Председательствующий Бастрикова С.С. Дело № 22-964/2021

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Курган 15 июня 2021 г.

Курганский областной суд в составе председательствующего Андреевой С.В.

при секретаре Варлаковой Ю.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам защитников осужденного ФИО1 – Владимирова Б.А. и Кузьмина В.Г. на приговор Мишкинского районного суда Курганской области от 15 марта 2021 г., по которому

ФИО1 

<

...> 

<

...>, несудимый,

осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к 1 году ограничения свободы с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев с установлением ограничений и возложением обязанности, предусмотренных ст. 53 УК РФ.

В силу п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ от назначенного наказания ФИО1 освобожден.

Постановлено взыскать с ФИО1 в счет компенсации морального вреда в пользу потерпевшей ФИО20 М.Н. 400000 руб.

Заслушав пояснения осужденного ФИО1 и его защитников – Владимирова Б.А. и Кузьмина В.Г., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Никитченко В.А. об отсутствии основания для отмены приговора, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

по приговору суда ФИО1 признан виновным в нарушении Правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью ФИО21.

Преступление совершено 27 сентября 2018 г. на территории Мишкинского района Курганской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании Шехтман виновным себя не признал.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Владимиров просит приговор отменить, ФИО1а оправдать. Указывает, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. Считает, что вина ФИО1а не доказана, положенные в основу приговора доказательства вызывают сомнение. Ссылаясь на постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № от 

<

...>, указывает, что уголовная ответственность может наступить только при условии, если наступившие последствия находятся в причинной связи с допущенными лицом нарушениями Правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, что в ходе рассмотрения уголовного дела не нашло своего подтверждения. Невиновность ФИО1а в совершении преступления подтверждается его показаниями, согласно которым водитель автомобиля «Рено Логан» внезапно выехал из-за грузового автомобиля, при этом, совершая маневр поворот налево, сигнал поворота не показал, совершил поворот при наличии сплошной линии разметки, чем создал для него аварийную ситуацию, которую он воспринял как опасность, принял меры к предотвращению ДТП, но поскольку участок дороги имел закругление влево относительно направления его движения, автомобиль занесло и произошло столкновение; показаниями свидетеля ФИО33, пояснившего, что, по его мнению, виновным в ДТП является водитель автомобиля «Рено Логан», который, поворачивая на прилегающую территорию, ввел водителя «Киа Соренто» в заблуждение; свидетеля ФИО1, пояснившей, что навстречу их автомобилю неожиданно выехал автомобиль и стал пересекать дорогу, в результате чего ее супруг ФИО1 с целью избежать столкновения резко затормозил, автомобиль занесло в правую сторону и он съехал на обочину, где произошло ДТП, а так же показаниями специалистов ФИО38 и ФИО45, заключениями проведенных ими экспертиз. Считает, что с технической точки зрения с момента появления у Шехтмана возможности видеть автомобиль «Рено Логан», движущийся за автопоездом ему навстречу, траектория движения данного автомобиля должна квалифицироваться как неконтролируемое отклонение ТС от продольной оси дороги в сторону проезжей части, предназначенной для встречного движения, что создавало для ФИО1а аварийную ситуацию, которую предотвратить технически не представлялось возможным. Считает, что водитель «Рено Логан» нарушил требования ч. 1 п. 2.3.1, ч. 1 п. 8.1, ч. 1 п. 8.8 Правил дорожного движения, а действия ФИО1а соответствовали требованиям ч. 2 ст. 10.1 указанных Правил и не состояли в причинно-следственной связи с имевшем место ДТП. Полагает, что позиция стороны обвинения о том, что факт ДТП, повлекший причинение тяжкого вреда здоровью, свидетельствует о виновности водителя ФИО1а, является ошибочной, поскольку представленные стороной защиты доказательства с достоверностью подтверждают, что в сложившейся дорожно-транспортной обстановке ФИО1 действовал правомерно и нарушений Правил дорожного движения не допускал. 

