Дело № 1-165/2024

11RS0002-01-2024-001256-55

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Воркута 12 августа 2024 года

Воркутинский городской суд Республики Коми в составе: 

председательствующего судьи Чекате О.Д. 

при секретаре судебного заседания Тимофеевой Я.В., 

с участием государственного обвинителя Цуман В.В., 

потерпевшего Е.А.Н., 

подсудимого ФИО1, 

адвоката Гречко Н.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО1, **** ранее судимого:

- 13 ноября 2018 года Печорским городским судом Республики Коми по п. «А» ч. 3 ст. 158, п. «А» ч. 3 ст. 158 УК РФ, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к лишению свободы сроком на 3 года;

- 06 февраля 2019 года Печорским городским судом Республики Коми (с учётом изменений, внесённых апелляционным постановлением Верховного Суда Республики Коми от 29 мая 2019 года) по п.п. «А», «В» ч. 2 ст. 158 УК РФ, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ к лишению свободы сроком на 5 лет 3 месяца. Постановлением Ухтинского городского суда Республики Коми от 08 декабря 2021 года (с учётом изменений, внесённых апелляционным постановлением Верховного Суда Республики Коми от 25 февраля 2022 года) неотбытая часть наказания в виде лишения свободы заменена ограничением свободы сроком на 3 года 9 месяцев 8 дней;

- 27 апреля 2023 года Печорским городским судом Республики Коми по п. «В» ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 166 УК РФ, на основании ч. 2 ст. 69, ст. 70 УК РФ к лишению свободы сроком на 4 года.

Осужденного 23 июля 2024 года Печорским городским судом Республики Коми по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ к лишению свободы сроком на 5 лет 3 месяца с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 3 года, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 306 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Подсудимый ФИО1 совершил заведомо ложный донос о совершении преступления, соединённый с обвинением лица в совершении тяжкого преступления, при следующих обстоятельствах: 

26 сентября 2023 года в период времени с 16 часов 00 минут до 17 часов 00 минут ФИО1, находясь в помещении Федерального казённого учреждения «Следственный изолятор **** Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми» (далее – ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми) по адресу: г. Воркута, 

<

адрес>, являясь лицом, содержащимся под стражей, умышленно, по мотиву неприязни к сотрудникам ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми в связи с пресечением последними противоправных действий, совершённых им и содержащимся под стражей в названном учреждении Б.С.В., будучи предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 306 УК РФ за заведомо ложный донос о совершении преступления, заведомо зная, что сотрудники ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми, в том числе заместитель начальника ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми И.В.Д. и начальник оперативного отдела ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми Е.А.Н. не совершали противоправных действий в отношении него и Б.С.В., во время личного приёма сообщил должностному лицу органов прокуратуры – Печорскому прокурору по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях У.Р.В., заведомо недостоверную информацию о событии совершённого уголовно-наказуемого деяния в отношении него (ФИО1) и Б.С.В. со стороны сотрудников ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми, а именно сообщил, что 24 августа 2023 года примерно в 10 часов 30 минут сотрудники ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми, в том числе И.В.Д. и Е.А.Н., в виду допущенных содержащимися под стражей ФИО1 и Б.С.В. нарушений правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 04.07.2022 № 110, вывели последних из камеры № 4 ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми и доставили их в обыскное помещение банно-прачечного корпуса ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми, где начальник оперативного отдела ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми Е.А.Н. незаконно применил к ФИО1 физическую силу, а именно нанёс последнему не менее 1 удара рукой в область грудной клетки, от чего ФИО1 испытал физическую боль, а заместитель начальника ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми И.В.Д. и другие сотрудники ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми, действуя группой лиц, используя специальное средство «палку резиновую», нанесли Б.С.В. множество ударов в область спины, от чего последний испытал физическую боль. Таким образом, ФИО1 при указанных выше обстоятельствах сообщил о совершении сотрудниками ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми, в том числе заместителем начальника ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми И.В.Д. и начальником оперативного отдела ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми Е.А.Н., в отношении него и Б.С.В. преступления, предусмотренного п.п. «А», «Б», «Г» ч. 3 ст. 286 УК РФ, которое в соответствии с ч. 4 ст. 15 УК РФ относится к категории тяжких. 

По результатам проверки, проведенной Печорским прокурором по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, доводы ФИО1 о совершении противоправных действий сотрудниками ФКУ СИЗО-З УФСИН России по Республике Коми в отношении него и Б.С.В. не нашли своего подтверждения.

По результатам процессуальной проверки по сообщению ФИО1 о противоправных действиях сотрудников ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми следователем следственного отдела по г. Воркуте СУ СК РФ по Республике Коми 10 января 2024 года принято процессуальное решение об отказе в возбуждении уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления не признал, отказавшись от дачи показаний. Между тем, в судебном заседании при исследовании доказательств стороны обвинения пояснил, что у него не было намерений обращаться с жалобой на действия сотрудников ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми, при даче объяснений прокурору У.Р.В. каких-либо пояснений не давал, последний лишь переписал его письмо, по ст. 306 УК РФ предупреждён не был и в этом не расписывался.

Из оглашённых на основании п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ показаний подсудимого ФИО1, данных на стадии предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого, следует, что, будучи предупреждённым за заведомо ложный донос, 26 сентября 2023 года сообщил прокурору У.Р.В. сведения, не соответствующие действительности, о том, что сотрудники ФКУ СИЗО-**** 25 августа 2023 года, находясь в помещении банно-прачечного комплекса следственного изолятора, И.В.Д. и Е.А.Н. били его и Б.С.В. руками и палкой резиновой, что не соответствует действительности. Сотрудники СИЗО-**** в отношении него и Б.С.В. противоправные действия не совершали. 19 октября 2023 года при даче объяснения выдвинул версию, что прокурор его неправильно понял, своё объяснение он (Стеценко) не читал, хотел ввести в заблуждение органы следствия, в виду того, что ему грозила уголовная ответственность, думал, его слова поддержит Б.С.В., но тот рассказал, что всё, что он (Стеценко) рассказал прокурору является ложью (****).

Подсудимый ФИО1 оглашённые показания подтвердил.

