Дело № 22-354/2025 Судья Шкодин П.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

17 апреля 2025 г. г. Орёл

Орловский областной суд в составе

председательствующего Артамонова С.А.

при ведении протокола секретарём Яшиной И.А.

рассмотрел в судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Бригиды К.А., апелляционной жалобе адвоката Ведищева Н.П. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Заводского районного суда г. Орла от 14 февраля 2025 г., по которому 

ФИО1, 

<

...> несудимый,

осуждён по ч. 5 ст. 33, ст. 289 УК РФ к штрафу в размере 270 000 рублей.

На основании ч. 5 ст. 72 УК РФ с учетом срока содержания ФИО1 под домашним арестом с 24 апреля 2024 г. по 28 ноября 2024 г. наказание смягчено до 220 000 рублей.

Решены вопросы о мере пресечения и судьбе вещественных доказательств. 

Изложив содержание обжалуемого приговора, существо апелляционных жалобы и представления, заслушав выступления осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Ведищева Н.П. об отмене приговора по доводам апелляционной жалобы, государственного обвинителя Бригиду К.А. об изменении приговора по доводам апелляционного представления, суд

установил:

по приговору суда ФИО1 признан виновным и осужден за пособничество в незаконном участии в предпринимательской деятельности, то есть содействии предоставлением средств совершения преступления совершению учреждения должностным лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, организаций, осуществляющих предпринимательскую деятельность, - ООО «

<

...>», ООО «

<

...>», ООО «

<

...>», ООО «

<

...>», ООО «

<

...>» (переименовано в ООО «

<

...>») и участии в управлении указанными организациями через него (ФИО1) как доверенное лицо вопреки установленному законом запрету, если эти деяния связаны с предоставлением указанным организациям преимуществ и с покровительством в иной форме.

Преступление совершено в период времени с июля 2010 года до 16 марта 2023 г. на территории Орловской области и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. 

В судебном заседании ФИО1 вину не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Ведищев Н.П. ставит вопрос об отмене приговора и прекращении уголовного дела. В обоснование приводит доводы о незаконности возбуждения в отношении ФИО1 уголовного дела по истечении сроков давности уголовного преследования и нарушении следователем требований ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ, согласно которым если производство по уголовному делу продолжено в обычном порядке в связи с наличием возражений обвиняемого против прекращения уголовного дела в связи с истечением сроков давности и уголовное дело не передано в суд, оно подлежит прекращению в течение 2 месяцев со дня истечения сроков давности за преступление небольшой тяжести по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, то есть за непричастностью лица к совершению преступления. В связи с незаконностью проведения по названным основаниям самого предварительного расследования, проведение каких-либо следственных и процессуальных действий по делу сторона защиты находит незаконным, а все полученные в ходе предварительного расследования доказательства – недопустимыми. При этом, сторона защиты указывает на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, а также нарушение судом принципа непосредственного исследования имеющихся в деле доказательств. В частности, утверждает, что согласно предъявленному обвинению преступные деяния были совершены ФИО1 в конкретные даты – даты создания юридических лиц, а потому не соглашается с выводом суда о том, что датой окончания преступной деятельности ФИО1 явился день задержания лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, 16 марта 2023 г. Полагает, что установив указанную дату совершения преступления, суд таким образом вышел за рамки предъявленного ФИО1 обвинения, чем грубо нарушил его право на защиту. Также адвокат обращает внимание на то, что ни одна из записей телефонных переговоров между ФИО1 и лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, не исследовалась в ходе судебного разбирательства, что лишило сторону защиты возможности всесторонне реализовать свои процессуальные права. Кроме того, адвокат полагает, что при наличии в деле неотмененного постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 11 марта 2019 г. по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, т.е. в связи с отсутствием в действиях лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, состава преступления по тому же обвинению, по которому впоследствии было возбуждено уголовное дело в отношении ФИО1 (по ст. 289 УК РФ), суд первой инстанции должен был прекратить уголовное дело в отношении ФИО1 на основании п. 5 ч. 1 ст. 27 УПК РФ и признать за ним право на реабилитацию. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель просит усилить осуждённому наказание в виде штрафа, считая его явно несоразмерным сумме дохода, извлеченного в результате пособничества ФИО1 в незаконном участии в предпринимательской деятельности, которая составила более 200 млн. рублей. С учетом имеющихся в деле данных налогового органа о сумме дохода ФИО1 в виде дивидендов за 2021-2022 годы просит назначить ему наказание в виде штрафа в размере иного дохода за 2 года в размере 14 200 000 рублей и в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ освободить его от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. 

