Дело № 2-20/17 

<

данные изъяты>

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

28 апреля 2017 года г. Тверь

Московский районный суд г. Твери в составе 

председательствующего судьи Цветкова Е.Ю.,

при секретаре Талызиной Л.В.,

с участием представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2, 

представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов, 

У с т а н о в и л :

ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО5 о возмещении имущественного ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 124900 рублей, судебных расходов.

В ходе судебного разбирательства на основании ходатайства представителя истца 07 октября 2016 года ненадлежащий ответчик ФИО5 заменен на надлежащего - ФИО2 

В обоснование заявленных требований ФИО4 указано, что 01 апреля 2016 года по вине ответчика ФИО2, управлявшего автомашиной Тойота Камри, государственный регистрационный знак № и нарушившего правила дорожного движения произошло дорожно-транспортное происшествие ( далее ДТП) в котором был поврежден автомобиль истца - Тойота Авенсис, государственный регистрационный знак №. Ответственность ФИО2 на момент ДТП была застрахована по договору ОСАГО в САО «ВСК», лимит ответственности которого составляет 400000 рублей. Однако, в соответствии с заключением ООО ЭЮА «Норма Плюс» стоимость восстановительного ремонта автомашины истца с учетом износа равняется 524900 рублям и на ответчике лежит обязанность по выплате истцу части ущерба непокрытой страховой выплатой, всего в размере 124900 рублей. Указанные денежные средства, а так же свои судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 18 000 рублей, на оплату услуг эксперта в размере 6300 рублей, на оплату государственной пошлины в размере 3698 рублей 00 копеек истец просит взыскать с ответчика. 

В судебное заседание истец ФИО4 не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещался надлежащим образом, воспользовался правом иметь представителя.

Представитель истца по доверенности ФИО1 в судебном заседании поддержал исковые требования в полном объёме, обосновав их доводами, изложенными в исковом заявлении. 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных исковых требований, указав, что его вина в рассматриваемом ДТП отсутствует. Он двигался на своей автомашине в общем ряду с другими транспортными средствами, когда обнаружил, что при этом в нарушение правил дорожного движения пересек сплошную линию дорожной разметки. Включив сигнал правого поворота, и убедившись с помощью зеркала заднего вида в отсутствии помех, он начал перестраиваться правее, чтобы вернуться на свою полосу дороги. В этот момент произошло столкновение с автомашиной истца, который в нарушение требований правил дорожного движения пытался обогнать его по обочине. Считает, что виновником ДТП является истец, который двигался с явным превышением разрешенной скорости. 

Представитель истца ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований, указав, что заявленную истцом величину стоимости восстановительного ремонта его автомашины не оспаривает, однако, считает, что вопрос о целесообразности ремонта данного транспортного средства не исследован. Кроме того, виновником рассматриваемого ДТП является истец ФИО4, который, двигаясь с явным превышением разрешенной скорости движения, с выездом на обочину, не соблюдая безопасного бокового интервала, совершил попытку опережения транспортного средства ответчика, что и привело к ДТП. Если бы истец, обнаружив опасность, о которой свидетельствовал включенный ответчиком сигнал правого поворота, предпринял предписанные ПДД меры к снижению скорости, то ДТП бы не произошло. В свою очередь ответчик двигался без нарушения правил дорожного движения в пределах своей полосы движения. Дорога в данном месте имела две полосы движения, предназначенные для движения транспортных средств противоположных направлений. Исходя из ширины проезжей части, указанной в схеме ДТП, автомашина ответчика на момент ДТП находилась в пределах своей полосы движения, в связи с чем, незначительное изменение им траектории движения в сторону правого края проезжей части нельзя расценивать в качестве перестроения в другую полосу, а потому к нему не применяются пункты правил дорожного движения, регламентирующие указанные маневры. В крайнем случае в действиях водителей присутствует обоюдная вина. Полагает, что выводы эксперта в части, касающейся расположения транспортных средств участников ДТП относительно границ полос движения, нельзя принимать в качестве доказательств, поскольку, при оценке обстоятельств ДТП эксперт руководствовался информацией о ширине проезжей части, предоставленной дорожно-строительной организацией, а не данными зафиксированными в схеме ДТП. 

Третье лицо САО «ВСК», уведомленное о месте и времени рассмотрения дела, своего представителя в судебное заседание не направило, заявлений и ходатайств не представило.

Выслушав явившихся участников процесса, исследовав материалы дела, суд находит, что исковые требования ФИО4 подлежат удовлетворению.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается материалом проверки по факту ДТП, содержащим копию постановления по делу об административном правонарушении от 01 апреля 2016 года, справку о дорожно-транспортном происшествии, схему места происшествия, письменные объяснения участников ДТП ФИО4 и ФИО6 01 апреля 2016 года в 07 час. 50 мин. на 179 км. автодороги М-10 «Россия» Северный подъезд к г.Твери произошло ДТП с участием принадлежащей истцу автомашины Тойота Авенсис, государственный регистрационный знак Х №, находившейся под управлением собственника, и автомашины Тойота Камри, государственный регистрационный знак №, принадлежащей ФИО2, находившейся под его управлением.

В результате ДТП транспортные средства его участников получили механические повреждения.

Принадлежность автомашины Тойота Авенсис, государственный регистрационный знак № ФИО4 подтверждается копией свидетельства о регистрации транспортного средства, приобщенной к делу.

В соответствии со ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, в том числе с использованием транспортных средств, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. При этом вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст.1064 ГК РФ).

Статьей 1064 ГК РФ установлено, что вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Разрешая вопрос о возложении на стороны обязанности по возмещению причиненного материального ущерба, суд исходит из того, что обязательными условиями возложения гражданско-правовой ответственности на причинителя вреда являются - наличие самого вреда, противоправность поведения лица, причинившего вред, причинная связь между вредом и поведением причинителя вреда, вина последнего.

Причем, в силу ст.56 ГПК РФ обязанность доказать наличие вреда, противоправность поведения лица, причинившего вред, причинную связь между вредом и поведением причинителя вреда лежит на истце, а обязанность доказать отсутствие своей вины на ответчике.

Согласно копии постановления по делу об административном правонарушении от 01.04.2016 года причиной ДТП явились виновные действия водителя ФИО2, который нарушил п.8.4 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23 октября 1993 г. N 1090 (далее ПДД), а именно не уступил дорогу транспортному средству истца, обладавшему преимущественным правом движения. За допущенное нарушение ПДД ФИО2 был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст.12.14 ч.3 КоАП РФ. Постановление не обжаловано и вступило в законную силу. Нарушений правил дорожного движения со стороны другого участника ДТП в результате проведенной проверки не установлено.

Вместе с тем, в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела установлено, что водители транспортных средств, участвовавших в ДТП (истец и ответчик), свою вину в нарушении правил дорожного движения отрицают, настаивают, что причиной происшествия стали действия другого водителя.

В связи с изложенным, в целях устранения противоречий и обеспечения объективности при решении вопроса об обоснованности исковых требований, судом в порядке ст.79 ГПК РФ была назначена по делу судебная автотехническая экспертиза, для установления механизма ДТП и его технических причин. Проведение экспертизы было поручено эксперту ООО ПКФ «Экипаж» ФИО9 

В соответствии с заключением судебной автотехнической экспертизы, выполненной экспертом ФИО9, по имеющимся исходным данным были определены лишь отдельные фрагменты механизма ДТП, в частности установлено, что допущенный к эксплуатации автомобиль Toyota-1 (под управлением ФИО4) без пассажиров и груза, в условиях мокрого состояния асфальтированной проезжей части и светлого времени суток следовал с достоверно неизвестной скоростью по выделенной временной горизонтальной дорожной разметкой 1.1 правой полосе проезжей части в сторону выезда из г. Твери. Расположение этого транспортного средства относительно правой границы проезжей части автодороги в рассматриваемый период времени достоверно неизвестно. В этот же промежуток времени в попутном направлении двигался допущенный к эксплуатации, без пассажиров и груза автомобиль Toyota-2 (под управлением ФИО2). Автомобиль Toyota-2 перед происшествием находился впереди слева от автомобиля Toyota-1, располагаясь либо полностью, либо частично на полосе проезжей части, предназначенной для встречного движения. Скорость следования автомобиля Toyota-2 перед происшествием была меньше, чем у автомобиля Toyota-1. При взаимном движении транспортных средств, когда автомобиль Toyota-2, маневрируя вправо, выдвигался на правую полосу проезжей части, а автомобиль Toyota-1 следовал прямо, произошло их столкновение. Контактирование между автомобилями имело место на правой полосе проезжей части. Столкновение между транспортными средствами было перекрёстным, попутным, косым, скользящим, для автомобиля Toyota-1 левым боковым, для автомобиля Toyota-2 правым боковым. В момент контактирования транспортных средств под острым углом неизвестной величины передняя левая боковая часть (переднее левое крыло, переднее левое колесо) автомобиля Toyota-1 взаимодействовала с передней правой боковой частью автомобиля Toyota-2 (переднее правое крыло, переднее правое колесо, передний бампер справа). В результате столкновения транспортных средств, автомобиль Toyota-1 изменил траекторию своего движения вправо, сбил несколько расположенных на правой границе проезжей части водоналивных блоков, съехал в правый кювет, имеющий более низкий по сравнению с проезжей частью уровень опорной поверхности, перевернулся через правый бок на крышу и остановился, располагаясь передней фронтальной частью в сторону своего первоначального движения. Автомобиль Toyota-2 после столкновения продвинулся от места контакта на неизвестное расстояние вперёд и остановился, частично располагаясь на правой полосе проезжей части, частично на полосе, предназначенной для встречного движения в месте, где и зафиксирован в схеме ДТП.

