Судья Сайфутдинов Ю.Н. 

Дело № 22-5136

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

город Пермь 24 августа 2021 года 

Судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда

в составе: председательствующего – судьи Салтыкова Д.С.,

судей: Горшковой О.В., Симбирёвой О.В., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Корнякове В.И.,

с участием прокурора Жигалова Е.О.,

осужденного ФИО1,

защитников: Ластович М.С., Устькачкинцевой С.В. 

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционному представлению заместителя прокурора Нытвенского района Кузнецова А.С. на приговор Нытвенского районного суда Пермского края от 1 июля 2021 года, которым 

ФИО1, дата рождения, уроженец ****, ранее не судимый, 

осужден по ч. 1 ст. 108 УК РФ к ограничению свободы сроком на 1 год с установлением ограничений и обязанностей, приведенных в приговоре. 

Разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Салтыкова Д.С., изложившего содержание обжалуемого приговора, существо апелляционного представления, возражения, мнение прокурора Жигалова Е.О., поддержавшего доводы апелляционного представления об отмене приговора, пояснения осужденного ФИО1 и его защитников Ластович М.С., Устькачкинцевой С.В., возражавших против удовлетворения апелляционного представления, судебная коллегия 

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 осужден за убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны.

Преступление совершено на территории Нытвенского района Пермского края в период времени при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционном представлении заместитель прокурора Нытвенского района Кузнецов А.С. считает приговор незаконным. Полагает, что выводы суда о наличии в действиях ФИО1 признаков состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ, не соответствуют обстоятельствам, установленным в ходе рассмотрения уголовного дела. Указывает, что вывод суда о применении Г1. к ФИО1 насилия, опасного для жизни и здоровья осужденного, опровергается протоколом освидетельствования подозреваемого от 3 ноября 2020 года, показаниями ФИО1, протоколом проверки показаний на месте подозреваемого, а также заключением эксперта от 18 декабря 2020 года № 729. Отмечает, что следы борьбы, а также применение иного насилия в отношении осужденного перед нанесением ударов ножом Г1. отсутствуют, что свидетельствует об отсутствии необходимой обороны со стороны ФИО1 Обращает внимание, что из заключения эксперта от 18 декабря 2020 года № 729 следует, что локализация нанесенных ножом ударов потерпевшему свидетельствует об умышленном причинении Г1. смерти. Кроме того, подробно анализируя заключение комиссии экспертов от 16 февраля 2021 года № 32, указывает на отсутствие у осужденного страха за свою жизнь и здоровье в момент нанесения множественных ударов потерпевшему вторым ножом. Также полагает, что судом дана ненадлежащая оценка и иным доказательствам стороны обвинения, что привело к искажению фактических обстоятельств совершенного преступления. Просит приговор отменить, направить уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции для рассмотрения в ином составе суда.

В возражении на представление адвокат Устькачкинцева С.В. просит приговор оставить без изменения, апелляционное представление без удовлетворения. Анализируя заключение комиссии экспертов от 16 февраля 2021 года № 32, указывает, что подзащитный ФИО1 хроническим психическим расстройством слабоумием не страдал и не страдает, у него имеется легкое когнитивное расстройство сосудистого генеза. Отмечает, что в период инкриминируемого деяния ФИО1 не находился в состоянии психического расстройства, однако состояние алкогольного опьянения у него носило атипичный характер и сопровождалось возникновением острого аффекта страха, который появился под влиянием конфликтной ситуации с потерпевшим. Кроме того, обращает внимание, что эксперт О. показала, что ФИО1 в силу имеющегося у него когнитивного расстройства, состояния здоровья, алкогольного опьянения и возраста преувеличенно воспринял возникшую для него опасность и испытывал сильный страх за свою жизнь.

Согласно приговору суда первой инстанции, преступление совершено при следующих обстоятельствах. 

2 ноября 2020 года в вечернее время Г1. пришел в дом ФИО1, расположенный по адресу: ****, в комнате которого в ходе распития спиртного Г1., будучи в состоянии алкогольного опьянения, высказал ФИО1 угрозу убийством, при этом своими руками стал хватать сидящего за столом ФИО1 за одежду, шею и руки.

После этого ФИО1, опасаясь дальнейшего применения насилия со стороны Г1., имея основания в силу сложившейся обстановки полагать, что в его отношении совершается реальное общественно опасное посягательство, сопряженное с непосредственной угрозой применения насилия, опасного для жизни, смог нанести Г1. удар в область челюсти, в результате чего Г1. упал, при этом, продолжая удерживать руками ФИО1 за одежду, Г1. также повалил того на пол.

Находясь на полу комнаты, Г1. стал своими руками хватать руки ФИО1, сдавливать его шею, перекрывая доступ кислорода, а также давить руками с силой на голову ФИО1

ФИО1, после указанных действий Г1., связанных с применением насилия, опасного для жизни, обнаружив при этом в руке последнего нож, то есть опасаясь дальнейшего применения со стороны Г1., такого насилия, имея также основания в силу сложившейся обстановки полагать, что имеется реальная угроза применения Г1., вооруженным ножом, насилия, опасного для жизни, ударил Г1., лежа на полу, пальцем в область правого глаза. В результате таких действий ФИО1 нож из рук Г1. выпал и был подобран ФИО1

После этого, опасаясь дальнейшего применения насилия со стороны Г1., обоснованно полагая в силу сложившейся обстановки, что в отношении него продолжает совершаться реальное общественно-опасное посягательство, но превышая пределы обороны, допустимой в условиях данного общественно-опасного посягательства со стороны Г1., возможность применения которым насилия, опасного для жизни, была утрачена, сознательно прибегнув к защите такими средствами и способами, которые явно не соответствовали реальной обстановке, нанес Г1., подобранным ножом множественные удары в область головы, шеи и другим частям тела, после чего, встав и подобрав другой находящийся в комнате нож, продолжил наносить им удары по различным частям тела Г1.

