Дело № 2-675/2019 

36RS0003-01-2019-000115-04

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Воронеж 08 ноября 2019 года

Левобережный районный суд города Воронежа в составе: 

председательствующего судьи Лозенковой А.В.,

при секретаре Симоновой А.В.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО1 – адвоката Дорофеевой В.Ю., представившей удостоверение № 1920 и ордер № 20495 от 22.05.2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания Спектр» о признании договора купли-продажи недействительным и о применении последствий недействительности сделки,

у с т а н о в и л :

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику Обществу с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания Спектр» (далее по тексту – ООО «Лизинговая компания Спектр») о признании сделки недействительной и о применении последствий недействительности сделки.

С учетом уточнения оснований иска истец указала, что на протяжении всей своей жизни она страдает значительным количеством хронических заболеваний, в частности, в 2015 году у нее было диагностирован синдром множественных врожденных пороков развития (врожденная гидроцефалии расщелина мягкого неба), снижение зрения, слуха, лицевые микроанамалии с аутосомнодоминатным типом наследования, олигофрения в стадии дебильности, сопровождающаяся умственной отсталостью, снижение контрактных функций, нарушение вербальных контактов.

Кроме этого, она (ФИО1) страдает нарушением зрения, слуха, речи, памяти. У нее имеется повышенная утомляемость, она рассеянна, порой не способна воспринимать большие объемы информации, а также у нее плохая концентрация внимания.

С 2002 года ей на праве собственности принадлежало жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>.

В августе-сентябре 2017 года она испытывала материальные трудности в связи с отсутствие работы. В тот же период, через сеть интернет она познакомилась с мужчиной, который стал настаивать на совместном проживании. После того как она согласилась, он погасил имеющиеся у нее долги по оплате за жилое помещение, а затем в декабре 2017 представил ей на подпись какие-то документы, с содержанием которых она не знакомилась. Затем, этот мужчина от нее съехал, и в последующем от своей родственницы ФИО2 ей стало известно, что в отношении принадлежащего ей на праве собственности жилого помещения, в котором она продолжает проживать, в Едином государственном реестре недвижимости зарегистрировано право собственности за ООО «Лизинговая компания Спектр». 

На основании положений пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации просит признать договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенный с ООО «Лизинговая компания Спектр» недействительным. (л.д. 6, 208-210 т. 1)

Ответчик ООО «Лизинговая компания Спектр» в судебное заседание не направил своего представителя, о времени и месте рассмотрения дела извещен своевременно и надлежащим образом (л.д. 91-92 т. 2), представил в суд заявление об отложении рассмотрения дела по причине не ознакомления с результатами заключения судебной психолого-психиатрической экспертизы. (л.д. 97 т. 2) 

Третье лицо Управление Росреестра по Воронежской области не направило в судебное заседание своего представителя. О времени и месте рассмотрения дела третье лицо извещено своевременно и надлежащим образом (л.д. 95 т. 2), направило в суд письменный отзыв на исковые требования истца, в котором указывает, что просит рассматривать дело в отсутствие его представителя. (л.д. 102-105 т. 2)

Выслушав мнение истца и ее представителя, и руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассматривать дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц.

Ходатайство представителя ответчика об отложении рассмотрения дела, определением суда, занесенным в протокол судебного заседания, оставлено без удовлетворения. 

В судебном заседании истец ФИО3 исковые требования поддержала, и просила суд ее иск к ответчику удовлетворить.

Представитель истца ФИО3 – адвокат Дорофеева В.Ю. в судебном заседании поддержав доводы искового заявления, и указав на то, что выводами судебной психолого-психиатрической комиссии экспертов, подтверждено, что истец в момент заключения сделки не могла понимать значение своих действий, просила суд исковые требования удовлетворить.

Представителем ответчика ООО «Лизинговая компания Спектр» в письменных возражениях на исковые требования истца указано, что истцом ФИО3 пропущен срок исковой давности для обращения с иском в суд, поскольку в силу пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка, либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. 

Поскольку истец ФИО3 могла и должна была узнать об основаниях для признания сделки недействительной, при подписании договора 15.12.2017, то исковое заявление поданное в суд 14.01.2019, подано истцом с пропущенным сроком исковой давности.

В письменных возражениях представителем ответчика также указано, что действия истца, предшествующие заключению договора и совершаемые истцом в процессе жизнедеятельности, не свидетельствуют о нахождении ФИО3 в момент совершения сделки в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий и руководить ими.

Так, 28.08.2017 ФИО3 была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя и поставлена на учет в налоговом органе. В соответствии с основным кодом ОКВЭД ФИО3 осуществляет деятельность ресторанов и услуги по доставке продуктов питания, а согласно сведениям о дополнительных видах деятельности розничную торговлю, производство. 

Соответственно, поскольку ФИО3 осуществляет коммерческую деятельность, которая регулярно приносит прибыль, платит налоги, совершает финансовые платежи и заключает сделки и пр., то данные обстоятельства не согласуются с доводами истца о том, что она не способна понимать значение своих действий и руководить ими или не понимала совершаемых ею действий спустя 3,5 месяца при заключении договора купли-продажи 15.12.2017.

Напротив, имеются основания полагать, что квартира была продана истцом с целью приобретения денежных средств для осуществления коммерческой деятельности. 

Кроме того, согласно пункту 10 договора купли-продажи в отношении жилого помещения имелось обременение в пользу ООО «Микрокредитная компания Бонд» в следствие заключения договора ипотеки и договора займа от 08.08.2017, соответственно еще задолго до продажи квартиры истцом ответчику, ФИО3 брала займ под залог недвижимости. 

