Дело № 2-2313/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Ульяновск 06 декабря 2019 года

Железнодорожный районный суд г. Ульяновска в составе:

председательствующего судьи Зобовой Л.В.,

с участием истца ФИО1, 

представителя истца ФИО1 – ФИО2,

ответчика – ФИО3,

представителя ответчика ФИО3 - ФИО4,

при секретаре Сергеевой Н.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело № 2-2313/2019 по иску ФИО1 к ФИО3 о включении в состав наследственного имущества денежных средств, признании права собственности на денежные средства в порядке наследования, взыскании неосновательного обогащения, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Железнодорожный районный суд г. Ульяновска с иском к ФИО3 о включении в состав наследственного имущества денежных средств, признании права собственности на денежные средства в порядке наследования, взыскании неосновательного обогащения, судебных расходов. Исковые требования мотивированы тем, что она и ответчица являются дочерьми ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 составила завещание, в соответствии с которым завещала все свое имущество в равных долях ФИО3 и ФИО6 ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла ДД.ММ.ГГГГ. После смерти матери открылось наследство в виде квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> денежных вкладов с причитающимися процентами и компенсациями на закрытые денежные вклады. После смерти матери в установленный законом срок она и ответчица обратились к нотариусу г. Ульяновска ФИО7 с заявлением о вступлении в наследство. 10 сентября 2019 года нотариусом ФИО7 истице были выданы: свидетельство о праве на наследство по завещанию № на 1/2 долю квартиры и свидетельство о праве на наследство по завещанию № на денежные вклады с причитающимися процентами и компенсациями. Получив выписку по счету, она узнала, что в период с 2015 года по 2019 год, ответчик ФИО3, используя пенсионную карту матери, вопреки ее воли, присвоила себе, сняв с карты, в том числе путем перевода на свою карту (счет №) денежные средства в размере 2 162 294 руб. 45 коп. При этом денежные средства в размере 30 994 руб. 45 коп. были переведены после смерти матери. ФИО5 в течение многих лет страдала тяжелыми хроническими заболеваниями: 

<

данные изъяты>, наблюдалась в областной психиатрической больнице, принимала сильнодействующие, психотропные препараты (хлорпротексин), с 2015 года нуждалась в постоянном уходе. В период тяжелой болезни матери с 2015 по 2018 годы она с сестрой осуществляли за ней совместный уход, её дочь - ФИО8 проживала вместе в ФИО5 и тоже осуществляла помощь в уходе за ней. При жизни ФИО5 неоднократно заявляла, что на её расчетных счетах имеется денежная сумма в размере более 2 000 000 руб. При жизни ФИО5, подозревая, что ответчик вопреки ее воли овладела указанными денежными средствами, неоднократно требовала вернуть ей пенсионную карту, однако ответчик отрицала данный факт и отказывалась возвратить карту, ссылаясь на болезненное состояние матери. Считает, что указанные денежные средства должны быть включены в наследственную массу после смерти ФИО5 и с ответчицы в её пользу подлежит взысканию денежная сумма в размере 1 081 147 руб. 22 коп. Ссылаясь на нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, ФИО1 просила суд:

- включить в наследственную массу после смерти ФИО5, умершей ДД.ММ.ГГГГ денежные средства в размере 2 162 294 руб. 45 коп.;

- признать за ней право собственности на денежные средства в размере 1 081 147 руб. 22 коп. в порядке наследования после ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения;

- взыскать с ФИО3 в её пользу неосновательное обогащение в размере 1 081 147 руб. 22 коп.;

- взыскать с ФИО3 в её пользу расходы по оформлению искового заявления в размере 2 500 руб.

В судебном заседании ФИО1 на удовлетворении исковых требований настаивала, привела доводы аналогичные указанным в иске. Дополнительно пояснила, что ФИО5 не давала ФИО3 права на распоряжение денежными средствами, находящимися на расчетном счете в банке. В 2013 году состояние здоровья ФИО5 стало ухудшаться, она стала прятать вещи и документы. В связи с указанным все документы на имя ФИО5 стали храниться у ФИО3 Сестра также забрала банковскую карту матери, на которую поступала пенсия. С 2015 года состояние здоровья ФИО5 ухудшилось, она перестала называть родственников по именам, забывала принимать инсулин. С 2015 года ФИО5 стала агрессивной, у неё стали наблюдаться галлюцинации, она стала разговаривать без собеседника, не ориентировалась в пространстве и времени. Не смотря на плохое состояние здоровья, ФИО5 всегда контролировала расход денежных средств и просила у ФИО3 вернуть карту. В 2016 году ФИО5 перенесла инсульт и у неё было установлено наличие психического заболевания. ФИО5 родилась в рабоче-крестьянской семье, была старшим из 5 детей. Длительное время ФИО5 работала на Ульяновском моторном заводе в должности бухгалтера. В 1976 году ФИО5 перенесла сильный стресс, так как погиб её муж (отец истца и оттетчика), из-за стресса она наблюдалась у врача-психиатра. В декабре 2017 года ответчица проходила стационарное лечение и передала ей банковскую карту матери. С указанной карты она снимала денежные средства для оплаты услуг сиделок. Сиделки с матерью общались как с ребенком. Они сообщили ей о том, что у ФИО5 нарушен сон и по их рекомендации она вновь обратилась к врачу-психиатру, который назначил лечение. Считает, что сестра незаконно присвоила денежные средства ФИО5 в период с 2015 по 2019 годы. Не оспаривала факт того, что врач – психиатр ГУЗ «УОКПБ им. В.А. Копосова» ФИО9, ФИО5 не осматривал. Указала на несогласие с выводами судебно-психиатрической экспертизы.

Представитель ФИО1 – ФИО2 на удовлетворении исковых требований настаивала, привела доводы алогичные указанным в иске. Указала на несогласие с выводами судебно-психиатрической экспертизы.

ФИО3 исковые требования не признала в полном объеме, указав на то, что денежными средствами, находящимися на расчетном счете ФИО5 она распоряжалась с согласия последней. Действительно, у ФИО5 имелись проблемы со здоровьем, но до 2018 года она отдавала отчет своим действиям. До 2016 ФИО5 самостоятельно себя обслуживала. В мае 2016 года ФИО5 ходила в Сбербанк России за банковской картой, подписывала все документы, связанные с получением банковской карты. В декабре 2016 году после перенесенного малого инсульта у неё нарушился сон, она разговаривала ночами. В связи с указанным, ей было назначено лечение. После того, как ФИО5 выписали из больницы, она осуществляла за ней уход. Состояние здоровья ФИО5 восстановилось, она стала жить одна. В этот период были случаи, что она могла упасть, так как плохо ходила. До декабря 2017 ФИО5 проживала одна и самостоятельно себя обслуживала. С 2017 года она стала проживать в квартире ФИО5 и ухаживать за ней. В 2018 году состояние здоровья ФИО5 ухудшилось. Так как истица не вернула банковскую карту, она с согласия ФИО5 подключила к её банковской карте мобильный банк и снимала денежные средства, которые тратила на содержание матери. 

Представитель ФИО3 - ФИО4 исковые требования не признал в полном объеме, поддержал позицию ФИО3, указал на согласие с выводами судебно-психиатрической экспертизы.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, УФСГРКиК по Ульяновской области, ПАО Сбербанк в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, нотариус ФИО7 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, просила дело рассмотреть в свое отсутствие.

Выслушав участников процесса, свидетелей, экспертов, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

На основании ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В силу ст. 57 ГПК РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Согласно нормы ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) установлено, что сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Сделка - правомерное действие, которое должно соответствовать требованиям законодательства и этим она отличается от неправомерных действий - деликтов. Сделки представляют собой действия, направленные на достижение определенного правового результата.

Согласно ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу положений ст.1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию или по закону.

Наследование по закону имеет место тогда, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

На основании ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В соответствии со ст.1141 ГК РФ, наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренными ст.ст.1142-1145 и ст.1148 настоящего Кодекса.

Наследники одной очереди наследуют в равных долях, за исключением наследников, наследующих по праву представления (п.2 ст.1141 ГК РФ).

Наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя. Внуки наследодателя и их потомки наследуют по праву представления (ст.1142 ГК РФ).

В силу положений ст.301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Из материалов дела следует, что ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является матерью ФИО1 и ФИО3

05 сентября 1997 года ФИО5 составила завещание, в соответствии с которым она:

- принадлежащий ей на праве личной собственности жилой дом, находящийся по адресу: 

<

адрес>, на случай смерти завещала по 2/8 (две восьмых) доли каждому - ФИО10, ФИО11, ФИО12, и по 1/8 (одной восьмой) доле каждой дочери - ФИО3 и ФИО13;

- все остальное имущество, которое ко дню её смерти окажется ей принадлежащим, где бы таковое ни находилось и в чем бы ни заключалось, завещано дочерям - ФИО3 и ФИО13 - в равной доле каждой.

ФИО5 умерла ДД.ММ.ГГГГ. 

Наследниками, принявшими наследство после смерти ФИО5, являются: ФИО1, ФИО3

10 сентября 2019 года нотариусом ФИО7 выданы свидетельства о праве на наследство по завещанию: 

- ФИО3 - на ? долю в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес> ? долю денежных вкладов, хранящихся в ПАО Сбербанк;

- ФИО1 - на ? долю в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес> ? долю денежных вкладов, хранящихся в ПАО Сбербанк.

После смерти ФИО5 с её счета произведено списание денежных средств в размере 30 791 руб. 19 коп.

ФИО3 не оспаривался факт получения указанных денежных средств.

Из искового заявления ФИО1 следует, что на расчетном счету ФИО5 имелись денежные средства в размере более 2 000 000 руб.

В период с 2015 года по 2019 год, ответчик ФИО3, используя пенсионную карту матери, против ее воли, присвоила себе, сняв с карты, в том числе путем перевода на свою карту денежные средства в размере 2 162 294 руб. 45 коп. 

При этом денежные средства в размере 30 994 руб. 45 коп. были переведены со счета после смерти ФИО5

ФИО3 пояснила, что распоряжение денежными средствами, принадлежащими ФИО5, осуществлялось с её согласия.

Из медицинской документации ФИО5 следует, что в 1982 году она обращалась за помощью к психиатру, установлен диагноз – 

<

данные изъяты>. До 1986 года наблюдалась психиатрами с данным диагнозом, снята с учета с улучшением.

21 августа 2015 года ФИО5 обратилась за помощью к психиатру с жалобами на боли в суставах, периодические головные боли, шум в голове, нарушение сна. Установлен диагноз 

<

данные изъяты> 

В период с 06 декабря 2016 года по 20 декабря 2016 года ФИО5 находилась в отделении ОНМК РСЦ ГУЗ УОКБ на стационарном обследовании и лечении с диагнозом: 

<

данные изъяты>

В период прохождения лечения в ГУЗ УОКБ 13 декабря 2016 года смотрена психологом, который указал на наличие положительной мотивации, а также на то, что когнитивные функции у ФИО5 в норме. 

После выписки из ГУЗ УОКБ в 2016 году ФИО5 за консультацией к врачам – психиатрам не обратилась.

До 2018 года ФИО5 у врачей-психиатров не наблюдалась, наблюдалась неврологом, терапевтом, устанавливался диагноз – 

<

данные изъяты> II - III ст., рекомендаций по обращению к психиатру не давалось.

В справке от 27 сентября 2019 года, выданной ГКУЗ «УОКПБ им. В.А. Копосова» указано, что ФИО5 с 2015 года по 2018 год наблюдалась с диагнозом – 

<

данные изъяты>.

Свидетель ФИО8 пояснила, что ФИО5 является ей бабушкой. Первые нарушения психики у ФИО5 стали наблюдаться в 2012 году, когда она стала прятать вещи и продукты, но других нарушений психики у бабушки не наблюдалось. С 2015 года ФИО5 перестала называть родственников по именам, у неё стала проявляться агрессия, нарушился сон, она стала разговаривать без собеседника, а стала беспомощной в быту. Она знает, что банковская карта ФИО5 до 2018 года находилась у ФИО3 Содержание ФИО5 осуществлялось за счет её денежных средств. В период с 2015 года по 2016 года ФИО5 требовала от ФИО3 банковскую карту. В этот период продукты для ФИО5 покупали как ФИО3, так и она с ФИО1 ФИО5 никогда ни в чем не нуждалась. Оплату коммунальных платежей за ФИО5 осуществляла ФИО3

Свидетель ФИО14 пояснила, что она являлась соседкой ФИО5 с 2016 года. Она помогала ФИО3 ухаживать за ФИО5 ФИО5 иногда падала с кровати и ФИО3 приглашала её, чтобы поднять её. Первый раз она пришла помочь ФИО3 в 2016 году, ФИО3 представила её ФИО5 и она улыбнулась в ответ. Длительное время она с ФИО5 не общалась, но при встрече ФИО5 ей улыбалась, говорила «спасибо». 

Для выяснения вопроса о наличии у ФИО5 психического заболевания, а так же возможности ФИО5 отдавать отчет своим действиям или разумно руководить ими в период с января 2015 года по 06 марта 2019 года, была назначена посмертная судебно-медицинская экспертиза.

Из заключения посмертной судебно-психиатрической экспертизы от 19 ноября 2019 года №, составленной ГУЗ «УОКПБ им. В.А. Копосова» следует, что при жизни ФИО5 страдала 

<

данные изъяты>. Убедительных данных о наличии у ФИО5 психоза или слабоумия, что могло бы лишить её способности отдавать отчет своим действиям либо руководить ими на юридически значимый период (с января 2015 года по 06 марта 2019 года), в представленных материалах не имеется.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО15 подтвердил выводы, изложенные в заключении, пояснив, что экспертами были проанализированы: медицинские документы ФИО5, пояснения свидетелей и на основании анализа всех указанных сведений был сделан вывод о том, что сведений о данных о наличии у ФИО5 слабоумия не имеется. Врач – психиатр ГУЗ «УОКПБ им. В.А. Копосова» ФИО9, ФИО5 не осматривал, диагноз - 

<

данные изъяты>, установлен со слов обратившийся к нему дочери. 

Допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО16 подтвердила выводы, изложенные в заключении, пояснив, что ФИО5 при жизни страдала 

<

данные изъяты>. При указанном диагнозе у неё имелись отклонения в психическом поведении, но они не доходили до степени слабоумия. 

Относиться критически к заключению экспертов, предупрежденных об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, у суда оснований нет. Экспертиза проведена с учетом показаний свидетелей, анализа медицинской документации.

Сам по себе факт наличия у ФИО5 заболевания - 

<

данные изъяты>, не свидетельствует о том, что она была лишена способности отдавать отчет своим действиям либо руководить ими.

Доказательств того, что при жизни ФИО5 обращалась в правоохранительные органы с требованиями о возврате денежных средств, потраченных ФИО3, не имеется.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что истицей не предоставлено доказательств того, что в период с января 2015 года по 06 марта 2019 года ФИО3 осуществляла распоряжение денежными средствами ФИО5 без её согласия, воля ФИО5 не соответствовала действиям, совершаемым ФИО3 по распоряжению денежными средствами.

Таким образом, оснований для включения в состав наследственной массы денежных средств, снятых со счета ФИО5 в период с 01 января 2015 года по 06 марта 2019 года, взыскании с ФИО3 в пользу ФИО1 ? доли указанных денежных средств, не имеется.

Из материалов дела следует, и не оспаривается ответчиком, что после смерти ФИО5 с её расчетного счета была снята денежная сумма в размере 30 791 руб. 19 коп.

Доказательств, подтверждающих наличие согласия истца на получение ФИО3 денежных средств со счета наследодателя, ответчиком не представлено, как и не представлено доказательств передачи ФИО1 денежных средств в какой-либо части. 

Доводы ответчика о том, что указанные денежные средства были сняты на организацию похорон и поминальные обеды, не являются основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, поскольку спорные денежные средства входят в состав наследственного имущества.

Учитывая вышеизложенное, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований истца о включении в состав наследственной массы денежных средств в размере 30 791 руб. 19 коп. и взыскании с ответчика ФИО3 в пользу ФИО1 денежных средств в размере 15 395 руб. 60 коп. 

В соответствии со ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

В силу п. 3 ст. 10 ГК РФ разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается. 

На основании изложенного, а также требований ст. 100 ГПК РФ о разумности пределов в присуждении указанных расходов суд полагает возможным взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 1 500 руб. в счет оплаты услуг представителя по составлению искового заявления. При этом суд учитывает категорию гражданского дела, по которому была оказана юридическая помощь.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально удовлетворенной части требований. Следовательно, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию государственная пошлина в размере 190 руб. 48 коп.

В связи с тем, что истице при подаче искового заявления была представлена отсрочка по уплате государственной пошлины, с неё в доход муниципального образования «город Ульяновск» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 11 415 руб. 26 коп.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 -198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к ФИО3 о включении в состав наследственного имущества денежных средств, признании права собственности на денежные средства в порядке наследования, взыскании неосновательного обогащения, судебных расходов удовлетворить частично.

Включить в наследственную массу после смерти ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ, денежные средства в размере 30 791 руб. 20 коп.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 денежные средства в размере 15 395 руб. 60 коп., расходы по оформлению искового заявления 1 500 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 190 руб. 48 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к ФИО3 о включении в состав наследственного имущества денежных средств, признании права собственности на денежные средства в порядке наследования, взыскании неосновательного обогащения, судебных расходов отказать.

Взыскать с ФИО1 в доход муниципального образования «город Ульяновск» государственную пошлину в размере 11 415 руб. 26 коп.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Железнодорожный районный суд города Ульяновска в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Судья Л.В. Зобова