Судья Нечаев С.А. Дело № 44-у-126/2019

Апелляционная инстанция:

председательствующий, докладчик – Василевский С.В.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

президиума Тверского областного суда

город Тверь 23 сентября 2019 года

Президиум Тверского областного суда в составе:

председательствующего Андреанова Г.Л., 

членов президиума: Золина М.П., Улыбиной С.А., Райкеса Б.С., Чеботаевой Е.И.,

с участием заместителя прокурора Тверской области Никифорова С.А.,

осужденного ФИО1. посредством видеоконференц-связи,

адвоката Беляковой Н.Н., 

при секретаре Леонтьевой Л.В.,

рассмотрел в судебном заседании дело по кассационной жалобе адвоката Беляковой Н.Н. в защиту интересов осужденного ФИО1 на приговор Осташковского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное постановление Тверского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ.

Указанным приговором 

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> 

<

адрес>, несудимый,

признан виновным по ч. 4 ст. 264 УК РФ и осужден к наказанию в виде лишения свободы сроком на 3 года с отбыванием в колонии – поселении, с лишением права управлять транспортными средствами на срок 3 года.

Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения. 

Срок отбытия наказания исчислен с 23 ноября 2017 года с зачетом времени его содержания под стражей с 05 сентября по 22 ноября 2017 года.

Судьба гражданского иска и вещественных доказательств разрешена.

Взысканы с ФИО1 в доход федерального бюджета судебные издержки в сумме 12550 рублей.

Апелляционным постановлением Тверского областного суда от 24 января 2018 года приговор в отношении ФИО1 оставлен без изменения, апелляционная жалоба осужденного – без удовлетворения. 

Постановлением Московского районного суда г. Твери от 30 августа 2018 года вышеуказанные судебные акты приведены в соответствие с действующим законодательством – на основании п. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 03 июля 2018 года № 186-ФЗ) зачтено в срок лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей с 05 сентября 2017 года по 24 января 2018 года из расчета один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в колонии – поселении, с учетом положений ч. 3.3 ст. 72 УК РФ.

Постановлением того же суда от 23 октября 2018 года, оставленным без изменения апелляционным постановлением Тверского областного суда от 11 декабря 2018 года, удовлетворено представление врио начальника ФКУ ИК-1 УФСИН России по 

<

адрес> об изменении вида исправительного учреждения в отношении осужденного – ФИО1 переведен из колонии – поселения в исправительную колонию общего режима.

Заслушав доклад судьи Власова А.А., изложившего обстоятельства дела, содержание судебных решений, доводы кассационной жалобы защитника и мотивы постановления о ее передаче для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции, выступление осужденного и защитника, поддержавших доводы кассационной жалобы последней, мнение заместителя прокурора Тверской области Никифорова С.А., полагавшего судебные решения подлежащими изменению, президиум Тверского областного суда

установил:

приговором суда ФИО1 признан виновным и осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, находящимся в состоянии опьянения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление имело место ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении инкриминируемого ему преступления признал полностью.

В кассационной жалобе защитник, не оспаривая квалификацию и доказанность содеянного осужденным, и, ссылаясь на совокупность смягчающих обстоятельств и наличие тяжелого заболевания у ФИО1, - туберкулеза, обнаруженного во время нахождения в следственном изоляторе, и не учтенного, по ее мнению, при вынесении приговора, ставит вопрос об изменении обжалуемых судебных актов со смягчением назначенного ее подзащитному наказания. 

Изучив истребованные материалы уголовного дела, доводы кассационной жалобы, президиум Тверского областного суда полагает, что судебные решения подлежат изменению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Такого характера нарушения норм процессуального права допущены по данному делу.

При этом, виновность ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, подтверждена совокупностью доказательств, изложенных в приговоре.

Все доказательства, положенные в основу приговора, судом тщательно проверены, проанализированы и оценены с точки зрения относимости, допустимости и достоверности в соответствии со ст.ст. 87, 88 УПК РФ.

Юридическая оценка действий ФИО1 по ч. 4 ст. 264 УК РФ является правильной и в кассационной жалобе не оспаривается.

Наказание осужденному, вопреки утверждению защитника об обратном, назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, исходя из характера и степени общественной опасности содеянного, всех известных данных о личности виновного, а также иных значимых обстоятельств, в том числе смягчающих, к которым отнесены – полное признание вины, чистосердечное раскаяние в содеянном, добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного преступлением, состояние здоровья, обусловленного, в том числе, наличием заболевания – туберкулез.

Утверждение защитника об обратном, со ссылкой на выявление данного заболевания у ее подзащитного во время нахождения в следственном изоляторе и не учтенного судом при назначении наказания, противоречит материалам уголовного дела.

Так, согласно протоколу заседания суда первой инстанции (л.д. 93 т. 3) на вопрос защитника ФИО11 о наличии каких-либо травм, подсудимый, среди прочего, указал о наличии у него в настоящее время, помимо туберкулеза, язвы желудка. 

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденного, судом не установлено.

Суд мотивировал в приговоре необходимость исправления ФИО1 лишь в условиях изоляции от общества.

При этом, каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью осужденного, его поведением во время и после совершения преступлений и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного деяния, что, в свою очередь, могло бы свидетельствовать о необходимости применения в отношении него положений ч. 6 ст. 15, ст.ст. 64, 73 УК РФ, судом не установлено, и из представленных материалов не усматривается.

Характеристика личности осужденного, его отношение к содеянному, влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи, оценены судом с учетом имеющихся в деле сведений.

Из приведенного следует, что при решении вопроса о виде и размере основного наказания были учтены все обстоятельства, заслуживающие внимания, в том числе и те, на которые ссылается защитник в кассационной жалобе, в связи с чем его нельзя признать несправедливым вследствие чрезмерной суровости, поскольку оно отвечает закрепленным в уголовном законодательстве Российской Федерации целям исправления осужденных и предупреждения совершения ими новых преступлений, а также принципам справедливости и гуманизма. 

Таким образом, по существу все те обстоятельства, на которые защитник акцентирует внимание в кассационной жалобе, суду были известны и надлежащим образом учтены при решении вопроса о виде и размере наказания.

Иные доводы кассационной жалобы, в которых защитник выражает несогласие с постановлением о переводе осужденного из колонии – поселения в исправительную колонию общего режима, не могут быть предметом рассмотрения в рамках настоящего кассационного производства.

Вместе с тем президиум полагает, что при назначении дополнительного наказания и разрешении вопроса о распределении процессуальных издержек судом допущено существенное нарушение уголовного и уголовно-процессуального законов, которое не было своевременно устранено апелляционной инстанцией.

Неправильным применением уголовного закона является нарушение требований Общей части УК РФ.

Статьей 47 УК РФ предусмотрен такой вид дополнительного наказания, как лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Руководствуясь положениями данной статьи, суд мотивировано назначил ФИО1 дополнительное наказание в виде лишения права управлять транспортными средствами сроком на 3 года.

Однако, подобное описание дополнительного наказания не отвечает как требованиям ст. 47 УК РФ, так и санкции ч. 4 ст. 264 УК РФ и нуждается в уточнении исходя из положений п. «б» ст. 44 УК РФ.

Помимо этого, по смыслу ст. 132 УПК РФ и разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам», в состав процессуальных издержек не входят суммы, израсходованные на производство судебной экспертизы в государственных судебно-экспертных учреждениях (экспертных подразделениях), поскольку их деятельность финансируется за счет средств федерального бюджета или бюджетов субъектов Российской Федерации.

В силу ч. 8 ст. 11 Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» в случае невозможности производства судебной экспертизы в государственном судебно-экспертном учреждении, обслуживающем определенную территорию, в том числе, в связи с отсутствием эксперта конкретной специальности, судебная экспертиза может быть произведена государственными судебно-экспертными учреждениями, обслуживающими другие территории.

Поэтому лица, в отношении которых проводятся подобные экспертные исследования в иных, негосударственных экспертных учреждениях, могут рассчитывать на освобождение от возмещения затрат на их производство.

Взыскав расходы по выплате вознаграждения за производство экспертизы в ООО «Артэкс» с осужденного ФИО1 в размере 12000 рублей, суд фактически возложил на него дополнительную обязанность.

Допущенные судом нарушения уголовного и уголовно-процессуального законов не позволяют признать судебные решения в отношении ФИО1 отвечающим требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ и являются достаточным основанием для их изменения.

Исходя из изложенного, руководствуясь ст. ст. 401.14, 401.15 УПК РФ, президиум Тверского областного суда

постановил:

кассационную жалобу адвоката ФИО9 в защиту интересов осужденного ФИО1 удовлетворить частично.

Приговор Осташковского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное постановление Тверского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ изменить:

-уточнить, что ФИО1 назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 3 года;

-уменьшить сумму процессуальных издержек, подлежащих взысканию с осужденного ФИО1 в доход федерального бюджета, до 550 рублей.

В остальной части судебные решения в отношении ФИО1 оставить без изменения.

Председательствующий Г.Л. Андреанов