Дело № 2-270/2020

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

11 ноября 2020 года пос. ж.д. ст. Высокая Гора

Высокогорский районный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Севостьянова А.А.,

при секретаре Брайцевой А.В., 

с участием представителя истца по доверенности и ордеру адвоката Бажанова П.Р., 

ответчиков ФИО1, ФИО1, 

представителя ответчиков по ордеру адвоката Косоруковой О.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО1, ФИО1 о признании договора купли-продажи земельного участка и жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ и договора дарения земельного участка и жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ недействительными и применении последствий недействительности указанных сделок, признании недействительными зарегистрированных прав общей долевой собственности ответчиков на земельный участок и жилой дом, восстановлении и признании права собственности истца на земельный участок и жилой дом,

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратилась в Высокогорский районный суд Республики Татарстан с вышеназванным иском к ФИО1 и ФИО1, в обоснование указав следующее.

Истец является правообладателем земельного участка, общей площадью 3211,0 кв.м., с кадастровым номером № и жилого дома, общей площадью 35,9 кв.м., с кадастровым номером №, находящихся по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, которые ей достались от ее родителей.

Как утверждает истец, в ноябре 2019 года ей стало известно, что собственниками вышеуказанного принадлежащего ей недвижимого имущества являются ответчики, которым истец имущество не отчуждала. Также ФИО2 стало известно, что вышеуказанное принадлежащее ей недвижимое имущество перешло к ответчикам от ее покойного сына – ФИО1, которому истец имущество также не отчуждала.

Истец заявляет, что вышеуказанное недвижимое имущество она вообще никогда и никому не отчуждала, а его выбытие из ее собственности произошло вопреки ее волеизъявлению.

Истец полагает, что ее сын – ФИО1 при жизни воспользовался ее истинной материнской доверчивостью, ее незнанием русского языка и, тем самым, ввел ее в заблуждение при заключении с ним договора купли-продажи земельного участка и жилого дома в отношении вышеуказанного принадлежащего ей недвижимого имущества. ФИО2 до ноября 2019 года не знала о существовании и заключении указанного договора.

ФИО2 отмечает, что ни ее сын – ФИО1 при жизни, ни ответчики никогда не пользовались вышеуказанным имуществом, не несли бремя его содержания, не оплачивали за него коммунальные и иные платежи, а также никогда не интересовались его фактической судьбой.

В ходе судебного разбирательства истец также представила дополнение к исковому заявлению, в котором указала, что ее отец ФИО3 №1 Гаптрахман при жизни был участником и ветераном Великой Отечественной Войны, попав в годы войны в плен, а в послевоенное время, вернувшись на Родину, он был муллой в мечети. При жизни ее отец построил вышеуказанный жилой дом и настоятельно завещал истцу беречь его как реликвию, поскольку хранил в нем большое количество старинных манускриптов и рукописей на арабском языке, которые истец и ее семья сохранили в данном жилом доме и по сей день.

В обоснование своих доводов истец также сослалась на положения статей 167, 177 178, 179 196, 200, 302 Гражданского кодекса РФ.

Истцом в ходе судебного разбирательства также были увеличены ее исковые требования.

В этой связи, с учетом увеличения требований, истец просит суд:

1. Признать недействительным договор купли-продажи земельного участка и жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО2 и ФИО1, в отношении земельного участка, общей площадью 3211,0 кв.м., с кадастровым номером № и жилого дома общей площадью 35,9 кв.м., с кадастровым номером №, находящихся по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> 

<

адрес>, применив правовые последствия недействительности данного Договора.

2. Признать недействительным Договор дарения земельного участка и жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО1 и ответчиками – ФИО1 и ФИО1, в отношении земельного участка, общей площадью 3211,0 кв.м., с кадастровым номером №, и жилого дома, общей площадью 35,9 кв.м., с кадастровым номером №, находящихся по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, применив правовые последствия недействительности данного Договора.

3. Признать недействительным зарегистрированное право общей долевой собственности Ответчиков - ФИО1 и ФИО1, доля в праве – 1/2 за каждым, в отношении земельного участка, общей площадью 3211,0 кв.м., с кадастровым номером №, и жилого дома, общей площадью 35,9 кв.м., с кадастровым номером №, находящихся по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> 

<

адрес>.

