Мотивированное 

решение

 изготовлено 27 августа 2019 года.

Гражданское дело № ******.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>

Октябрьский районный суд 

<

адрес> в составе председательствующего судьи Дряхловой Ю.А.

при секретаре ФИО3, 

с участием представителя истца ФИО4,

ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Акционерного общества «УКЗ» к ФИО1 о взыскании материального ущерба с работника, 

УСТАНОВИЛ:

АО «УКЗ» обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании денежных средств.

В обоснование своих требований указало, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 работал в АО «УКЗ» в должности ведущего специалиста по продажам. Приказом от ДД.ММ.ГГГГ Ответчик переведен на должность заместителя коммерческого директора по нефтегазовому оборудованию. ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ответчиком расторгнут по инициативе работника, работник уволен с ДД.ММ.ГГГГ. В период действия трудового договора ФИО1 неоднократно направлялся в командировки. За период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 были выданы командировочные расходы в общей сумме 1023492 рубля. В соответствии с авансовыми отчетами, Ответчик отчитался и подтвердил расходование денежных средств на сумму 790897 рублей 83 копейки, а также вернул не потраченные подотчетные денежные средства в сумме 177450 рублей. Таким образом, ответчик не вернул и не отчитался за денежные средства в сумме 55144 рубля 17 копеек, что является ущербом работодателя. На основании изложенного, просят взыскать с ФИО1 задолженность в сумме 55144 рубля 17 копеек, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 1854 рубля 00 копеек.

В судебном заседании представитель истца ФИО4 заявленные требования поддержала, суду пояснила, что недостача образовалась за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 не в полном объеме возвращал полученные им денежные средства и отчитывался за них. Указанная недостача была обнаружена только в марте 2019 года, после того, как стали закрывать финансовый год. Направили ФИО1 требования о возврате денежных средств. Требование осталось без удовлетворения. С учетом изложенного, просила заявленные требования удовлетворить.

Ответчик ФИО1 заявленные требования не признал. Суду пояснил, что действительно он состоял в трудовых отношениях с истцом, последовательно занимая должности ведущего специалиста по продажам, заместителя коммерческого директора по нефтегазовому оборудованию. Он неоднократно направлялся в командировки, за подотчетные денежные средства он всегда отчитывался в полном объеме в течение трех дней после возвращения из командировки. Неизрасходованные денежные средства он всегда возвращал. Заявление об увольнении им было написано в январе 2019 года, он отработал положенное время и с ДД.ММ.ГГГГ уволился. При увольнении он подписал обходной лист, в соответствии с которым никаких претензий к нему со стороны работодателя, включая отдел бухгалтерии, не было. При увольнении он получил расчет. Никаких претензий от работодателя до настоящего судебного заседания он не получал и к нему не поступало. О наличии какого-либо ущерба он не знал. Какие-либо проверочные мероприятия по указанному вопросу не проводились, с него объяснения не отбирались. Полагал, что ответчиком пропущен срок исковой давности по взысканию ущерба, по доводам истца ущерб причинен в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, тогда как с настоящим иском они обратились только ДД.ММ.ГГГГ. В связи с чем, просил в удовлетворении требований отказать.

Заслушав пояснения представителя истца, ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено и сторонами не оспаривалось, что ДД.ММ.ГГГГ между АО «УКЗ» и ФИО1 заключен трудовой договор № ****** от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым ФИО1 принят на должность ведущего специалиста по продажам в коммерческую дирекцию (п.1.1 Трудового договора), что также подтверждается приказом о Приеме работника на работу № ******/к от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с Дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ к трудовому договору № ****** от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 переведен на должность заместитель коммерческого директора по нефтегазовому оборудованию, Коммерческая дирекция, что также подтверждается приказом о переводе работника № ******/к от ДД.ММ.ГГГГ.

Приказом о прекращении (расторжении) трудового договора с работником № ******/к от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 уволен с должности заместителя коммерческого директора по нефтегазовому оборудованию на основании п.3 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации с ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии со ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право привлекать работников к материальной ответственности в порядке, установленном данным Кодексом и иными федеральными законами.

Согласно ст. 233 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Работник согласно ч. 1 ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб.

Понятие прямого действительного ущерба раскрывается в части 2 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации, - под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Как следует из положений ч. ч. 1 и 2 ст. 242 Трудового кодекса Российской Федерации полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Пунктом 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснено, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Статьей 56 ГПК РФ определено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались, а в соответствии со ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Таким образом, из содержания указанных правовых норм в их системной взаимосвязи следует, что бремя доказывания факта причинения работником работодателю ущерба в результате ненадлежащего исполнения трудовых обязанностей лежит на работодателе.

В обоснование своих требований представитель АО «УКЗ» ссылается на авансовые отчеты, платежные поручения, приходные кассовые ордера, в соответствии с которыми ФИО1 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ получил в качестве командировочных расходов подотчетные денежные средства в общей сумме 1023492 рубля, из который авансовыми отчетами расходование подтверждено в сумме 790897,83 рубля, возвращено в кассу предприятия – 177450 рублей.

Таким образом, размер задолженности ответчика перед истцом, по мнению ответчика, составляет 1023492 – 790897,83 – 177450= 55144 рубля 17 копеек.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 1 Постановления от ДД.ММ.ГГГГ № ****** "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснил, что в силу ч. 1 ст. 232 ТК РФ обязанность работника возместить причиненный работодателю ущерб возникает в связи с трудовыми отношениями между ними, поэтому дела по спорам о материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю, в том числе в случае, когда ущерб причинен работником не при исполнении им трудовых обязанностей (п. 8 ч. 1 ст. 243 ТК РФ), в соответствии со ст. 24 ГПК РФ подлежат разрешению в соответствии с положениями раздела XI "Материальная ответственность сторон трудового договора" ТК РФ. По этим же правилам рассматриваются дела по искам работодателей, предъявленным после прекращения действия трудового договора, о возмещении ущерба, причиненного работником во время его действия, которые, как следует из ч. 2 ст. 381 ТК РФ, являются индивидуальными трудовыми спорами.

В соответствии со ст. 247 ТК РФ обязанность установления точного размера ущерба, причиненного работником, возлагается на работодателя. При этом, в силу ч. 1 ст. 247 ТК РФ, до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

В судебном заседании установлено и сторонами не оспаривалось, что ФИО1 уволен приказом от ДД.ММ.ГГГГ с ДД.ММ.ГГГГ. 

При увольнении ФИО1 подписал Справку от ДД.ММ.ГГГГ о несданных материальных ценностях, в соответствии с которой несданных материальных ценностей у ФИО1 нет, задолженность, в том числе перед Бухгалтерией (208 каб.), отсутствует, что подтверждается подписью должностного лица бухгалтерии, поставленной ДД.ММ.ГГГГ.

В материалы дела представлен Приказ от ДД.ММ.ГГГГ № ****** «О проведении служебной проверки», из которого следует, что на карточке счета 71.1 выявлена задолженность бывшего работника АО «УКЗ» ФИО1 по подотчетным средствам в размере 55144 рубля 17 копеек, в связи с чем необходимо сформировать комиссию для проведения служебной проверки.

К данному Приказу суд относится критически, поскольку в нем отсутствует дата (период) в какой была выявлена указанная задолженность.

Как следует из Акта служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ, комиссией проверены заявки на расходование денежных средств, платежные поручения, авансовые отчеты, приходные кассовые ордера за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Установлена задолженность в сумме 55144 рубля 17 копеек. Заключение проверки: ФИО1 причинен материальный ущерб на сумму 55144 рубля 17 копеек.

В соответствии с ч. 2 ст. 247 ТК РФ, истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Из буквального толкования ст. 247 Трудового кодекса Российской Федерации усматривается, что работодатель обязан провести проверку причин образования материального ущерба, в ходе которой обязан запросить у работника объяснения, то есть объяснения работника запрашиваются в период проведения проверки.

Как следует из материалов дела проверка, работодателем начата ДД.ММ.ГГГГ и окончена ДД.ММ.ГГГГ, по итогам составлен акт, в котором содержится заключение, что ФИО1 причинил материальный ущерб АО «УКЗ» в сумме 55144,17 руб. Объяснения от ФИО1 в указанный период времени не запрашивались.

К составленному от ДД.ММ.ГГГГ акту об отказе от дачи объяснений, из которого следует, что бывший работник АО «УКЗ» ФИО1 уведомленный по телефону отказался дать объяснения в письменном виде, суд также относится критически, поскольку запрос каких-либо объяснений от работника посредство телефонной связи нормами Трудового кодекса РФ не предусмотрено, так же как и не предусмотрен телефонный отказ работника от дачи объяснений.

К письму от ДД.ММ.ГГГГ в адрес ФИО1 с требование возместить материальный ущерб, суд также относится критически, поскольку в указанном письме письменные объяснения от ФИО2 не запрашивались. 

По мнению суда, с учетом имеющейся в материалах дела Справки о несданных материальных ценностях, подписанных от имени истца начальником подразделения, а также ОИТ, специалистом по кадрам, учебным центром, бюро пропусков, юр.бюро, бухгалтерией, ДД.ММ.ГГГГ, доводы представителя истца ФИО4 относительно того, что в феврале 2019 года, при увольнении ответчика, проверка сдачи материальных ценностей проведена ненадлежащим образом и только поэтому не выявила недостачу материальных ценностей, свидетельствуют об отсутствии оснований для удовлетворения требований, с учетом положений ст. ст. 233, 238, 247 Трудового кодекса Российской Федерации.

Кроме того, ФИО1 заявил срок исковой давности.

В соответствии со статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции действовавшей на момент расторжения трудового договора между сторонами) работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба. Установив, что срок обращения в суд пропущен без уважительных причин, судья принимает решение об отказе в иске именно по этому основанию. При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой и второй настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

В силу ч. 4 ст. 248 Трудового кодекса РФ работник, виновный в причинении ущерба работодателю, может добровольно возместить его полностью или частично. По соглашению сторон трудового договора допускается возмещение ущерба с рассрочкой платежа. В этом случае работник представляет работодателю письменное обязательство о возмещении ущерба с указанием конкретных сроков платежей. В случае увольнения работника, который дал письменное обязательство о добровольном возмещении ущерба, но отказался возместить указанный ущерб, непогашенная задолженность взыскивается в судебном порядке.

Согласно ст. 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности, при этом, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения, а истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу требований ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются настоящим Кодексом и иными законами.

Таким образом, из содержания указанных норм права в их системной взаимосвязи следует, что специальный срок исковой давности, установленный ст. 392 Трудового кодекса РФ, по спорам о возмещении работником ущерба причиненного работодателю, в случае заключения сторонами трудового договора соглашения предусмотренного ч. 4 ст. 248 Трудового кодекса РФ, исчисляется с момента, когда работодатель узнал о нарушении работником условий названного соглашения, то есть, если названным соглашением предусмотрено, что в случае увольнения работник обязан возместить ущерб причиненный работодателю в полном объеме до увольнения, данный срок исчисляется со дня, следующего за днем увольнения указанного работника (данная правовая позиция изложена Верховным Судом РФ в Определении от ДД.ММ.ГГГГ по делу N 48-В10-5), однако если названного соглашения между сторонами трудового договора не заключалось указанный срок исчисляется со дня, когда работодатель узнал или должен был узнать и причинении ему работником соответствующего имущественного вреда.

Как установлено в судебном заседании, в вину ответчику ФИО1 заявляется материальный ущерб, причиненный в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Вместе с тем, с настоящим иском АО «УКЗ» обратилось только ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем истцом пропущен годичный срок для взыскания ущерба за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Судом отклоняются доводы представителя истца о том, что о выявленном ущербе работодатель узнал только ДД.ММ.ГГГГ, поскольку как поясняет сам же представитель истца, после возвращения из командировки ФИО1 сдавал авансовые отчеты своевременно.

АО «УКЗ» является юридическим лицом, имеет в своем штате отдел бухгалтерии, соответственно специалисты указанного отдела в силу своих должностных обязанностей, при наличии каких-либо недостач денежных средств при проверке авансового отчета, обязаны были указанную недостачу выявить. Однако, указанное сделано не было, в связи с чем суд полагает, что работодателем не доказан факт причинения ФИО1 материального ущерба АО «УКЗ» в сумме 55144 рубля 17 копеек.

С учетом изложенного, суд полагает, что заявленные требования удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Иск Акционерного общества «УКЗ» к ФИО1 о взыскании материального ущерба с работника - оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд 

<

адрес>.

Председательствующий Ю.А. Дряхлова