Дело № 2-1764/2018

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

11 октября 2018 года г. Горно-Алтайск

Горно-Алтайский городской суд Республики Алтай в составе:

председательствующего судьи Зрелкиной Е.Ю.,

при секретаре Ядвижак О.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 

<

В.Н.>, ФИО2 

<

А.А.> к ФИО3 

<

А.С.>, ФИО3 

<

С.А.> о признании сделки недействительной,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4, ФИО5 обратились в суд с исковым заявлением к ФИО6, ФИО7 о признании договора купли-продажи жилого дома и земельного участка недействительным, мотивируя требования тем, что приговором Горно-Алтайского городского суда Республики Алтай от 24.10.2017 года с осужденного ФИО6 в пользу ФИО5 взыскана компенсация морального вреда в размере 450 000 руб., в пользу ФИО4 - 1 000 000 руб. 03.10.2016 года между ФИО6 и ФИО7 заключен договор купли-продажи жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>. В последующем из материалов сводного исполнительного производства, возбужденного в отношении ФИО6, истцам стало известно, что в отношении указанного недвижимого имущества судебным приставом-исполнителем был наложен арест на основании постановления Горно-Алтайского городского суда от 31.05.2016 года. Иного имущества, зарегистрированного на ответчика не установлено, мер для погашения задолженности перед истцами ФИО6 не предпринимает. Со времени возбуждения исполнительного производства взыскано 23 751,31 руб. Полагают, что указанная выше сделка по продаже недвижимого имущества была совершена с целью сокрытия имущества, которая привела к невозможности исполнения решения суда. Совершенная ФИО6 сделка, повлекла для истцов неблагоприятные последствия, выразившиеся в невозможности исполнения решения суда. Поскольку восстановление нарушенного права возможно лишь путем применения последствий недействительности сделки, истцы обратились в суд с настоящим иском и просили признать сделку по продаже жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, недействительной и применить последствия недействительности сделки. 

Истец ФИО4, представитель истца ФИО5 - ФИО8 в судебном заседании требования поддержали по основаниям, изложенным в иске.

Истец ФИО5, ответчик ФИО7, его представитель ФИО9, ответчик ФИО6, его представитель ФИО10, третьи лица ФИО11, ФИО12 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом. От ответчика ФИО7 имеется телефонограмма о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель третьего лица УФССП по РА ФИО13 в судебном заседании против удовлетворения требований не возражала.

Суд, выслушав участников судебного разбирательства, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в совокупности, приходит к следующим выводам. 

Согласно положениям ст. ст. 454, 456 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи.

Если иное не предусмотрено договором купли-продажи, продавец обязан одновременно с передачей вещи передать покупателю ее принадлежности, а также относящиеся к ней документы (технический паспорт, сертификат качества, инструкцию по эксплуатации и т.п.), предусмотренные законом, иными правовыми актами или договором.

В силу ст. ст. 223, 224 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. Передачей признается вручение вещи приобретателю, вещь считается врученной приобретателю с момента ее фактического поступления во владение приобретателя или указанного им лица.

Изложенное свидетельствует о том, что право собственности возникает при реальном, фактическом получении вещи, приобретенной по договору купли-продажи.

При рассмотрении дела судом установлено, что приговором Горно-Алтайского городского суда Республики Алтай от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 264 УК РФ. В пользу потерпевшего ФИО4 взыскана компенсация морального вреда в сумме 1 000 000 рублей, в пользу потерпевшей ФИО5 – 450 000 рублей. В пользу потерпевшего ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в сумме 500 000 рублей.

В период расследования уголовного дела потерпевшими ФИО5 и ФИО4 поданы исковые заявления о взыскании компенсации материального и морального вреда. Аналогичное исковое заявление подано потерпевшим ФИО1 ФИО4. ФИО5 и ФИО1 были признаны гражданскими истцами. 

В целях обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска постановлением судьи Горно-Алтайского городского суда Республики Алтай от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству следователя ССО СУ МВД по РА наложен арест на имущество, принадлежащее ФИО6 – земельный участок и жилой дом по адресу: 

<

адрес>, автомобиль марки 

<

данные изъяты> 

Постановлениями старшего следователя ССО СУ МВД по РА от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 привлечен в качестве гражданского ответчика по искам ФИО4, ФИО5, ФИО1 с постановлениями ФИО6 ознакомлен, о чем в них имеется его подпись. 

После привлечения ФИО6 в качестве гражданского ответчика, 03 октября 2016 года ФИО6 со своим отцом ФИО7 заключили договор купли-продажи жилого дома и земельного участка, расположенных в 

<

адрес>. Договор прошел государственную регистрацию о чем в Едином государственном реестре недвижимости произведены соответствующие записи № и № от ДД.ММ.ГГГГ. 

Согласно ч. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (ч. 1 ст. 167 ГК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 170 мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как разъяснено в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. 

Осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

Проанализировав указанные нормы закона и представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что договор купли-продажи заключенный между ФИО6 и ФИО7, является мнимой сделкой, так как совершен между близкими родственниками – сыном и отцом, лишь для вида, с целью уклонения от возможного обращения взыскания в случае постановления обвинительного приговора и удовлетворения гражданских исков, подписан между сторонами без реального намерения передать вышеуказанные объекты в собственность ФИО7 При этом осуществление государственной регистрации перехода права собственности к покупателю значения не имеет. Целью договора купли-продажи является принятие обязательств по передаче вещи в собственность, а не факт государственной регистрации перехода права собственности. Переход права собственности это последствие исполнения договора, а не его заключение. 

Из пояснений представителя ФИО7 следует, что приобретя земельный участок и жилой дом в октябре 2016 года с коммерческой целью, до настоящего времени ФИО7 каких-либо действий по использованию данных объектов не осуществлял. Данное обстоятельство свидетельствует о том, что ФИО7 не намерен использовать приобретенные объекты недвижимого имущества с какой-либо целью. Данная сделка совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

К пояснениям ФИО6 о том, что полученные по сделки 800 000 рублей им потрачены на оплату услуг адвокатов, проведение экспертиз по уголовному делу, суд относится критически, так как доказательств данным обстоятельствам ответчиками не представлено.

Принимая решение об удовлетворении исковых требований истцов, суд также учитывает то, что представителем ФИО7 ФИО9 заявлено о намерении ФИО7 возвратить ФИО6 земельный участок и жилой дом по адресу: 

<

адрес>. Что также свидетельствует о мнимости совершенной между сторонами сделки. 

В отношении должника ФИО6 возбуждены исполнительные производства в пользу взыскателей ФИО5 и ФИО4 В рамках исполнения решения суда судебным приставом-исполнителем установлено, что иного имущества, кроме как спорного, у ФИО6 не имелось. Таким образом, у должника отсутствует имущество, на которое могло быть обращено взыскание в объеме требований согласно исполнительным листам. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная с нарушением запрета на распоряжение имуществом должника, наложенного в судебном или ином установленном законом порядке в пользу его кредитора или иного управомоченного лица, не препятствует реализации прав указанного кредитора или иного управомоченного лица, которые обеспечивались запретом, за исключением случаев, если приобретатель имущества не знал и не должен был знать о запрете.

Обращаясь в суд с настоящим иском истцы ФИО4 и ФИО5 в обоснование своих требований ссылаются также на положения ст. 174.1 ГК РФ, указывая, что имущество отчуждено ФИО6 с целью увести его от обращения взыскания, то есть фактически ссылаются на наличие злоупотребления правом со стороны ФИО6 при заключении договора купли-продажи от 03 октября 2016 года со своим отцом ФИО7

Сделка по отчуждению имущества ФИО6, по утверждению истцов, совершена с нарушением запрета, наложенного судом.

В пункте 95, 96 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» дается разъяснение о том, что в силу положений пункта 2 статьи 174.1 ГК РФ в случае распоряжения имуществом должника с нарушением запрета права кредитора или иного управомоченного лица, чьи интересы обеспечивались арестом, могут быть реализованы только в том случае, если будет доказано, что приобретатель имущества знал или должен был знать о запрете на распоряжение имуществом должника, в том числе не принял все разумные меры для выяснения правомочий должника на отчуждение имущества.

Осведомленность должника об аресте отчужденного имущества не является обстоятельством, которое имеет значение для решения вопроса об истребовании имущества у приобретателя.

В случае отчуждения арестованного имущества лицу, которое не знало и не должно было знать об аресте этого имущества (добросовестному приобретателю), возникает основание для освобождения имущества от ареста независимо от того, совершена такая сделка до или после вступления в силу решения суда, которым удовлетворены требования кредитора или иного управомоченного лица, обеспечиваемые арестом (пункт 2 статьи 174.1, пункт 5 статьи 334, абзац второй пункта 1 статьи 352 ГК РФ).

Разрешая спор, суд также полагает обоснованными доводы истцов относительно совершения ФИО6 сделки в нарушение запрета на распоряжение имуществом.

Оснований полагать, что ФИО7 не знал об аресте приобретаемого имущества, принадлежащего его сыну, не имеется, так как он знал или должен был знать, что в отношении его сына ФИО6 возбуждено уголовное дело, предъявлены гражданские иски. При совершении сделки ФИО7 имел возможность обратиться к следователю за информацией о наличии каких-либо обременений в отношении приобретаемого им имущества, чего им сделано не было. 

При изложенных обстоятельствах, суд удовлетворяет требования ФИО4, ереминой А.А. о признании недействительной сделки - договора купли-продажи жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, заключенную между ФИО3 

<

А.С.> и ФИО3 

<

С.А.> ДД.ММ.ГГГГ.

На основании ч. 1 ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Согласно ст. 301 ГК РФ, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения. Согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности (реституцию) подлежит удовлетворению, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Правовая позиция по оспариванию зарегистрированного права на недвижимость изложена в абз. 2 п. 52 постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 29 апреля 2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, с защитой права собственности и других вещных прав», где говорится, что оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

При изложенных обстоятельствах, учитывая, что сделка, совершенная ФИО6 и ФИО7, признана недействительной, подлежат применению последствия недействительности сделки путем погашения записей регистрации прав ФИО3 

<

С.А.> на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 

<

В.Н.>, ФИО2 

<

А.А.> удовлетворить.

Признать недействительной сделку – договор купли-продажи жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, заключенную между ФИО3 

<

А.С.> и ФИО3 

<

С.А.> ДД.ММ.ГГГГ.

Применить последствия недействительности сделки путем погашения записей регистрации прав ФИО3 

<

С.А.> на жилой дом и земельный участок, расположенных по адресу: 

<

адрес>, в Едином государственном реестре недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ № и №.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Алтай в течение одного месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Горно-Алтайский городской суд.

Судья Е.Ю.Зрелкина

Решение в окончательной форме принято 16 октября 2018 года