КОПИЯ

УИД: 66RS0008-01-2023-001760-35

Дело № 2-76/2024

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 октября 2024 года город Нижний Тагил

Дзержинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области в составе: председательствующего судьи Свининой О.В., 

при ведении протокола секретарем Ибнегажиевой Н.А.,

с участием прокурора – старшего помощника прокурора Дзержинского района города Нижний Тагил ФИО1,

истца ФИО3, ее представителя ФИО4,

представителя ответчика ГАУЗ Свердловской области «Городская больница № 1 города Нижний Тагил» ФИО5, действующей по доверенности №1-юр от 09.01.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Городская больница № 1 города Нижний Тагил» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском к Государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Городская больница № 1 города Нижний Тагил» (далее ГАУЗ СО «ГБ № 1 г. Нижний Тагил») о взыскании в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей.

В обосновании заявленных требований указано, что в октябре 2022 года истец обратилась в терапевту по месту жительства с жалобами на головную боль, отдающую в грудной отдел позвоночника, плечи, с невозможностью шевелить руками. 09.12.2022 по результатам магнитно-резонансной томографии у истца были выявлены 

<

данные изъяты> по направлению терапевта обратилась в приемный покой ГАУЗ СО «ГБ № 1 г. Нижний Тагил» с жалобами на боль в шейном отделе позвоночника с иррадиацией в I и II пальцы левой кисти. В этот же день была госпитализирована в нейрохирургическое отделение ГАУЗ СО «ГБ № 1 г. Нижний Тагил», где проходила стационарное лечение до 29.1.2022, в коде которого 22.12.2022 ей была проведена операция-микродискэктомия С5-6 м/п диска, передний корпородез межтеловым динамическим титановым кейджем. Перед выпиской, 29.12.2022 был сделан R-контроль шейного отдела позвоночника, выявивший миграцию имплантата. После выписки продолжали мучить головные боли, сильные головокружения, боль между лопаток и стреляющие боли в грудном отделе позвоночника даже в спокойном состоянии. Болело левое плечо, и имел место дискомфорт в горле. 06.01.2023 вновь обратилась к терапевту, которая направила ее в ГАУЗ СО «ГБ № 1 г. Нижний Тагил». Она была госпитализирована с жалобами на боли в горле при глотании, установили диагноз-транспозиция кейджа С5,6, выставлены показания для оперативного лечения. 10.01.2023 была проведена операция – репозиция межтелового фиксатора С5-6, фиксация нейтральной пластины С5-6. 19.01.2023 истец была выписана под наблюдение невролога. Несмотря на проведение второй операции, после выписки симптоматика не изменилась. Истец была вынуждена обратиться в Уральский научно-исследовательский институт фтизиопульмонологии города Екатеринбург, где находилась на стационарном лечении с 09 по 20.03.2023. В ходе лечения была выявлена миграция верхних винтов пластины и 14.03.2023 была проведена очередная операция, резекция тела С6, декомпрессия спинного мозга, межтеловой спондилодез С5-7 мешем. По заключению медико-страховой экспертизы от 16.05.2023, проведенной СМК «Астра-Мед» при оказании медицинской помощи стороной ответчика допущена неадекватная оценка клинической ситуации, применены имплантаты не соответствующие ситуации, что привело к необходимости дополнительного оперативного вмешательства в условиях другого лечебного учреждения. Экспертом выявлены следующие замечания: R-контроля положения имплантата на следующие сутки после операции, необоснованная выписка пациентки при наличии верфицированной миграции кейджа 29.12.2022; неадекватный выбор пластины и винтов для фиксации позвонков 10.01.2023, что привело к миграции верхних винтов имплантата. По вине ответчика ей причинены физические и нравственные страдания, выражающиеся в том, что на протяжении болезни и лечения она испытывала сильнейшие физические страдания, ее мучили сильные головные боли и головокружения, боль между лопаток и стреляющие боли в грудном отделе позвоночника даже в спокойном состоянии, болело левое плечо и имеет дискомфорт в горле, что приводило к тошноте и рвотному рефлексу. Свои физические и нравственные страдания она оценила в 2 000 000 рублей.

Определением суда от 05.10.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечены ФИО6, ФИО7, ФИО8.

Определением суда от 14.11.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, привлечены СМК «Астра-Мед», Министерство здравоохранения Свердловской области.