В апелляционной жалобе защитник Кузьмин В.Г. просит приговор отменить, ФИО1а оправдать. Указывает что предъявленное ФИО1у обвинение не нашло своего подтверждения в судебном заседании, уголовное дело рассмотрено с обвинительным уклоном. Показания свидетеля Свидетель №3 и потерпевшей ФИО22 противоречат данным, зафиксированным на видеозаписи с видеорегистратора. Следователем в ходе предварительного следствия не проведена фототехническая экспертиза, позволяющая определить скорость автомобиля «Рено Логан» в момент его выезда на полосу встречного движения. Показания потерпевшей ФИО23 и эксперта ФИО51 в приговоре указаны не в полном объеме. В ходе судебного заседания на вопросы защитника эксперты ФИО53 и ФИО56 пояснили, что на место ДТП не выезжали, наличие поворота на данном участке дороги не учитывали, о причинах нарушения методики, разработанной автоэкспертом ФИО39, на которую ссылаются в экспертном заключении, пояснить не смогли. Суд необоснованно посчитал заключения экспертов ФИО40 и ФИО46 как единую комиссионную автотехническую судебную экспертизу, в то время как указанные эксперты, не общаясь между собой, после предъявления им всех материалов и с учетом реальных событий, имевших место 27 сентября 2018 г., сделали свои выводы в двух разных заключениях. Суд не изложил в приговоре показания экспертов ФИО41 и ФИО47, необоснованно отнесся к показаниям эксперта ФИО48, выезжавшего на место ДТП и исследовавшего дорогу, критически, не дал оценки заключению и показаниям ФИО42 о том, что эксперты ФИО54 и ФИО57 неверно использовали его методику. Суд неправильно оценил, что водитель ФИО1 не принял всех необходимых мер для предотвращения столкновения, что подтверждается схемой ДТП, а также первой проведенной по делу автотехнической экспертизой, где указано, что следы торможения должны начинаться на асфальте. Считает, что суд необоснованно взыскал с ФИО1а в качестве компенсации морального вреда 400000 руб., поскольку не установлено, повлияли ли телесные повреждения от ДТП у потерпевшей на наличие у нее боли в голове в настоящее время. Ходатайства стороны защиты о назначении комиссионных судебно-медицинской и автотехнической экспертиз оценки в приговоре не получили. 

В возражениях на апелляционную жалобу защитника Кузьмина государственный обвинитель Сапожников просит оставить ее без удовлетворения, приговор – без изменения.

Апелляционное представление государственным обвинителем Сапожниковым отозвано до начала рассмотрения дела судом апелляционной инстанции и производство по нему прекращено. 

Проверив материалы дела, доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

Суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и сделал обоснованный вывод о доказанной виновности ФИО1а в содеянном на основе исследованных в судебном заседании доказательств, анализ и оценка которых приведены в приговоре в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ. 

В качестве доказательств виновности осужденного суд обоснованно сослался на показания потерпевшей ФИО24, свидетелей Свидетель №3, ФИО34, Свидетель №1, ФИО58, экспертов ФИО52 и ФИО60, протокол осмотра места происшествия, заключения экспертов и другие документы, содержание и доказательственное значение которых приведены в приговоре. 

Доводы апелляционных жалоб о невиновности ФИО1а в совершении инкриминируемого преступления повторяют содержание доводов стороны защиты в судебном разбирательстве дела, которые судом первой инстанции были тщательно проверены и оценены. Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции суд апелляционной инстанции не находит. 

Так, из показаний потерпевшей ФИО25, свидетеля Свидетель №3 следует, что в районе р.п. Мишкино они решили остановиться возле придорожного кафе, расположенного с левой стороны по ходу движения. Следуя за большегрузным автомобилем, Свидетель №3, управляя автомобилем «Рено Логан», сбавил скорость, включил сигнал поворота и приблизился к прерывистой линии дорожной разметки. В этот момент ФИО26 отвернулась, а Свидетель №3 видел, что по встречной полосе движется легковой автомобиль «Киа Соренто», который находился на расстоянии не менее 50 м. Данное расстояние Свидетель №3 оценил как безопасное, после чего приступил к повороту. В момент, когда он пересек полосу встречного движения, увидел, что автомобиль «Киа Соренто» начал притормаживать, после чего его выбросило на обочину, затем он свернул с занимаемой им полосы на прилегающую к кафе территорию, и на расстоянии 5–7 м. от автодороги допустил столкновение с его автомобилем «Рено Логан». В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО27 получила телесные повреждения.

Согласно заключению эксперта № у ФИО28 уставлены телесные повреждения в виде закрытой травмы груди: множественных переломов 3-11 ребер справа с повреждением правого легкого, травматического гемопневмоторакса справа, двустороннего ушиба легких, подкожной эмфиземы, осложнившейся травматическим шоком 1-2 степени в совокупности причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения. Данные телесные повреждения образовались от действия твердого тупого предмета (предметов) в конкретном ДТП 27 сентября 2018 г. (т. 1 л.д. 173-174).

Из показаний свидетелей - инспекторов ДПС МО МВД России «Юргамышский» ФИО35 и ФИО59, данных в ходе следствия, следует, что, прибыв на место ДТП, было установлено, что на территории, прилегающей к кафе «Фея», находятся два автомобиля с механическими повреждения. У автомобиля «Рено Логан» повреждения располагались в правой части, а у автомобиля «Киа Соренто» - в передней левой части. На расстоянии около 5 м. от правого края полосы движения в направлении из г. Челябинска в г. Курган было обнаружено повреждение асфальтового покрытия. В ходе осмотра места ДТП и транспортных средств в автомобиле «Киа Соренто» был обнаружен видеорегистратор, при просмотре записи которого было установлено, что автомобиль «Рено Логан» поворачивал с полосы движения из г. Курган к кафе «Фея», а водитель автомобиля «Киа Соренто», обнаружив это, изменил направление своего движения в сторону кафе и также выехал на прилегающую территорию, где допустил столкновение с автомобилем «Рено Логан». При осмотре места ДТП от полосы движения из г. Челябинска в г. Курган был виден тормозной путь в виде параллельных линий к месту с повреждением покрытия асфальта. 

Свидетель Свидетель №1 показал, что в дежурную часть ПСЧ-31 поступило сообщение о ДТП на автодороге «Иртыш» возле кафе «Фея». По прибытию на место он увидел, что на автостоянке кафе находятся два автомобиля с механическими повреждениями. У автомобиля «Рено Логан» была повреждена правая задняя часть, заблокирована дверь, на заднем пассажирском сиденье находилась женщина, которая была в шоковом состоянии. На полосе движения со стороны г. Челябинска в г. Курган имелись следы торможения, ведущие на автостоянку кафе.

В ходе осмотра места происшествия был осмотрен участок автодороги «Иртыш» и прилегающая к кафе «Фея» территория. В ходе осмотра от 

<

...> были обнаружены автомобили «Рено Логан» и «Киа Соренто» с механическими повреждениями, следы их движения. В автомобиле «Киа Соренто» обнаружен видеорегистратор, в карте памяти которого находилась видеозапись, зафиксировавшая обстоятельства ДТП. В ходе осмотра автомобили и карта памяти были изъяты (т. 1 л.д. 14-32, т. 2 л.д. 77-85).

В ходе осмотра карты памяти на видеофайле запечатлен участок автодороги с двумя полосами движения, по которому движется автомобиль «Рено Логан», выполняющий маневр поворот налево из-за попутного следующего грузового автомобиля. В это время автомобиль, на котором ведется видеосъемка, меняет направление своего движения направо, после чего на прилегающей территории происходит его столкновение с поворачивающим автомобилем (т. 2 л.д. 133-137).

Согласно заключению эксперта № в данной дорожно-транспортной ситуации при заданных исходных данных, исходя из имеющихся материалов и представленной видеозаписи, с технической точки зрения водитель автомобиля «Рено Логан» своими действиями не создавал помеху для движения водителю автомобиля «Киа Соренто», поскольку водитель автомобиля «Рено Логан» освободит занимаемую водителем автомобиля «Киа Соренто» полосу проезжей части раньше, чем последний достигнет условной линии места разъезда, при движении с постоянной скоростью, как рассчитанной 97,9 км/ч (превышающей максимально разрешенную), так и с максимально разрешенной на участке ДТП 90 км/ч. В том случае, если водитель автомобиля «Киа Соренто» с учетом его субъективного восприятия сложившейся дорожно-транспортной ситуации воспринял действия водителя автомобиля «Рено Логан» как опасность для дальнейшего движения, в соответствии с требованием абзаца 2 пункта 10.1 ПДД РФ водитель автомобиля «Киа Соренто» должен был принять меры к предотвращению происшествия путем торможения. Поскольку в рассматриваемой ситуации водитель автомобиля «Киа Соренто» имел возможность осуществить разъезд с автомобилем «Рено Логан» даже не снижая скорости своего движения, водитель автомобиля «Киа Соренто» будет располагать технической возможностью избежать столкновения с автомобилем «Рено Логан» путем применения своевременного торможения (как в экстренном, так и не в экстренном режиме) в занимаемой полосе проезжей части с момента выезда последнего на его полосу движения (заданный эксперту момент возникновения опасности) (т. 1 л.д. 240-243).

Согласно заключению комиссионной автотехнической экспертизы № в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации с технической точки зрения водитель автомобиля «Рено Логан» своими действиями не создавал помехи либо опасности для дальнейшего движения водителю автомобиля «Киа Соренто», т.е. в условиях места происшествия при движении автомобиля «Киа Соренто» в занимаемой полосе проезжей части без увеличения скорости столкновение транспортных средств исключалось. Таким образом, действия водителя автомобиля «Рено Логан» соответствовали требованиям абзаца 1 пункта 8.1 и абзаца 1 пункта 8.8 ПДД при выполнении им маневра поворота налево вне перекрестка. В том случае, если в условиях места происшествия водитель автомобиля «Киа Соренто» воспринял действия водителя автомобиля «Рено Логан» как опасность для дальнейшего движения (хотя с технической точки зрения, эти действия не создают ни помехи, ни опасности), водитель автомобиля «Киа Соренто» должен был применить регламентированные Правилами дорожного движения действия для предотвращения столкновения меры к снижению скорости. Экспертным путем установлено, что в случае применения водителем автомобиля «Киа Соренто» как служебного (не экстренного) торможения, так и торможения с максимальным замедлением в занимаемой полосе проезжей части, в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации столкновение транспортных средств исключается. Для предотвращения происшествия в данном случае водителем автомобиля «Киа Соренто» был применен маневр смещения вправо, с выездом за пределы занимаемой полосы проезжей части, с последующим (либо одновременным) применением торможения. С технической точки зрения применение водителем автомобиля «Киа Соренто» маневра в данной дорожно-транспортной ситуации не является оправданным, поскольку столкновение с автомобилем «Рено Логан» представлялось возможным избежать без применения маневра, при условии продолжения движения в занимаемой полосе как с применением торможения, так и без него. Таким образом, в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации действия водителя автомобиля «Киа Соренто» не соответствовали требованиям абзаца 1 пункта 8.1 ПДД. В рассматриваемой ситуации эксперты допускают, что водитель автомобиля «Киа Соренто» в силу индивидуальных особенностей и субъективной оценки сложившейся ситуации мог воспринять действия водителя автомобиля «Рено Логан», связанные с выездом из занимаемой полосы, как опасность для дальнейшего движения, и в этом случае он обязан был принять меры к снижению скорости в соответствии с требованиями абзаца 2 пункта 10.1 ПДД. Дорожно-транспортную ситуацию, сложившуюся на момент начала выезда автомобиля «Рено Логан» из занимаемой полосы, нельзя характеризовать как «аварийную» (ситуацию, в которой применение маневра может быть оправданным), поскольку с этого момента времени водитель автомобиля «Киа Соренто» имеет возможность избежать происшествия не только регламентированными ПДД действиями (торможением), но и без применения каких-либо действий, продолжая двигаться в занимаемой полосе проезжей части без увеличения скорости. С технической точки зрения действия водителя автомобиля «Рено Логан» не создавали помехи для движения водителю автомобиля «Киа Соренто», и в рассматриваемой ситуации его действия не могут являться необходимым условием для возникновения происшествия. При этом, даже если водитель автомобиля «Киа Соренто» воспринял ситуацию как опасную, и при данном условии допустить, что действия водителя автомобиля «Рено Логан» в рассматриваемой ситуации являются необходимым условием для возникновения происшествия, они (действия водителя автомобиля «Рено Логан») не являются достаточными для того, чтобы происшествие произошло. Достаточным условием в данном случае являются действия водителя автомобиля «Киа Соренто», связанные с применением маневра смещения вправо за пределы занимаемой полосы, которые не соответствовали требованиям абзаца 1 пункта 8.1 ПДД. В данной дорожно-транспортной ситуации при заданных исходных данных и имеющихся материалах с технической точки зрения несоответствие действий водителя автомобиля «Киа Соренто» требованиям абзаца 1 пункта 8.1 ПДД находятся в причинной связи с фактом ДТП (т.2 л.д. 41-54).

Эксперты ФИО61 и ФИО55 выводы экспертизы подтвердили и показали, что в ходе проведения комиссионной автотехнической экспертизы на основании предоставленных следователем данных и поставленных вопросов с технической точки зрения было установлено, что действия водителя «Киа Соренто» состоят в причинно-следственной связи с наступившим ДТП. Водитель автомобиля «Рено Логан» своими действиями не создавал помехи либо опасности для движения автомобиля «Киа Соренто». Применение экстренных мер со стороны водителя автомобиля «Киа Соренто» не требовалось. При сохранении скорости движения и при движении в границах занимаемой полосы без увеличения скорости водителем автомобиля «Киа Соренто», который двигался с превышением максимально разрешенной скорости, имел возможность для безопасного разъезда с автомобилем «Рено Логан» в границах занимаемой полосы. Выехав на прилегающую территорию, водитель автомобиля «Киа Соренто» создал помеху для водителя автомобиля «Рено Логан». Отсутствие на схеме ДТП изображения закругления дороги не влияет на выводы экспертов, поскольку данная кривизна является незначительной.

Вопреки доводам апелляционных жалоб приговор соответствует требованиями ст. 307 УПК РФ, содержит изложение доказательств, а также суждения о том, по каким основаниям судом были приняты одни доказательства и отвергнуты другие. Судом первой инстанции правильно оценены показания потерпевшей, свидетелей, противоречия в которых устранены как путем оглашения показаний, данных в ходе предварительного расследования, так и путем сопоставления с иными доказательствами с приведением в приговоре убедительных мотивов принятого решения.

Каких-либо противоречий в выводах суда о доказательствах, которые исследовались в судебном заседании и получили оценку в приговоре, из материалов дела не усматривается, не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах по делу отсутствуют. Переоценка доказательств, изложенная в апелляционных жалобах, не основанная на совокупности всех доказательств, исследованных по делу, на выводы суда апелляционной инстанции о законности и обоснованности принятого судом решения не влияет.

Суд правильно признал достоверными и не противоречащими друг другу показания потерпевшей и свидетелей, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются другими доказательствами. Оснований для оговора осужденного потерпевшей и свидетелями судом первой инстанции не установлено, не усматривает их и суд апелляционной инстанции.