Своими действиями ФИО1 причинил Г1. образовавшиеся в результате сорока одного удара ножами три колото-резаных ранения поднижнечелюстной области и шеи слева с повреждением внутренней яремной вены и корня языка; два колото-резаных ранения поясничной области справа, проникающие в забрюшинное пространство с повреждением правой почечной вены и слепым ранением правой почки с кровоизлиянием в забрюшинную клетчатку; множественные колото-резаные раны лица (две), проникающие в ротовую полость, поднижнечелюстной области слева и левой боковой поверхности шеи (две), паховой области, на задней поверхности грудной клетки; множественные резаные раны лица (девять), волосистой части головы (шесть), шеи (четыре), правого плеча (две), мошонки, правой кисти (две), левой кисти (шесть).

Три колото-резаных ранения поднижнечелюстной области и шеи слева с повреждением внутренней яремной вены и корня языка квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Два колото-резаных ранения поясничной области справа, проникающие в забрюшинное пространство с повреждением правой почечной вены и слепым ранением правой почки с кровоизлиянием в забрюшинную клетчатку квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Множественные колото-резаные раны лица, проникающие в ротовую полость, поднижнечелюстной области слева и левой боковой поверхности шеи, паховой области, на задней поверхности грудной клетки; множественные резаные раны лица, волосистой части головы, шеи, правого плеча, мошонки, правой кисти, левой кисти по отдельности, применительно к живым лицам, квалифицируются как легкий вред здоровью по признаку длительности расстройства здоровья на срок не свыше 21 дня.

Смерть Г1. наступила 2 ноября 2021 года на месте – в доме ФИО1, от совокупности указанных колото-резаных и резаных ранений с развитием острой массивной кровопотери.

Следственным органом действия ФИО1 квалифицированы как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, направлено в суд.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, исследовав доказательства по делу, судебная коллегия считает, что обвинительный приговор суда первой инстанции подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, а также в связи с неправильным применением уголовного закона с постановлением по делу нового обвинительного приговора, в соответствии с пп. 2, 3 и 4 ст. 389.15, статей 389.17, 389.18, 389.23, ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ.

Квалифицируя действия осужденного ФИО1 по ч. 1 ст. 108 УК РФ, суд первой инстанции в обоснование выводов указал, что в ответ на общественно опасное посягательство со стороны Г1., связанное с угрозой применения насилия, опасного жизни, а также в связи с применением такого насилия, ФИО1 в состоянии необходимой обороны в ходе борьбы нанес удары руками в лицо и в глаз Г1. 

После чего Г1. отбросил нож, находившийся у него в руке, и продолжил действовать агрессивно в отношении ФИО1, который с учетом поведения Г1., его превосходства в силе, в ответ на продолжаемое посягательство, не сопряженное с насилием, опасным для жизни, стал наносить подобранным ножом Г1. удары по различным частям тела. После чего ФИО1 взял другой нож, которым продолжил наносить Г1. удары по телу. Своими действиями ФИО1 превысил пределы необходимой обороны. 

Вместе с тем, сами по себе указанные обстоятельства не свидетельствуют об отсутствии у осужденного ФИО1 умысла на убийство.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 N 19 "О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление", действия не могут признаваться совершенными в состоянии необходимой обороны, если вред посягавшему лицу причинен после того, как посягательство было предотвращено, пресечено или окончено и в применении мер защиты явно отпала необходимость, что осознавалось оборонявшимся лицом (п. 7).

Указанные положения судом первой инстанции должным образом не учтены.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции установлено следующее.

2 ноября 2020 года, в вечернее время, между ФИО1 и Г1. в доме по адресу: **** в процессе совместного распития спиртных напитков произошла ссора, в ходе которой Г1. хватал руками ФИО1 за руки, одежду, шею, высказывал слова угроз в адрес последнего. ФИО1 пытался вырваться, перехватить руки Г1. В процессе борьбы на руках ФИО1 нанес удар рукой в лицо Г1., и они оба упали на пол, где между ФИО1 и Г1. началась борьба, в ходе которой Г1. пытался душить ФИО1, в одной руке Г1. находился нож. ФИО1 в борьбе пальцем руки попал в глаз Г1., после чего Г1. выронил нож.

В этот момент у ФИО1 на почве внезапно возникшей личной неприязни возник преступный умысел на убийство Г1. 

Реализуя свой преступный умысел на убийство, ФИО1, взяв в руку выпавший у Г1. кухонный нож с пластмассовой рукоятью черно-красного цвета, умышленно нанес лезвием ножа множественные удары в область расположения жизненно-важных органов – в голову, шею и по телу Г1., а также по его верхним конечностям. В результате нанесенных ударов лезвие ножа деформировалось, и ФИО1 выбросил нож. 

Продолжая реализовывать свой преступный умысел, направленный на убийство Г1. на почве внезапно возникшей личной неприязни, ФИО1 отошел от находящегося на коленях Г1. к двери дома, вернулся к столу, взял с него другой кухонный нож с деревянной рукоятью, продолжил умышленно наносить множественные удары лезвием ножа в область расположения жизненно-важных органов – в голову, шею и по телу Г1., а также по его верхним конечностям.

Своими умышленными действиями ФИО1 нанес Г1. не менее 41 удара кухонными ножами в голову, шею и по телу Г1., а также по его верхним конечностям, причинив три колото-резаных ранения поднижнечелюстной области и шеи слева с повреждением внутренней яремной вены и корня языка; два колото-резаных ранения поясничной области справа, проникающие в забрюшинное пространство с повреждением правой почечной вены и слепым ранением правой почки с кровоизлиянием в забрюшинную клетчатку; множественные колото-резаные раны лица проникающие в ротовую полость, поднижнечелюстной области слева и левой боковой поверхности шеи, паховой области, на задней поверхности грудной клетки; множественные резаные раны лица, волосистой части головы, шеи, правого плеча, мошонки, правой кисти, левой кисти. 

Три колото-резаных ранения поднижнечелюстной области и шеи слева с повреждением внутренней яремной вены и корня языка квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Два колото-резаных ранения поясничной области справа, проникающие в забрюшинное пространство с повреждением правой почечной вены и слепым ранением правой почки с кровоизлиянием в забрюшинную клетчатку квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Множественные колото-резаные раны лица проникающие в ротовую полость, поднижнечелюстной области слева и левой боковой поверхности шеи, паховой области, на задней поверхности грудной клетки; множественные резаные раны лица, волосистой части головы, шеи, правого плеча, мошонки, правой кисти, левой кисти по отдельности, применительно к живым лицам, квалифицируются как легкий вред здоровью по признаку длительности расстройства здоровья на срок не свыше 21 дня.

Также своими умышленными действиями ФИО1 причинил Г1. кровоподтеки на нижнем веке правого глаза, на спинке носа, в области носогубного треугольника слева, кровоизлияние в слизистой нижней губы, указанные повреждения в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти не состоят и, применительно к живым лицам, квалифицируются как повреждения, не причинившие вреда здоровью, так как не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности.

От полученных колото-резаных ранений Г1. скончался на месте происшествия 2.11.2020.

Смерть Г1. наступила от совокупности колото-резаных и резаных ранений с развитием острой массивной кровопотери. Все колото-резаные раны и резаные раны у Г1. сопровождались кровотечением и взаимно отягощали друг друга. 

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 показал, что он и Г1. у него в доме распивали спиртное, сидели за столом. Помнит, что он начал петь песню. Затем помнит, что находится под столом. Каким образом он оказался на полу, не помнит. Когда он очнулся, Г1. пытался его душить, было затруднено дыхание, а также Г1. прижимал своей рукой его голову к полу. У Г1. в руке был нож. Он, пытаясь освободиться, попал пальцем в глаз Г1.

После чего Г1. выбросил нож и обеими руками стал трогать глаза, продолжал при этом оставаться на четвереньках. Он подобрал нож. Г1. в это время начинал вставать, держась за глаза. Затем он ножом ударил Г1. в голову, куда конкретно, не помнит, ударов было несколько. Затем он выбросил нож. В это время Г1. на четвереньках пятился назад, держался руками за голову. Он крикнул соседа, испугался, что Г1. может встать и снова будет драка. На углу стола он увидел другой нож, которым ударил в область правой ягодицы Г1. После этого правая нога Г1. сразу вытянулась, и он ударил ножом в левую ягодицу Г1. Убивать Г1. не хотел. Действий Г1. он опасался, поскольку тот физически крепче, моложе, испугался, что Г1. может его избить и убить. Слова Г1. «я тебя сделаю» он воспринимал как намерение его убить.

В ходе конфликта Г1. не причинил ему телесных повреждений. 

В суде апелляционной инстанции ФИО1 возражал против переквалификации его действий на убийство. 

Между тем, виновность ФИО1 в совершении преступления подтверждается совокупностью следующих доказательств, исследованных судом первой инстанции.

Потерпевший Г2. показал в судебном заседании, что Г1. был его братом, он употреблял спиртное.

Свидетель В. показала в судебном заседании, что ранее проживала с Г1., ФИО1 приходится ей отцом. Со слов отца узнала, что отец наносил удары Г2., потому что его боялся. В состоянии опьянения Г1. был агрессивным и конфликтным, Г2. был физически крепче отца.

Свидетель Ш1. показал в судебном заседании, что ФИО1 его отец. Со слов отца знает, что была борьба, при этом у Г1. был нож в руках. Г1. был крепче отца.

Свидетель Ш2. показал, что ФИО1 приходится ему дедом, которого характеризует положительно, как неконфликтного человека. Состояние здоровья у деда неудовлетворительное, ходит плохо, руки трясутся. 

Из оглашенных показаний свидетеля С. следует, что она работает фельдшером на ст. Чайковская. 2 ноября 2020 года около 21 часа пришел ФИО1, который сообщил, что убил Г1. – несколько раз ударил его ножом.

