Судья Макарова Г.С. Дело № 22-193

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ижевск 18 февраля 2025 года

Верховный Суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Дементьева Д.Е. единолично,

при помощнике судьи ДНВ, 

с участием прокурора СТН, 

лица, в отношении которого прекращено уголовное дело, КИА, 

защитника – адвоката СМА, 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному представлению помощника прокурора 

<

адрес> УР на

постановление Ленинского суда 

<

адрес> Республики от ДД.ММ.ГГГГ, которым уголовное дело в отношении 

КИА, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки 

<

адрес>, не судимой, 

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ст. 218 УК РФ, 

прекращено на основании ст. 25 УПК РФ в связи с примирением сторон, 

мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена,

УСТАНОВИЛ:

Органом следствия КИА обвинялась в нарушении правил хранения и использования легковоспламеняющихся веществ, если эти деяния повлекли по неосторожности смерть человека. Согласно обвинительному заключению инкриминируемые действия совершены ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>.

Постановлением суда от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении КИА прекращено на основании ст. 25 УПК РФ в связи с примирением сторон, последняя освобождена от уголовной ответственности. 

В апелляционном представлении помощник прокурора считает постановление незаконным и необоснованным в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона. Считает, что по делу отсутствовали основания для прекращения уголовного дела. Под заглаживанием вреда для целей ст. 76 УК РФ следует понимать возмещение ущерба, а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего. По смыслу уголовного закона, суд первой инстанции для разрешения вопроса о возможности прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным ст. 76 УК РФ, обязан не просто констатировать наличие или отсутствие указанных в законе оснований для прекращения уголовного дела, а принять решение с учетом всей совокупности данных, характеризующих, в том числе особенности объекта преступного посягательства, обстоятельств совершения преступлений, конкретные действия, предпринятые лицом для возмещения ущерба или иного заглаживания причиненного преступлением вреда, изменение степени общественной опасности деяния вследствие таких действий, личность виновного, а также обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание. По настоящему уголовному делу объектами преступного посягательства являются общественные отношения в сфере общественной безопасности, а также здоровье и жизнь человека - непреходящая общечеловеческая ценность, утрата которой необратима и невосполнима, то есть основополагающее право человека, закрепленное в ст.2, ч.1 ст.20 Конституции РФ. Преступление совершено КИА в отношении ее работника АТН ввиду ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей, игнорирования условий охраны труда, в частности, правил хранения и использования легковоспламеняющихся веществ. Принимая решение о прекращении уголовного дела за примирением сторон, суд должен был оценить, в какой степени предпринятые КИА действия по заглаживанию вреда в виде извинений, принесенных супругу погибшей, а также выплаченных ему денежных средств, позволяли компенсировать наступившие от этого преступления негативные последствия в виде смерти АТН При этом мнение Потерпевший №1 о полном заглаживании причиненного вреда не может являться единственным подтверждением такого уменьшения степени общественной опасности содеянного, которое позволило бы суду освободить КИА от уголовной ответственности. Суд не привел суждений о том, способны ли меры, которыми ограничился суд, предотвратить в будущем подобные нарушения, поскольку прекращение уголовного дела не ограничило КИА в занятии определенной деятельностью, последняя по-прежнему осуществляет деятельность в 

<

данные изъяты> в ранее занимаемой должности. Прекращение уголовного дела не ограничивает КИА в праве заниматься определенной деятельностью, при том, что совершенное последней преступление также повлияло и на общественные отношения в сфере общественной безопасности. Общественная опасность содеянного заключается в рассматриваемом случае в причинении вреда неограниченному количеству лиц ввиду несоблюдения условий охраны труда. В постановлении не отражено, какие действия КИА необходимо расценивать как загладившие вред этим общественным отношениям. Предлагает постановление отменить, передать уголовное дело на новое судебное разбирательство.

В возражении на апелляционное представление защитник СМА приводит положения закона, указывает, что, принимая решение о прекращении уголовного дела, суд обоснованно учел во внимание предпринятые подсудимой КИА действия по заглаживанию вреда. Суд оценил степень компенсации наступивших негативных последствий в виде смерти АТН, а также извинения, принесенные супругу погибшей. Подсудимая КИА ранее не судима, впервые совершила преступление средней тяжести по неосторожности, по месту жительства и работы характеризуется положительно, на учете у нарколога не состоит, врачом-психиатром не наблюдается, вину в содеянном признала в полном объеме. Являясь директором и единственным учредителем 

<

данные изъяты>, возместила потерпевшему Потерпевший №1 причиненный преступлением моральный вред в сумме 4 500 000рублей, оплатила понесенные потерпевшим материальные затраты, связанные с организацией похорон. Потерпевший ФИО1 на предварительном следствии и в суде заявлял, что каких-либо претензий к подсудимой не имеет, извинения принял, привлекать к уголовной ответственности КИА не желает. В судебном заседании потерпевший лично выразил свое волеизъявление на прекращение уголовного дела в связи с примирением, данное ходатайство заявлено им добровольно, в письменной форме. Суд установил, что запрета на прекращение уголовного преследования при совершении преступления, причиняющего вред двум объектам — общественной безопасности, а также здоровью и жизни человека, уголовно-процессуальный закон не содержит, наличие второго объекта преступного посягательства не препятствует прекращению уголовного дела за примирением сторон. Кроме Потерпевший №1, стороной обвинения кто-либо из иных потерпевших не признавался, интересы иных лиц не нарушались. Доводы о том, что суд не принял мер к предотвращению подобных нарушений в будущем, поскольку прекращение уголовного дела не огранивает КИА в продолжении деятельности 

<

данные изъяты> в занимаемой должности, являются необоснованными. Обязанность устранять нарушения закона лежит на органе следствия, который направлял представление об устранении нарушений. Вопросы восстановления нарушенных норм трудового законодательства рассматривались Государственной инспекции труда в УР, КИА привлечена к административной ответственности за совершение административных правонарушений, предусмотренных ст. 5.27.1 ч.3 КоАП РФ и ст. 5.27.1 ч. 1 КоАП РФ к штрафам в размере 15 000 рублей и 2000 рублей, данные штрафы КИА незамедлительно оплачены, разрешены вопросы восстановления норм трудового законодательства. КИА приняла решение о выходе из состава учредителей и директора 

<

данные изъяты> с продажей данного юридического лица на ДД.ММ.ГГГГ, продолжать деятельность в 

<

данные изъяты>» не намерена, а принятыми мерами общественные отношения в сфере общественной безопасности восстановлены. Иное бы привело к привлечению КИА к двойной ответственности. Считает постановление законным и обоснованным, предлагает оставить его без изменения.

В судебном заседании прокурор СТН предложила постановление отменить по доводам апелляционного представления, передать дело на новое судебное разбирательство.

Защитник СМА предложил постановление оставить без изменения, поддержал возражение, дал аналогичные пояснения, считает, что имелись основания для прекращения уголовного дела. 

КИА поддержала позицию защитника. 

Изучив материалы дела, выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции считает необходимым постановление отменить. Доводы апелляционного представления о существенном нарушении судом первой инстанции уголовно-процессуального закона, неправильном применении уголовного закона являются обоснованными.

Согласно ст. 25 УПК РФ суд вправе на основании заявления потерпевшего или его законного представителя прекратить уголовное дело в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных ст. 76 УК РФ, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

В соответствии с положениями ст. 76 УК РФ лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

Из материалов уголовного дела и протокола судебного заседания следует, что в судебном заседании потерпевший ФИО1 заявил ходатайство о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон. Подсудимая КИА и защитник СМА согласились с прекращением уголовного дела по нереабилитирующему основанию. 

Суд первой инстанции, принимая решение об удовлетворении ходатайства потерпевшего, ограничился установлением оснований, предусмотренных статьей 76 УК РФ, согласно которым лицо может быть освобождено от уголовной ответственности.

В обоснование принятого решения суд указал, что КИА А. впервые привлекается к уголовной ответственности, обвиняется в совершении преступления средней тяжести, извинилась перед потерпевшим, в полном объеме возместила причиненный моральный вред и материальные затраты, связанные с организацией похорон. 

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 6 УК РФ, наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми. Иными словами они должны соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности.

Вместе с тем, положения ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ, предусматривающие возможность прекращения уголовного дела, не содержат в себе указания на безусловное прекращение уголовного дела при выполнении ряда условия, указанных в законе. Прекращение уголовного дела, в связи с примирением с потерпевшим является правом, а не обязанностью суда.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от ДД.ММ.ГГГГ №-О-О, полномочие суда отказать в прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, вытекающее из взаимосвязанных положений ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ, направлено на достижение конституционно значимых целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиления их исправительного воздействия, предупреждения новых преступлений и тем самым - защиты личности, общества и государства от преступных посягательств. При этом указание в названных статьях на возможность, а не обязанность освобождения от уголовной ответственности и прекращения уголовного дела означает необходимость принятия соответствующего решения с учетом всей совокупности обстоятельств конкретного дела, включая степень общественной опасности совершенного деяния.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 9, 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности", в соответствии со ст. 76 УК РФ освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим возможно при выполнении двух условий: примирения лица, совершившего преступление, с потерпевшим и заглаживания причиненного ему вреда. При решении вопроса об освобождении от уголовной ответственности судам следует также учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Под заглаживанием вреда для целей ст. 76 УК РФ следует понимать возмещение ущерба, а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления права и законных интересов потерпевшего, перечисленные п. 2.1 постановления Пленума. Способы заглаживания вреда, а также размер его возмещения определяются потерпевшим.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что указанные требования закона и правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации по настоящему делу в полной мере судом не учтены.

Из текста предъявленного обвинения следует, что КИА, являясь единственным участником и директором ООО «Регион Пак», проявляя преступную небрежность, не предвидя возможность возникновения пожара в производственном помещении, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть эти последствия, нарушила должностную инструкцию директора Общества, а также ст.ст.34, 38 Федерального Закона «О пожарной безопасности» от ДД.ММ.ГГГГ № 69-ФЗ и приказ Министерства труда и социального развития РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Правил по охране труда при проведении полиграфических работ» и приложение к нему, допустила нарушение условий охраны труда на производственном предприятии, а также правил хранения и использования легковоспламеняющихся веществ, а именно не предусмотрела средства снижения уровней вредных факторов производственной среды на работников в производственных помещениях, предназначенных для работ с веществами токсичными и взрывоопасными, веществами, выделяющими пары, пыль, брызги, не оборудовала помещение для приготовления растворов общей приточно-вытяжной вентиляцией, а также местной вытяжной вентиляцией непосредственно от рабочей зоны, где выполняются работы с кислотами, щелочами и другими химикатами, допустила совместное хранение взаимно реагирующих веществ, допустила хранение лакокрасочных материалов в производственном помещении в непосредственной близости от рабочей зоны приготовления растворов, допустила хранение растворителя, являющегося горючим материалом, в производственном помещении в непосредственной близости от рабочей зоны приготовления растворов, а также допустила подготовку и смешивание красок с растворителями не механизированным способом и не в устройствах, оборудованных вытяжной вентиляцией. Достоверно зная, что указанные выше мероприятия не выполнены, растворитель, затвердитель и лакокрасочные материалы хранятся не в специально оборудованных местах, а непосредственно возле станка, производственное помещение не оборудовано в соответствии с правилами пожарной безопасности, КИА допустила работников 

<

данные изъяты> АТН и СНВ в производственное помещение. СНВ в результате неправильно организованного директором 

<

данные изъяты> КИА производственного процесса в нарушение правил хранения и использования легковоспламеняющихся веществ произвел смешивание немеханизированным способом и не в устройстве, оборудованном вытяжной вентиляцией, краски печатной спирторастворимой, содержащей в своем составе сильно огнеопасные вещества, а также растворитель, в непосредственной близости от места хранения лакокрасочных материалов, что привело к воспламенению паровоздушной смеси легковоспламеняющейся жидкости в результате разряда статического электричества. Ввиду воспламенения в производственном помещении произошел пожар, в результате которого погибла АТН

Судом первой инстанции не принято во внимание, что объективная сторона преступления, предусмотренного ст. 218 УК РФ, заключается не только в несоблюдении директором общества КИА правил безопасности в сфере хранения и использования легковоспламеняющихся веществ, которые привели к смерти работника предприятия АТН, но и в нарушении общественных отношений, гарантирующих неприкосновенность и безопасность жизни человека. 

Инкриминируемым КИА противоправным деянием причинен вред в виде смерти АТН, в связи с чем вывод суда о полном возмещении причиненного преступлением вреда не может быть признан обоснованным. Судом первой инстанции не указано, каким образом возмещение морального и материального вреда, связанного со смертью потерпевшей, снизило общественную опасность инкриминируемого преступления, заключающуюся в гибели человека.

При таких обстоятельствах вывод о наличии оснований для освобождения КИА от уголовной ответственности и прекращения уголовного дела в связи с примирением не основан на законе и материалах дела. 

Приведенные стороной защиты доводы, в том числе о выходе КИА из состава учредителей ООО «Регион Пак» и увольнении с должности директора указанного общества, не свидетельствуют о наличии безусловных оснований для прекращения уголовного дела. 

Вышеуказанное нарушение не устранимо в суде апелляционной инстанции, судом первой инстанции нарушены общие фундаментальные условия судебного разбирательства. При таких обстоятельствах постановление подлежит отмене, уголовное дело – передаче на новое судебное разбирательство. Принятие судом апелляционной инстанции нового решения противоречит требованиям уголовно-процессуального закона. 

При новом судебном разбирательстве суду первой инстанции необходимо дать надлежащую оценку всем доводам сторон, в том числе доводам государственного обвинителя о невозможности прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон.

Оснований для отмены меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении не имеется.

Руководствуясь ст.ст.389.13 - 389.33 УПК РФ, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Ленинского суда 

<

адрес> Республики от ДД.ММ.ГГГГ в отношении КИА о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон отменить, апелляционное представление удовлетворить. 

Передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в тот же суд иным составом суда.

Меру пресечения в отношении КИА оставить без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения, может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий Д.Е. Дементьев 

Копия верна

Судья Д.Е. Дементьев