4. Восстановить и признать право собственности ФИО2 в отношении земельного участка, общей площадью 3211,0 кв.м., с кадастровым номером №, и жилого дома, общей площадью 35,9 кв.м., с кадастровым номером №, находящихся по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась. В судебном заседании представитель истца Бажанов П.Р. исковые требования с учетом увеличения поддержал, просил иск удовлетворить, в обоснование привел доводы, изложенные в исковом заявлении, дополнениях и пояснениях к нему, полагал, что срок исковой давности по заявленным требованиям не пропущен.

Ответчики ФИО1 и ФИО1, а также их представитель Косорукова О.И. в судебном заседании исковые требования не признали, просили в удовлетворении иска отказать в полном объеме, в обоснование привели доводы, изложенные в ранее поданном возражении на исковое заявление, заявили о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требованиям.

Представитель третьего лица Высокогорского отдела Управления Росреестра по 

<

адрес>, а также третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. 

Выслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела, проверив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В соответствии с п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно п. 1 ст. 223 Гражданского кодекса РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу ст. 420 Гражданского кодекса РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно положениям ст. 421 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В силу ст. 431 Гражданского кодекса РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Согласно п. 1 ст. 432 Гражданского кодекса РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В силу п. 1 ст. 549 Гражданского кодекса РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

Согласно п. 1 ст. 551 Гражданского кодекса РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

Как следует из п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно п. 3 ст. 574 Гражданского кодекса РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В соответствии с п. п. 1 и 2 ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п.п. 1 и 2 ст. 167 Гражданского кодекса РФ).

В соответствии с положениями п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу положений ст. 178 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (п.п. 1-3 указанной статьи).

Согласно п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. 

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. 

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Из материалов дела следует, что истцу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на праве собственности на основании выписки из похозяйственной книги о наличии у гражданина права на земельный участок от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельств о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ серии № № и №, принадлежали земельный участок с кадастровым номером №, общей площадью 3211 +/- 40 кв.м., и жилой дом, с кадастровым номером № (ранее – №), площадью 35,9 кв.м., расположенные по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ее сыном – ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, был заключен договор купли-продажи указанных жилого дома и земельного участка. Право собственности зарегистрировано – записи в Едином государственном реестре недвижимости № и №-№ от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1, л.д. 47-50).

Стоимость жилого дома и земельного участка согласно договору от ДД.ММ.ГГГГ составила 1 000 000 рублей, из которых 800 000 рублей – за дом и 200 000 – за участок.

При этом нотариальное согласие на указанную сделку дала супруга ФИО1 – ФИО4 (т. 1, л.д. 51).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и его сыновьями – ФИО1 и ФИО1 был заключен договор дарения, согласно которому каждому из ответчиков были переданы по 1/2 доли приведенных жилого дома и земельного участка. 

Право собственности за ответчиками зарегистрировано – записи в Едином государственном реестре недвижимости №, №, №, № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1, л.д. 60-61).

При этом нотариальное согласие на указанную сделку дала супруга ФИО1 – ФИО4 (т. 1, л.д. 62).

Как установлено судом, ФИО1 умер в 2016 году. 

Истец в ходе судебного разбирательства утверждала, что спорное имущество своему сыну – ФИО1 на основании сделки купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ не отчуждала, волеизъявления на это не давала, а сын воспользовался ее незнанием русского языка, ввел в заблуждение, фактически обманул, чему способствовали ее возраст и состояние здоровья.

В ходе судебного разбирательства по инициативе истца была назначена судебная психиатрическая экспертиза ФИО2 в ГАУЗ «Республиканская клиническая психиатрическая больница им. акад. ФИО5 Министерства здравоохранения Республики Татарстан». Перед экспертами были поставлены следующие вопросы:

1. Какими заболеваниями страдала по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ и страдает в настоящее время ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения??

2. В какой степени имеющиеся у ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, заболевания, индивидуальные особенности, а также психосоматическое состояние повлияли на её способность в момент заключения с ФИО1 договора купли-продажи земельного участка и жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ в отношении земельного участка, общей площадью 3211,0 кв.м, с кадастровым номером № и жилого дома общей площадью 35,9 кв.м, с кадастровым номером №, находящихся по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, правильно понимать и правильно осознавать значение своих действий, отдавать отчет своим действиям, а также на её способность сознательно управлять и руководить своими действиями?