Протоколы допросов ФИО1 в качестве подозреваемого и обвиняемого соответствуют требованиям ст. 173, ст. 189, ст. 190 и ст. 166 УПК РФ. Анализ показаний ФИО1 на досудебной стадии подтверждает, что при его допросе был соблюден соответствующий уровень гарантий, что, в свою очередь, обеспечило надлежащую степень достоверности отражения показаний и хода следственного действия, как того требуют положения уголовно-процессуального закона. ФИО1 разъяснялись положения ст. 51 Конституции РФ, дающей право не свидетельствовать против себя и своих близких родственников, процессуальные права, предусмотренные ст.ст. 46, 47 УПК РФ, после чего он добровольно давал подробные и последовательные показания. Правильность сведений, содержащихся в протоколах допроса, удостоверена самим ФИО1 и его защитником, от которых перед началом, в ходе либо по окончании допросов заявления и замечания не поступили.

Данных, свидетельствующих о том, что в ходе предварительного следствия на подсудимого оказывалось давление, материалы дела не содержат, не представлены такие сведения суду стороной защиты. 

Вина подсудимого подтверждается нижеприведенными доказательствами: 

Потерпевший Е.А.Н. пояснил, что работает начальником оперативного отдела ФКУ СИЗО-****. 25.08.2023 во время утренней проверки поступило несколько сообщений о том, что Б.С.В. и ФИО1, содержащиеся в камере **** режимного корпуса, выказывают недовольство содержанием в камере, при этом дважды сообщали, что ФИО1 и Б.С.В. закрыли камеру, препятствуя видеонадзору. Младший инспектор, который нёс службу на посту, доложил, что ФИО1 и Б.С.В. угрожают причинением вреда своему здоровью, требовали перевести в другую камеру. Сотрудники дежурной смены снимали заграждение с видеокамеры, разъясняли Б.С.В. и ФИО1 нормы действующего законодательства. 

Поскольку Б.С.В. и ФИО1 высказывали угрозы причинения вреда здоровью, И.В.Д. принял решение провести обыск с целью изъятия запрещённых предметов. Затем он, И.В.Д., С.П.А. и ряд младших инспекторов зашли в камеру ****, где ФИО1 и Б.С.В. в устной форме высказывали недовольство, им было вынесено устное предупреждение, разъяснены последствия причинения вреда своему здоровью. Затем ФИО1 и Б.С.В., выполнив требование, встали в безопасную стойку, был проведен обыск осужденных и камеры, запрещённых предметов обнаружено не было. Осужденные были конвоированы в специально оборудованное для личного досмотра место, чтобы убедиться в отсутствии запрещённых предметов. 

В банно-прачечном комплексе ФИО1 и Б.С.В. по отдельности были досмотрены, у Б.С.В. было изъято лезвие. После проведения обыска ФИО1 и Б.С.В. были размещены по камерам отдельно друг от друга. К ФИО1 и Б.С.В., которые выполняли все законные требования сотрудников, физическая сила, специальные средства не применялись, основания к тому отсутствовали. По результатам проведённого обыска осужденные заявлений не высказывали. Действиями ФИО1 ему причинен моральный ущерб. 

Из оглашённых на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний потерпевшего И.В.Д. следует, что в период с 01 августа по 10 сентября 2023 исполнял обязанности начальника учреждения. 25.08.2023 по внутренней телефонной связи от младшего инспектора поста **** поступил доклад, что Б.С.В. и ФИО1, содержащиеся в камере ****, во время проведения утренней проверки высказывали недовольства условиями содержания, требовали перевода в другую камеру, высказали неоднократные угрозы в случае не выполнения их требований, препятствовать надзору и причинением вреда своему здоровья. 

После утренней проверки оператор поста видеоконтроля доложил ему, что лица, содержащиеся в камере ****, занавесили стационарные видеокамеры. Младший инспектор пост **** сообщил, что Б.С.В. и ФИО1 эмоционально взволнованы, требуют перевода в другую камеру. По его указанию лица из числа дежурной смены приняли меры и доложили ему, что была изъята тряпка, которой камеры были занавешены. 

Затем от оператора поста видеоконтроля вновь поступил доклад, что лица, содержащиеся в камере ****, повторно занавесили видеокамеры. Младший инспектор пост **** сообщил, что Б.С.В. и ФИО1 повторно занавесили стационарные видеокамеры, ведут себя эмоционально, взволнованно, буйно, периодически наносят удары по двери и требуют прибытия оперативных сотрудников для перевода в другую камеру, при этом выкрикивали угрозы начать активные действия по причинению вреда себе и окружающим. 

По его указанию М.А.В. провел с Б.С.В. и ФИО1 разъяснительную работу о соблюдении правил внутреннего распорядка дня в ФКУ СИЗО-****, разъяснил порядок и основания перевода в другую камеру, о необходимости привести в соответствие средства видеоконтроля, при этому М.А.В. один из указанных обвиняемых сообщил о возможном членовредительстве и наличии лезвия. 

По его команде была собрана оперативно-режимная группа в составе Е.А.Н., С.П.А., М.А.В., И.А.Ю., Н.Д.О., Ш.А.А. и иных сотрудников, которым он провёл инструктаж, затем они прибыли в камеру ****, где Б.С.В. и ФИО1 были изолированы друг от друга и встали в безопасную стойку. В камере были проведены обыскные мероприятия, при которых предметов обнаружено не было. Он (И.В.Д.) принял решение провести полный личный обыск Б.С.В. и ФИО1 в специально оборудованном обыскном помещении. 

Во время личного досмотра у обвиняемого Б.С.В. в чехле для очков во внутренней подкладке было обнаружено и изъято лезвие. В период проведения режимно-профилактических мероприятий сотрудниками администрации, в том числе, при обыске в камере **** и в обыскном помещении БПК, физическая сила, специальные средства, в том числе палки резиновые, к ФИО1 и Б.С.В. не применялись.

ФИО1 хотел дискредитировать сотрудников изолятора и своими действиями создал угрозу безосновательного уголовного преследования и ограничения в правах для него (И.В.Д.), в связи с чем причинил ему моральный вред (****). 

