Дело 

<

данные изъяты>а-808/2018

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

<

данные изъяты>

29 октября 2018 года 

<

данные изъяты>

Московский областной суд в составе:

председательствующего судьи Елизаровой М.Ю.

при секретаре Тягай А.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 ича о присуждении компенсации за нарушение права на досудебное производство по уголовному делу в разумный срок, 

у с т а н о в и л :

ФИО1 ич обратился в Московский областной суд с административным исковым заявлением о присуждении компенсации за нарушение права на досудебное производство по уголовному делу в разумный срок, указывая, что является подозреваемым по уголовному делу N530317, возбужденному 

<

данные изъяты> по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.4ст.159 УК РФ. В настоящее время предварительное расследование не окончено, уголовное дело находится в производстве следователя по особо важным делам Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации. Общая продолжительность досудебного производства по уголовному делу составляет 4 года 7 месяцев 29 дней, что нарушает его право на судопроизводство в разумный срок и просит присудить компенсацию в размере 15 000 рублей. Административный истец полагает, что на длительность досудебного производства по уголовному делу повлияли действия органов предварительного расследования, которые, по его мнению, являются не эффективными.

Административный истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом. Представители ФИО2 и ФИО3 в судебном заседании поддержали административное исковое заявление по изложенным в нем основаниям, просили удовлетворить в полном объеме.

Представитель Министерства финансов Российской Федерации по доверенности ФИО4 в судебное заседание явился, против удовлетворения заявленных требований возражала, указав, что административный истец с заявлением об ускорении досудебного расследования уголовного дела не обращался, уголовное дело является объемным и представляет определенную сложность ввиду необходимости совершения следственных действий за пределами Российской Федерации.

Представители заинтересованных лиц Следственного комитета Российской Федерации и Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по 

<

данные изъяты> в судебное заседание явились, против удовлетворения заявленных требований возражали, полагая их необоснованными, пояснили, что нарушения права ФИО1 на досудебное производство по уголовному делу в разумный срок допущено не было, действия органов предварительного расследования являлись эффективными, требования уголовно-процессуального законодательства при расследовании дела соблюдены, уголовное дело является объемным. В ходе предварительного расследования возникла необходимость направления поручения в Республику Кипр на территории которой необходимо проведение следственных действий. 

МВД РФ представителя в суд не направило, извещено. 

Суд, изучив представленные в виду объемности уголовного дела копии процессуальных документов материалов уголовного дела и справку-хронометраж составленную следователем Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации, выслушав объяснения представителей административного истца, представителя административного ответчика Министерства финансов Российской Федерации, представителей заинтересованных лиц находит административное исковое заявление подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Конвенцией о защите прав человека и основных свобод (подписана 

<

данные изъяты> в 

<

данные изъяты>) закреплено право каждого на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона (п. 1 ст. 6).

Согласно ч. 2 ст. 1 Закона о компенсации компенсация за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок присуждается в случае, если такое нарушение имело место по причинам, не зависящим от лица, обратившегося с заявлением о присуждении компенсации, за исключением чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (непреодолимой силы). При этом нарушение установленных законодательством Российской Федерации сроков рассмотрения дела или исполнения судебного акта само по себе не означает нарушения права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок.

Согласно ч. 4 ст. 258 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при рассмотрении административного искового заявления о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок суд устанавливает факт нарушения права административного истца на уголовное судопроизводство в разумный срок исходя из доводов, изложенных в административном исковом заявлении, содержания принятых по уголовному делу судебных актов, из материалов дела и с учетом следующих обстоятельств:

1) правовая и фактическая сложность дела;

2) поведение административного истца и иных участников уголовного процесса;

3) достаточность и эффективность действий суда, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, начальника подразделения дознания, органа дознания, дознавателя, производимых в целях своевременного осуществления уголовного преследования или рассмотрения уголовного дела;

4) общая продолжительность уголовного судопроизводства или применения меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество в ходе уголовного судопроизводства.

В соответствии со ст. 6.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации уголовное судопроизводство осуществляется в разумный срок; уголовное судопроизводство осуществляется в сроки, установленные данным Кодексом, продление этих сроков допустимо в случаях и в порядке, которые предусмотрены названным Кодексом, но уголовное преследование, назначение наказания и прекращение уголовного преследования должны осуществляться в разумный срок; при определении разумного срока уголовного судопроизводства, который включает в себя период с момента начала осуществления уголовного преследования до момента прекращения уголовного преследования или вынесения обвинительного приговора, учитываются такие обстоятельства, как правовая и фактическая сложность уголовного дела, поведение участников уголовного судопроизводства, достаточность и эффективность действий суда, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, органа дознания, начальника органа дознания, начальника подразделения дознания, дознавателя, производимых в целях своевременного осуществления уголовного преследования или рассмотрения уголовного дела, и общая продолжительность уголовного судопроизводства (ч. ч. 1 - 3).

Как предусмотрено ч. 7 ст. 3 Закона о компенсации, в случае установления подозреваемого или обвиняемого заявление о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок может быть подано до прекращения уголовного преследования или до вступления в законную силу обвинительного приговора суда, если продолжительность производства по уголовному делу превысила четыре года и заявитель ранее обращался с заявлением об ускорении его рассмотрения в порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации.

Согласно пункту 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 11 от 

<

данные изъяты> "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок" при исчислении общей продолжительности судопроизводства по уголовному делу, производство по которому не окончено, учитывается период с момента начала осуществления уголовного преследования до дня поступления заявления о компенсации в суд, уполномоченный рассматривать такое заявление.

Моментом начала уголовного преследования, по сути, является начало осуществления любых действий, которые свидетельствуют о том, что к лицу применяются какие-либо принудительные меры или иные меры, направленные на его изобличение, в том числе и до возбуждения уголовного дела.

Как следует из материалов уголовного дела, находящегося в производстве ГСУ СК России, по заявлению ФИО5 по факту покушения на хищение его имущества (47.5% доли в уставном капитале ООО «ТехИнвестСтрой» в отношении неустановленного лица 

<

данные изъяты> следователем по ОВД СЧ СУ УВД по УАО МВД России по 

<

данные изъяты> возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.3 ст.159 УК РФ. 

ФИО1 

<

данные изъяты> по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.3 ст.159 УК РФ в порядке статьи 91 УПК РФ был задержан и допрошен в качестве подозреваемого 

<

данные изъяты> ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 УК РФ. 

<

данные изъяты> в от ношении ФИО1 была избрана мера пресечения виде заключения под стражу. 

<

данные изъяты> Московским городским судом мера пресечения изменена на домашний арест. В Настоящее время в отношении ФИО1 применена мера пресечения в виде залога. 

В названном уголовном деле к уголовной ответственности привлекаются также ФИО6, ФИО7

Предварительное расследование по уголовному делу до момента обращения административного истца в суд с заявлением о компенсации не окончено.

Общая продолжительность досудебного производства по уголовному делу с даты осуществления уголовного преследования до дня обращения административного истца в суд с настоящим административным исковым заявлением (

<

данные изъяты>) составляет 4года 7 месяцев 29 дней.

В настоящее время объем уголовного дела составляет более 300-т томов.

Вместе с тем, за исследуемый судом период срок предварительного следствия продлевался 23 раза. 

При изучении причин длительного расследования уголовного дела судом установлено, что оно вызвано недостаточным и неэффективным принятием мер по завершению производства по делу в установленные сроки.

Так, первоочередные следственные действия по допросу директора и бухгалтера ООО «ТехИнвестСтрой», руководителей ООО «Центр комплектации металлом» и ООО «Стальтехно», бухгалтеров ООО «ИнвестКонсалт» и ООО «МеталлСервисЦентр», сотрудников ЗАО «Металлокомплект-М» запланированы были на 10 месяцев расследования, однако выполнены не были и явились основанием для продления следствия до 13 месяцев. В то же время сведения о названных лицах были известны и проведению следственных действий с их участием ничего не препятствовало.

Очные ставки между обвиняемыми и потерпевшим произведены только в октябре 2014 года, то есть спустя 1 год после возбуждения дела и 4 месяцев после того как эти мероприятия были запланированы.

Очные ставки между обвиняемыми ФИО6 и ФИО1 выполнены в ноябре 2014 года, ФИО6 и ФИО7 в декабре 2014 года, между свидетелем ФИО8 и потерпевшим ФИО5, свидетелем ФИО9 - в апреле 2016 года, между обвиняемыми ФИО7 и ФИО1 - в феврале 2018 года, между свидетелем ФИО10 и обвиняемыми ФИО6, ФИО7, свидетелем ФИО11 - в июне 2018 года, то есть по прошествии более 4 лет с момента возбуждения дела. При этом информация о перечисленных лицах в материалах дела имелась. Доказательств невозможности выполнения данных следственных действий в срок суду не представлено.

С 

<

данные изъяты> в постановлениях о продлении срока следствия указывалось на необходимость направления запроса об оказании правовой помощи в компетентные органы Республики 

<

данные изъяты> Однако запрос был подготовлен только 

<

данные изъяты> и был в 2016 году отправлен, то есть по истечении более 3 лет расследования.

Следователем трижды объявлялось участникам судопроизводства о завершении расследования 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> и обвиняемые приступали к ознакомлению с его материалами, но в последующем в связи с неполнотой следствие возобновлялось (

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> соответственно).

Фактически активным временем расследования был период с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты>.

В период с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> проведено 21 следственное действие. Из них: 1 допрос обвиняемого, 1 допрос потерпевшего,. 5 допросов свидетелей, 5 очных ставок, 2 обыска, 1 выемка, 1 осмотр предметов и документов, назначена 1 экспертиза, направлено 3 запроса и 1 поручение.

За весь 2015 год произведено только 33 следственных действия. Из них: 11 допросов обвиняемых, 3 допроса потерпевшего, 11 допросов свидетелей, 2 допроса экспертов, 1 осмотр предметов и документов, направлено 5 запросов.

В 2016 году проведено 27 следственных действий. Из них: 5 допросов обвиняемых, 3 допроса потерпевшего, 5 допросов свидетелей, 4 допроса специалистов, 3 очные ставки, 2 выемки, 5 осмотров предметов и документов.

В 2017 году проведено 31 следственное действие. Из них: 15 допросов обвиняемых (7 допросов ФИО1, 6 допросов ФИО12 и 2 допроса ФИО6), 4 допроса потерпевшего, 6 допросов свидетелей, 3 допроса экспертов, 1 обыск, назначено 2 повторные экспертизы.

В 2018 году проведено 45 следственных действий. Из них: 5 допросов обвиняемых, 3 допроса потерпевшего, 10 допросов свидетелей, 5 допросов экспертов и специалистов, 3 очные ставки, направлено 5 запросов и 4 поручения.

Однако каких-либо значимых действий направленных на своевременное окончание досудебного производства по делу в совершено не было. Большинство перечисленных мероприятий были повторными, дублирующими и неоднократными.

Так, обвиняемая ФИО7 допрашивалась 25 раз, обвиняемые ФИО1 и ФИО6 - 19 раз, а потерпевший ФИО5 - 23 раза.

За время расследования в качестве свидетелей по делу допрошено 36 лиц. При этом ФИО13, ФИО14 и ФИО8 допрашивались 4 раза, ФИО15 и ФИО11 - 3 раза, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО9, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24 и ФИО10 - по 2 раза каждый.

Также в качестве специалистов 3 раза был допрошен ФИО25 и 2 раза - ФИО26

Оценивая эффективность расследования суд, принимает во внимание, что для обеспечения полноты и своевременности следствия, совершения мероприятий, направленных на его окончание, уголовное дело 7 раз изымалось и передавалось из одного следственного органа в другой. С этой же целью более 15 раз оно перепоручалось новым следователям. Производство осуществлялось 5 следственными группами. В их состав входило от 2 до 7 следователей. При этом оперативное сопровождение обеспечивалось силами ГУ МВД России по Центральному федеральному округу, УЭБ и ПК МВД России по 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>, а также УФСБ России по Москве и 

<

данные изъяты>.

Так, в целях полного, всестороннего и объективного расследования заместителем начальника Следственного департамента МВД России данное дело 

<

данные изъяты> изъято из СУ УВД по ЦАО МВД России по 

<

данные изъяты> и передано в СЧ ГУ МВД России по Центральному федеральному округу.

В связи с тем, что ГУ МВД России по ЦФО упразднено, расследование по делу 

<

данные изъяты> поручено Следственному департаменту МВД России, где оно находилось в производстве свыше трех лет.

Поскольку расследование осуществлялось с существенными нарушениями закона, мер к устранению которых не принималось, полнота следственных действий и объективная оценка собранным доказательствам не обеспечивались 

<

данные изъяты> уголовное дело изъято и передано в производство ГСУ СК России по 

<

данные изъяты>, где проведение следствия поручено управлению по расследованию особо важных дел.

Так как основной объем работы по делу был выполнен, заместителем руководителя ГСУ СК России по 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> принято решение о поручении дальнейшего расследования следственному отделу по 

<

данные изъяты> ГСУ СК России по 

<

данные изъяты>.

Однако 

<

данные изъяты> этим же руководителем следственного органа данное дело возвращено в управление по расследованию особо важных дел ГСУ СК России по 

<

данные изъяты> с мотивировкой о его сложности.

В очередной раз - 

<

данные изъяты> уголовное дело изъято и передано, заместителем Председателя СК России в Главное следственное управление СК России для полноты, объективности расследования и соблюдения процессуальных сроков.

Вместе с тем, принимаемые меры не привели к результату. Несмотря на неоднократные изъятия и передачи дела до настоящего времени досудебное производство не завершено, уголовное дело в суд для рассмотрения по существу не направлено, другое окончательное решение не принято. 

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации (постановление от 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>) обстоятельства, связанные с организационными вопросами следственных органов, не могут приниматься во внимание в качестве оснований для превышения разумных сроков судопроизводства.

Изучение материалов дела также показало, что оно не представляет ни фактической, ни правовой сложности.

ФИО1, ФИО12 и ФИО6 обвиняются в совершении только одного преступления, направленного против собственности. На всем периоде следствия оценка их действиям не менялась. Предъявленное фигурантам обвинение в хищении имущества не вызывает каких-либо юридических трудностей в квалификации, а процесс его доказывания не требует специальных глубоких экспертных познаний.

Сведения об указанных лицах, причастных к содеянному, были известны следствию на момент возбуждения дела. От следственного органа они не скрывались, производству расследования не противодействовали и не препятствовали. 

Исключительность длительного расследования, сроки которого уже превысили 4,5 лет, заинтересованные лица мотивируют изучением большого количества финансовой документации, значительным объемом материалов дела, международно-правовой спецификой обстоятельств совершенного преступления и необходимостью получения ответа на запрос из Республики 

<

данные изъяты>

Как установлено судом запросы об оказании правовой помощи, направленные для выяснения обстоятельств перехода права собственности на принадлежавшие ФИО5 акции компании «Гастобраво Лтд.», имевших место на территории иностранных государств, исполнены компетентными органами Латвийской Республики в августе 2014 года, Республики Кипр - в сентябре 2015 года, Британских Виргинских островов - в июле 2016 года.

Кипрской стороной в сентябре 2015 года также предоставлены допросы принимавших участие в указанной сделке сотрудников организаций ФИО27, Петру Т. и Петру А., ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО32, Антониу_А. и других.

Суд учитывает возникновение необходимости у следственных органов в период предварительного расследования в совершения новых или дополнительны следственных действий, и как следствие направление повторного запроса об оказании правовой помощи в 

<

данные изъяты> Однако, суд обращает внимание, что направленный еще в 2016 году в компетентные органы Республики Кипр запрос о правовой помощи до сих пор не исполнен. Данных о сроках получения на него ответа не имеется. 

При этом для организации его выполнения Министерством юстиции и общественного порядка Республики Кипр в июле 2017 года запрошена дополнительная информация по делу.

Данное обращение неоднократно - 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> направлялось в адрес следственного органа, однако им оно игнорировалось.

Необходимые кипрской стороне сведения были предоставлены Следственным комитетом Российской Федерации только 

<

данные изъяты>, то есть по истечении более 5 месяцев с момента их истребования.

Судом также установлено, что в связи с допущенными нарушениями закона, в том числе о разумных сроках судопроизводства Генеральной прокуратурой Российской Федерации по данному делу в следственный орган 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> вносились требования об их устранении.

Однако руководитель следственного органа надлежащую оценку доводам прокурора не дал, должных мер реагирования не принял, выявленные нарушения не устранил.

Конституция Российской Федерации гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод (ч. 1 ст. 46).

Право на судебную защиту - как по буквальному смыслу ст. 46 Конституции Российской Федерации, так и по ее смыслу во взаимосвязи с другими положениями гл. 2 "Права и свободы человека и гражданина" Конституции Российской Федерации, а также с общепризнанными принципами и нормами международного права - является неотчуждаемым правом каждого человека. Закрепляющая данное право ст. 46 Конституции Российской Федерации находится в неразрывном единстве с ее ст. 21, согласно которой государство обязано охранять достоинство личности во всех сферах, чем утверждается приоритет личности и ее прав (ч. 2 ст. 17, ст. 18 Конституции Российской Федерации).

Из ст. 46 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее ст. ст. 19 (ч. 1), 47 (ч. 1) и 123 (ч. 3), устанавливающими принцип равенства всех перед законом и судом, право каждого на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом, и принцип осуществления судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон, следует, что право на судебную защиту - это не только право на обращение в суд, но и возможность получения реальной судебной защиты в форме восстановления нарушенных прав и свобод в соответствии с законодательно закрепленными критериями, которые в нормативной форме (в виде общего правила) предопределяют, в каком суде и в какой процедуре подлежит рассмотрению конкретное дело, что позволяет суду (судье), сторонам, другим участникам процесса, а также иным заинтересованным лицам избежать правовой неопределенности в этом вопросе.

Одним из важных факторов, определяющих эффективность восстановления нарушенных прав, является своевременность защиты прав участвующих в деле лиц. Это означает, что правосудие можно считать отвечающим требованиям справедливости, если рассмотрение и разрешение дела судом осуществляется в разумный срок. Соответственно, устанавливаемые федеральным законодателем институциональные и процедурные условия осуществления процессуальных прав должны отвечать требованиям процессуальной эффективности, экономии в использовании средств судебной защиты и тем самым обеспечивать справедливость судебного решения, без чего недостижим баланс публично-правовых и частноправовых интересов.

Реализация подозреваемым права на судопроизводство в разумный срок в целях получения реальной судебной защиты должна осуществляться в соответствии с законодательно закрепленными критериями определения разумности сроков уголовного судопроизводства.

Необходимо учитывать, что обеспечение права подозреваемого на досудебное производство по уголовному делу в разумный срок зависит не столько от продолжительности досудебного производства по уголовному делу (которая может быть связана с большим объемом процессуальных и оперативно-розыскных действий), сколько от своевременности, тщательности, достаточности и эффективности предпринятых мер для своевременного расследования уголовного дела.

До настоящего времени производство по уголовному делу в отношении ФИО1 не окончено, обвинение ему не предъявлено, уголовное дело не направлено для рассмотрения в суд, вследствие чего административный истец находится в состоянии правовой неопределенности.