3. Могла ли ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, правильно понимать и правильно осознавать значение своих действий, отдавать отчет своим действиям, сознательно управлять и руководить своими действиями при заключении с ФИО1 договора купли-продажи земельного участка и жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ в отношении земельного участка общей площадью 3211,0 кв.м, с кадастровым номером № и жилого дома общей площадью 35,9 кв.м, с кадастровым номером №, находящихся по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> 

<

адрес>?

Из заключения судебных психолого-психиатрических экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что в юридически значимый период (ДД.ММ.ГГГГ) у ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, данных о наличии какого-либо психического расстройства в материалах гражданского дела и медицинских документациях нет. Следовательно, в момент заключения договора купли-продажи земельного участка и жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 могла понимать значение своих действий и руководить ими. По материалам дела и из настоящего обследования не усматривается каких-либо психологических факторов, которые бы нарушили способность ФИО2 понимать характер и значение совершаемых действий и возможность руководить ими при совершении купли-продажи ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, в ходе экспертного исследования установлено, что ФИО2 «на вопросы отвечает в плане заданного, по существу, речь грамматически правильная, без проявлений обедненности. Общается на татарском языке, при этом понимает обращенную русскую речь, иногда сама дает разъяснения эксперту на русском языке, внимательна к реакциям собеседника. Имеет представление о сути гражданского иска, сроках подачи заявления в суд, но себя старается представить несостоятельной. Так, при направленных вопросах не может правильно дать основные сведения о себе, при этом достаточно легко вспоминая в ходе ненаправленного разговора значимые даты. Подробно рассказывает о своей семейной ситуации, настаивает, что сделала правильное решение, переписав свой родовой дом на сына, при этом не считает это действие отчуждением собственности и не считает своих внуков правомочными распоряжаться ее имуществом, с рыданиями жалуется на то, что её дом хотят продать. Настаивает на своем праве распоряжения старым домом, высказывает в его отношении противоречивые желания – чтобы он постепенно сгнил, в то же время строит планы его ремонта».

Указанное заключение экспертов принимается судом в качестве относимого и допустимого доказательства по делу, оснований не доверять их выводам у суда не имеется, поскольку эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, обладают соответствующей квалификацией, проведение экспертизы и заключение соответствуют требованиям ст. ст. 84 - 86 ГПК РФ, каких-либо нарушений при производстве указанной экспертизы судом не установлено.

Доказательств, опровергающих выводы экспертов, истцом не представлено.

В ходе судебного разбирательства стороной истца заявлено ходатайство о назначении повторной экспертизы ввиду несогласия с выводами экспертного заключения от ДД.ММ.ГГГГ №. Между тем, в судебном заседании представитель истца отозвал указанное ходатайство.

Из материалов дела также следует, что истец с 1955 года фактически проживала в 

<

адрес>, где была трудоустроена до 1991 года (т. 1, л.д 128-131).

В ходе судебного разбирательства сама истец поясняла обстоятельства оформления сделки купли-продажи дома и участка в Высокогорском отделе Управления Росреестра в 2010 году, что ее сопровождал сын И. и его супруга И. (т. 1, л.д. 103).

Из пояснений свидетелей ФИО6, ФИО7, ФИО8, и третьего лица ФИО4 следует, что истец в достаточной степени владела русским языком и фактически знала, что собственником спорного имущества является ее сын ФИО1 (т. 1, л.д. 226-231).

Представитель истца в судебном заседании утверждал, что с 2010 года и по настоящее время бремя содержания спорного имущества несла именно ФИО2 (т. 1., л.д. 220). 

В обоснование данных доводов были представлены соответствующие квитанции на оплату услуг электроснабжения и газоснабжения (т. 1, л.д. 156-215).

В то же время указанные квитанции содержат сведения об имени их адресата – ФИО1.

Данное обстоятельство также подтверждается справкой АО «Татэнергосбыт» № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1, л.д 138).

