ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 сентября 2020 года г. Щекино Тульской области

Щекинский районный суд Тульской области в составе:

председательствующего – судьи Новикова В.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Лобковой Л.В., помощником судьи Емельяновой С.Н.,

с участием государственных обвинителей – помощников прокурора г.Щекино Тульской области Петрушиной О.А., ФИО20,

подсудимого ФИО21, 

защитника – адвоката Холхалова С.И., представившего удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № 278915 от 5 августа 2020 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в общем порядке судебного разбирательства уголовное дело в отношении 

ФИО21, 

<

данные изъяты> несудимого,

содержащегося под стражей по настоящему уголовному делу с 29 ноября 2019 года и обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ,

установил:

ФИО21 совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах. 

В период, предшествующий 16 часам 22 минутам 30 августа 2019 года, у неустановленного лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, возник умысел на совершение хищения чужого имущества путем обмана в особо крупном размере, для осуществления которого, имея умысел на незаконное обогащение, оно предложило еще двум неустановленным лицам, уголовное дело в отношении которых также выделено в отдельное производство, и ФИО21 совершить данное преступление, на что те ответили согласием. 

После этого соучастники распределили между собой преступные роли, согласно которым первое неустановленное лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, должно было найти на специализированных сайтах по грузоперевозкам в сети Интернет объявление о необходимости перевозки груза по различным маршрутам, как по территории Российской Федерации, так и за ее пределами, после чего это же лицо, выполняя свою преступную роль в составе группы лиц по предварительному сговору и убедившись, что объемы товарно-материальных ценностей, подлежащих перевозке, обеспечат незаконный доход в особо крупном размере, находило в сети Интернет на специальных сайтах по грузоперевозкам водителей, желающих перевезти указанные грузы. Далее ФИО21, действуя в составе той же группы лиц по предварительному сговору и выполняя свою преступную роль, по указанию первого неустановленного лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, представившись индивидуальным предпринимателем и выступая от его имени, то есть путем обмана, заключал устный договор с водителем на перевозку груза. При этом, действуя из корыстных побуждений, путем обмана с целью хищения чужого имущества в особо крупном размере, а также в целях сохранения в тайне своих преступных намерений, ФИО21, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, должен был сообщить водителю номер телефона, используемый данной группой лиц, скрывая от водителя номер телефона фактического заказчика. Преследуя те же преступные цели и действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, согласно состоявшемуся распределению преступных ролей, второе неустановленное лицо, уголовное дело в отношении которого также выделено в отдельное производство, по телефону сообщало заказчику перевозки груза номер телефона, используемый указанной группой, представляя его как номер телефона водителя, осуществляющего доставку груза. Указанными действиями, совершаемыми группой лиц по предварительному сговору в целях хищения чужого имущества путем обмана в особо крупном размере, пресекалась возможность общения между реальным заказчиком перевозки груза и лицом, доставляющим этот груз, направляя их контакты на ФИО21 и его соучастников и вводя заказчика и перевозчика груза в заблуждение (обман) относительно фактически происходящих событий. 

Подыскав водителя, готового осуществить перевозку товарно-материальных ценностей, представившись заказчиком и действуя якобы от его имени, то есть путем обмана, соучастники получали с помощью интернет-мессенджера «

<

данные изъяты>» документы на транспортное средство и документы, удостоверяющие личность водителя, и таким же способом, через интернет - мессенджер «

<

данные изъяты>», направляли вышеуказанные документы фактическому заказчику. В свою очередь заказчик, не осведомленный о преступных намерениях ФИО21 и его соучастников, направлял документ, удостоверяющий личность водителя, и документ на транспортное средство, используемое им, в пункт отгрузки товарно-материальных ценностей. Далее ФИО21, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, после получения товарно-материальных ценностей в пунктах отгрузки связывался с водителем по телефону якобы заказчика и контролировал процесс перемещения груза. 

В это время третье неустановленное лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, выполняя свою преступную роль в группе лиц по предварительному сговору, по поддельным документам на территории, по которой проходит маршрут перевозки груза, должно было арендовать помещение, где по замыслу соучастников водитель должен будет по указанию якобы заказчика выгрузить перевозимые им товарно-материальные ценности. Затем третье неустановленное лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, по поддельным документам арендовало помещение, сообщало его адрес ФИО21, находившемуся на связи с водителем, перевозящим груз. Далее ФИО21, продолжая действовать в составе группы лиц по предварительному сговору, после получения сведений о нахождении арендуемого помещения, продолжая вводить в заблуждение водителя и выступая от имени заказчика, сообщал водителю, перевозящему груз, заведомо ложные сведения, что обстоятельства по доставке груза изменились и он должен выгрузить товарно-материальные ценности в помещении, которое было арендовано одним из соучастников, при этом от водителя скрывалось, что фактический заказчик груза никаких распоряжений по выгрузке груза не давал и ожидает товарно-материальные ценности в пункте назначения. Далее третье неустановленное лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору и выполняя свою преступную роль, должно было встретиться с водителем и организовать выгрузку груза в арендованное членами организованной преступной группы помещение, после чего это же лицо расплачивалось с водителем якобы за доставку груза и, дождавшись, когда водитель уедет, с помощью неустановленного транспортного средства вывозило товарно-материальные ценности, то есть ФИО21 и его соучастники незаконно, действуя из корыстных побуждений, умышленно, путем обмана завладевали указанным имуществом, которое обращали в свою собственность и распоряжались им по своему усмотрению.

29 августа 2019 года индивидуальный предприниматель ФИО1 разместил на интернет-сайте объявление о поиске транспортного средства для осуществления грузоперевозки товарно-материальных ценностей по маршруту «

<

адрес>)». Одновременно на интернет-сайте было размещено объявление ФИО2 об осуществлении им грузоперевозок на автомобиле 

<

данные изъяты>, имеющем государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> регион, c полуприцепом 

<

данные изъяты>, имеющим государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> регион (

<

адрес>). 

В целях успешной реализации преступных намерений и согласно состоявшемуся между соучастниками распределению преступных ролей, первое неустановленное лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору совместно с ФИО21 и неустановленными лицами, уголовное дело в отношении которых выделено в отдельное производство, и выполняя свою роль, в период, предшествующий 16 часам 22 минутам 30 августа 2019 года, подыскало на интернет-сайте указанные выше объявления индивидуального предпринимателя ФИО1 и ФИО2 

Действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, в 16 час.22 мин. 30 августа 2019 года ФИО21, выполняя свою преступную роль и реализуя преступный умысел на хищение чужого имущества в особо крупном размере, связался по номеру телефона № с ФИО2 и, введя последнего в заблуждение путем обмана, представился ему индивидуальным предпринимателем ФИО1, предложив осуществить на принадлежащем ему (ФИО2) автомобиле 

<

данные изъяты>, имеющем государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> регион, c полуприцепом 

<

данные изъяты> с государственным регистрационным знаком 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> регион (

<

адрес>) грузоперевозку товарно-материальных ценностей по маршруту «

<

адрес>)» за вознаграждение. Предложение ФИО21, сделанное тем от лица ФИО1, ФИО2 принял и, будучи уверенным, что общается с индивидуальным предпринимателем ФИО1, согласился осуществить указанную грузоперевозку. Затем ФИО21, продолжая выполнять свою преступную роль в составе группы лиц, действующей по предварительному сговору, и реализуя преступный умысел на хищение чужого имущества путем обмана в особо крупном размере, в 18 часов 15 минут 30 августа 2019 года вновь связался по номеру телефона № с ФИО2, попросив последнего переслать ему на указанный номер телефона посредством интернет-мессенджера «

<

данные изъяты>» копии документов на автомобиль ФИО2 и документов, удостоверяющих его личность. После этого 30 августа 2019 года, после 18 часов 15 минут, ФИО2 переслал на номер телефона №, указанный ФИО21 и по его просьбе, посредством интернет - мессенджера «

<

данные изъяты>» копии документов на свой автомобиль 

<

данные изъяты> с государственным регистрационным знаком 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> регион и полуприцеп 

<

данные изъяты>, имеющий государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> регион (

<

адрес>), а также документы, удостоверяющие его личность.

31 августа 2019 года второе неустановленное лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору и продолжая реализацию совместного преступного умысла на хищение чужого имущества в особо крупном размере путем обмана, ввело индивидуального предпринимателя ФИО1 в заблуждение, представившись ему в телефонном разговоре водителем автомобиля 

<

данные изъяты> ФИО2, на самом деле таковым не являясь, и сообщило ему по номеру телефона № о возможности доставить принадлежащие ФИО1 товарно-материальные ценности по указанному им в объявлении маршруту. Уверенный в истинности намерений разговаривающего с ним, ФИО1 с предложением второго неустановленного лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, сделанным от лица ФИО2, согласился и, будучи уверенным, что общается с ФИО2, заключил по телефону устный договор о перевозке товарно-материальных ценностей по указанному маршруту за вознаграждение, сообщив при этом адреса загрузки товара в 

<

адрес> и в 

<

адрес>.

После этого 31 августа 2019 года второе неустановленное лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору с единым с ФИО21 и неустановленными лицами, уголовное дело в отношении которых также выделено в отдельное производство, преступным умыслом и продолжая выполнять свою преступную роль, с целью организации отгрузки товарно-материальных ценностей у фирм-поставщиков отправил индивидуальному предпринимателю ФИО1 посредством интернет-мессенджера «What’sApp» копии документов на автомобиль и на имя ФИО2, полученные от последнего, после чего 2 сентября 2019 года ФИО1 посредством интернет-мессенджера «

<

данные изъяты>» направил менеджерам фирм-поставщиков ООО «

<

данные изъяты>», ООО «

<

данные изъяты>» и ООО «

<

данные изъяты>» доверенности на получение водителем ФИО2 приобретенных им в указанных организациях товарно-материальных ценностей, тем самым уполномочив ФИО2 на получение принадлежащего ему имущества. 

В период с 00 часов 00 минут 2 сентября 2019 года по 13 часов 45 минут 3 сентября 2019 года ФИО21 с целью скрыть от водителя ФИО2 свои истинные и преступные намерения, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору согласно своей преступной роли и с единым преступным умыслом с неустановленными лицами, уголовное дело в отношении которых выделено в отдельное производство, осуществлял контроль за передвижением водителя ФИО2, сообщая последнему по телефону № направление его движения по маршруту загрузки товарно-материальных ценностей, приобретенных индивидуальным предпринимателем ФИО1

ФИО2, полагая, что действует по указанию ФИО1, а на самом деле по указанию ФИО21, полученному от последнего по телефону, находясь в период с 14 часов 00 минут по 16 часов 00 минут 2 сентября 2019 года на территории ООО «

<

данные изъяты>», расположенного по адресу: 

<

адрес>, загрузил в автомобиль 

<

данные изъяты>, имеющий государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> регион, c полуприцепом 

<

данные изъяты>, имеющим государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> регион (

<

адрес>), товарно-материальные ценности, принадлежащие индивидуальному предпринимателю ФИО1, которые должен был доставить до 

<

адрес>), а именно: 5 моек 

<

данные изъяты> № 14 по цене 1900 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 9500 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 16 по цене 1900 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 9500 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 26 по цене 1900 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 9500 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 302 по цене 1900 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 9500 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 328 по цене 1900 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 9500 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 14 по цене 3250 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 16250 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 16 по цене 3250 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 16250 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 302 по цене 3250 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 16250 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 16 по цене 3500 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 17500 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 328 по цене 3500 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 17500 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 14 по цене 3150 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 15750 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 16 по цене 3150 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 15750 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 27 по цене 3150 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 15750 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 302 по цене 3150 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 15750 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 14 по цене 3150 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 15750 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 16 по цене 3150 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 15750 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> №302 по цене 3150 руб. 00 коп. за одну штуку, на сумму 15750 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 331 по цене 3150 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 15750 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 16 по цене 3500 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 17500 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 27 по цене 3500 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 17500 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 14 по цене 2550 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 12750 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 16 по цене 2550 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 12750 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 14 по цене 3250 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 16250 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 16 по цене 3250 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 16250 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> №302 по цене 3250 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 16250 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 328 по цене 3250 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 16250 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 331 по цене 3250 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 16250 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 16 по цене 2 500 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 12 500 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 16 по цене 1900 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 9500 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 302 по цене 1900 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 9500 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 16 по цене 3150 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 15750 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 302 по цене 3150 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 15750 руб. 00 коп.; 5 моек 

<

данные изъяты> № 307 по цене 3250 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 16250 руб. 00 коп.; 5 смесителей № 16 ЭКО по цене 2100 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 10500 руб. 00 коп.; 5 смесителей № 26 ЭКО по цене 2100 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 10500 руб. 00 коп.; 5 смесителей №27 ЭКО по цене 2100 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 10500 руб. 00 коп.; 5 смесителей 

<

данные изъяты> № 14 по цене 2950 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 14750 руб. 00 коп.; 5 смесителей 

<

данные изъяты> № 16 по цене 2950 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 14750 руб. 00 коп.; 5 смесителей 

<

данные изъяты> № 26 по цене 2950 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 14750 руб. 00 коп.; 5 смесителей 

<

данные изъяты> №27 по цене 2950 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 14750 руб. 00 коп.; 5 смесителей 

<

данные изъяты> № 328 по цене 2950 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 14750 руб. 00 коп., на общую сумму 583500 рублей.

После этого ФИО2, полагая, что действует по указанию ФИО1, а на самом деле действуя по указанию ФИО21, полученному от последнего по телефону, отправился по месту последующей погрузки товарно-материальных ценностей и, находясь в период с 08 часов 50 минут по 13 часов 45 минут 3 сентября 2019 года на территории ООО «

<

данные изъяты>» и ООО «

<

данные изъяты>» по адресу: 

<

адрес>, загрузил в автомобиль 

<

данные изъяты>, имеющий государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> регион, c полуприцепом 

<

данные изъяты>, имеющим государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> регион (

<

адрес>), товарно-материальные ценности, принадлежащие индивидуальному предпринимателю ФИО1, которые должен был доставить до 

<

адрес>, а именно: пять воздухоочистителей 

<

данные изъяты> в количестве 5 штук по цене 2830 руб. 67 коп. за штуку, на сумму 14153 руб. 35 коп.; 10 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> в количестве 10 штук по цене 1826 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 18260 руб. 00 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 1826 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 9130 руб. 00 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 10068 руб. 67 коп. за штуку, на сумму 50343 руб. 35 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 10068 руб. 67 коп. за штуку, на сумму 50343 руб. 35 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 8015 руб. 33 коп. за штуку, на сумму 40076 руб. 65 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 7494 руб. 67 коп. за штуку, на сумму 37473 руб. 35 коп.; одну кухонную вытяжку 

<

данные изъяты> стоимостью 7986 руб. 00 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 3996 руб. 67 коп. за штуку, на сумму 19983 руб. 35 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 3490 руб. 67 коп. за штуку, на сумму 17453 руб. 35 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 3490 руб. 67 коп. за штуку, на сумму 17453 руб. 35 коп.; 10 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 3564 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 35640 руб. 00 коп.; 10 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 5925 руб. 33 коп. за штуку, на сумму 59253 руб. 30 коп.; 10 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 4994 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 49940 руб. 00 коп.; 10 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 5023 руб. 33 коп. за штуку на сумму 50233 руб. 30 коп.; 10 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 3688 руб. 67 коп. за одну штуку, на сумму 36886 руб. 70 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 3065 руб. 33 коп. за штуку, на сумму 15326 руб. 65 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 3065 руб. 33 коп. за штуку, на сумму 15326 руб. 65 коп.; 10 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 2720 руб. 67 коп. за штуку, на сумму 27206 руб. 70 коп.; 10 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 3688 руб. 67 коп. за штуку, на сумму 36886 руб. 70 коп.; 10 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 3688 руб. 67 коп. за штуку, на сумму 36886 руб. 70 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 3065 руб. 33 коп. за штуку, на сумму 15326 руб. 65 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 2720 руб. 67 коп. за штуку, на сумму 13603 руб. 35 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 5881 руб. 33 коп. за штуку, на сумму 29406 руб. 65 коп.; 10 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 4920 руб. 67 коп. за штуку, на сумму 49206 руб. 70 коп.; 10 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 4920 руб. 67 коп. за штуку, на сумму 49206 руб. 70 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 3505 руб. 33 коп. за штуку, на сумму 17526 руб. 65 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 2647 руб. 33 руб. за штуку, на сумму 13236 руб. 65 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 7450 руб. 67 коп. за штуку, на сумму 37253 руб. 35 коп.; три кухонные вытяжки 

<

данные изъяты> по цене 9328 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 27984 руб. 00 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 3058 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 15290 руб. 00 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 3527 руб. 33 коп. за штуку, на сумму 17636 руб. 65 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 3058 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 15290 руб. 00 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 3058 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 15290 руб. 00 коп.; 2 кухонные вытяжки 

<

данные изъяты> по цене 3065 руб. 33 коп. за штуку, на сумму 6130 руб. 66 коп.; 3 кухонные вытяжки 

<

данные изъяты> по цене 3065 руб. 33 коп. за штуку, на сумму 9195 руб. 99 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 3065 руб. 33 коп. за штуку, на сумму 15326 руб. 65 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 3065 руб. 33 коп. за штуку, на сумму 15326 руб. 65 коп.; 10 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 2720 руб. 67 коп. за штуку, на сумму 27206 руб. 70 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 2720 руб. 67 коп. за штуку, на сумму 13 603 руб. 35 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 4920 руб. 67 коп. за штуку, на сумму 24603 руб. 35 коп.; 5 кухонных вытяжек 

<

данные изъяты> по цене 4920 руб. 67 коп. за штуку, на сумму 24603 руб. 35 коп.; 5 фильтров алюминиевых рамочных 420x280x8 RU-KR-4202808-2 по цене 429 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 2145 руб. 00 коп.; 5 фильтров алюминиевых рамочных 475x130x8 RU-KR-4751308 по цене 282 руб. 33 коп. за штуку, на сумму 1411 руб. 65 коп.; 5 фильтров алюминиевых рамочных 475x205x8 RU-KR-4752058 по цене 310 руб. 20 коп. за штуку, на сумму 1551 руб. 00 коп.; 5 банкеток 

<

данные изъяты> по цене 2008 руб. 13 коп. за штуку, на сумму 10040 руб. 65 коп.; 5 банкеток 

<

данные изъяты> по цене 2036 руб. 46 коп. за штуку, на сумму 10182 руб. 30 коп.; 5 банкеток 

<

данные изъяты> по цене 1657 руб. 50 коп. за штуку, на сумму 8287 руб. 50 коп.; 5 банкеток 

<

данные изъяты> по цене 1657 руб. 50 коп. за штуку, на сумму 8287 руб. 50 коп.; 5 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 942 руб. 08 коп. за штуку, на сумму 4710 руб. 40 коп.; 5 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 942 руб. 08 коп. за штуку, на сумму 4710 руб. 40 коп.; 5 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 1094 руб. 38 коп. за штуку, на сумму 5471 руб. 90 коп.; 5 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 1586 руб. 67 коп. за штуку, на сумму 7933 руб. 35 коп.; 5 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 1430 руб. 83 коп. за штуку, на сумму 7154 руб. 15 коп.; 5 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 1420 руб. 21 коп. за штуку, на сумму 7101 руб. 05 коп.; 5 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 1700 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 8 500 руб. 00 коп.; 10 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 641 руб. 04 коп. за штуку, на сумму 6410 руб. 40 коп.; 10 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 641 руб. 04 коп. за штуку, на сумму 6410 руб. 40 коп.; 10 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 488 руб. 75 коп. за штуку, на сумму 4887 руб. 50 коп.; 10 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 694 руб. 17 коп. за штуку, на сумму 6941 руб. 70 коп.; 10 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 488 руб. 75 коп. за штуку, на сумму 4887 руб. 50 коп.; 10 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 1777 руб. 92 коп. за штуку, на сумму 17779 руб. 20 коп.; 5 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 2192 руб. 29 коп. за штуку, на сумму 10961 руб. 45 коп.; 5 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 2192 руб. 29 коп. за штуку, на сумму 10961 руб. 45 коп.; 5 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 2192 руб. 29 коп. за штуку, на сумму 10961 руб. 45 коп.; 12 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 556 руб. 04 коп. за штуку, на сумму 6672 руб. 48 коп.; 12 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 556 руб. 04 коп. за штуку, на сумму 6672 руб. 48 коп.; 5 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 577 руб. 29 коп. за штуку, на сумму 2886 руб. 45 коп.; 5 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 1020 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 5100 руб. 00 коп.; 5 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 1020 руб. 00 коп. за штуку, на сумму 5100 руб. 00 коп.; 12 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 113 руб. 33 коп. за штуку, на сумму 1359 руб. 96 коп.; 12 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 286 руб. 88 коп. за штуку, на сумму 3442 руб. 56 коп.; 12 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 120 руб. 42 коп. за штуку, на сумму 1445 руб. 04 коп.; 12 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 120 руб. 42 коп. за штуку, на сумму 1445 руб. 04 коп.; 6 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 220 руб. 83 коп. за штуку, на сумму 1324 руб. 98 коп.; 12 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 240 руб. 83 коп. за штуку, на сумму 2889 руб. 96 коп.; 5 зеркал 

<

данные изъяты> по цене 1179 руб. 38 коп. за штуку, на сумму 5896 руб. 90 коп.; 5 зеркал Sheffilton 

<

данные изъяты> по цене 1090 руб. 83 коп. за штуку, на сумму 5454 руб. 15 коп.; 5 зеркал 

<

данные изъяты> по цене 1182 руб. 92 коп. за штуку, на сумму 5914 руб. 60 коп.; 10 зеркал напольных 

<

данные изъяты> по цене 2479 руб. 17 коп. за штуку, на сумму 24 791 руб. 70 коп.; 10 зеркал напольных 

<

данные изъяты> по цене 2479 руб. 17 коп. за штуку, на сумму 24 791 руб. 70 коп.; 10 подцветочниц 

<

данные изъяты> Песочные часы по цене 297 руб. 50 коп. за штуку, на сумму 2975 руб. 00 коп.; 6 полок для обуви 

<

данные изъяты> по цене 577 руб. 29 коп. за штуку, на сумму 3463 руб. 74 коп.; 6 полок для обуви 

<

данные изъяты> по цене 502 руб. 92 коп. за штуку, на сумму 3017 руб. 52 коп.; 5 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 970 руб. 42 коп. за штуку, на сумму 4852 руб. 10 коп.; 10 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 1852 руб. 29 коп. за штуку, на сумму 18522 руб. 90 коп.; 10 вешалок 

<

данные изъяты> по цене 1232 руб. 50 коп. за штуку, на сумму 12325 руб. 00 коп.; 10 зеркал 

<

данные изъяты> по цене 1905 руб. 42 коп. за штуку, на сумму 19054 руб. 20 коп.; 10 зеркал 

<

данные изъяты> по цене 1905 руб. 42 коп. за штуку, на сумму 19054 руб. 20 коп., всего на сумму 1454637 рублей 41 копейку.

Одновременно, в ходе осуществления погрузки вышеперечисленных товарно-материальных ценностей в автомобиль ФИО2, третье неустановленное лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, выполняя свою преступную роль и действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, с единым преступным умыслом с ФИО21 и неустановленными лицами, уголовное дело в отношении которых выделено в отдельное производство, с целью хищения чужого имущества путем обмана в особо крупном размере, в период с 18 часов 00 минут по 18 часов 05 минут 2 сентября 2019 года у автозаправочного комплекса № ПАО «

<

данные изъяты>», расположенного по адресу: 

<

адрес>, заключило с ФИО3 устный договор на аренду сроком не менее чем на шесть месяцев складского помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, при этом данное лицо, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, предъявило ФИО3 в целях конспирации и сокрытия своих истинных намерений проект фиктивного договора аренды, который необходимо заключить якобы с ООО «

<

данные изъяты>», а также передало задаток в размере 10000 рублей за арендуемое помещение, то есть от имени несуществующего общества арендовало в целях хищения объект, введя ФИО3 в заблуждение относительно наименования арендатора и сроков аренды. Затем ФИО21, осведомленный своими соучастниками об аренде складского помещения и месте его нахождения, действуя по предварительную сговору и с единым преступным умыслом с неустановленными лицами, уголовное дело в отношении которых выделено в отдельное производство, путем смс-сообщения посредством интернет-мессенджера «

<

данные изъяты>» в 17 часов 52 минуты 3 сентября 2019 года, выступая в роли заказчика, сообщил ФИО2 заведомо ложные сведения о необходимости проследовать с товарно-материальными ценностями индивидуального предпринимателя ФИО1 до места последующей погрузки, якобы находящегося в 

<

адрес>. При этом по пути следования ФИО2 получил якобы от имени ФИО1, а фактически от ФИО21, действующего в составе группы лиц оп предварительному сговору, заведомо ложные сведения в виде распоряжения о необходимости явки ФИО2 в 09 часов 00 минут 4 сентября 2019 года по указанному ФИО21 адресу: 

<

адрес> (ориентир - газовая автозаправочная станция).

После этого третье неустановленное лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору и с единым преступным умыслом с ФИО21 и неустановленными лицами, уголовное дело в отношении которых выделено в отдельное производство, продолжая выполнять свою преступную роль, подошло к ФИО2 и, представившись 

<

данные изъяты>, якобы выполняющим волю ФИО1, то есть сообщив заведомо ложные сведения, с 09 часов 30 минут по 10 часов 00 минут 4 сентября 2019 года сопроводило неосведомленного о преступных намерениях организованной группы водителя ФИО2 от дома № по 

<

адрес> до места нахождения складского помещения, арендованного у ФИО3 и расположенного по адресу: 

<

адрес>. Прибыв по указанному адресу, водитель ФИО2, будучи уверенным, что действует согласно распоряжению владельца груза, под руководством третьего неустановленного лица, представившегося 

<

данные изъяты> и уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, выгрузил товарно-материальные ценности, принадлежащие индивидуальному предпринимателю ФИО1, получив при этом от указанного неустановленного лица 100 тысяч рублей в качестве оплаты выполненной им работы, после чего покинул место разгрузки. 

Затем третье неустановленное лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, выполняя свою преступную роль, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору и с единым преступным умыслом с ФИО21 и неустановленными лицами, уголовное дело в отношении которых также выделено в отдельное производство, сообщило своим соучастникам адрес места нахождения груза, после чего и до 14 часов 00 минут 6 сентября 2019 года все перечисленные выше товарно-материальные ценности индивидуального предпринимателя ФИО1 на общую сумму 2038137 рублей 41 копейку с целью хищения чужого имущества в особо крупном размере были загружены из складского помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, в неустановленное транспортное средство, которое с места преступления скрылось. 

Таким образом ФИО21 в составе группы лиц по предварительному сговору, в которую входил он и трое неустановленных лиц, уголовное дело в отношении которых выделено в отдельное производство, с единой преступной целью, направленной на хищение чужого имущества в особо крупном размере, действуя из корыстных побуждений и путем обмана, совместно и согласованно со своими соучастниками, дополняя их преступные действия, с 16 часов 22 минут 30 августа 2019 года по 14 часов 00 минут 6 сентября 2019 года совершил хищение товарно-материальных ценностей, принадлежащих индивидуальному предпринимателю ФИО1, что причинило потерпевшему материальный ущерб на общую сумму 2038137 рублей 41 копейку, то есть в особо крупном размере.

В судебном заседании подсудимый ФИО21 вину в совершении инкриминированного преступления не признал, заявив, что никакого отношения к хищению имущества ФИО1 не имеет, с июня по 10 ноября 2019 года находился в 

<

адрес>, занимался ремонтом своего дома; в указанный период пользовался абонентскими номерами мобильной связи № и №, соответствующие сим-карты находились в его мобильном телефоне, который был изъят при его задержании 27 ноября 2019 года в 

<

адрес>, куда он приехал в связи с происшествием с его дядей – ФИО18 Заявил, что был задержан во дворе дома № по 

<

адрес> и препровожден в дом № по той же улице, где уже находилось 3-4 мужчины и несколько женщин, оттуда он был доставлен в местный отдел полиции, а оттуда – в 

<

адрес>, где у него были получены образцы голоса. После этого выяснилось, что его голос совпадает с какой-то записью, имеющейся у полицейских, в связи с чем его доставили к следователю в 

<

адрес>, она сообщила, что его обвиняют в краже сантехники. На фонограммах, прослушанных в его присутствии в суде, ничьих голосов не узнает, на видеозаписях и фотографиях, просмотренных с его участием в судебном заседании, никого не узнает, предложений совершить преступление ему ни от кого не поступало.

Суд считает, однако, что вина ФИО21 в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, установлена и подтверждена совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании, а именно:

протоколом выемки у ФИО1 соглашения с ООО «

<

данные изъяты>» от 15 мая 2015 года на поставку товаров и дополнений к нему, аналогичного соглашения с ООО «

<

данные изъяты>» от 26 августа 2019 года, договора поставки от 4 марта 2019 года №, заключенного с ООО «

<

данные изъяты>»; заявлений ФИО1 на совершение денежных переводов № от 23 августа 2019 года на 504250 руб., № от 28 августа 2019 года на 351032 руб. 91 коп., от 2 сентября 2019 года на сумму 79250 руб., № на 967607 руб. 80 коп. и № на 135996 руб. 70 коп., всего на 2038137 руб. 41 коп.; доверенностей от 2 сентября 2019 года №, выданных ФИО1 на имя ФИО2 на получение последним товарно-материальных ценностей в названных организациях, составленных сотрудниками ООО «

<

данные изъяты>», ООО «

<

данные изъяты>» и ООО «

<

данные изъяты>» товарно-транспортных накладных и счетов-фактур на отпуск ФИО1 приобретенных им товарно-материальных ценностей: в ООО «

<

данные изъяты>» на сумму 1103604 руб. 50 коп., в ООО «

<

данные изъяты>» на сумму 351032 руб. 91 коп., в ООО «

<

данные изъяты>» на сумму 583500 руб.; указанные документы впоследствии также были осмотрены с составлением соответствующего протокола (т.1 л.д. 128-130, 131-133, 138-181, 216-219);

протоколом осмотра места происшествия – пустого гаражного бокса, расположенного в нежилом строении по адресу: 

<

адрес>. В том же нежилом строении имеются помещения сторожа, склада, строительной бытовки и еще три гаражных бокса, которые на момент осмотра закрыты (т. 1 л.д. 50-53);

протоколом осмотра места происшествия – служебного кабинета ОМВД России по Щекинскому району, в ходе которого у ФИО3 изъяты шесть листов бумаги формата А4, полученные им 2 сентября 2019 года от мужчины, представившегося 

<

данные изъяты>, на которых находятся: исполненный на 4 листах бланк договора аренды помещения под склад; информационный листок с указанием реквизитов ООО «

<

данные изъяты>», выполненная на 1 листе копия свидетельства о постановке ООО «

<

данные изъяты>» на налоговый учет; указанные документы впоследствии были осмотрены с составлением соответствующего протокола (т. 1 л.д. 54-56, 100); 

протоколом осмотра находящихся на компакт-диске фотоизображений и записей камер видеонаблюдения, установленных на территории и в помещении АЗС № по адресу: 

<

адрес>, на которых видно, как в период с 18 час. 00 мин. до 18 час. 02 мин. 2 сентября 2019 года двое мужчин разговаривают в салоне автомобиля «

<

данные изъяты>» с государственным регистрационным знаком 

<

данные изъяты>, при этом мужчина, сидящий на переднем пассажирском сиденье, передает водителю документы. На тех же записях и изображениях видно, как высокий мужчина славянской внешности, среднего телосложения, без волос на голове в 18 час. 05 мин. 2 сентября 2019 года заходит в помещение АЗС и в следующую минуту выходит на улицу (т.1 л.д.58, 97-98). Данные видеозаписи и фотоизображения также были просмотрены непосредственно в судебном заседании;

протоколом выемки у свидетеля ФИО8 платежных поручений № от 28 августа 2019 года, № от 2 сентября 2019 года о перечислении ФИО1 на счета ООО «

<

данные изъяты>» и ООО «

<

данные изъяты>» 1103604 руб. 50 коп. и 351032 руб. 91 коп. соответственно в оплату за приобретенные товары; компакт-диска с записями камер видеонаблюдения, на которых зафиксированы пребывание ФИО2 утром 3 сентября 2019 года в холле здания, занимаемого ООО «

<

данные изъяты>» и ООО «

<

данные изъяты>», и его общение с мужчиной и женщиной, сопровождающееся оформлением документов; компакт-диска с записями телефонных разговоров сотрудника ООО «

<

данные изъяты>» ФИО9 с мужчиной, представлявшимся 

<

данные изъяты>, по поводу отгрузки груза на 

<

адрес>; указанные документы впоследствии были осмотрены, а фонограммы и видеозаписи воспроизведены с составлением соответствующих протоколов (т. 1 л.д. 214-215, 225-226, 228-229), а также исследованы в судебном заседании;

протоколами выемки и осмотра носителя информации с образцами речи и голоса ФИО21 (т. 2 л.д. 46-48, 174-177);

протоколами выемки у свидетеля ФИО12 компакт-диска с записями разговоров ФИО2 с мужчиной, представлявшимся ФИО1, и прослушивания записанных на данном диске фонограмм; указанные фонограммы, находящиеся в файлах «

<

данные изъяты>», «

<

данные изъяты>», «

<

данные изъяты>», «

<

данные изъяты>», «

<

данные изъяты>», содержат диалоги двух мужчин, один из которых, по имени 

<

данные изъяты>, выясняет у собеседника, которого называет 

<

данные изъяты>, вопросы перевозки груза из 

<

адрес> и оплаты выполненной им работы, сообщает, что находится под 

<

адрес> на стоянке; второй мужчина говорит, что «его люди решают вопросы», обещает заплатить 100 тыс.рублей после выгрузки, при этом на разгрузку 

<

данные изъяты> нужно приехать на следующий день, к 8 или 9 часам утра. В фонограмме в файле «

<

данные изъяты>» собеседник сообщает «

<

данные изъяты>», что находится «

<

данные изъяты>». В фонограмме в файле «

<

данные изъяты>» участник разговора (М1) называет собеседника (М2) «

<

данные изъяты>», хотя до этого называл его 

<

данные изъяты>, а участник разговора, обозначенный в расшифровке как М2, называл 

<

данные изъяты> участника разговора, обозначенного как М1 (т. 2 л.д. 31-32, 174-177), данные фонограммы прослушивались и в судебном заседании;

протоколом выемки у свидетеля ФИО2 мобильного телефона «

<

данные изъяты>», содержащего аудиозаписи голоса и речи лица, ведущего с ним от имени ФИО1 переговоры, в том числе о разгрузке товарно-материальных ценностей на складе, протоколом осмотра данного телефона и прослушивания находящихся в его памяти аудиофайлов, содержание которых полностью совпадает с содержанием фонограмм, записанных на диске, выданном свидетелем ФИО12 (т. 3 л.д. 132-133, 134-139);

протоколом осмотра детализации соединений, представленной оператором мобильной телефонной связи, согласно которой соединения абонентского номера № с абонентским номером №, используемым ФИО3, происходили 2 и 3 сентября 2019 года, также 3 сентября 2019 года зафиксировано соединение с абонентским номером №, используемым ФИО4, при этом в период с 10 час. 04 мин. до 10 час. 06 мин. 3 сентября 2019 года абонент с номером № находился в зоне действия базовой станции, расположенной по адресу: 

<

адрес>, а после 4 сентября 2019 года соединения данного абонентского номера с другими абонентами мобильной телефонной связи не зафиксированы (т. 2 л.д. 20-21);

протоколом осмотра детализации соединений, представленной оператором мобильной телефонной связи, согласно которой сим-карта абонентского номера № работала в период с 2 августа 2019 года по 28 сентября 2019 года в мобильных устройствах с imei-кодами 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, а по указанному номеру производились многочисленные соединения с другими абонентами мобильной телефонной связи, в том числе: с устройства с imei-кодом 

<

данные изъяты> в 12 час. 52 мин., 13 час. 18 мин. 1 сентября 2019 года, в 09 час. 38 мин. 09 час. 55 мин., 12 час. 58 мин., 12 час. 59 мин., 13 час. 49 мин., 14 час. 59 мин. 2 сентября 2019 года, 18 час. 17 мин., 20 час. 31 мин. 4 сентября 2019 года, в 09 час. 02 мин., 09 час. 27 мин., 13 час. 20 мин., 16 час. 37 мин. 5 сентября 2019 года, в 13 час. 19 мин., 19 час. 12 мин., 18 час. 14 мин. 6 сентября 2019 года с абонентским номером №, находившимся в пользовании ФИО2; с устройства с imei-кодом 354 045 100 321 690 в 14 час. 47 мин., 14 час. 52 мин., 14 час. 56 мин. 2 сентября 2019 года, в 08 час. 35 мин. 3 сентября 2019 года с абонентским номером №, находившимся в пользовании ООО «

<

данные изъяты>». Кроме того, 9 и 10 сентября 2019 года зафиксированы многочисленные попытки вызова с номера №, принадлежащего ФИО1, на телефонный номер №. В период с 8 августа 2019 года по 12 сентября 2019 года сим-карта абонентского номера № работала в устройстве с imei-кодом 

<

данные изъяты> (т. 3 л.д. 154-159);

справками операторов сотовой связи ПАО «

<

данные изъяты>» и ПАО «

<

данные изъяты>», согласно которым абонентский номер № с 29 августа 2019 года зарегистрирован на гражданку 

<

адрес> ФИО15, абонентский номер № с 13 августа 2019 года зарегистрирован на гражданку 

<

адрес> ФИО16, а абонентский номер № с 6 августа 2019 года зарегистрирован на гражданку 

<

адрес> ФИО17 (т.2 л.д. 7-8, 9-10);

заключением экспертов от 10 декабря 2019 года №, установивших, что голос и речь человека, обозначенного как М1, на фонограмме в файле «

<

данные изъяты>», начинающейся словом «Паша» и заканчивающейся словом «Давай» принадлежит ФИО21; голос и речь человека, обозначенного как М1, на фонограмме в файле «

<

данные изъяты>», начинающейся словами «(Федор) как дела у тебя?» и заканчивающейся словом «Ага» вероятно принадлежит ФИО21 (т. 2 л.д. 62-75);

протоколами выемки у свидетеля ФИО2 и осмотра принадлежащих ему автомобиля 

<

данные изъяты>, имеющего государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> регион, c полуприцепом 

<

данные изъяты>, имеющим государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> регион (

<

адрес>), и документов на указанные транспортные средства (т. 3 л.д. 147-148, 149-150);

протоколами выемки и осмотров 9 ноутбуков и 20 мобильных телефонов, изъятых 27 ноября 2019 года в ходе обыска по адресу: 

<

адрес>, при этом в памяти различных ноутбуков имеются одинаковые названия учетных записей пользователей (логины) и пароли к одним и тем же сайтам, в отдельных ноутбуках обнаружены фотокопия печати организации, фотокопии документов водителей, информация о некоторых организациях-перевозчиках (т. 3 л.д. 166-169, 170-172, 173-174); 

справками ОМВД России по Щекинскому району о результатах работы, проведенной по выполнению поручения следователя по уголовному делу, расследуемому в связи с хищением имущества ФИО1 В ходе анализа БСТМ УМВД России по Тульской области сведений, представленных оператором сотовой связи, установлено, что с 1 по 5 сентября 2019 года аппарат с imei-кодом 

<

данные изъяты> и абонентским номером № находился в зоне действия базовой станции, расположенной на 

<

адрес>, в том числе при соединениях с абонентским номером №; в тот же период абонентский номер № находился в зоне действия базовых станций, расположенных в 

<

адрес>. Все эти базовые станции сотовой связи находятся в относительной близости к дому № по 

<

адрес>, где был обнаружен ФИО21 (т. 3 л.д. 178-180, 200);

а также:

показаниями потерпевшего – индивидуального предпринимателя ФИО1, оглашенными в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что для осуществления своей предпринимательской деятельности в 

<

адрес> он приобрел в ООО «

<

данные изъяты>» и ООО «

<

данные изъяты>», расположенных в 

<

адрес>, а также в ООО «

<

данные изъяты>», находящемся в 

<

адрес>, товарно-материальные ценности (кухонные вытяжки, мебель и т.д.). Для перемещения приобретенного имущества в 

<

адрес> он разместил на одном из сайтов в сети Интернет объявление о необходимости услуг перевозки груза по маршруту «

<

адрес>)». 31 августа 2019 года с абонентского номера +№ ему позвонил мужчина, представившийся водителем фуры 

<

данные изъяты>, с которым они обговорили стоимость перевозки груза и устно договорились, что стоимость перевозки составит примерно 100 тыс. рублей, которые водитель получит после доставки груза в 

<

адрес>. Затем «

<

данные изъяты>» сообщил ему абонентский номер №, которым он пользуется в Российской Федерации и с помощью мессенджера «

<

данные изъяты>» переслал ему технический паспорт на автомобиль и удостоверение личности на имя ФИО2 Полученные от «

<

данные изъяты>» сведения он отправил грузоотправителям в 

<

адрес> и 

<

адрес> для оформления товарно-транспортных накладных, им же направил доверенности на имя ФИО2 на получение товарно-материальных ценностей, а на указанный «

<

данные изъяты>» телефон № отправил адреса погрузок в 

<

адрес> и 

<

адрес>, а также контакты менеджеров, ответственных за погрузку. 2 сентября 2019 года он (ФИО1) связался с менеджером ООО «

<

данные изъяты>» (

<

адрес>), который пояснил, что отгрузка товара идет по плану. На следующий день поставщик из 

<

адрес> также сообщил, что машина загружена согласно заявке. После этого он стал ожидать доставки груза в 

<

адрес> примерно 8-9 сентября 2019 года, но в ожидаемое им время груз получен не был, абонентские номера +№ и №, по которым ранее связывался с «

<

данные изъяты>», были недоступны. Связавшись с настоящим ФИО2, узнал, что тот 4 сентября 2019 года выгрузил груз по адресу: 

<

адрес>, по его (ФИО1) личному распоряжению, сделанному по телефону, и получил от его представителя 100 тыс.рублей за проделанную работу. В действительности он никаких указаний разгружаться по указанному адресу не давал, своих представителей в Россию не направлял, денег ФИО2 не передавал. В результате хищения товарно-материальных ценностей ему был причинен материальный ущерб на общую сумму 2038137 руб. 41 коп. (т. 1 л.д. 112-121);

оглашенными в суде с согласия сторон показаниями свидетеля ФИО2 о том, что на принадлежащих ему автомобиле марки 

<

данные изъяты> с регистрационным знаком 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> регион с полуприцепом марки 

<

данные изъяты>, имеющим регистрационный знак 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> регион, осуществляет международные перевозки грузов. В сети Интернет у него имеется сайт с указанием сферы деятельности, контактных телефонов и другой необходимой информации. В 16 часов 22 минуты 30 августа 2019 года на его мобильный телефон № с номера телефона № позвонил мужчина, назвавшийся индивидуальным предпринимателем ФИО1 и предложивший перевезти груз по маршруту «

<

адрес>)», с загрузкой в 

<

адрес> и в 

<

адрес>, а также с частичной выгрузкой и загрузкой в 

<

адрес>. За перевозку груза «ФИО1» обещал заплатить 230 тыс. руб., 100 тыс. из которых будут уплачены в 

<

адрес>. С данным предложением он согласился, после чего в 18 час. 15 мин. 30 августа 2019 года «ФИО1» перезвонил с номера телефона № и сообщил, что теперь все переговоры будут вестись по этому номеру, а также попросил его переслать по мессенджеру «

<

данные изъяты>» документы о личности и транспортном средстве, что он и сделал в тот же день. На следующий день «ФИО1» с того же телефонного номера запросил информацию о габаритах автомобиля и прицепа, после чего в мессенджере «

<

данные изъяты>» прислал сообщение с указанием адреса первой загрузки в 

<

адрес>; тем же способом 1 сентября 2019 года «ФИО1» сообщил ему адрес второй загрузки в 

<

адрес>. Сопроводительных документов на груз «ФИО1» ему не предоставлял, пояснив в переписке, что вся необходимая информация у поставщиков уже имеется. 2 сентября 2019 года он (ФИО2) прибыл в 

<

адрес> и в период с 14 час. до 16 час. произвел загрузку сантехники, предъявив грузоотправителю удостоверение личности и документы на транспортные средства. В 08 час. 50 мин. 3 сентября 2019 года, когда он уже находился в 

<

адрес>, ему вновь позвонил «ФИО1.» и сообщил, что необходимо зайти в здание с вывеской фирмы «

<

данные изъяты>» и ожидать в конкретном месте, когда к нему подойдет мужчина по имени 

<

данные изъяты>, который сообщит место отгрузки товара. Закончив погрузку в 13 час. 45 мин. 3 сентября 2019 года, он выехал из 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>, по пути запрашивая у «ФИО1» адрес третьей загрузки, но телефон последнего был отключен. В 17 час. 52 мин. 3 сентября 2019 года «ФИО1» в мессенджере «

<

данные изъяты>» прислал сообщение: «

<

данные изъяты>», а также определил время его прибытия – в 09 час. 00 мин. 4 сентября 2019 года. В указанном месте в 10 час. 4 сентября 2019 года к нему подошел мужчина славянской внешности, ростом 180-190 см, без волос на голове, представившийся 

<

данные изъяты> и сказавший, что он от ФИО1 Действуя по указанию «

<

данные изъяты>», он проследовал по адресу: 

<

адрес>, где «

<

данные изъяты>» передал ему 100 тыс.руб. в качестве задатка за выполненную работу. После этого машина подъехала к указанному «

<

данные изъяты>» складу, куда в период с 10 час. 00 мин. до 10 час. 40 мин. четверо мужчин азиатской внешности под руководством «

<

данные изъяты>» выгрузили весь товар, не загрузив новый, при этом «

<

данные изъяты>» сказал, что так распорядился сам владелец груза. Это вызвало у свидетеля беспокойство и он связался с «ФИО1», который подтвердил сказанное «

<

данные изъяты>». Закончив разгрузку, «

<

данные изъяты>» закрыл склад и вместе с теми четырьмя мужчинами скрылся в неизвестном направлении, больше их свидетель не видел. Прождав некоторое время, он стал ждать новых указаний от «ФИО1», но тот на следующий день сообщил, что в его услугах больше не нуждается. 11 сентября 2019 года свидетелю позвонил настоящий ФИО1, который интересовался судьбой его товара. В разговоре с ФИО1 выяснилось, что указаний о выгрузке товара в 

<

адрес> он не давал, номером телефона, по которому свидетель общался с якобы ФИО1, никогда не пользовался. На предъявленных фотографиях и записях камер видеонаблюдения, установленных в помещении АЗС, свидетель по телосложению, внешности опознал мужчину, назвавшегося «

<

данные изъяты>» и руководившего разгрузкой груза (т. 1 л.д. 102-104);

показаниями свидетеля ФИО14, подтвердившей приобретение индивидуальным предпринимателем ФИО1 в ООО «

<

данные изъяты>» (

<

адрес>) на основании договора № от 4 марта 2019 года моек для кухни и смесителей на общую сумму 504250 руб., полностью перечисленную покупателем продавцу. Товар был отпущен ФИО1 2 сентября 2019 года через его представителя по доверенности - ФИО2 (т. 3 л.д. 110-112);

показаниями свидетеля ФИО8, подтвердившего приобретение индивидуальным предпринимателем ФИО1 в ООО «

<

данные изъяты>» и ООО «

<

данные изъяты>» (

<

адрес>) на основании соглашений № от 15 мая 2015 года и № от 26 августа 2019 года кухонных вытяжек и мебели. Оплата приобретаемых товаров осуществлялась ФИО1 по предоплате путём перечисления поставщикам денежных средств со своего банковского счета в общей сумме 1454637 руб. 41 коп. Также в адрес указанных организаций от ФИО1 поступили доверенности на имя ФИО2, выданные в сентябре 2019 года на получение приобретенных товарно-материальных ценностей. Отпуск товаров ФИО2 был произведен 3 сентября 2019 года на основании счетов-фактур и товарно-транспортных накладных, составленных сотрудниками указанных организаций ФИО9 и ФИО10 После того, как ФИО1 сообщил о хищении приобретенных им товаров, был проведен анализ телефонных звонков, зафиксированных АТС компании и поступавших 2 сентября 2019 года ФИО9 с абонентского номера № от имени ФИО2, записи которых были переданы правоохранительным органам (т. 1 л.д. 208-212);

показаниями свидетелей ФИО9, ФИО11 и ФИО10, подтвердившими отпуск индивидуальному предпринимателю ФИО1 товарно-материальных ценностей (кухонные вытяжки, фильтры, предметы мебели) согласно ранее поступившим от того и оплаченным заявкам; груз был отпущен ФИО2 Из показаний ФИО9 также следует, что 31 августа 2019 года по мессенджеру «

<

данные изъяты>» он получил номера контактных телефонов +№ и +№, якобы принадлежащих ФИО2, а также фотографию водительского удостоверения и данные транспортных средств последнего. В течение дня 2 сентября 2019 года он несколько раз по телефону № созванивался якобы с ФИО2 по вопросам отпуска груза. Утром 3 сентября 2019 года в холле здания, занимаемого ООО «

<

данные изъяты>» и ООО «

<

данные изъяты>», он встретился с ФИО2, внешность которого соответствовала присланному изображению водительского удостоверения на имя последнего, груз ФИО2 был отгружен в полном объеме, но из телефонного разговора с ФИО1, состоявшимся 10 сентября 2019 года, стало известно, что товар к месту назначения не прибыл, абонентские номера: +№ и +№ не активны (т. 1 л.д. 219-220, 221-222, 223-224);

показаниями свидетеля ФИО3, согласно которым ему принадлежит складское помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, это помещение он сдает в аренду. В 17 час. 02 мин. 2 сентября 2019 года ему с абонентского номера № позвонил мужчина, представившийся 

<

данные изъяты>, который сообщил, что желает арендовать данное складское помещение, в связи с чем в тот же день, примерно в 18 час. 00 мин., свидетель на своем автомобиле «

<

данные изъяты>» с госномером № приехал на АЗС «

<

данные изъяты>» на перекрестке 

<

адрес>, где встретился с «

<

данные изъяты>» - мужчиной славянской внешности, среднего телосложения, ростом 180-185 см, без волос на голове, который сообщил о намерении арендовать складское помещение на шесть месяцев и передал 10000 рублей в качестве задатка за арендуемое помещение, а также находившиеся в полимерном файле документы от имени арендатора - ООО «

<

данные изъяты>». В разговоре с «

<

данные изъяты>» свидетель связывался с работником расположенного по соседству с его складским помещением АО «

<

данные изъяты>» ФИО4 и попросил того дать «

<

данные изъяты>» ключи от общих въездных ворот на территорию склада, чтобы со слов последнего на территорию склада могла заехать фура для разгрузки некоего товара. 3 сентября 2019 года свидетель несколько раз разговаривал по телефону с «

<

данные изъяты>», который сообщил, что договорился о передаче ключа от складского помещения, на предложение свидетеля оформить договор аренды заявил, что заключить договор они смогут позже. Больше этого мужчину ФИО3 не видел, по мобильной связи с ним не общался. Впоследствии свидетелю стало известно, что в его складское помещение были разгружены товарно-материальные ценности, принадлежащие индивидуальному предпринимателю ФИО1, а затем вывезены оттуда в неизвестном направлении. На предъявленных фотографиях и записях камер видеонаблюдения, установленных в помещении АЗС, свидетель по телосложению, внешности опознал мужчину, назвавшегося 

<

данные изъяты> и передавшего ему 10000 рублей за аренду склада (т. 1 л.д. 182-183);

показаниями свидетеля ФИО4, подтвердившего, что после 18 час. 00 мин. 2 сентября 2019 года разговаривал по телефону с ФИО3 по поводу передачи ключей от общих въездных ворот на территорию принадлежащего тому склада, расположенного по адресу: 

<

адрес>, мужчине по имени 

<

данные изъяты> для въезда фуры для разгрузки товара. Примерно в 10 час. 3 сентября 2019 года свидетелю позвонил ранее незнакомый мужчина славянской внешности, среднего телосложения, ростом 180-185 см, без волос на голове, представившийся 

<

данные изъяты>, которому он при личной встрече передал ключи от въездных ворот на территорию склада; больше данного мужчину свидетель не видел, но опознал его на предъявленных фотографиях и записях камер видеонаблюдения, установленных в помещении АЗС (т. 1 л.д. 186-187);

-показаниями свидетеля ФИО7 – сторожа ООО «

<

данные изъяты>», расположенного по адресу: 

<

адрес>, согласно которым примерно в 10 час. 4 сентября 2019 года на территорию расположенных по тому же адресу складских помещений въехала незнакомая ему фура синего цвета, которая затем подъехала к одному из помещений склада. Рядом с машиной находилось двое мужчин европейской внешности, один из которых был ее водителем, а другой руководил разгрузкой фуры, которую осуществляли трое или четверо мужчин азиатской внешности. Затем фура выехала с территории склада и остановилась на парковке у трассы М2 «Крым», где находилась до 15-16 час. тех же суток, после чего уехала. Выгруженный груз был вывезен в период с 4 по 10 сентября 2019 года неизвестными свидетелю лицами (т. 1 л.д. 194-195);

показаниями свидетеля ФИО5, который приехав примерно в 06 час. 30 мин. 6 сентября 2019 года в гараж по адресу: 

<

адрес>, видел, что четверо мужчин азиатской внешности грузят в фуру иностранного производства с кабиной желтого цвета коробки из соседнего помещения, погрузкой руководил высокий мужчина славянской внешности, среднего телосложения, без волос на голове. С этим мужчиной свидетель общался несколькими днями ранее, ему были нужны инструменты, чтобы открыть склад, ключей от которого у него не было. Данного мужчину свидетель опознал на предъявленных ему фотографиях и записях камер видеонаблюдения, установленных в помещении АЗС (т. 1 л.д. 188-189);

показаниями свидетеля ФИО6, который примерно в 10 час. 6 сентября 2019 года, находясь по адресу: 

<

адрес>, видел, что четверо мужчин азиатской внешности загружают коробки из одного из расположенных там же складских помещений в фуру желтого цвета, погрузкой руководил высокий мужчина славянской внешности без волос на голове. Когда примерно в 14 час. тех же суток свидетель вновь пришел на это же место, фуры там уже не было, складское помещение было пустым, ворота заперты не были (т. 1 л.д. 192-193);

показаниями свидетеля – сотрудника ОМВД России по Щекинскому району ФИО12 о том, что в ходе проверки по заявлению ФИО1 о хищении принадлежащих ему товарно-материальных ценностей по запросу правоохранительного органа был получен компакт-диск с записями камер видеонаблюдения, установленных на территории АЗС «

<

данные изъяты>» по адресу: 

<

адрес>, за период с 17 час. 00 мин. по 19 час. 00 мин. 2 сентября 2019 года. Кроме того, от ФИО2 посредством мессенджера «

<

данные изъяты>» были получены пять записей телефонных разговоров с мужчиной, который начиная с 30 августа 2019 года представлялся ему ФИО1 и давал указания по разгрузке товарно-материальных ценностей; данные записи свидетель перенес на оптический диск формата CD-R, выданный им впоследствии следователю (т. 2 л.д. 49-50, т. 2 л.д. 29);

показаниями свидетеля – сотрудника ОП «Зареченский» УМВД России по г.Туле ФИО13 о том, что в конце ноября 2019 года в связи с расследованием другого уголовного дела о мошенничестве, совершенном на территории Зареченского района г.Тулы, вместе с другими сотрудниками полиции выезжал в 

<

адрес>, где по имеющейся информации могли находиться лица, причастные к расследуемому преступлению. В жилом доме, куда свидетель явился для проведения необходимых следственных действий, проживали цыгане, там же находился и подсудимый, а рядом с ним лежало несколько мобильных телефонов, при включении громкой связи было слышно, как звонившие спрашивали, когда будет получен груз, когда он будет перевезен. При обыске в доме были изъяты ноутбуки и сотовые телефоны, ФИО21 и еще трое мужчин доставлены в отдел полиции «Зареченский» г. Тулы. В ходе расследования было установлено, что голос ФИО21 схож с голосом лица, причастного к хищению в г. Щекино Тульской области имущества с большегрузного автомобиля.

Оценив по правилам ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ перечисленные доказательства вины подсудимого в совершении мошенничества, то есть хищения чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору и в особо крупном размере, суд признает их полученными без нарушений уголовно-процессуального закона, они являются взаимно дополняющими, последовательными, в юридически значимых для дела обстоятельствах друг другу не противоречат. Потерпевший и свидетели, показания которых приведены выше, до начала допросов предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, а также о возможности использования данных ими показаний в качестве доказательства по делу, даже в случае отказа от них; повода для оговора подсудимого с их стороны не установлено, их показания подтверждаются приведенными выше письменными доказательствами. Перечисленные протоколы следственных действий и иные документы составлены уполномоченными на то должностными лицами, с соблюдением всех требований действующего законодательства. Каких-либо замечаний по порядку проведения соответствующих процессуальных действий на стадии предварительного расследования, а также по содержанию составленных по их итогам протоколов участниками данных действий сделано не было. Предусмотренные действующим законодательством права и обязанности участникам соответствующих следственных действий разъяснялись. 

Экспертное заключение соответствует по форме и содержанию требованиям, предъявляемым законом к документам такого рода, оно мотивировано, составлено на основании материалов уголовного дела лицами, обладающими специальными познаниями в определенных областях науки и имеющими необходимую квалификацию, содержит указания на методы, использованные при непосредственных исследованиях всех представленных объектов, а также подробное описание установленных в результате этого фактов; у суда нет никаких причин сомневаться в компетентности и объективности лиц, составивших это заключение, выводы экспертов суду понятны. До начала исследований эксперты были предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложного заключения, каких-либо нарушений при проведении экспертизы не установлено.

Таким образом, данные доказательства следует считать относимыми, достоверными и допустимыми. Указание в показаниях свидетеля ФИО7 даты «4 сентября 2018 года» является явной технической опиской, которая на достоверность его показаний не влияет. Как видно из исследованных сопроводительных документов на приобретенные товарно-материальные ценности, разницы в стоимости между некоторыми одноименными товарами, с совпадающими марками и моделями, обусловлены различным цветовым оформлением, в связи с чем доводы защитника о неконкретности предъявленного обвинения в данной части необоснованны.

Перечень и стоимость похищенного имущества, его принадлежность потерпевшему, а также хронология событий, имеющих значение для дела, и временные рамки конкретных действий подсудимого, направленных на достижение общей с его соучастниками преступной цели по хищению имущества ФИО1 путем обмана, установлены объективно, на основании исследованных материалов дела, в том числе платежных поручений, свидетельствующих о полной оплате товаров, накладных, счетов-фактур, подтверждающих отпуск товаров продавцами покупателю. Совокупность доказательств вины подсудимого достаточна для рассмотрения дела по существу.

Заявления подсудимого о его непричастности к преступлению и невиновности в его совершении суд полагает продиктованными желанием избежать ответственности, преуменьшить степень своей вины в содеянном или смягчить свою участь любым иным способом, эти заявления являются недостоверными, они опровергаются всей приведенной выше совокупностью доказательств, в том числе показаниями потерпевшего, свидетелей ФИО2, ФИО13, справками органа внутренних дел, заключением фоноскопической экспертизы.

В обоснование довода о непричастности подсудимого к инкриминируемому преступлению сторона защиты ссылалась на показания свидетеля ФИО18, согласно которым в ноябре 2019 года он, находясь в 

<

адрес>, получил серьезную травму, после чего находился на лечении в областной больнице, его брат договорился об операции в Москве, куда свидетеля доставили 22 ноября 2019 года специализированным автомобилем; несколько родственников остались, чтобы встретить остальных, в том числе подсудимого, которые задержались в пути, но ФИО21 до отъезда свидетеля не приехал. Позже свидетелю стало известно, что ФИО21 прибыл в 

<

адрес> из 

<

адрес> 26 или 27 ноября 2019 года, жил у брата свидетеля в доме № по 

<

адрес> и однажды был задержан на улице сотрудниками полиции. Свидетелю известно, что в доме № по той же улице также живет семья цыган, но те его родственниками не являются. Чем занимался подсудимый в период с 29 августа по 6 сентября 2019 года, свидетелю достоверно не известно.

Показания свидетеля ФИО18 о получении им травмы позвоночника, нахождении на стационарном лечении в 

<

адрес> доказательствами обвинения не опровергнуты, однако в остальной части показания свидетеля суд не считает достоверными, так как согласно показаниям подсудимого в судебном заседании он прибыл в 

<

адрес> 13 или 14 ноября 2019 года, а с 17 по 22 ноября 2019 года участвовал в поисках медицинского учреждения, где его родственнику могли бы сделать операцию, и средствах доставки его туда.

Также защитник ссылался на результаты фотофиксации передвижения транспортного средства – автомобиля с государственным регистрационным знаком 

<

данные изъяты>, из которых следует, что указанный автомобиль в период с 1 августа 2019 года по 1 октября 2019 года передвигался по автодорогам 

<

адрес> (т.3 л.д. 40-46), а также на протоколы детализации телефонных соединений по абонентским номерам № и №, которые, по словам подсудимого, в рассматриваемый судом период находились в его пользовании; согласно детализации, абоненты с указанными номерами находились в зоне действия базовых станций, расположенных во 

<

адрес> и их соединений с теми абонентскими номерами, которые использовались при совершении преступления, не зафиксировано (т. 3 л.д. 113-114). Вместе с тем согласно исследованным материалам дела транспортных средств на ФИО21 не зарегистрировано, а указанные абонентские номера, как пояснил сам подсудимый, зарегистрированы не на его имя, в связи с чем указанные документы не могут являться доказательством невиновности либо непричастности подсудимого к инкриминируемому ему преступлению. Более того, совокупность доказательств, признанных судом достоверными, однозначно свидетельствует, что телефонные переговоры с ФИО2 осуществлялись подсудимым с использованием мобильной связи из 

<

адрес>.

Защитником в качестве доказательства представлялось заключение экспертов от 26 февраля 2020 года №, составленное по итогам исследования представленных свидетелем ФИО8 фонограмм разговоров сотрудника ООО «

<

данные изъяты>» ФИО9 (т. 1 л.д. 236-241). По выводам экспертов аудитивного сходства голоса и речи ФИО21 с голосом и речью лиц в фонограмме, где собеседники договариваются о встрече в определенном месте и в определенное время, находящейся в файле «

<

данные изъяты>», которая начинается со слова «Алё» и заканчивающейся словами «Ну всё», не обнаружено; остальные три фонограммы для проведения идентификационных исследований непригодны в связи с малой длительностью звучания, крайне малым объемом и недостаточной представительностью речи лица, обозначенного в расшифровках всех этих фонограмм диалогов как М1. Вместе с тем из того же заключения следует, что голос и речь ФИО21 на образцах сходны по своим характеристикам с голосом и речью лица с мужским голосом, обозначенного как М1 в тех же трех фонограммах, и это также опровергает версию стороны защиты о непричастности ФИО21 к преступлению.

Период с 3 по 29 августа 2019 года, который указан в документах о приобретении строительных материалов у индивидуального предпринимателя ФИО19 (

<

адрес>) с использованием дисконтной карты на имя ФИО21, находится за пределами временных рамок предъявленного обвинения, в связи с чем суд полагает, что данные документы критерию относимости не отвечают. К тому же использование дисконтной карты на имя ФИО21 не является однозначным подтверждением того, что данная карта предъявлялась самим подсудимым.

В качестве доказательства защиты исследовался протокол предъявления для опознания по фотографии, в ходе которого свидетель ФИО2 на предъявленных ему фотографиях по отличительным чертам внешности опознал мужчину, который, представившись ему 

<

данные изъяты>, утром 4 сентября 2019 года руководил разгрузкой груза на 

<

адрес> и уплатил ему 100 тыс.руб. в качестве задатка за выполненную работу (т. 1 л.д. 141-145). Подсудимый отрицал всякое свое знакомство с опознанным, однако суд считает, что данный протокол подтверждает достоверность показаний свидетеля ФИО2 о событиях указанного дня.

Также защитник ссылался на заключение специалиста ООО «

<

данные изъяты>» от 9 июля 2020 года, согласно которому в звукоряде фонограмм «

<

данные изъяты>», «

<

данные изъяты>», «

<

данные изъяты>», «

<

данные изъяты>», «

<

данные изъяты>» признаки монтажа или нарушения непрерывности записи отсутствуют; ответить на вопрос о принадлежности ФИО21 или иному лицу голоса и речи лица, обозначенного в установленном тексте телефонного разговора как «М1» в фонограмме в файле «

<

данные изъяты>», не представляется возможным по причине искажения фонограммы нарушением речи и внешними звуковыми помехами, отсутствия достаточного количества идентификационных признаков, однако голос и речь лица, обозначенного в установленных текстах телефонных разговоров как «М1» с фонограмм в файлах «

<

данные изъяты>», «

<

данные изъяты>», «

<

данные изъяты>», «

<

данные изъяты>», не принадлежит голосу и речи ФИО21 

Суд, однако, не считает возможным принять данное заключение в качестве достоверного, так как при изложении выводов специалист исказил формулировку вопроса № по сравнению с содержащейся в разделе «Вопросы и цели исследования» заключения; наименования исследуемых файлов, приведенные в тексте заключения, не соответствуют наименованиям файлов, имеющимся в материалах дела, в том числе на исследованном в суде оптическом носителе информации («guality» вместо правильного «quality»), текстовое содержание исследованных специалистом файлов в заключении не приведено, что не позволяет однозначно утверждать, что специалисту были представлены и исследованы те же файлы, которые имеются в уголовном деле. Обращает на себя внимание и то, что в своем заключении специалист ссылается на Федеральный закон от 8 августа 2001 года № 128-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» как на действующий, допуская при этом искажение названия данного нормативного акта, хотя этот закон утратил силу с 2 ноября 2011 года (Федеральный закон от 4 мая 2011 года № 99-ФЗ). Приведенные в заключении сведения о профессиональной подготовке специалиста в области исследования и экспертизы почерка, промышленного и пищевого оборудования, а также о прохождении им в 2014 году краткосрочного (25 часов) обучения по программе «Цифровое видео и аудио. Методики исследования» также не позволяют утверждать о наличии у лица, составившего данное заключение, достаточного для этого уровня теоретических знаний и практических навыков.

По смыслу закона обман как способ совершения хищения может выражаться, в частности, в сознательном представлении другому лицу заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений, с целью введения владельца имущества в заблуждение. 

Суд считает доказанным, что при обстоятельствах, установленных судебным разбирательством, подсудимый, действуя умышленно, осознавая незаконность своих действий, а также действий своих соучастников, предвидя неизбежность наступления их общественно опасных последствий в виде уменьшения наличного имущества потерпевшего вопреки воле последнего и причинения ему тем самым имущественного ущерба, но желая поступить подобным образом, при этом в соответствии с отведенной ему преступной ролью совершал конкретные действия для осуществления общего со своими соучастниками преступного умысла, преследуя общую с ними преступную цель личного обогащения и извлечения материальной выгоды, то есть из корыстных побуждений, предоставил ФИО1 заведомо ложные сведения о себе, назвавшись водителем ФИО2, и о наличии у него транспортных средств для грузоперевозок, а затем контролировал в телефонных переговорах действия ФИО2, представляясь ему владельцем груза ФИО1, то есть также сообщив заведомо ложные сведения о себе и о своих намерениях, то есть обманув ФИО1 и ФИО2, и данные действия в итоге привели к тому, что имущество потерпевшего неправомерно и безвозмездно выбыло из его собственности, перейдя во владение и пользование группы лиц, действовавшей по предварительному сговору на хищение имущества ФИО1, в состав которой входил и подсудимый, после чего ФИО21 и его соучастники получили реальную возможность беспрепятственно распорядиться похищенным как своим собственным и по своему усмотрению, что повлекло причинение потерпевшему материального ущерба на определенную сумму, которая превышает один миллион рублей, что в соответствии с п. 4 примечаний к ст. 158 УК РФ составляет особо крупный размер.

Исследованные судом доказательства однозначно указывают на то, что противоправное завладение имуществом потерпевшего не было совершено подсудимым и его соучастниками с целью временного использования этого имущества с последующим его возвращением собственнику, либо в связи с их действительным или предполагаемым правом на имущество, ставшее предметом хищения, либо с целью его уничтожения, либо из хулиганских побуждений. 

Квалифицирующий признак совершения преступления «организованной группой», вмененный ФИО21 по обвинительному заключению, суд считает не нашедшим своего подтверждения, так как стороной обвинения не было представлено доказательств существования преступной группы в постоянном составе начиная с конкретного, с достаточной полнотой определенного промежутка времени, который с достоверностью свидетельствовал бы о наличии такого обязательного признака организованной группы как ее устойчивость.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что преступление было совершено группой лиц по предварительному сговору, так как ФИО21, как и его соучастники, действовал в соответствии с заранее и фактически состоявшимся распределением преступных ролей, действия подсудимого и его соучастников были подчинены общему преступному умыслу на противоправное и безвозмездное изъятие не принадлежащего никому из них, то есть чужого имущества, и этот умысел возник до начала выполнения объективной стороны преступления, каждый из соучастников, в том числе ФИО21, в соответствии с заранее состоявшимся распределением преступных ролей совершал конкретные действия, направленные на достижение общей преступной цели, при этом, как видно из доказательств, признанных судом достоверными, действия подсудимого были известны и понятны другим соучастникам, что свидетельствует о наличии каналов связи между ними. 

По изложенным выше причинам суд квалифицирует действия подсудимого по ч. 4 ст. 159 УК РФ как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере.

Изучением сведений о личности подсудимого установлено, что ФИО21 

<

данные изъяты>.

В ходе судебного заседания поведение подсудимого было адекватно происходящему, он давал обдуманные показания и ответы на задаваемые вопросы, активно и мотивированно реализуя право на защиту, поэтому его следует считать вменяемым, а потому подлежащим ответственности за содеянное.

При назначении вида и меры наказания подсудимому суд согласно ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности преступления, все сведения о личности виновного, влияние назначаемого наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи. В соответствии со ст. 67 УК РФ суд принимает во внимание также характер и степень фактического участия подсудимого в совершении преступления, значение этого участия для достижения цели преступления, его влияние на характер и размер причиненного вреда.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО21, являются наличие у него малолетних детей на иждивении, совершение преступления впервые, состояние здоровья виновного, его родителей и одного из детей, находящихся на его иждивении. 

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО21, по делу не установлено. Вместе с тем фактические обстоятельства совершения преступления, степень его общественной опасности, несмотря на наличие обстоятельств, смягчающих наказание, и отсутствие обстоятельств, его отягчающих, не позволяют суду принять в отношении подсудимого решение о применении положений ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменения категории преступления на менее тяжкую.

Санкция ч. 4 ст. 159 УК РФ не предусматривают возможности назначения основного наказания иного, чем лишение свободы; никаких предусмотренных законом оснований для применения в отношении подсудимого положений ст. 64, 73 УК РФ, которые могли бы быть расценены как исключительные и существенно уменьшающие степень общественной опасности содеянного либо свидетельствующие о возможности его исправления без изоляции от общества, суд не находит. 

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, несмотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие обстоятельств, отягчающих его, суд не находит оснований для изменения категории совершенного преступления на менее тяжкую по правилам ч. 6 ст. 15 УК РФ. Вместе с тем совокупность обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого, позволяет суду принять решение о неназначении дополнительных наказаний в виде штрафа и ограничения свободы, предусмотренных санкцией ч. 4 ст.159 УК РФ.

Вид и режим исправительного учреждения для отбывания наказания определяются согласно п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ, так как подсудимый, ранее не отбывавший лишение свободы, совершил тяжкое преступление.

Гражданский иск по делу не заявлен. Вопрос о вещественных доказательствах, относительно которых на стадии предварительного расследования не было принято окончательных решений, решается в соответствии с требованиями ч.3 ст. 81 УПК РФ.

На основании ч. 2 ст. 97 УПК РФ, в обеспечение исполнения настоящего приговора до его вступления в законную силу, меру пресечения в виде заключения под стражу, действующую в настоящее время в отношении подсудимого, суд оставляет без изменения.

В связи с изложенным и руководствуясь ст. ст. 303, 304, 307-309 УПК РФ, суд 

приговорил:

признать ФИО21 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на три года шесть месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении осужденного ФИО21 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения, осужденного содержать в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Тульской области. Срок наказания исчислять с даты вынесения приговора – 24 сентября 2020 года, с зачетом в него срока содержания осужденного ФИО21. под стражей до вынесения приговора – с 29 ноября 2019 года по 23 сентября 2020 года включительно.

Срок содержания осужденного ФИО21 под стражей со дня заключения под стражу по день вступления приговора в законную силу включительно зачесть в срок наказания из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы, с соблюдением требований ч. 3.3 ст. 72 УК РФ. 

Вещественные доказательства – компакт-диск с образцами голоса и речи осужденного; СD-R диск с записью голоса ФИО21, ведущего переговоры с ФИО2 от имени потерпевшего ФИО1; компакт-диск с аудиозаписью разговора ФИО9 с лицом, выступающим от имени ФИО2; компакт-диск с видеосъемкой холла ООО «

<

данные изъяты>» и ООО «

<

данные изъяты>» от 3 сентября 2019 года; DVD-R диск с видеозаписями и фотографическими изображениями с камер видеонаблюдения АЗК «

<

данные изъяты>» от 2 сентября 2019 года; СD-R диск с детализацией абонентских номеров, использовавшихся ФИО21; СD-R диск с детализацией соединений абонентских номеров, использовавшихся ФИО21 для совершения преступления; телефон, изъятый у ФИО2, с аудиозаписью голоса ФИО21, ведущего переговоры от имени потерпевшего ФИО1 – продолжать хранить при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего на основании п. 5 ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Тульский областной суд путем подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления в Щекинский районный суд Тульской области в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным – в тот же срок со дня вручения копии приговора.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии, а также об участии защитника в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий подпись 

Приговор вступил в законную силу 6.10.2020 года