2016 из Военно-медицинской академии им. С.М. Кирова необходимости в нахождении на больничном листе в связи с полученной травмой не было, что подтверждается также выписным эпикризом, согласно которому истица выписана под наблюдение офтальмолога по месту жительства. Таким образом, поскольку в ходе судебного разбирательства не установлено необходимости нахождения на больничном листе в период с 17.06.2016 по 05.07.2016, медицинскими документами данные обстоятельства не подтверждаются, иных доказательств стороной истца не представлено, ходатайств о назначении повторной (дополнительной) судебной медицинской экспертизы не заявлено, суд приходит к выводу, что ответчик должен возместить истице утраченный заработок в размере среднего заработка в связи с осуществлением ею предпринимательской деятельности из расчета 9 рабочих дней за период ее лечения в Военно-медицинской академии им. С.М. Кирова с 08.06.2016 по 16.06.2016, исходя из следующего расчета:

12039 руб. / 21 день = 573 руб. 29 коп. х 9 дней = 5159 руб. 61 коп.

Истицей также заявлены требования о взыскании с ответчика расходов на приобретение лекарственного средства коллализин и расходов на проведение физиотерапии в связи с использованием данного препарата всего в размере 5770 руб. 

Как следует из заключения судебной медицинской экспертизы о назначении данного препарата в выписном эпикризе врачей-офтальмологов ВМА им. С.М. Кирова коллализин не указано. Согласно инструкции к этому препарату объективных данных для его применения не имелось, он не был показан истице в связи с полученной ею травмой, и его назначение было необоснованным. Данные выводы, эксперт ФИО4 подтвердил также в судебном заседании, пояснив, что применение данного препарата могло нанести вред истице, однако не привело к каким-либо отрицательным последствиям. 

Учитывая указанные обстоятельства, суд не находит оснований для взыскания с ответчика указанных расходов для приобретения препарата коллализин и расходов на проезд на физиотерапию, поскольку обоснованность данного лечения именно в связи с причиненной 08.06.2016 истице травмы действиями ответчика отсутствовала. 

Также истицей заявлены требования о взыскании с ответчика расходов по оплате арендной платы в размере 8000 руб., а также коммунальных услуг в сумме 4192 руб. за июнь месяц 2016 года, поскольку она является предпринимателем и в связи с травмой не могла осуществлять трудовую деятельность. Разрешая данные требования, суд исходит из следующего. 

В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из материалов дела следует, что истица является индивидуальны предпринимателем (л.д. 28, 29). По договору от 01.04.2016, заключенному между ней и ИП 

<

данные изъяты>, истица арендует нежилое помещение по адресу: 

<

адрес>, для розничной торговли с ежемесячной арендной платой 8000 руб. (том 1 л.д. 37-38). Кроме того, истица представила квитанцию об оплате коммунальных платежей по указанному адресу на сумму 4192 руб. на имя Ф.М.Г. (том 1 л.д. 30).

Проанализировав указанные документы и обстоятельства дела в совокупности, суд не находит оснований для взыскания с ответчика указанных денежных сумм, поскольку данные расходы истицы убытками не являются, несение этих расходов обусловлено заключенным между ней и арендодателем договором, а не причиненной истицей травмой. Кроме того, в представленной истицей квитанции об оплате коммунальных платежей указано, что денежные средства приняты от Ф.М.Г. Других доказательств несения данных расходов ФИО1 не представлено. 

В силу ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Таким образом, суд полагает возможным возместить судебные расходы истицы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Истицей заявлено ходатайство о взыскании с ответчика судебных расходов за оплату юридических услуг в размере 6300 руб. – за оказание юридической консультации и составление искового заявления (том 1 л.д. 3, 86).

Суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истицы расходы по оплате юридических услуг за консультирование и составление искового заявления в сумме 3 000 руб. 00 коп., находя их разумными, в остальной части взыскания судебных расходов за оплату юридических услуг отказывает. 

Кроме того, суд взыскивает в пользу истицы расходы по оплате судебной медицинской экспертизы в размере 16528 руб. 75 коп. 

Всего в пользу истицы подлежат взысканию судебные расходы в размере 19528 руб. 75 коп. (16528 руб. 75 коп. +3000 руб. 00 коп.).

В силу ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Разрешая ходатайство экспертного учреждения о возмещения расходов по проведению судебной комиссионной экспертизы в размере 103125 руб. (том 1 л.д. 225, 226), суд учитывает, что судебная комиссионная медицинская экспертиза назначена судом для установления вреда здоровью истицы в результате причинения травмы действиями ответчика, в данной части требования истицы нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства. С учетом денежной суммы, оплаченной истицей экспертному учреждению в размере 16125 руб., руководствуясь ст. 103 ГПК РФ, суд полагает возможным взыскать в пользу Государственного казенного учреждения здравоохранения Ленинградской области Бюро судебно-медицинской экспертизы в счет оплаты комиссионной судебно-медицинской экспертизы 87000 руб. 00 коп. (103125 руб. – 16125 руб.). 

Кроме того, с ответчика подлежит взысканию в доход бюджета Кировского муниципального района Ленинградской области, государственная пошлина в размере 700 руб. (400 руб. – имущественные требования + 300 моральный вред).

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ООО «Дом–Сервис» о взыскании денежной компенсации морального вреда, утраченного заработка, расходов на лечение, убытков, судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Дом-Сервис» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 100000 (сто тысяч) руб. 00 коп., утраченный заработок 5159 (пять тысяч сто пятьдесят девять) руб. 61 коп., судебные расходы 19528 (девятнадцать тысяч пятьсот двадцать восемь) руб. 75 коп, в остальной части исковых требований и взыскании судебных расходов отказать.

Взыскать с ООО «Дом-Сервис» в доход бюджета Кировского муниципального района Ленинградской области государственную пошлину в размере 700 (семьсот) руб. 00 коп.

Взыскать с ООО «Дом-Сервис» в пользу Государственного казенного учреждения здравоохранения Ленинградской области Бюро судебно-медицинской экспертизы в счет оплаты комиссионной судебно-медицинской экспертизы 87000 (восемьдесят семь) руб. 00 коп. 

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме посредством подачи апелляционной жалобы, прокурором – принесения апелляционного представления через Кировский городской суд Ленинградской области.

Судья Е.Б. Пупыкина