Согласно полису страхования № ООО «Ак Барс Страхование» от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осуществлял страхование спорного жилого дома (т. 1., л.д. 154-155).

Согласно налоговым уведомлениям за 2018-2017 годы и квитанциям об уплате земельного налога ответчики Х-ны также несли бремя расходов на содержание спорного имущества (т. 1, л.д. 140-153).

Оценив вышеприведенные обстоятельства, суд приходит к выводу, что, ФИО2 в силу состояния своего здоровья могла осознавать суть заключаемой сделки купли-продажи имущества от ДД.ММ.ГГГГ, ее правовые последствия, руководила своими действиями, при этом в достаточной степени владела русским языком, что свидетельствует о фактическом наличии ее воли на совершение сделки. 

Также приведенные выше доказательства свидетельствуют о вступлении как ответчиков Х-ных, так и сына истца – ФИО1, в фактические правомочия собственников спорного имущества. То есть, вопреки утверждениям истца, цель заключаемых сделок была достигнута.

Кроме того, истцом не представлено суду достаточных доказательств того, что она при заключении с сыном сделки купли-продажи объектов недвижимости действовала под влиянием какого-либо заблуждения либо обмана.

При этом, как установлено судом, истец, по сути, имела намерение передать свое имущество сыну – ФИО1, несмотря на ее утверждения о заблуждении относительно мотивов сделки. 

Таким образом, истцом суду не доказано наличие обстоятельств, которые бы могли служить основанием для признания договора купли-продажи земельного участка и жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ и договора дарения земельного участка и жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ недействительными и применении последствий недействительности указанных сделок.

Поскольку отсутствуют основания для признания сделок недействительными, зарегистрированные права общей долевой собственности ответчиков на земельный участок и жилой дом также не могут быть признаны недействительными, и в восстановлении и признании права собственности истца на спорное имущество следует отказать.

Суд также полагает, что заслуживающими внимания являются доводы ответчиков о фактическом пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно ст. 195 Гражданского кодекса РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса РФ).

В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В силу п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Исполнение сделки от ДД.ММ.ГГГГ в отношении спорного недвижимого имущества началось ДД.ММ.ГГГГ, то есть с момента государственной регистрации договора купли-продажи и перехода права собственности к ФИО1 В суд с иском ФИО2 обратилась ДД.ММ.ГГГГ.

Следовательно, срок исковой давности по данному требованию истцом пропущен.

Каких-либо доказательств уважительности пропуска данного срока суду не представлено.

В отношении пропуска срока исковой давности в части договора дарения земельного участка и жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ суд приходит к следующему.

В своем иске ФИО2 утверждает, что лишь в ноябре 2019 года узнала, что собственниками спорного имущества являются ответчики. 

Вместе с тем, в настоящем случае имеет значение не только когда истец действительно узнала, но и то, когда она должна была узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. 

С момента оформления сделки купли-продажи имущества с сыном – ФИО1 прошло более 10 лет, а с момента заключения договора дарения с ответчиками более пяти лет. 

Учитывая обстоятельства дела и пояснения самого истца, за такой продолжительный промежуток времени истец не могла не знать о получении ФИО1 спорного имущества и факте его дарения ответчикам ФИО9. Эти обстоятельства могли быть известны ФИО2 еще при жизни сына. Однако обращение в суд с настоящим иском имело место за пределами установленного законом годичного срока исковой давности по признанию оспоримой сделки недействительной.

При таких обстоятельствах, в удовлетворении иска ФИО2 следует отказать в полном объеме.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. ст. 12, 56-57, 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

в удовлетворении искового заявления ФИО2 к ФИО1, ФИО1 о признании договора купли-продажи земельного участка и жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ и договора дарения земельного участка и жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ недействительными и применении последствий недействительности указанных сделок, признании недействительными зарегистрированных прав общей долевой собственности ответчиков на земельный участок и жилой дом, восстановлении и признании права собственности истца на земельный участок и жилой дом, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня изготовления полного мотивированного решения в Верховный Суд Республики Татарстан через Высокогорский районный суд Республики Татарстан.

Полное мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья: подпись.

Копия верна, подлинное решение подшито в деле №, находящемся в производстве Высокогорского районного суда Республики Татарстан.

Судья: А.А. Севостьянов