34OS0000-01-2020-000316-39 Дело № 2/5-2021 (2/22-2020)

П Р И Г О В О Р

именем Российской Федерации

14 января 2021 года город Волгоград 

Волгоградский областной суд в составе:

председательствующего Туленкова Д.П., 

при ведении протокола судебного заседания секретарём Ермаковой М.В. и помощником судьи Манжосовой С.А.,

с участием государственных обвинителей — прокуроров отдела прокуратуры Волгоградской области Антимировой Н.С. и ФИО1,

потерпевших Т.М.М., Т.В.И. и Т.А.В., 

переводчика ФИО2, 

подсудимого ФИО3, 

его защитников – до 16 ноября 2020 года адвоката Пилипенко А.С., а в последующем адвоката Ивановской Н.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении 

ФИО3, родившегося 

<

.......>, 

судимого:

30 апреля 2003 года Тихорецким городским судом Краснодарского края с учётом постановления Чистопольского городского суда Республики Татарстан от 16 февраля 2004 года по пункту «в» части 2 статьи 132, пунктам «а, в» части 2 статьи 131, части 2 статьи 162 (в редакции от 8 декабря 2003 года), статье 119 Уголовного кодекса РФ к лишению свободы сроком на 13 лет, с отбыванием первых пяти лет в тюрьме, остальных в исправительной колонии строгого режима, освобождённого из мест лишения свободы по отбытии срока наказания 21 октября 2015 года;

24 мая 2016 года Центральным районным судом города Волгограда по пункту «в» части 3 статьи 158 Уголовного кодекса РФ к лишению свободы сроком на 3 года 6 месяцев в исправительной колонии строгого режима, освобождённого из мест лишения свободы по отбытии срока наказания 12 августа 2019 года,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 162 и статьёй 317 Уголовного кодекса РФ,

у с т а н о в и л:

ФИО3 совершил разбой с применением предметов, используемых в качестве оружия, а также посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа в целях воспрепятствования законной деятельности указанного лица по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, при следующих обстоятельствах. 

Около 13 часов 23 марта 2020 года ФИО4, находясь в состоянии алкогольного и наркотического опьянения, действуя из корыстных побуждений, с целью хищения чужого имущества зашёл вслед за потерпевшей Т.М.М. в подъезд дома 

<

адрес>. При этом ФИО4, удерживая потерпевшую за руку, продемонстрировал Т. имевшийся у него нож, и, угрожая применением насилия, опасным для её жизни и здоровья, потребовал передачи ему всего принадлежащего потерпевшей и находящегося при ней имущества. 

Испугавшись возможной реализации угрозы со стороны ФИО4 и не желая отдавать ему находившееся при ней и принадлежащее ей на праве собственности имущество, Т. оттолкнула ФИО4 от себя и спаслась от него бегством.

Примерно в 13 часов 30 минут этого же дня в ходе преследования потерпевшей ФИО4, увидев, что Т. обратилась за помощью к постороннему лицу, решил скрыться и с этой целью забежал на охраняемую территорию административного здания Управления экономической безопасности и противодействия коррупции ГУ МВД России по Волгоградской области, расположенного в 

<

адрес> по этой же улице. Здесь ФИО4 был задержан находившимся при исполнении служебных обязанностей в форменном обмундировании полицейским отдельной комендантской роты по охране объектов органов внутренних дел старшим сержантом полиции Т.В.В. и препровождён им в помещение контрольно-пропускного пункта, где Т. посредством телефонной связи вызвал наряд полиции для проверки и установления личности ФИО4.

В это время ФИО4, находясь в состоянии опьянения, желая воспрепятствовать законным действиям сотрудника полиции по его задержанию и инициированию расследования его неправомерных действий, а также избежать привлечения к уголовной ответственности за разбойное нападение на Т., имевшимся у него ножом с целью лишения жизни нанёс Т. удар в область сердца.

Этими действиями ФИО4 причинил Т. слепое проникающее колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки слева, с повреждением кожи, подкожно-жировой клетчатки, подлежащих мышц и вен, пристеночной плевры, перикарда, правого желудочка сердца, с кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани, осложнившееся развитием гиповолемического шока, и которое повлекло смерть потерпевшего на месте.

После этого ФИО4 с места происшествия скрылся, но через непродолжительное время был задержан в ходе поисковых мероприятий.

Подсудимый ФИО4 виновным себя в предъявленном ему обвинении признал частично, пояснив, что разбойное нападение на потерпевшую он не совершал и она оговаривает его под влиянием сотрудников полиции с целью легализовать действия погибшего Т., превысившего по его мнению свои должностные полномочия при его задержании, и которому он неумышленно нанёс удар ножом в ходе конфликта. Кроме того, он не доверяет показаниям потерпевшей Т., потому что она является гражданкой другого государства, проживающей в России без регистрации.

При этом ФИО4 показал, что в ночь на 23 марта 2020 года и утром в связи со смертью матери, наступившей за два дня до этого, он употреблял спиртные напитки и наркотические средства, в результате чего стал чувствовать себя неуверенно, всего бояться. Решив закурить, он, находясь во дворе одного из многоэтажных домов, попросил зажигалку у проходящей мимо Т., в ответ на что услышал нецензурную брань с её стороны. Он замахнулся на неё кулаком, но не ударил и, испугавшись возможного конфликта, стал убегать. При этом в подъезд он не заходил. Потерпевшая взяла кирпич и побежала за ним, что-то неразборчиво выкрикивая. В ходе преследования он пробежал под шлагбаумом, не понимая, что прошёл на охраняемую территорию с запретом свободного доступа. Кто-то сзади схватил его, держал одной рукой, другой рукой бил, затем сбил с ног и нанёс несколько ударов двумя руками по голове, в результате чего ему были причинены телесные повреждения. При этом он находился к нападавшему спиной и не оборачивался. Задержавший его мужчина, которым оказался Т., как он понял впоследствии, одетый в какую-то униформу, поднял его и повёл на пост, где посадил на стул, заставив опустить голову и не смотреть на него, а сам стал докладывать по телефону о его задержании. В связи с этим, а также по причине плохого зрения он не видел, что перед ним сотрудник полиции. Т. стал угрожать ему, на его просьбу выйти покурить ответил отказом, оскорблял, нецензурно выругался в его адрес, в связи с чем он был вынужден достать нож и предупредить Т., чтобы тот не подходил. Однако потерпевший двинулся по направлению к нему и в этот момент он взмахнул ножом, не целясь и без умысла на убийство. Движение носило маховый, рубящий характер справа-налево, нож он удерживал в правой руке. При этом он не видел и не понял, попал ли он ножом по потерпевшему. Выбежав из КПП, он добежал до рядом расположенной территории военкомата, сел под дерево, бросив рядом нож, после чего был задержан.

Вместе с тем, в ходе предварительного расследования по уголовному делу ФИО4 давал иные показания при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого, протоколы которых были оглашены в ходе судебного разбирательства.

Так, согласно протоколу допроса подозреваемого ФИО4 от 23 марта 2020 года утром этих же суток он находился в состоянии наркотического опьянения. Нуждаясь в денежных средствах для приобретения наркотиков, он решил отобрать их у кого-то с помощью ножа. На улице Землячки он увидел Т., за которой проследовал в третий подъезд дома 

<

адрес>. Находясь в подъезде дома, он, используя нож, стал требовать от Т. передать ему деньги, золото, мобильный телефон, а также иные ценности. Т. испугалась, стала кричать, звать на помощь, затем оттолкнула его от себя и выбежала из подъезда дома. Побоявшись быть задержанным, он стал убегать, и при этом видел, как Т. следовала за ним. Пробежав мимо шлагбаума, он хотел спрятаться за углом указанного здания, но к нему подошел одетый в форменное обмундирование сотрудник полиции Т. и сопроводил его на контрольно-пропускной пункт. В этот момент на КПП зашла Т., которая стала кричать и говорить, что он на неё напал. Т. по телефону вызвал других сотрудников полиции, сообщив им о его задержании. Понимая, что за совершение преступления его опять приговорят к лишению свободы, он достал имевшийся при нём нож и нанёс удар в грудь Т.. При этом он осознавал, что в результате этих действий может наступить смерть потерпевшего. Выбежав на улицу, он сел под дерево на территории военного комиссариата, где и был задержан (том 2, л.д. 171-175).

Как видно из протокола проверки показаний на месте с участием ФИО4 от 24 марта 2020 года, он показал, что не совершал разбойного нападения на ФИО5, которая стала преследовать его из-за произошедшего между ними конфликта. Он видел, что Т. был в форменном обмундировании, но подумал, что это охранник, а не сотрудник полиции. Желая припугнуть его и убежать, он махнул ножом и попал Т. куда-то в область туловища (том 2, л.д. 238-248).

При допросе в качестве обвиняемого 24 марта 2020 года ФИО4 показал, что разбойного нападения на Т. он не совершал, свою вину в посягательстве на жизнь сотрудника полиции признаёт. Он нанёс Т. удар ножом в область груди, опасаясь задержания и привлечения к уголовной ответственности (том 3, л.д. 20-24).

При дополнительном допросе в качестве обвиняемого 14 июля 2020 года ФИО4 пояснил, что на представленных ему видеозаписях с камер наблюдения он узнал себя, сотрудника полиции Т., который находился в форменном обмундировании, и Т.. Обнаруженные у него в ходе судебно-медицинского освидетельствования телесные повреждения причинены ему при задержании Т. (том 4, л.д. 82-84).

Как видно из протокола допроса обвиняемого ФИО4 от 28 июля 2020 года, виновным себя в полном объёме предъявленного обвинения он не признал и показал, что во время конфликта с Т. замахнулся на неё рукой, в связи с чем последняя стала преследовать его с кирпичом в руке. После того, как он пересёк шлагбаум, он был задержан сотрудником полиции Т., который причинил ему телесные повреждения, ударив несколько раз кулаком по лицу. При этом он не понимал, что Т. является сотрудником полиции, поскольку последний ему не представился, а лишь кричал, угрожая расправой. Кроме того, у него плохое зрение. Так как ему стало плохо, но Т. ответил отказом на его просьбу разрешить выйти на улицу, он вытащил нож и предупредил потерпевшего, что будет обороняться от его действий. Т. попытался отобрать нож и он, опасаясь за свою жизнь и здоровье, не целясь, нанёс потерпевшему удар ножом (том 4, л.д. 177-183).

В ходе судебного разбирательства ФИО4 заявил, что его показания на предварительном следствии при допросе в качестве подозреваемого являются самооговором, сделанным под психологическим и физическим воздействием сотрудников правоохранительных органов, которые применяли к нему насилие на протяжении 23 марта после задержания, в том числе с помощью электрошокера. Кроме того, по утверждению подсудимого, фактически с ним данный допрос не проводился и он подписал представленный им следователем готовый протокол допроса, не читая его.

Вместе с тем, по выводу суда, показания подсудимого ФИО4, данные им при допросе в ходе предварительного расследования в установленном уголовно-процессуальным законом порядке, в присутствии защитника, являются допустимыми и достоверными.

Материалы дела не содержат данных о даче показаний подсудимым под давлением сотрудников правоохранительных органов. Не нашло подтверждения это утверждение ФИО4 и при проверке в судебном заседании.

Так, показания ФИО4 от 23 марта 2020 года в качестве подозреваемого получены в присутствии защитника. При завершении допроса ФИО4 на вопрос следователя ответил, что давление со стороны сотрудников правоохранительных органов к нему не применялось и собственноручно сделал запись в конце протокола о верности записанных с его слов и прочитанных им показаний. Кроме того, утверждение подсудимого о том, что его допрос фактически не проводился, а он под принуждением подписал готовый протокол, опровергается содержанием данного процессуального документа. Как видно из текста протокола, ФИО4, наряду с обстоятельствами о событиях инкриминируемых ему деяний, сообщил следователю информацию и личного характера, которая последнему не могла быть известна, что также подтверждает добровольность этих показаний. Утверждение ФИО4 о том, что фактические обстоятельства исследуемых событий механически перенесены следователем в протокол его допроса из показаний допрошенной перед этим потерпевшей Т., опровергается тем фактом, что показания Т. и ФИО4 об обстоятельствах происшедшего имеют незначительные расхождения, в частности, при описании факта преследования подсудимым потерпевшей.

Заявление ФИО4 о даче им показаний под психологическим и физическим воздействием сотрудников правоохранительных органов было проверено в ходе судебного разбирательства, однако своего подтверждения не получило. Данное утверждение подсудимого опровергается как результатами процессуальной проверки, проведённой следственным органом в порядке статьей 144-145 УПК РФ, с вынесением по результатам рассмотрения сообщения ФИО4 о совершённом в отношении него преступлении постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, а также показаниями допрошенных по инициативе сторон в ходе судебного рассмотрения дела свидетелей – сотрудников правоохранительных органов С.А.М., Г.С.В., Д.Е.С, С.А.В., Д.С.В., Л.М.А.

Кроме того, при последующих допросах, за исключением окончания предварительного следствия, ФИО4 пояснял о добровольности данных им показаний, о том, что давление на него никем не оказывалось, по окончании допросов никаких замечаний ни он, ни его защитник не сделали, при этом ФИО4 собственноручно фиксировал в протоколе правильность записанных с его слов и прочитанных им показаний. 

В судебном заседании при просмотре видеозаписей проверки показаний ФИО4 на месте происшествия подсудимый обратил внимание суда и участников судебного разбирательства на имевшуюся у него 24 марта 2020 года ссадину под левым глазом, пояснив, что она произошла в результате побоев, нанесённых ему сотрудниками полиции.

Однако эта ссадина в скуловой области слева была отражена в заключении судебно-медицинского эксперта, который провёл освидетельствование ФИО4 23 марта 2020 года в 18 часов 10 мин., то есть до допроса ФИО4 в качестве подозреваемого и по пояснениям подсудимого в ходе предварительного следствия все телесные повреждения, зафиксированные экспертом, были получены им при задержании Т.. 

Таким образом, материалами дела и в ходе проведённых проверок на стадии предварительного следствия и в ходе судебного разбирательства утверждение подсудимого о даче им первоначальных показаний под принуждением сотрудников правоохранительных органов, подтверждения не получило.

По выводу суда показания ФИО4 на предварительном следствии, данные с соблюдением установленного уголовно-процессуальным законом порядка, являются допустимыми для доказывания обстоятельств, предусмотренных статьёй 73 Уголовно-процессуального кодекса РФ.

Изменение ФИО4 своей позиции по делу, а также отказ от ранее данных показаний расцениваются судом как способ защиты от предъявленного обвинения и ухода от ответственности.

Кроме того, первоначальные показания ФИО4 в качестве подозреваемого согласуются и подтверждаются иными исследованными в судебном заседании доказательствами в их совокупности, в связи с чем суд признаёт их достоверными.

Показания подсудимого в ходе дальнейшего производства по делу как на досудебной стадии, так и в ходе судебного разбирательства, в части, отличающейся по своему фактическому содержанию от показаний, данных им в качестве подозреваемого, суд полагает не соответствующими действительности и изменёнными подсудимым с целью защиты.

Кроме частичного признания ФИО4, его виновность в полном объёме предъявленного ему обвинения подтверждается следующими исследованными в судебном заседании доказательствами, представленными стороной обвинения.

Как показала в судебном заседании потерпевшая Т.М.М., около 13 часов 23 марта 2020 года, когда она зашла в подъезд 

<

адрес>, следом за ней зашёл ФИО4, который ногой придержал дверь и, схватив её за руку, развернул к себе лицом. Затем он, показав ей нож, пригрозил убийством, если она не отдаст находящееся при ней имущество, а именно, деньги, мобильный телефон, ценные вещи. Ей удалось оттолкнуть от себя ФИО4 и выбежать из подъезда дома на улицу. Спасаясь бегством от преследовавшего её подсудимого, она решила обратиться в правоохранительные органы и с этой целью проследовала в ближайшее подразделение органов внутренних дел, находящееся на этой же улице в 

<

адрес>. По пути она обратилась за помощью к прохожему, а ФИО4, увидев это, скрылся. Когда в 13 часов 30 минут она подошла к зданию полиции, то увидела, что около контрольно-пропускного пункта сотрудник полиции Т., находящийся в форменной одежде со знаками различия, удерживает ФИО4. Она сообщила Т., что у подсудимого имеется при себе нож, и он несколько минут назад совершил на неё нападение. Находясь в помещении КПП по приглашению Т., она видела, как он вызвал по телефону помощь, после чего сидящий на стуле ФИО4 вскочил, а Т. вскрикнул. ФИО4 выбежал из помещения КПП, держа в руке нож, и угрожая ей убийством. Т. со следами крови на груди попытался преследовать подсудимого, но не смог и вернулся на КПП, где упал и скончался.