Техническими причинами рассматриваемого ДТП явились действия водителя автомобиля Toyota-2, которые не соответствовали нормам пунктов 8.1 и 8.2 (в части обеспечения безопасности при маневрировании), 1.5 Правил, а также требованиям временной горизонтальной дорожной разметки 1.1. Действия водителя автомобиля Toyota-2 в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации также могли соответствовать или не соответствовать нормам пунктов 8.1 (в части подачи сигнала правого поворота) и 9.1 ПДД. Кроме того, причиной рассматриваемого ДТП могли быть действия водителя автомобиля Toyota-1, которые в сложившейся ситуации могли соответствовать или не соответствовать требованиям временного дорожного знака 3.24 «50», пунктов 10.1,1.5 и 1.3 ПДД.

На основании имеющейся исходной информации не представляется возможным экспертным путём решить вопрос о наличии или отсутствии технической возможности у водителя автомобиля Toyota-1 предотвратить столкновение с автомобилем Toyota-2 в сложившейся дорожно-транспортной ситуации.

Техническая возможность избежать контактного взаимодействия транспортных средств для водителя автомобиля Toyota-2 заключалась в выполнении им в полной мере положений пунктов 8.1 и 8.2 (в части обеспечения безопасности движения при маневрировании), 1.5 Правил, а также требований временной горизонтальной дорожной разметки 1.1.

По имеющимся исходным данным установить скорости следования транспортных средств перед ДТП экспертным путём не представляется возможным.

В рассматриваемом случае автомобиль Toyota-1 перед происшествием двигался в границах правой полосы проезжей части. Автомобиль Toyota-2 перед ДТП следовал левее автомобиля Toyota-1, располагаясь либо полностью, либо частично на полосе проезжей части, предназначенной для встречного движения.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО9 подтвердил сделанные им выводы, дополнив, что исходя из линейных размеров проезжей части в месте ДТП и места нахождения на ней транспортного средства ответчика, зафиксированных в справке о ДТП, а так же линейных размеров автомашины истца, следует, что на момент столкновения пространство между правым задним колесом автомашины ответчика и краем проезжей части справа от него составляло не менее 2 м. 20 см. При данных условиях, в случае продолжения ответчиком прямолинейного движения без маневрирования вправо, у автомашины истца имелась возможность для опережения автомашины ответчика с соблюдением безопасного бокового интервала между транспортными средствами, который в указанных обстоятельствах составлял 30 см. Кроме того, в момент столкновения транспортное средство истца двигалось в пределах своей полосы проезжей части без выезда на обочину, поскольку, в виду осуществления на месте ДТП дорожно-строительных работ правая от неё обочина фактически отсутствовала. При определении ширины полос движения им использовались данные содержащиеся как в схеме ДТП, так и в Схеме организации дорожного движения и ограждения места производства работ, представленной дорожной организацией. Данная необходимость возникла поскольку схема ДТП была составлена сотрудником ГИБДД не полно. На ней не зафиксирована временная дорожная разметка, которая, исходя из представленных фотографий места ДТП, фактически имелась. Поэтому, определяя свою полосу движения, водители должны были ориентироваться не на общую ширину заасфальтированной дороги, а руководствоваться данной разметкой. 

На основании ст. ст. 60, 67 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами. Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд также дает оценку относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности.

Оценивая заключение судебной экспертизы в совокупности с другими доказательствами по делу, в соответствии со ст.ст. 67, 86 ГПК РФ, суд полагает, что оно соответствует требованиям закона, выводы эксперта содержат ответы на поставленные перед ним вопросы об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Учитывая квалификацию эксперта, предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, качество исследованных материалов, суд полагает установленные экспертом ФИО9 фактически данные об обстоятельствах ДТП достоверными. Указанные в экспертном заключении выводы, обоснованы ссылками на фактические данные, полученные из схемы места ДТП, схемы организации движения и ограждения места работ, прилагаемых фотографий. Кроме того выводы эксперта согласуются с письменными объяснениями участников ДТП, дополняют и конкретизируют их, в связи с чем, суд принимает заключение судебной экспертизы в качестве надлежащего доказательства по данному делу. 

Оснований не доверять эксперту у суда не имеется, поскольку он лично не заинтересован в исходе дела, а кроме того был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Основываясь на приведенном выше заключении судебной экспертизе, данных зафиксированных в материале проверки по факту ДТП, фотографиях места ДТП, Схеме организации дорожного движения и ограждения места производства работ, суд полагает достоверно установленным, что причиной рассматриваемого ДТП стали действия водителя автомашины Тойота Камри ФИО2

Так, в соответствии с п.1.5 ПДД участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно п.1.3 ПДД участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

В силу п.9.1 ПДД количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними.

В соответствии с положениями, содержащимися в разделе 1 приложения №2 к ПДД РФ, горизонтальная разметка 1.1 в частности разделяет транспортные потоки противоположных направлений и обозначает границы полос движения в опасных местах на дорогах.

Согласно п.9.7 ПДД РФ если проезжая часть разделена на полосы линиями разметки, движение транспортных средств должно осуществляться строго по обозначенным полосам (п.9.7). 

При выполнении маневра водители не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения (п.8.1 ПДД РФ).

Из материалов дела следует, что водитель ФИО2 в нарушение вышеприведенных правил дорожного движения, перед ДТП осуществлял движение на выезд из г.Твери в сторону г.Санкт Петербург, не соблюдая при этом нанесенной на проезжей части дорожной разметки 1.1, с выездом на сторону проезжей части, предназначенную для встречного движения. После чего, непосредственно перед ДТП, совершил маневр вправо, не убедившись в его безопасности, при этом создал помеху, двигающемуся правее него с большей скоростью в прямом направлении автомобилю Тойота Авенсис, под управлением ФИО4, что стало непосредственной причиной последовавшего ДТП.

Согласно выводам судебной экспертизы ни скорость, ни удаленность друг от друга транспортных средств участников ДТП в момент возникновения аварийной ситуации установить не возможно, в связи с чем, доводы ответчика о том, что в действиях ФИО4 также имеется нарушение п.10.1, 1.3, 1.5 ПДД РФ являются не обоснованными. Выводы эксперта в данной части носят предположительный, вероятностный характер и не могут учитываться судом при вынесении решения.

Аналогичным образом, не принимаются судом доводы представителя ответчика о том, что факт подачи ответчиком перед началом маневра сигнала поворота вправо (отражен в письменных объяснениях ФИО4) исключает вину ФИО2 в ДТП.

Так в силу п.8.2 ПДД РФ подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра, при этом не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

Ссылка ответчика на осуществление ФИО4 в момент ДТП движения по обочине, опровергается схемой ДТП, из которой следует, что данный элемент дороги в месте ДТП с правой стороны относительно направления движения транспортных средств участников ДТП отсутствует.

Наличие у ФИО4 достаточной ширины проезжей части для осуществления опережения автомашины ответчика с соблюдением при этом бокового интервала, обеспечивающего безопасность движения (п.9.10 ПДД РФ), однозначно подтверждается схемой ДТП и показаниями эксперта ФИО7.

Таким образом, доказательств отсутствию своей вины в причинении ущерба имуществу ФИО4 ответчик ФИО2 не представил, доказательств наличия обоюдной вины участников ДТП в ходе рассмотрения дела также получено не было, в связи с чем, на причинителе вреда – ФИО2 лежит обязанность полного возмещения ущерба собственнику поврежденного в ДТП имущества - ФИО4

В соответствии со статьей 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации суд, удовлетворяя требование о возмещении вреда, в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (п. 2 ст. 15).

Согласно статье 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Вместе с тем, в силу закона или договора ответственность по возмещению вреда может быть возложена на третье лицо. 

На момент ДТП гражданская ответственность его участников была застрахована по договору ОСАГО в САО «ВСК», что не оспаривается сторонами и подтверждается сведениями о страховых полисах, внесенных в справку о ДТП.

Таким образом, требования истца ФИО4 о возмещении вреда, причиненного его имуществу, подлежали разрешению по общим нормам ГК РФ, а также в соответствии с положениями Федерального закона от 25.04.2002г. № 40-ФЗ « Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон).

В соответствии с ч. 4 ст. 931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Согласно п.1 ст. 6 Закона объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации. (Здесь и далее по тексту решения положения нормативно-правовых актов приводятся в редакции, действовавшей на момент ДТП) 

В соответствии со ст. 7 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (в редакции, действовавшей на момент заключения договора страхования) страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причинённый вред, составляет в части возмещения вреда, причинённого имуществу одного потерпевшего, не более 400 0000 рублей.

Судом установлено, что в результате обращения истца ФИО4 в страховую компанию САО «ВСК» 16.08.2016 года ему путем организации ремонта транспортного средства было выплачено страховое возмещение в размере 400 000 руб., то есть предельная сумма страхового возмещения по договору ОСАГО ответчика. 

В силу ст.1072 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо, гражданин, застраховавший свою ответственность в пользу потерпевшего, в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба. 

Следовательно в части, превышающей лимит ответственности страховой компании, обязанность по возмещению причиненного ФИО4 ущерба несет причинитель вреда ФИО2 

Истец, не достигнув соглашения с причинителем вреда о размере причиненного ущерба, в целях его определения обратился ООО «Экспертно-юридическое агентство «НОРМА-ПЛЮС», оплатив за производство экспертизы 6300 рублей, что подтверждается актом выполненных работ от 09.06.2016 года и квитанцией на получение денежных средств, имеющимися в материалах дела. 

Согласно экспертному заключению ООО «ЭЮА «Норма плюс» №№ от 08.06.2016 года стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца, определенная на дату ДТП по единой методике, с учетом износа на заменяемые запасные части, детали, узлы и агрегаты составила 524900 рублей, а без учета износа 907200 рублей.

Оснований не доверять выводам, сформулированным в указанном экспертном заключении, у суда не имеется, так как экспертиза проведена независимой организацией, руководствовавшейся при определении размера ущерба указанными выше нормативно-правовыми актами. Перечень работ и материалов, приведенный в заключении, необходим для устранения повреждений имущества истца, полученных в результате ДТП, и соответствует перечню повреждений, зафиксированному в справке о ДТП, а также в акте осмотра, составленном по направлению САО «ВСК».

Данное экспертное заключение не оспорено сторонами и полагается судом достоверным. Своим правом ходатайствовать о назначении судебной экспертизы ответчик не воспользовался. Возражения представителя ответчика относительно возможной нецелесообразности ремонта ссылками на какие-либо доказательства не подтверждены. 

Кроме того суд учитывает, что в соответствии с материалами выплатного дела, предоставленными САО «ВСК» фактически ремонт автомашины истца уже произведен ООО «ТВТ» по направлению страховщика. Отремонтированное транспортное средство возвращено истцу 25.07.2016 года. Фактическая стоимость его восстановительного ремонта составила 882503 рубля. 

Таким образом, размер материального ущерба, причиненного ФИО4 в результате неправомерных действий страхователя ФИО2, составил 882503 рубля.

Обязанность по возмещению истцу причиненного в результате ДТП ущерба в части, превышающей лимит ответственности страховой компании, несет в силу ст.1072 ГК РФ непосредственный причинитель вреда - ФИО2

Вместе с тем, поскольку в силу ст.196 ГПК РФ у суда отсутствуют основания к выходу за пределы исковых требований, заявленных ФИО4, с ФИО2 в пользу истца в возмещение ущерба, причиненного в результате ДТП от 01 апреля 2016 года, должны быть взысканы 124900 рублей 00 копеек из расчета 524900 рублей (заявленная сумма ущерба) - 400 000 рублей 00 копеек (лимит страхового возмещения).

В соответствии со ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела относятся суммы, подлежащие выплате экспертам, расходы на оплату услуг представителей, иные, признанные судом необходимыми расходы. 

В силу ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы. 

Истцом при подаче искового заявления уплачена государственная пошлина в размере 3698 рублей 00 копеек, которая включается в состав судебных расходов истца и подлежит взысканию в его пользу в полном размере. 

Расходы истца на оплату услуг экспертной организации в размере 6300 рублей были связаны с подготовкой искового заявления, являлись необходимыми и так же подлежат возмещению ответчиком.

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. В судебном заседании установлено, что истцом понесены расходы на оплату услуг представителя в размере 18 000 руб., что подтверждается договором на оказание разовых юридических услуг от 14 июня 2016 года и кассовыми чеками на указанную сумму. Учитывая длительность рассмотрения дела, сложность, качество оказанных представителем услуг, а также принятое по делу решение, суд, руководствуясь принципом разумности, полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца расходы последнего на оплату услуг представителя в полном размере. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО4 к ФИО2 удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО4 в возмещение ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 124900 рублей, судебные расходы на оценку ущерба в размере 6300 рублей 00 копеек, на оплату государственной пошлины в размере 3 698 рублей 00 копеек, на оплату услуг представителя в размере 18000 рублей, всего 152898 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд через Московский районный суд гор.Твери в течение месяца со дня его принятии в окончательной форме.

Судья 

<

данные изъяты> Е.Ю. Цветков

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>