Из оглашенных показаний свидетеля А. следует, что ФИО1 является его соседом, которого охарактеризовать может с положительно стороны. ФИО1 рассказал ему, что хотел воткнуть нож в глаз Г1., но причинил ему другие ранения. Штейнмиллер раскаивался за содеянное. 

Согласно оглашенным показаниям свидетеля З., у соседа ФИО1 каких-либо отклонений в психике не замечал.

Эксперт О. показала в судебном заседании, что состояние опьянения ФИО1 носило атипичный характер и на этом фоне он испытывал чувство страха и события воспринимал преувеличено, действительно считал, что имеется опасность для его жизни. Уточнила, что такое преувеличенное восприятие ситуации стало следствием и алкогольного опьянения, и особенностей самого подсудимого с учетом его возраста, и диагноза, при этом алкогольное опьянение подсудимого было легким, но учитывая основной диагноз подсудимого даже небольшой дозы спиртного хватило бы, чтобы изменить его восприятие окружающей действительности. Автоматизированный характер действий ФИО1 означает то, что когда он начал наносить удары, то не мог остановиться и на автомате совершал последующие удары, что было обусловлено снижением компенсаторных механизмов и основным диагнозом – легкое когнитивное расстройство сосудистого генеза, который в свою очередь является следствием повреждения сосудов головного мозга и возраста подсудимого.

Виновность ФИО1 подтверждается также письменными доказательствами дела.

Из протокола осмотра места происшествия от 3 ноября 2020 года следует, что в комнате дома по адресу: **** обнаружен труп Г1. с ножевыми ранениями головы и тела, изъяты два ножа, два фрагмента обоев.

Из заключения эксперта № 729 от 18 декабря 2020 года следует, у Г1. обнаружены: 3 колото-резаных ранения поднижнечелюстной области и шеи слева с повреждением внутренней яремной вены и корня языка; 2 колото-резаных ранения поясничной области справа, проникающие в забрюшинное пространство с повреждением правой почечной вены и слепым ранением правой почки с кровоизлиянием в забрюшинную клетчатку; множественные колото-резаные раны лица, проникающие в ротовую полость, поднижнечелюстной области слева и левой боковой поверхности шеи, паховой области, на задней поверхности грудной клетки; множественные резаные раны лица, волосистой части головы, шеи, правого плеча, мошонки, правой кисти, левой кисти.

Все вышеуказанные раны образовались от не менее 41 ударного воздействия предметом/орудием, обладающим колюще-режущим действием типа клинка ножа, имеющего: обух «П»-образной формы, толщиной около 1-1,3 мм., острие, лезвие с двусторонней заточкой режущей кромки, наибольшую ориентировочную ширину погруженной части клинка, с учетом линейных параметров повреждений на коже и рубашке, механизма причинения и предполагаемой сократимости кожи, около 27-28 мм., длину клинка около 85 мм. с учетом установленной максимальной длины раневого канала 8,5 см.

На судебное медико-криминалистическое исследование были предоставлены два ножа: нож с деревянной коричневой рукояткой и нож с пластмассовой черно-красной рукояткой.

Колото-резаные и резаные повреждения могли быть причинены представленным клинком ножа с деревянной коричневой рукояткой либо другим ножом со сходными размерами и типом строения клинка ножа. При этом нельзя исключить возможность причинения повреждения, обозначенного как «№ 5» (участвующего в формировании крестообразного повреждения соответствующего ране № 19) как клинком ножа с деревянной коричневой рукояткой, так и клинком ножа с пластмассовой черно-красной рукояткой ввиду сходств конструктивных характеристик клинков. Таким образом, вышеуказанные повреждения могли образоваться как от действия только клинка ножа с деревянной коричневой рукояткой, так и могли образоваться от действия обоих ножей, представленных на исследование, что не противоречит показаниям ФИО1

Три колото-резаных ранения поднижнечелюстной области и шеи слева с повреждением внутренней яремной вены и корня языка квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (п. 6.1.26 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом № 194н от 24 апреля 2008 года).

Два колото-резаных ранения поясничной области справа, проникающие в забрюшинное пространство с повреждением правой почечной вены и слепым ранением правой почки с кровоизлиянием в забрюшинную клетчатку квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (п. 6.1.17 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом № 194н от 24 апреля 2008 года).

Множественные колото-резаные раны лица, проникающие в ротовую полость, поднижнечелюстной области слева и левой боковой поверхности шеи, паховой области, на задней поверхности грудной клетки; множественные резаные раны лица, волосистой части головы, шеи, правого плеча, мошонки, правой кисти, левой кисти по отдельности, применительно к живым лицам, квалифицируются как легкий вред здоровью по признаку длительности расстройства здоровья на срок не свыше 21 дня (п 8.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом № 194н от 24 апреля 2008 года). 

Вместе с тем, можно сделать вывод, что все колото-резаные и резаные раны у Г1. сопровождались кровотечением и взаимно отягощали друг друга.

Таким образом, смерть Г1. наступила от совокупности колото-резаных и резаных ранений, обнаруженных при судебно-медицинском исследовании трупа Г1., с развитием острой массивной кровопотери.

Анатомо-физиологические особенности поврежденных тканей и признаки малокровия у трупа, свидетельствуют о том, что смерть Г1. наступила в течение минут-десятков минут после получения ранений, в течение которых пострадавший мог совершать активные действия (передвигаться, кричать и т.д.) с последующим, по мере нарастания кровопотери, угнетением сознания и исходом в смерть.

Учитывая локализацию колото-резаных и резаных ран на лице, голове, шее, на задней поверхности грудной клетки, в поясничной области, на правом плече, на кистях, различное направление раневых каналов, можно сделать вывод, что в момент причинения колото-резаных и резаных ранений расположение тела пострадавшего менялась, он был расположен передней поверхностью тела, а так же спиной к нападавшему, при этом, вероятно, совершал попытки закрыться от ударов руками.

При судебно-медицинском исследовании трупа Г1. обнаружены повреждения: кровоподтеки на нижнем веке правого глаза, на спинке носа, в области носогубного треугольника слева, кровоизлияние в слизистой нижней губы. 

Протоколом выемки от 3 ноября 2021 года у ФИО1 изъяты предметы одежды, в ходе обыска у ФИО1 изъяты калоши, согласно протоколу у ФИО1 изъяты образцы крови.

Из заключения эксперта № 560мко от 26 ноября 2020 года, на двух фрагментах обоев, олимпийке и брюках (штанах) обнаружены следы подсохшей буроватой жидкости, похожей на кровь. В том случае, если обнаруженные следы являются кровью, то их небольшие размеры, овальная, вытянутая овальная, округлая и семечковидная формы, четкие контуры и равномерное окрашивание ткани и поверхности обоев свидетельствуют о том, что данные следы являются брызгами. Следы брызг, обнаруженные на фрагментах обоев №№ 1, 2, на светлых вставках правого и левого рукавов олимпийки, на передней поверхности правой штанины брюк образовались от летящих с ускорением брызг крови от окровавленных предметов или (и) от источника кровотечения в различных направлениях под различными углами встречи к следовоспринимающей поверхности. Следы овальной, вытянутой овальной и семечковидной формы образовалась от попадания брызг крови под острым углом встречи к следовоспринимающей поверхности, округлые следы – под прямым углом встречи. Следы брызг могли образоваться в результате размахиваний окровавленными предметами, от ударов по окровавленной поверхности (небольшие следы, расположенные компактными группами, близко друг к другу) и т.п.

Согласно заключению эксперта № 916 от 22 декабря 2020 года на двух фрагментах обоев, олимпийке и штанах обнаружена кровь человека, происхождение которой не исключается от Г1.

Из заключения эксперта № 563мко от 7 декабря 2020 года, повреждения на макропрепарате кожных покровов «с левой боковой поверхности шеи» (5), на спинке рубашки слева (2) с соответствующими им повреждениями на макропрепарате кожи «с правой поясничной области» (2) от трупа Г1., на основании совокупности выявленных морфологических свойств (формы, линейных параметров, признаков краев, стенок и концевых отделов) относятся к группе колото-резаных. Поверхностное повреждение на макропрепарате кожи «с правой поясничной области» является повреждением-«вколом». 

Колото-резаные повреждения на спинке рубашки, соответствующие им повреждения на макропрепарате кожных покровов «с правой поясничной области», повреждения на макропрепаратах кожи «с левой боковой поверхности шеи», с учетом механизма следообразования, причинены в результате не менее шести воздействий предметом/орудием, обладающим колюще-режущим действием типа клинка ножа, имеющего обух «П»-образной формы, толщиной около 1-1,3 мм., острие, лезвие с двусторонней заточкой режущей кромки, при этом наибольшая ориентировочная ширина погруженной части клинка, с учетом линейных параметров повреждений на коже и рубашке, механизма причинения и предполагаемой сократимости кожи могла быть около 27-28 мм., длина клинка с учетом установленной максимальной длины раневого канала могла быть около 85 мм.

Поверхностное повреждение-«вкол» на макропрепарате кожных покровов «с правой поясничной области» образовалось в результате воздействия зоны острия колюще-режущего орудия типа клинка ножа.

Колото-резаные повреждения на спинке рубашки, соответствующие им повреждения на макропрепарате кожных покровов «с правой поясничной области», повреждения на макропрепаратах кожи «с левой боковой поверхности шеи» могли быть причинены представленным клинком ножа с деревянной коричневой рукояткой, при различных механизме и условиях следообразования, либо другим ножом со сходными размерами и типом строения клинка ножа, т.е. с аналогичными (сходными) следообразующими предполагаемыми свойствами, что подтверждается сходством конструктивных характеристик ножа с конструктивными свойствами действовавшего орудия травматизации, а также результатами экспериментального исследования.

Нож с пластмассовой черно-красно рукояткой как возможное орудие травматизации при формировании колото-резаных повреждений, обозначенных как «№ 1», «№ 2», «№ 3», «№ 4» на макропрепарате кожных покровов «с левой боковой поверхности шеи», «№ 6» и «№ 8» на макропрепарате кожных покровов «с правой поясничной области» следует исключить ввиду наличия существенного различия ширины его клинка на протяжении (не более 16,1 мм.) с предполагаемой шириной действовавшего орудия (27-28 мм.) на определенных уровнях погружения. При этом нельзя исключить возможность причинения повреждения, обозначенного как «№ 5» (участвующего в формировании крестообразного повреждения) на макропрепарате кожных покровов «с левой боковой поверхности шеи» как клинком ножа с деревянной коричневой рукояткой, так и клинком ножа с пластмассовой черно-красной рукояткой ввиду сходств конструктивных характеристик клинков представленных ножей на определенных уровнях (в частности, ширина, форма, выраженность ребер обухов, ширина клинков).