Как видно из протокола проверки показаний с участием потерпевшей Т. от 9 июля 2020 года, она при выезде на места происшествий подтвердила и конкретизировала свои показания об обстоятельствах совершённого на неё нападения со стороны подсудимого, преследования им её, а также инцидента с участием сотрудника полиции Т. (том 4, л.д. 18-30).

Свидетель Г.С.В., оперуполномоченный отдела полиции № 3 УМВД России по г. Волгограду, в судебном заседании показал, что 23 марта 2020 года в ходе первоначальных проверочных мероприятий по заявлению Т. последняя сообщила ему о совершённом в отношении неё разбойном нападении со стороны ФИО4.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 23 марта 2020 года в ходе осмотра подъезда № 

<

адрес> 

<

адрес> потерпевшая Т. пояснила, что при входе в подъезд слева возле почтовых ящиков ФИО4, угрожая ножом, требовал от неё денежные средства, мобильный телефон и иные ценности (том 1, л.д. 201-206).

Согласно протоколам выемки и осмотра у потерпевшей Т. изъяты и осмотрены находившиеся при ней в момент нападения мобильный телефон марки «Samsung Galaxy A5», золотое и серебряные кольца, которые у неё требовал отдать ФИО4 (том 4, л.д. 10-12, 114-115, 118-119).

По заключениям эксперта-товароведа рыночная стоимость телефонного аппарата для сотовой связи марки «Samsung Galaxy A5» с учётом его фактического состояния составляет 5197 рублей 20 коп., рыночная стоимость золотого кольца 4809 рублей 51 коп., серебряного кольца 36 рублей 08 коп. (том 4 л.д. 44-50, 59-65).

Свидетель С.С.А. показала, что ранее состояла в браке с ФИО4. Примерно в 12 часов 23 марта 2020 года ей позвонил подсудимый, который судя по голосу был в состоянии сильного опьянения. Он сказал, что находится на улице Землячки и направляется домой. До этого она видела у ФИО4 складной нож.

Как показала в судебном заседании свидетель П.И.Н., знакомая подсудимого, вечером 22 марта 2020 года ФИО4 находился у неё дома и распивал с ней спиртные напитки. У него при себе находился нож – бабочка. Утром 23 марта 2020 года примерно в 07 часов 30 минут ФИО4 снова пришёл к ней домой и они продолжили распитие спиртного, после чего в 11 часов он покинул её место жительства, однако куда именно направился, ей не известно. 

Свидетель Т.Т.А., сотрудник Управления экономической безопасности и противодействия коррупции ГУ МВД России по Волгоградской области (далее по тексту – Управление экономической безопасности), показал, что примерно в 13 часов 30 минут 23 марта 2020 года увидел около контрольно-пропускного пункта сотрудника полиции Т., который пытался удержать убегавшего ФИО4. Он подбежал к Т., и тот успел ему сообщить, что ФИО4 нанес ему удар ножом. Потерпевшая также говорила ему, что до этого подсудимый совершил на неё нападение, угрожая ножом. 

Свидетель К.М.И.., полицейский комендантской роты, показала, что 23 марта 2020 года она несла службу на внутреннем посту административного здания Управления экономической безопасности. В этот день на внешнем посту КПП № 2 со стороны улицы Лесогорской контрольно-пропускной режим обеспечивал сотрудник комендантской роты Т., который ей позвонил и пояснил, что задержал мужчину, проникшего на территорию управления под шлагбаумом, и попросил доложить об этом дежурному. Во время доклада дежурному по Управлению на мониторе камер видеонаблюдения она увидела мужчину, выбегавшего с внешнего поста и Т., которая находилась рядом с КПП. 

Согласно оглашённым с согласия стороны защиты в судебном заседании показаниям свидетеля Ш.М.С., примерно в 13 часов 35 минут 23 марта 2020 года он подъехал к контрольно-пропускному пункту здания Управления экономической безопасности, около которого увидел Т., указавшую ему рукой на помещение КПП. Зайдя внутрь, он обнаружил на полу сотрудника полиции без признаков жизни (том 2, л.д. 49-51).

Как усматривается из протокола осмотра места происшествия от 23 марта 2020 года, на полу КПП № 2 административного здания Управления экономической безопасности по адресу: 

<

адрес>, обнаружен труп сотрудника полиции Т.В.В. с признаками насильственной смерти. В ходе осмотра места происшествия обнаружены и изъяты образцы вещества бурого цвета на предметах внутри и около контрольно-пропускного пункта; одежда и обувь Т.В.В. (том 1, л.д. 21-75). 

Свидетель А.А.Г. в судебном заседании показал, что, проходя мимо здания Управления экономической безопасности, стал очевидцем того, как подсудимый выбежал из контрольно-пропускного пункта, а потерпевшая Т. звала на помощь в связи с произошедшим убийством. Пройдя в помещение КПП, он обнаружил лежавшего на полу без признаков жизни сотрудника полиции со следами крови на обмундировании. В его присутствии Т. рассказала, что нападавший мужчина шёл за ней, угрожал ножом, требовал отдать деньги и украшения. В связи с этим она к кому-то обращалась за помощью по пути в подземном переходе, но помощь ей не оказали. Затем она дошла до здания полиции, и погибший сержант задержал подсудимого. При этом потерпевшая пояснила, что предупреждала полицейского о наличии у подсудимого ножа. 

По заключению судебно-медицинского эксперта смерть Т.В.В. наступила от слепого проникающего колото-резаного ранения передней поверхности грудной клетки слева, с повреждением кожи, подкожно-жировой клетчатки, подлежащих мышц и вен, пристеночной плевры, перикарда, правого желудочка сердца, с кровоизлияниями темно-красного цвета в окружающие мягкие ткани, осложнившиеся развитием гиповолемического шока. При экспертизе трупа Т.В.В. обнаружены следующие прижизненные повреждения: слепое проникающее колото-резаное ранение на передней поверхности грудной клетки слева, с повреждением кожи, подкожно-жировой клетчатки, подлежащих мышц и вен, пристеночной плевры, перикарда, правого желудочка сердца, с кровоизлияниями темно-красного цвета в окружающие мягкие ткани. Рана является колото-резаной и причинена плоским предметом, обладающим колюще-режущими свойствами, каковым мог быть однолезвийный клинок ножа, у которого обух П-образного профиля в поперечном сечении. Рана была причинена в результате одного ударного воздействия. Данное повреждение образовалось в период времени, исчисляемый от нескольких минут до 1-1,5 часов до времени наступления смерти, квалифицируется как причинившее тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни, состоит в прямой причинной связи со смертью. Раневой канал направлен спереди назад, горизонтально, несколько справа налево. Этиловый спирт в крови и моче трупа не обнаружен (том 1, л.д. 95-103). 

Свидетель Т.Ю.В., оперуполномоченный Управления экономической безопасности, показал, что 23 марта 2020 года из окна своего служебного кабинета увидел находившуюся около шлагбаума контрольно-пропускного пункта Управления кричавшую женщину. Придя на КПП, у входа в помещение на асфальте он увидел следы крови, а в помещении КПП лежащего на полу без признаков жизни одетого в форменную одежду сотрудника полиции Т.. В ходе розыскных мероприятий спустя непродолжительное время в этот же день он совместно с другими сотрудниками правоохранительных органов обнаружил ранее неизвестного мужчину, который прятался за деревом на территории райвоенкомата. 

Как усматривается из оглашённых в судебном заседании с согласия стороны защиты показаний свидетелей Р.А.Н. и К.К.Б., сотрудников патрульно-постовой службы полиции, прибыв на вызову на место убийства Т., в ходе преследования они обнаружили и задержали на территории райвоенкомата ФИО4, рядом с которым был обнаружен лежавший в листве нож (том 2, л.д. 116-118, 120-122).

Изъятие и осмотр ножа раскладного ножа типа «бабочка» на территории военного комиссариата по адресу: 

<

адрес>, было оформлено протоколами осмотра места происшествия от 23 марта 2020 года и протоколом осмотра предметов от 9 июня 2020 года (том 1, л.д. 104-118; том 3, л.д. 158-161).

В ходе судебного разбирательства свидетель С.С.А., отвечая на вопрос государственного обвинителя, подтвердила, что на представленной ей фотографии № 4 - приложению к протоколу осмотра предметов от 9 июня 2020 года (т. 3, л.д. 160) - изображён нож, который она видела у ФИО4.

По заключению эксперта-криминалиста исследованная рана на участке кожи от трупа Т.В.В. по своему характеру является колото-резаной. Механизм её образования связан с воздействием односторонне острого клинка ножа, имеющего: П-образный профиль сечения обушка толщиной около 1,3-1,5 мм с незначительно выраженным рассекающим свойством рёбер (более выраженного у правого ребра); хорошо выраженное острие; затупленную режущую кромку лезвия; максимальную ширину погружённой части клинка (с учетом 15% сокращения длины раны после восстановления и уменьшения её длины после образования) около 16-18 мм. У клинка, представленного на экспертизу ножа, имеются сходные с указанными выше конструктивные особенности. Данное сходство было подтверждено в ходе проведенного экспериментального исследования, что служит основанием для положительного вывода о возможности образования колото-резаной раны у Т.В.В. от воздействия клинком представленного на экспертизу ножа (том 3, л.д. 107-110). 

Согласно заключению эксперта-биолога на клинке ножа, представленного на экспертизу, выявлены следы крови человека, которые произошли от Т.В.В. На рукоятке указанного ножа выявлены следы пота, которые произошли от ФИО3 (том 2, л.д. 200-206).

На стадии досудебного производства по делу изъяты видеорегистратор и диск с фрагментами видеозаписей с видеокамер, расположенных на территории Управления экономической безопасности, от 23 марта 2020 года, как это видно из протокола выемки (том 2, л.д. 130-136).

При просмотре в судебном заседании фрагментов видеозаписей, зафиксировавших исследуемые судом события с различных ракурсов, установлено следующее. В 13 часов 30 мин. 23 марта 2020 года на территорию Управления, наклонившись под шлагбаумом, расположенного у контрольно-пропускного пункта, пробежал мужчина, которого стал преследовать сотрудник полиции, выбежавший из контрольно-пропускного пункта. Мужчина дважды обернулся и посмотрел на работника полиции, одетого в форменное обмундирование со знаками различия и специальным снаряжением, но не остановился и продолжил убегать. В 13 часов 31 мин. сотрудник полиции нагнал и задержал мужчину, оказавшего ему активное сопротивление. Мужчина, упираясь, фактически затащил за собой удерживавшего его двумя руками за плечи сотрудника полиции за угол здания вне зоны действия видеокамер. При этом лицом мужчина был обращён к сотруднику полиции. Через 4 секунды сотрудник полиции вывел задержанного и продолжавшего упираться мужчину из-за угла, по-прежнему удерживая его двумя руками за плечи, после чего они проследовали к контрольно-пропускному пункту и сразу же со стороны улицы на КПП зашла женщина. Сотрудник полиции забрал у неё из руки камень и положил его на пол помещения. В 13 часов 32 мин. мужчина, удерживая нож в руке, выбежал из помещения КПП и, пробежав под шлагбаумом на улицу, скрылся.

Участники судебного разбирательства со стороны обвинения и защиты, а именно потерпевшие Т.М.М., Т.В.И. и подсудимый ФИО3, каждый в отдельности, идентифицировали изображённых на видеоматериале лиц как сотрудника полиции Т.В.В., потерпевшую Т.М.М. и подсудимого ФИО3

Таким образом, из видеоматериалов, объективно зафиксировавших исследуемые судом события, усматривается, что события за углом здания, куда ФИО4 затащил Т. в процессе оказания сопротивления последнему, продолжались скоротечно, не более 4 сек., и при этом Т. удерживал вырывавшегося ФИО4 обоими руками за плечи.

Как пояснила в суде свидетель К.М.И. сотрудник полиции, за углом здания находится «слепая» зона, не охватываемая видеокамерами наблюдения.

По заключению судебно-медицинского эксперта 23 марта 2020 года в 18 часов 10 минут было проведено освидетельствование ФИО4, в ходе которого у последнего обнаружены телесные повреждения – ссадина в скуловой области слева, ссадина в области угла нижней челюсти слева и кровоподтёк на участке от правой заушной области до яремной вырезки, которые образовались в результате ударного воздействия тупого предмета или при ударе о таковые в пределах 12 часов до времени производства экспертизы, и расцениваются как не причинившие вреда здоровью. По пояснениям, данным ФИО4 эксперту при освидетельствовании, он убил сотрудника полиции, находился «под солью», ударил ножом-бабочкой наотмашь (том 2, л.д. 191-192).

Согласно протоколу выемки у подозреваемого ФИО4 изъяты джинсовые брюки, куртка, спортивная кофта, туфли черного цвета, мобильный телефон марки «Digma», ключ (том 2, л.д. 178-183). 

По заключению эксперта-биолога на форменной куртке, рубашке, футболке, брюках, поясном ремне, трусах, галстуке, одном из носков и туфлях Т.В.В., а также куртке ФИО4, в смывах с помещения КПП, изъятых при осмотре места происшествия, имеется кровь человека, которая могла произойти от Т.В.В. (том 2, л.д. 213-220).

Свидетель К.А.С., заместитель командира отдельной комендантской роты по охране объектов ОВД ГУ МВД России по Волгоградской области, показал, что его подчинённый старший сержант полиции Т. 23 марта 2020 года находился при исполнении своих должностных обязанностей по охране административного здания Управления экономической безопасности на контрольно-пропускном пункте № 2. При задержании лица, проникшего на территорию охраняемого объекта, Т. поступил согласно своим должностным обязанностям, задержав нарушителя и доложив о случившемся по команде. Т. нёс службу в форменной одежде сотрудника полиции со специальными знаками отличия. При себе у Т. имелся пистолет в кобуре на поясе, а также резиновая палка и наручники.

Согласно выписке из приказа начальника ГУ МВД России по Волгоградской области № 4274 л/с от 08 ноября 2013 года старший сержант полиции Т.В.В. переведён на должность полицейского отдельной роты (комендантской) по охране объектов органов внутренних дел ГУ МВД России по Волгоградской области (том 2, л.д. 91). 

Как усматривается из постовой ведомости расстановки патрульно-постовых нарядов ОВД, полицейский отдельной роты (комендантской) по охране объектов ОВД ГУ МВД России по Волгоградской области Т.В.В. находился на службе с 08 часов 00 минут 23 марта 2020 года (том 1, л.д. 92-94). 

В соответствии с должностным регламентом (должностной инструкцией) полицейский отдельной роты (комендантской) по охране объектов ОВД ГУ МВД России по Волгоградской области должен предотвращать и пресекать преступления и административные правонарушения, принимать меры по задержанию лиц, их совершивших, выявлять обстоятельства, способствующие их совершению, и в пределах своих прав принимать меры к устранению данных обстоятельств. Ему запрещается осуществлять допуск на территорию охраняемого объекта лиц без пропуска. служебного удостоверения либо документов, удостоверяющих личность (том 2, л.д. 96-101).

Согласно служебной характеристике Т.В.В. за время службы зарекомендовал себя с положительной стороны как исполнительный, дисциплинированный и инициативный сотрудник. По характеру спокоен, уравновешен. В обращении с гражданами вежлив, выдержан (том 2, л.д. 89).

По заключению служебного расследования смерть старшего сержанта полиции Т.В.В. наступила при выполнении служебных обязанностей (том 2, л.д. 105-113).

Потерпевший Т.В.И., отец погибшего, в своих показаниях в судебном заседании также охарактеризовал сына исключительно с положительной стороны, как доброго и отзывчивого, трудолюбивого человека, добросовестно исполнявшего свои служебные обязанности. У сына остались двое малолетних детей, один из которых родился после его гибели.

Потерпевшая Т.А.В., сестра Т.В.В., показала, что вместе с братом проходила службу в органах внутренних дел и смертью погибшего его родственникам причинён невосполнимый моральный вред.

Согласно заключению комиссии экспертов-психиатров ФИО4 обнаруживает признаки психических расстройств в форме смешанного расстройства личности и синдрома зависимости вследствие сочетанного употребления нескольких психоактивных веществ (полинаркомания) (код по МКБ-10 F 61 и F 19.2). Указанное подтверждается сведениями о развитии с детства личности с пренебрежением социальными правилами и обязанностями, низкой толерантностью к фрустрациям, манкированием учёбой, демонстративностью, эмоциональной лабильностью, стойкой позиции безответственности и пренебрежения социальными нормами и обязанностями, склонностью к совершению правонарушений, а также сведениями об употреблении в сочетании наркотических средств героин и «соль» с ростом толерантности, с утратой количественного и ситуационного контроля, сформированностью психофизической зависимости и наркотического абстинентного синдрома, забвением альтернативных наркотизации интересов, сужением репертуара наркотизации. Об этом свидетельствуют так же выявленные при обследовании эмоциональная лабильность, раздражительность, в сочетании с категоричностью суждений и внешнеобвиняющим типом реагирования, упорство в отстаивании собственного мнения и своей независимости, снижение морально-этических норм. Однако, имеющиеся психические расстройства не достигали и не достигают степени выраженных, а потому не лишали и не лишают ФИО4 способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими. В периоды времени, относящегося к совершению инкриминируемых деяний, ФИО4 обнаруживал признаки вышеуказанных психических расстройств, временного психического расстройства (в том числе и патологического аффекта) у него не было, сознание у него было не помрачено, он правильно ориентировался в окружающих лицах и в ситуации, совершал целенаправленные действия, которые не диктовались болезненными переживаниями, в ходе следствия давал показания, а потому мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими. По своему психическому состоянию ФИО4 в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. Признаков синдрома зависимости вследствие употребления алкоголя (алкоголизма) ФИО4 не обнаруживает. С учётом наличия признаков синдрома зависимости вследствие сочетанного употребления нескольких психоактивных веществ (полинаркомании), на ФИО4 может быть возложена обязанность прохождения лечения от наркомании и медицинской и (или) социальной реабилитации. По своему психическому состоянию ФИО4 может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и давать показания. По заключению психолога, входившего в состав экспертной комиссии, у ФИО4 выявлены индивидуально-психологические особенности в виде: ориентировки на собственное мнение, категоричности, настойчивости, уверенности в себе, стеничности, недоверчивости, избирательности в контактах, элементы демонстративности в поведении, упорства в отстаивании собственного мнения и своей независимости, тенденция к избеганию ответственности, снижение морально-этических норм. В конфликтных ситуациях он склонен к реакциям раздражения, протеста, внешнеобвиняющему типу реагирования, которые не являются выраженными и не оказали существенного влияния на его поведение в исследуемой ситуации. В момент совершения инкриминируемых ему деяний ФИО4 не находился в состоянии физиологического аффекта (том 2, л.д. 232-236). 

Суд соглашается с заключением амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы ФИО4, поскольку её выводы основаны на изучении психического состояния подсудимого в полном объёме, научно-обоснованы, подтверждаются материалами уголовного дела и даны комиссией врачей-психиатров и психолога с большим стажем работы.

С учётом изложенного, суд, находя заключение экспертов-психиатров и психолога согласующимся с данными о личности ФИО4, его активным и адекватным поведением в судебном заседании, признает подсудимого вменяемым.

Оценив исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, суд считает доказанной виновность подсудимого в полном объёме предъявленного ему обвинения.

Представленные в судебном заседании доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, то есть являются допустимыми для доказывания обстоятельств, предусмотренных статьёй 73 Уголовно-процессуального кодекса РФ, имеют непосредственное отношение к предъявленному ФИО4 обвинению и в своей совокупности являются достаточными для постановления обвинительного приговора.

Так, суд расценивает достоверными показания потерпевшей ФИО5 об обстоятельствах совершённого на неё нападения подсудимым 23 марта 2020 года, поскольку они на всём протяжении предварительного и судебного следствия являлись последовательными, непротиворечивыми, детально раскрывали фактическую сторону исследуемых событий. До этого случая потерпевшая и подсудимый знакомы не были, оснований для оговора ФИО6 не имеет.

Суд не может согласиться с утверждением подсудимого о том, что потерпевшая дала изобличающие его показания под воздействием сотрудников правоохранительных органов, опасаясь ответственности, будучи иностранным гражданином, за нелегальное пребывание на территории Российской Федерации.

Заявление ФИО4 в судебном заседании о том, что Т. оговаривает его, поскольку её заставили дать такие показания сотрудники полиции в связи с трагической гибелью своего коллеги, расценивается судом как сделанное с целью защиты и уклонения от уголовной ответственности.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, продление пребывания гражданки Узбекистана Т. на территории России на протяжении нескольких лет до марта 2019 года оформлялось надлежащим образом в соответствии с установленным порядком. Вместе с тем, 24 марта 2020 года, то есть на следующий день после исследуемых событий, она была подвергнута постановлением судьи административному наказанию за нарушение иностранным гражданином режима пребывания в Российской Федерации, что опровергает утверждение подсудимого о даче потерпевшей показаний с целью избежать установленной законом ответственности.

О совершённом на неё ФИО4 нападении Т. незамедлительно сообщила очевидцам, когда оказалась на контрольно-пропускном пункте Управления экономической безопасности в ходе преследования её подсудимым, а также представителям следственных органов ещё до возбуждения уголовного дела.

В частности, из показаний свидетелей Т., П. и иных, усматривается, что Т. подбежала к зданию Управления экономической безопасности и обратилась за помощью в связи с действиями подсудимого, совершившего на неё нападение с ножом, который он имел при себе. Это обращение потерпевшей имело место ещё до того, как стало известно о гибели сотрудника полиции Т. и до начала проведения какого-либо расследования в связи с этим.

Кроме того, эти же показания Т., которые суд кладёт в основу обвинения ФИО4 в совершении преступления в отношении неё, подтверждаются и первоначальными показаниями подсудимого на предварительном следствии, данными на допросе в качестве подозреваемого 23 марта 2020 года в присутствии защитника, которые суд признал допустимыми и достоверными по изложенным выше причинам. Поэтому правдивость показаний потерпевшей у суда сомнений не вызывает и приводит к выводу о доказанности нападения ФИО4 на Т. с целью хищения принадлежащего ей имущества.

О стремлении подсудимого любым способом избежать уголовной ответственности свидетельствует и высказанный им в ходе судебного разбирательства довод о том, что исследуемые судом события инкриминируемых ему деяний якобы произошли на фоне употребления им алкоголя и наркотиков по поводу смерти его матери, наступившей за два дня до этого, то есть 21 марта 2020 года.

Однако, согласно свидетельству о смерти, мать ФИО4 – Г.З.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, скончалась в Краснодарском крае 25 марта 2020 года, то есть спустя два дня после совершённых им преступлений.

Также в ходе судебного разбирательства нашли своё полное подтверждение обстоятельства, связанные с причинением ФИО4 смерти сотруднику полиции Т. при исполнении и в связи с исполнением последним своих служебных обязанностей.

В основу приговора в этой части суд также кладёт показания потерпевшей Т., являвшейся очевидцем этих действий, показания свидетелей Т., П., Т., Р., К объективные результаты видеофиксации произошедших событий с помощью видеокамер наблюдения, расположенных по периметру здания Управления экономической безопасности, заключения экспертов-биологов о наличии следов крови потерпевшего на одежде подсудимого, показания свидетеля С. о принадлежности ФИО4 ножа, которым было причинено смертельное ранение Т., и на рукоятке которого экспертом обнаружены следы пота подсудимого, а на клинке – кровь потерпевшего. Перечисленные доказательства в целом воссоздают всестороннюю, объективную, достоверную и убедительную картину произошедших событий.

На основании анализа совокупности исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств суд приходит к выводу, что ФИО4 нанёс удар сотруднику полиции в целях воспрепятствовать его законной деятельности по охране общественного порядка и безопасности, выполнению своих должностных и служебных обязанностей.

Действия Т.В.В. по задержанию совершившего несанкционированное проникновение на охраняемый объект ФИО4, который не выполнил законные требования сотрудника полиции прекратить своё неправомерное поведение, и оказал сопротивление последнему, в связи с чем потерпевшим была применена физическая сила, полностью соответствовали положениям части 2 статьи 1, части 1 статьи 2, части 1 статьи 12, части 1 статьи 13 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» о том, что полиция незамедлительно приходит на помощь каждому, кто нуждается в ее защите от преступных и иных противоправных посягательств; одними из основных направлений деятельности полиции является защита личности, общества, государства от противоправных посягательств, предупреждение и пресечение преступлений и административных правонарушений; в обязанности полиции входит пресечение противоправных деяний, устранение угроз безопасности граждан и общественной безопасности; полиции для выполнения возложенных на неё обязанностей предоставлено право требовать от граждан и должностных лиц прекращения противоправных действий, доставлять граждан, то есть осуществлять их принудительное препровождение, в служебное помещение территориального органа или подразделения полиции, в помещение муниципального органа, в иное служебное помещение в целях решения вопроса о задержании гражданина; а также в соответствии со статьями 14 и 18 указанного Закона право на задержание лиц, в том числе незаконно проникших либо пытавшихся проникнуть на охраняемые объекты; право сотрудника полиции на применение физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия лично или в составе подразделения (группы) в случаях и порядке, предусмотренных федеральными конституционными законами, указанным Федеральным законом и другими федеральными законами. При этом в соответствии со статьёй 20 названного Закона сотрудник полиции имеет право лично или в составе подразделения (группы) применять физическую силу, в том числе боевые приемы борьбы, если несиловые способы не обеспечивают выполнения возложенных на полицию обязанностей, в том числе, для пресечения преступлений и административных правонарушений; для доставления в служебное помещение территориального органа или подразделения полиции, в помещение муниципального органа, в иное служебное помещение лиц, совершивших преступления и административные правонарушения, и задержания этих лиц; для преодоления противодействия законным требованиям сотрудника полиции.

При оказании сопротивления сотруднику полиции ФИО4 мог получить телесные повреждения, зафиксированные у него судебно-медицинским экспертом, что не влияет на правовую оценку действий участников данного события и на законность действий Т.В.В., который, исполняя возложенные на него служебные обязанностей и не превышая предоставленные ему законом полномочия, пресекал действия ФИО4, неправомерно проникшего на охраняемый объект.

При этом суд, на основе анализа исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, приходит к выводу, что подсудимый осознавал, что перед ним находится сотрудник полиции, одетый в форменное обмундирование, и исполняющий возложенные на него служебные обязанности.

Так, согласно медицинской карте амбулаторного больного ФИО4, предоставленной суду медико-санитарной частью СИЗО-1 города Волгограда, где содержался под стражей подсудимый в порядке меры пресечения, у него имеется гиперметропия слабой степени (+2,0 на оба глаза).

Как видно из выданной по запросу суда справки начальника филиала медико-санитарной части № 2 ФКУЗ МСЧ-34 ФСИН России, в период отбывания ФИО4 наказания в ФКУ ИК-9 УФСИН России по Волгоградской области за ранее совершённые преступления у него также было выявлено нарушение зрения в виде гиперметропии слабой степени (+2,0 на оба глаза).

В ходе судебного разбирательства было назначено и проведено медицинское освидетельствование ФИО4 в Волгоградской областной клинической больнице № 1 города Волгограда, где подсудимому выставлен диагноз «гиперметропия слабой степени, сложный гиперметропический астигматизм, частичная амблиопия обоих глаз».

Допрошенный в ходе судебного разбирательства в качестве специалиста врач-офтальмолог Волгоградской областной больницы № 2 П.С.В. показал, что гиперметропия, иначе – дальнозоркость, является патологией зрения, характеризующейся тем, что изменяется светопреломление глаза, и в результате изображение фокусируется за сетчаткой, а не на ней, как должно быть в норме. Гиперметропия слабой степени (до +2 диоптрий) проявляется как незначительное снижение ближнего зрения. Таким образом, при дальнозоркости человек хорошо видит предметы, которые находятся далеко от глаз. Расположенные на расстоянии свыше 50 см. от глаз крупные объекты, в том числе людей, человек с такой патологией зрения видит достаточно хорошо и без очков. В частности, на расстоянии 1,5 м. такой человек может без затруднений рассмотреть обмундирование сотрудника полиции, включая надписи на его шевронах. 

Таким образом, с учётом данных объективного медицинского обследования и показаний специалиста, суд приходит к выводу, что недостатки зрения не препятствовали ФИО4 рассмотреть, что перед ним находится сотрудник полиции, одетый в форменное обмундирование со знаками различия.

Кроме того, показания ФИО4 о том, что он не видел Т. и не смотрел в его сторону, опровергаются записями камер видеонаблюдения, согласно которым ФИО4 при преследовании его Т. дважды оглядывался и смотрел на него, а непосредственно в момент задержания находился лицом по отношению к нему, общался с ним в помещении КПП, в том числе перед ударом. Кроме того, сам ФИО4 в судебном заседании показал, что перед тем как он нанёс удар ножом потерпевшему, он видел, как Т. идёт по направлению к нему.

При этом показания подсудимого в судебном заседании о том, что он, не глядя, и не намереваясь причинять смерть Т., махнул ножом в направлении приближавшегося к нему потерпевшего, желая лишь остановить его, но в результате чего причинил ему ранение, объективно опровергаются расположением раневого канала на теле сотрудника полиции. Так, согласно заключению судебно-медицинского эксперта, раневой канал на теле Т. направлен спереди назад, горизонтально, несколько справа налево. Таким образом раневой канал образовался в результате не рубящего движения наотмашь, как об этом заявляет подсудимый, а, напротив, ударное движение ножом носило колющий характер, что подтверждает прямой умысел ФИО4 на лишение жизни Т..

О нанесении удара колющим, а не рубящим движением пояснял в ходе проверки показаний на месте происшествия и сам подсудимый (т. 4, л.д. 18-30), как это усматривается из воспроизведенной в ходе судебного заседания видеозаписи следственного действия, что согласуется с объективными результатами судебно-медицинского исследования трупа потерпевшего.

Таким образом, целенаправленно нанося удар ножом потерпевшему в жизненно-важные органы, находящиеся в области грудной клетки, ФИО4 действовал с прямым умыслом, направленным на лишение жизни потерпевшего с целью воспрепятствовать правомерным действиям последнего по его задержанию за незаконное проникновение на охраняемый режимный объект и совершённое в отношении Т. преступление. 

На основании изложенного суд квалифицирует действия подсудимого:

— связанные с нападением на Т. в целях завладения принадлежащего ей имущества с применением ножа, используемого в качестве оружия, для подкрепления высказанной им угрозы лишения жизни потерпевшей, по части 2 статьи 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершённое с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, совершённый с применением предметов, используемых в качестве оружия;

— связанные с причинением смерти сотруднику полиции Т.В.В., по статье 317 Уголовного кодекса Российской Федерации, как посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа в целях воспрепятствования законной деятельности указанного лица по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности.

При этом суд не указывает в обстоятельствах дела, признанных им доказанными, а также при выводе о квалификации действий ФИО4 в части нападения на Т. размер возможного хищения подсудимым имущества потерпевшей, как он установлен органами предварительного следствия, поскольку реальный ущерб в данном случае не наступил, а размер предполагаемого ущерба, то есть стоимость имущества, которым по выводу органов следствия пытался завладеть подсудимый, не достигает предусмотренного частью 3 статьи 162 Уголовного кодекса РФ, в связи с чем находится за рамками объективной стороны вменённого подсудимому состава преступления, который является усечённым, и преступление считается оконченным с момента нападения с целью хищения.

По настоящему делу к подсудимому ФИО4 потерпевшими Т.В.И. и Т.А.В., отцом и сестрой погибшего, предъявлены гражданские иски о взыскании в их пользу по три миллиона рублей в порядке компенсации морального вреда, причинённого им смертью Т.В.В.

Подсудимый ФИО4 основания и размеры исковых требований не признал, полагая, что его действия были спровоцированы неправомерным по его мнению поведением Т.В.В.

Рассмотрев гражданские иски, суд приходит к следующему.

В соответствии с положениями статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В судебном заседании доказаны основания иска, то есть виновность ФИО4 в умышленном причинении смерти Т.В.В. при установленных судом обстоятельствах.

При этом суд учитывает, что смерть сына и брата соответственно при правомерном исполнении им своих служебных обязанностей в результате действий подсудимого безусловно повлекла для потерпевших тяжёлые нравственные страдания. С учетом изложенного суд находит требования их о компенсации причиненного морального вреда обоснованными.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание характер и степень понесённых истцами нравственных страданий, требования разумности и справедливости, фактические обстоятельства причинения морального вреда, в том числе степень родства потерпевших с погибшим, интенсивность их общения, которое выражалось в совместном проживании Т.В.В. с семьёй со своим отцом, и индивидуальные особенности потерпевших. Так, для потерпевшего Т.В.И., являющегося лицом преклонного возраста, пенсионером органов внутренних дел, ветераном боевых действий, инвалидом войны третьей группы, погибший являлся единственным сыном, обеспечивающим постоянную и необходимую поддержку и помощь, в том числе по хозяйству. Для сестры погибшего утрата единственного брата, проходившего службу в одном с ней ведомстве и оказывавшего необходимое содействие и поддержку, также является невосполнимой. 

За основу при определении размера компенсации суд принимает во внимание положения пункта 1 части 3 статьи 43 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции», согласно которому членам семьи сотрудника полиции и лицам, находившимся на его иждивении, выплачивается единовременное пособие в размере трех миллионов рублей в равных долях в случае гибели (смерти) сотрудника полиции вследствие увечья или иного повреждения здоровья, полученных в связи с выполнением служебных обязанностей, либо вследствие заболевания, полученного в период прохождения службы в полиции.

Кроме того, суд при принятии решения в данной части учитывает сохраняющееся право супруги погибшего Т.В.В., воспитывающей двух малолетних детей, на самостоятельное предъявление к подсудимому аналогичных исковых требований, наличие у ФИО4 в силу его возраста и трудоспособности реальной возможности по исполнению приговора в данной части.

Таким образом, с учётом вышеизложенного, суд считает разумным и справедливым удовлетворить исковые требования Т.В.И. к подсудимому в размере одного миллиона рублей, а Т.А.В. – пятьсот тысяч рублей, с отказом в остальной части исков.

При назначении наказания ФИО4 суд учитывает определённый уголовным законом характер общественной опасности совершённых им преступлений и степень их общественной опасности, которая выразилась в конкретных обстоятельствах содеянного подсудимым.

Также в соответствии с требованиями закона, предусмотренными частью 3 статьи 60 Уголовного кодекса РФ, суд учитывает личность подсудимого, которому около 49 лет, он не имеет постоянной регистрации по месту проживания, не трудоустроен, в браке не состоит, детей и иных иждивенцев не имеет, наличие у него двух неснятых и непогашенных судимостей, посредственные характеристики из мест лишения свободы (том 4, л.д. 231, 232, 234). В мае 2019 года в отношении ФИО4 установлен административный надзор сроком на 8 лет (том 4, л.д. 225-227), при этом он характеризуется органами внутренних дел посредственно (том 4, том 237-238).

Данные обстоятельства, характеризующие личность ФИО4, суд учитывает и при оценке влияния назначаемого наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

Также при назначении наказания ФИО4 как обстоятельство, характеризующее подсудимого, суд учитывает его неудовлетворительное состояние здоровья, в том числе, наличие хронического заболевания «гепатит С».

При этом основания для применения положений статьи 22 Уголовного кодекса РФ в отношении подсудимого отсутствуют, поскольку психических расстройств, в силу которых ФИО4 не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими по смыслу части первой указанной статьи, экспертной комиссией врачей-психиатров и психолога не установлено.

Особенности психического состояния виновного являются частью характеристики его личности, которая учитывается судом при назначении наказания, наряду с иными значимыми обстоятельствами.

Обстоятельств, смягчающих наказание ФИО4, предусмотренных статьёй 61 Уголовного кодекса РФ, суд не усматривает.

Суд не учитывает первоначальные признательные показания ФИО4 в качестве подозреваемого, от которых он на следующий день отказался, в качестве обстоятельства, влияющего на смягчение его наказания, поскольку эти показания даны подсудимым после пресечённой сотрудниками правоохранительных органов его попытки скрыться с места совершения преступления, под давлением имеющихся улик ввиду очевидности преступления, не повлияли и не могли повлиять на ход расследования и рассмотрения уголовного дела.

Обстоятельствами, отягчающими наказание ФИО4, суд признаёт:

— рецидив преступлений (пункт «а» части 1 статьи 63 Уголовного кодекса РФ), поскольку он совершил умышленные преступления, имея судимости за ранее совершённые умышленные преступления;

— совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств, психотропных веществ (часть 1.1 статьи 63 Уголовного кодекса РФ).

Признавая состояние опьянения обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого, суд исходит из установленного в ходе судебного разбирательства факта употребления алкоголя и наркотических средств ФИО4 перед совершением преступлений.

Об этом дали показания потерпевшая ФИО5, а также свидетель ФИО7, с которой подсудимый разговаривал по телефону непосредственно перед исследуемыми событиями.

Согласно акту медицинского освидетельствования ФИО4 на состояние опьянения от 23 марта 2020 года со слов подсудимого в этот день он употреблял соль, затем пиво и водку. У ФИО4 установлено состояние опьянения, в отобранных у него образцах биологических объектов обнаружены производные N-метилэфедрона (том 4, л.д. 189-191). 

Свидетель С. в ходе судебного следствия показала, что ФИО4, находясь в состоянии алкогольного опьянения становится агрессивным, склонным к применению насилия.

Сам ФИО4 в ходе предварительного расследования при допросе в качестве подозреваемого показал, что он употребляет наркотические вещества, а именно, так называемые «соли», то есть курительные смеси, после чего у него появляется чувство агрессии и эйфории, при этом он понимает происходящее (том 2, л.д. 171-175).

Таким образом, с учётом характера и степени общественной опасности совершённых ФИО4 преступлений, одно из которых относится к категории тяжких, а другое является особо тяжким, имеющим исключительную общественную опасность, обстоятельств спонтанного принятия им решений о совершении преступлений, чему способствовало нахождение подсудимого в состоянии опьянения, заключения судебной психолого-психиатрической экспертизы, установившей, что поведение подсудимого во время совершения преступлений определялось состоянием опьянения, личности ФИО4, злоупотребляющего спиртными напитками и употребляющего наркотические средства, психотропные вещества, суд признаёт совершение им преступлений в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств, психотропных веществ, обстоятельством, отягчающим его наказание, по обоим преступлениям.

Поскольку судом не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершённых подсудимым преступлений, то оснований для применения к нему правил, предусмотренных статьёй 64 Уголовного кодекса РФ, не имеется, в связи с чем ФИО4 подлежат назначению предусмотренные санкциями статей Особенной части уголовного закона безальтернативные основные наказания в виде лишения свободы.

Также, определяя ФИО4 вид и меру наказания суд, не усматривает предусмотренных законом оснований для изменения категории преступления в соответствии с частью 6 статьи 15 Уголовного кодекса РФ, а также для назначения подсудимому условного осуждения в соответствии со статьёй 73 Уголовного кодекса РФ.

Вместе с тем, в соответствии со статьёй 18 Уголовного кодекса РФ суд признаёт в действиях ФИО4 особо опасный рецидив преступлений как по факту совершения им разбойного нападения (пункт «а» части 3 указанной нормы Закона), поскольку он осуждается к реальному лишению свободы, так и в связи с осуждением за посягательство на жизнь сотрудника полиции (пункт «б» части 3 этой же нормы Закона), что требует применения положений частей 1 и 2 статьи 68 Уголовного кодекса РФ об ограничении нижнего предела срока наказания, предусмотренного за совершённые преступления, а также учёта обстоятельств, в силу которых исправительное воздействие предыдущего наказания ФИО4 оказалось недостаточным.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что характер и степень общественной опасности и фактические обстоятельства совершённых ФИО4 преступлений, данные о его личности – как о лице, имеющем судимости за ранее совершенные умышленные преступления, не собирающегося прекращать свою преступную деятельность, которая переросла в явное противодействие органам власти и убийство сотрудника правоохранительных органов, и уверенного в правильности своих действий, свидетельствуют об исключительной опасности подсудимого для общества.

Таким образом, по убеждению суда, исходя из правовой и нравственной оценки самого деяния и лица, его совершившего, только при назначении наказания в виде пожизненного лишения свободы подсудимому будут реализованы цели наказания. Оснований для назначения ему иного вида наказания за убийство сотрудника полиции не усматривается, поскольку лишение свободы на определённый срок не сможет преодолеть стойкую антисоциальную установку ФИО4, не будет соответствовать целям наказания, восстановлению социальной справедливости и предупреждению совершения им новых преступлений.

В связи с назначением ФИО4 по совокупности преступлений пожизненного лишения свободы, а также имущественной несостоятельностью подсудимого, суд не назначает ему предусмотренные частью 2 статьи 162 Уголовного кодекса РФ необязательные дополнительные наказания в виде штрафа и ограничения свободы.

В соответствии с пунктом «г» части 1 статьи 58 Уголовного кодекса РФ ФИО4 надлежит отбывать наказание в исправительной колонии особого режима.

Несмотря на то, что ФИО4 по заключению врачей обнаруживает признаки психических расстройств в форме смешанного расстройства личности и синдрома зависимости вследствие сочетанного употребления нескольких психоактивных веществ (полинаркомания), однако по своему психическому состоянию в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается, суд, исходя из положений части 1 статьи 72.1 Уголовного кодекса РФ, не возлагает на подсудимого рекомендованную экспертами-психиатрами и психологом обязанность прохождения лечения от наркомании и медицинской и (или) социальной реабилитации, поскольку ему назначается наказание в виде реального лишения свободы.

По вступлении приговора в законную силу с вещественными доказательствами по делу в соответствии с частью 3 статьи 81 Уголовно-процессуального кодекса РФ следует поступить следующим образом: орудие совершения преступления, принадлежащее подсудимому, а также предметы, не представляющие ценности и не истребованные стороной, подлежат уничтожению, а в случае ходатайства заинтересованных лиц или учреждений данные предметы, кроме орудия преступления, могут быть переданы им; документы, являющиеся вещественными доказательствами, должны быть оставлены при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего; остальные предметы подлежат передаче законным владельцам.

Учитывая установленные судом обстоятельства дела, данные о личности ФИО4, назначаемое ему наказание, исходя из положений части 2 статьи 97 Уголовно-процессуального кодекса РФ о необходимости обеспечения исполнения приговора, суд не находит оснований для отмены или изменения избранной в отношении подсудимого меры пресечения, и считает необходимым оставить её до вступления приговора в законную силу без изменения, в виде заключения под стражу.

Поскольку ФИО4 назначено реальное наказание в виде лишения свободы и до вступления приговора в законную силу он должен содержаться под стражей в порядке меры пресечения, начало срока отбывания наказания осуждённому следует исчислять со дня вступления приговора в законную силу. 

При этом на основании пункта «а» части 3.1, части 3.2 статьи 72 Уголовного кодекса РФ (в редакции Федерального закона от 3 июля 2018 года № 186-ФЗ) время содержания под стражей ФИО4 с момента задержания 23 марта 2020 года до дня вступления приговора в законную силу подлежит зачёту в срок лишения свободы из расчёта один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима.

Руководствуясь статьями 300, 302-304, 307-309 Уголовно-процессуального кодекса РФ, суд

п р и г о в о р и л:

ФИО3 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных:

— частью 2 статьи 162 Уголовного кодекса РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 8 (восемь) лет;

— статьёй 317 Уголовного кодекса РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде пожизненного лишения свободы.

В соответствии с частью 3 статьи 69 Уголовного кодекса РФ по совокупности совершённых преступлений назначить ФИО3 окончательное наказание путём частичного сложения наказаний в виде пожизненного лишения свободы в исправительной колонии особого режима.

Начало срока отбывания наказания в виде лишения свободы осуждённому ФИО3 исчислять со дня вступления приговора в законную силу. На основании пункта «а» части 3.1, части 3.2 статьи 72 Уголовного кодекса РФ (в редакции Федерального закона от 3 июля 2018 года № 186-ФЗ) время содержания под стражей ФИО3 с 23 марта 2020 года до дня вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчёта один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима.

Меру пресечения в отношении ФИО3 — заключение под стражу — до вступления приговора в законную силу оставить без изменения и содержать его в следственном изоляторе № 1 города Волгограда.

Гражданские иски потерпевших Т.В.И. и Т.А.В. о компенсации морального вреда, причинённого им смертью Т.В.В., удовлетворить частично и взыскать с осуждённого ФИО3 в пользу Т.В.И. 1000 000 (один миллион) рублей, в пользу Т.А.В. 500000 (пятьсот тысяч) рублей.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства по делу, а именно:

— видеорегистратор RVI-HDR-16LB-M серийный номер 4A051A9ЗAZD616, находящийся на хранении в комнате вещественных доказательств СУ СК России по Волгоградской области (том 2, л.д. 155-156), возвратить в Управление экономической безопасности и противодействия коррупции Главного управления МВД России по Волгоградской области по принадлежности;

— DVD-RW диск с фрагментами видеозаписи от 23 марта 2020 года (том 2, л.д. 155-156) – оставить при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего;

— участок кожи с повреждением с трупа Т.В.В.; смывы с места происшествия; образец крови Т.В.В.; нож раскладной, являющийся орудием преступления; фрагмент кирпича, 5 бумажных свертков с веществом растительного происхождения; образцы крови и слюны ФИО3 и Т.В.В.; волосы Т.В.В.; смывы с рук и срезы ногтевых пластин ФИО3, Т.В.В. и Т.М.М.; бумажный короб, находящиеся на хранении в камере вещественных доказательств СУ СК России по Волгоградской области (том 3, л.д.162-163; том 4, л.д. 112-113; том 3, л.д. 49-51; том 4, л.д. 150-152) - уничтожить; 

— декоративный клинок без рукояти в декоративных ножнах (том 3, л.д. 49-51) – передать свидетелю С.С.А., а в случае её отказа от его получения – уничтожить;

— предметы одежды и обувь Т.В.В., перечисленные в томе 4 на л.д. 112-113; две служебных книжки Т.В.В. (том 3, л.д. 49-51), находящиеся на хранении в камере вещественных доказательств СУ СК России по Волгоградской области, - уничтожить, а в случае ходатайства близких родственников Т.В.В. передать им;

— одежду и обувь ФИО3, перечисленные в томе 4 на л.д. 112-113, а также матерчатую перчатку (том 3, л.д. 49-51), находящиеся на хранении в комнате вещественных доказательств СУ СК России по Волгоградской области (том 4, л.д. 112-113) - уничтожить, а в случае ходатайства ФИО3 передать указанному им лицу;

— решение Тракторозаводского районного суда от 29 мая 2019 года на 3 листах; справку № 96 на 1 листе; предписание № 105 на 1 листе; справку об освобождении на 1 листе; свидетельство о рождении ФИО3 23 января 1972 года на 1 листе; полис обязательного медицинского страхования на 1 л.; протокол об административном правонарушении от 12 ноября 2016 года на 1 листе; решение Дзержинского районного суда г. Волгограда от 05 мая 2016 года на 3 листах; металлический дверной ключ; мобильный телефон Digma, находящиеся на хранении в камере вещественных доказательств СУ СК России по Волгоградской области (том 3 л.д. 49-51) – передать ФИО3 или указанному им лицу;

— мобильный телефон марки «Samsung Galaxy A5», золотое и серебряное кольца, находящиеся на хранении у потерпевшей Т.М.М. (том 4, л.д. 116, 117, 120, 121), оставить у неё по принадлежности.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Третий апелляционный суд общей юрисдикции через Волгоградский областной суд в течение десяти суток со дня провозглашения, а осуждённым, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в её рассмотрении судом апелляционной инстанции, в том числе путём использования системы видеоконференц-связи, о чём необходимо указать в жалобе.

Председательствующий по делу подпись Д.П. Туленков

КОПИЯ ВЕРНА

подпись судьи________Д.П. Туленков 

секретарь судебного заседания_________

(должность)

Ермакова М.В.______ _____________

(Ф.И.О., подпись)

«21» января 2020 г.

Волгоградский областной суд

ПРИГОВОР НЕ ВСТУПИЛ

В ЗАКОННУЮ СИЛУ

«21» января 2020 г.

Судья _______________Д.П. Туленков

Секретарь с/з ________М.В. Ермакова