Вопреки доводам жалобы противоречия в показаниях свидетеля ФИО36, данных в судебном заседании, о том, что, по его мнению, виновным в ДТП является водитель автомобиля «Рено Логан» устранены путем оглашения его показаний об обстоятельствах ДТП, данных в ходе предварительного следствия, которые свидетель подтвердил. Оглашенные показания свидетеля ФИО37 согласуются с совокупностью исследованных доказательств по делу, в том числе заключениями экспертов, показаниями свидетелей.

Заключениям экспертов, имеющимся в материалах дела, судом дана надлежащая оценка. Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что достоверность выводов экспертных заключений сомнений не вызывает, поскольку они аргументированы и основаны на результатах объективных экспертных исследований.

Выводы экспертов, содержащиеся в экспертных (комиссионных) заключениях 5/1031 и 5/195, даны на основании представленных в их распоряжение документов. Экспертами даны конкретные ответы на поставленные вопросы, они предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, являются квалифицированными специалистами, имеют достаточный опыт и стаж экспертной работы, лично не заинтересованы в исходе дела. Указанные заключения выполнены с соблюдением установленного уголовно-процессуального порядка и соответствующих методик экспертных исследований, выводы являются научно-обоснованными, полными и достоверными и вопреки доводам жалоб противоречий и неясностей не содержат. Необходимости в проведении повторной комиссионной автотехнической экспертизы, о чем было заявлено ходатайство стороной защиты, не имеется.

Несогласие стороны защиты с оценкой суда первой инстанции заключений специалистов от 30 января 2020 г. и 4 мая 2020 г. и показаний специалистов ФИО49 и ФИО43 на правильность вывода о виновности ФИО1а и законность приговора не влияет. Помимо того обстоятельства, что специалисты, давшие заключение по делу по заявлению одной из сторон, не были предупреждены об уголовной ответственности уполномоченным на то лицом, были ограничены представленными стороной защиты доказательствами и их выводы сделаны без учета всех установленных в ходе следствия обстоятельств, суд апелляционной инстанции также учитывает, что они отвечали на вопросы лишь одной из сторон по делу, вторая сторона была лишена возможности задать интересующие ее вопросы. Мнение специалиста - это толкование знаний в определенной области, между тем выводы заключений сводятся, главным образом, к оценке экспертных заключений, в том числе с точки зрения достоверности, что относится к компетенции суда.

Вопреки доводам жалобы показания специалистов ФИО50 и ФИО44 изложены в приговоре. Данные показания специалистов, а также показания осужденного ФИО1а, свидетеля ФИО62 получили оценку суда в совокупности со всеми исследованными доказательствами по делу, и оснований давать им иную оценку у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО1 правил дорожного движения не нарушал, помеха для движения его автомобиля была создана именно водителем автомобиля «Рено Логан», предпринятые водителем «Киа Соренто» меры при возникновении опасности с целью исключения столкновения являются целесообразными, по делу при проведении автотехнической экспертизы не учтен радиус закругления проезжей части на рассматриваемом участке дороги были предметом проверки и оценки при рассмотрении уголовного дела, мотивы принятого судом решения приведены в приговоре, оснований не согласиться с данными выводами суд апелляционной инстанции не находит.

Судом верно установлено, что водитель автомобиля «Рено Логан» Свидетель №3 помехи либо опасности для дальнейшего движения водителю автомобиля «Киа Соренто» не создавал, при выполнении маневра поворота налево вне перекрестка он убедился в его безопасности, разметка дороги позволяла совершить указанный маневр, перед поворотом Свидетель №3 снизил скорость и включил указатель поворота, то есть его действия соответствовали требованиям абз. 1 п. 8.1 и абз. 1 п. 8.8 ПДД. Указанные обстоятельства подтверждаются совокупностью исследованных доказательств по делу, в том числе протоколом осмотра места происшествия, в котором зафиксирован переход сплошной линии в прерывистую и дальнейший переход снова в сплошную линию, разделяющую проезжую часть на полосы движения по направлениям и обозначающую выезд на прилегающую территорию (т. 2 л.д. 14-32), заключением комиссионной автотехнической экспертизы №, в которой на кадрах видеозаписи зафиксирован маневр автомобиля «Рено Логан» поворот налево на участке проезжей части, где нанесена пунктирная дорожная разметка (изображение №) (т. 2 л.д. 41-54), а также показаниями потерпевшей и свидетелей. 

Исходя из совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, суд обоснованно пришел к выводу о том, что наступившие последствия в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшей ФИО29 находятся в причинной связи с действиями осужденного ФИО1а, который в нарушение требований п. 8.1, ч. 1 10.1, п. 10.3 ПДД РФ не учел интенсивность движения, неверно выбрал скорость, превысив ее, неправильно оценил дорожную обстановку, восприняв маневр автомобиля «Рено Логан», осуществляющего поворот налево с пересечением его полосы движения как опасность, не принял мер к снижению скорости своего автомобиля, вплоть до полной остановки, изменил траекторию движения, применив маневр смещения вправо за пределы занимаемой им полосы, вследствие чего совершил столкновение с автомобилем «Рено Логан», в результате чего пассажирке автомобиля ФИО30 был причинен тяжкий вред здоровью.

Вопреки доводам жалоб судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением принципа состязательности сторон. Судом были созданы все необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. 

Правовая оценка действиям ФИО1а дана судом верно.

При назначении наказания осужденному суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства дела, личность виновного, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

С учетом истечения сроков давности привлечения ФИО1а к уголовной ответственности, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, суд верно освободил его на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УК РФ от назначенного наказания.

Вместе с тем приговор подлежит изменению в связи с существенным нарушением уголовного закона.

Согласно ч. 3 ст. 47 УК РФ лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью может назначаться в качестве дополнительного вида наказания и в случаях, когда оно не предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ в качестве наказания за соответствующее преступление, если с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления и личности виновного суд признает невозможным сохранение за ним права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. 

Суд первой инстанции мотивировал в приговоре необходимость назначения ФИО1у дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами, однако назначил его без ссылки на применение ч. 3 ст. 47 УК РФ в резолютивной части приговора, что являлось обязательным, поскольку санкцией ч. 1 ст. 264 УК РФ назначение дополнительного наказания в виде запрета заниматься определенной деятельностью к основному наказанию в виде ограничения свободы не предусмотрено (п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2008 г. № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения»).

В связи с изложенными обстоятельствами суд апелляционной инстанции считает необходимым изменить обжалуемое судебное решение, исключив из него указание на назначение ФИО1у дополнительного наказания, что на законность и обоснованность принятого судом решения об освобождении ФИО1а от назначенного наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования не влияет.

Гражданский иск потерпевшей ФИО31 разрешен судом правильно. Принимая решение о частичном удовлетворении исковых требований потерпевшей в размере 400 000 руб., суд, руководствуясь положениями ст. 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, учитывал требования разумности и справедливости, а также характер причиненных потерпевшей физических и нравственных страданий, конкретные обстоятельства дела, влияющие на решение суда по предъявленному иску. Оснований для принятия иного решения при разрешении гражданского иска, о чем ставится вопрос в апелляционной жалобе защитника, не имеется.

Оснований ставить под сомнение заключение эксперта № о наличии у ФИО32 телесных повреждений судом первой инстанции не установлено, не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Мишкинского районного суда Курганской области от 15 марта 2021 г. в отношении ФИО1а 

<

...> изменить. 

Исключить указание на назначение ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня его вынесения с подачей кассационных жалобы, представления через суд, постановившей приговор, а по истечении этого срока – непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий