Дело № 1-69/2018 

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Тверь 03 сентября 2018 года 

Заволжский районный суд г.Твери в составе:

председательствующего судьи: Осипова П.В.,

при секретаре: Егоркиной А.А.,

с участием:

государственных обвинителей, помощников прокурора Заволжского района г.Твери Макаренко А.Ю. и ФИО1,

потерпевшего: Ш.,

подсудимого ФИО2,

его защитника, адвоката Сапожникова Н.Ю., представившего удостоверение №202 и ордер №39809,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Твери материалы уголовного дела в отношении 

ФИО2, 

<

данные изъяты>, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 264 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2, являясь лицом, управляющим автомобилем, находящимся в состоянии опьянения, совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, при следующих обстоятельствах:

07 июня 2017 года около 16 часов 30 минут, ФИО2, управляя технически исправным транспортным средством автомобилем марки ВАЗ-11183 «ФИО3», государственный регистрационный знак № регион, принадлежащим Щ., и находясь при этом, в нарушении требований п.2.7 Правил дорожного движения РФ, в состоянии алкогольного опьянения, двигался в г. Твери от Перекопского пер. по Петербургскому шоссе г. Твери, по направлению к ул. Скворцова – Степанова по горизонтальной, сухой, асфальтобетонной проезжей части, с двухсторонним движением, без разделительной полосы.

В указанное время, водитель ФИО2, управляя в состоянии опьянения, вышеуказанным автомобилем марки ВАЗ-11183 «ФИО3», государственный регистрационный знак № регион, находясь на пересечении Петербургского шоссе и Артиллерийского переулка г. Твери, совершая маневр «поворот налево», в сторону Артиллерийского пер. г. Твери, в нарушении пп. 8.1 и 13.12 ПДД РФ, не уступил дорогу двигавшейся в г. Твери со стороны ул. Скворцова Степанова в сторону Перекопского пер. по встречному направлению автомашине «АУДИ Q7», государственный регистрационный знак № под управлением водителя Е., в результате чего в районе д. 1 по Петербургскому шоссе г. Твери выехал на встречную полосу, тем самым создав опасную ситуацию, после чего совершил столкновение с автомашиной «АУДИ Q7» под управлением Е.

В результате данного дорожно-транспортного происшествия пассажиру автомобиля ВАЗ-11183 «ФИО3», государственный регистрационный знак № регион, Ш. были причинены: сочетанная травма: ЗЧМТ - ушиб головного мозга, травматическое субарахноидальное кровоизлияние, ушибленные раны подбородочной области справа, затылочной области справа: закрытая травма грудной клетки: перелом грудины, перелом задних отрезков 1, 2, 3, 4, 5, 12 ребер справа, перелом переднего отрезка 2-го ребра справа, перелом 1, 2 ребер слева, ушиб легких, травматический гемопневмоторакс справа, подтвержденный СКТ органов грудной полости, наличием крови и воздуха при дренировании правой плевральной полости; закрытая травма живота: разрыв брыжейки тонкой кишки, диафрагмы, печени, забрюшинная гематома, ушиб правой почки, ушиб правого надпочечника, сопровождавшаяся внутрибрюшным кровотечением (гемоперитонеум); перелом боковых масс крестца справа, внутрисуставной перелом тел подвздошных костей с обеих сторон, перелом левой лонной кости. Все повреждения в совокупности у Ш. квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (заключение эксперта от 18.07.2017 № 2611).

Таким образом, причинение тяжкого вреда здоровью Ш. произошло в результате дорожно-транспортного происшествия, и находится в прямой причинно-следственной связи с нарушением водителем ФИО2 пунктов 2.7, 8.1. и 13.12 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090, а именно: 

- п.2.7 ПДД РФ, согласно которого водителю запрещается: управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного); 

- п. 8.1 ПДД РФ, в соответствии с которым при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения;

- п. 13.12 ПДД РФ, согласно которого при повороте налево или развороте водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся по равнозначной дороге со встречного направления прямо или направо.

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО2 вину в совершении преступления признал частично, пояснил, что 07 июня 2017 года около 15 часов по просьбе Щ. на его автомашине «ВАЗ-11183» ФИО3 повез его, а также Ф. и Ш. из 

<

адрес> в роддом, расположенный в г. Твери. Спиртные напитки в этот день не употреблял. Автомашиной управлял он, Ш. сидел на переднем пассажирском сиденье, Щ. на заднем сидение слева, Ф. на заднем сидение справа. После посещения роддома, около 16 часов 30 минут, поехали обратно на дачу Щ. Отъехав от роддома, выехал на 

<

адрес> со стороны 

<

адрес>. На улице было светло, видимость хорошая, асфальт сухой. Скорость его движения была около 40 км/час. Он двигался в крайнем левом ряду, так как в районе АЗС «Сургутнефтегаз», расположенной по адресу: 

<

...>, ему необходимо было повернуть налево. Впереди, в попутном направлении, также с поворотом налево медленно двигался автомобиль УАЗ «Буханка» темно-зеленого цвета. Водитель автомобиля УАЗ, пропустил встречный автомобиль ВАЗ серебристого цвета, который двигался по Петербургскому ш. г. Твери со стороны ул. Скворцова-Степанова г. Твери в сторону Перекопского пер. г. Твери, после чего стал совершать маневр левого поворота. Видел, что встречная левая полоса движения со стороны ул. Скворцова-Степанова r. Твери в сторону Перекопского пер. г. Твери свободна, поэтому принял решение не останавливаясь на перекрестке, сразу начать маневр поворота налево. В тот момент, когда он находился на левой встречной для его направления полосе, УАЗ находился еще на правой встречной для его направления полосе и частично ограничивал видимость. После того, как УАЗ проехал вперед и освободил обзор, увидел, что по встречной правой полосе со стороны ул. Скворцова-Степанова движется автомобиль Ауди (джип). По его ощущениям расстояние между автомобилями в момент обнаружения им Ауди было не более 40 метров. Скорость движения этой автомашины он визуально оценил как больше 80 км/час. Понимал, что произойдет столкновение, поэтому принял решение нажать на педаль газа и вывернуть руль влево, чтобы заехать на территорию заправки. При этом обратил внимание, что водитель Ауди, пытаясь уйти от столкновения, тоже стал уходить с дороги правее, в сторону заправки. Однако столкновения избежать не удалось. Удар пришелся передней частью автомобиля Ауди в правую переднюю часть автомобиля ВАЗ. Кроме того, автомобиль Ауди после столкновения, совершил наезд на автомобиль Опель, который находился на АЗС. Щ. и Ф. вылезли из машины сами, он остался в ней, у него текла кровь, Ш. был без сознания. Через какое-то время приехали две бригады скорой помощи, одна забрала Ш., вторая его. Его отвезли в 4 городскую больницу, где он проходил лечение до 26 июня 2017 года. Понимает, что создал помеху для движения автомобилю Ауди, в связи с чем вину в нарушении пп. 8.1 и 13.12 ПДД РФ признает. Вместе с тем, не согласен, что в момент ДТП находился в состоянии опьянения, так как алкоголь употреблял только накануне, 06 июня 2017г., до 23 час.. При поступлении в больницу у него действительно отбиралась кровь, до этого такого анализа не сдавал. Также кровь отбиралась у него и в отделении судебно-медицинских экспертиз, примерно через месяц после ДТП.

Несмотря на частичное признание подсудимым своей вины, его виновность в совершении указанного выше преступления нашла свое подтверждение в ходе судебного разбирательства и подтверждается следующими собранными по делу и исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, потерпевший Ш. в судебном заседании пояснил, что 07 июня 2017 года, он вместе с друзьями, на автомашине Щ., которой управлял ФИО2 ездил в роддом, где находилась супруга Ф. Знает, что потом произошло ДТП, но при каких обстоятельствах ему неизвестно. В настоящее время его лечение закончилось. Чувствует себя хорошо. Никаких претензий к ФИО2 не имеет.

Свидетель Е., пояснил, что 07 июня 2017 года около 16 час. 30 мин., он, на своей автомашине Ауди Q7 регистрационный знак № двигался в г. Твери по Петербургскому шоссе со стороны ул. Скворцова-Степанова в направлении Перекопского переулка. Дорога в его направлении имела две полосы для движения, он двигался в крайней правой полосе. Чувствовал себя хорошо, помех движению не было, видимость была хорошая. Скорость его движения была около 60 км/час, он её контролировал по спидометру. Подъезжая к перекрестку с Артиллерийским переулком, заметил, что во встречном ему направлении, то есть со стороны Перекопского пер. г. Твери, в крайнем левом ряду стоит (по его ощущениям) с включенным сигналом поворота налево, автомобиль ФИО3. Визуально наблюдал данный автомобиль приблизительно за 100 метров. Так как он двигался по главной дороге, в данной ситуации преимущество в движении было у него, поэтому он продолжил движение прямо. В какой-то момент, когда расстояние между его автомобилем и автомобилем «Лада» стало не более 30 метров, та вдруг резко ускорилась и выехала на его полосу движения, поперек движения его автомобиля. Чтобы избежать столкновения начал смещаться чуть правее, при этом применил экстренное торможение. Однако, поскольку расстояние было не большое, избежать столкновения не удалось. В результате его автомашина передней частью врезалась в правый передний бок автомобиля «ФИО3», в область переднего правого колеса. Далее его автомашину отбросило в автомобиль «Опель Астра», который находился в очереди на АЗС, расположенной по адресу: 

<

...> и он ударился в него передней частью своего автомобиля в его заднюю часть, после чего остановился. В автомашине «ФИО3» находилось 4 человека - молодые люди. Два пассажира с заднего сидения автомобиля «ФИО3» и водитель с его помощью вышли из автомобиля. Пассажира, находящегося на переднем пассажирском сидении, они вытащить не смогли, так как его зажало. Видел, что из автомобиля «Лада» на проезжую часть выпали пивные бутылки и банки. Визуально ему показалось, что пассажиры с заднего сидения находятся в состоянии алкогольного опьянения. По поводу водителя ничего сказать не может, так как лицо у того было в крови, и тот находился в шоковом состоянии. Водителя автомашины «Лада» и пассажира, который сидел спереди, увезли бригады скорой помощи. Виновником ДТП считает водителя автомобиля «Лада», который начал совершать маневр левого поворота в непосредственной близости от его автомобиля. Со своей стороны он принял все возможные меры для предотвращения ДТП. 

Свидетель Г., пояснил, что 07 июня 2017 года около 16 час. 30 мин. он, на принадлежащей ему автомашине «Опель Астра» приехал на АЗС «Сургутнефтегаз», расположенную по адресу: г. Тверь. Петербургское ш., д. 1, остановился и ожидал своей очереди. В автомашине находился один. Услышав шум, посмотрел в зеркало заднего вида и увидел, что на его автомобиль движется что-то черное. Успел нажать на педаль тормоза, после чего произошел удар в заднюю часть его автомобиля. Также увидел, что слева вдоль проезжей части движется автомобиль серебристого цвета, который проехав несколько метров, остановился в районе заправки. Выйдя из автомобиля, увидел, что на него совершил наезд автомобиль Ауди Q7. На проезжей части также, с повреждениями с передней правой стороны стояла автомашина серебристого цвета «ФИО3». В ней находилось 4 молодых человека. В тот момент, когда он подошел, пассажиры которые сидели сзади, уже находились на улице: один вышел сам, другого вытащили очевидцы. Водитель, в котором опознает ФИО2 и пассажир, который находился на переднем пассажирском сидении были без сознания и в крови. Он позвонил в скорую помощь и сообщил о произошедшем. Через некоторое время на место ДТП приехали сотрудники ГИБДД. Пассажиры с заднего сидения автомобиля «Лада» находились в состоянии алкогольного опьянения, так от них исходил запах спиртного. С водителем автомобиля «Лада» он не общался, но очевидцы на месте ДТП говорили о том, что от него также исходил запах алкоголя. В автомобиле «Лада» и возле неё видел пустые пивные бутылки. Со слов водителя «Ауди» ему известно, что тот двигался по Петербургскому шоссе в сторону Перекопского переулка и в какой-то момент в непосредственной близости от него с поворотом налево в сторону Артиллерийского пер. прямо перед ним выехал автомобиль «ФИО3». Так как расстояние было минимальное, водитель «Ауди» не успел затормозить, в результате чего произошло столкновение. Сам в ДТП он не пострадал.

Свидетель Ф. пояснил, что 06 июня 2017г. у него родился сын. В связи с этим, он, Ш., ФИО2 и Щ., на даче последнего употребляли алкоголь. Около 23 часов, он, Ш. и ФИО2 уехали домой, а Щ. оставался у себя на даче. Утром, 07 июня 2017г., ему позвонил Щ. и вновь пригласил к себе на дачу. Приехал туда вместе с Ш. Примерно около 13 часов к ним приехал и ФИО2 Он, Ш. и Щ. употребляли пиво. ФИО2, в его присутствии не выпивал. Примерно около 15 часов ему позвонила супруга и попросила привезти в роддом № 5, расположенный на Петербургском ш. г. Твери, продукты питания. Так как, Краснов С. спиртное не употреблял, Щ. разрешил ему сесть за руль своего автомобиля «ФИО3». Посетив роддом, примерно около 16 часов 30 минут они, на вышеуказанной автомашине, поехали обратно на дачу. Двигались по Петербургскому шоссе г. Твери со стороны Перекопского пер. г. Твери. В районе автозаправочной станции «Сургутнефтегаз» им необходимо было повернуть налево в сторону Артиллерийского пер. г. Твери. На улице было светло, осадков не было, видимость хорошая, асфальт сухой. Что произошло дальше, не помнит. Пришел в себя в тот момент, когда какой-то мужчина вытаскивал его из автомобиля. Увидел, что произошло ДТП, автомобиль на котором они ехали, имел повреждения в передней правой части. Также он увидел, что в районе автозаправочной станции стоит автомобиль «Ауди», который имел повреждения в передней части и автомобиль «Опель Астра», который имел повреждения в задней части. ФИО2, находился за рулем автомашины на которой они ехали, был в сознании, но лицо у него было в крови. Ш., был на переднем пассажирском сиденье и находился без сознания. Кто-то из очевидцев вызвал скорую помощь и сотрудников ГИБДД. Одна бригада скорой помощи забрала Ш., вторая ФИО2 Он и Щ. оставались на месте ДТП до приезда сотрудников полиции. Со слов очевидцев знает, что автомобиль Ауди двигался по Петербургскому ш. г. Твери со стороны ул. Скворцова- Степанова г. Твери в сторону Перекопского пер. г. Твери. ФИО2 на автомобиле стал совершать маневр поворота налево в сторону Артиллерийского пер. г. Твери, но не успел проскочить, в результате чего произошло столкновение автомобиля Ауди и автомобиля Лада, которым управлял ФИО2. После удара автомобиль Ауди совершил наезд на автомобиль Опель, который стоял на АЗС. Он в ДТП пострадал незначительно.

Аналогично пояснил и свидетель Щ., дополнив, что у него в собственности имеется автомашина ВАЗ 11183 «ФИО3», государственный регистрационный знак № регион, 2007 года выпуска. Данная автомашина находилась в исправном техническом состоянии. 06 июня 2017 года он совместно с ФИО2, Ш. и Ф. у него на даче употребляли спиртные напитки. Около 23 час. ФИО2, Ш. и Ф. уехали, а он остался. На следующий день, 07 июня 2017 года, около 11 часов к нему приехали Ш. и Ф., а около 13 часов ФИО2 Он, Ш. и Ф. вновь стали употреблять спиртное. ФИО2 при нем спиртные напитки не употреблял. Примерно около 15 часов, Ф. позвонила супруга и попросила приехать к ней в роддом, который находится на Петербургском шоссе. Так как ФИО2 был трезвый, разрешил ему сесть за руль свой автомашины. В роддом поехали все вместе. Он сел на заднее сиденье за водителем, рядом с ним сел на заднее сиденье Ф., Ш. сел на переднее пассажирское сиденье, а ФИО2 управлял автомашиной. Примерно около 16 час. 30 мин. они на указанной выше автомашине двигались по Петербургском шоссе г. Твери со стороны Перекопского пер. г. Твери. В районе автозаправочной станции «Сургутнефтегаз» им необходимо было повернуть налево в сторону Артиллерийского пер. г. Твери. Что случилось дальше, не помнит. Когда вышел из машины увидел, что произошло ДТП с участием трех машин, одна из которых его. Передняя правая часть его автомашины имела серьезные повреждения. Около заправочной станции «Сургутнефтегаз» также стоял автомобиль «Ауди», у которого в передней части имелись повреждения и автомашина «Опель Астра», у которой повреждения были сзади. ФИО2 был за рулем его автомашины, изо рта у него шла кровь, Ш., находился без сознания. Кто-то вызвал скорую помощь и сотрудников ГИБДД. Со слов очевидцев знает, что автомобиль «Ауди» двигался со стороны ул. Скворцова - Степанова по Петербургскому шоссе, в сторону Перекопского пер. г. Твери, а ФИО2 на его автомобиле стал совершать маневр - поворот налево в сторону Артиллерийского пер. Однако закончить его не успел, в результате чего совершил столкновение с автомашиной «Ауди», а та в свою очередь совершила столкновение с автомашиной «Опель Астра», которая стояла около заправочной станции «Сургутнефтегаз».

Свидетель О., пояснил, что после ДТП с пострадавшим, водители автомашин в обязательном порядке направляются на медицинское освидетельствование. Таковое проводится либо на месте, с использованием специального прибора, либо в наркологическом диспансере. В случае если водитель находится без сознания, либо нуждается в госпитализации и с места ДТП доставляется в медицинское учреждение, то выдается соответствующее направление и тогда, для проведения анализа на содержание алкоголя в медицинском учреждении у него отбирают кровь.

Свидетель И. пояснил, что 07 июня 2017 года с 16 час. заступил на дежурство по КБСМП. Около 17 час. 15 мин. в приемное отделение бригадой скорой помощи после ДТП был доставлен ФИО2 Во время осмотра ФИО2 был заторможен, отмечалась гиперемия кожных покровов лица, изо рта исходил резкий запах алкоголя. С его слов следовало, что он являлся пассажиром и употреблял пиво. Также, от сотрудников ГИБДД им было получено направление о проведении ФИО2 медосвидетельствования на состояние опьянения. В связи с этим, по его указанию в отделении у ФИО2, медсестрой, был произведен забор крови, после чего она была направлена на экспертизу. Через некоторое время в больницу пришло уведомление о том, что экспертиза по крови, отобранной у ФИО2 производится не будет, так как пробирки с образцами опечатаны не были. Почему это произошло, пояснить не может. Утверждает, что забор крови проводился именно у ФИО2 и именно в тот день, когда он был доставлен в больницу с места ДТП.

Свидетель К. пояснила, что в соответствии с указанием И. она отобрала у поступившего с ДТП в их больницу ФИО2 кровь для проведения анализа на алкоголь. Кровь была отобрана в тот же день, помещена в два герметичных флакона, с железной обкаткой, исключающей её произвольное вскрытие. Помимо этого, флаконы она обмотала лейкопластырем, на котором написала, чья это кровь и когда она изъята. После этого пробирки с кровью ФИО2 она поместила в холодильник, в ящик для подобных анализов. Через некоторое время узнала, что пришло письмо из лаборатории, в котором было указано, что кровь ФИО2 изъята неправильно. Хотя, несмотря на то, что ранее таким же образом кровь отбиралась и в других подобных случаях, таковых претензий к ним не поступало. 

Свидетель Н. пояснила, что она является заведующей судебно-химического отделения ГКУ Тверской области «БСМЭ». Действительно, в их отделение, из городской больницы №4 поступили на исследование для определения наличия алкоголя два флакона с кровью, на которых имелись пояснительные надписи «ФИО2» При этом, флаконы, хотя и были герметично закрыты и обмотаны лейкопластырем, но должным образом опечатаны не были. В связи с этим, исследования проведены не были, о чем они сообщили в больницу. Поступившие флаконы в больницу обратно не возвращались, были опечатаны ими и помещены в холодильник, находящийся в их учреждении. Впоследствии данные флаконы были изъяты следователем и переданы эксперту их учреждения на исследование. На момент выемки целостность упаковки нарушена не была. После проведенного исследования, эта кровь по указанию следователя была передана в другое отделение, где высушена для проведения другой экспертизы, что было зафиксировано в соответствующем журнале. 

Аналогичным образом следует и из показаний эксперта А., которая дополнила, что поступившая на исследование из больницы №4 кровь в двух пробирках с надписью «ФИО2», до её изъятия следователем и проведения экспертизы была опечатана и хранилась в таком виде в холодильнике. После изъятия пробирок с кровью следователем и назначения экспертизы, она сразу же провела необходимые исследования, по результатам которых в крови был обнаружен спирт. Затем, кровь, по указанию следователя была направлена для высушивания. Объем представленных на исследование пробирок специально ею не измерялся, такого вопроса в экспертизе не стояло, однако это те же самые пробирки, которые были доставлены на экспертизу из больницы и впоследствии изъяты следователем. Время в экспертизе соответствует специфике проводимых исследований. 

Свидетель У. пояснила, что при производстве предварительного следствия в отношении ФИО2 ею было установлено, что при его поступлении в больницу скорой помощи, в соответствии с направлением, у него были отобраны образцы крови и направлены для производства экспертизы. Однако исследования произведены не были, так как, по мнению эксперта, образцы крови, отобранные у ФИО2, были неправильно опечатаны. Сами пробирки обратно в больницу не возвращались. В связи с этим она изъяла из отделения химических экспертиз, находившиеся там, в холодильнике, две пробирки с кровью ФИО2, которые были упакованы и опечатаны сотрудниками этого учреждения. Целостность упаковки на момент изъятия нарушена не была. При её вскрытии, было установлено, что в ней находились два флакона, закрытые резиновыми крышками с металлической обкаткой, с содержимым. Помимо этого, флаконы были обмотаны лейкопластырем и содержали пояснительные надписи. В частности было указано, что это кровь ФИО2, место и время её изъятия. Объем флаконов специально не измеряла, указала его со слов работников отделения экспертиз. Сразу после выемки, флаконы в её присутствии были переданы эксперту, после чего незамедлительно была проведена соответствующая экспертиза. Согласно полученных результатов в крови был обнаружен алкоголь. После проведения химической экспертизы, по её указанию, кровь из пробирки была высушена экспертами и в дальнейшем передана для производства биологической экспертизы, с целью установления принадлежности крови, исследованной на алкоголь ФИО2 Для этого у ФИО2 также были изъяты образцы крови и после высушивания направлены для производства биологической экспертизы в экспертно-криминалистический центр УМВД России по Тверской области. 

Свидетель С., ознакомившись с сопроводительным документом, представленным ему на обозрение, пояснил, что действительно, по поручению следователя, как курьер, мог забирать какие-то документы или предметы из отделения экспертиз. Что конкретно, за давностью времени пояснить не может. Как правило, все передаваемые на экспертизу или получаемые от экспертов предметы упакованы и находятся в опечатанном виде. 

Эксперты К. и Б. подтвердили, что действительно, к ним на исследование поступали фрагменты марлевой ткани пропитанные биологическим веществом. Указанные предметы были упакованы и опечатаны надлежащим образом. После проведения экспертизы, представленные на исследование образцы, были вновь упакованы в конверты и опечатаны печатью их учреждения. Указание в экспертизе о наличии на печати подписей обоих экспертов, является опечаткой.

Свидетель Д. пояснила, что после получения из лаборатории заключения биологической экспертизы и вещественных доказательств, они были осмотрены ею, о чем составлен протокол. Печать экспертного учреждения ею не нарушалась, что хорошо видно на приложенной к протоколу фототаблице. После осмотра, вещественные доказательства - фрагменты марлевой ткани, вновь были упакованы ею в те же самые конверты, а место вскрытия заклеено и опечатано печатью следственного комитета. 

При непосредственном обозрении судом в судебном заседании бумажных конвертов с вещественными доказательствами усматривается, что на них имеется две печати: с одного края печать отдела биологических экспертиз, со второго края СУ СК по Тверской области. Целостность печатей и упаковки не нарушена. 

Кроме вышеуказанных показаний виновность подсудимого подтверждается материалами дела. 

Так, из сообщений и рапортов, поступивших в ДЧ Заволжского ОП УМВД России по г. Твери 07 июня 2017 года следует, что около 16 час. 30 мин. в районе д. 1 по Петербургскому шоссе г. Твери произошло столкновение автомобиля ВАЗ-11183 регистрационный знак № с автомобилем «Ауди Q7», регистрационный знак №, под управлением Е. с пострадавшими (т.1 л.д.79-83).

Из протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 07 июня 2017 года, схемы и фототаблицы к нему следует, что место дорожно-транспортного происшествия находится на проезжей части автодороги в районе дома №1 по Петербургскому шоссе в г. Твери. Проезжая часть горизонтальный участок, предназначена для движения в двух направлениях. Вид покрытия асфальт, видимость 300 метров. К проезжей части примыкает справа прилегающая территория АЗС, слева тротуар. Место происшествия находится в зоне действия дорожных знаков 2.1, 5.15.2. В ДТП пострадало три автомашины. Автомобиль ВАЗ 11183 «ФИО3» г.н. № расположен на проезжей части Петербургского шоссе г. Твери передней частью в сторону Перекопского переулка г.Твери. Автомашина «АудиQ7» г.н. № расположена на проезжей части Петербургского шоссе задней частью, передняя часть находится на прилегающей территории АЗС. Автомобиль «Опель Астра» г.н. № расположен на прилегающей территории АЗС. Все автомашины имеют повреждения. С места происшествия изъят DVD-R диск с видеозаписью с видеокамеры наружного наблюдения находящейся на д. 1 по Петербургскому шоссе в г. Твери (т. 1 л.д.32-58).

Из протокола осмотра предметов, усматривается, что в ходе просмотра диска с видеозаписью момента ДТП, имевшего место 07 июня 2017 года в районе д. 1 по Петербургскому шоссе г. Твери, изъятой с камеры установленной на указанном выше доме, установлено, что на ней зафиксирована автозаправочная станция и часть автомобильной дороги. Видно, как автомашина УАЗ темно-зеленого цвета, совершает маневр поворота налево. Также видно, как автомашина светлого цвета, не останавливаясь, начинает маневр поворота налево. Автомобиль темного цвета (джип), двигаясь, относительно автомашины светлого цвета по полосе встречного движения прямо совершает с ней столкновение. После этого джип темного цвета въезжает в заднюю часть автомобиля светлого цвета, который находится на АЗС (т. 1 л.д. 59-66).

Согласно протокола 69 НА №032976 водитель ФИО2 07 июня 2017 года в 17 час. 35 мин. направлен на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, поскольку у него имеются соответствующие признаки: запах алкоголя изо рта, поведение не соответствующее обстановке. Имеется указание, что ФИО2 госпитализируется в ГБУЗ Тверской области «КБСМП», во время которой будет произведен забор анализа крови на алкоголь. Согласно отметки в протоколе, пройти медосвидетельствование ФИО2 согласен (т.1 л.д.138). 

Как следует из ответа заведующей судебно-химическим отделением ГКУ «БСМЭ» Н. на запрос о предоставлении сведений о результатах проведенных исследований на наличие алкоголя в крови ФИО2, данные объекты действительно поступили в это учреждение из ГБУЗ ТО «КБСМП» (т.1 л.д.140).

В соответствии с постановлением и протоколом выемки от 29 июня 2017 года у заведующей отделения химических экспертиз ГКУ Тверской области «БСМЭ» Н. изъяты два флакона объемом 10 мл., заполненных кровью на ? объема, с пояснительными надписями: кровь на алкоголь, ФИО2 28 лет., 07.06.2017 года 19 час. 00 мин. врач И., медсестра К. (т.1 л.д.141-143).

Изъятые флаконы направлены для проведения судебно-химической экспертизы (т.1 л.д.145).

Согласно заключения эксперта №3283 (судебно-химической экспертизы) от 29 июня 2017 года при исследовании крови (из флаконов № 1и № 2) от гражданина ФИО2 установлено, что в крови (из флакона № 1) обнаружен этиловый спирт в количестве - 2,2 %о, в крови (из флакона № 2) обнаружен этиловый спирт в количестве 2,2 %о. (т.1 л.д.149-150), что соответствует опьянению средней степени тяжести (т.3 л.24).

В соответствии с постановлением и протоколом о получении образцов для сравнительного исследования у ФИО2 05 июля 2017 года получены образцы крови (т.1 л.д.155).

Как следует из заключения эксперта от 21.07.2017 № 447-Б, при проведении сравнительного исследования образцов крови изъятых 07.06.2017 в ОСТ ГБУЗ ТО КБСМП (флакон № 1, флакон № 2), установлено, что она произошла от ФИО2 (т.1 л.д.171-175).

Согласно актов медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического) №901 и №902 от 07 июня 2017 года у водителей Е. и Г. состояние опьянения не установлено (т. 1 л.д.73-76). 

Как следует из карты вызова скорой медицинской помощи №66187 от 07 июня 2017 года составленной на ФИО2, ему была оказана помощь в связи с ДТП по адресу 

<

...> АЗС. В карте, при выяснении жалоб на состояние здоровья со слов ФИО2 отмечено, что он в течение дня употреблял алкоголь. В графе 23 имеется отметка, что у ФИО2 установлено алкогольное опьянение (т.1 л.д.180). 

Из медицинской карты стационарного больного №6015 из ГБУЗ «КБСМП» г. Твери на имя ФИО2, следует, что он поступил туда 07 июня 2017 года в 17 час. 15 мин. с ДТП. При осмотре установлено наличие резкого запаха алкоголя изо рта. Факт его употребления не отрицает, употреблял пиво. Имеется отметка о том, что у него отобран анализ крови на этанол. В этой же медицинской карте содержится и уведомление №1 от 08 июня 2017 года об отказе в анализе образцов крови ФИО2, отобранных у него 07 июня 2017 года в ГБУЗ «КБСМП» г. Твери и поступивших в ГКУ «БСМЭ» 08 июня 2017 года (т. 3 л.д. 122-154). 

По заключению судебно-медицинской экспертизы № 2611 от 18.07.2017 г., у Ш. имелись следующие телесные повреждения: сочетанная травма: ЗЧМТ - ушиб головного мозга, травматическое субарахноидальное кровоизлияние, ушибленные раны подбородочной области справа, затылочной области справа: закрытая травма грудной клетки: перелом грудины, перелом задних отрезков 1, 2, 3, 4, 5, 12 ребер справа, перелом переднего отрезка 2-го ребра справа, перелом 1, 2 ребер слева, ушиб легких, травматический гемопневмоторакс справа, подтвержденный СКТ органов грудной полости, наличием крови и воздуха при дренировании правой плевральной полости; закрытая травма живота: разрыв брыжейки тонкой кишки, диафрагмы, печени, забрюшинная гематома, ушиб правой почки, ушиб правого надпочечника, сопровождавшаяся внутрибрюшным кровотечением (гемоперитонеум); перелом боковых масс крестца справа, внутрисуставной перелом тел подвздошных костей с обеих сторон, перелом левой лонной кости. Все указанные повреждения возникли от действия тупого твердого предмета (предметов), возможно, в условиях дорожно-транспортного происшествия 07 июня 2017 года. Все повреждения в совокупности у Ш. квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (пп. 6.1.10, 6.1.16 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека») (т.1 л.д.186-189).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 2535 от 10.07.2017 г., у ФИО2 имелись телесные повреждения которые возникли от действия тупого твердого предмета (предметов), возможно, в условиях дорожно-транспортного происшествия 07 июня 2017 года. Все повреждения в совокупности у ФИО2 квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. На момент поступления в стационар у ФИО2 имелась гиперемия лица, резкий запах алкоголя изо рта (т.1 л.д.195-197).

В соответствии с водительским удостоверением, водитель ФИО2 имеет категории «В», «В1», «М». Водительское удостоверение выдано ему 31 марта 2017 года, действительно до 31 марта 2027 года. Водительский стаж с 2007 года (т.2л.д.92).

Как следует из заключения автотехнической судебной экспертизы № 2116 от 03.07.2017 г., в данной дорожно-транспортной ситуации водитель а/м марки ВАЗ 11183 LADA KALINA ФИО2 имел объективную возможность предотвратить столкновение с а/м марки АУДИ Q7 своевременно и полностью выполнив требования пунктов 1.3, 1.5, 8.1, 13.12 Правил дорожного движения (т.2 л.д.1-45).

По заключению эксперта № 2149 от 23.10.2017, момент опасности для движения транспортных средств ВАЗ 11183 LADA KALINA и АУДИ Q7 возник 07.06.2017 около 16 часов 30 минут в г. Твери, когда водитель а/м марки ВАЗ 11183 LADA KALINA ФИО2, находящийся в состоянии алкогольного опьянения, двигаясь по проезжей части Петербургского шоссе со стороны Перекопского пер., выехал на перекресток Петербургского шоссе (главная дорога, обозначенная дорожным знаком 2.1.) с Артиллерийским переулком (второстепенная дорога, обозначенная дорожным знаком 2.4.), где приступил к маневру выполнения поворота налево (на Артиллерийский пер.). При этом, ФИО2 не уступил дорогу, транспортному средству, движущемуся со встречного направления прямо, т.е. с момента начала движения по половине проезжей части встречного движения, возник момент опасности, так как водитель ФИО2, совершил действия, вынуждающие водителя а/м марки AUDI Q7 Е., принять меры к снижению скорости, вплоть до полной остановки, создав тем самым опасность для движения водителю Е.

Также экспертом сделан вывод, что первоначально опасную ситуацию создал водитель ФИО2, который при выполнении маневра - поворот налево, при достаточной видимости в направлении движения, не убедился в том, что при выполнении данного маневра, он не создаст опасности и помехи для движения, водителю а/м марки AUDI Q7 Е., т.е. не предоставил приоритет в движении транспортному средству, движущемуся по равнозначной дороге встречного направления прямо. Таким образом, с технической точки зрения в причинно-следственной связи с данным ДТП состоят действия водителя а/м марки ВАЗ 11183 LADA KALINA ФИО2 (т.2 л.д.53-70).

Согласно заключению эксперта №7735 от 12.02.2018 водитель ФИО2 имел техническую возможность предотвратить столкновение с автомобилем «Ауди» путем снижения скорости движения вплоть до полной остановки. Так как автомобиль «ВАЗ» выехал на полосу движения «Ауди» в непосредственной близости, то у водителя Е. не было технической возможности предотвратить данное ДТП. Действия водителя автомобиля «ВАЗ» ФИО2 не соответствовали требованиям п. 2.7, 13.12 ПДД РФ.

Также экспертом сделан вывод, что непосредственной технической причиной дорожно-транспортного происшествия послужило два обстоятельства: управление автомобилем ВАЗ ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения, что является несоответствие требованиям п. 2.7 ПДД РФ, а также несоблюдение водителем ФИО2 п. 13.12 ПДД РФ.

В данной дорожно-транспортной обстановке у водителя Е. не было технической возможности предотвратить данное ДТП (т. 3 л.д. 6-30).

Приведенные выводы вышеуказанных автотехнических экспертиз подтверждаются и заключением проведенной по делу повторной судебной комиссионной автотехнической экспертизы №2082, согласно которой непосредственной технической причиной рассматриваемого ДТП признаны действия водителя автомобиля ВАЗ 11183 LADA KALINA, государственный регистрационный знак № ФИО2, не соответствовавшие требованиям п. 8.1 и 13.12 ПДД РФ, в части создания опасности при совершении манёвра поворота и действий по непредставлению дороги при совершении манёвра поворота налево на нерегулируемом перекрестке автомобилю Ауди, осуществлявшим движение во встречном направлении.

При этом, экспертами сделан вывод и о том, что водитель автомашины Ауди Q7 г.р.з. № Е. не имел никакой технической возможности избежать столкновения с автомашиной ВАЗ 11183 LADA KALINA государственный регистрационный знак № под управлением ФИО2 ни при имеющейся у него к моменту ДТП скорости движения, ни при скорости движения, установленной ПДД РФ для данного участка дороги (т.4 л.д. 21-64).

Оценивая экспертные заключения, в том числе и заключение автотехнических экспертиз, суд находит их полными и мотивированными, и доверяет им, учитывая при этом следующее. Приведенные выше выводы экспертиз, сформулированы на основании исследований, произведенных квалифицированными специалистами, полно и всесторонне обосновавшими свои выводы в экспертных заключениях. При их производстве экспертам были предоставлены необходимые материалы уголовного дела, проведены соответствующие исследования, по результатам которых ими даны ответы на поставленные перед ними вопросы, при этом выводы не выходят за рамки специальных познаний судебных экспертов. 

Оценив приведенные выше доказательства, суд считает, что виновность подсудимого ФИО2 в совершении вышеуказанного преступления доказана допустимыми, собранными в установленном порядке и проверенными в судебном заседании доказательствами в их совокупности.

В частности, судом установлено, что 07 июня 2017 года около 16 час. 30 мин. водитель ФИО2, в нарушении п. 2.7 ПДД РФ, управляя в состоянии опьянения технически исправным автомобилем ВАЗ 11183 «ФИО3» г.р.з. №, осуществляя движение по проезжей части Петербургского шоссе г. Твери, и совершая маневр «поворот налево», в сторону Артиллерийского пер. г. Твери, в нарушении пп.8.1 и 13.12 ПДД РФ, не уступил дорогу двигавшейся в г. Твери со стороны ул. СкворцоваСтепанова в сторону Перекопского пер. по встречному направлению автомашине «АУДИ Q7», г.р.з. №, под управлением водителя Е.., в районе д. 1 по Петербургскому шоссе г. Твери, выехал на встречную полосу движения, где совершил столкновение с вышеуказанной автомашиной, в результате чего пассажиру Ш., находившемуся в автомашине под управлением ФИО2, был причинен тяжкий вред здоровью.

Делая такой вывод, суд принимает во внимание, что подсудимый по существу не оспаривал своей вины в части нарушения пп.8.1 и 13.12 ПДД РФ, а его показания, об обстоятельствах произошедшего согласуются, как с показаниями допрошенных по делу потерпевшего, свидетелей Г., Е., Ф. и Щ., так и материалами дела: протоколом осмотра места происшествия, заключениями проведенных по делу судебных автотехнических экспертиз, в связи с чем ставить их под сомнение у суда нет никаких оснований. 

Также, вопреки доводам подсудимого и его защитника, суд находит доказанным, что в момент совершения дорожно-транспортного происшествия, при управлении автомашиной, водитель ФИО2 находился и в состоянии опьянения, чем нарушил п. 2.7 ПДД РФ.

Делая такой вывод, суд учитывает следующие обстоятельства.

Как установлено судом, освидетельствование ФИО2 на месте ДТП на предмет нахождения его в состоянии алкогольного опьянения не проводилось, поскольку как пострадавший он был направлен в больницу для оказания экстренной медицинской помощи. При этом, согласно отметки в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование во время госпитализации у ФИО2 необходимо было произвести забор крови на алкоголь. Данный вид освидетельствования ФИО2 пройти был согласен, о чем свидетельствует его подпись в протоколе.

Согласно показаний свидетелей И. и К., при поступлении в больницу с места ДТП от ФИО2 исходил запах спиртного, при этом, при его опросе, он не отрицал, что непосредственно перед ДТП он действительно его употреблял. Впоследствии, в соответствии с выданным сотрудниками полиции направлением, у ФИО2, в больнице, была отобрана кровь, которая затем отправлена для проведения исследования на наличие в ней алкоголя в ГКУ «БСМЭ». 

Суд признает допустимым и достоверным доказательством такие показания свидетелей И. и К., поскольку они последовательны и непротиворечивы, при этом свидетели не заинтересованы в исходе дела и каких-либо поводов и оснований для оговора подсудимого не имеют, кроме того их показания подтверждаются и иными доказательствами по делу.

В частности, из записей в карте вызова скорой медицинской помощи и медицинской карты стационарного больного следует, что ФИО2 действительно сообщал медицинским работникам об употреблении им непосредственно перед ДТП алкогольных напитков. Наличие у него внешних признаков опьянения зафиксировано и в протоколе о направлении ФИО2 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. 

Не отрицал в судебном заседании употребление алкоголя накануне ДТП, как и факт забора у него крови непосредственно после поступления в больницу в день совершения ДТП и сам ФИО2

Зафиксировано данное обстоятельство и в исследованной судом карте стационарного больного, составленной на имя подсудимого. 

Факт поступления крови ФИО2 из ГБУЗ «КБСМП», в химическое отделение ГКУ «БСМЭ» и обеспечение его надлежащего хранения до проведения экспертизы, помимо показаний свидетеля Н., не доверять которым у суда нет никаких оснований, подтверждается, в том числе и ответом из этого учреждения на запрос УМВД России по г. Твери (т.1 л.д.140), а также и уведомлением №1 от 08 июня 2017 года, содержащимся в медицинской карте стационарного больного (т.3 л.д. 150).

В последующем, согласно заключению судебно-химической экспертизы, в этой крови, был обнаружен этиловый спирт в количестве 2,2%о, при этом, согласно заключению биологической экспертизы, указанная кровь принадлежит именно подсудимому, а не иному лицу. 

Каких-либо оснований не доверять выводам, сделанным в вышеуказанных экспертизах у суда нет, поскольку они выполнены в соответствии с требованиями закона, квалифицированными специалистами, с применением различных методик. 

Сделанные в своих заключениях выводы, эксперты подтвердили и в судебном заседании, при этом разъяснив особенности и специфику проведения исследований и объяснив наличие возможных погрешностей и описок, а также обстоятельствах их вызвавших.

Отвергает суд и довод защиты о том, что состояния опьянения у ФИО2 должно быть подтверждено иными документами, полученными и оформленными в соответствии с нормативными актами регламентирующими данную сферу, т.к. УПК РФ не предусматривает какого-либо определенного перечня таковых по конкретному делу, более того, в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона ни одно из доказательств не имеет преимущественного значения перед другими, а оценивается в совокупности. В данном случае выводы экспертов, приведенные в заключениях, а также сведения, сообщенные ими в судебном заседании, подтверждаются и иными доказательствами, исследованными в судебном заседании, и полностью соответствуют тем фактическим данным, которые установлены в ходе судебного разбирательства по настоящему делу.

При таких обстоятельствах, суд находит, что озвученные защитником недостатки в оформлении документов при изъятии у ФИО2 крови и передаче образцов для проведения экспертиз, того факта, что была исследована кровь не ФИО2, а другого человека не опровергают и содержания заключения экспертиз не меняют. 

Таким образом, на основании анализа имеющихся по делу доказательств, суд приходит к выводу об их допустимости, достоверности и достаточности для утверждения о виновности ФИО2 в совершении инкриминируемого ему деяния, при изложенных выше обстоятельствах. 

Вместе с тем, учитывая что п.п. 1.3 и 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации содержат общие требования к поведению участников дорожного движения, и в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, произошедшем 07 июня 2017 года не находятся, суд, считает необходимым исключить данные пункты Правил дорожного движения из обвинения, предъявленного ФИО2

При этом суд отмечает, что фактические обстоятельства дела и квалификация действий ФИО2 в связи с этим не изменяются.

Исходя из изложенного, суд находит доказанным, что в результате умышленного нарушения ФИО2 пп. 2.7, 8.1 и 13.12 Правил дорожного движения произошло дорожно - транспортное происшествие и наступили общественно опасные последствия – причинение по неосторожности пассажиру Ш. тяжкого вреда здоровью, в связи с чем, давая юридическую оценку содеянному подсудимым, суд квалифицирует действия ФИО2, по ч.2 ст. 264 УК РФ, так как он, являясь лицом, управляющим автомобилем, находясь в состоянии опьянения, совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Разрешая ходатайство потерпевшего, подсудимого и его защитника о прекращении настоящего уголовного дела в связи с примирением сторон, суд приходит к нижеследующему. 

Согласно положениям ст. 25 УПК РФ суд вправе на основании заявления потерпевшего прекратить уголовное дело в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести в случаях, предусмотренных статьей 76 Уголовного кодекса Российской Федерации, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

В силу ст. 76 УК РФ лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред. 

Вместе с тем, как указано выше, по настоящему уголовному делу действия ФИО2 квалифицированы судом по ч.2 ст. 264 УК РФ.

Данное преступление, относится к преступлениям против безопасности движения и эксплуатации транспорта, и в соответствии со ст. ст. 20 и 146 УПК РФ является делом публичного обвинения, по которому уголовное преследование и предварительное расследование осуществляется следственными органами, независимо от наличия заявления и желания потерпевшего.

Таким образом, в данном случае, прекращение за примирением сторон уголовного дела в порядке и по основаниям, предусмотренным ст. 25 УПК РФ и ст.76 УК РФ, является правом, а не обязанностью суда, а само волеизъявление потерпевшего и подсудимого, пришедших к примирению, не влечет за собой автоматического принятия решения о прекращении уголовного дела, а представляет собой лишь одно из его условий.

При этом судом установлено, что в результате совершения настоящего преступления был причинен вред не только интересам потерпевшего, как личности, но и охраняемым уголовным законом отношениям, связанным с общественной безопасностью дорожного движения, а само вышеуказанное преступление было совершено ФИО2 в состоянии опьянения, что в свою очередь значительно повышает его общественную опасность.

В защиту вышеуказанных отношений, выступил и государственный обвинитель, не согласившийся с прекращением уголовного дела в связи с примирением сторон.

При таких обстоятельствах, исходя из степени общественной опасности деяния, конкретных обстоятельств дела, суд приходит к выводу, что прекращение настоящего уголовного дела за примирением сторон не будет соответствовать целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, общества и государства, в связи с чем приходит к выводу о том, что в удовлетворении заявленного потерпевшим и стороной защиты ходатайства о прекращении уголовного дела в отношении подсудимого ФИО2 по ст. 25 УПК РФ, ст. 76 УК РФ следует отказать

Не находит суд и оснований для прекращения уголовного дела, а также освобождения ФИО2 от уголовной ответственности или от наказания и по иным основаниям.

Согласно сведениям из медицинских учреждений, ФИО2 на учете у врача- психиатра не состоит. Его поведение в судебном заседании адекватно происходящему, в связи с чем, у суда не возникает сомнений в его психической полноценности. 

Учитывая такие обстоятельства, суд приходит к выводу, что ФИО2 как в момент совершения преступления, так и в настоящее время, понимал и понимает характер и общественную опасность своих действий, связь между своим поведением и его результатом и осознанно руководил им, поэтому в отношении инкриминируемого ему деяния, подсудимого следует признать вменяемым. 

Таким образом, подсудимый виновен в описанном в приговоре преступлении и подлежит наказанию за содеянное.

Решая вопрос о виде и мере наказания, подлежащего назначению подсудимому, суд учитывает: характер и степень общественной опасности совершенного преступления, конкретные обстоятельства дела, данные о личности виновного, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. 

Установлено, что ФИО2 совершено неосторожное преступление, которое в соответствии с положениями ст. 15 УК РФ относится к преступлениям средней степени тяжести.

Вместе с тем, исходя из фактических обстоятельств совершенного преступления и степени его общественной опасности каких-либо оснований для изменения его категории, в порядке установленном ч.6 ст. 15 УК РФ суд не находит.

Из характеристики с ОУУП и ПДН УМВД России по г. Твери следует, что ФИО2 к уголовной и административной ответственности не привлекался. По месту жительства характеризуется нейтрально, жалоб от соседей на него не поступало. Какой-либо иной компрометирующей информацией на ФИО2 так же не имеется (т.2 л.д.103).

Кроме того, при изучении личности подсудимого ФИО2 судом установлено, что он имеет постоянное место регистрации, официального места работы не имеет, женат, имеет двух малолетних детей, один из которых постоянно проживает с его первой супругой. 

В качестве смягчающих наказание ФИО2 обстоятельств суд признает совершение им преступления впервые, отсутствие фактов привлечения к административной и уголовной ответственности, наличие на иждивении малолетних детей, его молодой возраст, частичное признание им своей вины в совершении преступления, заявление о раскаянии, состояние здоровья его близких родственников, принятие мер, направленных на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему и выразившихся в виде принесении им извинений и возмещении причиненного ему вреда (пункт «к» части 1 статьи 61 УК РФ), что подтверждается не только его собственными показаниями, но и показаниями потерпевшего Ш., не доверять которым у суда нет никаких оснований. 

Обстоятельств отягчающих наказание ФИО2 не установлено.

Таким образом, наличие смягчающего наказания обстоятельства, предусмотренного п. «к» части 1 ст. 61 УК РФ и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, позволяет при назначении наказания ФИО2 применить правила ч. 1 ст. 62 УК РФ, согласно которым срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением осужденного и других обстоятельств, существенно уменьшающих характер и степень общественной опасности совершенного преступления, не установлено. Поэтому оснований для применения к подсудимому ст. 64 УК РФ суд не усматривает.

Принимая во внимание вышеизложенное, решая вопрос о виде и мере наказания подсудимому ФИО2, суд приходит к твердому убеждению, что исправление подсудимого может быть достигнуто путем применения к нему наказания только в виде лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, поскольку только оно, по убеждению суда, сможет обеспечить достижение целей уголовного наказания, будет справедливым и соразмерным содеянному и в полной мере отвечать принципам и целям наказания, указанным в ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ.

При этом, принимая во внимание отношение подсудимого к содеянному, его поведение после совершения преступления, представленные суду характеристики и совокупность смягчающих вину обстоятельств, позицию потерпевшего по делу, суд приходит к выводу о возможности назначения ФИО2 наказания в виде лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ, с возложением на осужденного ряда обязанностей.

Гражданский иск по делу не заявлен.

По вступлении приговора в законную силу, в соответствии с ч.3 ст. 81 УПК РФ вещественные доказательства по делу: цифровой оптический носитель информации DVD-RW с видеозаписью с места ДТП, хранить в материалах уголовного дела; кровь ФИО2, уничтожить. 

По делу имеются процессуальные издержки, связанные с проведением автотехнических экспертиз на стадии предварительного следствия в размере 30 000 рублей (т.1 л.д. 216-217, т.2 л.д. 48, 49-50, 71). Между тем, исходя из положений ст. 132 УПК РФ и разъяснений п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2013 № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам», и п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2010 № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам», суд не находит оснований для их взыскания с подсудимого, поскольку, как видно из материалов уголовного дела, автотехнические экспертизы были проведены не в специализированном государственном учреждении соответствующего профиля, находящемся по месту производства предварительного следствия, однако данное обстоятельство в постановлениях не мотивировано, отсутствие возможности провести экспертизу в государственном судебно-экспертном учреждении документально ничем не подтверждено. Между тем, при производстве экспертизы в государственном специализированном учреждении такая обязанность на осужденного не возлагается. При таких обстоятельствах, оснований для взыскания с осужденного процессуальных издержек, состоящих из сумм, израсходованных на производство экспертиз, не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 303, 304 и 307-310 УПК РФ, суд 

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО2, признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 264 Уголовного Кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 (два) года. 

В силу ст. 73 УК РФ назначенное ФИО2 основное наказание в виде лишения свободы, считать условным с испытательным сроком 2 (два) года, обязав его в период испытательного срока не менять место жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных, и, периодически, один раз в месяц, в день, установленный этим органом, являться туда на регистрацию.

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 (два) года подлежит реальному исполнению. Срок исполнения данного наказания исчислять с момента вступления приговора в законную силу.

Меру пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю – подписку о невыезде.

По вступлении приговора в законную силу, вещественные доказательства по делу: цифровой оптический носитель информации DVD-RW с видеозаписью с места ДТП, хранить в материалах уголовного дела; кровь ФИО2 на 2-ух фрагментах марлевой ткани, изъятую 29 июня 2017 года в ходе выемки, образцы крови ФИО2, полученные 05 июля 2017 года, хранящиеся в камере вещественных доказательств Заволжского МСО г. Твери уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Тверской областной суд через Заволжский районный суд г. Твери в течение десяти суток со дня его постановления.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем указывается в его апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий Осипов П.В.