Проверив материалы уголовного дела, выслушав мнение участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалобы и представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Несмотря на доводы апелляционной жалобы и занятую осужденным позицию по отношению к предъявленному обвинению, выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного разбирательства, и подтверждаются доказательствами, исследованными судом, в их числе:

- показания свидетеля Свидетель №27, из которых следует, что ФИО1 имеет близкие отношения с лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, который по просьбе ФИО1 давал указания подчиненным инспекторам МРЭО об оказании содействия для успешной сдачи экзаменов лицам, проходящим обучение в автошколе «

<

...>». У ФИО1 имеется сеть автошкол «

<

...>» по Орловской области, расположенные на территории 

<

адрес>. Кроме автошкол тот владеет организациями, которые осуществляют установку и техническое обслуживание камер фото и видео фиксации, а также технический осмотр транспортных средств. Ему известно, что в предпринимательской деятельности ФИО1 принимает участие лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, оказывает тому помощь при решении различных вопросов в УГИБДД, поскольку они знакомы на протяжении длительного периода времени, состоят в дружеских отношениях, вместе ездят на охоту;

- показания свидетеля Свидетель №1, из которых следует, что ФИО1 является учредителем ООО «

<

...>» (в последующем переименовано в ООО «

<

...>») и ООО «

<

...>», сферой деятельности которых является осуществление технического осмотра автотранспорта. Через своего супруга ФИО1 она познакомилась с лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, и его супругой. Это лицо и её супруг проводят совместный досуг, выезжают на охоту и рыбалку. Лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, является крестным сыном их с ФИО1 сына; 

- показания свидетеля Свидетель №30, из которых следует, что лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, является ее мужем, а Свидетель №51 - ее свекровью. ФИО1 ей знаком, состоит с ним в приятельских отношениях. Её муж и ФИО1 состоят в дружеских отношениях, знакомы длительный период времени, иногда вместе ездят на рыбалку и охоту;

- показания свидетеля ФИО7, из которых следует, что лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, которое приходится ей сыном, оформило на нее нежилое помещение в г. Ливны Орловской области, которое впоследствии им было сдано в аренду. Примерно раз в 2 месяца указанное лицо привозило ей деньги в качестве арендной платы за данное помещение из расчета около 5000 рублей;

- показания свидетелей ФИО8 и ФИО9 об обстоятельствах учреждения по предложению ФИО1 ООО «

<

...>» в августе 2010 г. (доля ФИО1 составляет 50 %), строительстве и постановке на баланс данного общества нежилого помещения для станции технического осмотра и размещения офисных помещений (

<

адрес>), сдаче свободных помещений в аренду УГИБДД для размещения в них МРЭО по 

<

адрес>, на что они согласились, при этом, прибыль ООО «

<

...>» делилась между соучредителями в соответствии с их долями; 

- показания свидетеля ФИО10, из которых следует, что ФИО1 и лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, кумовья, их связывает Должанский район Орловской области. Последний лоббирует интересы автошкол ООО «

<

...>», ООО «

<

...>» и их учредителя ФИО1;

- показания свидетелей Свидетель №4, Свидетель №39 о заключении по предложению лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, с УГИБДД договора и размещении рекламы предпринимательской деятельности ООО «

<

...>» (ООО «

<

...>»), ООО «

<

...>», ООО «

<

...>», ООО «

<

...>» по видеосистемам, установленным в помещениях, занимаемых подразделениями УГИБДД в г.Орле и г.Ливнах; 

- показания свидетеля Свидетель №12, из которых следует, что в 2015 г. прием экзаменов на право управления транспортных средств в отделении № 3 (г.Мценск) был приостановлен по распоряжению руководства УГИБДД, данную информацию до них доводил их непосредственный руководитель Свидетель №53;

- показания свидетеля Свидетель №53, из которых следует, что при прослушивании аудиозаписи, представленной сотрудником правоохранительных органов, он узнает голос лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство. В данном разговоре это лицо обращается к нему, указывая на то, что необходимо создать условия, при которых обучающиеся автошкол конкурентов ООО «

<

...>» не сдадут экзамен на право управления транспортными средствами;

- показания свидетеля Свидетель №6, из которых следует, что по состоянию март 2015 г. оснований для отказа в приеме экзаменов в отделении № 3 (г. Мценск) не имелось;