30.03.2018 между ФИО3 и ответчиком был заключен договор финансовой аренды (лизинга) недвижимости № 2-2018-Л-ВР, по которому ответчик исполнил свои обязательства.

18.04.2018 между сторонами было заключено дополнительное соглашение к договору купли-продажи от 15.12.2017.

При этом, договор и дополнительное соглашение удостоверялись нотариусом, которым волеизъявление подписавших лиц устанавливалось, дееспособность дважды проверялась, личность граждан не вызывала у нотариуса сомнения.

Кроме этого, исходя из положений пункта 2 и пункта 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, представитель ответчика, также полагает, что ФИО3 приняв денежные средства по договору купли-продажи, заключив дополнительное соглашение к нему, дала неоспоримое основание ООО «Лизинговая компания Спектр» полагаться на действительность сделки, а поведение истца безусловно свидетельствовало о ее воле сохранить силу сделки. 

Исходя из этого, представитель ответчика считает, что истец не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли, а заявление о недействительность сделки не имеет правового значения. 

Таким образом, исходя из совокупности перечисленных обстоятельств, имеются основания для вывода о том, что на момент заключения договора купли-продажи квартиры ФИО3 определенно могла понимать значение своих действий и руководить ими.

При этом, как указывает представитель ответчика, по смыслу положений пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть, но не должна быть, признана судом недействительной.

Неспособность гражданина понимать значение своих действий и руководить ими является юридическим критерием недействительности сделки. В отличие от признания гражданина недееспособным (статья 29 Гражданского кодекса Российской Федерации) наличие психического расстройства (медицинский критерий) в качестве обязательного условия для признания сделки недействительной приведенной выше нормой права не предусмотрено. 

Представитель ответчика также указывает на то, что единственной целью подачи искового заявления истцом ФИО3 является не защита якобы допущенного нарушения ее права, а возвращение любым способом (в том числе путем введения суд в заблуждение) в собственность квартиры и избежание ответственности по договору лизинга, что в силу действующего законодательства является недопустимым. (л.д. 107-109 т. 1)

Аналогичные доводы, и ходатайство представителя ответчика о применении срока исковой давности, изложены представителем ответчика после предъявления истцом искового заявления (уточненного) в котором стороной истца подробно изложены обстоятельства при которых была совершена оспариваемая истцом сделка. (л.д. 233-235 т. 1, 8-10 т. 2)

Представителем третьего лица Управления Росреестра по Воронежской области в письмом отзыве на иск истца указано, что в управление с заявлениями о государственной регистрации перехода права собственности на основании договора купли-продажи, а также государственной регистрации права собственности на спорное жилое помещение обратился представитель по доверенности ООО «Лизинговая компания Спектр» ФИО4 

Документом-основанием для проведения регистрационный действий стал договор купли-продажи от 15.12.2017, удостоверенный нотариусом нотариального округа город Воронеж Воронежской области ФИО5

При проведении правовой экспертизы, представленных на регистрацию документов, каких-либо оснований для приостановления или отказа в государственной регистрации выявлено не было, в силу чего в единый государственный реестр недвижимости были внесены записи о переходе права и государственной регистрации права собственности ООО «Лизинговая компания Спектр» на спорное жилое помещение. 

Все регистрационные действия Управлением Росреестра по Воронежской области производились в строгом в соответствии с Федеральным законом «О государственной регистрации недвижимости», положения которого не нарушались. 

Обращает внимание суда, что решение суда о признании сделки недействительной, которым не применены последствия ее недействительности, не является основанием для внесения записи в Единый государственный реестр недвижимости. 

Таким образом, истцу необходимо уточнить исковые требования, а кроме этого, если судом будет принято решение об удовлетворении заявленных требований (с учетом их уточнения), то для восстановления нарушенного права собственности ФИО3 на спорное жилое помещение, необходимо будет также разрешить вопрос о восстановлении права, прекращенного в связи с государственной регистрацией перехода права на основании ничтожной или признанной недействительной оспоримой сделки. 

В письменном отзыве представитель третьего лица просит суд учесть изложенные доводы, и указывает, что при принятии решения по существу заявленных требований третье лицо полагается на усмотрение суда. (л.д. 102-105 т. 2)

Выслушав пояснения истца, ее представителя, допросив в ходе судебного разбирательства свидетелей ФИО6, ФИО7, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам. 

В силу положений статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Судом установлено, что истцу ФИО3 на основании договора на передачу квартиры в собственность № 127879 от 16.05.2002, зарегистрированного приказом председателя комитета по Управлению жилищным фондом г.Воронежа за № 242 от 16.05.2002, принадлежало на праве собственности жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>. Право собственности ФИО3 было зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 11.06.2002, запись регистрации №, что подтверждается имеющимися в материалах регистрационного дела документами и свидетельством о государственной регистрации права № (л.д. 7, 48 т. 1)

Из материалов регистрационного дела также следует, что 09.08.2017 в Управление Росреестра по Воронежской области обратился представитель ООО «Микрокредитная компания Бонд» ФИО4 о проведении государственной регистрации в отношении принадлежащего ФИО3 жилого помещения, в виде ограничения права – ипотека. (л.д. 56-58, 59-60 т. 1)

Одновременно с заявлением в Управление Росреестра по Воронежской области представлен договор ипотеки № 2-1017-ВР от 08.08.2017, заключенный между ООО «Микрокредитная компания Бонд» и ФИО3, по условиям которого предметом договора является передача залогодателем в залог залогодержателю принадлежащего залогодателю на праве собственности имущества. (пункт 1.1)

В пункте 1.2 договора указано, что предметом залога является объект недвижимости – квартира, находящаяся по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 45,7 кв.м., назначение объекта жилое, расположенная на 3 этаже многоквартирного дома, кадастровый №. 

Из пункта 2.1 договора ипотеки следует, что предметом залога обеспечивается исполнение обязательств ФИО3, 

<

данные изъяты> г.рождения, уроженки ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированный по адресу: 

<

адрес>, возникших на основании договора займа № 2-2017-ВР от 08.08.2017, заключенного между залогодержателем и залогодателем. (л.д. 62-69 т. 1)

09.01.2018 в Управление Росреестра по Воронежской области ФИО4, как представителем ООО «Лизинговая компания Спектр» подано заявления о регистрации перехода права собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес> (л.д. 74-75 т. 1), и одновременно подано заявление о государственной регистрации права собственности на указанное жилое помещение за ООО «Лизинговая компания Спектр». (л.д. 76-77 т. 1)

18.05.2018 ФИО4 поданы заявления о прекращении государственной регистрации ограничении права и (или обременения) объекта недвижимости. (л.д. 92-93, 94-95 т.1)

В соответствии с представленным в материалы регистрационного дела договора купли-продажи 36 АВ 2417176, удостоверенного нотариусом нотариального округа городского округа город Воронеж ФИО5, зарегистрированным в реестре № 1-5353, договор купли-продажи заключен между ФИО3 (продавец) и ФИО4 от имени Общества с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания Спектр», и действующим на основании доверенности от 20.10.2018, удостоверенной в.и. обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербург, реестровый номер 3-5530 (покупатель)

Из содержания договора усматривается, что согласно его условиям ФИО3 продала, принадлежащую ей на праве собственности квартиру, а Общество с ограниченной ответственностью «Лизингова компания Спектр», купило квартиру, общей площадью 45,7 кв.м., находящуюся по адресу: 

<

адрес>. Кадастровый №. (пункт 1)

В абзаце 3 и 4 пункта 3 договора указано, что кадастровая стоимость квартиры составляет 1830719 руб. 15 коп.

Квартира продана за 700000 руб., уплаченных покупателем продавцу до подписания договора 530000 руб., оставшаяся сумма 170000 руб. перечисляется на счет продавца ФИО3 в ПАО Сбербанк на лицевой счет №, хранящийся в Центрально-Черноземном банке ПАО Сбербанк.

В пункте 8 договора купли-продажи отражено, что содержание статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации об оспоримых и ничтожных сделках, статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации о последствиях недействительности сделки, статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации о недействительности сделки, совершенной под влиянием существенного заблуждения, статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации о недействительности сделки, совершенной под вилянием обмана, насилия, угрозы и неблагоприятных обстоятельств, нотариусом разъяснено.

В пункте 9 договора купли-продажи указано, что сторонам нотариусом разъяснена обязанность сообщать обо всех обстоятельствах, имеющих значение для заключения, изменения и прекращения договора. Заключая договор, стороны полагаются представленные другой стороной заверения, содержащиеся в договоре. 

В соответствии с пунктом 12 договора, согласно справки ООО «УК Левобережного района» от 10.11.2017, б/н, в вышеуказанной квартире зарегистрированы ФИО3, 

<

данные изъяты> г.рождения, Н.Л.Н., 

<

данные изъяты> г.рождения, которые сохраняют право пользования квартирой и проживания. (л.д. 130 т. 1)

Из договора купли-продажи и выписки из Единого государственного реестра недвижимости усматривается, что право собственности на жилое помещение по договору зарегистрировано за ООО «Лизинговая компания Спектр» 12.01.2018, запись регистрации №. (л.д. 8-9, 128-133 т. 1)

18.04.2018 между сторонами договора заключено дополнительное соглашение, которое удостоверено нотариусом нотариального округа город Воронеж Воронежской области ФИО5 (л.д. 166-167 т. 1)

В соответствии с условиями дополнительного соглашения, стороны договорились, что с даты заключения дополнительного соглашения абзац 4 пункта 2 договора купли-продажи изложить в следующей редакции:

Квартира продается за 860000 руб., 00 коп.. Оплата стоимости квартиры производится в следующем порядке: 530 000 руб. 00 коп. уплачены покупателем продавцу путем передачи наличных денежных средств до подписания основного договора; 170000 руб. 00 коп. перечисляется на счет продавца ФИО3 в ПАО Сбербанк на лицевой счет №, хранящийся в Центрально-Черноземном банке ПАО Сбербанк; 160000 руб. 00 коп. выплачиваются покупателем продавцу путем наличных денежных средств в срок не позднее 31.03.2018. 

Далее в дополнительным соглашении отражено, что 160000 руб. 00 коп. получено ФИО3 наличными 30.03.2018. 

По условиям дополнительного соглашения изложенным в пункте 1.2, пункт 12 договора купли-продажи изложен сторонами договора в следующей редакции: 

Согласно справки ООО «УК Левобережного района» от 10.11.2017, б/н, в вышеуказанной квартире зарегистрированы ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения, Н.Л.Н., ДД.ММ.ГГГГ г.рождения. (л.д. 134-137 т. 1)

В материалы регистрационного дела представлена копия расписки ФИО3 от 15.12.2017. (л.д. 138 т. 1), от 31.03.2018. (л.д. 168 т.1), а также копия платежного поручения № 69 от 15.12.2017 о перечислении ООО «Лизинговая компания Спектр» 170000 руб. ФИО3 (л.д. 79 т. 10

Кроме этого, в материалы регистрационного дела представлено заявление от генерального директора ООО «Микрокредитная компания Бонд» ФИО8 о том, что ООО «Микрокредитная компания Бонд» являясь залогодержателем квартиры, находящейся по адресу: 

<

адрес>, дает согласие ФИО3 

<

данные изъяты> г.рождения, на продажу вышеуказанной квартиры, собственником которой она является на основании договора на передачу квартиры в собственность № от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированного приказом председателя Комитета по управлению жилищным фондом г.Воронежа за № 242 от 16.05.2002, и на регистрацию перехода права собственности на указанный объект недвижимости на имя покупателя. (л.д. 139-140 т. 1)

Из имеющихся в материалах дела документов судом также установлено, что ФИО8 является единственным учредителем Общества с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания Спектр». На основании его решения от 25.08.2017 № 1 создано путем учреждения Общество с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания Спектр». (л.д. 141 т. 1)

Общество с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания Спектр» зарегистрировано в качестве юридического лица, и постановлено на учет в налоговом органе. Видом деятельности юридического лица, согласно сведениям, содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц является деятельность по финансовой аренде (лизинг/сублизингу), дополнительным видом деятельности: покупки и продажа собственного недвижимого имущества. (л.д. 10-14 т. 1)

Истец ФИО3 обращаясь с данным иском в суд, ссылается на то, что намерения (воли) на продажу квартиры не имела, в момент оформления договора купли-продажи в связи с наличием у нее заболеваний, находилась в таком состоянии, что не могла отдавать отчет своим действиям и руководить ими.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Таким образом, указанное основание недействительности сделки связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли этой стороны ее волеизъявлению.

Следовательно, порок воли при совершении сделки может быть обусловлен как отсутствием воли, так и неправильным формированием ее или несоответствием волеизъявления внутренней воле лица, заключающего сделку, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у лица, являющегося стороной сделки в момент ее составления, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что истец ФИО3 является инвалидом 3 группы по общему заболеванию, инвалидность установлена бессрочно. (л.д. 221-222 т. 1)

Истец ФИО3 на учете в Казенном учреждении здравоохранения Воронежской области «Воронежский областной клинический психоневрологический диспансер» под наблюдением не состоит. (л.д. 101 т. 1)

Судом также установлено, что истец ФИО3 состояла в КУЗ ВО «ВОКПНД» с 1987 по 1994 г.г., с диагнозом: задержка психического развития. В 1998 г. обращалась с консультационной целью с вопросов о направлении в МСЭ, диагноз: умственная отсталость легкая. В 2007 г. и в 1916 г. обращалась с консультационной целью для решения социальных вопросов, диагноз: пограничная интеллектуальная недостаточность. 

Данное обстоятельства, подтверждаются справкой КУЗ ВО «ВОКПНД», имеющейся в материалах дела № 2-361/2019 (л.д. 108 т. 2), которое обозревалось судом в судебном заседании, а также сведениями, содержащимися в амбулаторной медицинской карте КУЗ ВО «ВОКПНД» - ФИО3 

Для разрешения вопроса о психическом состоянии истца ФИО3 в момент заключения оспариваемой сделки, а также в даты заключения дополнительного соглашения к ней, и договора финансовой аренды (лизинга), по ходатайству стороны истца определением Левобережного районного суда г.Воронежа от 28.06.2019 была назначена судебная психолого-психиатрическая экспертиза. (л.д. 45-49 т. 2)

Согласно заключению комплексной судебной психолого-психиатрической комиссии экспертов № от 26.09.2019, комиссия пришла к выводу, что ФИО3 обнаруживает признаки психического расстройства в форме органического расстройства личности с интеллектуальной недостаточностью уровня легкой дебильности (шифр F 07.0 по МКБ-10). Об этом свидетельствуют данные анамнеза и медицинской документации о том, что испытуемой в возрасте 20 лет был установлен диагноз: синдром множественных врожденных пороков развития (внутренняя гидроцефалия, расщелина мягкого нёба, снижение зрения и слуха, лицевые микроаномалии) с аутосомно-доминантным типом наследования. Олигофрения в степени лёгкой дебильности. Указанное заболевание ограничивало способность испытуемой в полноценном усвоении школьных знаний, явилось основанием для признания ее инвалидом детства. С годами у нее прогрессировало снижение слуха и зрения, усиливались личностные особенности в идее повышенной внушаемости, подчиняемость, пассивного поведения, подверженности влиянию со стороны малознакомых людей, личностная незрелость, сниженная способность к самостоятельному принятию решений. Вместе с тем, когда она проживала в привычной обстановке с родственниками, которые контролировали ее поведение, ее состояние было достаточно стабильным, она работала, ее поведение было спокойным, упорядоченным. После смерти дедушки и бабушки в 2007-2008 г.г., изменился ее жизненный стереотип, усилились характерологические особенности, а к 2016 г., когда пациентка потеряла работу, новые обстоятельства привели к дезорганизации психической деятельности, возникли трудности в разрешении проблем, невозможность приспособиться к усложнившимся условия жизни. На фоне дестабилизации психической деятельности испытуемая совершила крайне невыгодную для себя сделку, продав единственное жилье. Из материалов дела следует, что намерения продавать квартиру у ФИО3 не было, она пассивно подчинилась человеку, от которого оказалась в зависимом положении. При достаточном объеме повседневных знаний она не смогла осмыслить жизненную ситуацию, оценить характер межличностных отношений, а также не смогла адекватно оценить последствия этой сделки. Диагноз органического расстройства личности со снижением интеллекта подтверждается и результатами настоящего клинического психолого-психиатрического обследовании, выявившими характерные для органического поражения головного мозга неврологические нарушения, подтвержденные параклиническими методами исследования. А также эмоциональную неустойчивость, конкретность мышления со склонностью к обстоятельности, ригидности, нарушение критических и прогностических способностей, ослабление возможности критического анализа своих поступков и их последствий, зависимость от мнения значимых окружающих. Невозможность целостно и адекватно осмысливать окружающую действительность, прогнозировать и критически оценивать последствия совершаемых юридически-значимых действий. Степень выявленных в ФИО3 нарушений психической деятельность была столь выражена, что на момент заключения договора купли-продажи 15.12.2017, дополнительного соглашения к нему от 18.04.2018, договора финансовой аренды (лизинга) от 30.03.2018 она не могла понимать характер и значение своих действий и руководить ими, а также не могла правильно понимать происходящие события.

Психологический анализ материалов гражданского дела, данные психологического исследования и анализ приобщенной медицинской документации, позволяют сделать вывод о том, что в период, относящийся к заключению договора купли-продажи от 15.12.2017, дополнительного соглашения к нему от 18.04.2018 и договора финансовой аренды (лизинга) от 30.03.2018 у ФИО3 имелись следующие индивидуально-психологические особенности: снижение интеллектуально-мнестических функций, инертность психической деятельности, снижение памяти, низкая способность к сосредоточению и концентрации внимания, его неустойчивость, конкретность мышления, эмоциональная лабильность, раздражительность, трудности принятия самостоятельных решений, повышенная внушаемость, снижение критического пи прогностического осмысления ситуаций. Указанные индивидуально-психологические особенности обусловлены наличием у нее заболевая «Органическое расстройство личности с интеллектуальной недостаточностью уровня легкой дебильности». Таким образом, поведение ФИО3 в исследуемой ситуации при заключении договора купли-продажи от 15.12.2017. дополнительного соглашения к нему от 18.04.2018 и договора финансовой аренды (лизинга) от 30.03.2018 определялось не психологическим, а психопатологическими механизмами. (л.д. 66-71 т. 2)

Исходя из показаний истца ФИО3 в ходе судебного разбирательства она познакомилась через сеть «Интернет» с мужчиной по имени Акоб, который предложил ей проживать совместно она согласилась. Этот мужчина оплатил все образовавшиеся у нее по оплате за жилое помещение и коммунальные услуги долги, а также стал говорить, что обеспечит ее жизнь, откроет кафе, но для этого нужны деньги. Она брала деньги в долг, но какие она заключала договоры, ей не известно, она этого не понимала. Ей ее мужчина предлагал подписать какие-то бумаги, она подписывала. Она не понимала, что подписывала, так как кто находился с ней говорили тихо, запутали ее. Те документы которые она подписала ей во втором экземпляре не давали. Она не знала, что продала квартиру, она не собиралась ее продавать, до настоящего времени она проживает в ней, никто к ней требований об освобождении квартиры не предъявлял. 

Допрошенный по ходатайству стороны истца свидетель ФИО9 суду пояснил, что после того как умер дедушка ФИО3 последняя осталась одна, и поскольку с детства ФИО3 не была самостоятельной, нуждалась в присмотре, за ней стали присматривать его (свидетеля) родители. Затем в связи с ухудшением здоровья его родителей, за ФИО3 стали присматривать другие родственники. 

Необходимость в периодическом присмотре за ФИО3 была связана с тем, что ее нужно было контролировать, чтобы она ела, у нее были продукты питания, чтобы она ежедневно соблюдала гигиену. 

По своему характеру ФИО3 является очень доверчивой, она легко поддается чужому мнению, она распоряжалась своей пенсией нерационально, могла купить на всю пенсию конфет, и раздать их детям, и остаться без средств к существованию до следующей даты получения пенсии. 

Он (свидетель) слышал, что с ФИО3 стал проживать мужчина по имени Акоб. До этого после смерти бабушки и дедушки ФИО3 у нее стали появляться какие-то сомнительные лица, родственники понимали, что за Жанной нужно присматривать, так как она является собственником квартиры, и ее могут обмануть.

От ФИО3 он никогда не слышал, что она продала свою квартиру. 

Свидетель ФИО7 суду пояснила, что в 2017 году она общалась с ФИО3 по телефону, иногда последняя приезжала к ней на работу чтобы забрать продукты, также она давала ей деньги.

Во время их общения в 2017 – 2018 г.г., состояние Ж. было неоднозначным. Только в последнее время она стала понимать речь ФИО3, о чем она говорит. ФИО3 абсолютно безвольный человек, что в выражается в том, что какой вопрос ей не задать, она отвечает всегда положительно, и отрицательный ответ у нее только на просьбу взять у нее паспорт. 

Имелся случай, когда ФИО3 купила у соседки туфли не своего размера, объяснив свою покупку только тем, что туфли красивые и соседка ей их продала по цене ниже чем в магазине. 

Из разговора с ФИО3 ей было известно, что она проживает с мужчиной по имени Акоб, на расспросы о котором ФИО3 говорила, что он оплатил долги по квартире, но никогда не приносил что-либо ее ребенку, не покупал что-то для дома, не ночевал, между ними не было супружеских отношений. ФИО3 также говорила, что этот мужчина намерен открыть кафе, купить в квартиру кухню белого цвета, а ее сыну Н.Л.Н. белый костюм. На какие средства он был намерен открыть кафе ФИО3 не рассказывала, говорила только что он собирается взять кредит. О том, что он предлагал ей взять деньги в долг, продать квартиру она не рассказывала, и про совершенные ею сделки она тоже ей не говорила. 

Оценивая исследованные по делу доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает во внимание заключение комиссии судебных экспертов № от 26.09.2019, оснований ставить под сомнение достоверность выводов которых у суда не имеется. Комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза в отношении ФИО3 проведена компетентными экспертами в соответствии с требованиями Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

При этом, оценивая заключение судебной экспертизы, анализируя соблюдение процессуального порядка ее проведения, сравнивая соответствие заключения поставленным вопросам, определяя полноту заключения, его научную обоснованность и достоверность полученных выводов, суд приходит к выводу о том, что данное заключение в полной мере является допустимым и достоверным доказательством психического состояния истца в юридически значимый для разрешения возникшего спора период.

Основываясь на положениях приведенных выше норм права, давая правовую оценку представленным доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам дела, суд считает, что они позволяют прийти к выводу о том, что в период подписания договора купли-продажи квартиры от 15.12.2017, истец ФИО3 не могла понимать значение своих действий и руководить ими, а следовательно, ее соответствующее волеизъявление по распоряжению принадлежащим ей имуществом отсутствовало, а потому ее требования о признании договора купли-продажи недействительным от 15.12.2017, заключенного с ООО «Лизинговая компания Спектр» подлежат удовлетворению.

Суд также учитывает, что то обстоятельство, что истец ФИО3 не состоит на учете в КУЗ ВО «ВОКНД» под наблюдением не состоит, не свидетельствует о полном психическом здоровье истца в момент совершения оспариваемой сделки 15.12.2017.

Как указано выше, в соответствии с заключением комиссии экспертов № от 26.09.2019., в момент заключении сделки – договора купли-продажи ФИО3 не могла понимать характер и значение своих действий и руководить ими, а также не могла правильно понимать происходящие события, данные выводы были сделан экспертами исходя из содержания медицинской документации, обстоятельств дела. В медицинской карточке КУЗ ВО «ВОКПНД» на ФИО3 содержится информация о ее состоянии здоровья в несовершеннолетней возрасте, и об обращении ФИО3 за консультацией. 

Доводы стороны ответчика о регистрации ФИО3 в качестве индивидуального предпринимателя, не могут быть приняты судом во внимание, как обстоятельство опровергающее представленные истцом доказательства, в том числе выводы изложенные в заключении комиссии экспертов № от 26.09.2019.

В судебном заседании истец ФИО1 пояснила, что о том, что она была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя ей известно не было, она сама с документы по регистрации как индивидуального предпринимателя не оформляла, и в налоговый орган с документами для регистрации не обращалась. 

О данном факте регистрации как индивидуального предпринимателя ей стало известно из письменных возражений ответчика. 

Исходя из обстоятельств дела, и учитывая, виды трудовой деятельности истца отраженные в ее трудовой книжке (л.д. 223-225 т. 1), а также то, что в материалах дела не имеется доказательств, свидетельствующих об осуществлении истца индивидуальной предпринимательской деятельности по видам деятельности указанным в выписке из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, суд приходит в выводу, что сам факт регистрации истца ФИО3 в качестве индивидуального предпринимателя, не свидетельствует о том, что такая деятельность истцом осуществляется. 

Следует также отметить, что доводы представителя ответчика, что оспариваемый истцом договор купли-продажи, а также последующее заключение дополнительного соглашения к нему, были оформлены в присутствии нотариуса, которым дееспособность истца проверялась, не могут быть приняты судом во внимание. 

Судом в ходе судебного разбирательства не представилось возможным опросить нотариуса ФИО5, удостоверившего договор купли-продажи от 15.12.2017 и дополнительное соглашение к нему от 18.04.2018. 

Из полученных судом сведений из нотариальной палаты Воронежской области следует, что полномочия нотариуса нотариального округа городского округа город Воронеж Воронежской области ФИО5 прекращены с 26.07.2018. (л.д. 61 т. 2), ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 умерла. (л.д. 62 т. 2)

Суд учитывает, что проверка дееспособности лица, совершающего сделку, нотариусом в отсутствие специальных познаний в области медицины и без проведения соответствующего исследования не свидетельствует о том, что ФИО1 на момент подписания договора купли-продажи действительно понимала значение своих действий и руководила ими.

Установление факта наличия или отсутствия психического расстройства и его степени требует именно специальных познаний, каковыми, как правило, нотариус, удостоверивший договор купли-продажи не обладает. 

В связи с этим ссылки представителя ответчика о наличии у истца ФИО3 воли на продажу принадлежащего ей недвижимого имущества, выражающейся в ее определенных целенаправленных действиях по продаже квартиры, при том что заключением комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы установлено, что ФИО3 по своему психическому состоянию не могла понимать значение своих действий и руководить ими, являются ошибочными. 

Как указано выше в соответствии с пунктом 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Истец ФИО3 является стороной сделки, а более того, ее права и охраняемые законом интересы как собственника жилого помещения нарушены данной сделкой, поскольку в результате данной сделки, она лишилась права собственности на принадлежащее недвижимое имущество, которое является ее единственным жильем. Более того, исходя из представленной в материалы дела стороной ответчика копии договора № 02-2018-Л-ВР финансовой аренды (лизинга) недвижимости от 30.03.2018, которых подписан истцом ФИО3 и представителем ответчика ФИО4, и в момент заключения которого, как подтверждается выводами комплексной судебной психолого-психиатрической комиссии экспертов № от 26.09.2019, ФИО3 также не могла понимать характер и значение своих действий и руководить ими, и не могла правильно понимать происходящие события. 

При таких обстоятельствах ссылка представителя ответчика, что у истца не имеется правовых оснований для оспаривания сделки, и что поведение истца, заключившего после договора купли-продажи от 15.12.2017, дополнительное соглашение к нему от 18.04.2018, и договора № 02-2018-Л-ВР финансовой аренды (лизинга) недвижимости от 30.03.2018, давало ответчику основания полагаться на действительность сделки, является несостоятельными, и соответственно, положения абзаца 3 пункта 3, пункта 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, по заявленному истцом спору не подлежат применению.

При признании сделки недействительной применяются правила, установленные статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 3 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, если сделка признана недействительной по указанным в пункте 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации основаниям, применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Данные правила закрепляют обязанность каждой из сторон такой сделки возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость.

Таким образом, при удовлетворении требования одной стороны недействительной сделки о возврате полученного другой стороной суд одновременно рассматривает вопрос о взыскании в пользу последней всего, что получила первая сторона, если иные последствия недействительности не предусмотрены законом.

Истцом ФИО3 при обращении с иском в суд в исковом заявлении указано на применение последствий недействительности сделки, при уточнении истцом исковых требований, содержащего подробные основания заявленного иска, истец от требований о применении последствий недействительности сделки не отказывалась, определение суда о принятии отказа истца от данных требований не выносилось.

С учетом изложенного суд руководствуясь положениями вышеприведенных норм права, возвращает стороны в первоначальное положение, в связи с чем прекращает право собственности ответчика на спорное жилое помещение, и признает право собственности на квартиру 

<

адрес> за истцом. 

Согласно пункту 4 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации суд вправе не применять последствия недействительности сделки в случае, если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности.

Исходя из обстоятельств дела, оснований для применения положений пункта 4 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, не имеется.

В отношении денежных средств, которые по условиям договора купли-продажи от 15.12.2017, и дополнительного соглашения к нему от 18.04.2018, подлежали оплате ответчиком как покупателем в пользу истца ФИО3 как продавца суд отмечает следующее. 

Из копий расписок ФИО3 имеющихся в материалах регистрационного дела следует, что расписки составлены 15.12.2017 (л.д. 138 т. 1), и 30.03.2018 (л.д. 168 т. 1), в тоже время ни в одной из расписок не указано, что ФИО3 денежные средства в сумме 530000 руб., и в сумме 160000 руб. получены от ООО «Лизинговая компания Спектр». В материалах регистрационного дела имеется также копия платежного поручения № 69 от 15.12.2017 о перечислении по договору купли-продажи денежных средств в размере 170000 руб. на счет ФИО3 (л.д. 79 т. 1)

При этом истец ФИО3 в судебном заседании факт получения от ответчика ООО «Лизинговая компания Спектр» денежных средств, в счет оплаты по договору купли-продажи и дополнительного соглашения к нему отрицала.

Обстоятельств, которые свидетельствовали о том, что после продажи квартиры у истца ФИО3 появились денежные средства, которыми она распорядилась по своему усмотрению, по делу не установлено, и таких доказательств стороной ответчика не представлено. 

В заключении № от 26.09.2019 комиссии экспертов пришла в выводу, что в момент заключения договора купли-продажи квартиры 15.12.2017 и дополнительного соглашения к нему 18.04.2018, а также при заключении договора финансовой аренды (лизинга) от 30.03.2018, истец ФИО3 не могла понимать характер и значение своих действий и руководить ими, а также не могла правильно понимать происходящие события. Кроме того, по результатам проведенных экспертных исследований выявившими у ФИО3 в связи с наличием у нее диагноза органического расстройства личности со снижением интеллекта, характерные для органического поражения головного мозга неврологические нарушения, а также эмоциональную неустойчивость, конкретность мышления со склонностью к обстоятельности, ригидности, нарушение критических и прогностических способностей, ослабление возможности критического анализа своих поступков и их последствий, зависимость от мнения значимых окружающих, невозможность целостно и адекватно осмысливать окружающую действительность, прогнозировать и критически оценивать последствия совершаемых юридически-значимых действий, экспертами указано, что степень выявленных у ФИО3 нарушений психической деятельности была выражена столь значительно, что на момент заключения договора купли-продажи от 15.12.2017, дополнительного соглашения к нему от 18.04.2018, договора финансовой аренды (лизинга) от 30.03.2018, она не могла не только понимать значение своих действий и руководить ими, но и не могла правильно понимать происходящие события. 

Поскольку договор купли-продажи, дополнительное соглашение к нему, договор финансовой аренды (лизинга) и расписки были составлены истцом ФИО3 с пороком воли, в тот момент, когда истец не была способна осознавать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем все подписанные истцом документы являются недействительными по основанию, предусмотренному статьей 177 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, расписки, составленные ФИО3 15.12.2017, 30.03.2018, и платежное поручение № 69 от 15.12.2017 о перечислении денежных средств на счет истца ФИО3, распоряжение которым последняя отрицает, не могут свидетельствовать о фактическом получении ФИО3 денежных средств от ООО «Лизинговая компания Спектр». 

Исходя из изложенного, и того обстоятельства, что истец ФИО3 факт получения от ответчика денежных средств отрицает, а иных доказательств передачи истцу денежных средств ответчиком не представлено, то суд полагает, что взыскание денежных средств с ФИО3 в пользу ООО «Лизинговая компания Спектр» при применении последствий недействительности сделки невозможно. 

В отношении заявления представителя ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, суд исходит из следующего.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации, закреплено, что для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что годичный срок исковой давности по искам о признании недействительной оспоримой сделки следует исчислять со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. 

Таким образом, срок исковой давности по иску истца ФИО3 начинает течь со дня, когда сторона сделки, в данном случае истец узнала или должна была узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания заключенного договора недействительным. 

При этом вопросы определения начала и окончания течения срока исковой давности разрешаются судом применительно к установленным фактическим обстоятельствам дела. 

Истец ФИО3 просит восстановить срок исковой давности по тем основаниям, что имеющиеся у нее заболевания не позволяли ей осознавать последствия имевшей место сделки и своевременно предпринять меры к восстановлению нарушенного права. Кроме этого в период с 11.12.2018 по 12.01.2019 она находилась на лечении с диагнозом острый язвенно-некротический гингивостоматит, вследствие которого не могла говорить, и соответственно, обратиться за юридической помощью. (л.д. 188 т. 1)

В материалы дела стороной истца представлены копия договора на оказание медицинских услуг от 11.12.2018 (л.д. 189-193 т. 1), и заверенная копия медицинской карты стоматологического больного, из которой усматривается, что ФИО3 проходила лечение с 11.12.2018 по 12.01.2019. (л.д. 194-199 т. 1)

Представителем ответчика представлены письменные возражения относительно заявления истца о восстановлении срока исковой давности. (л.д. 229-230 т. 1, л.д. 11 т. 2), в которых представитель ответчика указывает, что истец подписав договор купли-продажи 15.12.2017, могла и должна знать об основаниях для признания сделки недействительной. Ее доводы о прохождении стоматологического лечения, не относятся к тем обстоятельствам, которые суд может признать уважительными причинами препятствующими обращению с иском в суд в пределах срока исковой давности. 

В ходе судебного разбирательства установлено, что истец ФИО3 осталась зарегистрированной по адресу нахождения спорного жилого помещения и проживает в нем до настоящего времени, при этом каких-либо данных о том, что ей предлагалось освободить занимаемое жилое помещение, ответчиком не представлено.

С исковыми требованиями в суд истец ФИО3 обратилась 12.01.2019, направив исковое заявление по почте. (л.д. 16 т. 1)

В исковом заявлении указано, что о наличии права собственности у ответчика на принадлежащее ей жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, ей стало известно от родственницы ФИО2, которая 27.11.2018, узнала об этом из выписки из Единого государственного реестра недвижимости. 

В материалы дела названная выписка, полученная ФИО2 30.11.2018, истцом представлена. (л.д. 8-9 т. 1)

Принимая во внимание, что исследованными судом доказательствами подтверждены доводы истца ФИО3, что в на дату заключения сделки она не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, а о последствиях совершенных ею действий ей стало известно после получения ФИО2 30.11.2018 выписки из Единого государственного реестра недвижимости, в который сведения о государственной регистрации права ответчика на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, внесены 12.01.2018, суд приходит к выводу, что в данном случае, срок исковой давности по заявленным требованиям истцом ФИО3 не пропущен, и оснований для отказа истцу в удовлетворении ее требований по основаниям перечисленным в пункте 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 52 и 53 Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10/22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», решение суда о признании сделки недействительной, которым применены последствия ее недействительности, является основанием для внесения записи в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

В связи с изложенным, запись в Едином государственном реестре недвижимости о праве собственности ООО «Лизинговая компания Спектр» на спорное жилое помещение подлежит погашению, и в Единый государственный реестр недвижимости подлежит внесению запись о возврате недвижимого имущества ФИО3 и регистрации за ней права собственности.

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне в пользу, которой состоялось решение суд, присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу расходы.

При обращении с иском в суд истцом уплачена 04.02.2019 государственная пошлина в размере 17353 руб. (л.д. 23 т. 1)

Поскольку суд удовлетворяет исковые требования, то с ответчика в пользу истца подлежат взысканию понесенные истцом расходы по оплате государственной пошлины. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания Спектр» о признании договора купли-продажи недействительным и о применении последствий недействительности сделки, удовлетворить.

Признать договор купли-продажи жилого помещения: квартиры 

<

адрес> от 15.12.2017, заключенный между ФИО1 и Обществом с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания Спектр», и удостоверенный нотариусом нотариального округа городского округа город Воронеж Воронежской области ФИО5, зарегистрированный в реестре за № 1-5353, недействительным.

Применить последствия недействительности сделки:

Прекратить право собственности Общества с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания Спектр» на жилое помещение общей площадью общей площадью 45,7 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №.

Признать за ФИО1 право собственности на жилое помещение общей площадью общей площадью 45,7 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания Спектр» в пользу ФИО1 судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 17353 (семнадцать тысяч триста пятьдесят три) руб. 

Настоящее решение является основанием для погашения в Едином государственном реестре недвижимости записи регистрации права собственности № от 12.01.2018 Общества с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания Спектр» на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес> восстановлению записи регистрации права собственности ФИО1 на указанное жилое помещение.

Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме, через районный суд.

Решение изготовлено в окончательной форме 15.11.2019.

Председательствующий судья А.В. Лозенкова