Свидетель Б.С.В. подтвердил оглашённые на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ показания и пояснил, что в период с 28 апреля до октября 2023 года содержался в ФКУ СИЗО-****. За время содержания он привлекался за нарушения условий внутреннего распорядка, а именно у него было обнаружено лезвие от бритвы. Совместно с ним в камере **** два дня содержался ФИО1 25.08.2023 во время утренней проверки закрывал объектив видеокамеры в камере, чтобы договориться с сотрудниками администрации СИЗО-**** о смягчении режима содержания. После этого к нему через окошко обратился дежурный сотрудник и попросил снять тряпку с камеры, он отказался. В камеру зашли трое сотрудников СИЗО-****, которые сняли тряпку с камеры и ушли. Он снова завесил камеру тряпкой, его требования были те же, при этом стал угрожать сотруднику, что оторвёт трубу отопления и зальёт камеру. Во второй раз к ним в камеру пришло около 8 сотрудников СИЗО-****, которые поставили их лицом к стене, стали выяснять причины его (Б.С.В.) поведения, на что ответил, что хочет более комфортную камеру. При этом сотрудники СИЗО-**** физическую силу не применяли. Затем его и ФИО1 увели в банно-прачечный комплекс для личного досмотра, в ходе которого у него Б.С.В. изъяли лезвие. Его и ФИО1 развели в разные комнаты помещения, где провели профилактическую беседу с каждым по отдельности, при этом физическую силу и насилие, к нему (Б.С.В.) не применяли, насколько знает, и к Стеценко тоже, угроз их применения не высказывали. При проведении личного досмотра он и ФИО1 вели себя спокойно. 

После 25.08.2023 один раз встречался в коридоре со ФИО1, который жалоб не высказывал. Он (Б.С.В.) не говорил ФИО1, что его избили заместитель начальника СИЗО-**** И.В.Д. и сотрудники дежурной смены, поскольку таких событий не было. ФИО1 не мог видеть на его теле телесные повреждения, поскольку таковых у него не было. Не говорил ФИО1, что при обращении за медицинской помощью ему было в ней отказано (****). 

Дополнительно свидетель Б.С.В. пояснил, что обыск ФИО1 не видел. Он требовал перевода в другую камеру из-за неудовлетворительных условий содержания. ФИО1 камеру не закрывал, требования не высказывал. Не знает применялось ли насилие к ФИО1 или нет.

Свидетель С.К.Я. пояснила, что работает оператором отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми. Её смена заканчивалась в 07 часов 45 минут 25.08.2023. Инспектор Б.Н.В. ей позвонил и сообщил, что содержащиеся в камере **** ФИО1 и Б.С.В. стучат в двери, требуют перевода в другую камеру и оперативных сотрудников, высказывают угрозы членовредительства. На мониторе увидела в 07 часов 45 минут как Б.С.В. закрыл камеру видеонаблюдения в камере ****, о чём доложила дежурному и начальнику.

Свидетель Б.Н.В. пояснил, что работает в должности младшего инспектора ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми. Работал 25.08.2023 на посту ****, где в камере **** содержались Б.С.В. и ФИО1, которые после 09 часов начали шуметь, закрывать видеокамеру, требовать перевода в другую камеру. Б.С.В. угрожал, что порежет себя, если не выполнят их требования. Требования предъявлял Б.С.В., которые ФИО1 поддержал. Поскольку ФИО1 и Б.С.В. не реагировали на его (Б.Н.В.) требования прекратить противоправные действия, закрыли видеокамеру, установленную в камере ****, он сообщил дежурному. Пришёл дежурный Г.С.А. и в камере поговорил со ФИО1 и Б.С.В., которые успокоились. Дальнейшие события ему не известны, поскольку сменился. 

Из оглашённых на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Г.С.А. следует, что, исполняя обязанности дежурного помощника начальника учреждения дежурной службы ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми, 25.08.2023 с 07 часов 45 минут находился на рабочем месте. В утреннее время по внутренней связи оператор поста видеоконтроля Ж.В.С. доложила, что осужденный Б.С.В., содержащийся в камере № 4, занавесил стационарную видеокамеру. Выдвинулся к камере, открыл дверную форточку и потребовал убрать тряпку с объектива камеры, разъяснил Б.С.В. и ФИО1 положения приказа Минюста РФ «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исправительной системы», однако осужденные проигнорировали его требование, он зашёл в камеру и убрал тряпку с объектива камеры. Б.С.В. и ФИО1 были в возбужденном состоянии, высказывали недовольство условиями содержания, требовали перевода в другую камеру, в противном случае угрожали повторно занавесить камеру. При этом в отношении Б.С.В. и ФИО1 физическая сила и специальные средства не применялись, он (Г.С.А.) им не угрожал (****). 

Свидетель М.В.А. пояснил, что работает младшим инспектором дежурной службы ФКУ СИЗО-****. 25.08.2023, заступив на дежурство, после 08 часов сменил Б.Н.В., который пояснил, что лица, содержащиеся в камере ****, занавешивают видеокамеру, требуют перевода в другую камеру, угрожают причинить себе вред, о чём тот доложил дежурному. При утренней проверке камеры ****, после проведения технического осмотра, Б.С.В. и ФИО1 начали высказывать недовольство данной камерой, требовали незамедлительно перевести в другую, в противном случае угрожали причинить себе вред. По окончании проверки позвонил оператор и сообщил, что Б.С.В. и ФИО1 занавесили камеру видеонаблюдения. Он потребовал убрать ткань с видеокамеры, на что осужденные отказались и сказали, что им нужен перевод, требовали, чтобы к ним пришли оперативные сотрудники. Дежурный Г.С.А. зашёл в камеру, снял с камеры и забрал ткань. Спустя короткое время позвонил оператор и сообщил, что видеокамеру снова занавесили. Когда подошёл к камере, осужденные начали вести себя более агрессивно, Б.С.В. стучал по двери камеры, о чём он доложил дежурному. Затем пришли И.В.Д., Е.А.Н., С.П.А., Д.В.С., Н.Д.О. и младшие инспектора, один из которых Ш.А.А., у которых спецсредств не было. Он (М.В.А.) открыл дверь камеры, сотрудники зашли и по их требованию Б.С.В. и ФИО1 встали в безопасную стойку. В камеру он не заходил. Не слышал из камеры звуков, свидетельствующих о применении к осужденным физического воздействия. Осужденным было разъяснено, что они нарушают режим содержания, разъяснён порядок и условия содержания под стражей. Спустя короткий промежуток времени открыл дверь камеры, Б.С.В. и ФИО1 самостоятельно вышли с вещами и направились для проведения полного обыска. У него был видеорегистратор «Дозор», который по окончании смены сдал в дежурную часть.

Свидетель С.П.А. пояснил, что работает в должности старшего оперуполномоченного оперативного отдела ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми. В августе 2023 года от дежурного поступил доклад, что в камере **** осужденные Б.С.В. и ФИО1 неоднократно закрывали видеокамеру, вели себя демонстративно, вызывали сотрудников оперативного отдела, администрации учреждения, высказывали угрозу членовредительства и суицида в случае неисполнения их требований. Дежурный, помощник начальника учреждения провели с осужденными профилактическую беседу, после чего осужденные повторно её закрыли. Оперативная группа в составе И.В.Д., Е.А.Н., Д.В.С., его (С.П.А.) и сотрудников отдела режимного надзора, то есть усиленной группой прибыли к камере ****. Видеофиксация осуществлялась нагрудным видеорегистратором «Дозор». В камере **** в соответствии с Правилами внутреннего распорядка, в целях обеспечения безопасности, как сотрудников, так и самих осужденных, ФИО1 и Б.С.В. по требованию сотрудников самостоятельно встали в безопасную стойку, был проведён их поверхностный личный досмотр, обыск камеры, при этом запрещённых предметов обнаружено не было. Поскольку высказывались угрозы причинения вреда здоровью, по решению И.В.Д. ФИО1 и Б.С.В. были сопровождены в специально оборудованное помещение банно-прачечного комплекса для личного обыска. Помещение банно-прачечного комплекса, в котором проводился обыск, оборудовано видеокамерой, поэтому досмотр проводился за ширмой. ФИО1 после досмотра расписался в акте, сказал, что претензий не имеет, и был препровождён в камеру ****. При досмотре Б.С.В. в футляре для очков последнего было обнаружено лезвие. В отношении ФИО1 и Б.С.В. физическую силу и специальные средства не применяли. 

Свидетель Д.В.С. пояснил, что работает в должности оперуполномоченного оперативного отдела ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми. 25.08.2023 дежурный доложил, что содержащиеся в камере **** ФИО1 и Б.С.В. занавесили камеру, требуют оперативных сотрудников. По указанию И.В.Д. он, С.П.А. и Е.А.Н. проследовали в камеру ****, где по их требованию ФИО1 и Б.С.В. самостоятельно встали в безопасную стойку, при этом физическая сила, специальные средства в отношении них не применялись. У него при себе не было специального средства – резиновой палки. При обыске камеры **** ничего обнаружено не было. И.В.Д. было принято решение подвергнуть Б.С.В. и ФИО1 полному обыску, последние были сопровождены в специально оборудованное помещение в банно-прачечном комплексе, оборудованном видеокамерой. При обыске у ФИО1 запрещённых предметов обнаружено не было. У Б.С.В. было обнаружено лезвие. Никто из сотрудников не применял насилие в отношении ФИО1 

Свидетель И.А.Ю. пояснил, что работает в должности старшего инспектора отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-****. 25.08.2023 в период времени с 08 до 09 часов из дежурной части поступила информация, что осужденные Б.С.В. и ФИО1 нарушают режим содержания, закрывают видеокамеру. Заместителю начальника учреждения И.В.Д. было доложено, что осужденные неоднократно закрывали видеокамеру, высказывали угрозы причинить себе вред в случае неудовлетворения их требований. В составе группы выдвинулись в камеру, где по команде И.В.Д. осужденные приняли безопасную стойку, был произведён их обыск, досмотр их одежды и камеры, запрещённых предметов обнаружено не было. По указанию И.В.Д. осужденные были конвоированы в банно-прачечный корпус для полного личного досмотра и досмотра вещей. При личном обыске ФИО1 он досматривал его вещи, запрещённых предметов обнаружено не было, последний жалоб и претензий не заявлял, затем был отконвоирован в камеру. При досмотре Б.С.В. и его вещей, в футляре для очков был обнаружен и изъят запрещённый предмет – лезвие. Физическая сила, специальные средства к ФИО2 не применялись. 

После того, как ФИО1 был конвоирован после обыска, ему была оказана медицинская помощь. Медицинские работники пояснили, что ухудшение состояния здоровья ФИО1 вызвано тем, что тот не принимал ранее прописанные ему медикаменты.

Из оглашённых на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Ш.А.А. следует, что они аналогичны показаниям свидетелей С.П.А., Д.В.С., И.А.Ю. Дополнительно свидетель пояснил, что в отношении Б.С.В. или ФИО1 специальные средства, в том числе палки резиновые не применялись, их не били и угроз им не высказывал. Жалоб на состояние здоровья Б.С.В. и ФИО1 не высказывали, телесных повреждений у них не видел (****). 

Свидетель М.Ф.А. пояснил, что работает младшим инспектором отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-****. 25.08.2023 по указанию заместителя начальника отдела режима и надзора М.А.В. открыл помещение для проведения обыска в банно-прачечном корпусе, в котором И.В.Д., Н.Д.О. и М.А.В. провели личный досмотр ФИО1 и Б.С.В., вещи которых он (М.Ф.А.) осмотрел и в вещах Б.С.В. в футляре для очков обнаружил лезвие, что было зафиксировано на видеорегистратор, который он (М.Ф.А.) сдал в дежурную часть. Б.С.В. и ФИО1 выполняли все требования, последние не жаловались, что к ним была применена физическая сила. К осужденным физическая сила и специальные средства не применялись. 

Свидетель Н.Д.О. пояснил, что работает старшим инспектором отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-****. 25.08.2023 в ходе утренней проверки был проведен технический осмотр камеры ****, после чего содержащиеся в данной камере Б.С.В. и ФИО1 занавесили видеокамеру. Зашёл в камеру, потребовал, чтобы они открыли видеокамеру и не закрывали её. После того, как он вышел из камеры, снова завесили видеокамеру и Б.С.В. начал стучать в дверь, кричать, высказывать намерение совершить членовредительство, требовали перевода в другую камеру. С целью изъятия запрещённых предметов, он в составе опергруппы из числа сотрудников И.В.Д., Е.А.Н., С.П.А. и М.А.В. зашли в камеру ****. ФИО1 и Б.С.В. не сразу выполнили требование встать в безопасную стойку, находились в эмоциональном состоянии, в устной форме высказывали своё недовольство. Затем самостоятельно встали в безопасную стойку, при этом никто, в том числе И.В.Д. и Е.А.Н., к ним физическую силу и специальные средства не применяли. ФИО1 и Б.С.В. были конвоированы в обыскное помещение банно-прачечного корпуса, где был проведён их личный обыск, во время которого М.Ф.А. в футляре для очков Б.С.В. обнаружил лезвие, о чём был составлен акт. Все указанные события снималось на видеорегистратор «Дозор». 

Свидетель Т.И.И. пояснил, что работает младшим инспектором дежурной службы отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-****. 25.08.2023 заступил на дежурство в 07 часов 45 минут, стоял на внутреннем посту ****. К нему привели ФИО1 и Б.С.В. с вещами и спальными принадлежностями, которых поместили в разные камеры. Телесных повреждений у ФИО1 и Б.С.В. не наблюдал, последние не высказывали жалоб и заявлений о наличии у них телесных повреждений, болей и не заявляли, что сотрудники применили к ним физическую силу. 

Из оглашённых на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля З.С.В. следует, что работает в должности младшего инспектора дежурной службы ФКУ СИЗО**** УФСИН России по Республике Коми. 25.08.2023 около 10 часов 45 минут в помещение санпропускника для обыска были доставлены Б.С.В. и ФИО1, которые во время проведения обыскных мероприятий встали в безопасную стойку, им разъяснялись нормы и правила содержания в СИЗО. В отношении указанных лиц специальные средства и физическая сила не применялись. У ФИО1 при обыскных мероприятиях запрещенных предметов обнаружено не было, жалоб и заявлений от последнего не поступало, телесных повреждений у него не видел. Он конвоировал ФИО1 в бокс временного содержания, где тому стало плохо, прибывшие медицинские работники оказали ФИО1 медицинскую помощь, затем около 11 часов 15 минут тот был сопровождён в камеру ****. Ни он (З.С.В.), ни иные сотрудники учреждения в отношении ФИО1 физическую силу и специальные средства не применяли (****). 

Свидетель П.О.В. подтвердил оглашённые на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ показания и пояснил, что отбывает наказание в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми, где трудоустроен в БПК работником по ремонту и стирке одежды. 24 или 25 августа 2023 года, находился на рабочем месте, до обеда в помещение прибыли сотрудники учреждения с двумя осужденными. Из разговора понял, что в отношении указанных осужденных проводились обыскные мероприятия, которые не видел, но слышал. При проведении обыска сотрудники администрации учреждения не высказывали угроз осужденным, рассказывали про требования пребывания в СИЗО, какие предметы могут находиться при осужденных, какие иметь запрещено. При этом не слышал криков, зова о помощи, глухих или звонких стуков, то есть ничего похожего на удары, в том числе какими-либо предметами (****). 

Дополнительно свидетель П.О.В. пояснил, что он находился в помещении, граничащим с помещением для проведения обыска, работали или нет стиральные машины при описываемых событиях не мог пояснить. 

Из оглашённых на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля С.Н.В. следует, что её дочь С.М.М. является инвалидом. С.П.А., 

<

дата> года рождения, является сыном ФИО1 До заключения под стражу ФИО1 проживал совместно с ними, работал неофициально, помогал материально, выполнял работу по дому. ФИО1 принимает участие в воспитании ребёнка. Из бумаги, которую ФИО1 передал её дочери, когда находился в ИВС 

<

адрес>, ей известно о том, что ФИО1 обращался в правоохранительные органы по поводу того, что был избит сотрудники СИЗО **** (****). 

Из оглашённых на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля С.М.М. следует, что они аналогичны оглашённым показаниям свидетеля С.Н.В. (****). 

Оглашенные показания потерпевшего и свидетелей получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. Перед началом допроса были разъяснены потерпевшему права, предусмотренные ст. 42 УПК РФ, а свидетелям права, предусмотренные ст. 56 УПК РФ, все допрашиваемые были предупреждены об уголовной ответственности по ст.ст. 307, 308 УК РФ, по окончанию допросов потерпевший и свидетели были ознакомлены с протоколами допросов, на содержание которых у них замечания отсутствовали, о чём свидетельствуют подписи последних в протоколах, которые соответствуют требованиям, предъявляемым ст.ст. 166, 190 УПК РФ. Каких-либо сведений о заинтересованности потерпевшего и свидетелей обвинения, в том числе сотрудников ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми, при даче показаний, оснований для оговора подсудимого, равно как и существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих эти показания под сомнение, а так же чьей-либо заинтересованности в незаконном привлечении ФИО1 к уголовной ответственности, судом не установлено. В материалах уголовного дела не содержится и судом не добыто каких-либо данных о том, что у сотрудников правоохранительных органов имелась необходимость для искусственного создания доказательств обвинения, либо их фальсификации.

Вина подсудимого подтверждается сведениями, содержащимися в нижеприведенных письменных доказательствах:

- из объяснения ФИО1 от 26.09.2023 следует, что расписавшись в том, что предупрежден об уголовной ответственности по ст. 306 УК РФ, пояснил, что 24.08.2023 сотрудники администрации СИЗО**** –И.В.Д., Е.А.Н., С.П.А. и Д.В.С. сотрудники дежурной смены вывели его и Б.С.В. в обыскное помещение бани, где заставили раздеться догола, поставили на растяжку. После угроз И.В.Д. услышал стоны Б.С.В. и увидел чью-то руку с резиновой дубинкой, это наносили удары дубинкой Б.С.В. в область спины, примерно 6-7 ударов. К нему (Стеценко) подошёл Е.А.Н. и нанёс удар кулаком в область печени, от чего он начал задыхаться. В последствии в медчасти при осмотре медсестра у него телесных повреждений не обнаружила, у него были боли в области печени 3-4 дня. На следующий день в раздевалке бани Б.С.В. рассказал ему, что после того, как его (Стеценко) вывели из бани, Б.С.В. продолжили избивать заместитель начальника СИЗО-3 И.В.Д., сотрудники дежурной смены. Поскольку Б.С.В. был раздет, он увидел, что вся спина у Б.С.В. в красных полосах от применения дубинки. Со слов Б.С.В., тот обращался за медицинской помощью, но никто на данные просьбы не реагировал. По указанию И.В.Д. видеорегистраторы и стационарная камера были отключены (****); 

- из справки ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми следует, что Б.С.В. содержался в следственном изоляторе с 27.04.2023 по 12.09.2023 на основании постановления Воркутинского городского суда Республики Коми в порядке ст. 77.1 УИК РФ (****);

- из сообщения филиала «****» ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России от 27.09.2023 следует, что Б.С.В. за медицинской помощью обращался только 23.06.2023 (****);

- из светокопии справки старшего инспектора отдела режима надзора ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми И.А.Ю. следует, что в 07 часов 45 минут и в 09 часов 26 минут осужденный Б.С.В. закрывал видеокамеры, установленные в камере ****, которые открывались сотрудниками. В 10 часов 39 минут в камеру прибыла оперативно-режимная группа (И.В.Д., Е.А.Н., С.П.А., Д.В.С., М.А.В., И.А.Ю., Ш.А.А.), проведён обыск в камере ****. В 10 часов 41 минуту осужденные Б.С.В. и ФИО1 отконвоированы в помещение для проведения обыска бани-прачечной. В 10 часов 43 минуты начало обыскных мероприятий в отношении Б.С.В. и ФИО1 (И.В.Д., Е.А.Н., С.П.А., Д.В.С., М.А.В., Н.Д.О., И.А.Ю., Ш.А.А., З.С.В., М.Ф.А.). В 10 часов 52 минуты обыскные мероприятия в отношении ФИО1 закончены, он отконвоирован в бокс временного содержания, где тот почувствовал себя плохо, ему была оказана медицинская помощь, затем был отконвоирован и водворён в камеру **** в 11 часов 16 минут М.А.В. и И.А.Ю. После водворения в камеру жалоб и заявлений не поступало. В 10 часов 52 минуты начат досмотр вещей Б.С.В., у которого обнаружен и изъят запрещённый предмет- лезвие под подкладом футляра для очков. В 11 часов 13 минут осужденный Б.С.В. водворён в камеру ****, жалоб и заявлений не поступало. Конвоировал Ш.А.А. (****);

- из светокопии журнала **** учёта применения физической силы и специальных средств ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми следует, что не зарегистрировано применение физической силы в отношении ФИО1 и Б.С.В. (****);

- согласно светокопии акта о проведении обыска в обыскном помещении БПК от 25.08.2023 у осужденного Б.С.В. было обнаружено лезвие от сломанного одноразового станка бритвы в чехле для очков под подкладкой (****);

- из светокопии постановления следует, что осужденному Б.С.В. за нарушение установленного порядка отбывания наказания объявлен выговор (****);

- из светокопий приказов **** и **** от 25.08.2023 следует, что: назначена на дежурство с 07:45 до 19:45 25.08.2023 дежурная смена ****: ДПНУ м-р Г.С.А., пост **** пр-к М.В.А.; с 19:45 24.08.2023 до 07:45 25.08.2023 дежурная смена ****: оператор ПСОТ пр-к С.К.Я., пост **** пр-к Б.Н.В. (****);

- из светокопии ответа прокурора Печорской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Республики Коми от 06.10.2023, направленному ФИО1, следует, что по объяснению последнего от 26.09.2023 на личном приёме в ФКУ СИЗО**** УФСИН России по Республике Коми сообщение о применении 24.08.2023 начальником оперативного отдела СИЗО-**** Е.А.Н. в отношении ФИО1 физической силы, в отношении обвиняемого Б.С.В. спецсредства неизвестным сотрудником СИЗО-**** не нашли подтверждение (****);

- в протоколе осмотра предметов дано описание 11 файлов, которые представлены видеозаписями и 5 папок диска «ФКУ СИЗО-****». 

На видеозаписи «1.коридор спец. Блок 2023_08_25 11_13_00 кор.Бир Стеценко» Б.С.В. и ФИО1 с вещами помещаются сотрудниками СИЗО-**** в отдельные камеры.

На видеозаписи «2. камера 101 2023_08_25 11_12_50 Бир водв» Б.С.В. помещается с вещами в отдельную камеру, отображена обстановка в камере. На видеозаписи «3. Камера 103 2023_08_25 11_16_03 Стеценко водвор» ФИО1 помещается с вещами в отдельную камеру, отображена обстановка в камере.

В папке «Обыск -25.08.2023 обнаружение лезвия с регистратора» имеются две видеозаписи: на видеозаписи «20230825_1059» 25.08.2023 в 10:59:11 запечатлён досмотр вещей, в том числе момент обнаружения во внутренней подкладке чехла для очков лезвия; на видеозаписи «комната приема этапа 2023_08_25 10_43_00» Б.С.В. и ФИО1 с вещами в сопровождении сотрудников ФКУ СИЗО-3 заходят в помещение, посередине которого установлена перекладина со шторой, которая закрывается сотрудниками. Спустя время штора приподнимается одним из сотрудников ФКУ СИЗО-****, выходит ФИО1 с вещами.

В папке «Содержание в кам.**** Стеценко и Б.С.В.» имеются три папки, содержащие видеозаписи: в папке «7-44» на видеозаписи «этапка 4 2023_08_25 07_44_06» Б.С.В. занавешивает объектив видеокамеры в камере; в папке «9-46» на видеозаписи «этапка 4 2023_08_25 09_46_00» сотрудник ФКУ СИЗО-**** снимает кусок ткани, которым завешен объектив видеокамеры, между сотрудником, Б.С.В. и ФИО1 происходит разговор; в папке «10-39» на видеозаписи «этапка 4 2023_08_25 10_39_11» сотрудники ФКУ СИЗО-**** заходят в камеру, разводят по разным углам Б.С.В. и ФИО1, которые после обыска с вещами в сопровождении сотрудников покидают камеру (****);

- из протокола осмотра места происшествия следует, что был осмотрен банно-прачечный корпус ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми по адресу: г. Воркута, 

<

адрес>, в помещении для проведения обысков справа от входа под потолком прикреплена камера видеонаблюдения, к которой подключены провода для питания и передачи информации (****);

- постановлением от 10.01.2024 в отношении И.В.Д. и Е.А.Н. отказано в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием в их действиях составов преступлений, предусмотренных ст. 285, ст. 286 УК РФ, по событиям от 25.08.2023 с участием ФИО1 и Б.С.В. (****);

- из сообщения ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми от 21.01.2024 следует, что ФИО1 с 07.05.2023 содержится в ФКУ СИЗО-**** (****);

- согласно светокопии приказа врио начальника УФСИН России по Республике Коми ****-лс от 17.12.2020 И.В.Д. назначен на должность заместителя начальника учреждения ФКУ СИЗО**** УФСИН России по Республике Коми с 17.12.2020 (****), должностные обязанности регламентированы инструкцией (****);

- согласно светокопии приказа начальника УФСИН России по Республике Коми ****-лс от 27.04.2021 Е.А.Н. назначен на должность начальника оперативного отдела ФКУ СИЗО**** УФСИН России по Республике Коми с 27.04.2021 (****), должностные обязанности регламентированы инструкцией (****).

Документы, исследованные государственным обвинителем в томе 2 на л.д.**** не относятся к предмету доказывания и в соответствии со ст. 252 УПК РФ не приводятся приговоре. 

Заключением судебно-психиатрического эксперта **** от 27.02.2024 установлено, что ФИО1 в момент совершения преступления и в настоящее время каким-либо хроническим, слабоумием или иным болезненным состоянием психики не страдал и не страдает, клинически значимых расстройств психической деятельности не выявлено. ФИО1 в отношении инкриминируемого деяния мог в момент совершения инкриминируемого и может в настоящее время в полной мере осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, не нуждается в принудительных мерах медицинского характера (****). Исходя из заключения эксперта, суд приходит к выводу, что ФИО1 вменяем в отношении инкриминируемого деяния. 

Исследовав все доказательства в совокупности, признав их допустимыми и достаточными, суд находит вину подсудимого ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления, доказанной, при обстоятельствах, указанных в описательной части приговора. 

Из доказательств, предоставленных стороной обвинения и исследованных в судебном заседании следует, что ФИО1 и Б.С.В. содержались в помещении ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми, где в силу требований ч. 1 ст. 34 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (далее Федеральный закон от 15.07.1995 № 103-ФЗ) в целях осуществления надзора использовалась видеотехника. В соответствии со ст. 36 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ подозреваемые и обвиняемые обязаны соблюдать порядок содержания под стражей, установленный настоящим Федеральным законом и Правилами внутреннего распорядка.

Приказом Минюста России от 04.07.2022 № 110 утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (далее - Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов).

В соответствии с п. 11.19 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов подозреваемым и обвиняемым запрещается закрывать объективы камер видеонаблюдения, используемых в целях осуществления надзора, воздействовать на их работу.

Сотрудники ФКУ СИЗО-**** и свидетель Б.С.В. пояснили, что 25.08.2023 Б.С.В. неоднократно закрывал камеру тряпкой, препятствуя видеонаблюдению, не реагируя на законные требования сотрудников ФКУ СИЗО-****, при этом высказывал угрозы повреждения имущества следственного изолятора и причинения вреда здоровью. 

Решение о проведении полного личного досмотра Б.С.В. и ФИО1 было принято на основании п. 343.8 Правил внутреннего распорядка и.о. начальника ФКУ СИЗО - **** в виду наличия оснований полагать наличие у осужденных к лишению свободы Б.С.В. и ФИО1 запрещенных в СИЗО вещей и предметов.

Из акта обыска осужденного Б.С.В. следует, что было обнаружено лезвие. 

В Перечень предметов, которые осужденным к лишению свободы запрещается иметь при себе включены лезвия для безопасных бритв (**** 17 Приложения N 3 к Правилам внутреннего распорядка).

Таким образом, сотрудники ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми 25.08.2023 действовали законного и обоснованно. 

Свидетели – сотрудники ФКУ СИЗО-**** и Б.С.В. пояснили, что 25.08.2023 в отношении ФИО1 и Б.С.В. сотрудниками СИЗО насилие не применялось. Из сведений, предоставленных филиалом «****» ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, следует, что у ФИО1 при осмотре 25.08.2023 телесных повреждений не обнаружено, а Б.С.В. за медицинской помощью, в том числе по поводу причинения телесных повреждений, после 25.08.2023 не обращался. В журнале **** учёта применения физической силы и специальных средств ФКУ СИЗО**** УФСИН России по Республике Коми не зарегистрировано применение физической силы и специальных средств к Б.С.В. и ФИО1 за весь период их пребывания в ФКУ СИЗО**** УФСИН России по Республике Коми. 

Таким образом, установлено, что 25.08.2023 сотрудники ФКУ СИЗО- **** УФСИН России по Республике Коми не применяли физическую силу и специальные средства в отношении Б.С.В. и ФИО1 

На личном приёме подсудимый ФИО1 сообщил сотруднику прокуратуры заведомо ложные сведения о применении должностными лицами-сотрудниками ФКУ СИЗО- **** УФСИН России по Республике Коми 25.08.2023 физической силы и специальных средств в отношении Б.С.В. и ФИО1, изложив данные события в объяснении. 

Из объяснения ФИО1 от 26.09.2023 следует, что последний был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 306 УК РФ. В судебном заседании подсудимый, не отрицая, наличие своих подписей в объяснении, пояснил, что был фактически предупреждён по ст. 307 УК РФ. 

Сторона защиты, указав, что подсудимый не был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 306 УК РФ, просила оправдать последнего.

Довод подсудимого о том, что он не давал пояснения, они были переписаны с его письма, что не читал текст объяснения, опровергается оглашенными показаниями подсудимого ФИО1, данными на предварительном следствии, и собственноручными записями ФИО1 в объяснении дополнений о неправомерных действиях И.В.Д., что подтверждает ознакомление с текстом объяснения и его дополнении существенными, по мнению ФИО1, сведениями, имеющими отношении к событию. 

Довод подсудимого об уничтожении видеозаписи его и Б.С.В. полного личного досмотра, основан на предположении. В силу п. 342 Правил внутреннего распорядка при полном личном досмотре для обеспечения приватности в помещении при использовании в ИУ аудиовизуальных, электронных и иных технических средств надзора и контроля устанавливаются ширмы. Личный полный обыск осужденного к лишению свободы проводится за ширмой. 

Довод подсудимого об отключении стационарной камеры опровергается видеозаписью помещения БПК, где проводился полный обыск ФИО1 и Б.С.В.

Довод подсудимого о предоставлении записи не от 25.08.2023, а другого числа, опровергается показаниями свидетеля Б.С.В., который пояснил, что совместно со ФИО1 был подвергнут полному досмотру в ФКУ СИЗО- **** лишь единожды.

Указанная в объяснении от 26.09.2023 дата события 24.08.2023 не свидетельствует о невиновности подсудимого, поскольку по делу достоверно установлена дата события, когда был проведен полный досмотр Б.С.В. и ФИО1 – 25.08.2023, принимая во внимание, что такой обыск в отношении указанных лиц проводился только один раз. 

ФИО1 обвинил должностных лиц ФКУ СИЗО**** УФСИН России по Республике Коми И.В.Д. и Е.А.Н. в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 286 УК РФ, которое в соответствии с ч. 4 ст. 15 УК РФ относится категории тяжких. 

Поскольку в обвинении допущена техническая ошибка и неверно указана дата 05.07.2022 приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 04.07.2022 № 110, суд считает возможным уточнить обвинение, что не влияет на его существо и объем, не нарушает право на защиту подсудимого и не ухудшает его положение. 

Суд квалифицирует действия ФИО1 по ч. 2 ст. 306 УК РФ, как заведомо ложный донос о совершении преступления, соединённый с обвинением лица в совершении тяжкого преступления.

При назначении наказания подсудимому ФИО1 суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося в соответствии со ст. 15 УК РФ к категории небольшой тяжести, обстоятельства его совершения, личность подсудимого, который характеризуется по месту жительства удовлетворительно, по месту содержания в ФКУ СИЗО-**** УФСИН России по Республике Коми отрицательно, свидетелями С.М.М. и С.Н.В. положительно, к административной ответственности не привлекался, на учёте у врачей нарколога и психиатра не состоит, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого.

Обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого, суд, в соответствии с п. «Г» ч. 1 ст. 61 УК РФ признаёт наличие малолетнего ребёнка, что следует из показаний свидетелей С.Н.В. и С.М.М. (****), не доверять которым нет оснований.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ суд признаёт обстоятельством, смягчающим наказание, состояние здоровья подсудимого, имеющего хроническое заболевание (****) и уход за близким родственником, являющимся инвалидом. 

Принесение извинений потерпевшему Е.А.Н. в судебном заседании свидетельствуют об отношении подсудимого к содеянному, и не является достаточным основанием для признания обстоятельством, смягчающим наказание, предусмотренным п. «К» ч.1 ст. 61 УК РФ, совершение иных действий, направленных на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему.

Основания для признания обстоятельством, смягчающим наказание, активного способствования расследованию преступления, отсутствуют, поскольку признание вины, без сообщения сведений, ранее не известных правоохранительным органам, не является активным способствованием, принимая во внимание, что обстоятельства события преступления, совершенного в условиях очевидности, были известны правоохранительным органам. 

Обстоятельством, отягчающим наказание, суд в соответствии с п. «А» ч. 1 ст. 63 УК РФ признает в действиях подсудимого наличие рецидива преступлений (приговоры от 06.02.2019 и 27.04.2023), который в силу правил ч. 1 ст. 18 УК РФ, является простым. 

С учётом вышеизложенного, данных, характеризующих личность подсудимого, наличие совокупности смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, его состояния здоровья, принимая во внимание, что предыдущие наказания не достигли цели исправления подсудимого, суд приходит к выводу, что его исправление и предупреждение совершения им новых преступлений невозможно без изоляции от общества, и к нему необходимо применить наказание в виде лишения свободы с учётом правил, предусмотренных ч. 2 ст. 68 УК РФ, поскольку такое наказание будет способствовать достижению целей социальной справедливости, принимая во внимание, что назначенное в отношении него наказание не скажется существенным образом на условиях жизни семьи подсудимого, принимая во внимание, что малолетний ребёнок подсудимого и его супруга находятся на попечении С.Н.В., с которой совместно проживают. 

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершения преступления, поведением виновного во время и после совершения преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного и дающих основания для применения положений ст. 64 УК РФ, не установлено.

Оснований для применения правил ч. 3 ст. 68 УК РФ, и назначения менее строгого наказания, судом не установлено. 

Поскольку в действиях подсудимого ФИО1 судом признано наличие обстоятельства, отягчающего наказание, принимая во внимание обстоятельства дела и данные, характеризующие личность подсудимого, совершившего преступления в период не снятых и не погашенных в установленном законом порядке судимостей, у суда отсутствуют основания для применения правил, предусмотренных ст.ст. 53.1, 73 УК РФ. 

Поскольку в действиях подсудимого ФИО1 установлен рецидив преступлений, ранее он отбывал наказание в виде лишения свободы, в соответствии с п. «В» ч. 1 ст. 58 УК РФ видом исправительного учреждения подсудимому ФИО1 назначить исправительную колонию строгого режима. 

Процессуальные издержки за защиту подсудимого ФИО1 по назначению на стадии предварительного следствия адвокатом Гречко Н.С. в размере 19 752 рубля подлежат взысканию с подсудимого, который в назначенные дни от услуг защитника не отказывался, является трудоспособным, хроническими заболеваниями, препятствующими его трудоустройству, не страдает. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 306 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 01 (один) год. 

В соответствии с ч. 2 и ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения наказания, назначенного настоящим приговором и наказания, назначенного приговором Печорского городского суда Республики Коми от 23 июля 2024 года, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком на 06 (шесть) лет с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 3 года. 

Местом отбытия наказания в виде лишения свободы определить исправительную колонию строгого режима. 

На апелляционный период осужденному ФИО1 избрать меру пресечения в виде заключения под стражу, взяв под стражу в зале суда.

Срок наказания в виде лишения свободы осужденному ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «А» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть в срок лишения свободы ФИО1 время содержания под стражей с 12 августа 2024 года до дня вступления приговора в законную силу и по приговору Печорского городского суда Республики Коми от 23.07.2024 с 27 апреля 2023 года по 11 августа 2024 года из расчёта один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

В соответствии с ч. 2 ст. 33 УИК РФ срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, исчислять со дня освобождения осужденного ФИО1 из исправительного учреждения.

Взыскать со ФИО1 процессуальные издержки в размере 19 752 (девятнадцать тысяч семьсот пятьдесят два) рубля в доход федерального бюджета

Вещественные доказательства: оптический диск – хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в Верховный Суд Республики Коми в течение 15 суток с момента его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, с момента вручения копии приговора, путём подачи жалобы через Воркутинский городской суд Республики Коми. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Данное ходатайство также может быть заявлено осужденным в возражениях на жалобу, представление, принесёнными другими участниками процесса, которое может быть подано в срок, установленный судом согласно требованиям ст. 389.7 УПК РФ.

Председательствующий: О.Д. Чекате