Поверхностное повреждение-«вкол» на макропрепарате кожных покровов «с правой поясничной области», ввиду отсутствия отображения каких-либо индивидуализирующих характеристик, могло быть причинено как острием ножа с деревянной коричневой рукояткой, так и острием ножа с пластмассовой черно-красной рукояткой.

Согласно заключению эксперта № 862-К от 10 декабря 2020 года на рукоятках двух ножей наличие пота не установлено; на клинках двух ножей обнаружена кровь человека, принадлежащая Г1. с вероятностью более 99,99%, при этом исключается происхождение крови от ФИО1

Согласно заключению эксперта № 114 от 4 декабря 2020 года следы обуви, зафиксированные способом фотофиксации в ходе осмотра места происшествия – дома подсудимого, могли быть оставлены подошвой обуви, изъятой в ходе обыска у ФИО1 

Из протокола освидетельствования подозреваемого ФИО1 от 3 ноября 2020 года следует, что врачом-травматологом ФИО1 поставлен диагноз: ушиб грудной клетки слева, установлено состояние опьянения.

Согласно заключению эксперта № 564 от 3 ноября 2020 года на момент осмотра у ФИО1 каких-либо повреждений не обнаружено.

В соответствии с заключением комиссии экспертов № 32 от 16 февраля 2021 года ФИО1 хроническим психическим расстройством, слабоумием не страдал и не страдает в настоящее время, а у него имеется легкое когнитивное расстройство сосудистого генеза. Как следует из материалов уголовного дела, в период инкриминируемого ему деяния ФИО1 не находился в состоянии какого-либо временного психического расстройства, однако состояние алкогольного опьянения у него носило атипичный характер, сопровождалось возникновением острого аффекта страха, который появился под влиянием определенной конфликтной ситуации с потерпевшим, представляющейся испытуемому опасной, с возникновением аффективных иллюзий, общей гиперестезии, вследствие выраженного воздействия внешних раздражителей, генерализацией угрожающего смысла психогенно-травмирующей ситуации, развитием психогенного возбуждения с элементами деперсонализации в форме отчуждения своих действий и последующей их частичной амнезией. Возникшие при этом агрессивные побуждения испытуемого не контролировались из-за слабости компенсаторных механизмов и носили автоматизированный характер. Указанное алкогольное опьянение испытуемого, декомпенсированное аффектом страха, с предиспонирующей ролью психогенно-травмирующей ситуации, хотя и не исключало его вменяемость, в период инкриминируемого ему деяния ограничивало его возможность в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими (ч. 1 ст. 22 УК РФ).

В настоящее время ФИО1 может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать показания, может понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения и может принимать участие в судебно-следственных действиях.

Из протокола проверки показаний подозреваемого ФИО1 на месте и содержания видеозаписи данного следственного действия, исследованной в судебном заседании следует, что ФИО1 рассказал, что 2.11.2020 к нему домой пришел Г1., в процесс распития алкоголя между ним и Г1. произошел конфликт, в ходе которого Г1. стал хватать его за кисти рук, с силой сжимал их. Также Г1. сказал ему: «Я тебя сделаю». Слова он и воспринял как намерение его убить. При этом Г1. хватал его за одежду, шею, руки, он в это время вырывался, пытался перехватить руки Г1. В ходе борьбы, стоя вместе с Г1. возле кухонного стола, он нанес Г1. один удар кулаком правой руки в области челюсти Г1. слева, при этом левой рукой он держал Г1. за его левую руку. От удара Г1. стал падать на пол в угол между кухонным столом и стеной, при этом Г1. держал его за одежду, поэтому они вместе завалились на пол между столом и стеной кухни.

Находясь на полу, Г1. продолжал хватать его руки, пытался придушить, затем он увидел в руке Г1. нож, в какой момент у Г1. в руке оказался нож сказать не может. 

ФИО1 показал, что в процессе борьбы он попал Г1. пальцем в правый глаз, после чего отобрал у Г1. нож, в этот момент лезвие ножа немного скривилось. 

Далее острием указанного ножа он нанес не менее 3 ударов в область левого глаза Г1., в мягкие ткани ему попасть не удалось, нож попадал в кость, от чего лезвие ножа еще больше деформировалась. Нож он держал в правой руке клинок ножа был направлен вниз, удары он наносил сверху в низ. В момент нанесения ударов ножом он находился на коленях, Г1. находился в полулежачем положении. 

Потом Г1., находясь на полу, схватился обеими руками за лицо, он выбросил нож с искривленным лезвием на пол, встал на ноги. 

Г1. стал пятиться назад, находясь на четвереньках, при этом держался руками за голову, издавал хриплые, рычащие звуки. В это время он увидел на столе еще один нож, взял его, нанес Г1. два удара в область бедер. После этого Г1. перестал двигаться, он увидел под Г1. лужу крови, испугался, положил нож, затем вымыл руку в раковине на кухне. После этого он пошел на опорный пункт полиции. 

На вопросы следователя ФИО1 дополнил, что Г1. убить его не пытался, Г1. не наносил ему удары. 

