Судья Тыжных И.М. Дело № 22-515/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Тюмень 11 марта 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Тюменского областного суда в составе:

председательствующего – судьи Шипецовой И.А.,

судей Казанцевой Н.Н., Хоменко Е.В.,

при секретаре судебного заседания Юмадиловой А.А.,

с участием:

прокурора Зернова А.С.,

осуждённого ФИО1,

защитника – адвоката Давыденко А.А.,

переводчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Субботиной Ю.И., апелляционным жалобам адвоката Торкина П.А. и адвоката Давыденко А.А., действующих в интересах осуждённого ФИО1, на приговор Калининского районного суда г. Тюмени от 15 декабря 2025 года в отношении:

ФИО1, 

<

.......>, ранее не судимого,

которым он осуждён по:

- ч. 2 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации к наказанию в виде лишения свободы на срок 6 лет 6 месяцев,

- ч. 1 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 6 месяцев.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 7 лет 3 месяца с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Время содержания под стражей со дня фактического задержания, то есть с 05 декабря 2024 года до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчёта один день содержания под стражей за один день отбывания наказания, в соответствии с ч.3.2 ст.72 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Мера пресечения оставлена в виде содержания под стражей.

Разрешён вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционных представления и жалоб, заслушав доклад судьи Казанцевой Н.Н., выступления осуждённого ФИО1 и защитника Давыденко А.А., поддержавших доводы жалоб, прокурора Зернова А.С., который просил приговор суда отменить по доводам апелляционного представления, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 приговором суда признан виновным и осуждён за незаконные приобретение, хранение без цели сбыта наркотических средств, совершенные в крупном размере.

Кроме того, ФИО1 признан виновным и осуждён за незаконные приобретение, хранение без цели сбыта наркотических средств, совершенные в значительном размере.

Преступления им совершены в г. Тюмени при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступлений признал частично.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Субботина Ю.И. выражает несогласие с приговором суда в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенными нарушениями уголовно-процессуального закона и неправильным применением уголовного закона. Указывает, что органами предварительного расследования действия ФИО1 были квалифицированы по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам. Однако, судом по собственной инициативе действия ФИО1 были переквалифицированы на ч. 2 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации - незаконные приобретение, хранение без цели сбыта наркотических средств, совершенные в крупном размере. При этом суд признал недопустимым доказательством показания ФИО1, данные им на стадии предварительного расследования, посчитав, что они получены с нарушение требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а именно даны в состоянии наркотического опьянения. Автор представления указывает, что судом оставлено без внимания, что допрос ФИО1 в качестве подозреваемого начат спустя более суток после установления у последнего состояния опьянения.

Кроме того, из показаний свидетелей ФИО8 и ФИО9 следует, что ФИО1 в ходе допроса вёл себя адекватно, не сообщал о том, что по состоянию здоровья не может принимать участие в допросе. ФИО1 был допрошен с соблюдением норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в присутствии адвоката, переводчика, перед началом допроса ему были разъяснены его процессуальные права, с протоколом допроса в качестве подозреваемого ознакомлен, при этом никаких замечаний относительно достоверности изложенных в протоколе сведений от ФИО1 и его защитника, не поступило. Таким образом, оснований для признания показаний ФИО1, данных на стадии предварительного расследования, недопустимым доказательством, не имеется. Кроме того, суд необоснованно отнёсся критически к показаниям свидетелей, являющихся понятыми, Свидетель №3 и Свидетель №2, поскольку в судебном заседании последние подтвердили оглашённые показания, данные ими на предварительном следствии, противоречия в показаниях объяснили давностью событий, при этом из этих показаний следует, что ФИО1 представлялся разными фамилиями, в связи с чем изначально его личность не могли установить. Также свидетель Свидетель №3 указал о наличии его подписи в представленных на обозрение в судебном заседании протоколах, показания в протоколах зафиксированы с его слов. Оснований для признания показаний указанных свидетелей недопустимыми доказательствами не имеется. Автор представления считает, что с учётом показаний ФИО1 об обстоятельствах сбыта наркотических средств, данных на стадии предварительного расследования, обнаруженной информации в телефоне, а также предметов, обнаруженных по месту жительства последнего, судом необоснованно переквалифицированы действия ФИО1 на ч. 2 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации, его действия надлежало квалифицировать по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации. Кроме того, указывает, что ФИО1 является гражданином Республики Таджикистан и на момент совершения преступлений незаконно находился на территории Российской Федерации, однако данное обстоятельство, предусмотренное п. «у» ч. 1 ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, в качестве отягчающего судом не признано. Также суд при назначении наказания не учёл состояние здоровья близких родственников ФИО1

На основании изложенного, просит приговор в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в ином составе суда.

В апелляционной жалобе адвокат Торкин П.А. считает приговор суда незаконным и необоснованным, в связи с его несправедливостью. Указывает, что при наличии ряда смягчающих наказание обстоятельств, с учётом положений ч. 1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации, судом немотивированно назначено максимально суровое наказание по ч. 2 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации. Также в приговоре отсутствуют суждения по какой причине при совокупности смягчающих наказание обстоятельств и отсутствии отягчающих обстоятельств, по ч. 1 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации ФИО1 не назначен более мягкий вид наказания в виде штрафа, обязательных либо исправительных работ. По мнению защитника, смягчающие наказания обстоятельства, как и характеризующий материал ФИО1, дают основания для применения положений ст. ст. 64, 73 Уголовного кодекса Российской Федерации. Кроме того, суд назначил ФИО1 наказание в виде лишения свободы, однако, в нарушение требований ст. 299 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, вопрос о замене данного наказания принудительными работами не рассмотрел. Просит приговор в отношении ФИО1 изменить, применить положения ст. ст. 64, 73 Уголовного кодекса Российской Федерации и снизить наказание.

В апелляционной жалобе адвокат Давыденко А.А. считает приговор суда незаконным в связи с чрезмерной суровостью назначенного ФИО1 наказания. Указывает, что преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации, совершено ФИО1 первым. При этом суд не указал, по какой причине за совершение преступления небольшой тяжести, ФИО1 назначено наказание в виде лишения свободы и невозможно применение иного, не связанного с лишением свободы. Кроме того, назначая наказание по ч. 2 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд не мотивирован в приговоре невозможность применения положений ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации. Полагает, что при назначении наказания суд формально перечислил обстоятельства, смягчающие наказания. По мнению адвоката, суд устранился от исследования вопроса о влиянии назначенного наказания на условия жизни семьи осуждённого. Просит приговор в отношении ФИО1 изменить, применить положения ст. ст. 64, 73 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Возражений на апелляционные представление и жалобы от участников уголовного судопроизводства не поступило.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав мнения участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб и представления, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 297 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым, постановленным в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основанным на правильном применении уголовного закона.

Перечисленные требования закона предполагают полноту, ясность и четкость приговора; изложенные в нем выводы суда должны непосредственно следовать из установленных в его описательно-мотивировочной части обстоятельств дела и анализа исследованных доказательств, а мотивы, по которым суд отвергает те или иные доказательства и принимает решения по вопросам, подлежащим разрешению при постановлении приговора и перечисленным в ст. 299 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, должны быть убедительными и исчерпывающими.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

В силу требований ст. 75 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации о недопустимости использования доказательств, полученных с нарушением закона, суд, установив такое нарушение, должен мотивировать свое решение о признании доказательства недопустимым и о его исключении из числа доказательств, указав, в чем именно выразилось нарушение закона (п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре»).

Согласно ст. 87 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации проверка доказательств производится путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство.

Эти требования закона по настоящему делу судом не выполнены в полном объеме, что повлияло на законность и обоснованность судебного решения.

Органами предварительного расследования ФИО1 обвинялся, в том числе в покушении на незаконный сбыт наркотических средств – мефедрон (4-метилметкатинон), общей массой 22, 11 гр., совершенный с использованием электронных и информационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

Суд первой инстанции по собственной инициативе переквалифицировал действия ФИО1 с ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации на ч. 2 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации, сославшись на недопустимость показаний ФИО1 при производстве предварительного расследования, а также свидетелей Свидетель №3 и Свидетель №2

В частности, как следует из приговора суда, суд не принял во внимание показания ФИО1, данные в качестве подозреваемого (т. 2 л.д. 31-37), в которых он не отрицал свою причастность к незаконному сбыту наркотических средств, указав, что на момент допроса последний находился в состоянии наркотического опьянения.

Признавая указанные показания ФИО1 недопустимым доказательством и мотивируя свои выводы в этой части, суд сослался на открытые источники в сети «Интернет» относительно выведения из организма человека синтетического наркотика в течение 3-8 суток после последнего его приема, которые, помимо прочего в ходе судебного следствия не исследовались, а также на акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического) № 4619, согласно которому у ФИО1 в моче обнаружен мефедрон (т. 2 л.д. 113)

Иных оснований для признания недопустимым доказательством показаний ФИО1 в качестве подозреваемого судом в приговоре не приведено.

Вместе с тем, данные сети «Интернет» не являются доказательствами по уголовному делу, соответственно выводы суда о нахождении ФИО1 в состоянии наркотического опьянения при допросе в качестве подозреваемого не основан на исследованных в ходе судебного следствия доказательствах, отвечающих предъявляемым к ним требованиям.

Более того, как следует из протокола допроса ФИО1, последний был допрошен в качестве подозреваемого 06 декабря 2024 года в период времени с 14 часов 22 минуты до 15 часов 20 минут (т. 2 л.д. 31-37), а состояние опьянения у последнего выявлено 05 декабря 2024 года в 06 часов 35 минут. То есть с начала задержания до момента допроса ФИО1 прошло продолжительное время – более суток, как установлено в ходе судебного следствия, допрошен последний с участием защитника и переводчика, однако оценка этому в приговоре не дана.

Соответственно объективных данных о нахождении ФИО1 в состоянии наркотического опьянения при допросе в качестве подозреваемого судом первой инстанции не приведено, а вывод суда в части признания недопустимым доказательством показаний ФИО1 в качестве подозреваемого не основан на положениях ст. 75 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Более того, судом не дана оценка показаниям ФИО1 в совокупности с другими доказательствами, в том числе показаниям свидетелей ФИО8 и ФИО9, письменными материалами уголовного дела, как того требует закон (ст. 88 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Помимо этого, суд признал недопустимыми доказательствами показания свидетелей Свидетель №3 и Свидетель №2, принимавших участие в качестве понятых при производстве процессуальных действий с участием ФИО1, сославшись на противоречия в их показаниях, данных в ходе предварительного расследования и в судебном заседании.

Однако, вопреки ст. 75 Уголовно-процессуального кодекс Российской Федерации, а также позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в п. 6 Постановления Пленума от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», суд первой инстанции не указал, какие конкретные нарушения требований уголовно-процессуального закона при допросе свидетелей Свидетель №3 и Свидетель №2 были допущены и повлекли признание этих доказательств недопустимыми.

Наличие противоречий в показаниях свидетелей само по себе не является основанием для вывода о получении указанных доказательств с нарушением требований уголовно-процессуального закона.

Отсутствие в приговоре конкретных нарушений требований уголовно-процессуального закона при получении доказательств – показаний свидетелей Свидетель №3 и Свидетель №2 и, соответственно оснований для признания доказательств недопустимыми повлияло на законность и обоснованность судебного решения.

При этом, как следует из приговора, суд критически отнесся к показаниям свидетеля Свидетель №3 в судебном заседании и не принял его показания в ходе предварительного расследования (т. 3 л.д. 226).

Несмотря на признание показаний свидетелей Свидетель №3 и Свидетель №2 недопустимым доказательством, их показания приведены в приговоре в числе доказательств виновности ФИО1, что, по мнению суда апелляционной инстанции, порождает внутренние противоречия в самом судебном решении.

Допущенные судом нарушения повлияли на законность, обоснованность и справедливость судебного решения, правильность установления имеющих значение для дела обстоятельств, квалификацию действий ФИО1, на что обоснованно обращено внимание в апелляционном представлении.

Помимо этого, в соответствии с ч. 3 ст. 81, п. 12 ч. 1 ст. 299, п. 2 ч. 1 ст. 309 Уголовно-процессуального кодекс Российской Федерации при вынесении приговора должен быть решен вопрос о вещественных доказательствах.

По смыслу взаимосвязанных положений ст. ст. 81 и 82 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации при вынесении приговора не предполагается принятие решения об уничтожении предметов, если они могут быть признаны вещественными доказательствами по другому уголовному делу, поскольку иное создавало бы препятствия к осуществлению судопроизводства по нему.

Разрешая вопрос о вещественных доказательствах по делу, суд постановил, в том числе, уничтожить вещественные доказательства – наркотическое средство в 5 пакетиках — мефедрон (4-метилметкатинон), наркотическое средство - мефедрон (4-метилметкатинон) в 3 пакетиках, наркотическое средство в 1 пакетике - мефедрон (4-метилметкатинон), что не отвечает смыслу уголовно-процессуального закона, разъясненному Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 19 июня 2023 года N 33-П.

Как следует из материалов уголовного дела, в отношении неустановленных лиц материалы дела выделены в отдельное производство (т. 2 л.д. 118-119, 120), данных о принятии по которым какого-либо процессуального решения в материалах настоящего уголовного дела не содержится.

Таким образом, принятое судом первой инстанции решение об уничтожении вещественных доказательств – наркотических средствах, может создавать препятствия для осуществления последующего производства по возбужденному уголовному делу в отношении неустановленных лиц.

Учитывая изложенное, при рассмотрении настоящего уголовного дела судом первой инстанции были допущены выводы, обоснование которых порождает сомнение в правильности и неоспоримости установленных судом обстоятельств уголовного дела, квалификации содеянного, допущенные судом первой инстанции нарушения судебная коллегия признает существенными, повлиявшими на исход дела и законность, обоснованность, справедливость судебного решения, устранить или восполнить которые в рамках апелляционного производства невозможно, в связи с чем приговор суда не может быть признан законным и подлежит отмене, а уголовное дело - передаче на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда

В связи с отменой приговора иные доводы подлежат проверке при новом рассмотрении, в ходе которого необходимо вынести законное, обоснованное и справедливое решение.

В целях обеспечения надлежащих условий рассмотрения уголовного дела в разумный срок и сохранения баланса между интересами обвиняемого и необходимостью гарантировать эффективность уголовного правосудия, учитывая тяжесть предъявленного обвинения, данные о личности ФИО1, в соответствии со ст. 255 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия не усматривает оснований для отмены или изменения меры пресечения ФИО1, и полагает необходимым оставить без изменения ранее избранную ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу, продлив ее срок на период, достаточный для принятия судом первой инстанции уголовного дела к своему производству и решения вопроса о мере пресечения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.26, 389.28 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Калининского районного суда г. Тюмени от 15 декабря 2025 года в отношении ФИО1 отменить.

Уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда.

Меру пресечения ФИО1 оставить прежней – в виде заключения под стражу, продлив срок содержания ФИО1 под стражей на два месяца, то есть по 10 мая 2026 года.

Апелляционное представление государственного обвинителя Субботиной Ю.И. удовлетворить, апелляционные жалобы защитников оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции, с соблюдением требований статьи 401.4 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий (подпись) И.А. Шипецова

Судьи (подпись) Н.Н. Казанцева

(подпись) Е.В. Хоменко

Подлинник апелляционного определения подшит в уголовное дело № 1-523/2025 и хранится в Калининском районном суде г. Тюмени.