Гражданское дело № 2-851/2022

УИД 67RS0008-01-2022-001138-17

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

город Ярцево 29 ноября 2022 года

Ярцевский городской суд Смоленской области в составе:

Председательствующего (судьи) Помельникова О.В.,

при секретаре Клюевой Т.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения квартиры,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным договора дарения квартиры.

В обосновании заявленных требований указано, что 27 октября 2016 года между истцом и ответчиком заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: Смоленская обл., г.Ярцево, 

<

адрес>. Полагал, что договор является недействительным, так как в момент заключения оспариваемого договора находился в таком состоянии, что не был способен понимать значение своих действий в силу возраста и состояния здоровья (является инвалидом 2-й группы, перенес три инфаркта, постоянно употребляет лекарственные средства), фактически он не понимал, что передает квартиру в собственность ответчика. Находясь в доверительных отношениях с ответчиком, он подписан документы, полагая, что подписывает завещание на имя ответчика. Вместе с тем, спорную квартиру истец ответчику дарить не намеревался. В настоящее время право собственности ответчика на спорное имущество зарегистрировано в ЕГРН, однако в спорной квартире он проживает один, личных вещей ответчика в квартире нет. 

Просил суд признать недействительным договор дарения квартиры, заключенный 27 октября 2016 года между ФИО1 и ФИО2, применить последствия недействительности сделки.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержал, просил их удовлетворить. Пояснил, что ответчик приходится внучкой его умершей супруги. С 1988 года он проживает в спорной квартире, которая принадлежала ему на основании договора приватизации. В 2016 году в связи с ухудшением состояния здоровья он сообщил Ульяне о своем намерении подарить или завещать спорную квартиру, а она должна будет по мере необходимости навещать его. Затем, они вместе поехали в МФЦ для оформления документов, где им был подписан договор дарения спорной квартиры в пользу ответчика. Содержание документов перед их подписанием он не читал, думал, что подписывает завещание. В последнее время Ульяна стала редко его навещать, перестала звонить, интересоваться его делами. А в 2022 году, когда он заболел, она не приехала его навестить. В связи с нарушением Ульяной договоренности, он попросил, чтоб она отказалась от подаренной квартиры, поскольку полагал, что, Ульяна испугавшись остаться без квартиры, будет чаще навещать его, однако этого не произошло. Страдает заболеванием суставов ног, у него больное сердце и пониженное давление. Автомобилем перестал управлять 2-3 года назад, так как реакция стала хуже. Автомобиль он продал, деньги подарил Ульяне. 

Представитель истца ФИО3 в судебное заседание не явился, просил рассмотреть в его отсутствие, поддержал заявленные требования. В судебном заседании 5 сентября 2022 года заявленные требования поддержал, просил их удовлетворить.

Ответчик ФИО2 о месте и времени рассмотрения дела уведомлена надлежащим образом, просила рассмотреть дело в ее отсутствие. В судебном заседании 5 сентября 2022 года пояснила, что истец (дедушка) приходится мужем ее бабушки, умершей в 2011 году. В 2016 году по инициативе истца они в МФЦ оформили договор дарения. При подписании договора каких-либо психических заболеваний, проблем со слухом и зрением у истца не было, он всегда узнавал ее, однако каких-либо договоренностей между ними не было. С 2016 по 2021 год они общались, по его просьбе она всегда приезжала к нему, исполняла его просьбы, навещала в больнице, препятствий в пользовании спорным жилым помещением она не чинила. В 2021 году, после посещения истца двоюродным братом, истец решил забрать подаренную ей квартиру.

Суд в соответствии со ст.167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя истца и ответчика. 

Выслушав истца, проанализировав имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, в том числе заключение судебной психолого-психиатрической экспертизы, суд приходит к следующему.

На основании ст.1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу п.1 ст.9 ГК РФ граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Согласно п.2 ст.218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно ст.572 ГК РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии со ст.178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. В таком случае суд, отказывая в признании сделки недействительной, указывает в своем решении эти условия сделки.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе, если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона.

Как следует из материалов дела и установлено судом, истец ФИО1 являлся собственником квартиры, расположенной по адресу: Смоленская область, г.Ярцево, 

<

адрес>.

На основании договора дарения квартиры от 27 октября 2016 года, заключенного между истцом и ответчиком, собственником указанной квартиры является ФИО4 (в настоящее время – Пушкинская) У.В. (л.д.7).

Пунктом 1 договора дарения 27 октября 2016 года, заключенного между сторонами, предусмотрено, что даритель (ФИО1) безвозмездно передает в частную собственность одаряемой (ФИО4) принадлежащую по праву собственности квартиру, расположенную по адресу: Смоленская область, г.Ярцево, 

<

адрес>, а одаряемая в дар от дарителя данную квартиру принимает.

Согласно пункту 5 договора одаряемая приобретает право частной собственности на вышеуказанную квартиры после государственной регистрации перехода права собственности. С момента государственной регистрации права собственности, одаряемой на квартиру, последняя считается переданной от дарителя к одаряемому.

В пункте 6 договора стороны подтвердили, что они не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть договора, а также отсутствие обстоятельств, вынуждающих совершать данную сделку на невыгодных условиях для себя.

Переход права собственности на ответчика в отношении спорной квартиры по договору дарения квартиры от 27 октября 2016 года зарегистрирован в Управлении Росреестра по Смоленской области 8 ноября 2016 года.

Истец, полагал данный договор дарения недействительным, поскольку при его заключении истец не понимал значение своих действий и не мог руководить ими, был введен в заблуждении относительно природы сделки, истец полагал, что оформляет завещание. Исковые требования истец основывает на положениях ст. 178 ГК РФ.

Применительно к положениям статьи 56 ГПК РФ именно истец, обратившийся в суд с требованиями о признании сделки недействительной, обязан представить суду соответствующие доказательства, в данном случае - доказательства заключения сделки под влиянием заблуждения, а также нахождения на момент заключения сделки – договора дарения, в состоянии при котором истец не понимал значение своих действий.

Анализируя вышеуказанный договор, судом установлено, что договор дарения спорной квартиры от 27 октября 2016 года оформлен в виде письменного документа и подписан непосредственно сторонами (ФИО1 и ФИО6) содержит все существенные для соответствующего вида сделок условия, соответствует установленным законом требованиям его заключения, а потому соответствует требованиям действующего законодательства. При этом между сторонами было достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, о чем свидетельствуют их подписи в договоре. 

Обращение в ГБУ "МФЦ Ярцевского МР СО", подписание истцом договора дарения, подача в орган государственной регистрации заявления о регистрации перехода права собственности свидетельствуют о совершении ФИО1, ряда последовательных и целенаправленных действий по отчуждению квартиры на условиях договора дарения.

Кроме того, суд, учитывает, что ФИО1 лично подписывая договор дарения в ГБУ "МФЦ Ярцевского МР СО", находился в состоянии полной дееспособности, ни на какие заболевания, либо плохое самочувствие не жаловался, хорошо понимал, зачем пришел в МФЦ, и какой именно договор подписывает.

Соответственно смысл, суть, значение, юридические последствия сделки дарения ФИО1 были понятны и соответствовали его намерениям. Доказательств обратного суду не представлено.

Доказательств, подтверждающих факт того, что истец заблуждался относительно природы сделки, а именно: относительно совокупности свойств сделки, характеризующих ее сущность, а также доказательств отсутствия его воли на совершение сделки дарения, либо того, что воля сформировалась под влиянием факторов, нарушающих нормальный процесс такого формирования, не представлено.

По ходатайству истца определением суда от 5 сентября 2022 года по делу была назначена судебная амбулаторная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой было поручено Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Смоленская областная клиническая психиатрическая больница». На разрешение экспертов были поставлены следующие вопросы: 1) был ли способен ФИО1 осознавать сущность сделки дарения 27 октября 2016 года, ее юридические последствия, прогнозировать ее результаты; 2) отдавал ли ФИО1 отчет своим действиям в момент составления договора дарения 27 октября 2016 года, и мог ли руководить своими действиями, учитывая возраст и характер заболевания, а также являются ли хронические заболевания, наличие которых отражено в медицинской документации ФИО1, препятствием для способности понимать значение совершенного договора дарения 27 октября 2016 года.

Согласно заключению комиссии экспертов от 23 сентября 2022 года №1233, в представленной медицинской документации отсутствуют сведения о наличии у ФИО1 каких-либо заболеваний, связанных с отклонениями психики: выраженного нарушения когнитивных и интеллектуально-мнестических функций, нарушений социального функционирования, критических, прогностических и волевых способностей, которые могли существенно повлиять на его способность понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимый период времени (составление договора дарения от 27 октября 2016 года), оказать существенное влияние на смысловое восприятие и оценку существа сделки (л.д.56-58). 

У суда не имеется оснований не доверять заключению судебной экспертизы, поскольку экспертиза проведена в соответствии с требованиями закона, судебно-психиатрическими экспертами, имеющими специальное высшее образование, эксперты предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Заключение содержит подробное описание произведенных комиссионных исследований, выводы экспертов предоставляются ясными и понятными, даны ответы на все поставленные вопросы.

Таким образом, каких-либо доказательств, подтверждающих наличие у истца на момент совершения сделки – 27 октября 2016 года таких расстройств и заболеваний, которые не позволяли ему понимать значение своих действий и руководить ими, суду не представлено.

Также не представлено стороной истца относимых, допустимых доказательств и в подтверждение доводов о том, что волеизъявление ФИО1 на заключение оспариваемого договора было сформировано под влиянием обмана со стороны ФИО6 и введения в заблуждение путем предоставления недостоверной, заведомо ложной информации.

С учетом вышеуказанных норм права, а также положений ст. ст. 158, 160, 163, 422, 434 ГК РФ, сомнений в действительности данной сделки у суда не возникает.

Наличие заболеваний, установление в 2013 году 2-ой группы инвалидности, преклонный возраст, плохое состояние здоровья на момент заключения сделки, сами по себе не свидетельствуют о том, что воля ФИО1 при дарении недвижимого имущества ответчику была деформирована введением его в заблуждение, обманом, либо стечением тяжелых обстоятельств, которыми воспользовалась другая сторона сделки.

Каких-либо злоупотреблений со стороны ответчика при совершении сделки дарения от 27 октября 2016 года не установлено.

Кроме того, как следует из пояснений истца, он проживает один, в посторонней помощи не нуждается, пенсию получает самостоятельно, в номиналах купюр не путается, общается с соседями, автомобилем перестал управлять 2-3 года назад. Установленные обстоятельства дают суду основания полагать, что истец является здравомыслящим человеком, способным осознавать суть и последствия совершаемых действий, в том числе, действий по оформлению договора дарения спорного жилого помещения. 

С момента заключения договора дарения до обращения истца в суд с иском прошло более пяти лет, при этом ответчиком никаких намерений распорядиться квартирой в ущерб интересам истца не совершено. Не осуществление ответчиком оплаты коммунальных платежей за квартиру, полученную в дар от истца, не является основанием для признания договора дарения недействительным, а в случае возникновения между сторонами спора материального характера, он может быть разрешен в ином порядке.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки. 

Руководствуясь ст.ст.194 – 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения от 27 октября 2016 года в отношении квартиры, расположенной по адресу: Смоленская область, 

<

адрес>, недействительной сделкой – оставить без удовлетворения.

Сторона, не согласная с принятым судебным актом, вправе его обжаловать в апелляционном порядке в Смоленский областной суд, в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме (5 декабря 2022 года). Апелляционная жалоба подается через Ярцевский городской суд Смоленской области.

Судья О.В. Помельников