Административный истец фактически не имеет возможности воспользоваться конституционным правом на судебную защиту, отправление правосудия по уголовному делу, получение окончательного акта по уголовному делу и его обжалование в случае несогласия с ним, а равно правом на возмещение государством вреда, причиненного подозреваемому в том случае, если уголовное преследование будет признано незаконным.

Произведенные в ходе предварительного расследования процессуальные и следственные действия не представляется возможным признать достаточными и своевременными для эффективного и тщательного расследования уголовного дела.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что на органах следствия лежала обязанность действовать с особым усердием с тем, чтобы избежать негативных последствий. Тем не менее, обстоятельства уголовного дела свидетельствуют о том, что такая обязанность органами следствия должным образом исполнена не была.

Судом не установлено обстоятельств, свидетельствовавших бы о недобросовестном поведении административного истца при расследовании уголовного дела и повлиявших на длительное досудебное производство по уголовному делу.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что продолжительность досудебного производства по данному уголовному делу не соответствует требованию разумности.

С учетом изложенного, суд полагает нарушенным право ФИО1 на досудебное производство по уголовному делу в разумный срок.

Согласно разъяснениям приведенным в пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

данные изъяты> N 11 "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок" и части 7 сттаьи 3 ФЗ-68 если по уголовному делу не принято решение по результатам досудебного производства или итоговое судебное решение либо если итоговое судебное решение принято, но не вступило в законную силу, заявление о компенсации подозреваемым, обвиняемым может быть подано по истечении четырех лет с момента начала осуществления уголовного преследования и заявитель ранее обращался с заявлением об ускорении его рассмотрения в порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов административного дела, материалов реагирования Генеральной прокуратуры РФ по обращениям административного истца, ФИО1 на протяжении следствия обращался как в прокуратуру, так и следственные органы с заявлениями (жалобами) на нарушение разумного срока уголовного производства, в частичности 

<

данные изъяты> (л.д.14). 

Таким образом, довод административного ответчика об отсутствии права административного истца по указанным основаниям является не состоятельным. 

ФИО1 просит присудить ему компенсацию за нарушение права на досудебное производство по уголовному делу в разумный срок в размере 15 000 рублей.

Положениями ст. 2 Закона о компенсации предусмотрено, что компенсация за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок присуждается судом, арбитражным судом в денежной форме. Размер компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок определяется судом, арбитражным судом исходя из требований заявителя, обстоятельств дела, по которому было допущено нарушение, продолжительности нарушения и значимости его последствий для заявителя, а также с учетом принципов разумности, справедливости и практики Европейского Суда по правам человека.

Суд считает, что сумма требуемой административным истцом компенсации отвечает требованиям разумности и справедливости и соразмерна испытываемым административным истцом нравственным переживаниям, в связи с чем, полагает возможным присудить в пользу административного истца компенсацию в размере 15 000 рублей.

На основании требований п. 2 ст. 4 Закона о компенсации названная компенсация присуждается за счет средств федерального бюджета.

В силу п. 4 ст. 4 Закона о компенсации судебное решение о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок подлежит немедленному исполнению.

Удовлетворяя требования ФИО1 о присуждении компенсации за нарушение права на досудебное производство по уголовному делу в разумный срок, суд, руководствуясь ст. 111 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, взыскивает в его пользу с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств федерального бюджета понесенные административным истцом судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 175,179,180,188 и 259 Кодека административного судопроизводства Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств федерального бюджета в пользу ФИО1 ича компенсацию за нарушение права на досудебное производство по уголовному делу в разумный срок в размере 15 000 рублей 00 копеек и 300.00 рублей государственную пошлину.

Взысканные денежные средства перечислить на расчетный счет 40

<

данные изъяты> Наименование банка получателя: АО «АЛЬФА-БАНК» 

<

данные изъяты>

БИК: 044525593

Корр. счёт: 30

<

данные изъяты>

ИНН: 

<

***>.

Решение в части присуждения компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок подлежит немедленному исполнению.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Московский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья М.Ю. Елизарова