Оценив в совокупности приведенные выше доказательства, исследованные в судебном заседании, судебная коллегия находит их достаточными для разрешения дела.

Указанные доказательства судебная коллегия признает допустимыми и принимает их за основу приговора, поскольку они были получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Каких-либо нарушений закона, влекущих недопустимость исследованных доказательств, в ходе расследования уголовного дела не допущено.

Оснований сомневаться в выводах экспертиз не имеется, экспертное заключение соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ.

Показания свидетелей, данные ими на следствии, исследованы с согласия сторон.

Показания ФИО1 при проверке его показаний, данные им на следствии, исследованы в связи с существенными противоречиями между этими показаниями и показаниями, данными в суде.

Судебная коллегия принимает во внимание показания ФИО1, данные при проверке его показаний, поскольку они подтверждаются иными доказательствами.

ФИО1 давал показания в присутствии адвоката, протокол подписан без принесения замечаний. Не установлено данных, свидетельствующих о недозволенных методах получения доказательств.

Как обоснованно отмечено в апелляционном представлении, действия ФИО1 неверно квалифицированы судом первой инстанции, как убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны.

Вывод суда первой инстанции судебная коллегия находит необоснованным и противоречащим фактическим обстоятельствам дела.

Доводы осужденного ФИО1 и его защитников не основаны на материалах дела.

Исходя из совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, судебная коллегия приходит к следующим выводам. 

С учетом заключения экспертов о вменяемости ФИО1 подлежит уголовной ответственности.

Оснований сомневаться в психическом состоянии ФИО1 не имеется, так как хроническим психическим расстройством, слабоумием не страдал и не страдает в настоящее время, а у него имеется легкое когнитивное расстройство сосудистого генеза. В период совершения преступления ФИО1 не находился в состоянии какого-либо временного психического расстройства. Указанное алкогольное опьянение испытуемого, декомпенсированное аффектом страха, с возникновением аффективных иллюзий, с предиспонирующей ролью психогенно-травмирующей ситуации, хотя и не исключало его вменяемость, в период инкриминируемого ему деяния ограничивало его возможность в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими (ч. 1 ст. 22 УК РФ).

Из материалов дела следует, что Г1., инициировал конфликт с ФИО1, в ходе которого применил к нему насилие, не опасное для здоровья, высказал в его адрес угрозу причинения вреда здоровью, ограничивая действия последнего, в ходе борьбы с ФИО1 сдавливал ему шею и угрожал ножом. 

В этой части показания ФИО1 не опровергаются материалами дела и оцениваются судебной коллегией с учетом положений ст. 14 УПК РФ. 

Детальные показания ФИО1 о развитии ссоры, действиях каждого из лиц, обстоятельства падения на пол и последующие показания о том, что попал пальцем руки в глаз Г1. и завладел ножом, которым стал наносить удары, детально описывая их, включая искривление лезвия, свидетельствует об осознании им фактического характера и общественной опасности своих действий, которыми руководил. 

Согласно показаниям ФИО1 после нанесения удара в глаз Г1., что подтверждается заключением эксперта о наличии ссадины, и завладения ножом, Г1. каких-либо действий в отношении него не совершал, так как посягательство было пресечено, таким образом, оснований полагать о реальной угрозе продолжения посягательства не имелось. В применении мер защиты явно отпала необходимость, что осознавалось ФИО1, исходя из его обстоятельных показаний.

Доказательства того, что посягательство Г1. не прекращалось либо он намеревался продолжить его, в материалах дела отсутствуют. 

Действия ФИО1 по нанесению ножом множества ударов явно не соответствовали характеру действий Г1., который продолжал лишь находиться возле ФИО1 При этом ФИО1 из полулежащего положения встал на колени, а Г1. лежал на полу, после чего ФИО1 без необходимости стал наносить удары ножом сверху вниз в лицо Г1. 

После нанесения ударов ножом у ФИО1 не имелось оснований опасаться продолжения насильственных действий со стороны Г1., исходя из состояния опьянения последнего и характера нанесенных травм. 

После чего не сохранялась реальная угроза продолжения какого-либо посягательства, поскольку Г1. руками закрывал лицо, на четвереньках пятился назад себя. 

В применении мер защиты явно отпала необходимость, что осознавалось ФИО1, исходя из его обстоятельных показаний, однако ФИО1, крикнув соседа на помощь, взял со стола другой нож, которым без необходимости стал наносить удары ножом в тело Г1. 

По мнению экспертов, большая часть телесных повреждений на теле Г1. была причинена ножом с деревянной рукояткой.

При этом Г1. угроз не высказывал и ударов не наносил ФИО1 Не установление травм на теле ФИО1 указывает на отсутствие посягательства со стороны Г1. 

Показания ФИО1, в том числе данные в суде, свидетельствуют, что он правильно оценивал характер происходящих событий. Действия ФИО1 явно не соответствовали характеру и опасности посягательства.

На основании изложенного, судебная коллегия находит доводы ФИО1 и его адвокатов о том, что ФИО1 действовал в состоянии необходимой обороны (ст. 37 УК РФ), не состоятельными. 

Давая оценку содержанию умысла ФИО1, судебная коллегия учитывает фактические обстоятельства совершения преступления.

