Дело № 2-1715/2020 07 октября 2020 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

МАГАДАНСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

МАГАДАНСКОЙ ОБЛАСТИ

в составе председательствующего судьи Свиридовой С.А.

при секретаре Херел Ч.О.

с участием

прокурора Носикова Н.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Магаданского городского суда Магаданской области гражданское дело по исковому заявлению прокурора города Магадана в интересах ФИО1 к акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» о признании договора об обязательном пенсионном страховании недействительным, возложении обязанности совершить определенные действия, признании незаконным использование персональных данных, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор города Магадана обратился в Магаданский городской суд с вышеназванным исковым заявлением.

В обоснование иска указал, что прокуратурой города Магадана по обращению ФИО1 проведена проверка по факту неправомерного перевода принадлежащих ей пенсионных накоплений в негосударственный пенсионный фонд. В ходе проведения проверки было установлено, что пенсионные накопления ФИО1 переведены из Пенсионного фонда Российской Федерации в Акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» (далее - Общество) в соответствии с новым договором об обязательном пенсионном страховании, якобы заключенным между ответчиком и ФИО1 

Однако ФИО1 договор об обязательном пенсионном страховании с ответчиком не заключала, согласие на обработку своих персональных данных ответчику лично, либо через представителя не давала, доверенности на заключение договора никому не выдавала, поручения удостоверяющему центру на выпуск электронной подписи для подписания заявления о переходе в негосударственный пенсионный фонд не давала. Несмотря на это, в единый реестр застрахованных лиц Пенсионного фонда России были внесены изменения, в результате которых накопительная пенсия ФИО1 переведена 4 марта 2018 года ответчику.

По изложенным основаниям истец полагал, что в соответствии со ст. 167 ГК РФ договор является недействительным. 

Кроме этого, вышеуказанные нарушения прав истца при выборе субъекта размещения и обслуживания пенсионных накоплений стали возможным в результате незаконной обработки и хранения персональных данных со стороны ответчика. 

Поскольку истец на обработку своих персональных данных ответчику не давала ни лично, ни через представителя, поэтому любые действия ответчика с персональными данными истца, в том числе их хранение и использование при заключении договоров, являются незаконными. 

При этом полагает, что ответчик обязан оплатить проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений ФИО1

В результате незаконного использования ответчиком персональных данных истца и незаконного перевода средств пенсионных накоплений, ей причинен моральный вред, который последней оценивается в 5 000 руб. 

В судебном заседании прокурор уменьшил исковые требования в части периода нахождения денежных средств пенсионных накоплений у ответчика с 04 марта 2018 года на 27 марта 2018 года, в связи с чем сумма за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений ФИО1 составила 14 577,35 руб.

Ссылаясь на вышеуказанные обстоятельства, положения ст. 151, 160, 166, 167, 168, 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), ст. 36.5, 36.6 Федерального закона от 7 мая 1998 № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» (далее - Закон о негосударственных пенсионных фондах), ст. 21 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных» (далее - Закон о персональных данных), прокурор города Магадана, с учетом уточнения иска просил суд признать договор об обязательном пенсионном страховании от 20 декабря 2017 года №, заключенный между сторонами недействительным; обязать ответчика в течение 30 календарных дней со дня вступления решения суда в законную силу передать в Государственное учреждение - Пенсионный фонд Российской Федерации денежные средства пенсионных накоплений истца в размере 94 564 руб. 57 коп.; обязать ответчика в течение 30 календарных дней со дня вступления в законную силу решения суда передать в Государственное учреждение - Пенсионный фонд Российской Федерации проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений истца за время их нахождения у ответчика в период с 27 марта 2018 года по 29 мая 2020 года в размере 14 577 руб. 35 коп.; обязать ответчика в течение 30 календарных дней со дня вступления в законную силу решения суда передать в Государственное учреждение - Пенсионный фонд Российской Федерации средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений на формирование пенсионных накоплений истца., признать незаконным использование персональных данных истица, взыскать компенсацию морального вреда в сумме 5 000 руб.

Истец, представители ответчика и третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, в судебном заседании участия не принимали, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, суд в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

В судебном заседании процессуальный истец требования поддержали по основаниям, изложенные в иске, с учетом их уточнения, согласно которому изменен период пользования ответчиком денежными средствами истца на период с 27 марта 2018 года по 29 мая 2020 года в связи с чем изменилась сумма процентов за пользование чужими денежными средствами до суммы 14 577 руб. 35 коп. 

Представитель ответчика в направленных в адрес суда возражениях на исковое заявление требования истца не признал, указал на отсутствие доказательств принадлежности подписи в договоре ОПС и в заявлении о переходе в Общество другому лицу. Указал также на отсутствие для истца каких либо неблагоприятных последствий, свою добросовестность при заключении договора. 

Представитель третьего лица Пенсионного фонда Российской Федерации в направленном в адрес суда отзыве на исковое заявление указал, что органы Пенсионного фонда Российской Федерации не обладают полномочиями по установлению недостоверности сведений и подложности документов. В случае признания договора недействительным, у истца возникают убытки, которые подлежат возмещению ответчиком вследствие его неправомерных действий. 

Представитель третьего лица ГУ УПФР Российской Федерации в г. Магадане Магаданской области (межрайонное) в направленном в адрес суда отзыве на исковое заявление указал, что средства пенсионных накоплений истца находятся у ответчика с 27 марта 2018 года. Договор об обязательном пенсионном страховании от 20 декабря 2017 года № заключенный между сторонами поступил в ОПФР по Республике Татарстан. Сумма средств пенсионных накоплений составляет 94 564 руб. 57 коп. Органы Пенсионного фонда Российской Федерации не обладают полномочиями по установлению недостоверности сведений и подложности документов. В случае признания договора недействительным, он прекращается. Данное обстоятельство является основанием для применения специальных последствий недействительности сделки.

Выслушав пояснения прокурора, исследовав доказательства, представленные в материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу ст. 12 ГК РФ к способам защиты гражданских прав относится, в том числе признание оспоримой сделки недействительной.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, 20 декабря 2017 года между сторонами заключен договор об обязательном пенсионном страховании №, по условиям которого ответчик обязуется осуществлять деятельность страховщика по обязательному пенсионному страхованию, включающую аккумулирование и учет средств пенсионных накоплений, организацию их инвестирования, назначение и выплату накопительной части трудовой пенсии, срочной пенсионной выплаты, единовременной выплаты, а также выплаты правопреемникам застрахованного лица. Договор заключен на неопределенный срок. Таким образом, ответчик стал страховщиком истца с 20 декабря 2017 года. 

При этом на индивидуальном лицевом счете застрахованного лица ФИО1 имелись средства пенсионных накоплений в размере 94 564 руб. 57 коп., которые 27 марта 2018 года переведены ответчику, о чем Пенсионным фондом Российской Федерации внесены соответствующие изменения в единый реестр застрахованных лиц.

По утверждению стороны истца, заявление о досрочном переходе из Пенсионного фонда Российской Федерации она не писала, договор с ответчиком не заключала и не подписывала.

Как предусмотрено п. 3 ст. 154 ГК РФ при заключении двустороннего договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу ст. 3 Закона о негосударственных пенсионных фондах договор негосударственного пенсионного обеспечения (далее - пенсионный договор) - соглашение между фондом и вкладчиком фонда (далее - вкладчик), в соответствии с которым вкладчик обязуется уплачивать пенсионные взносы в фонд, а фонд обязуется выплачивать участнику (участникам) фонда (далее - участник) негосударственную пенсию; договор об обязательном пенсионном страховании - соглашение между фондом и застрахованным лицом в пользу застрахованного лица или его правопреемников, в соответствии с которым фонд обязан при наступлении пенсионных оснований осуществлять назначение и выплату застрахованному лицу накопительной пенсии и (или) срочной пенсионной выплаты или единовременной выплаты либо осуществлять выплаты правопреемникам застрахованного лица.

В соответствии с п. 1 ст. 36.11 Закона о негосударственных пенсионных фондах застрахованное лицо до обращения за установлением накопительной пенсии, срочной пенсионной выплаты, единовременной выплаты средств пенсионных накоплений может воспользоваться правом на переход из фонда в фонд не чаще одного раза в год путем заключения договора об обязательном пенсионном страховании с новым фондом и направления в Пенсионный фонд Российской Федерации заявления о переходе (заявления о досрочном переходе) из фонда в фонд. 

Заявление застрахованного лица о переходе из фонда в фонд направляется им в Пенсионный фонд Российской Федерации не позднее 1 декабря текущего года. Такое заявление застрахованное лицо вправе подать в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации лично или направить иным способом. В последнем случае установление личности и проверка подлинности подписи застрахованного лица осуществляется нотариусом или органом, с которым Пенсионным фондом заключено соглашение о взаимном удостоверении подписей. Договор об обязательном пенсионном страховании заключается на неопределенный срок и может быть изменен или расторгнут в соответствии, с указанным Федеральным законом. Типовая форма договора об обязательном пенсионном страховании утверждается Банком России (ст. 36.3, 36.7, п. 3 ст. 36.11 Закона о негосударственных пенсионных фондах). 

Договор об обязательном пенсионном страховании должен быть заключен надлежащими сторонами и соответствовать законодательству Российской Федерации (п. 1 ст. 36.4 Закона о негосударственных пенсионных фондах). 

В соответствии со ст. 36.2, 36.11 Закона о негосударственных пенсионных фондах фонд, осуществляющий деятельность по обязательному пенсионному страхованию, обязан уведомлять в порядке, определяемом Банком России, Пенсионный фонд Российской Федерации о вновь заключенных договорах об обязательном пенсионном страховании в течение одного месяца со дня их подписания. 

Положениями п. 6.1 ст. 36.4 Закона о негосударственных пенсионных фондах предусмотрено, что в случае, если после внесения изменений в единый реестр застрахованных лиц будет установлено, что договор об обязательном пенсионном страховании заключен ненадлежащими сторонами, такой договор подлежит прекращению в соответствии с абз. 7 п. 2 ст. 36.5 указанного Закона. 

Требования к договору об обязательном пенсионном страховании установлены ст. 36.3 Закона о негосударственных пенсионных фондах.

Так, договор об обязательном пенсионном страховании должен заключаться на неопределенный срок и может быть изменен или расторгнут в соответствии с указанным Федеральным законом, содержать страховой номер страхового свидетельства обязательного пенсионного страхования застрахованного лица, указание фамилии, имени и отчества застрахованного лица, в том числе фамилию, которая была у застрахованного лица. 

На основании п. 4 ст. 36.10 Закона о негосударственных пенсионных фондах заявление зарегистрированного лица о переходе в фонд из Пенсионного фонда Российской Федерации подлежит рассмотрению Пенсионным фондом Российской Федерации в срок до 1 марта года, следующего за годом подачи застрахованным лицом такого заявления.

Из п. 8.1 ст. 36.11 Закона о негосударственных пенсионных фондах следует, что Пенсионный фонд Российской Федерации уведомляет застрахованное лицо и фонд, с которым застрахованным лицом заключен договор об обязательном пенсионном страховании, о внесении изменений в единый реестр застрахованных лиц или об отказе во внесении изменений в единый реестр застрахованных лиц с указанием причин отказа не позднее 31 марта года, в котором Пенсионным фондом Российской Федерации рассмотрено заявление застрахованного лица о переходе (заявление застрахованного лица о досрочном переходе) из фонда в фонд.

С целью проверки доводов истца о том, что подписи в заявлении и договоре ему не принадлежат, по делу была назначена судебная почерковедческая экспертиза. 

Как следует из поступившего в суд заключения эксперта от 18 сентября 2020 года № 31, подписи от имени ФИО1, изображение которых имеются в копии заявления застрахованного лица от 14 декабря 2017 года о досрочном переходе застрахованного лица из Пенсионного Фонда Российской Федерации в негосударственный пенсионный фонд, осуществляющий деятельность по обязательному пенсионному страхованию, и копии договора об обязательном пенсионном страховании от 20 декабря 2017 года №, заключенного между сторонами в п. 43 договора и разделе «XI. Реквизиты и подписи сторон» после сведений о застрахованном лице, выполнены не ФИО1, а другим лицом.

Оценивая данное заключение эксперта, суд приходит к выводу, что оно отвечает требованиям ст. 84-86 ГПК РФ, экспертиза проведена компетентным экспертом, в соответствии с требованиями ГПК РФ, Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения экспертизы, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, и не заинтересован в исходе настоящего гражданского дела.

Экспертиза содержит описание традиционной методики судебно-почерковедческой экспертизы, изложенной в методических пособиях, поименованных в заключении, на основании выявленного совпадения общих и частных признаков подписи ФИО1 

В исследовательской части описан ход проведенных исследований, выводы эксперта изложены в ясной и понятной форме, основаны на исследованных, имеющихся в материалах гражданского дела образцах подписи истца, каких-либо противоречий и неясностей в заключении эксперта не содержится.

Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, равно как доказательств, позволяющих усомниться в квалификации и полномочиях эксперта, в суд не представлено.

Оснований сомневаться в правильности, обоснованности данного заключения у суда не имеется, необходимости назначения повторной экспертизы по материалам дела не усматривается.

Указанные обстоятельства позволяют признать данное экспертное заключение в качестве допустимого доказательства, подтверждающего факт того, что ФИО1 не подписывала заявление о переходе из Пенсионного фонда Российской Федерации в негосударственный пенсионный фонд и договор об обязательном пенсионном страховании от ДД.ММ.ГГГГ №.

Исходя из совокупности имеющихся в деле доказательств, суд приходит к выводу, что ФИО1 волеизъявление на заключение договора об обязательном пенсионном страховании от ДД.ММ.ГГГГ № не выражал и указанный договор не подписывал, а доводы ответчика об обратном являются несостоятельными.

При таких обстоятельствах заявленные требования о признании недействительным договора об обязательном пенсионном страховании от 20 декабря 2017 года № являются обоснованными и подлежащими удовлетворению. 

Согласно абз. 7 п. 2 ст. 36.5 Закона о негосударственных пенсионных фондах договор об обязательном пенсионном страховании прекращается в случае признания судом договора об обязательном пенсионном страховании недействительным. 

В соответствии с п. 5.3 ст. 36.6 Закона о негосударственных пенсионных фондах при наступлении обстоятельства, указанного в абз. 7 п. 1 указанной статьи, фонд обязан передать предыдущему страховщику по обязательному пенсионному страхованию средства пенсионных накоплений, определенные в порядке, установленном п. 2 ст. 36.6-1 указанного Федерального закона, а также проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, определяемые в соответствии со ст. 395 ГК РФ, и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица, в срок не позднее 30 дней со дня получения фондом соответствующего решения суда и в этот же срок известить об этом Пенсионный фонд Российской Федерации, который на основании указанного извещения фонда вносит соответствующие изменения в единый реестр застрахованных лиц и уведомляет об этом застрахованное лицо при личном обращении застрахованного лица в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации, а также путем направления застрахованному лицу уведомления в форме электронного документа с использованием единого портала государственных и муниципальных услуг.

В случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Представленными в материалы дела доказательствами, в частности выпиской о состоянии пенсионного счета накопительной пенсии застрахованного лица подтверждается факт передачи 27 марта 2018 года ответчику из Пенсионного фонда Российской Федерации средств пенсионных накоплений истца в размере 94 564 руб. 57 коп. 

Расчет процентов, с учетом их уточнения представленный стороной истца, судом проверен, соответствует требованиям п. 5.3 ст. 36.6 Закона о негосударственных пенсионных фондах, ст. 395 ГК РФ, поэтому признается правильным и принимается во внимание. 

Учитывая признание судом недействительным договора об обязательном пенсионном страховании, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований о возложении на ответчика обязанности передать в Государственное учреждение - Пенсионный фонд Российской Федерации денежные средства пенсионных накоплений ФИО1 в размере 94 564 руб. 57 коп., проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений истца за период с 27 марта 2018 года по 29 мая 2020 года в размере 14577 руб. 35 коп., а также средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений на формирование пенсионных накоплений ФИО1, в срок не позднее 30 дней со дня получения решения суда (в соответствии с п. 5.3 ст. 36.6 Закона о негосударственных пенсионных фондах).

По требованиям о признании незаконными действий по использованию персональных данных истца, суд приходит к следующему. 

Отношения, связанные с обработкой персональных данных регулируются положениями Федерального закона от 27.07.2006 N 152-ФЗ "О персональных данных" (далее Закон N 152-ФЗ).

Согласно ч. 1 ст. 5 Закона N 152-ФЗ обработка персональных данных должна осуществляться на законной и справедливой основе.

Положениями п. 1 ч. 1 ст. 6 Закона N 152-ФЗ предусмотрено, что обработка персональных данных осуществляется с согласия субъекта персональных данных на обработку его персональных данных.

Как следует из ч. 1 ст. 14 Закона N 152-ФЗ субъект персональных данных вправе требовать от оператора, в том числе уничтожения персональных данных, в случае если персональные данные являются незаконно полученными.

Учитывая вышеизложенные нормы, регулирующие отношения, связанные с обработкой персональных данных, с учетом того, что ответчик персональные данные истца получил незаконно, согласия на обработку персональных данных она не давала, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца о признании незаконным использование персональных данных.

Разрешая требование о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к следующему. 

Согласно ч. 2 ст. 24 Закона N 152-ФЗ моральный вред, причиненный субъекту персональных данных вследствие нарушения его прав, нарушения правил обработки персональных данных, установленных настоящим Федеральным законом, а также требований к защите персональных данных, установленных в соответствии с настоящим Федеральным законом, подлежит возмещению в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Поскольку доказательств наличия согласия истца на обработку его персональных данных суду не представлено, как и доказательств наличия иных условий законности их обработки, руководствуясь положениями ст. ст. 150, 151 ГК РФ, постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суд приходит к выводу о том, что действиями ответчика нарушены права истца на защиту его персональных данных и наличии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей. 

Разрешая вопрос о судебных расходах, суд приходит к следующему.

В силу ст. 88 ГПК РФ в состав судебных расходов включаются государственная пошлина и издержки, связанные с рассмотрением дела. 

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Исходя из положений ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, подп. 8 п. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ), если истец был освобожден от уплаты государственной пошлины, то она взыскивается в бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований, исходя из той суммы, которую должен уплатить истец, если бы он не был освобожден от уплаты государственной пошлины.

Поскольку исковые требования искового заявления подлежат удовлетворению, то с ответчика подлежит взысканию в доход бюджета муниципального образования «Город Магадан» государственная пошлина исходя из количества и характера заявленных требований в размере, установленном подп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ, то есть в сумме 1800 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 заявленные прокурором города Магадана в её интересах к акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» о признании договора об обязательном пенсионном страховании недействительным, возложении обязанности передать в Государственное учреждение - Пенсионный фонд Российской Федерации денежные средства пенсионных накоплений, проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений, признании незаконным использование персональных данных, компенсации морального вреда - удовлетворить.

Признать недействительным договор об обязательном пенсионном страховании от 20 декабря 2017 года №, заключенный между акционерным обществом «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» и ФИО1. 

Применить последствия недействительности сделки, обязав акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» в течение 30 (тридцати) календарных дней со дня получения настоящего решения передать в Государственное учреждение - Пенсионный фонд Российской Федерации денежные средства пенсионных накоплений ФИО1 в размере 94 564 (девяносто четыре тысячи пятьсот шестьдесят четыре) рубля 57 копеек, проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений ФИО1 за время их нахождения в акционерном обществе «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» в период с 27 марта 2018 года по 29 мая 2020 года в размере 14 577 (четырнадцать тысяч пятьсот семьдесят семь) рублей 35 копеек, а также средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений на формирование пенсионных накоплений ФИО1.

Признать незаконным использование акционерным обществом «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» персональных данных ФИО1.

Взыскать с акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5 000 (пять тысяч) рублей.

Взыскать с акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» в доход бюджета муниципального образования «Город Магадан» государственную пошлину в сумме 1 800 (одна тысяча восемьсот) рублей.

Решение может быть обжаловано в Магаданский областной суд через Магаданский городской суд Магаданской области в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения суда.

Установить день изготовления мотивированного решения суда - 14 октября 2020 года.

Судья Свиридова С.А.