Истец ФИО3 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержала, просила их удовлетворить по доводам и основаниям, изложенным в иске. Дополнительно суду пояснила, что после оказанной ей ответчиком медицинской помощи до настоящего времени испытывает напряжение в шее, боли, носит жесткий воротник в течение дня 2-3 часа, также систематически испытывает головные боли, в том числе при наклоне, нарушен сон. До проведенного ей медицинского вмешательства медицинскими работниками ГАУЗ СО «ГБ №1 г. Нижний Тагил» работала термистов в АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод», дополнительно подрабатывала. В связи с тем, что по состоянию здоровья не может поднимать более 5 кг, ее перевели комплектовщиком, проработала 1 год, далее перевели кладовщиком, но в последующем уволилась, так как не устроил характер работы. До проведенных операций играла волейбол, но в настоящее время не может играть, по медицинским показаниям, не может участвовать в спортивных мероприятиях. После проведенной ей первой операции было небольшое улучшение состояния здоровья, но испытывала тошноту, головокружение, боли в шейном отделе. После второй операции испытывала боли, головокружение, не могла встать, выходить из дома, назначенное ей лечение не помогало. Также не могла наклоняться, ей требовался посторонний уход, испытывала дискомфорт в горле. Шея плохо поворачивалась, испытывала сильные боли, и через месяц после операции установлено, что пластина отошла.

Представитель истца ФИО4 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал, просил их удовлетворить по доводам и основаниям, изложенным в иске. 

Представитель ответчика ФИО5 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, поддержала доводы, изложенные в письменном отзыве на исковое заявление. В отзыве указано, что истец была госпитализирована в отделение нейрохирургии 14.12.2022 с диагнозом: «

<

данные изъяты>». При поступлении пациентка жаловалась на боли в шейном отделе позвоночника, левой кисти, снижении чувствительности пальцев левой кости. После проведения необходимого обследования и подготовки, 22.12.2022 истцу была проведена операция – микродискэктомия С5-С6, протезирование диска динамическим титановым кейджем. В удовлетворительном состоянии, с регрессом болей в руке 29.12.2022 истец была выписана из отделения в целях возможности проведения праздничных дней дома. Отмеченная по результатам рентгенологического исследования миграции имплантата была незначительной и без нарушения опорной функции шейного отдела позвоночника, что позволило выписать истца на несколько дней при условии соблюдения рекомендаций по иммобилизации шейного отдела позвоночника и с договоренностью сразу после праздника лечь на второй этап операции. 06.01.2023 истец повторно госпитализирована в отделение нейрохирургии с диагнозом: «остеохондроз ШОП со сдавлением диска С 5-6. Ретикулярный синдром. Состояние после микродискэктомии. Миграция межтелевого фиксатора. Дисфагия». 10.01.2023 проведена операция: переустановка кейджа, спондилодез С5-6 вентральной пластиной. За время лечения отмечена положительная динамика. 19.01.2023 истец выписана в удовлетворительном состоянии. 

Представитель Министерства здравоохранения Свердловской области в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела был извещен надлежащим образом, направил отзыв, в котором указал, что не согласен с заявленными исковыми требованиями, поскольку истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что состояние здоровье истца ухудшилось вследствие действий или бездействия ответчика.

Представитель СМК «Астра-Мед» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела были извещены судом надлежащим образом. Направили отзыв на исковое заявление, в котором указано, что ФИО3 является застрахованным лицом по обязательному медицинскому страхованию АО «АСТРАМЕД-МС». По запросу страховой компании в ГАУЗ СО «ГБ №1 г. Нижний Тагил» проведена служебная проверка, а также экспертиза качества медицинской помощи, в ходе которой выявлены дефекты оказания медицинской помощи, а именно дефекты оперативного вмешательства при госпитализации с 14.12.2022 по 29.12.2022 и подбора импланта при повторной госпитализации с 06.01.2023 по 19.01.2023.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6, ФИО7, ФИО8 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались надлежащим образом.

Заслушав пояснения истца ФИО3, ее представителя ФИО4, представителя ответчика ФИО5, допросив свидетеля Д.П.Ю., выслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования, подлежащими частичному удовлетворению, исследовав представленные суду письменные материалы, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Согласно статье 10 Закона об охране здоровья граждан доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются, в том числе: наличием необходимого количества медицинских работников и уровнем их квалификации (пункт 2); применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи (пункт 4); предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи (пункт 5).

Согласно части 5 данной статьи пациент имеет право, в частности, на: профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям (пункт 2); получение консультаций врачей-специалистов (пункт 3); облегчение боли, связанной с заболеванием и (или) медицинским вмешательством, доступными методами и лекарственными препаратами (пункт 4); получение информации о своих правах и обязанностях, состоянии своего здоровья, выбор лиц, которым в интересах пациента может быть передана информация о состоянии его здоровья (пункт 5); возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи (пункт 9).

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

На основании пункта 2 статьи 79 Закона об охране здоровья граждан медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи.

В соответствии с пунктом 3 статьи 98 указанного Закона вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Качество медицинской помощи определяется совокупностью признаков медицинских технологий, правильностью их выполнения и результатами их проведения.

Некачественное оказание медицинской помощи - оказание медицинской помощи с нарушениями медицинских технологий и правильности их проведения.

Одним из видов оказания застрахованному медицинской помощи ненадлежащего качества является невыполнение, несвоевременное или некачественное выполнение необходимых пациенту диагностических, лечебных, профилактических, реабилитационных мероприятий (исследования, консультации, операции, процедуры, манипуляции, трансфузии, медикаментозные назначения и т.д.).

Учреждения здравоохранения, независимо от форм собственности, а также частнопрактикующие врачи (специалисты, работники), участвующие в системе обязательного медицинского страхования, несут ответственность за вред (ущерб), причиненный застрахованным гражданам их врачами либо другими работниками здравоохранения.

Ответственность за вред (ущерб) наступает в случае наличия причинно-следственной связи между деяниями (действием либо бездействием) работников учреждений здравоохранения, независимо от форм собственности, или частнопрактикующих врачей (специалистов, работников) и наступившими последствиями у застрахованного пациента.

Исходя из приведенных положений Конституции Российской Федерации и правовых норм, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из содержания искового заявления усматривается, что основанием обращения в суд с требованием о компенсации причиненного им морального вреда явилось некачественное оказание ФИО3 медицинской помощи в ГАУЗ СО «ГБ № 1 г. Нижний Тагил».

В силу пунктов 1 и 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации здоровье является нематериальным благом, которое принадлежит гражданину от рождения.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Статьей 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена ответственность юридического лица за вред, причиненный его работником при исполнении трудовых обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Согласно статье 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный здоровью гражданина вследствие недостатков услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации об услуге, подлежит возмещению лицом, оказавшим услугу (исполнителем), независимо от его вины и от того, состоял потерпевший с ним в договорных отношениях или нет.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 17 от 28.06.2012 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

В соответствии со статьей 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнитель услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования результатами услуги или их хранения.

Статьей 14 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» предусмотрено, что вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие недостатков товара услуги, подлежит возмещению в полном объеме исполнителем; изготовитель (исполнитель, продавец) освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги).

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации способ и размер компенсации морального вреда размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причинением увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Согласно пункту 3 указанного Постановления, в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе морального, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи с некачественным оказанием медицинской помощи сотрудниками ГБУЗ СО «ГБ № 1 г. Нижний Тагил», заявлено истцом, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Законодатель, закрепив в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации общие правила компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении случаев, когда допускается такая компенсация. При этом согласно пункту 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага защищаются в соответствии с этим кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Между тем, законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено и из материалов дела следует, что 25.02.2022 ФИО3 обращалась в МСЧ АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» с жалобами на боль в шейном отделе позвоночника, боль иррадиирует в левый плечевой сустав, и ей был установлен диагноз: «Остеохондроз шейного одела позвоночника», а также 22.03.2022 диагноз: «Плече-лопаточный периартрит слева», о чем суду представлена медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № 0525608.

Также истец обращалась за медицинской помощью 11.10.2022, с жалобами на боли в шейном отделе позвоночника, продолжительность боли три дня назад, которые усиливаются при движении. По результатам приема установлен диагноз: 

<

данные изъяты> по 17.10.2022, в связи с чем находилась на лечении в МСЧ АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» по 17.10.2022.

Кроме того, 09.12.2022 ФИО3 обращалась в МСЧ АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» с жалобами на боль в ШОП острого характера в иррадиацией в левую руку, установлен диагноз: 

<

данные изъяты>, назначена МРТ ШОП.

09.12.2022 проведена МРТ ШОП, дано заключение: MP картина дегенеративно-дистрофических изменений шейного отдела позвоночника. Секвестирующаяся грыжа диска С5/С6. Стеноз позвоночного канала на уровне С5-С6.

Как следует из медицинской карты стационарного больного № 10247 из ГАУЗ СО «ГБ № 1 г. Нижний Тагил», ФИО3 поступила в отделение НХО 14.12.2022, установлен предварительный диагноз: 

<

данные изъяты>. Назначено лечение: оперативное лечение плановое, постельный режим, диета стол-15, где истец находилась на стационарном лечении. 

22.12.2022 истцу проведено оперативное лечение с целью декомпрессии и фиксации данного сегмента, путем дискэктомии, переднего межтелового корпородеза С5-С6. 

29.12.2022 ФИО3 выписана на амбулаторное лечение, даны следующие рекомендации: ношение воротника 1 месяц, постоянно, на ночь снимать, далее постепенный отказ от воротника. Ограничение физических нагрузок, санаторно-курортное лечение, ЛФК, бассейн. Кеторол в таб.при болях. 

Из медицинской карты № 0525608 из МСЧ АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» следует, что ФИО3 06.01.2023 обращалась за медицинской помощью с жалобами на головокружение при вставании, небольшая тошнота.

06.01.2023 ФИО3 поступила в отделение НХО ГАУЗ СО «ГБ №1 г. Нижний Тагил, с жалобами на боли в горле, усиление при глотании, о чем суду представлена медицинская карта № 84ч/14 стационарного больного. Истцу установлен предварительный диагноз: Транспозиция (импланта) кейджа CV-CVI, назначено оперативное лечение, а также постельный режим. 10.01.2023 учитывая наличие у пациентки дискомфорта при глотании, частичная транспозиция импланта С5-6, истцу проведено оперативное лечение. 19.01.2023 выписана, даны рекомендации: явка к неврологу 20.01.2023, а также назначено лечение медицинскими препаратами.

Из экспертной оценки качества оказания медицинской помощи на соответствие стандартам и порядкам медицинской помощи СМК «АСТРАМЕД-МС» следует, что при оказании помощи ФИО3 допущена неадекватная оценка клинической ситуации, применены импланты не соответствующие данной ситуации, что привело к необходимости дополнительного оперативного вмешательства в условиях другого ЛПУ (л.д. 7-9).

Определением суда от 08.12.2023 назначена судебная медицинская экспертиза, проведение которой было поручено ГАУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Как следует из заключения экспертов ГАУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № 99-СО эксперты, изучив представленные медицинские документы ГАУЗ СО «Городская больница № 1 города Нижний Тагил», пришли к следующим выводам. 

По данным медицинской карты, за медицинской помощью с жалобами на боль в шейном отделе позвоночника с иррадиацией в левый плечевой сустав ФИО3 обращалась с февраля 2022 года, ей устанавливался диагноз: «Остеохондроз шейного отдела позвоночника». 

При проведении магнитно-резонансной томографии 09.12.2022 у ФИО3 обнаружены 

<

данные изъяты>.

Корешковый синдром - симптомокомплекс, формирующийся в результате различных по своей этиологии поражений спинального корешка и проявляющийся симптомами раздражения (боль, мышечное напряжение, анталгическая поза, парестезии) и выпадения (парезы, снижение чувствительности, мышечные гипотрофии, гипорефлексия, трофические расстройства).

Учитывая наличие длительно текущего корешкового синдрома на уровне 

<

данные изъяты> ФИО3 было показано оперативное лечение с целью декомпрессии и фиксации сегмента С5-С6 путем дискэктомии (удаления межпозвоночного диска), переднего межтелового корпородеза С5-С6.

ФИО9 корпородез - установка металлических имплантатов, которые размещаются между двумя соседними позвонками и соединяют их между собой. Подобные устройства фиксируют позвоночник в правильном положении и не позволяют тканям давить на нервы, в результате чего боль и другие неприятные симптомы проходят, подвижность восстанавливается.

Оформлено согласие на нейрохирургическую операцию, подписано ФИО3 22.12.2022.

22.12.2022 в 12:20-14:30 часов ФИО3 выполнено оперативное вмешательство: «

<

данные изъяты>

По имеющемуся в медицинской карте протоколу операции от 22.12.2022 нарушений техники выполнения оперативного вмешательства не выявлено, однако не имеется указаний на проведение рентгенологического контроля установки конструкции в области шейного отдела позвоночника.

При выполнении 29.12.2022 рентгенографии шейного отдела позвоночника в прямой и боковой проекции обнаружены признаки миграции межтелевого кейджа (неполное погружение кейджа в тела позвонков - передняя часть примерно на 1/4 выступает за передний край тел позвонков).

В соответствии с техникой операции при установке межтелового кейджа его размещают так, чтобы сравнять с передней поверхностью тел позвонков.

На основании имеющихся данных достоверно установить имело ли место неполное погружение кейджа в тела позвонков во время его установки, что является нарушением техники выполнения операции, либо его миграция произошла в послеоперационном периоде вследствие нарушения лечебного режима и режима иммобилизации не представляется возможным.

По имеющемуся опыту выполнения подобных оперативных вмешательств в литературе описываются такие осложнения операции как миграция установленных конструкции при технически правильной их установке.

Возможные осложнения декомпрессивного и декомпрессивно-стабилизирущего хирургического вмешательства, можно предвидеть следующие из них: мальпозиция винтов и миграция межтеловых имлантатов. При данных осложнениях тактика ведении диктуется выраженностью клинико-рентгенологических проявлений.

Первичной задачей хирургического вмешательства является устранение неврологической симптоматики, что достигается за счет адекватной декомпрессии.

Независимо от причин возникновения миграции кейджа у ФИО3 каких-либо проявлений повторной компрессии структур позвоночного канала, нарастания неврологической симптоматики вследствие миграции кейджа не отмечалось - к моменту выписки из стационара ГАУЗ СО «ГБ № 1 г. Нижний Тагил» 29.12.2022 у ФИО3 отмечен регресс боли в области левой верхней конечности, нарушения чувствительности, ослабления силы в руках нет. Кроме того, имеющееся смещение межтелевого кейджа было выявлено в ранние сроки, ФИО3 даны соответствующее клинической ситуации рекомендации - динамическое наблюдение с дальнейшим принятием индивидуального решения в зависимости от сложившейся клинической картины.

При повторной госпитализации 06.01.2023 ФИО3 предъявляла жалобы на боль в горле, дискомфорт при глотании, ощущение инородного тела при глотании.

Несмотря на большой мировой опыт, высокий уровень технологий выполнения хирургических вмешательств в области переднего опорного комплекса, нарушение функции возвратного гортанного нерва, дисфагия (нарушения глотания) остаются одними из наиболее частых осложнений переднего шейного спондилодеза, которое обусловлено необходимостью рассечения, смещения мягких тканей шеи для обеспечения доступа к переднему отделу шейного отдела позвоночника и связанных с этим нарушений кровообращения, отека, формированием Р-вых изменений и не имеет связи с выстоянием межтелевого кейджа. Эти состояния крайне редко приводят к угрожающей жизни ситуации, самостоятельно регрессируют в течение небольшого промежутка времени после операции, что и отмечалось у ФИО3

10.01.2023 ФИО3 выполнено повторное оперативное вмешательство в ходе которого выявленное смещение межтелевого кейджа устранено.

Таким образом, оперативное вмешательство 22.12.2022 ФИО3 было выполнено своевременно, по показаниям, предоперационная диагностика проведена в необходимом объеме, диагноз установлен правильно в соответствии с клиническими рекомендациями «Дегенеративные заболевания позвоночника». ФИО3 ознакомлена с возможными осложнениями операции и подписала свое согласие на оперативное вмешательство. Имеющаяся миграция установленного межтелевого кейджа не привела к развитию стойких нарушений функции позвоночника, была своевременно выявлена и устранена.

Дефект в оказании медицинской помощи - это такой недостаток в оказании медицинской помощи, который явился причиной наступившего неблагоприятного исхода, либо имел с ним прямую причинную связь.

Дефектов в оказании медицинской помощи ФИО3 при выполнении оперативного вмешательства 22.12.2022 не имеется.

В связи с выявлением смещения установленного межтелевого кейджа в сегменте С5-6 ФИО3 было показано оперативное лечение с целью репозиции кейджа и фиксации данного сегмента пластиной.

Информированное добровольное согласие на оперативное вмешательство подписано ФИО3

10.01.2023 ФИО3 выполнена операция: «

<

данные изъяты>».

При изучении КТ-грамм шейного отдела позвоночника от 11.01.2023 (в первые сутки после операции) обнаружено, что в теле пятого шейного позвонка (С5) винты только небольшой частью расположены в теле позвонка, имеется диастаз пластины и переднего края тела С5 до 2.5 мм (длина винта от края пластины около 4 мм), что является нарушением техники выполнения операции.

В дальнейшем (по данным КТ от 01.03.2023) у ФИО3 обнаружено смещение верхнего края пластины с увеличением диастаза между ней и передним краем тела позвонка до 4.3 мм, полному выходу винтов из тела С5, при этом положение межтелового кейджа и ФИО2 края пластины в теле С6 удовлетворительное, без смещений.

Каждая даже самая простая операция сопряжена с некими рисками, а вмешательства на позвоночник особенно. Он представляет собой сложную анатомическую структуру, оплетенную нервами и кровеносными сосудами разной величины. Именно это, а также длительность течения заболевания, своевременность диагностики, характер операции и правильность протекания послеоперационного периода определяют величину риска.

Исходом операции по поводу дегенеративного заболевания позвоночника может быть как улучшение (уменьшение боли), состояние может быть без изменений, а также - ухудшение.

В данном случае, после оперативного вмешательства ФИО3 продолжала предъявлять жалобы на боль в шейном отделе позвоночника, появились жалобы на дискомфорт при поднятии верхних конечностей, головокружение, головную боль, ощущение давления на глаза.

Указанные жалобы у ФИО3 не являются следствием выхода винтов из тела С5 и диастаза пластины, обусловлены наличием у нее хронического дегенеративного заболевания и связанного с ним, а также самим оперативным вмешательством синдромом позвоночной артерии.

Синдром позвоночной артерии - ряд расстройств вестибулярного, сосудистого и вегетативного характера, возникающих в связи с патологическим сужением позвоночной артерии. Синдром позвоночной артерии компрессионной этиологии встречается наиболее часто. Его причиной выступают экстравазальные факторы: остеохондроз позвоночника, нестабильность позвонков, шейный спондилоартроз, межпозвоочные грыжи, тоническое напряжение шейных мышц (длинной, лестничных, ФИО2 косой). При этом синдром позвоночной артерии зачастую развивается не вследствие сужения просвета артерии из-за ее механического сдавления, а в результате рефлекторного спазма, обусловленного сдавливающим воздействием на симпатическое периартериальное сплетение.

Каких-либо достоверных клинических и оперативных данных о сдавлении каких-либо структур шейного отдела позвоночника, мягких тканей шеи в результате смещения винтов и пластины у ФИО3 не получено.

В оказании медицинской помощи ФИО3 при выполнении оперативного вмешательства 10.01.2023 не выявлено.

Однако, выявленные нарушения техники при выполнении оперативного вмешательств 10.01.2023 в виде миграции конструкции шейного отдела позвоночника потребовал оперативного вмешательства по их устранению и профилактике осложнений, что не вызвал угрожающих жизни состояний, повлекло за собой временное нарушение функций органов и систем у ФИО3 продолжительностью более трех недель, поэтому согласно п. 4 «б» действующих «Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека; утвержденных постановлением Правительства РФ 17.08.2007 г. № 522 и в соответствии с п. 7 раздела II Приказа № 194н МЗ и СР РФ от 24 апреля 2008 г. «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, квалифицируется как причинение средней тяжести вреда здоровью.

Приведенное заключение комиссии экспертов соответствует требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, конкретные ответы на поставленные судом вопросы, является ясным, полным и последовательным, не допускает неоднозначного толкования и не вводит в заблуждение.

Оценив заключение экспертов по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, то есть по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд принимает его в качестве допустимого, относимого и достоверного доказательства, поскольку у суда отсутствуют сомнения в правильности и обоснованности заключения экспертов.

Эксперты до начала производства экспертизы были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеют необходимые для производства подобного рода экспертиз образование, квалификацию, специальности, стаж работы.

При проведении экспертного исследования эксперты непосредственно изучили медицинскую документацию, оформленную медицинскими организациями, в которых истец проходила обследование и лечение, проанализировали и сопоставили все имеющиеся исходные данные, провели исследование объективно, на базе общепринятых научных и практических данных, в пределах своих специальностей, всесторонне и в полном объеме.

При этом, допрошенный в судебном заседании свидетель Д.П.Ю. суду пояснил, что знаком с ФИО3 более 3,5 лет. Вместе занимались волейболом, участвовали в соревнованиях, часто выезжали на природу. С 2022 года ФИО3 испытывает боли в шейном отделе, колики в плечах, головокружение. Обращалась в ГАУЗ СО «ГБ №1 г. Нижний Тагил», где ей провели первую операцию, после которой состояние ее здоровья ухудшилось, усилилось головокружение, появилась тошнота, отдышка, ночью стала просыпаться. Перестала играть в волейбол, поскольку необходимо было вести более спокойный образ жизни. После проведения рентгена, установлено, что платина отошла, упиралась в горло. В связи с чем провели вторую операцию, после которой все усугубилось, ФИО3 никуда не ездила, не занималась спортом, быстро уставала, ей требовалась постоянная посторонняя помощь. Кроме того, она уволилась с работы, по состоянию здоровья. После проведенной 3 операции, состояние ее здоровья улучшилось. 

Данные показания свидетеля судом принимаются, поскольку являются четкими, последовательными, согласуются с иными доказательствами по делу.

Таким образом, суд полагает установленным, наличия причинно-следственной связи между деяниями (действием либо бездействием) работников учреждений здравоохранения, и наступившими последствиями у застрахованного пациента.

Допустимых доказательств обратного, в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороной ответчика суду не представлено.

При таких обстоятельствах, суд считает установленным, что медицинские услуги по диагностированию и лечению заболевания истцу оказаны ответчиком некачественно, допущены нарушения техники при выполнении оперативного вмешательства ФИО3 10.01.2023 в виде миграции конструкции шейного отдела позвоночника, повлекшее необходимость оперативного вмешательства по их устранению и профилактике осложнений, что свидетельствует о существенном недостатке медицинской услуги по признаку неустранимости, в связи с чем требования истца о взыскании с ГАУЗ СО «ГБ №1 г. Нижний Тагил» компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.

Вместе с тем, судом не принимаются доводы представителя ответчика о необходимости проведения операции в связи с выраженными заболеваниями, имеющимися у ФИО3, отсутствие в заключении экспертов выводов о допущенных нарушениях техники выполнения оперативного вмешательства, указание на своевременное проведение истцу оперативного вмешательства, наличие индивидуальных особенностей и сложность нейрохирургической операции, а также особенности имеющегося у истца заболевания, поскольку данные доводы, с учетом установленных по делу обстоятельствах, не являются основанием для освобождения ответчика от ответственности в связи с некачественным оказанием истцу медицинских услуг, в том числе не свидетельствуют о возникновении вреда вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования результатами услуги или их хранения.

Кроме того, судом не установлено наличие каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о наличии правовых оснований для освобождения ответчика от ответственности в рассматриваемом случае в связи с некачественным оказанием медицинской помощи ФИО3, материалы дела таких сведений не содержат. 

При разрешении требований о взыскании компенсации морального вреда судом учитывается, что ответчик ГАУЗ СО «ГБ №1 г. Нижний Тагил» является бюджетным учреждением, финансируется из областного бюджета. Учитывая данный факт, размер компенсации не может определяться без учета данных обстоятельств, произвольно вести к уменьшению бюджетных средств, необходимых и для реализации иных программ. 

С учетом характера причиненных истцам страданий, которые описаны судом выше и соответственно принимаются во внимание; фактических обстоятельств, при которых истцу причинен моральный вред; степени понесенных нравственных страданий и индивидуальных психологический особенностей истца, а также учитывая требования разумности и справедливости, суд полагает соразмерной и подлежащей взысканию с ответчика ГАУЗ СО «ГБ №1 г. Нижний Тагил» в пользу ФИО3 сумму денежной компенсации морального вреда в размере 600 000 рублей, в удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.

На основании части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов в доход местного бюджета пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Поскольку истец при обращении в суд с настоящим иском освобожден от оплаты государственной пошлины, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к Государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Городская больница № 1 города Нижний Тагил» о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Городская больница № 1 города Нижний Тагил» в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (ИНН 

<

№>) в качестве денежной компенсации морального вреда в размере 600 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО3, отказать.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Городская больница № 1 города Нижний Тагил» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Дзержинский районный суд г. Нижнего Тагила в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: /подпись/ О.В. Свинина

Мотивированное решение составлено 28 октября 2024 года.

Судья: /подпись/ О.В. Свинина

КОПИЯ ВЕРНА. Судья: О.В. Свинина