- показания свидетеля Свидетель №8, из которых следует, что при сдаче второй части экзамена инспекторами давались такие задания, которые кандидатам в водители было сложно выполнить в силу отсутствия опыта вождения, в результате чего они не могли сдать экзамен, либо при каком-либо небольшом недочете слушателю сообщали, что экзамен им не сдан. После подобных ситуаций их обучающиеся были вынуждены идти на переобучение в автошколу «

<

...>», поскольку им позиционировали, что слушатели данной автошколы сдают экзамены быстро и успешно. Первыми к сдаче экзаменов всегда приступали слушатели «

<

...>». Данные привилегии для указанной автошколы создавались руководством УГИБДД, поскольку лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, и учредитель автошколы «

<

...>» ФИО1 являются кумовьями;

- показания свидетелей – директора автошкол Свидетель №43 (ООО «

<

...>») и Свидетель №32 (ООО «

<

...>») об оказании на них давления, вытеснении как конкурентов с рынка автошкол и иных обстоятельствах, известных им в рамках уголовного дела; 

- показания свидетелей Свидетель №42, Свидетель №49, Свидетель №19 об обстоятельствах прохождения обучения в ООО «

<

...>» и переобучения в ООО «

<

...>», сдаче экзамена и получении водительского удостоверения; 

- показания свидетеля Свидетель №18 об обстоятельствах отчуждения части арендуемых в Должанском районе земель в пользу ООО «

<

...>» (ООО «

<

...>»), подконтрольного ФИО1 и лицу, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство; покровительстве последнего автошколе ООО «

<

...>» и ООО «

<

...>»; 

- результаты оперативно-розыскной деятельности, иные письменные и вещественные доказательства, в том числе, заключения фоноскопической судебной экспертизы №№ 475/2-1, 476/2-1, 477/2-1 от 27 июня 2022 г. и лингвистической судебной экспертизы № 1665/6-1 от 18 октября 2022 г., согласно которой в исследованных диалогах 1, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 12, 13, 16, 29, 30 содержится информация о содействии лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, в получении денег, заключении контрактов, информировании о коммерческих предложениях, ускорении принятия решений, выяснении правовых и организационных вопросов, организациям, контролируемым ФИО1; в исследованных диалогах 4, 7, 11 ведется речь о передаче денежных средств лицу, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, ФИО1 или контролируемой им организацией в порядке распределения прибыли или в качестве Свидетель №17, а в речи лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, в диалогах 4, 12 имеется информация о наличии у него намерения на получение денежных средств в качестве возврата денег, уплаченных по договору, или в качестве платы за покровительство.

Доводы апелляционной жалобы о неверной оценке судом доказательств являются несостоятельными, поскольку какие-либо противоречия в доказательствах о юридически значимых обстоятельствах, требующие их истолкования в пользу осужденного и которые могли повлиять на выводы суда о доказанности его вины, по делу отсутствуют.

Все доказательства, положенные в основу приговора, судом проверены в соответствии с требованиями ст. 87 УПК РФ и оценены с учетом правил, предусмотренных ст. 88 УПК РФ, с точки зрения допустимости и относимости к рассматриваемым событиям, а также достаточности для постановления обвинительного приговора.

Содержание исследованных судом доказательств изложено в приговоре в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения юридически значимых для дела обстоятельств, фактов, свидетельствующих о приведении в приговоре показаний допрошенных лиц, содержания экспертных выводов или иных документов таким образом, чтобы это искажало их существо и позволяло дать им иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, судом апелляционной инстанции не установлено. При этом имевшиеся противоречия в показаниях свидетелей были устранены путем оглашения показаний, данных им в ходе предварительного следствия, оснований сомневаться в достоверности которых, также как и в достоверности письменных доказательств, у суда не имелось, не имеется таковых и у суда апелляционной инстанции. Показания свидетелей согласуются между собой, объективно подтверждаются совокупностью иных доказательств, положенных в основу приговора. Чьей-либо заинтересованности в искусственном создании доказательств обвинения, как и причин для оговора осужденного, судом первой инстанции не установлено.

Оперативно-розыскные мероприятия проведены в соответствии с Федеральным законом № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности». Суд правильно пришел к выводу о правомерности осуществления указанных мероприятий, допустимости полученных в ходе их проведения доказательств, положенных в основу приговора наряду с совокупностью иных доказательств обвинения. Их результаты представлены органам следствия с соблюдением «Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд».

Доводы осужденного ФИО1 о ведении им предпринимательской деятельности самостоятельно без участия в ней лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, были предметом проверки суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты как несостоятельные, расценены как способ защиты от обвинения. Подобная оценка суда не вызывает сомнений. 

Мотивы, по которым суд принял во внимание приведенные в приговоре доказательства вины осужденного, положив их в основу судебного решения, и отверг представленные стороной защиты доказательства, приведены, суд апелляционной инстанции находит их убедительными и обоснованными.

Предусмотренные законом процессуальные права осужденного ФИО1 на всех стадиях уголовного процесса обеспечены. При рассмотрении дела суд убедился в том, что обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, каких-либо оснований, предусмотренных ст. 237 УПК РФ, что явилось бы препятствием к рассмотрению дела, не установлено.

Предъявленное ФИО1 обвинение является конкретным, содержит указание на место, время, способ и иные обстоятельства совершения инкриминированного преступления, форму вины, мотивы, характер и наступившие последствия, то есть соответствует требованиям, закрепленным в ст. 171 УПК РФ.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 2 абз. 2 п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12 декабря 2023 г. № 43 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о длящихся и продолжаемых преступлениях», под длящимся понимается преступление, которое начинается с определенного преступного действия (например, с размещения в определенном месте незаконно приобретенного или незаконно изготовленного огнестрельного оружия с целью его незаконного хранения) или определенного преступного бездействия (например, с невыплаты заработной платы, пенсий, стипендий, пособий, иных выплат), образующего состав конкретного преступления, и характеризуется последующим непрерывным осуществлением состава данного преступного деяния.

Моментом фактического окончания длящегося преступления, учитываемым при исчислении срока давности уголовного преследования, следует считать прекращение осуществления преступного деяния по воле самого лица, совершившего это деяние (путем добровольной выдачи незаконно хранившегося огнестрельного оружия, явки с повинной, добровольного исполнения своей обязанности по выплате заработной платы и др.), или вопреки его воле, например, в результате действий других лиц, направленных на пресечение преступления (по обнаружению и задержанию лица, уклоняющегося от административного надзора, и т.п.).

Принимая во внимание положения п. «а» ч. 1, ч. 2 ст. 78 УК РФ, указанные выше разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, содержащиеся в абз. 2 п. 3, с учетом задержания лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, 16 марта 2023 г., оснований утверждать об истечении срока давности уголовного преследования ФИО1, который с 24 января по 24 апреля 2024 г. находился в розыске, ни на момент возбуждения в отношении него уголовного дела, ни на момент вынесения судом приговора, ни в настоящее время, вопреки доводам об обратном, не имеется.

При этом, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что совершенное ФИО1 преступление - пособничество лицу, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, в незаконном участии в предпринимательской деятельности - является длящимся (начинается предоставлением средств совершения преступления – привлечением в качестве соучредителей создаваемых обществ лиц, располагающими денежными средствами, и характеризуется последующим непрерывным осуществлением состава данного преступного деяния с получением материальной выгоды от подконтрольных организаций) и временем окончания этого единого сложного преступления является именно 16 марта 2023 г. – день задержания лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство. Соответственно, указанная дата и должна учитываться при исчислении срока давности уголовного преследования ФИО1 за совершенные им действия, связанные с пособничеством в незаконном участии в предпринимательской деятельности лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство.

В этой связи, поскольку сроки давности уголовного преследования ФИО1 до настоящего времени не истекли, правовых оснований для выводов о нарушении следователем требований ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ и признании вследствие этого всех полученных в ходе предварительного расследования доказательств недопустимыми, несмотря на доводы адвоката об обратном, в данном случае не имеется.

Таким образом, оценка адвокатом фабулы предъявленного обвинения, установленных судом обстоятельств совершения преступления и доказательств, их интерпретация применительно к занимаемой осужденным позиции, не ставит под сомнение выводы суда о его виновности, а направлены на иную оценку совокупности доказательств, положенных в основу приговора.

Доводы стороны защиты о необходимости прекращения уголовного преследования в отношении ФИО1 со ссылкой на п. 5 ч. 1 ст. 27 УПК РФ также являются несостоятельными, поскольку из материалов уголовного дела следует, что постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 11 марта 2019 г. в связи с отсутствием в действиях лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, состава преступления, предусмотренного ст. 289 УК РФ, вопреки доводам об обратном, было отменено 31 января 2023 г. (т. 5 л.д. 192). Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по ч. 5 ст. 33, ст. 289 УК РФ в отношении ФИО1 не выносилось. 

Судом первой инстанции дело рассмотрено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, конституционные права осужденного, положения ст. ст. 14, 15, 16 и 17 УПК РФ соблюдены. Суд создал все необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, нарушений требований ст. 244 УПК РФ не допущено, все приводимые стороной защиты доводы были судом проверены, все заявленные ходатайства разрешены в соответствии с требованиями закона, что подтверждается материалами дела и протоколом судебного заседания, который соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ. Каких-либо данных о необоснованном отказе в исследовании и представлении доказательств стороне защиты протокол судебного заседания не содержит.

Доводы адвоката о не исследовании судом дисков с записями телефонных переговоров ФИО1 и лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, не свидетельствуют о допущенных нарушениях требований закона. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что согласно протоколу судебного заседания ходатайств о непосредственном исследовании указанных доказательств сторонами не заявлялось, в ходе судебного следствия исследован протокол осмотра указанных оптических дисков и прослушания фонограммы аудиофайлов с телефонными переговорами лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, и его собеседников, в том числе ФИО1, которому судом дана надлежащая оценка, с которой соглашается суд апелляционной инстанции, не усматривая нарушений требований закона при проведении ОРМ, в том числе в части касающейся обстоятельств фиксации разговоров на аудио носители и предоставления их в следственный орган.

Постановленный судом приговор, вопреки доводам стороны защиты, соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, предъявляемым к его содержанию. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением ее мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступления, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу.

Все требования уголовно-процессуального закона, строгое соблюдение которых обеспечивает полное, всестороннее и объективное рассмотрение дела, судом первой инстанции были выполнены.

Вопреки доводам стороны защиты, суд на основании совокупности исследованных в судебном заседании допустимых и достоверных доказательств пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО1 содействовал лицу, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, вопреки запрету, установленному законом, в учреждении и управлении через него как доверенное лицо рядом организаций, осуществляющих предпринимательскую деятельность, при том, что этим организациям предоставлялись преимущества, и осуществлялось их покровительство в иной форме.

Таким образом, обстоятельства, при которых ФИО1 совершено преступление, установлены правильно, выводы суда не содержат каких-либо предположений, являются мотивированными как в части доказанности его вины, так и в части квалификации его действий по ч. 5 ст. 33, ст. 289 УК РФ, они, вопреки доводам жалобы, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на правильном применении норм уголовного и уголовно-процессуального законов.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям. 

В соответствии с ч. 1 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Пленум Верховного Суда РФ в п. 24 постановления от 29 ноября 2016 г. № 55 «О судебном приговоре» указал, что использование в приговоре формулировок, свидетельствующих о виновности в совершении преступления других лиц, не допускается.

Приведенные требования закона по данному уголовному делу судом не соблюдены.

Так, из приговора следует, что в описательно-мотивировочной части приговора имеется указание на фамилию ФИО11 как должностного лица, противоправным действиям которого, связанным с незаконным участием в предпринимательской деятельности, содействовал ФИО1 

Между тем, ФИО11 подсудимым по данному уголовному делу не являлся и обстоятельства совершения им действий, подпадающих под признаки преступления, предметом рассмотрения судом не были.

При таких обстоятельствах, учитывая, что содержащиеся в постановленном в отношении ФИО1 приговоре сведения в указанной выше части по существу констатируют факт причастности ФИО11 к совершению преступления и могут иметь преюдициальное значение при рассмотрении как уголовных, так и гражданских дел, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о нарушении судом предусмотренного ст. 14 УПК РФ принципа презумпции невиновности и о необходимости внесения в связи с этим в приговор изменений, исключающих из него указание конкретной фамилии указанного выше лица. 

Вопреки доводам апелляционного представления, назначенное ФИО1 наказание в виде штрафа соразмерно содеянному и чрезмерно мягким не является. Оно предусмотрено санкцией статьи, назначено в ее пределах. Требования закона при назначении наказания не нарушены, поводов для его усиления или смягчения не усматривается.

При этом, суд апелляционной инстанции отмечает, что более строгий вид наказания из числа предусмотренных за совершенное преступление назначается только в случае, если менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания, что предусмотрено ч. 1 ст. 60 УК РФ. Данные нормы закона судом соблюдены и правильность их применения не вызывает сомнений.

Судом первой инстанции проанализированы и тяжесть содеянного, и общественная опасность, и личность осужденного, что привело к мотивированным выводам о возможности назначения наказания в виде штрафа.

Иных, кроме указанных выше, нарушений уголовного либо уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение приговора в апелляционном порядке, по делу не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, суд

постановил:

приговор Заводского районного суда г. Орла от 14 февраля 2025 г. в отношении ФИО1 изменить, заменить в приговоре фамилию ФИО11 на лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные представление и жалобу – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ. 

Кассационные жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу. 

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор могут быть поданы непосредственно в Первый кассационный суд общей юрисдикции и подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий