РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

02 июля 2019 года 

<

адрес>

Заводской районный суд 

<

адрес> Республики в составе:

председательствующего судьи Мормыло О.В.,

при секретаре ФИО12,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО1 и ФИО8 об устранении препятствий в пользовании и распоряжении квартирой, признании добросовестным приобретателем и выселении из квартиры, иску ФИО1 к ФИО2 и ФИО8 об оспаривании договоров купли-продажи, свидетельства о праве на наследство, аннулировании записей о регистрации прав, признании недостойным наследником и признании права собственности на квартиру в порядке наследования по завещанию, а также по встречному иску ФИО8 к ФИО1 об оспаривании завещания,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском, который в ходе рассмотрения дела уточнила и окончательно предъявила требования к ФИО3, ФИО1 и ФИО8 и просила признать ФИО2 добросовестным приобретателем спорной квартиры по указанному адресу; выселить из спорной квартиры ФИО3 и ФИО1.

Привлеченный к участию в деле ФИО1 заявил самостоятельный иск к ФИО2 и ФИО8, в котором просил: признать за ним, ФИО1 право собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> (Революции), 

<

адрес> по праву наследования по завещанию; признать недействительным свидетельство о праве на наследство по закону, выданное на имя ФИО8 на квартиру по указанному адресу; признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ на 

<

адрес> на имя ФИО5 ФИО10, представленный ФИО8 при оформлении наследственных прав; признать ФИО8 недостойным наследником после смерти ФИО5 ФИО10, умершей ДД.ММ.ГГГГ; признать недействительным договор купли-продажи, заключенный между ФИО8 и ФИО2 на 

<

адрес>; аннулировать в Едином государственном реестре недвижимости сведения о государственной регистрации права собственности ФИО2 на квартиру по адресу: 

<

адрес>.

Привлеченный к участию в качестве соответчика по иску ФИО1 – ФИО8 заявил встречный иск к ФИО1, в котором просил признать завещание от ДД.ММ.ГГГГ от имени ФИО5 ФИО10, выданное на 

<

адрес> по проспекту Революции 

<

адрес> – недействительным.

Участвующие в судебном заседании ФИО2 и ее представитель ФИО13, действующая по доверенности со всеми правами, предусмотренными ст.54 ГПК РФ, на своих уточненных исковых требованиях настаивали, иск ФИО1 не признали, иск ФИО8 поддержали, в обоснование своей позиции по делу ссылались на ранее данные по делу объяснения и изложенные в иске и уточнении к нему обстоятельства, согласно которых ФИО2 заключала договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: ЧР, 

<

адрес> ФИО8 в 2018 году с последующей государственной регистрацией права собственности ФИО2 в ЕГРН. После чего по семейным обстоятельствам находилась за пределами республики и по приезду обнаружила, что в данной квартире проживает и без ее ведома пользуется квартирой некая ФИО9 Петимат, личность которой истица затем уточнила и указала, что проживающая в квартире женщина в действительности – ФИО3 по паспорту. Далее ФИО2 и ее представитель, уточняя свои требования, указывали, что на момент приобретения квартира не была обременена правами третьих лиц, в залоге не состояла, после заключения договора и передачи денег ФИО8 открыл ей дверь в квартиру, они ее осмотрели, она осталась довольна ее состоянием, а перед своим уходом ФИО25 отдал ей ключ от входной двери в квартиру. Затем она уехала, а, приехав вновь через некоторое время, увидела, что дверь в квартиру заменили, поставили новую, зайти в квартиру она не смогла и от соседей узнала о том, что в квартиру вселилась ФИО23 (ФИО9) А.А. Ссылаясь на заключение и исполнение договора ФИО2 на основании ст.ст.454 и 223 ГК РФ полагает себя добросовестным приобретателем, тем более что в квартире зарегистрированных лиц не было. 

Также в судебном заседании ФИО2 показала, что о продаже квартиры узнала из объявления в Авито, долго подбирала себе квартиру, зная о распространенных спорах между различными лицами относительно прав на одну и ту же квартиру, до этого с ФИО8 знакома не была. После встречи они вместе обратились в МФЦ, рядом с которым заключили договор в простой письменной форме, не желая нести расходы на нотариуса, затем заплатила ФИО8 2 миллиона рублей, хотя тот сначала требовал за 

<

адрес> рублей, кто присутствовал при передаче денег, она не помнит, расписок не оформляли, после чего сдали документы на регистрацию. Указанная квартира находилась в 1 подъезде на 3 этаже, дверь прямо по лестнице, состояла из двух комнат, окно одной из них выходило на «площадь» в районе «барского» дома, в одной из комнат был балкон, но истица туда не выходила. Осматривали квартиру один раз, весной прошлого года, в квартире никого не было на момент осмотра, дверь открывал продавец, ключом, который затем передал ей. В квартире находилась некоторая мебель, в том числе диван, но продавец заверил, что скоро все освободят. Затем истица просила своего представителя ФИО13 проверить квартиру на предмет принадлежности продавцу, та заверила ее в юридической читоте, так как продавец был единственным сыном бывшей собственницы и вступил в наследство при отсутствии других претендентов, его право было зарегистрировано, она не была «отказной». О наличии других наследников, претендующих на наследство истица не выясняла. Из документов на квартиру продавец предъявлял свидетельство о праве на наследство и свидетельство о государственной регистрации своего права из Росреестра, других документов, в том числе договоров на имя умершей владелицы ей не передавал. Расходы на содержание квартиры после оформления договора и регистрации перехода права ФИО2 не оплачивала, полагала об отсутствии у нее такой обязанности, ссылалась на занятость квартиры ответчиками.

ФИО1 и участвующие в суде его представители ФИО14 и ФИО15, действующие по доверенности со всеми правами, предусмотренными ст.54 ГПК РФ, исковые требования ФИО2 и ФИО8 не признали, на своем иске настаивали, в обоснование своих требований и возражений ссылались на обстоятельства, изложеные в данных в суде объяснениях и изложенные в иске ФИО1, согласно которых ФИО5 ( мать ФИО8 и бабушка ФИО1) проживала с ФИО1 и его матерью ФИО6 – дочерью ФИО5 в Москве, в последний год плохо передвигалась, умерла также в Москве, они организовали ее похороны, а ФИО8 с ней не жил, не виделся и не общался, появился лишь на похоронах. Спорная квартира была оформлена на имя ФИО5, хотя была приобретена ее дочерью, поэтому одновременно с оформлением квартиры на имя ФИО5 ею было у того же нотариуса оформлено завещание на имя ее внука – ФИО1 Так как ФИО1 не успевал сам оформить наследство, он выдал доверенность ФИО14, на основании которой она пыталась подать документы нотариусу в Грозном, но здесь у нее документы не приняли, указали на то, что умершая была зарегистрирована, проживала и умерла в Москве, поэтому рекомендовали ей обращаться за принятием наследства в Москве, где для удостоверения действительности завещания запрашивали архивы Грозненской нотариальной конторы, но выяснилось, что они утрачены. После чего они узнали от матери ФИО14 - ФИО3, которую они попросили пожить в квартире и присмотреть за ней, чтобы она не пустовала, о визите ФИО8 в квартиру, когда он сначала сообщил о том, что выгодно продал свою квартиру в соседнем подъезде и купил жилье в Сочи и автомашину, а потом стал утверждать, что и эта квартира его, у него есть на нее какие-то документы, требовал от ФИО3 освободить квартиру. После произошедшего скандала с телефонными разговорами между ФИО8, ФИО1, ФИО14, последняя вновь обратилась к нотариусу и выяснила через запросы, что ФИО8 обратился за принятием наследства на квартиру и оформил его, после чего узнала о заключенном им договоре купли-продажи. При этом ФИО14 утверждала в суде, что никакого осмотра квартиры ФИО2 не было, так как ФИО3 постоянно находилась в квартире и никуда из нее не выходила, жила там, дверей не менла, там были ее вещи, единственный раз туда приходил ФИО8 один с претензиями, у них и состоялся тот самый скандал. В связи с этим полагала, что ФИО8 не может быть признан законным наследником, а ФИО2 не является добросовестным приобретателем.

Представитель ФИО3 и ФИО1 – ФИО15 ссылалась в суде на изложенные в иске ФИО1 обстоятельства, согласно которых ДД.ММ.ГГГГ указанная квартира была приобретена ФИО5 у ФИО16 с заключением договора купли-продажи у нотариуса ФИО19 и одновременным оформлением в тот же день у того же нотариуса завещания на имя ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ ФИО5, проживавшая с 2012 года в 

<

адрес> с ФИО1, его матерью ФИО6, умерла. После ее смерти ФИО1 не стал сразу заниматься оформлением наследства, имея на руках все подлинные правоустанавливающие документы на квартиру, завещание и оплачивая коммунальные услуги, полагал, что успеет это сделать в любое время. Ближе к концу шестимесячного срока для принятия наследства он выдал доверенности на имя жены - ФИО14 и тещи – ФИО3 с правом заниматься оформлением наследства, по которым его супруга обращалась к нотариусу по месту нахождения квартиры – в 

<

адрес>, затем по месту жительства и смерти наследодателя – в 

<

адрес>, где им снова рекомендовали обратиться к нотариусу в 

<

адрес>, после чего было выявлено, что наследственное дело уже имеется и что нотариус ФИО17 выдала свидетельство о праве на наследство на квартиру на имя ФИО8, а после получения выписки из ЕГРН стало известно о регистрации права на квартиру на имя ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ При этом ФИО1 узнал, что для оформления наследства ФИО8, знавший о хранении подлинного договора на имя ФИО5 у ФИО1, представил нотариусу другой поддельный договор на имя ФИО5 с теми же датой и регистрационным номером, но отличающийся формой бланка, подписями участвовавших в сделке лиц, то есть незаконно завладел квартирой. Указанные действия ФИО1 полагает основанием для признания ФИО8 недостойным наследником в силу ч.1 ст.1117 ГК РФ с изъятием у него приобретенного таким образом наследства и устранением его из числа наследников. При этом ФИО1 ссылался в иске на то, что ФИО8 на протяжении долгих лет перед смертью не общался с матерью, не поддерживал с ней родственных отношений, не помогал ей, не ухаживал за ней, не навещал, несмотря на то, что она в последние годы была прикована к постели и самостоятельно не передвигалась. Также ФИО1 указывал на то, что расходы по содержанию квартиры, ее ремонт и сохранность обеспечивал он, а не ФИО8, все расходы по организации похорон бабушки осуществлял тоже только он, к нему перешли ее другие личные вещи. Сделку между ФИО8 и ФИО2 в своем иске ФИО1 полагал недействительной с аннулированием записи о регистрации перехода права собственности, ввиду несоответствия действительности изложенных в договоре сведений об осмотре квартиры, передаче ее покупателю, а также из-за того, что квартира не была свободной, в ней проживала теща ФИО1 – ФИО3, а указанная в договоре покупная цена также далека от реальной. 

ФИО8 иск ФИО2 поддержал, иск ФИО1 не признал, на своих заявленных в суде исковых требованиях настаивал, в обоснование ссылался на обстоятельства изложенные в объяснениях по делу и в его встречном иске, согласно которых утверждал, что является наследником своей матери ФИО5 по закону, сомнений в этом ни у кого из родственников не возникало, квартира была куплена им и его матерью в 1997 году у ФИО24 после разрушения в первую военную кампанию 

<

адрес>, в котором они ранее проживали, поэтому в данном доме ими были куплены две квартиры (одна – на имя ФИО8, вторая на имя его матери ФИО5). Его сестры данные квартиры с ним не оспаривают, а указанное ФИО1 завещание, по мнению ФИО8, не могло быть оформлено в день заключения договора купли-продажи, так как в тот период ФИО1 с ФИО5 мало общался, проживал отдельно в 

<

адрес>. Указанный договор купли-продажи 1997 года на имя ФИО5 был зарегистрирован только в БТИ 

<

адрес> лишь ДД.ММ.ГГГГ, поэтому нотариус не мог удостоверить завещание до момента регистрации договора, что, по мнению ФИО8 должно вызвать сомнения в законности этих документов. Кроме того, ФИО8 обратил внимание на отсутствие личной подписи ФИО5 в завещании, а также на ссылки на статьи ГК, не имеющие отношения к существу завещания. Продажу квартиры он обосновал нуждаемостью в иногороднем лечении, в силу наличия у него инвалидности 1 группы с 2003 года, и в постороннем уходе по настоящее время. 

В судебном заседании ФИО8 подтвердив изложенные сведения, дополнительно сообщил, что его сестры и мать никогда не работали, а средства на приобретение квартир достались его матери по наследству от его отца и его умершей сестры. До 2014 года он навещал мать, проживавшую у его сестры, но ФИО1 с ней не жил, а в 2014 году ФИО8 уехал из Москвы в Грозный и был прописан в этой квартире, у него была и своя квартира, в соседнем подъезде, которую по соглашению с его бывшей супругой о разделе имущества досталась ему и затем он ее продал. Также ФИО8 утверждал, что при оформлении наследства сообщал нотариусу о том, что у него есть еще две сестры, но отказ их от наследства не получал, полагал себя единственным наследником как единственный сын, где и как получал адресную справку на имя матери, не помнит. ФИО8 пояснил, что имел ключ от спорной квартиры, которым и открывал дверь, когда показывал квартиру ФИО2, на тот момент в квартире был диван и большой телевизор, вероятно принадлежавшие его матери, сам он в этой квартире не жил. Договор с ФИО2 они оформили и сдали через МФЦ, расположенный недалеко от МВД по ЧР, подписывал договор он в машине, затем забрал деньги и ушел. При этом ФИО8 указал, что денег было меньше, чем он сначала просил за квартиру, около двух миллионов, расписок не составляли, никто кроме ФИО2 при этом не присутствовал. После сдачи документов в МФЦ сказали, что документы можно будет забрать через две недели в регистрационной службе, но туда он не ходил. Показывал он ей квартиру один раз, при этом предъявлял свидетельство о праве на наследство и договор купли-продажи, квартира была зарегистрирована на его имя. Кроме того, в суде ФИО8 утверждал, что подлинник договора купли-продажи на квартиру, предъявленный им нотариусу при оформлении наследства, ему передала мать в 2007 году, тогда он жил с ней, других документов она ему не передавала, а этот договор не был зарегистрирован в регистрационной службе, в объявлении о продаже квартиры он цену не указывал, 

Привлеченные к участию в деле в качестве третьих лиц ФИО6, ФИО18 и Управление Росреестра по ЧР, а также прокурор 

<

адрес>, извещенные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в суд не явились, об отложении слушания дела не просили, каких-либо ходатайств или заявлений не предъявили, в связи с чем с согласия явившихся сторон дело рассмотрено в отсутствие третьих лиц и прокурора.

Выслушав стороны и их представителей, исследовав материалы дела, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьями 12 и 56 ГПК РФ правосудие осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон и каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ч.2 ст.68 ГПК РФ признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств.

В судебном заседании всеми участвующими лицами было признано, что 

<

адрес> (ныне – бульвар имени М.Эсамбаева) в 

<

адрес> ЧР была приобретена у ФИО4 по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному с ФИО5, удостоверенному нотариусом Грозненского городского нотариального округа ЧР ФИО19, и принадлежала ФИО5 на праве собственности к моменту ее смерти, наступившей ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>.

Согласно ч.ч.5-7 ст.67 ГПК РФ, при оценке документов или иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документ или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств; при оценке копии документа или иного письменного доказательства суд проверяет, не произошло ли при копировании изменение содержания копии документа по сравнению с его оригиналом, с помощью какого технического приема выполнено копирование, гарантирует ли копирование тождественность копии документа и его оригинала, каким образом сохранялась копия документа; суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен и не передан суду оригинал документа, и представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой, и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств.

В материалы дела были представлены два экземпляра договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, сторонами в которых указаны ФИО4 и ФИО5 с отметками об удостоверении нотариусом Грозненского городского нотариального округа ЧР ФИО19 и регистрацией в реестре за № и регистрацией в БТИ 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ.

При этом ФИО1 свой экземпляр договора на имя ФИО5 представил в суд в подлиннике, а ФИО8 имевшийся у него экземпляр договора на имя ФИО5 в подлиннике в суд не представил, ссылался на его утерю, но утверждал, что предъявлял его нотариусу ФИО17 при оформлении на себя наследства на указанную квартиру, в связи с чем судом был истребован указанный договор у нотариуса Грозненского городского нотариаьного округа ЧР ФИО17, которая сообщила о возвращении подлинника договора ФИО8 и представила из нотариального дела копию предъявленного им договора, на которой ею были учинены отметки о сверении с подлинником ДД.ММ.ГГГГ и о выдаче свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ.

Допрошенная в рамках судебного поручения по делу свидетель ФИО19 в Петродворцовом районном суде Санкт-Петербурга ДД.ММ.ГГГГ показала, что действительно работала нотариусом Грозненского городского нотариального округа с 1995 по 1998 год, признала принадлежность ей подписи на подлиннике указанного договора от ДД.ММ.ГГГГ, а на копии принадлежность ей подписи отрицала, заявив, что копия договора ею не составлялась, подтвердила использование бланка договора между ФИО4 и ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ, представленного в подлиннике, указав, что только он один соответствует текстам удостоверявшихся ею сделок, а также сообщила о том, что машинописный текст договора на подлиннике бланка составляла секретарь, а рукописные записи – она.

При оценке действительности двух указанных экземпляров договора суд учитывает также и имеющееся несоответствие в указании статей гражданского законодательства в тексте копии договора, представленного из наследственного дела, предъявленного туда ФИО8, а именно в этой копии договора в п.6 имеется ссылка на ст.107 ГК РСФСР, а в удостоверительной надписи от имени нотариуса ссылка на ст.239 ГК РСФСР, хотя раздел I «Общие положения» и раздел II «Право собственности» Гражданского кодексв РСФСР утратил силу с ДД.ММ.ГГГГ (Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ №52-ФЗ "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"), а раздел III «Обязательственное право» – c ДД.ММ.ГГГГ (Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ №15-ФЗ "О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации"). В этой связи имеющиеся ссылки на ст.209,218,223,288,454-491,549-559 ГК РФ в пункте 5 и ссылки на ст.131 ГК РФ в удостоверительной надписи нотариуса в подлиннике бланка договора соответствуют действовавшему в период времени совершения сделки между ФИО4 и ФИО5 гражданскому законодательству РФ.

Изложенные обстоятельства свидетельствуют, что в наследственное дело №, открытое после смерти ФИО5 у нотариуса Грозненского городского нотариального округа ЧР ФИО17, ФИО8 вместе с заявлением о принятии наследства от ДД.ММ.ГГГГ (согласно внутренней описи представленной в суд копии наследственного дела) была сдана копия договора, имеющего признаки подложного документа, со сведениями, реквизитами и на бланке, не соответствующими действительности. В связи с чем суд приходит к выводу, что подлинный экземпляр договора, заключенного между ФИО4 и ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ и удостоверенного нотариусом ФИО19 Р№ находился в распоряжении ФИО1, которым и был представлен в суд.

В своих показаниях в суде ФИО8 утверждал, что сообщал нотариусу о наличии кроме него еще двух дочерей умершей, его сестер, относящихся к числу наследников.

Однако, из представленных в суд копий наследственного дела № судом усматривается, что ФИО8 в своем заявлении о принятии наследства от ДД.ММ.ГГГГ, заявляя о выдаче ему свидетельства о праве на наследство по закону указывал, что «других наследников, предусмотренных статьями 1142,1146,1147,1148 Гражданского кодекса Российской Федерации, кроме указанных выше, НЕ ИМЕЕТСЯ», а выше указывал в качестве наследника только себя.

При этом, из представленных в дело и исследованных судом заявления ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ Р№ и выписки из реестра нотариальных действий нотариуса 

<

адрес> ФИО20 за 2015 год, книга №, том 2, реестр №, усматривается, что к указанному нотариусу обращалась ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р., зарегистрированная по адресу: 

<

адрес>, с заявлением в котором указывала о своей осведомленности о наличии завещания ее матери ФИО5 ФИО10, умершей ДД.ММ.ГГГГ, в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., при этом отказывалась от своей обязательной доли в наследстве.

Факт своего родства с ФИО6, подавшей данное заявление, ФИО8 подтвердил в судебном разбирательстве, но не указал нотариусу при своем обращении ни об этой сестре, ни о завещании на имя племянника ФИО1 

Кроме того, вместе указанным заявлением согласно описи наследственного дела № от ФИО8 нотариусу была предоставлена справка отдела адресно-справочной работы УВД МВД РФ по ЧР, датированная ДД.ММ.ГГГГ с подписью неустановленного лица, без расшифровки и не скрепленная печатью данного государственного органа, в которой указано, что ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженка 

<

адрес> ЧИАССР, документированная паспортом 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ выданным ОВД 

<

адрес> ЧР, зарегистрирована по адресу: ЧР, 

<

адрес>, ул.

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ без указания адреса убытия на другое место жительства.

Вместе с тем, из представленной ФИО1 в суд выписки из домовой книги № 

<

адрес>.4 по 

<

адрес> административного округа 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, документированная паспортом гражданина РФ 

<

...>, выданным ДД.ММ.ГГГГ ОВД 

<

адрес> прибыла на новое место жительства в 

<

адрес> указанного дома в 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ с прежнего места жительства в 

<

адрес>, а затем была выписана из этого жилого помещения в 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ в связи со смертью, зарегистрированной ДД.ММ.ГГГГ Академическим отделом ЗАГС Управления ЗАГС Москвы актовой записью №. 

Таким образом, исследованными в суде доказательствами подтверждается, что ФИО8 представил нотариусу при открытии наследственного дела к имуществу умершей ФИО5 не соответствующие действительности договор купли-продажи квартиры и адресную справку о последнем месте жительства умершей, а также сообщил не соответствующие действительности сведения об отсутствии иных наследников, после чего добился получения свидетельства о праве на наследство на указанную квартиру только на свое имя.

В соответствии с ч.1 ст.1117 ГК РФ не наследуют ни по закону, ни по завещанию граждане, которые своими умышленными противоправными действиями, направленными против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, способствовали либо пытались способствовать призванию их самих или других лиц к наследованию либо способствовали или пытались способствовать увеличению причитающейся им или другим лицам доли наследства, если эти обстоятельства подтверждены в судебном порядке. 

В силу ч.3 ст.1117 ГК РФ лицо, не имеющее права наследовать или отстраненное от наследования на основании настоящей статьи (недостойный наследник), обязано возвратить в соответствии с правилами главы 60 настоящего Кодекса все имущество, неосновательно полученное им из состава наследства.

Согласно ч.4 ст.1117 ГК РФ, правила настоящей статьи распространяются на наследников, имеющих право на обязательную долю в наследстве.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что ФИО8 действительно свособствовал призванию себя самого к наследованию и увеличению причитающейся ему доли наследства, путем предоставления нотариусу не соответствующей действительности информации о составе наследников, последнем месте жительства наследодателя и правоустанавливающем документе на наследственное имущество, в связи с чем должен быть признан недостойным наследником с отстранением его от наследования после смерти ФИО5, а равно с признанием недействительным выданного на имя ФИО8 свидетельства о праве на наследство от ДД.ММ.ГГГГ Р№-н/20-2018-1-728 на указанную квартиру.

При разрешении заявленных ФИО1 требований о признании права на наследственное имущество и встречных исковых требований заявленных ФИО8 об оспаривании представленного завещания ФИО5 на имя ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ Р№ судом усматривается, что данное завещание представлено в суд в подлиннике с учинением на нем записей, подписей и печатей, соответсвующих записям, подписям и печатям, учиненным в также представленном по данному делу подлиннике договора купли-продажи между ФИО4 и ФИО5, удостоверенном нотариусом Грозненского городского нотариального округа ЧР ФИО19 ДД.ММ.ГГГГ в реестре №.

При этом в ходе ее допроса в качестве свидетеля в рамках судебного поручения в Петродворцовом районном суде Санкт-Петербурга ДД.ММ.ГГГГ ФИО19 признала и подтвердила подлинность своих подписей на данном завещании, а также удостоверение ею этого завещания ДД.ММ.ГГГГ, указала, что отсутствие личной подписи, при наличии рукописной записи фамилии имени отчества, не является нарушением, так как завещатель писал это лично. Наличие данного завещания и его действительность подтвердила и дочь умершей – ФИО6 в своем заявлении нотариусу 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ Р№.

Доводы ФИО8 о недействительности этого завещания со ссылкой на наличие в его тексте указания на ст.535 ГК РФ не могут быть приняты судом, так как на момент оформления данного завещания при регулировании наследственных отношений действовали нормы раздела VII «Наследственное право» ГК РСФСР, в том числе статья 535, предусматривавшая право на обязательную долю в наследстве, то есть прямо относящаяся к данному документу.

Ссылки ФИО8 на недействительность завещания по мотивам отсутствия на момент его оформления государственной регистрации права собственности завещателя ФИО5 на спорную квартиру, в связи с регистрацией договора на ее имя в БТИ 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ, также не опровергают действительности данного завещания, так как право наследодателя на указанное наследственное имущество было зарегистрировано к моменту смерти ФИО5, а факт приобретения ею данной квартиры по указанной сделке ФИО8 признавал в судебном заседании, воля завещателя на распоряжение данным имуществом отражена в завещании прямо, открыто, недвусмысленно, с указанием всех данных завещателя, наследника и завещенного имущества. Доказательств и доводов о фальсификации завещания в суде ФИО8, заявивший иск о его оспаривании, не представил, а возражавшая против иска ФИО1 и поддерживавшая иск ФИО8 – ФИО2 к числу наследников бывшей собственницы квартиры не относится, на момент оформления данного завещания, а равно на момент открытия и принятия наследства на данную квартиру никаких прав и законных интересов в отношении данной квартиры еще не имела.

При таких обстоятельствах, с учетом выявленной недобросовестности самого ФИО8 при оформлении наследственных прав в отношении имущества умершей ФИО5, суд находит необходимым в удовлетворении его встречного иска к ФИО1 отказать, а исковые требования ФИО1 – удовлетворить, признав за ним право собственности на указанную квартиру по праву наследования по завещанию. 

При разрешении исковых требований ФИО1 к ФИО8 и ФИО21 об оспаривании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО8 и ФИО2 на вышеназванную квартиру суд исходит из следующего.

Как следует из официального толкования положений законодательства, содержащегося в пунктах 35 и 36 постановлении Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», (далее - постановление Пленума №), если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301,302 ГК РФ). Когда в такой ситуации предъявлен, иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные ст.301, 302 ГК РФ.

Согласно абзацу первому пункта3 статьи166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Исходя из системного толкования пункта1 статьи1, пункта3 статьи166 и пункта2 статьи168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Как следует из материалов дела, спорная квартира находится в фактическом владении ФИО1 и членов его семьи, которые ею пользуются на момент поступления данного дела в суд, а учитывая заявленные ФИО1 требования о признании за ним права собственности на спорную квартиру, защита его прав возможна лишь путем применения последствий недействительности сделки, так как в случае признания ее таковой и аннулирования произведенных на ее основании записей о государственной регистрации перехода права на имя ФИО2, ФИО1 сможет беспрепятственно зарегистрировать свое право на квартиру и распорядиться им по своему усмотрению.

При таких обстоятельствах, оснований для разрешения данного иска согласно положений ст.ст.301,302 ГК РФ судом не усматривается, ввиду того, что ФИО2 не владеет спорным имуществом, а лишь заключала договор с ФИО8, на основании которого была произведена государственная регистрация права на квартиру на ее имя.

В соответствии со ст.218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества, а в случае смерти гражданина право собственности на принадлежащее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

При этом исходя из ч.1 и 2 ст.223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором, а когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом. Согласно статей 550,558 ГК РФ договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (п.2 ст.434 ГК РФ); существенным условием договора продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры, в которых проживают лица, сохраняющие в соответствии с законом право пользования этим жилым помещением после его приобретения покупателем, является перечень этих лиц с указанием их прав на пользование продаваемым жилым помещением. Кроме того, в силу ст.ст.455 и 485 ГК РФ условия об объекте сделки (товаре) и цене товара являются существенными для всех договоров купли-продажи.

Вместе с тем, установленная по настоящему делу недействительность предъявленного ФИО8 нотариусу нотариусу Грозненского городского нотариального округа ЧР ФИО17 в наследственное дело № договора от ДД.ММ.ГГГГ на 

<

адрес> на имя ФИО5, а также выданного на имя ФИО8 свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ Р№-н/20-2018-1-728 на указанную квартиру, свидетельствует о том, что ФИО8 при заключении сделки с ФИО2 законным собственником квартиры не являлся и права распоряжаться ею не имел.

Кроме того, из объяснений ФИО8 и ФИО2, а также из представленных в суд копий реестрового дела № Управления Росреестра по ЧР, судом усматривается, что указанный договор от ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 и ФИО2 заключали в простой письменной форме в неустановленном месте. При этом содержание п.1 данного договора, в котором продавец лишь обязался передать, а покупатель принять и оплатить квартиру не соответствуют содержанию п.8 того же договора, так как в случае передачи имущества при заключении договора, в пункте 1 договора было бы указано об уже совершенной или совершаемой при подписании договора передачи имущества и денег, а не об обязательствах совершить это в будущем, как это указано в данном случае.

В суде ФИО8 и ФИО2 утверждали, что осматривали спорную квартиру один раз, однако точную дату осмотра сообщить не смогли, равно как и описать квартиру, являвшуюся объектом сделки, в своих показаниях о времени осмотра противоречили друг другу, поэтому эти доводы суд не может признать достоверными. Тем боле, что ФИО2 в своих объяснениях в суде указывала, что осмотреть квартиру до заключения договора неоднократно не удавалось из-за проживавших там лиц, поэтому квартиру она осматривала уже после совершения сделки, когда ФИО8 отдал ей ключ от квартиры, а ФИО8 пояснял в суде, что после подписания договора и получения денег у МФЦ сразу ушел. Изложенные ФИО8 и ФИО2 обстоятельства осмотра квартиры не соответствуют установленным в суде обстоятельствам проживания в этой квартиры сначала квартирантов ФИО1, а затем и его тещи – ФИО3 с требованиями о выселении которой и обратилась в суд ФИО2 Кроме того, ФИО2 признала в суде наличие чужих вещей и мебели в квартире в момент ее осмотра, при этом описывая обстоятельства этого осмотра фактически признала, что не осматривала все помещения квартиры, состояние и обстановку описать не смогла. Также из показаний ФИО2 в суде следует, что она не проявила должной заботливости и осмотрительности при совершении данной сделки, не предприняла всех необходимых мер по получению полной и достоверной информации относительно владельцев квартиры, лиц, претендующих на нее и проживающих в ней, ее показания относительно перечня документов, предъявлявшихся ей ФИО8 при согласовании покупки квартиры отличаются от показаний ФИО8 

В этой связи суд приходит к выводу, что содержание пунктов 5 и 7 договора от ДД.ММ.ГГГГ также не соответствует действительности.

В своих показаниях в суде ФИО2 и ФИО8 называли разные суммы покупной цены переданной при заключении договора: 2800000 рублей, 2000000 рублей, около двух миллионов рублей, которые ни в одном из указанных ими размерах не соответствуют цене договора, указанной в пункте 3 заключенного ими договора, где указано 900000 рублей, при том что в тексте указано, что соглашение о цене является существенным условием договора. Из показаний ФИО2 и ФИО8 следует, что расписок о передаче денег ими также не составлялось, в связи с чем доказательств фактического передачи покупной цены и ее действительного размера в суд не представлено.

Из показаний ФИО2 следует, что она так и не вступила во владение квартирой, не осуществляет ее содержание, коммунальные платежи, что не соответствуют положениям пункта 12 и 13 данного договора от ДД.ММ.ГГГГ 

В целом, все изложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что заключенный между ФИО8 и ФИО22 договор от ДД.ММ.ГГГГ должен быть признан недействительным в виду его несоответствия требованиям действующего законодательства, то есть по основаниям ст.168 ГК РФ данный договор является ничтожным и не порождающим правовых последствий. С учетом того, что ФИО2 во владение данной квартирой не вступила, а ФИО8, как было установлено судом, ввиду недействительности представленного им договора, и оформленного на его имя свидетельства о праве на наследство и признанием недостойным наследником с отстранением его от наследования, данная квартира не подлежит возвращению ФИО8 в связи с недействительностью договора с ФИО2, а учитывая отсутствие в суде доказательств фактической передачи денег в согласованном размере, оснований для возвращения ФИО22 каких-либо денежных средств также не усматривается, поэтому единственным последствием недействительности данной сделки судом признается необходимость аннулирования произведенной на имя ФИО2 записи о государственной регистрации перехода права собственности на данную квартиру в ЕГРН, вытекающая из ст.58 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГг. №218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости".

В соответствии со ст.35 ЖК РФ, в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.

Отсутствие у ФИО2 законно возникшего права собственности на жилое помещение, являющееся предметом спора по настоящему делу, наряду с признанием недействительным заключенного ею с ФИО8 договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ с аннулированием записи о государственной регистрации перехода права собственности на квартиру на ее имя, признанием права собственности на квартиру за ФИО1 в порядке наследования по завещанию, свидетельствует о необходимости отказа ФИО2 в удовлетворении заявленных ею исковых требований о выселении из спорной квартиры ФИО3 и ФИО1

Доводы ФИО2 о признании ее добросовестным приобретателем спорной квартиры не подлежат разрешению, ввиду отсутствия предъявленного к ней иска об истребовании имущества из чужого незаконного владения и выявленной судом необходимостью разрешения требований ФИО1 об оспаривании сделок, в том числе договора на имя ФИО2 безотносительно к положениям ст.301,302 ГК РФ, на основании ст.166-168 ГК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 – отказать.

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 и ФИО8 – удовлетворить.

Признать за ФИО1 право собственности на квартиру с кадастровым номером 20:17:0000000:143993, общей площадью 48,4 кв.м., расположенную по адресу: 

<

адрес> (Революции), 

<

адрес> по праву наследования по завещанию.

Признать недействительным свидетельство о праве на наследство по закону, выданное ДД.ММ.ГГГГ нотариусом Грозненского городского нотариального округа ЧР ФИО17 Р№-н/20-2018-1-728 на имя ФИО8 на квартиру по адресу: 

<

адрес> (Революции), 

<

адрес>.

Признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ на 

<

адрес> на имя ФИО5 ФИО10, представленный ФИО8 при оформлении наследственных прав нотариусу Грозненского городского нотариального округа ЧР ФИО17 в наследственное дело № к имуществу ФИО5

Признать ФИО8 недостойным наследником после смерти ФИО5 ФИО10, умершей ДД.ММ.ГГГГ и отстранить его от наследования.

Признать недействительным договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО8 и ФИО2 на 

<

адрес>.

Аннулировать в Едином государственном реестре недвижимости запись № от ДД.ММ.ГГГГ о государственной регистрации права собственности ФИО2 на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>.

В удовлетворении исковых требований ФИО8 – отказать.

Решение суда может быть обжаловано участвующим лицами, а прокурором внесено представление в апелляционном порядке в Верховный Суд ЧР через Заводской районный суд 

<

адрес> ЧР в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме. 

Резолютивная часть решения суда оглашена в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ

Полный мотивированный текст решения суда изготовлен ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий: О.В Мормыло