На наличие у осужденного ФИО1 умысла на лишение жизни Г1. указывает умышленный характер его действий, способ совершения им преступления, связанный с нанесением множественных ударов ножом, локализация ударов и тяжесть причиненного телесного повреждения. По мнению эксперта все колото-резаные и резаные раны у Г1. сопровождались кровотечением и взаимно отягощали друг друга. Смерть Г1. наступила от совокупности колото-резаных и резаных ранений с развитием острой массивной кровопотери.

Установлена причинно-следственная связь между действиями ФИО1 и наступившими последствиями в виде смерти потерпевшего, что подтверждается заключением судебной медицинской экспертизы.

ФИО1 осознавал, что наносит потерпевшему удары ножом, предметом с высокими поражающими свойствами, в область жизненно важных органов, то есть осознавал общественную опасность своих преступных действий, предвидел неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения смерти Г1. и желал их наступления.

С учетом обстоятельств конфликта нашел свое подтверждение мотив личной неприязни в действиях виновного лица.

Объективных данных, свидетельствующих о том, что ФИО1 совершил преступление в состоянии временного психического расстройства (в состоянии сильного душевного волнения), в ходе судебного разбирательства не установлено. 

С учетом установленных фактических обстоятельств дела, судебная коллегия считает доказанной вину ФИО1 в совершении преступления.

Оценив в совокупности, предоставленные сторонами доказательства, судебная коллегия находит их достаточными для разрешения уголовного дела и постановления обвинительного апелляционного приговора. Допущенное судом нарушение может быть устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке.

При указанных обстоятельствах судебная коллегия квалифицирует действия ФИО1 по ч. 1 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Неправильное применение уголовного закона повлекло назначение ФИО1 несправедливого и чрезмерно мягкого наказания за совершенное преступление.

При назначении наказания ФИО1 судебная коллегия в соответствии со статьями 6, 43, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, категорию, обстоятельства совершения преступления, данные о личности осужденного, возраст и состояние здоровья, смягчающие наказание обстоятельства и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи, а также возраст, состояние здоровья родственников подсудимого.

Изучением личности ФИО1 установлено, что он не судим, положительно характеризуется по месту жительства, на учете у психиатра и нарколога по месту жительства не состоит, но обращался на прием к психиатру в апреле 2021 года, женат.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, в соответствии с ч. 1 и 2 ст. 61 УК РФ судебная коллегия признает: признание им своей вины, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, состояние здоровья и его возраст, оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, выразившейся в инициировании вызова службы скорой медицинской помощи и полиции, а также совершение действий, направленных на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, связанных с принесенными извинениями, поскольку в представлении прокурора не указано на исключение из числа этих обстоятельств какого-либо смягчающего обстоятельства. 

Кроме того, обстоятельством, смягчающим наказание, в соответствии с ч. 1 ст. 61 УК РФ судебная коллегия признает противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления.

Иных обстоятельств, смягчающих наказание, прямо предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ, не имеется.

Оснований для отнесения к смягчающим наказание иных обстоятельств, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, судебная коллегия не находит.

Отягчающих наказание обстоятельств не имеется.

Учитывая указанные обстоятельства и цели назначения наказания, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность ФИО1, совокупность смягчающих наказание обстоятельств, судебная коллегия приходит к убеждению, что наказание ФИО1 должно быть назначено в виде лишения свободы на определенный срок без дополнительного наказания, что будет отвечать цели исправления осужденного и требованиям справедливости. 

При назначении наказания по ч. 1 ст. 105 УК РФ подлежат применению положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Установленная совокупность смягчающих наказание обстоятельств, связанная с поведением виновного после совершения преступления, его личностью, обстоятельствами участия в совершении преступления, существенно уменьшает степень общественной опасности содеянного и признается судебной коллегией исключительной, дающей основания для применения ст. 64 УК РФ и назначения наказания в виде лишения свободы ниже низшего предела, предусмотренного санкцией ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Судебная коллегия не находит оснований для снижения категории совершенного преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ и применения положений ст. 73 и 53.1 УК РФ, принимая во внимание требования ст. 6, 60 УК РФ, установленные фактические обстоятельства совершения преступления.

На основании п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания осужденному следует определить в исправительной колонии строгого режима. Меру пресечения ФИО1 изменить с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу.

Оснований для применения в отношении ФИО1 принудительных мер медицинского характера судебная коллегия не усматривает ввиду отсутствия указания на применение этих мер в представлении прокурора. 

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы следует исчислять со дня вступления приговора в законную силу, то есть с 24 августа 2021 года.

Судьбу вещественных доказательств судебная коллегия разрешает в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.23, 389.24, 389.28 и 389.33 УПК РФ, судебная коллегия 

ПРИГОВОРИЛА:

приговор Нытвенского районного суда Пермского края от 1 июля 2021 года в отношении ФИО1 отменить и вынести обвинительный приговор.

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить с применением ст. 64 УК РФ наказание в виде лишения свободы на срок 3 года, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Меру пресечения ФИО1 изменить с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу.

Взять ФИО1 под стражу в зале суда.

Срок наказания исчислять с 24 августа 2021 года.

Вещественные доказательства: два фрагмента обоев, штаны, олимпийка, галоши, рубаха, штаны серого цвета и два ножа уничтожить. 

Приговор может быть обжалован в соответствии с главой 47.1 УПК РФ в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного приговора; по истечении данного срока - непосредственно в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий 

Судьи