дело № 2-254/2018

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

25 сентября 2018 года

п. Суксун Пермского края

Суксунский районный суд Пермского края в составе председательствующего Брагина Ю.В. при секретаре судебного заседания Ярушиной С.И. с участием:

истца ФИО1,

представителя третьего лица администрации Суксунского муниципального района ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 об устранении препятствий в пользовании земельным участком,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3, просил суд:

- обязать ответчика устранить препятствия в пользовании истцу земельным участком с кадастровым номером №, расположенным по адресу: 

<

адрес> (далее – № путем демонтажа возведенного металлического забора и деревянного туалета в течение десяти календарных дней с момента вступления решения суда в законную силу;

- в случае неисполнения в указанный срок обязанности по демонтажу металлического забора и деревянного туалета предоставить истцу право произвести демонтаж металлического забора и деревянного туалета с отнесением расходов на ответчика.

В обоснование исковых требований указал следующее. Он является собственником № и расположенной на нем части жилого дома, ответчик является арендатором земельного участка с кадастровым номером № расположенного по адресу: 

<

адрес> (далее – №). Между земельными участками истца и ответчика расположен земельный участок из земель неразграниченной государственной собственности, часть которого, площадью 15 кв.м, ответчик самовольно захватил, в нарушение санитарно-бытовых условий установил вплотную к границе земельного участка истца, на расстоянии менее 1 м, деревянный туалет, соорудив скат крыши туалета в сторону земельного участка истца, а также в нарушение Правил землепользования и застройки Суксунского городского поселения (далее – ПЗЗ поселения) установил на границе земельных участков забор из металлического профилированного листа без устройства продухов. Указанные сооружения нарушают права истца, поскольку от возведенного ответчиком туалета идет неприятный запах, канализационные стоки от туалета попадают на земельный участок истца, что наносит вред кустарным плодово-ягодным культурам истца, растения начинают увядать. Из-за забора участок истца частично затемнен, не имеет продува, на участке рядом с забором образовалась сырость, начал расти мох (л.д.3).

Ответчик ФИО3 представил возражения на исковое заявление, в которых просил отказать в удовлетворении иска, указал при этом следующее. Он являлся арендатором № с 1997 года по ДД.ММ.ГГГГ. Координаты поворотных точек границ № были определены неправильно в 2001 году при инвентаризации и межевании, в связи с чем была допущена ошибка в межевом плане, № оказался сдвинутым вправо на 1,5 м, что было выявлено только в 2018 году. Его дочь Ш.О. как собственник земельного участка с кадастровым номером № расположенного по адресу: 

<

адрес> (далее – №), смежного с № переоформила № порядке перераспределения с № о чем комитетом имущественных отношений администрации Суксунского муниципального района вынесено распоряжение от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории».

Забор из металлического профилированного листа высотой до 2 м сделал он, в начале июля 2018 года, являясь арендатором №, на месте прежнего деревянного забора, который фактически стоял на том же месте и на момент оформления им договора аренды в 1997 году, поскольку со всех сторон уже на то время были ограждения, возведенные прежними землепользователями. В связи с наличием забора он также полагал, что и межевание в 2001 году выполнено по существовавшему забору. Требований о том, что ограждение между смежными земельными участками должно быть сетчатым или решетчатым в территориальной зоне Ж1 – зоне застройки индивидуальными жилыми домами ПЗЗ поселения не содержат.

Нарушение своих прав истцом не доказано. С учетом того, что забор возведен около 10 июля, а лето с июля по август было сухим, сырость и мох на участке за этот период из-за смежного ограждения образоваться не могли. Длина всего № со стороны № составляет 30 м, в связи с чем установленный по границе с № забор длиной 7 м никаким образом не затемняет № и не нарушает права истца. К тому же, часть №, площадью 127 кв.м, граничащая с №, до ДД.ММ.ГГГГ истцу не принадлежала, была оформлена им в собственность лишь в 2018 году в порядке перераспределения.

Временное некапитальное строение – кладовая в настоящее время на границе № с № отсутствует, туалетом это строение не является с 2014 года, в связи с чем неприятного запаха и канализационных стоков от строения не было и не могло быть (л.д.15-20).

В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении заявленных исковых требований настаивал по изложенным в исковом заявлении доводам.

Ответчик ФИО3, а также третье лицо Ш.О., привлеченная к участию в деле определением суда от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.68-69), в судебное заседание не явились, о времени и месте его проведения были извещены надлежащим образом, об отложении рассмотрения дела не ходатайствовали. Ш.О. просила рассмотреть дело в ее отсутствие, поддержала позицию ответчика, изложенную в отзыве на исковое заявление (л.д.74).

Представитель третьего лица администрации Суксунского муниципального района, привлеченного к участию в деле определением суда от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.68-69), ФИО2, действующая по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, с иском не согласна, пояснила, что ответчик добросовестно пользовался № с 1997 года, внесение в государственный кадастр недвижимости неверных сведений о местоположении границ № было допущено в 2001 году в связи с тем, что эти сведения вносились в кадастр по результатам инвентаризации земель, а не межевания. ДД.ММ.ГГГГ сотрудниками комитета имущественных отношений администрации Суксунского муниципального района, в том числе ею, было проведено обследование № и граничащей с ним части № с выездом на местность, выявлено, что: вспомогательное временное деревянное сооружение расположено не возле забора по границе с №, внутри строения находится инвентарь; возведенный ответчиком по границе с № забор приподнят от земли на 20-30 см, вследствие чего имеется продух и просвет; каких-либо запахов, канализационных стоков, воды, сырости, мха не обнаружено; согласно спутниковой съемке № находится с восточной стороны относительно №, следовательно № по границе с № примерно с 10 часов начинает освещаться солнцем и никак затеняться забором не может. Полагает, что указанные истцом обстоятельства не обоснованы и не доказаны.

Заслушав объяснения участвующих в деле лиц, изучив материалы дела, суд пришел к следующим выводам.

Судом установлено, что истец ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ на основании соглашения о перераспределении земель и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ № является собственником № – земельного участка с кадастровым номером №, площадью 1015 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для индивидуального жилищного строительства, расположенного по адресу: 

<

адрес> (л.д.64-65). № образован в порядке перераспределения земель, находящихся в государственной собственности, и принадлежавшего истцу земельного участка с кадастровым номером №, площадью 888 кв.м (л.д.5, 32-33, 63).

Ответчик ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ на основании договора аренды от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д.21-23), затем договора аренды от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д.24-28) являлся арендатором № – земельного участка с кадастровым номером №, площадью 157 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения огородничества, расположенного по адресу: 

<

адрес>. Соглашением о расторжении договора аренды от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированным в Управлении Росреестра по Пермскому краю ДД.ММ.ГГГГ, право аренды ответчика на № было прекращено (л.д.29).

Распоряжением комитета имущественных отношений администрации Суксунского муниципального района от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории» утверждена схема расположения земельных участков на кадастровом плане территории, образуемых путем перераспределения земель, №, находящихся в государственной собственности, и земельного участка с кадастровым номером №, находящегося в собственности Ш.О. (л.д.30).

Как следует из объяснений истца, на границе №, смежной с №, ответчиком ФИО3 возведен забор из металлического профилированного листа высотой выше 2 м без устройства продухов. Ответчик в представленном суду письменном отзыве факт возведения им данного забора признал, а именно пояснил, что забор возведен им в начале июля 2018 года, однако высота забора не превышает 2 м, а требования по проветриваемости ПЗЗ поселения не установлены.

Представителем третьего лица администрации Суксунского муниципального района ФИО2 24 и ДД.ММ.ГГГГ произведен осмотр № и части № с применением фото- и видеосъемки. Согласно представленным фотоснимкам и видеозаписи высота непосредственно ограждения № по границе с № составляет около 1,8 м. В связи с тем, что ограждение возведено не от поверхности земли, а с отступом, а также в связи с тем, что № в месте расположения ограждения имеет уклон, расстояние от поверхности земли до верхней части ограждения составляет от 1,9 м (в южной части границы) до 2,1 м – 2,2 м (в северной части границы).

Правила землепользования и застройки Суксунского городского поселения, утвержденные решением Думы поселения от ДД.ММ.ГГГГ №, а именно статья 2 части II Правил, содержали условие о том, что при усадебной жилой застройке ограждения между смежными земельными участками должны быть проветриваемые (сетчатые или решетчатые) с заполнением до 50 % и не выше 2 м.

Решением Думы Суксунского городского поселения от ДД.ММ.ГГГГ № в ПЗЗ поселения внесен ряд изменений, в том числе исключена статья 2 части II, а вновь установленные требования к ограждениям земельных участков в зоне расположения № – зоне Ж1 (зоне застройки индивидуальными жилыми домами) как со стороны улиц, проездов, так и по границам с соседними земельными участками, заключаются лишь в ограничении максимальной высоты ограждения – 2 м.

Учитывая данные о размерах ограждения №, представленные представителем третьего лица администрации Суксунского муниципального района, суд приходит к выводу о том, что по высоте ограждение возведено с незначительным отступлением от требований, установленных ПЗЗ поселения, поскольку высотой ограждения следует считать расстояние от поверхности земельного участка до верхней части ограждения.

Однако данное несоблюдение требований градостроительных правил ввиду своей незначительности (фактически ограждение № по высоте превышено на участке длиной около 3,5 м, по восходящей от 0 м до 0,2 м, при этом длина всей восточной границы № около 30 м, из них по границе с № около 7 м) может являться основанием для приведения ограждения в соответствии с требованиями ПЗЗ поселения только при доказанности нарушения прав истца как собственника №. Таких доказательств, достаточных для вывода о том, что № вследствие возведенного ответчиком забора затемнен, подвержен образованию сырости, суду не представлено. Доводы представителя третьего лица администрации Суксунского муниципального района о достаточной освещенности № в месте границы с № суд находит убедительными. Данные доводы подтверждаются объективными данными спутниковой съемки земельных участков, согласно которой № находится с восточной стороны относительно №, в связи с чем значительную часть светового дня (как минимум всю вторую половину светового дня) № находится в зоне солнечного освещения, а не в тени.

В соответствии со ст. 34 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Пунктом 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что при рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта. Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.

Поскольку установленное судом несоблюдение градостроительных правил при возведении ограждения между № и № является незначительным, и нарушение прав истца вследствие такого несоблюдения судом не установлено, оснований для удовлетворения иска в части требования о демонтаже забора не имеется.

К тому же, данное требование не отвечает принципам соразмерности.

Согласно ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Соответственно защита права собственности и иных вещных прав должна осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности, с тем, чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота.

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется истцом и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или к реальной защите законного интереса. При этом лицо, заявляющее требование о демонтаже всего ограждения, должно доказать, что защита нарушенных прав иным способом невозможна, поскольку избранный способ защиты всегда должен быть соразмерен допущенным нарушениям права и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения.

Между тем, в судебном заседании истец настаивал на возложении на ответчика обязанности именно по полному демонтажу всего ограждения № по смежной с № границе.

Оснований для удовлетворения иска в части требования о демонтаже деревянного туалета судом также не установлено. Из представленных фотоматериалов следует, что некапитальное деревянное строение, расположенное на №, о демонтаже которого заявлено истцом, не находится возле границы с №. Доказательств нарушения прав истца расположением данного строения на ЗУ:30, в том числе на момент обращения с иском в суд, стороной истца суду не представлено.

Требование о демонтаже выгребной ямы на № истцом в предусмотренном гражданским процессуальным законодательством порядке заявлено не было, требование истца заключалось только в демонтаже деревянного туалета. В соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ решение судом принято по заявленным истцом требованиям. К тому же по результатам осмотра № от ДД.ММ.ГГГГ истец не оспаривал отсутствие на № выгребной ямы.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 исковых требований нет.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО3 об устранении препятствий в пользовании земельным участком с кадастровым номером №, расположенным по адресу: 

<

адрес> путем демонтажа возведенного металлического забора и деревянного туалета отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Суксунский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий

Ю.В. Брагин

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