Дело № 2-70/2017 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Поярково 24 августа 2017 года

Михайловский районный суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Ершовой К.В.,

при секретаре Паньковой А.С.,

с участием: истца ФИО1,

представителя ответчика - ГАУЗ АО «Михайловская больница» - ФИО2, действующего на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по иску ФИО1 ФИО5 к ГАУЗ АО «Михайловская больница» о взыскании имущественного ущерба и компенсации морального вреда, причиненного здоровью ненадлежащим оказанием медицинских услуг,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в Михайловский районный суд 

<

адрес> с иском к ГАУЗ АО «Михайловская больница» о взыскании имущественного ущерба в размере 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп. и компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащим оказанием медицинских услуг, в размере 

<

данные изъяты> рублей. В обоснование заявленных исковых требований истец ФИО1 указала, что ДД.ММ.ГГГГ в 10.15 час. в результате внутривенного введения по назначению врача раствора хлорида кальция (в объеме 10 мл), из-за допущенной медработником процедурного кабинета ГАУЗ АО «Михайловская больница» ошибки, у неё возникли осложнения в виде постинъекционного некроза кожи правого локтевого сгиба. При этом, после того, как она сообщила о жжениях в руке, после поставленной инъекции, ей хирургом было предложено на ночь приложить компресс магнезии. Однако предложенное лечение магнезией результатов не принесло, поскольку боль в руке стала только усиливаться. В результате чего она была вынуждена проходить лечение в отделении термических поражений ОГУЗ «Амурская областная клиническая больница», где ей были выполнены три операции. Полагает, что несвоевременное лечение могло привести к летальному исходу. Её рука полностью не сгибается, требуется значительный период реабилитации. Истец полагает, что со стороны ответчика ей была оказания медицинская услуга ненадлежащего качества.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала частично, отказавшись от требований о взыскании с ГАУЗ АО «Михайловская больница» материального ущерба на сумму 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп. (согласно представленным чеков ООО «НЕВА» на сумму 

<

данные изъяты> руб., ОАО «Амурфармация» на сумму 

<

данные изъяты> руб., АО «ННК- «Амурнефтепродукт» на сумму 

<

данные изъяты> руб.), в остальной части настаивала в полном объёме по основаниям, изложенным в иске, в дополнение указав, что в настоящее время её правая рука в локтевом сгибе так до конца и не сгибается, нуждается в ограничении нагрузок на руку. При этом даже при незначительной физической нагрузке у нее возникают болевые ощущения с онемением пальцев правой руки, что вновь вызвало необходимость обращения за медицинской помощью, а именно к неврологу ГАУЗ АО «Михайловская больница», назначившему медикаментозное лечение, которое в настоящее время она продолжает проходить. В области локтевого сгиба, после полученного некроза кожи и последующего операционного вмешательства, кожный покров имеет визуально не эстетичный вид, что доставляет ей определенные неудобства, и ей требуется ещё длительный срок реабилитации, необходимый для восстановления работы локтевого сустава и восстановления внешнего вида мягких тканей. Личность медицинского работника процедурного кабинета, выполнившего внутривенную инъекцию раствора хлорида кальция, по вине которого у неё возникло осложнение в виде некроза кожи, её не известна. Со стороны виновного лица ни материальный ущерб, ни моральный вред ей в добровольном в досудебном порядке не возмещался. Полагает заявленную сумму компенсации морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей соразмерной тем последствиям, которые наступили в результате оказания ответчиком ненадлежащей медицинской процедуры, учитывая, что полное выздоровление до настоящего времени не наступило и требуется длительное лечение. Сумма материального ущерба в размере 

<

данные изъяты> руб., с учтём уточненных требований, складывается из документально подтвержденных понесенных расходов на приобретение лекарственных средств, а также на проезд с места жительства – 

<

адрес> в ГАУЗ АО «Михайловская больница» 

<

адрес> в связи с необходимостью оказания ей медицинской помощи в постинъекционный период. В связи с чем просила в пределах заявленных требований иск удовлетворить.

Определением Михайловского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с частичным отказом от иска, прекращено производство по делу в части заявленных требований о взыскании с ГАУЗ АО «Михайловская больница» материального ущерба на общую сумму 

<

данные изъяты> руб. 

<

данные изъяты> коп.

Представитель ответчика - ГАУЗ АО «Михайловская больница» - ФИО2, в судебном заседании исковые требования ФИО1 признал частично, указав, что некроз кожи правого локтевого сгиба действительно стал следствием введения ей под кожу в процедурном кабинете ДД.ММ.ГГГГ в ГАУЗ АО «Михайловская больница» кальция хлорида. Вместе с тем, он полагает заявленную сумму компенсации морального вреда явно завышенной, поскольку истцом не представлено доказательств, что введение ей указанной инъекции явилось причиной осложнения работы её локтевого сустава, и что данное осложнение не явилось следствием операционного вмешательства со стороны ОГУЗ «Амурская областная клиническая больница», где истец ФИО1 проходила стационарное лечение в период в с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. При этом представитель ответчика признал требования истца о взыскании материального ущерба на сумму 

<

данные изъяты> руб., затраченных на приобретение как лекарственных средств, так и на проезд с места жительства – 

<

адрес> в ГАУЗ АО «Михайловская больница» 

<

адрес> в связи с обращением за медицинской помощью вследствие полученного некроза кожи правого локтевого сгиба. В части компенсации морального вреда полагает разумным взыскание с ответчика в пользу истца 

<

данные изъяты> рублей. Также пояснил, что какая-либо служебная проверка по факту ненадлежащего оказания ФИО1 медицинской услуги не проводилась, виновное лицо не устанавливалось и к дисциплинарной ответственности не привлекалось.

Заслушав доводы сторон, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В соответствии с п. 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В силу чч. 2, 3 ст. 98 названного Федерального закона медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Согласно преамбуле Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-I «О защите прав потребителей», настоящим Законом регулируется отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Недостаток товара (работы, услуги) - несоответствие товара (работы, услуги) или обязательным требованиям, предусмотренным законом либо в установленном им порядке, или условиям договора (при их отсутствии или неполноте условий обычно предъявляемым требованиям), или целям, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется, или целям, о которых продавец (исполнитель) был поставлен в известность потребителем при заключении договора, или образцу и (или) описанию при продаже товара по образцу и (или) по описанию.

Существенный недостаток товара (работы, услуги) - неустранимый недостаток или недостаток, который не может быть устранен без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляется неоднократно, или проявляется вновь после его устранения, или другие подобные недостатки.

Согласно ч. 1 и ч. 2 ст. 4 Закона РФ «О защите прав потребителей» продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется.

На основании ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» за нарушение прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) несет ответственность, предусмотренную законом или договором.

Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Указанная норма материального права определяет, что для наступления деликтной ответственности необходимо наличие наступления вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между виновными действиями и наступлением вреда, вина причинителя вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

На основании ч. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии с ч. 1 ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 26.01.2010 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

При этом под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

На основании статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется в зависимости от характера причиненных физических и нравственных страданий, а также степени вины ответчика с учетом требований разумности и справедливости.

В судебном заседании из пояснений сторон судом было установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась за медицинской помощью к терапевту ГАУЗ АО «Михайловская больница» в связи с отёчностью на лице, зудом по всему телу, высыпаниями аллергического характера на груди, руках, животе. После осмотра терапевтом ФИО1 был установлен диагноз: «Аллергическая реакция неясной этиологии». Назначено лечение: хлористый кальций 10% внутривенно и супрастин в таблетках, что подтверждено записями врача, имеющимися в амбулаторной карте № на имя ФИО1

Сторонами в судебном заседании было признано и стороной ответчика не оспаривалось, что ДД.ММ.ГГГГ в процедурном кабинете ГАУЗ АО «Михайловская больница» ФИО1 была выполнена внутривенная инъекция раствора кальция хлорида 10% - 10мл, в ходе которой часть раствора попала паравазально под кожу и в подкожную клетчатку, что в последующем вызвало некроз данной области.

Согласно представленной истцом медицинской справке ГАУЗ АО «Михайловская больница» с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находилась на лечении с диагнозом «Постинъекционный некроз». 

Согласно сведениям, содержащимся в амбулаторной карте № на имя ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, последняя находилась на приёме у врача-травматолога ГАУЗ АО «Михайловская больница», по результатам осмотра выдано направление в отделение термических поражений АОКБ на консультацию с диагнозом «Постинъекционный некроз локтевого сгиба справа (инъекция кальция хлорида)». Сведений о проведении ФИО1 со стороны ГАУЗ АО «Михайловская больница» каких-либо постинъекционных лечебных мероприятий, назначения лечения, в указанной медицинской документации не имеется. 

Как следует из выписки из истории болезни № ФИО1 поступила на стационарное лечение в отделение термических поражений ОГУЗ «Амурская областная клиническая больница» ДД.ММ.ГГГГ по направлению ЦРБ с диагнозом «Постинъекционный некроз правого локтевого сгиба». При поступлении на лечение состояние ФИО1 было удовлетворительное. В лечении получала анальгетики, антибиотики, регулярно проводились перевязки. ДД.ММ.ГГГГ выполнена пластика раны правого локтевого сгиба перемещенным полнослойным лоскутом. В послеоперационном периоде произошел краевой невроз перемещенного лоскута с формированием гранулирующей раны. С целью профилактики грубого рубцевания ДД.ММ.ГГГГ выполнена аутодермопластика на вышеуказанную рану дерматомным лоскутом. Раны зажили. Выписана ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворительном состоянии на период реабилитации в поликлинику по месту жительства.

Согласно записям амбулаторной карты ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ она была осмотрена врачом-неврологом ГАУЗ АО «Михайловская больница», в связи с жалобами на замерзание и онемение правой руки, и ощущениями «пронизывания током» при прикосновении к руке. Выставлен диагноз: «невропатия правой верхней конечности, возможно посттравматическая». Рекомендовано медикаментозное лечение с последующей явкой на очередной прием к неврологу.

Для установления качества оказанной ГАУЗ АО «Михайловская больница» ФИО1 медицинской услуги, установления наличия (отсутствия) причинно-следственной связи между оказанной услугой и наступившими у истца осложнениями в виде постинъекционного некроза кожи, определения стойкости утраты общей трудоспособности истца, а также правильности тактики оказанного ответчиком в постиинъекционный период лечения, определением Михайловского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначено проведение комиссионной судебно-медицинской экспертизы качества оказания ФИО1 медицинской помощи, производство которой поручено экспертам ГБУЗ АО «Амурское бюро СМЭ». 

Так, согласно выводам судебно-медицинской экспертной комиссии, по результатам проведенной комиссионной судебно-медицинской экспертизы качества оказания медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ, осложнение в виде некроза кожи и подкожной клетчатки у ФИО1 явилось следствием нарушения правил введения препарата и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями. При этом стойкой утраты общей трудоспособности у ФИО1 не наступило, так как данное состояние окончилось выздоровлением. За время нахождения на амбулаторном и стационарном лечении ФИО1 была временно полностью нетрудоспособна. Установить правильность тактики лечения в ГАУЗ АО «Михайловская больница» в постинъекционный период экспертами не представилось возможным в виду отсутствия записей в амбулаторной карте истца об оказании лечения или предупреждения осложнений после введения 10% раствора кальция хлорида. В то же время экспертами отмечено, что проведение всех доступных профилактических мероприятий, описанных в литературе, не позволяет избежать некроза кожи и подкожной клетчатки, а лишь уменьшает площадь поражения. Таким образом, основным дефектом оказания медицинской помощи ФИО1 является паравазальное введение раствора кальция хлорида, что вызвало некроз кожи и подкожной клетчатки и потребовало длительного лечения.

Оценивая указанное экспертное заключение, суд не усматривает оснований не доверять данному заключению, поскольку доказательств, опровергающих содержащиеся в нём выводы, не представлено, экспертиза проведена в рамках рассмотрения гражданского дела на основании определения суда экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, имеющими соответствующую квалификацию, длительный стаж работы. Процессуальный порядок проведения экспертизы был соблюден. Экспертное заключение дано в письменной форме, соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, содержит подробное описание проведенного исследования, выводы экспертов и категоричные ответы на поставленные судом вопросы, которые основаны на исследованных экспертами материалах дела и медицинской документации, отражающих обстоятельства оказания пациентке медицинской помощи. Отвод экспертам в установленном законом порядке сторонами по делу не заявлялся.

Таким образом, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, а также руководствуясь вышеуказанными нормами материального права, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для возмещения ответчиком иску причиненного материального ущерба в пределах уточненных требований, признанных в данной части стороной ответчика, и взыскании компенсации морального вреда, поскольку суд считает установленным, что именно из-за виновных действий медицинского работника процедурного кабинета ГАУЗ АО «Михайловская больница», выполнившего ДД.ММ.ГГГГ в рамках врачебного назначения ФИО1 с нарушением правил введения препарата внутривенную инъекцию раствора кальция хлорида 10%, наступило осложнение в виде постинъекционного некроза правого локтевого сгиба правой руки, что повлекло за собой временную нетрудоспособность и длительный период лечения истца. При этом указанная медицинская процедура, выполненная ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, состоит в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде некроза кожи и подкожной клетчатки у истца. 

Принимая во внимание признание стороной ответчика исковых требований ФИО1 о взыскании материального ущерба на сумму 

<

данные изъяты> руб., а также в силу ст. 39 ч.2 ГПК РФ учитывая, что признание исковых требований в данной части не противоречит закону и не нарушает права и законные интересы других лиц, считает возможным удовлетворить исковые требования ФИО1 в указанной части, с разъяснением последствий принятия судом признания иска стороной ответчика - ГАУЗ АО «Михайловская больница», предусмотренные ст.173 ч.3 ГПК РФ, согласно которой, при признании ответчиком иска и принятии его судом принимается решение об удовлетворении заявленных истцом требований, без исследования доказательств по делу.

В силу ст.198 ч. 4 ГПК РФ суд в случае признания иска ответчиком в мотивировочной части решения может указать только на признание иска и принятие его судом. 

Учитывая вышеизложенное, суд считает возможным принять признание ответчиком ГАУЗ АО «Михайловская больница» иска в части требований о возмещении материального ущерба на сумму 

<

данные изъяты> руб., затраченных на приобретение как лекарственных средств, так и на проезд с места жительства – 

<

адрес> в ГАУЗ АО «Михайловская больница» 

<

адрес> и обратно в связи с обращением за медицинской помощью в постинъекционный период, без исследования доказательств по делу, удовлетворяя в данной части иск в полном объёме.

Разрешая по существу исковые требования ФИО1 о взыскании с ГАУЗ АО «Михайловская больница» компенсации морального вреда через оценку собранных по делу доказательств, суд приходит к выводу, что нарушением процедуры введения внутривенной инъекции раствора хлористого кальция и наступившим в результате этого осложнениями, истице были причинены нравственные и физические страдания, она была вынуждена проходить длительное лечение, которое в свою очередь потребовало проведение нескольких операций, направленных на выздоровление истца. 

Довод представителя ответчика о том, что истцом не представлено достаточных доказательств тому, что именно нарушение процедуры введения внутривенной инъекции раствора хлористого кальция явилось причиной осложнения работы её локтевого сустава, длящееся по настоящее время, и что данное осложнение не явилось следствием операционного вмешательства со стороны ОГУЗ «Амурская областная клиническая больница», суд считает не заслуживающим внимания, поскольку причинение вреда здоровья виновными действиями ответчика, в судебном заседании подтверждено достаточными и допустимыми доказательствами, в частности экспертным заключением, и сделанным в нем выводом, что основным дефектом оказания медицинской помощи ФИО1 является паравазальное введение раствора кальция хлорида, что вызвало некроз кожи и подкожной клетчатки и потребовало длительное лечение, что само по себе является достаточным основанием для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда в размере, зависящем от характера причиненных физических и нравственных страданий, а также степени вины ответчика с учетом требований разумности и справедливости. При этом во всех случаях причинения вреда здоровью лицо испытывает физические или нравственные страдания, поэтому факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

С учетом принципов разумности и справедливости, степени физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, в частности: продолжительность периода лечения в результате некачественной медицинской процедуры, оказанной ФИО1, в течение которого истец была полностью нетрудоспособной; последствия допущенных нарушений, в результате которых участок кожного покрова в локтевом сгибе правой руки истца имеет значительный шрам, обезображивающий внешний вид правой руки, что как истцу, как лицу женского пола, доставляет значительные неудобства; продолжаемые жалобы истца на периодические боли в правой руке и онемение пальцев руки, что потребовало повторного обращения за медицинской помощь и прохождения в настоящее время курса медикаментозного лечения, а так же учитывая, что стойкой утраты общей трудоспособности у ФИО1 не наступило вследствие выздоровления последней, в связи с чем суд полагает целесообразным взыскать с ответчика в пользу истицы компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Таким образом суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требований ФИО1 

В силу ч.1 ст. 103 ГК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Поскольку при подаче настоящего иска истец ФИО1 была освобождены от уплаты госпошлины, поэтому с ответчика ГАУЗ АО «Михайловская больница» в силу положений п.1 ч.1 ст. 333.19, п. 8 ч.1 ст. 333.20 НК РФ подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 ФИО5 удовлетворить частично.

Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения 

<

адрес> «Михайловская больница» в пользу ФИО1 ФИО5 в счет возмещения материального ущерба 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>) рублей 

<

данные изъяты> копеек.

Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения 

<

адрес> «Михайловская больница» в пользу ФИО1 ФИО5 компенсацию морального вреда в сумме 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>) рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании с ГАУЗ АО «Михайловская больница» компенсации морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей - отказать.

Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения 

<

адрес> «Михайловская больница» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Михайловский районный суд 

<

адрес> в месячный срок со дня принятия решения в окончательной форме. 

Судья К.В. Ершова 

Решение в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ.